- -
- 100%
- +
– Эй, детка, что случилось? – мужчина поражал своей любовью к вульгарным женским прозвищам, игнорируя имя. – Ну, не умирай давай. Отдадите мне конверт и будете жить весело и долго, пока вас не приберут наверх.
Светкин телефон в очередной раз пиликнул, переключая на себя внимание. Среди вороха сообщений от начальницы и матери было одно со скрытого номера.
– «Возьми судьбу в свои руки. Ты сильнее, чем думают другие. Ты можешь спасти и спастись. Не верь никому». Это что за хрень!? Ты сектантка, что ли? Или это заговор на привлечение мужчин?
– Они с утра сами приходят … там на земле тоже, в кустах этих, было, – попыталась внятно объяснить девушка, но у нее это с трудом получалось. Было чудом, что мужчина мог разбирать слова. – Я подумала, что это шутка чья-то, а может реклама, ну этого, свадебного агентства.
– Брачного…
– Да неважно, какая теперь разница? Меня, скорее всего, уволили с работы, моя мать спала с другом отца, какой-то садист пытал меня в заброшенном здании, а голова так болит, что легче было бы, если бы убил, – заныла Светка, пытаясь воспользоваться шансом и сыграть на эмоциях мужчины. Все-таки после школы надо было идти не на популярные «связи с общественностью», а в театральный, глядишь, талант бы пригодился, играла бы себе принцесс на детских утренниках и снималась в рекламе зубной пасты, и совершенно точно бы никогда не влипла в неприятности. Секунд тридцать Тимофей, который успел остановить машину, смотрел на девушку с язвительной улыбочкой, а потом, также улыбаясь, отвесил ей крепкую затрещину.
– С ума сошел…, – всхлипнула Светка, разом прекратив спектакль. – Куда мы едем? Можно мне взять таблетки из сумки?
Парень проигнорировал вопросы, насвистывая какой-то позитивный мотивчик, но все-таки спустя время кинул девушке ее сумку. Та хотела попросить воды, но передумала, решив, что приключений на сегодня хватит. Внедорожник на скорости вылетел на одну из центральных улиц и понесся к дому Светкиной мамы. После утреннего трупа местная шпионская организация бабулек кучковалась в беседке, выгнав на улицу шахматистов и менее интеллигентных забулдыг. Руководила собранием соседка Серафима, но только завидев выходящую из машины Светку, женщина побежала к ней.
– Это где ж тебя носило! Мать вся испереживалась, дочь пропала внезапно, вот стояла и все, нет! Сергей Семенович ее даже к себе хотел забрать, да разве она кого слушает. Прям копия ты! Не даром мать и дочь. Анита еще сказала, что тебе плохо стало, тебя мужчина увез, – распылялась Серафима. – А у нас тут насильники и трупы ходят, ментам дела нет. Только самим себя охранять остается. Хорошо, у Любови Павловны зять в прокуратуре работает. Накажет всех этих воров!
Когда в голове Серафимы воры заменили насильников, ни Светка, ни Тимофей не поняли. Девушка попыталась прояснить этот момент, но внезапно почувствовала сквозь блузку холодный металл. Нож или что-то иное уперлось аккурат в районе почки. Посчитав, что две почки лучше чем правда, Светка закрыла рот.
– Да вы не переживайте, я Светлану Юрьевну прям до двери доведу, а потом и домой отвезу. А вот по поводу полиции вы целиком правы. Нет им до нас дела, убивать на улице будут, никто не спасет, – соловьем запел Тимофей, не забывая «ласково» обнимать девушку за талию. – Вы себя берегите, главное! Двери не открывайте незнакомым. А мы пойдем. Чай стынет.
Дверь квартиры Аллы Аркадьевны была открыта, а на кухни слышались мужские и женские голоса. Видимо дискуссия была жаркая, так как никто поначалу не обратил внимания на вошедших. Мужчина в черном свитере о чем-то спорил с хозяйкой, а пара старушек весьма преклонного возраста не могли решить, кто прав, поэтому охали и раз в 5 минут пытались незаметно сбежать. Светка и сама готова была последовать их примеру, ведь на кухне сидел ее бывший друг и одноклассник, а по совместительству сотрудник прокуратуры – Олег Кириллович Безухов.
Безумно влюбленный в девушку Безухов после окончания школы ушел в армию, прекратив все общение со Светкой и их компанией, а потом неожиданно всплыл на юрфаке МГУ, который в последствии блестяще окончил. Ему прочили блестящую карьеру в известной международной компании, но спустя пару лет Безухов осел в Генпрокуратуре, а потом за непоколебимую честность и недюжинный ум был сослан в регион. Здесь, как рассказывали его добросердечные коллеги, он немного растерял честность, но не честь, и при этом неплохо заработал. Успел построить загородный дом в престижном поселке, жениться, посадить тестя и развестись без существенных материальных потерь. Все это создало образ жесткого прокурора с принципами, с которым можно договориться, но нельзя заставить плясать под чужую дудку. Все это время Безухов старательно избегал встреч с подругой, но зато регулярно общался с Аллой Аркадьевной, забегая в гости по праздникам или вовсе без повода. Вот и сейчас, рассчитывая на рабочий день и занятость Светки, Безухов с традиционными тортом и букетом решил навестить женщину.
– Света, какими судьбами! А… ну, конечно, ты к маме! А я уже ухожу, – мужчина попытался скрыть нахлынувшие воспоминания и быстрее покинуть квартиру, но, не рассчитав, опрокинул вазу с цветами и свой бокал с чаем. К счастью для светлого паркета и пушистых тапочек Аллы Аркадьевны, Тимофей успел подхватить букет и вазу, выглядя при этом почти мистером Бондом и Нео из «Матрицы».
– Ой, спасибо, молодой человек! А мы даже не познакомились толком! Вы спасли мою любимую вазу. Олеженька, все в порядке, посиди еще немного, мне как-то спокойнее, когда гости в доме. Света, куда ты пропала? Мы с ног сбились, хорошо, что Сергей… Семеныч успокоил меня, – щебетала Алла Аркадьевна, успевая посадить за стол Тимофея и Свету, заменить кружку Безухова и отрезать каждому из присутствующих по куску торта.
– Меня зовут Тимофей Курганов, бизнесмен, меценат, люблю животных
– Алла Аркадьевна, мать этой несносной девчонки. А это друг нашей семьи Олег Безухов, преуспевающий прокурор. Мои соседи – Евсения Игнатьевна и Юлия Михайловна.
Тимофей приложился к ручке каждой из женщин, расточая улыбки, чем сразу завоевал их расположение и отсрочил их уход.
– Приятно вас видеть, Тимофей Алексеевич, не в наручниках, – нарочито радостно воскликнул Безухов, вкладывая всю силу в рукопожатие.
– Наверно, вы меня с кем-то спутали, Олег Кириллович, я наручники даже живьем не видел… Знаете, даже в юности избежал приводов в милицию, несмотря на то, что район был криминальный. На скрипке до 20 лет играл, да и сейчас иногда балую соседей.
* * *
Светке стоило признаться себе давно, что мужчина, за которого она хоть сегодня вышла замуж, родила бы троих детей и варила бы ему борщи, ожидая с работы, любит свою избранницу и точно не хочет строить долгосрочные отношения со Светкой. Однако в душе еще жила какая-то микроскопичная надежда, что прошлое не осталось в прошлом, и мужчина ее действительно любил. При звуке его голоса сердце девушки сделало кульбит, стало трудно дышать и вместо «привет» удалось лишь выдавить робкую улыбку той шестнадцатилетней девчонки в стертых кедах.
– Привет! – высокий светловолосый мужчина очень осторожно, точно фарфоровую статуэтку, обнял Светку. – Соскучился.
Последнее слово он сказал шепотом, только для Светки. Заразительная улыбка буквально озарила все кафе, даже у прежде хмурой уборщицы уголки губ поползли вверх. Казалось, где бы ни появлялся мужчина, за ним следуют радость, позитив и добро. При этом из смелого и задиристого, но крайне интеллигентного паренька в вечных спортивных штанах он превратился в стильного элегантного мужчину.
– Чудесно выглядишь. Как Марина? Вы же собирались вроде вместе приехать? Ты когда прилетел? А помнишь Олега? Он объявился. А ещё труп у маминого подъезда нашли, – девушка так волновалась, что несла полный бред, перескакивая с темы на тему. Лежащие на столе кисти рук чуть подрагивали, щеки раскраснелись, как будто ей опять 15 лет, как будто она опять увидела его на городской площади вместе с Олегом. Поняв это, Светка замолчала, опустив взгляд на руки.
– Лана, – позвал мужчина и мягко дотронулся рукой до щеки Светки. Она подняла голову, секунд на 10 их глаза встретились, дышать стало трудно. – Ланочка…
– Я давно не верю в сказки и все понимаю, поэтому никогда ничего не попрошу.
Эти слова в очередной раз тяжело дались Светке, ее грудь буквально стиснуло от боли, хотелось убежать домой, спрятаться под одеяло и тихо скулить, проклиная себя. Он долго смотрел на девушку, как будто пытаясь вспомнить ту 15-летнюю девчонку, которую учил ездить на велосипеде и с которой подолгу сидел на мосту, а потом сказал, как выдохнул.
– К черту, я больше так не могу, идём, – мужчина кинул на стол деньги за кофе, схватил Светку за руку и повел ее к старинному зданию, где предприимчивые турки открыли современный отель.
Глава 2.
Если долго мечтать о чем-то, то мечты сбываются. Только никто не предупреждает, что после приходит все та же суровая реальность. Из приоткрытого окна неприятно дул холодный ветерок. Видимо, до их прихода в номере убирались и забыли закрыть до конца створку. Светка поежилась, одеяло давно сползло на пол, но спустя полсекунды сильные мужские руки буквально укрыли ее. На правой был еле видный, как будто ещё детский шрам.
– Пуля-дура?
– Ага, стреляли, ты же помнишь, – засмеялся мужчина, но как-то невесело, а потом вдруг совершенно серьезно посмотрел. – Я люблю тебя. Я не имею права говорить этого. Но иногда наступают моменты, когда стоит сказать, пусть и придется потом себя за это винить.
– Ты жалеешь об этом?
– Нет. Я жалею только, что не могу отыграть назад, что почему-то решил, что хочу все забыть, что любовь должна быть романтичной, милой и спокойной. Жалею, что испугался возможной боли и своей памяти, что ты не сможешь меня простить за то, что втянул тебя в это все дерьмо. Что сам себя не смогу простить. Прости, прости меня, мой вечный Светоч.
Он покрывал каждый сантиметр тела девушки поцелуями. Но в воздухе уже повисло нечто тоскливое и в то же время липкое, даже подлое. Каждый из них понимал, что как только они покинут эти стены, все вернётся: воспоминания, жена, встречи раз в год, недоговоренность и тоска, которая особенно грызет летними ночами, когда воздух становится сладким от цветущих лип. Но сейчас была весна, и казалось, что все еще наладится, что все еще будет. Вдруг раздавшийся телефонный звонок прорезал тишину комнаты, заставив любовников вынырнуть из мыслей.
– Да … Олег, подожди, я не до конца поняла. Это новый труп или прежний? Стоп, но какое отношение это имеет ко мне? Мама? Нет, знаю… Хорошо, я буду минут через 30.
– Это наш влюбленный Ромео? Он же поставил крест на нас, кажется.
– Да, звонил Олег, хочет о чем-то поговорить. Оказалось, что ему поручили дело по трупу, который обнаружили в мамином дворе, а теперь там же нашли новый. Столько лет все было тихо и спокойно, а тут опять.
– Ты уже сунула нос в прошлый труп? Кто-то из знакомых?
Мужчина явно не ждал ответа, хорошо изучив характер Светки. Не единожды он поражался ее смелости и чувству справедливости. Встретив больше 10 лет назад смешливую девчонку с короткими косичками, он еще тогда понял, что внутри живет несгибаемый борец и жесткий лидер. В их компании мальчишки признавали это и оставляли последнее слово за девушкой. Потушив воспоминания, он притянул ее к себе и поцеловал.
– Ты же понимаешь, что мы не можем остаться здесь навсегда.
– А так хотелось бы…, – выдохнул как-то грустно мужчина.
Светка надолго замолчала, пытаясь всеми силами сохранить голову холодной и не поддаться все сжигающей страсти. Такое уже было 10 лет назад и ничего хорошего тогда не вышло. Какой бы сильной не было их любовь, в конце было только одиночество, стыд. Надо было собираться и ехать к Олегу, чтобы не повторять ошибок юности. Теперь телефон мужчины воззвал к их разуму. Чтобы не заплакать, что все так быстро кончилось, Светка уткнулась носом в чуть колючую щеку и прошептала:
– Я тебя очень, слышишь, очень люблю. Но я не могу сделать ей больно. Она не заслужила страданий только из-за того, что стала твоей женой… И это встреча, в общем, чтобы я не говорила, не писала. Эта встреча будет последней. Так будет лучше для всех нас… Это просто гормоны нахлынули, а ее ты правда любишь. У нас же ничего хорошего не было, только война. И я постоянно возвращаюсь туда, проживаю эти месяцы. Я не хочу для тебя такого, не хочу. Она тебя любит по правде, без всяких условий. Она очень чистая и хорошая, она твой дом, который ты всегда хотел.
– Лана…
– Не стоит. Мне пора, – девушку двумя пальцами поцеловала мужчину, собрала вещи и вышла из номера, не оглянувшись.
* * *
Подойдя к маминому подъезду, Светка увидела очередной труп. Мужчина в трусах и кашемировом пальто сидел на той же самой скамейке, что и первый труп. Убийца как будто издавался над ними, пародируя первый случай. То, что это была пародия, Светка поняла сразу. В вузе она подружилась с ребятами с юрфака, которые уже были опытными оперативниками. Система требовала от них высшего образования для дальнейшего роста по карьерной лестнице, поэтому 35-40-летние опера по вечерам возвращались за парты, где утирали нос преподавателям, которые все больше читали по методичкам, чем делились собственным опытом. Светку с ребятами – Юрой и Виталиком – свел случай. Как-то зимой, спеша на углубленный немецкий, который обычно проходил с 8 до 10 вечера, Светка поскользнулась и упала прямо в середине проезжей части. Если бы Юра с Виталиком ее бы не подхватили, то встреча с мусоровозом закончилась бы печально. С этого дня на немецком они сидели втроем, по выходным ребята иногда звали с собой на полигон или просто побегать, а девушка вытаскивала их на студенческие вечеринки. На одной из таких вечеринок Юра встретил Дарью, а Виталика нашла Серафима, за что все четверо были очень благодарны Светке и регулярно звали на праздники и шашлыки. Так вот на полигонах ребята обычно рассказывали об интересных случаях из своего богатого опыта. Виталик всем сердцем любил серии и маньяков. Он был признанным экспертом по таким делам, которых в областном управлении МВД скопилось немало. Даже коллеги из соседних регионов периодически консультировались у него, чего уж говорить о местных. А еще Виталик был хороших рассказчиком, Светка могла часами слушать описание случаев, не смотря на порой шокирующие подробности. Этот опыт пригодился ей сейчас, когда она внимательным взглядом выхватила явно скопированные детали убийства.
С утра сыпал мелкий дождь, сильно похолодало, что, в общем, не способствовало прогулкам, поэтому в беседке собрались лишь пара особо крепких старушек и два брата-шахматиста, которые прятались там от жен за бутылочкой красного сухого из ближайшего ларька. Возглавляла собравшихся Серафима, она, как позже выяснилось, и вызвала Олега, у которого это дело было на контроле.
– Серафима Евгеньевна, спасибо, конечно, за сигнал, но всё-таки сначала надо было в полицию звонить, это их работа преступников ловить и на трупы выезжать.
Мужчина робко топтался на узком пяточке беседки, ежеминутно одергивая тонкий свитер, и явно не горел желанием осматривать оставленное убийцей тело под дождем. В мыслях он все еще лежал на своей старой узкой кровати в квартире родителей и ждал, когда мама накроет на стол и позовет всех пить утренний кофе с плюшками.
– Олежка, нам же страшно! – вцепилась в руку мужчины Серафима, навсегда выдернув его из сладкой дремы. – Менты приехали, уехали, толку от них, ещё и нас же ни за что в каталажку определят. Ты всё-таки наш, в школе хорошо учился, до прокурора дорос. Родителей твоих, царствие им небесное, все хорошо знали.
– Они еще живы, – сухо заметил Олег. Кто-то в глубине беседки робко хихикнул.
– Да? А кого же мы поминали в июне? – всплеснула руками Серафима, ни грамма не стыдясь оплошности. – То-то я Рафика слышала ночью. Еще подумала, как призраков чует-то. А они точно живы? Может ты перепутал?
– Олег! Привет! – окликнула мужчину Светка, понимая, что еще пара мгновений и во дворе может появиться еще один труп. – Что случилось? Зачем ты звонил?
– Привет, пойдем в машину, хочу кое о чем у тебя спросить.
Темно-синий внедорожник Олега стоял под липами в дальнем углу двора, поэтому к тому моменту, как они добрались до машины, Светка успела намокнуть и немного замерзнуть в весеннем плаще и замшевых сапожках.
– Подожди, только включу «печку». Хочешь, достану плед из багажника? Снимай плащ, пусть просохнет. Помнишь, как сидели после выпускного вечера в старой отцовской «девятке», ты еще была в очень красивом платье, но таком тонком, что вмиг замерзла?
– Олег.
– Да, конечно, к делу… – откашлялся мужчина и смущенно перевел взгляд в окно. – Я хотел предупредить тебя о Курганове. Понимаю, что не имею права лезть в твою личную жизнь, но этот человек опасен. Он хладнокровный убийца, Света. Он ни перед чем не остановится, чтобы добиться цели. Из-за него уже умерла девушка, добрая, невинная девушка, а этот мерзавец. Если он тебя отпускает, то я готов помочь. У меня есть кадры в ментовке, которые не побоятся его.
– Олег.
– Я понимаю, что ты в него влюблена! Что мои слова не подкреплены прямыми доказательствами! Но я твердо уверен, что Курганов убил, как минимум, одного человека и виновен в смерти 20. Если бы только менты прекратили кормиться у него, а местная власть пользоваться его услугами, то этот человек бы уже давно сидел в тюрьме. Я не хочу, чтобы ты пострадала, я все сделаю, чтобы защитить тебя, Света.
– Олег! Послушай, наконец! Ты ведешь себя как в детстве. Я не влюблена в Курганова, более того, я согласна с тобой, что этот человек – мерзавец, который должен сидеть в тюрьме, а не разъезжать по нашему городу в костюме Тома Форда и на черном «Ягуаре». Но этот мерзавец может помочь мне узнать правду об отце, моем настоящем отце.
– Что? Разве Юрий не твой отец? … Но как же, откуда ты узнала? Тогда понятно, почему Алла Аркадьевна жаловалась, что вы редко общаетесь. Мы иногда видимся, это не то, что ты думаешь. Я просто заезжаю ее проведать.
– Неважно, делай, что хочешь. Об отце мне рассказал вчера Курганов, когда пытал меня в заброшенном доме, а до этого похитил из людного двора, где, кстати, стоят камеры «Нашего города», – усмехнулась Светка, по ходу поразившись, сколько событий случилось за один день, и насколько легко она их воспринимает. Та другая Светка, которая работала от звонка до звонка и выслушивала нравоучения от шефа, так бы не смогла. – Он ищет конверт, который, по его мнению, мне оставил мой биологический папа. И ради этого конверта он готов пытать и убивать людей, в чем я смогла убедиться вчера на стройке. Кстати, когда вы уже разберетесь с этими недостроями.
– Света, не о том сейчас речь! Тебе надо поговорить с мамой, я уверен, что она все сможет объяснить. А перед этим тебе надо уехать, вместе с мамой. Давай, я возьму путевки в ведомственный санаторий, там абсолютно закрытая территория, охрана, природа, процедуры. Отдохнете, подлечитесь, а здесь пока все утихнет, я буду держать руку на пульсе и, если что-то произойдёт, то подключусь к делу. Меня очень беспокоят появление трупов-близнецов у подъезда Аллы Аркадьевны и твоя встреча с Кургановым. Все это не просто так произошло. Кто-то явно хочет нам что-то заявить. Лишь бы не началось все опять, а предпринимать решительные действия себе дороже, как бы по рукам еще не дали наши власть имущие. За прошедшие годы многое что изменилось, мне бы не хотелось влезать в этот змеиный клубок. Тем более, когда у них есть свой карманный маньяк-убийца.
Светка хотела резко заявить, что она не маленькая девочка, а взрослая женщина, и не надо ее отсылать в санаторий, что Олег трус, раз хочет все замять, что раньше он таким не был, но вдруг пиликнул телефон. «Одно новое сообщение» – «Сделай это».
– Твою мать…
– Что случилось?
Девушка молча показала Олегу пришедшее сообщение. Возмущение сменилось страхом, что за ней неустанно следят и возможно, что еще и слушают все ее разговоры. Насколько у этих людей добрые намерения, еще предстояло выяснить, но вся ситуация с сообщениями жутко нервировала.
– Ты знаешь, кто это пишет? – беря в руки телефон, спросил мужчина. – Как давно приходят сообщения? Может оставляла номер в каких-то странных организациях?
– Первое сообщение пришло вчера утром, когда я ехала в такси, потом после того, как у подъезда нашли труп, а последнее – в машине у Курганова. В истории сохранились, посмотри. Я подумала сначала, что это чья-то шутка. Ведь сообщения были слишком абстрактными, ничего конкретного не предлагали. Но теперь, как будто они слышали наш разговор и ответили на него.
– Здесь ничего нет. Только это сообщение и все
– Как? – выхватила телефон Светка. Несколько сообщений от банка, сообщение от начальницы, которой девушка так и не перезвонила, сообщение от него с местом встречи и больше ничего. – Я не понимаю, все же было здесь, я ведь еще листовку у подъезда нашла, там такие же странные слова были, хотела еще сравнить их, но не успела. А может это Курганов стер? Может это у него такой метод, чтобы напугать, запутать, но тогда я не понимаю, почему такой странный текст. Олег, ты веришь мне, что сообщения были?
– Да, конечно, не волнуйся. Мы во всем разберемся. Если это Курганов, я сломаю ему шею, только пусть попробует тебя обидеть. И вообще, Свет, я хотел предложить.
В этот момент во двор въехал полицейский «Фольксваген», а у Олега завибрировал телефон, оставляя недосказанность.
– Да, я вас вижу, сейчас подойду, нет, ничего трогал. Понял. Идем, сначала нужно разобраться с полицией и трупом, а потом возьмемся за твоего странного писателя.
* * *
– Олег Кириллович, можно вас? Ребята кое-что нашли!
На огромной обветренной ладони полицейского лежала черная микрофлешка.
– Когда начали паковать, она выпала из кармана. Так ни документов, ни телефона, ни каких других личных вещей, впрочем, как и у первого трупа. Такое ощущение, что их хорошо почистили перед этим. Еще и одинаковая одежда. Убийство произошло явно не здесь, труп переодевали. Вполне возможно, что нам хотят впарить фуфло под видом серии. Хотя люди явно неслучайные. Мне на такое пальто год надо работать, а они трупы в них заворачивают.
– Кстати, про пальто я бы спросил в ЦУМе, у нас в городе лишь там можно купить эту марку. Вряд ли убийца привез несколько одинаковых пальто из соседней области или Москвы. Ты прав, фуфлово это все выглядит. Руки проверяли у него?
– Дима! Подойди! Ты осматривал тело? Что нашли?
– Старую татуировку, скорее всего, служил в армии или сидел с армейскими, рисунок не совсем характерный, так что может просто закосил. На запястьях и ногах следы от веревок, ни порезов, ни шрамов, на первый взгляд, нет. Все остальное после экспертизы сможем сказать.
– Когда?
– Не раньше, чем завтра, – буркнул очкастый паренёк и отошел к машине, где курили приехавшие опера.
– Вон они у тебя лоботрясы! Не заставишь ничего быстро сделать, поэтому и раскрываемость хромает, – попинал Олег усатого полицейского, который у них был главный.
– Олег Кириллович, ну что я сделаю… Зарплата – «копейки», работа сволочная, от зари до зари иногда на трупах, а еще отчет каждому напиши. Опять вы же нос свой суете, все не так, ах, бедного преступника побили, ах, бумажечку не так заполнили. Вы еще спасибо скажите, что не уходят и взяток особо не берут. А у всех семьи, в клетушках ютятся, дети есть просят, вот и крутятся, как могут.
– Не жалуйся, Петр Константинович, знаю я про все ваши загородные «дачи» и отдых с другой стороны Черного моря. На прошлой неделе мои парни три дела проиграли, три преступника оказались на свободе, потому что ваши ребята элементарно не смогли вовремя подготовить одну бумажку! Крутятся они у тебя, поэтому и бардак такой. Работать надо, что бы я вас этими бумажками не тыкал. Ладно, давай сюда флешку, как приберете здесь, опроси людей, может кто-то видел что. И пальто проверь, кажется мне, что нам смогут подсказать покупателя.
Забрав улику, Олег подошел к Светке, которая грелась в машине. Остатки косметики и вчерашняя блузка намекали, что девушка не ночевала дома. При этом она постоянно проверяла телефон, как будто ждала от кого-то ответа. Вздохнув и поразившись в очередной раз превратностям судьбы, мужчина сел на заднее сидение и с удовольствием вытянулся, насколько хватило места. Если бы у него два года назад хватило мозгов не играть в героя, то сейчас бы он отдыхал с женой и ребенком где-то на берегу моря, а не мучился от нахлынувших чувств. К тому же ему все равно ничего не светило, это Светка дала понять еще 10 лет назад, когда Олег решил признаться в своих чувствах и подарить материнское кольцо. Из трех друзей она выбрала того, кто ее никогда не ценил, как казалось Олегу.
– Олежек, – мягко коснулась рукой лица мужчины Светка. – Пойдем домой, холодно, да и родители беспокоятся. Я маме обещала заехать с утра, да и твои наверно потеряли сына.