Пишите письма, их есть кому читать

*      *      *

– Кирюша, смотри, кто к нам пришел! Светочка, проходи, раздевайся, тапочки, тапочки возьми. Кирюша, кофий готовь, я пока на стол соберу, да убери ты уже газету, видишь же, что Светочка пришла. Яковинский звонил, кстати, перезвони ему, но после кофе! Олежек, не ходи босиком.

Как будто не было этих 15 лет, Светка оказалась в теплой и безумно творческой квартире Безуховых. Несмотря на то, что все в семье занимались делами сугубо прагматичными: глава семейства – адвокат, мать Олега – бухгалтер, старшая сестра – инженер-проектировщик, – все пять комнат всегда были наполнены музыкой, литературой, искусством. На просторной кухне вела беседы интеллектуальная элита города, исполняли свои песни рок-музыканты, резались в преферанс известные художники. Когда была еще жива бабушка Олега, она готовила удивительные маленькие пирожки, которые хорошо заходили под изысканное вино или разливное пиво. Их компания тоже нередко сидела за круглым столом. Даже в те тяжелые месяцы они старались собираться на этой теплой кухне. А потом все как будто оборвалось.

– Мама, подожди, нам нужно кое-что обсудить по работе, а потом будем пить и кофий, и чай, и все, что хочешь!

Поцеловав маму в макушку, Олег потянул девушку в свою старую комнату. Здесь мало что изменилось за прошедшие годы, лишь прибавились несколько книг и фотография очень красивой женщины с мальчиком на столе. Светка машинально взяла фоторамку в руки. В 7-летнем парнишке легко угадывались черты Олега и его родителей.

– Вы часто видитесь?

– Он не хочет со мной встречаться, считает виновным в произошедшем с нашей семьей. Смышлёный не по годам парень вырос, лучше нас все понимает. Ладно, пойдем, посмотрим, что хранил наш незнакомец в пальто.

Мужчина уже вставил флешку в ноутбук, на секунду им показалось, что она не работает, но потом появился проводник. Все файлы, а их было больше 100, носили цифровое название. Открыв один из них, Олег увидел на сканированной странице знакомый логотип организации и заполненные цифрами таблицы, причем где-то числа были зачеркнуты и рядом с ними были ручкой написаны новые, сильно отличающиеся от исходных. Многие из документов были с логотипами известных в городе компаний или гербами ведомств. Потратив полчаса и не просмотрев десятой части всего архива, Олег в изнеможении рухнул на кровать. За дверью мама робко напомнила про кофе, но сын не отреагировал, и она ушла к мужу.

– Ты понимаешь, что это за документы? Из-за этого могли убить?

– Угу… лучше бы не понимал, – грустно усмехнулся мужчина, рассеянно гладя Светкины волосы. – Это черная бухгалтерия нашей политической и бизнес элиты. С помощью только пары бумажек можно порушить многомиллионные схемы, посадить «хороших» людей.

– Но как ты понял?

– Вот это компания моего бывшего тестя, а вот глава дорожного департамента, который заплатил за ремонт улицы у дома мэра в 10 раз больше положенного, – пролистывая файл, Олег методично перечислял, с кем и на каких подрядах зарабатывал бывший родственник.

– Но откуда ты знаешь, что это правда?

– Часть бумаг всплыла перед судом, какой-то доброжелатель отправил их по почте на мое имя. Но ради того, чтобы Карина разрешила видеться с Антоном, я спрятал эти документы до лучших времён. Вот только это все равно не помогло…

– … твой сын не хочет тебя видеть, – добавила девушка, тяжело вздохнув, а потом, поддавшись мимолётному порыву, обняла друга. Олег мягко поцеловал ее, боясь отказа, но его не последовало. На какое-то мгновение все вернулось на 10 лет назад, та же комната, те же люди, похожий повод для встречи, но совсем разная реакция девушка. Возможно сказалось напряжение последних дней, возможно обида и желание человеческого тепла, Светка не могла объяснить это даже себе. А Олег полностью погрузился в грезы, которые вдруг стали реальностью. Резкий звук сообщения вернул их к действительности. Мужчина был готов выбросить его в окно, когда Светка мягко отстранилась и полезла в сумку. «Одно новое сообщение».

– Черт, неужели опять…

– Дай мне сюда, посмотрим, что это за таинственный поэт, – мужчина взял в руки телефон и начал что-то нажимать на нем, попутно пытаясь до кого-то дозвониться со своего. – Да, привет! Прости, забыл, что ты на даче. Можешь попросить своих ребят узнать, что за абонента шлёт очень интересные сообщения моей девушке? Да-да, познакомлю, только вот разберусь с воздыхателем. Первые сообщения вчера начали приходить… Сейчас, да, секунду, открою… «Лжец всегда говорит правду», ну да, Шерлок Холмс недоделанный, спасибо, я твой должник.

– Моей девушке? Ты это решил до поцелуя или после, – прищурилась Светка, кокетничая. – А знаешь, я тут позавидовала одной женщине в возрасте, даже не ей, а тому интересу и вдохновению, которое она вызывает.

– Да ладно! Ты же весь универ меняла парней как перчатки, столько поклонников за тобой ходили. Эти твои опера еще, с юрфака. Ребята говорили, что вы не расстаетесь.

– Главное, это создать правильный имидж, а остальное уже додумают за тебя. А ты все-таки не смог уйти совсем, следил за мной?

– Интересовался. Я не должен был уходить, оставлять тебя одну после всего случившегося. Прости меня, если сможешь.

– Не тебе прощения просить, не тебе, Олег.

*            *      *

– Смешно сказать, сколько раз мы разъезжались по разным городам, сколько раз обещали встретиться. И вот опять, ты вообще собирался сообщить об этом факте? Или я бы узнала спустя год, когда бы ты опять объявился?

– Я же не на другой конец света уезжаю. Просто закончилась одна работа, Марине не климат, у нее постоянные простуды, а сейчас будет ещё тяжелее. Ее родители беспокоятся, предложили рассмотреть вариант.

– В смысле тяжелее? Ещё одна новость, которой ты забыл поделиться?

– У нас с Мариной будет ребенок. Прости, я думал, она тебе сказала. Вы же созванивались. Да, вот так. Я стану отцом, я должен был сказать.

– Нет, это ты прости, это совсем не мое дело. Это, получается, была последняя гастроль, любовное приключение перед отцовством. Что ж поздравляю, надеюсь, что тебе все понравилось и на новом месте все у вас будет хорошо. Открытку с поздравлениями новорожденному вышлю первой.

Светка выдавила жалкую улыбку и поспешила скрыть ее за глотком кофе. Ещё полчаса назад она собиралась сказать, что через пару дней они наконец смогут уехать из этого города навсегда. Но судьба опять распорядилась по-своему. Он опять с ней поиграл и выбрал другую.

– Как мама?

– Переживает. Хотя Сергей Семёнович и оказался убийцей, но она его любила, наверно, поэтому и смерть отца смогла пережить. И он о нас тоже заботился, иногда мне казалось, что больше чем папа даже. Но почему нельзя было рассказать мне все, я не понимаю. Разве я заслужила такое? Теперь из-за того, что у него не осталось родственников, все похоронные процедуры на нас. Он опять бросил маму расхлёбывать все самой.

– Лана, он был твоим отцом, ее любимым, это не расхлебывать, а проводить его в последний путь, сказать спасибо.

– Поделиться своими сперматозоидами и дарить подарки – это не значит быть хорошим отцом и заслуживать это «спасибо». Тебе это стоит запомнить, теперь тебе придется соответствовать. Уже придумали имя? Ох, черт, знаешь, мне пора, спасибо за вкусный кофе, в городе оказывается слишком мало мест, где такой готовят.

– Подожди, мы же только встретились, – попытался задержать Светку мужчина, но увидев глаза полные слез, не стал больше препятствовать. Он понял, что сильно ранил своим поступком девушку, но не мог иначе.

– Хорошего вам полета…

– И тебе, если ты всё-таки соберёшься уехать.

– Через пару дней, спасибо, – пробормотала девушка и пошла к выходу из кафе.

Утренняя морось превратилась в настоящий ливень. Забытый дома зонтик, проезжающие мимо такси и куда-то спешащие прохожие. По щекам Светки покатились слезы, смешиваясь с дождем. Кажется, что погода оплакивала конец их истории, которой по-настоящему никогда и не было. Если ждать плохого, то оно обязательно случается, заявляют психологи и коучеры. Но если надежды на хорошее нет, то как можно ждать хорошего?

*       *      *

На углу Садовой и Полевой Аллахверди заметил знакомую женскую фигуру в тонком плащике. Он подвозил эту грустную девушку два дня назад к ее матери. Тогда случилась не самая приятная история: у одного из подъездов нашли труп мужчины. Как полагается, таксист оставил свои контакты усатому полицейскому, но ни минуты не надеялся, что убийцу найдут. Слишком много Аллахверди видел за 25 лет работы таксистом в этом городе.

Начав ещё в 90-е годы, мужчина пережил рэкетиров, коррумпированных ментов, новых русских, старых кавказцев и много кого. В какой-то момент на вокзал, самый прибыльный участок в городе, пришла молодая группировка под руководством Лебедя. Кто именно был в верхушке и следил за порядком, было неизвестно. Зато у «лебедят» было очень много последователей из разочаровавшейся в государстве молодежи, которая почти не помнила 90-х и посчитала, что если чиновники не могут наладить жизнь в городе, то это сделают они. В итоге меньше чем за год Лебедь зачистил город от агрессивных выходцев с Кавказа, приструнил зарвавшихся силовиков, дав возможность нормальным людям мирно работать. При чем администрация и крупный бизнес подчёркнуто не замечали зарвавшегося бандита, в душе радуясь, что их трогают. И действительно, Лебедю было глубоко наплевать на купленные тендеры и картели, проданные земельные участки за рубль. Казалось, что единственной его целью было создать нормальные условия для обычных людей. Такая современная версия Робин Гуда с поправкой на российские реалии. Так думали о нем многие, даже полиция, которую Лебедь тоже здорово зачистил от беспредельщиков и явных воров.

Аллахверди сначала работал под Ясмином, но с приходом новой власти сумел договориться напрямую. Раз в месяц относил 25% прибыли рыжему пареньку из парикмахерской «Алевтина» по кличке Степан. Тот всегда был вежлив, никогда не пересчитывал деньги и поил Аллахверди очень вкусным кофе, который тот пил разве что на родине в Турции. Уважение к труду, отсутствие разборок и четкая организация были характерны для группировки Лебедя. Даже с нарушителями обычно разбирались тихо, чисто, без лишней крови.

Однако идиллия в городе не могла долго продолжаться. Каждый хотел кусок пожирнее и готов был за него пролить немало крови. Вчера вечером Заур рассказал, что пятеро кавказцев избили таксистов Рамиля и Тинатин, которые часто работали у нескольких дорогих заведений в городе. Сегодня утром знакомые рассказали о найденных полицией двух трупах в посадке за объездной – Карины, хозяйки пяти салонов красоты и десяти эконом-парикмахерских, и Евгения Саныча, который держал несколько маленьких магазинов с овощами и фруктами из Армении. Тела были обезображены, видно, что делом занимались опытные садисты. Еще несколько подобных случаев было на прошлой неделе и в начале месяца. Обстановка в городе накалялась, стало много «чужих», однако Лебедь затаился и ничего не предпринимал. Его люди пытались разобраться с нарушителями спокойствия, но после нескольких «несчастных» случаев вынуждены были отступить.

– Девушка, не пугайтесь! Помните, я вас подвозил к маме, тогда ещё труп нашли у подъезда? Давайте, подвезу вас, опасно сейчас ходить одной по улицам. Да и район вы выбрали не самый тихий.

Оглядев быстрым взглядом «Волгу» и узнав в лицо таксиста, Светка кивнула, вытерла слезы и плюхнулась на переднее сиденье.

– А почему опасно? Вроде же порядки навели, полиция патрулирует улицы, наш регион даже похвалили за сокращение преступлений, даже бомжей на остановках почти не осталось, – шмыгнула носом девушка и попыталась привести себя в порядок.

– Да, господин Лебедь нам всем помог очень сильно, выгнал всех беспредельщиков из города. А потом и наша доблестная полиция подоспела. Да вот только проблемы-то решать надо, а не кормиться у чурок.

– Простите, но вы…эээ, ну в общем нерусской нации и так говорите про них, – ляпнула Светка.

– Да не смущайтесь, многие часто путают, черный и черный, – засмеялся таксист. – Я вообще-то турок, из Стамбула. Приехал в начале 90-х с товаром, да так и остался. А эти… что уж говорить, бог им судья.

– У вас почти нет акцента. Извините, я действительно не очень хорошо различаю восточные народы. А что в итоге случилось?

– Убийства, сегодня двоих нашли в посадке, замучены до смерти. На водителей нападают кавказцы. Девочку неделю назад похитили рядом с домом, до сих пор не нашли. Наверно, уже и не найдут, пока вода не спадет. Одна у родителей была. А сколько шалав, простите, женщин гулящих пропадает. Как началось все, так с каждым днем все хуже.

– А что же ваш Лебедь, кажется, вы считаете его героем, который всех спас десять лет назад.

– А он герой и есть. Вы не смейтесь. Вы бы видели, что происходило в городе раньше, даже днём было опасно ходить. В магазинах действовали карманники, на дорогах «калымили» менты-беспредельщики, даже бомжей обирали. Я тогда в семье знакомых жил. Пока таксовал в ночь, их всех вырезали, потому что отец отказался платить. Прихожу, а там в крови все, родственники потом не могли вымыть все, хорошо, что дом под снос пошел. Нельзя там было жить. А теперь опять это все возвращается… Страшно жить. За вас, молодежь, страшно. Вот вы одна по улице ходите, если бы что случилось, а меня бы не оказалось. Хорошо, клиент попросил раньше остановить.

– Но почему тогда ваш Лебедь опять не наведёт порядок, если он такой сильный и смелый?

Аллахверди лишь развел руками. Впереди показался Светкин дом. У подъезда в тени дерева курил мужчина в толстовке с капюшоном, который скрывал лицо. Сутулая фигура выглядела опасно, но мимо дома постоянно сновали люди, девушка заранее приготовила ключи, надеясь быстро проскочить мимо. Таксист заметил ее напряженность и перевел взгляд на мужчину у подъезда.

– Если не возражаете, то провожу вас до квартиры, не нравятся мне что-то это, – недобро покосился таксист. Потом пошарил рукой под сиденьем и вытащил оттуда монтировку. – Теперь можно идти. Вы не бойтесь, держитесь уверенно, они этого не любят. Жертву выбирают слабую.

У двери квартиры Светка немного замешкалась, увидев воткнутый за косяк конверт, но спустя секунду оправилась и открыла дверь. У входа стоял кошачий лоток, который напомнил девушке, что ее ждут дома и внезапно исчезать не стоит. В голове мелькнула перевезти кота к маме, но девушка боялась, что эти два эмоциональных существа не уживутся.

– Давайте я вас хоть кофе угощу! А то вы так мне помогли и денег брать не хотите. У меня еще и выпечка есть. Заходите!

– Простите, не могу, надо женщину одну после работы встретить, у вас тут недалеко работает. Если позволите, я как-нибудь в другой раз на кофе зайду, – подмигнул Аллахверди и сразу помолодел лет на 20.

– Это Наташа?

– Наташа, – улыбнулся мужчина.

– Тогда, конечно, бегите. Я сразу поняла, что вы в нее влюблены. Вы так смотрели за ее работой. Знаете, я даже позавидовала. На меня так никто никогда не смотрел.

– Все ещё будет, дочка. Бог дает, если всем сердцем этого хочешь. Вот мужчина, которого мы встретили во дворе вашей матушки. Он с вас взгляд не сводил. Надо просто смотреть в одну сторону, так все и будет. А теперь мне пора, простите за нравоучения. Это то ли от старости, то ли от глупости. Доброй ночи и берегите себя.

– Вы тоже, и ее берегите.

За Аллахверди закрылась дверь. В тишине квартиры Светка почувствовала накопившуюся усталость. Эти три дня тяжело дались ей. Два трупа, скандал на работе и последующее увольнение, долгожданная встреча и прощание, Олег и проблемы в семье, новый папа – старый папа. Ещё и этот конверт, который Светка боялась открыть. Включив чайник, девушка нашла в кармане телефон и набрала 6 цифр.

– Да, привет. Прости, что беспокою вечером, но у нас проблемы… Подожди. В городе опять неспокойно, если опять начнут убивать людей, ему придется вернуться. Нет, я не хочу говорить Олегу, не надо его втягивать в это. Я знаю! Послушай меня, мы не справимся сами… Да потому что он жив! Я сама это сделала. Прекрати! И еще я получила сегодня странный конверт… Нет, не открывала, хорошо. А я тебя нет.

*      *      *

– Это совсем не смешно! Ты только погляди, что этот наглец выдумал! Кольцо подарил, жениться хочет, а то, что у нас под окнами два трупа его не волнует! Как я объясню, что замуж выскочила после кончины сердечного друга. Да меня же черной вдовой считать будут. Самкой богомола!

Алла Аркадьевна уже полчаса бегала по кухни, заламывая руки и причитая. Причина оказалась банальная до невозможности – старый поклонник Иаков (по паспорту Яков) преподнес ей кольцо и сердце. Если последнее было порядком изношено, то кольцо украшал огромный бриллиант, что для еврея было поразительно. Забежавшая с утра Светка нос к носу столкнулась со смущённым Ромео, который поцеловал ручку и исчез, пока маменька не швырнула кольцо обратно.

– Мама, нам нужно обсудить похороны Сергея Семёновича. Что там нужно, цветы, люди, обеды заказать, говорят, что еще одежда другая нужна.

– Так он сам уже все подготовил, перед тем как отбыл, скотина! Опять его грязные делишки, всю жизнь одно и то же, – прервала дочь Алла Аркадьевна. – Как кутить, так мы друг друга не знаем, а как помер, так все на нас повесил.

– Мам, почему ты не рассказала, что он мой отец? Даже после смерти папы.

– А зачем? Разве что-то бы изменилось? Пришел, ушел, на день рождения игрушку подарил, папаша. Он даже сначала не понял, что ты его кровь. Еще Юрку поздравлял, в него типа дочка пошла. Я тогда не выдержала, все ему сказала. Так он посерел весь и исчез месяца на три. А когда я одна осталась, о Юре уже было известно, он появлятся стал, вечером придет, суп принесет, покормит. Знаешь, я первое время вообще есть не могла, не понимала, зачем это. А он половник возьмёт и трясет перед моим носом «есть надо, Алка, дочку ещё замуж не выдали» …, – неожиданно расплакалась женщина.

Позавчера поздно вечером к Алле Аркадьевне пришел человек с конвертом от Сергея Семёновича, где тот просил считать его погибшим, обещал все рассказать при встрече, которая непременно произойдет когда-нибудь. До этого момента, вероятно, пришлось бы мучиться и стараться, чтобы его дружки не поняли подмены. Помимо письма в конверте была банковская карта с суммой с шестью нулями на балансе. Как отметил в письме мужчина, «на карманные расходы тебе и дочке».

В 9 утра прибежала Серафима с новостью, что у гостиницы «Азимут» найден обезображенный труп мужчины с водительскими правами Сергея Семёновича. Через час весь двор обсуждал, кому перешёл дорогу мужчина и за что им третий труп за три дня. К вечеру отдельные соседи увидели в происшедшем руку Запада, которая наплодила убийц. Когда Светка приехала к маме, разговоры поутихли, но в каждом втором окне пара глаз следила за лавочкой у подъезда.

– Мамочка, перестань, он же живой, вернётся, скажешь ему все. Давай делами заниматься, ты же хотела старое бюро разобрать. Мне ещё сегодня на собеседование ехать.

– Куда? А ты не хочешь попросить Олега устроить тебя к нему? Удобно будет.

– Что удобно, – расхохоталась девушка. – Мам, он просто поможет мне разобраться с этими странными сообщениями, только и всего. Он давно меня разлюбил, у него чудесный сын, жаль, что только не хочет с ним видеться.

– Кстати, они больше не приходили?

– Увы, как Олег поставил мой телефон на отслеживание, ничего не приходило. Даже странно!

– Наверно, кому-то надоело шутить, – заметила Алла Аркадьевна, направляясь в спальню, где в углу стояло старое бюро, заваленное книгами. – А что за работа?

– Маратик обещал помочь, говорит, что его знакомому нужен пиарщик-спичрайтер. Какой-то крупный бизнесмен, приехал к нам из другого города лет 5 назад.

– Опять этот Маратик! Вот скажи, как ты можешь с ним общаться, он же бандит и педик! От него даже детей не заведешь, наследственность такая, что уж лучше без них. Еще непонятно, что он там от своих «подружек» подцепил.

– Мама!

– Не мамкай! Я помню тот год перед университетом, когда ты с ним, Олегом и ещё одним парнем пропадали сутками. Чуть экзамены не завалила. Кстати, как звали того парня? Красивый был сукин сын!

Пока мама распылялась, Светка собрала книги в стопки и занялась бумагами. Здесь были старые счета за свет и газ, почтовые уведомления, официальные письма из пенсионного фонда и страховой, письма из отцовской компании, открытки от знакомых, Светкины рисунки. При виде всего этого девушка с трудом сдерживала слезы. От его любимого папа остались лишь квитки и старые запонки.

Внезапно, поддавшись недавно увиденному воспоминаю, Светка засунула пальцы в узкую щель в бюро. Указательный палец почувствовал жёсткий край конверта. Пока мама была занята завариванием чая, Светка аккуратно с помощью ножа извлекла из щели тонкий черный конверт. Чувствуя себя воровкой в родном доме, она заткнула конверт за пояс и поспешила на кухню.

– Мам, я разобрала книги и документы, все, что выкинуть, в пакете, остальное убрала в бюро. А теперь прости, надо уже выходить, нельзя опаздывать на собеседование!

– Ага, к Маратику! Даже целовать тебя не хочу, бессовестная! Удачи, напиши, как пройдет!

*      *      *

– К Марату Васильевичу, он ждёт меня! – кивнула хорошенькой секретарше Светка, уже открывая дверь с табличкой «Генеральный директор». – Маратик, привет! У тебя новая спортсменка? Где ты их находишь? Прошлая была КМС по плаванию, а у этой какие навыки? – с порога сказала девушка черноволосому мужчине лет 30-35, который развалился на кожаном диване. Тот лишь замахал руками, обращая внимания на наушник в ухе и постарался максимально заглушить Светкины смешки.

– Да, Гельман Рафаилович, конечно же, мы уже подали документы на тендер, с Альбертом связались, через две недели участок будет ваш. Пока рано благодарить. Спасибо, да, и вам всего доброго… – расточал мед мужчина, пытаясь утихомирить уже в голос хохочущую Светку. – Черт бы побрал этих евреев! За деньги душу вынут, уже месяц пытаюсь с ним закрыться, а он даже не знает, какой объект хочет. Представь, вчера заявил юристу, что хочет поле для регби, а сегодня уже детскую спортивную школу решил строить. Ладно, к черту дела, жалуйся, кто обидел, пока все равно ждем, – поцеловал девушку в висок мужчина и попытался уложить рядом с собой на диван.

– Я смотрю, клиенты тебя одолевают, всем нужна земля. Кстати, что за терем собрались строить рядом с моим домом? Очередная вариация на исконно русскую кухню или по национальным идеям?

– Ладочка, чай нам принеси… Не знаю, не мой клиент, как начнут шуметь, свисти, новую квартиру тебе подберём. И вообще, что зачем ты живешь в такой дыре?! Я час добирался из центра, все пробки собрал, еще и дома все одинаковые.

– Зато у нас лесополоса через дорогу, дышать есть чем, дом новый, к тому же Кэт только привык, еще один переезд мои кроссовки не переживут, – отхлебнула чай Светка, вспоминая, что только пару месяцев назад удалось наконец отучить кота метить ее кроссовки.

– Только ты могла назвать кота котом. Сейчас придет мой знакомый, по нескольким проектам с ним работали, умный, обаятельный, неженатый, в свободное время плавает и смотрит History channel. Мужчина мечты, одним словом.

– И видимо предпочитает женщин.

– Увы, как всегда. Не теряйся, будь приветлива, и он возьмёт тебя пиарщиком. Говорят, что прошлой он платил по 500 кусков.

– Я надеялась, что он возьмет меня в жены, а ты все о насущном. А куда, кстати, старая делась?

– Утонула, знаешь же сама, когда рот открываешь, можешь не всплыть. Но тебя это не касается, ты у нас всегда молчаливая была. А вот и он! – услышал разговор за дверью Марат. Откинув свои шикарные волосы, он сел в огромное кожаное кресло и вытянулся в ожидании.

В дверь протиснулась спортивная секретарша с чаем и кофе, а за ней вошёл тот, кого меньше всего Светка хотела видеть.

– Баа, да это же вы, Светочка! Как давно не виделись! – ухмыльнулся Тимофей.