Нефритовый диск Би

Глава 1. Второй отряд космонавтов СССР

Началось это в далеком теперь 1962-м году, когда отряд космонавтов пополнился «женским звеном». Первоначально их было два звена, восемь девушек с ограничением по росту, весу и возрасту. Официально они вошли не в первый, а во второй отряд космонавтов, более многочисленный, чем первый. Впоследствии, после завершения подготовки, из восьми человек, пятерых обещали перевести в первый отряд. Одна из них была летчицей, а остальные – парашютистками. Космический корабль «Восток», на котором, одной из них, предстояло лететь в космос, не предусматривал «мягкой посадки» для спускаемого аппарата. Войдя в атмосферу по баллистической кривой, шар корабля гасил скорость трением о воздух. Затем выпускался флажный тормозной парашют, для стабилизации шара при падении и сброса скорости. На высоте 5 километров срабатывала обыкновенная самолетная катапульта, выбрасывавшая космонавта и его кресло из шара. Корабль врезался в Землю, а два парашюта «спасали» космонавта и его кресло. Все остальные способы посадки еще не были окончательно отработаны, поэтому пользовались этим способом, как максимально простым, но очень страшным. Корабли потихоньку совершенствовались. У них появилась возможность ручного управления на орбите, чего не мог делать «Восток» Гагарина, но это были простейшие маневры: разворот корабля на 180 градусов для включения тормозного двигателя и стабилизация его относительно Земли или какой-нибудь звезды, или созвездия. Опыт космических полетов набирался постепенно, маленькими осторожными шажками. На полете женщины в космос настаивало тогдашнее Политбюро. Сами космонавты и, в некоторой степени, главный конструктор, не слишком поддерживали эту идею. Но, от них этот выбор не зависел. В результате отряд пополнился Жанной, Татьяной, Ириной и двумя Валентинами. По специальности они были, соответственно, учительницей в младших классах, старшим лаборантом НИИ-35, инженером-строителем, инженером-механиком по жидкостным ракетным двигателям и ровничницей в ленторовничном цехе, то есть рабочей на текстильной фабрике. Самой старшей и наиболее подготовленной была Валентина Пономарева, золотая медалистка, выпускница МАИ, летчица-спортсменка, в том числе, на реактивной технике, большая умница и настоящий ученый. А самой младшей была Таня, ей еще 21 не исполнился. Тем не менее, член сборной СССР по парашюту, мастер спорта, 250 прыжков. Но, это был не высший показатель, Ирина имела 700 прыжков до принятия в отряд, и была капитаном женской сборной по парашюту. Так или иначе все они попали в одно звено, и начались тренировки.

Так как сесть в заданном районе получалось не всегда и не у всех, то все кандидаты в космонавты проходили серьезнейший курс по выживанию в любых земных условиях. Причем, в одиночку. Корабль был одноместный, и выживать требовалось в одиночку, чтобы не случилось, и куда бы вас судьба не забросила. И далеко не всегда все получалось так, как задумывалось. До гибели на тренировках не доходило, но травмы, порой, случались. По рекомендациям врачей и специалистов центра был установлен следующий порядок претендентов на полет: 1. Пономарёва Валентина; 2. Соловьёва Ирина; 3. Кузнецова Татьяна; 4. Ёркина Жанна; 5. Терешкова Валентина, но тренировки продолжились, причем еще более насыщенные и максимально приближенные к реальным условиям будущего полета.

И вот, претендент номер три, Танечка, как все ее называли в отряде, усаживается во вторую кабину тяжелого перехватчика Ту-28, бортовой номер 0202. Она в «своем» скафандре и со «своим» парашютом. В таком виде она и окажется на Земле после приземления. Кабина закрыта шторкой. На приборной доске закреплена черная доска. Взлетают из Чкаловска, затем последует команда покинуть машину. Маршрут и время полета ей не известны. Такие тренировки проходили все, и мужчины, и женщины. Покидать самолет ей придется на сверхзвуке, возможно, во время маневра. Где в это время будет находится самолет – одному богу известно. Задача выйти к людям и подать сигнал для поисковой группы. Дальность действия у этой машины большая, 2500 километров.

Машина взлетела, прошла по баллистической горке несколько раз. В это время на сорок – сорок пять секунд в кабине появляется невесомость. Она без ракет, идет на сверхзвуке. Вначале было понятно, что летит на восток, но, после нескольких маневров, направление Татьяна потеряла. К тому же солнце окончательно село. Желтый сигнал «Приготовится». Затем красный, «Пошел», но катапульту приводить в действие не надо, она – автоматическая. Удар снизу, чернота перегрузки, затем рывок стабилизирующего парашюта кресла. Танечка бьет по замку и отталкивается ногами от кресла. Это своеобразный «шик»: не дожидаться, когда ППК-У освободит летчика от ремней, а показать инструкторам, что она быстро отошла от сильных перегрузок. Она – «среднячок», самая молодая в команде, и шанса попасть в кабину «Востока-6» у нее практически нет. Разве что, если произойдет какое-нибудь чудо. Но их не бывает! Рывок раскрытия, парашют сработал. Это не простой спасательный «С-3-3», это «С-4у», поэтому она зажала правый клевант управления и развернулась на 360 градусов.

– Ну и глушь! – громко сказала она. Голос в шлеме звучал гулко. Она включила подшлемный фонарь, который располагался на шее, и поднесла к нему правую руку. Там находился альтиметр. 4200, можно отстегнуть и поднять «забрало» шлемофона. Но не просто так, а со злым умыслом. С помощью шкал нашлемного стекла можно взять высоту звезд, и определиться по широте и долготе с точностью до 10 миль, если сработать быстро. Дождавшись высоты 4000 ровно, она замерила высоту Альфы Большой Медведицы, Альголь в созвездии Персея и Вегу Лиры, опуская стекло шлема до уровня горизонта и засекая при этом время. Большой точности не получится, но «треугольник» хороший, так что, более или менее, место удастся получить. Тем более, что внизу, похоже, лес. Так что, там это сделать достаточно сложно. Записав цифры на блокноте, закрепленном на левом рукаве, она успокоилась. Таблицы подобранных звезд находились у нее за спиной в кармане спинки парашюта. Этот способ ей понравился, еще когда его объясняли. И она его уже использовала несколько раз, так как хорошо считала и имела прекрасную память на цифры. Заодно она обнаружила и запеленговала парашют своего кресла. Это очень нужная вещь. Многие «приспособления», необходимые для выживания, закреплены на нем. Лишь после этого, она вытащила «Комарик» и нажала на кнопку подачи аварийного сигнала. Передала несколько раз устно свой позывной: «Я – Чайка-3. Все, кто меня слышит, ответьте Чайке-3». Молчание. Дескать, связи нет и не будет. Да и бог с ним, не очень уж и хотелось. В прошлом месяце Жанна на подобной тренировке подвернула ногу и сейчас переехала на пятую позицию, вместо четвертой. Мысль об этом заставила Таню еще раз развернуть парашют, стараясь хоть что-нибудь рассмотреть на Земле. Но темнота и высота пока не давали возможности разглядеть что-либо на Земле. Посматривая на альтиметр, она еще раз развернула парашют, что-то блеснуло вдалеке, похоже, что там река. Это на западе. И тут, о чудо! На востоке показался мощный движущийся источник света. Там проходила железная дорога! По которой шел грузовой поезд. Но, ветер, похоже, дул с востока, потому, что Танечка услышала далекий перестук колес или это ей показалось. Вообще-то, далековато. Тут она увидела небольшой ровный прямоугольник, явно, рукотворный. Вырубка, и отличный способ сломать ноги или копчик об пенек. Визуально определив снос, она поставила парашют по ветру. За вырубкой, в 200 метрах, имелось какое-то белое пятно, редколесье. И она направила парашют туда. Умело маневрируя в воздухе, Таня небольшими зигзагами играла скоростью, удерживая эту площадку под постоянным углом. Разворот на малый снос, и мягкое касание Земли. Небольшая пробежка и она отстегнула купол с одной стороны от подвесной системы. Отлично! Теперь, пока не забыла, она изобразила схему своих маневров в воздухе, чтобы уверенно отыскать кресло. Включила пеленгатор, расположенный на груди, проверяя: запустился ли второй «Комарик» на кресле. Вытащила из набедренного кармана «свой» передатчик, и выключила сигнал «Бедствия». Покрутившись на месте, быстро обнаружила работу второй станции. Все в порядке! Подключаем «Комара» и повторяем вызов со своим позывным. Молчание.

– Ну и глушь. Прям, Саратов, какой-то. – сказала москвичка, оказавшаяся непонятно где.

Под ногами довольно сыро, это небольшое болотце, поросшее мелколесьем. Приличный лес растет в трехстах метрах, и там есть вырубка, вероятно, может быть, есть шалаш или жилье. Она собрала парашют, полностью отсоединив его от скафандра. Забросила специальную сумку за плечи и пошла в выбранном направлении. Там, кроме пеньков и небольшого количества бревен, ничего не оказалось. Собрав сухие ветки, она разожгла костер, в который сунула небольшое бревно. Затем выбрала два дерева, между которыми подвесила купол, в качестве гамака. Утро вечера мудренее! И забралась в него. Через несколько минут она уснула, тихо радуясь тому, что приземление прошло на удивление мягко и судьбу Жанны она не повторила.

Утро началось рано: во-первых, комары, во-вторых, на полянку вышло большое стадо диких свиней, в-третьих, в-четвертых и в-пятых, главное из которых заключалось в том, что никаких вертолетов-спасателей на горизонте не наблюдается. Так что, задание придется выполнять по наиболее стремному сценарию. Немного поорав на кабанов из безопасного гамака, Татьяна достала таблицы и принялась за расчеты, в промежутках между которыми, лакомилась аварийным пайком. Запив это дело приложенным туда кофе, она спустилась вниз, развернула карту, и нанесла линии положения. Треугольник оказался довольно большим, но звезды подобраны так, что если она не допустила больших промахов, то будет находиться в его центре. Итак, Тюменская область, Уватский район, карта показывает, что здесь сплошные болота. Неподалеку обозначена небольшая речушка без названия. Требуется проверить. Она прошла на запад, и действительно уперлась в небольшой ручей. Срезала несколько веток, вытащила небольшой пакетик из малого аварийного набора, и перегородила ручей капроновой сеткой из него. Сделала зарубки напротив места установки, и вернулась на вырубку. «Комарик» пищал, но на связь, по-прежнему, никто не выходил. Она выключила его, включила пеленгатор и пошла по пеленгу к своему креслу. Недалеко, пара километров, зато каких! Вышла на большое болото и увидела парашют. До него метров 50. Утонуть она не боялась, скафандр имеет положительную плавучесть. Но вымазалась знатно. Все, большой аварийный комплект у нее есть, и даже специальное небольшое ружье, так что с голоду в тайге не пропадем. Вертолет на этой площадке сесть мог, по инструкции она должна оставаться на этом месте двое суток, отведенных на ее поиск АСС, аварийно-спасательной службе. Лишь по истечению этого срока она должна начать движение в сторону наиболее вероятного нахождения людей. Если площадки не имелось, то космонавт должен был ее найти в ближайшей округе или развесить на деревьях один из двух парашютов, которые у него имелись. По дороге назад Танечка нашла чистый ручей, кучу белых грибов, благо что август. От души напилась чистейшей воды, затем сходила на речку, отмыла грязь со скафандра. Чувствовала она себя прекрасно, несмотря на вчерашнее приключение. В сетке оказались хариусы. Посуда у нее уже была, поэтому состоялось маленькое пиршество. Рыбу она любила. Вечером подстрелила самого маленького поросенка из стада, хотя ей его было невыносимо жалко. Но инструкция напрямую приказывала это сделать. Она соорудила из подручных средств что-то вроде коптильни, так как ей не хотелось делать вертел и смотреть на несчастного поросенка. Большим мачете, входившим в большой набор, она разделила тушку на две части вдоль, обмазала ее влажной глиной и положила запекаться в костер. Затем долго мыла в реке скафандр, с омерзением вспоминая недавнее занятие. Таких неприятных вещей приходилось делать довольно много. Честно говоря, это совсем не женская специальность: летчик-космонавт СССР, в условиях 1962 года. Но куда деваться? Ее силком сюда никто не тащил, пошла добровольно, рядовой ВВС СССР первого года службы. Готовый с честью выполнять все приказы командиров. В данном случае, на оценку. Ведется бортовой журнал, где записываются все действия будущего экипажа космического корабля «Восток». Второй день прошел в похожих занятиях, но без стрельбы по несчастным животным. Только вечером погода испортилась, и зарядил сильный дождь. Утром она двинулась на восток, по направлению к железной дороге. Через два километра прямая, как стрела, просека повернула налево в направлении того самого болота. «Это – зимник» – поняла Татьяна. Летом он непроходим. Требовалось либо возвращаться назад и идти в сторону большой реки: Иртыша, либо попытаться пройти на восток оставшиеся 16 километров. По карте сзади было большое болото. Чертыхнувшись, двинулась вперед, не забывая делать зарубки на стволах, на случай, если придется возвращаться назад. Через пять километров вышла опять к болоту. Но через него шла кабанья тропа. Затем лес стал посуше, идти стало удобнее. Здесь она остановилась и перекусила тем самым кабанчиком. Голод – не тетка. Аварийный запас хранится дольше, поэтому предпочтительнее первым съесть то, что быстрее портится. Вечером она уже было собралась вешать парашют между деревьями, когда уловила носом запах дыма и чего-то съестного. Где-то рядом были люди! Либо охотники, либо жилье. И она пошла на запах, на ветер. Затем услышала громкий голос петуха, который точно говорил, что рядом жилье. Она перешла неглубокую речку и вышла на тропинку, на которой были какие-то следы непонятно от чего. Но размер шага совпадал с ее ростом. Еще метров сто-сто пятьдесят, и она увидела такую же вырубку, только почти треугольной формы, две старинные постройки на ней, навес возле летней печки, ходящих по двору кур и женщину в каком-то зипуне, перевязанную серой шалью, и достающую что-то из печи ухватом. Она поставила горшок на деревянный стол, и когда повернулась, то увидела одинокую фигуру в оранжевом скафандре с шарообразной головой.

– Свят, свят, свят! – заголосила она, осеняя Татьяну святым знамением, но двумя пальцами, а не тремя.

– Здравствуйте, бабушка, не бойтесь, я – обыкновенная женщина, летчик-космонавт, как Юрий Гагарин.

– Изыди, сотона! Несть зде твово Юрия. Изыди, нечисть.

Тут Татьяна поняла в чем дело! Она отстегнула шлем, чуть повернула его, и сняла, затем сняла подшлемник и тряхнула русыми кудрями.

– Бабушка, я – человек, девушка. У меня ответственное задание. Мне требуется ваша помощь.

Баба-Яга перестала голосить.

– Осенись святым крестом!

Пришлось выполнить ее просьбу, хоть и неверующая. А куда деваться в лесу? Бабка сделала пару шагов вперед.

– Усмотряю тякобременно ти, отроковица. Покладай бремь, предсести.

Татьяна не поняла, что та сказала. Но старуха похлопала рукой по скамейке, тогда Танечка поняла, что делать. Она сняла с плеч все, положила на траву, и присела на лавку. Разговор не очень клеился, старуха говорила на непонятном языке, такого в разговорнике не было. В общем, она не очень старая. Татьяна попыталась узнать: есть ли еще кто-нибудь рядом, но, насколько она поняла, жила здесь женщина одна, и ни с кем не общалась. Староверка, какая-то. Та стала говорить что-то, иногда мелькало какое-то слово непонятное «провржити». Баба-Яга сняла крышку с горшка, откуда пахнуло довольно вкусным запахом, на который она сюда и пришла. Но вид у пищи был странноватый. Но на вкус оказался вполне ничего. Есть общей ложкой Татьяна отказалась, достала свою, складную. На стол выложила кусок кабанчика. Но есть мясо не стала старуха, несколько раз повторив «Спожники», «Спасов пост». Стемнело, но спать в дом Таню не пустили, да оно и к лучшему. Предложили ей невысокий сеновал, где она и уснула. За день намучилась, таща на плечах довольно значительный груз. В общем, не заметила она, что бабка ночью, когда она спала, подошла тихо к ее изголовью и что-то долго шептала. Наливала расплавленный воск в воду, рассматривала его пристально, еще раз повторяла свои пасы. На следующее утро Татьяна поняла, что понимает то, что говорит Баба-Яга. Каким образом – непонятно. Та сказала, что заглянула ей душу, что боязно было ей, что не приголубят ее начальники, что все к чему она стремится: попасть на небо, может не состояться из-за того, что те не понимают, насколько это важно для нее.

– Я сделала так, чтобы ты попала туда, если ты так этого хочешь.

«Вот это номер! Ай да бабушка, ай да Ягуша!» – подумала Танечка и стала собираться в дорогу. Идти оставалось еще 7-10 километров. Бабуля сунула ей какой-то амулет из темно-зеленого нефрита.

– Возьми его с собой туда. Это его камень, он исполнит все твои желания. Не касайся его грудью.

В душе Татьяна просто посмеялась, она уже представляла себе, как повесит его именно на шею. Камень ей понравился, отверстие для ношения на шее у него имелось. Но скафандр не давал ей возможности сразу исполнить задуманное, поэтому камень занял место в кармане и через полтора суток она вышла на железную дорогу. Влезла на столб и подсоединилась к телефонным проводам. Задача была выполнена. После этого она перешла железную дорогу и вышла на большую вырубку, где и дождалась прилета спасательного вертолета. О встрече со странной бабкой она никому не рассказала, боялась, что засмеют, так как креститься, да еще и по-старому, пришлось.

Глава 2. Успех определяет положение и конец иллюзий

Успешное выполнение этого задания заметно повлияли на расстановку приоритетов в звене. Татьяна получила за это задание «отлично», тогда как у остальных максимальная оценка была не выше «трех с плюсом» у Пономаревой. Жанна из-за ноги находилась на грани вылета, но не в космос, а из отряда. Вторая Валентина провалила задание: прожгла скафандр и не заметила этого. Дело было не столько в том, что сама Таня сделала, сколько потому, что ее реально «потеряли». Произошло подряд несколько накладок, как чисто штабных, так и технических. Плюс природа постаралась. В первую очередь, настройка «Комариков», вместо настоящего аварийного канала, использовала учебный, на который никто в ГВФ и в ВВС не среагировал от слова «вообще». Предварительной рассылки приказа, как перед реальным космическим полетом, не было. АСС в Крайнем, которая и должна была заниматься поиском, искала ее возле Кемерова, под Мурюком, так как к ним поступил ошибочный расчет. А район слияния Оби и Иртыша – это место активной геологоразведки, где геологи и их разведчики творят все, что хотят, и забивают все каналы связи сплошными помехами. Нефть там нашли, и водка льется рекой. Так что «Комариков» никто не слышал. Плюс «ее» борт 0202 сообщить о районе выброски и сдать карты уже никогда не сможет: была у первых серий этих самолетов одна общая беда. На определенных углах крена на вираже руль направления менял сторону реакции на обратную. И никто и никогда не мог вывести эту машину из смертельной нисходящей спирали. Так что, все наложилось одно на другое, просто как в сказке. Она не запаниковала, ни слыша никого, и действовала четко по инструкции по действию экипажа в условиях посадки в неустановленном районе. Генерал Каманин, который лично посетил место ее посадки, особо подчеркнул умелые действия в воздухе, потому, что в случае приземления на вырубку с высокими пеньками ручной валки, скорее всего, одним «космонавтом-слушателем» в его отрядах стало бы меньше. Так что хвалили Танечку за дело и умелые действия. А не потому, что бабка наворожила. Она переместилась на первое место по успеваемости и уровню подготовки к полету. Плюс помогала Жанне Ёркиной выйти из депрессии и вновь обрести себя и физическую форму, поэтому отношение к ней в отряде улучшилось, несмотря на лидирующее положение в расстановке. Женские коллективы склочностью иногда просто изумляют.

Первого декабря пятеро девушек переводятся из второго отряда в первый. Жанна, с помощью врачей и Татьяны, преодолела последствия серьезного растяжения связок стопы, сдала зачеты и все испытания, и вновь фигурирует на четвертом месте, опережая Терешкову. Вне конкуренции Таня и старшая Валентина, которая, по-прежнему, исполняет обязанности командира звена. Впрочем, Татьяна и не рвется на ее место. Разговор об этом у нее состоялся с командиром первого отряда майором Гагариным. На его предложение занять штатное место командира звена, она ответила, что в житейских вопросах Валентина, которая на восемь лет старше неё, гораздо опытнее, и открытых конфликтов в звене не возникает, их на корню давит старшая Валентина. Тем более, что у нее семья.

– Вот именно поэтому я и предложил Николаю Петровичу, чтобы Вы ее заменили, так как дольше нее можете находиться в общежитии. Она же домой уезжает почти каждый вечер.

– Сейчас практически никто этого не делает. Она ездит домой вечером в субботу.

– Ну, хорошо, если личный состав она устраивает, значит, никаких изменений не будет.

Собственно, в коллективе, где собрались только спортсменки, соревновательный дух поддерживался всегда, да и начальство, чтобы выжать результаты, его поддерживало, и не только среди девушек. Так жили все звенья всех отрядов. Её скромность начальство тоже оценило, и настрой начальников не изменился по отношению к ней. «Масть перла» и надо было хватать удачу за хвост. Но, удача – птица ловкая и изворотливая. И частенько отворачивается от человека.

Все началось 15 декабря 1962 года, в субботу. По погоде отменили прыжки, и они сидели все впятером в помещении ПДС, сразу после обеда, и пили яблочный сок с витаминами. Все в спортивных костюмах, летные куртки, как положено, висели на вешалке в коридоре. Вдруг заходит Гагарин, выслушал начало доклада Вали-старшей, но затем отмахнулся:

– Отставить! Девочки, у меня совсем другое предложение. Давайте мы вас оденем? У кого денег нет, я дам взаймы. Поступила команда представить вас руководству, и не просто так, а на празднике в Кремле 31-го декабря. А на мой взгляд у вас, кроме спортивных костюмов, из гражданской одежды ничего нет. Так что, все в машину, и едем в Москву.

У домика ПДС стояла служебная «Чайка» командира 1-го отряда. Еще в дороге он предупредил, что к нему в магазине обращаться только по имени, можно по имени-отчеству. Никаких «товарищ майор» или «командир» не применять.

Девочки согласно кивнули головой, пока не зная, где окажутся. «Чайка» имела право проезда на Красную площадь, и остановилась напротив входа в ГУМ. Последовала команда:

– За мной бегом марш! – Гагарин вышел из машины и, придерживая рукой фуражку, больше пряча лицо, чем оберегая головной убор от ветра, который и вправду был сильным, двинулся вперед. За ним стайка девушек в одинаковых летных куртках и одинаковых спортивных костюмах, с одинаковыми шапочками. Тут же раздались крики:

– Гагарин! Юриксеич! Юра! Ура! – кто-то подхватил «И на Марсе будут яблони цвести…», набежала толпа женщин, которая почти бежала за Гагариным. Но у зала № 100 стояли «неприметные парни, с накачанными торсами и проницательными серыми глазами», которые пропустили в зал только Юрия Алексеевича и пятерых будущих космонавток. В зале организовано индивидуальное обслуживание, по две-три девушки помогали каждой из них выбрать все необходимое, начиная от трусиков. Гагарин подошел к Тане и окружавшим ее продавцам, и тихонько сказал:

– Подберите что-нибудь более открытое. Не надо прятать достоинства. Я вкус Никиты Сергеевича хорошо знаю. Это – важно!

Сказано – сделано! Расплатился за всех Юрий Алексеевич, времени зайти в общежитие он никому не предоставил. «Потом отдадите. Чеки сохранить». Когда Таня вышла из примерочной, то произвела полный фурор!

– Танечка, да ты как принцесса! – заохали девчонки и кинулись обратно смотреть и мерить подобное. Но, несмотря на то, что все они проходили жесткий отбор по росту и весу, фигуры были у всех разные, поэтому больше ни у кого таких платьев не появилось. Гагарин показал большой палец вверх на обоих руках.

– Во! Просто сногшибательно! Никогда не думал, что ты такая красавица. Прическу на 31-е не забудь соорудить. Ехать никуда не надо, мы их сами из Москвы высвистаем. Наши девочки должны выглядеть лучше всех. Мы же – отряд космонавтов!

Все складывалось просто один в один, если бы не чёртов булыжник. Она ж забыла его на Байконуре в кармане тренировочного скафандра, который остался там на чистку и профилактику. Так нет, его привезли назад, вместе со скафандром, на котором не оказалось повреждений, и он мог еще пригодится для тренировок. Все, что было в карманах, либо уложено на штатные места, если были годны, либо списано и утилизировано. А нештатную красивую вещицу завернули в техническую байку, уложили в жестяную опечатанную коробочку и в специальный непромокаемый мешочек, опечатали, внесли в сопроводительные документы и прикрепили скафандру. И он отправился в Звездный. Где коробочку, числящуюся по документам: «Личные вещи рядового Кузнецовой», вручили Тане.