Нефритовый диск Би

Глава 6. Послеполетные сложности или «медные трубы»

Затем была красная дорожка от трапа самолета до места, где стояло высшее руководство Союза ССР. Липкие поцелуи щеках, оставляющие жесткое желание поднять руку и вытереться. Но кругом и всюду кино и телекамеры. Все снимается на пленку, не важно какую. Для истории. Истории чего? Хотя, это первые шаги человечества в очень враждебной среде даже ближнего космоса. Робкие и неумелые, но отчаянно смелые. Если бы не рискнули тогда, 12 апреля 61-го, то до сих пор бы сидели на Земле. Самолет братьев Райт был весьма далек от совершенства, но он – летал. Через него привлекались новые умы и финансы. В итоге, авиация стала одним из важнейших условий победы.

Сразу после награждения, их с Валерием, его женой и сыном, отправили отдыхать в Крым на одну из Правительственных дач. Там, под ласковым июньским солнцем, сидя в шезлонге на берегу моря, купаться в нем было холодно, так что пользовались бассейном, она много думала о предстоящей работе и о «поведении» артефакта. Ранее он не проявлял никакой активности, во всяком случае, внешне это было незаметно. Там, в космосе, он, по невыясненной причине, оказал ей прямую помощь. В данный момент времени ее мало интересовало: как он это сделал, судя по той картинке, которую она видела, внутри него находится заряд энергии большой мощности. Стоп! А это мысль! На звук он не реагирует, разрядился на ее правую половину электроразрядом, следовательно, это электрический прибор. Пока не будем думать о том, где он эту энергию берет. Точно! Находясь в кабине, она постоянно использовала микрофоны, которые переводят звуковые волны в электрические сигналы. А он, по-видимому, может различать электроколебания. Слышит он не ее, а микрофоны, а может быть, и модулированный сигнал приемопередатчика. «Забавно!» – подумала она. – «Но что это нам дает? А пока – ничего, требуется научиться с ним говорить. Ведь он понял, что мне был нужен магнит, достать, который, я не могла, из-за устройства корабля. Значит, он уже расшифровал мою речь.» Плохо было то, что она находилась на какой-то даче, да еще и под охраной. Требовалось возвращаться в Звездный. Она еще не знала тогда, как трудно будет это сделать.

Все началось с неожиданного и незапланированного визита розовощекого вихрастого, довольно упитанного, гражданина. Этот «островок», в котором они отдыхали, вообще-то очень хорошо охранялся. Они сами являлись «секретоносителями особой важности», с уровнем «три нуля», контактировать с которыми можно, только получив специальное разрешение. Но, на 14-й день отпуска во время обеда появился этот гражданин в блестящем сером костюме, последний писк Пáрижской моды. Он представился, хотя был удивлен, что его не знают.

– Сергей Павлович Павлов, член ЦК КПСС и 1-й Секретарь ЦК ВЛКСМ. Вы же комсомолка, и были даже секретарем комсомольской организации крупного ОКБ.

– Да, меня выдвигали на эту должность, хотя я и просила о самоотводе, но занимала эту должность я всего четыре месяца. Из-за того, что что я удачно выступила на Чемпионате СССР по парашютному спорту, меня включили кандидатом в сборную СССР по этому виду, и я, большую часть времени, стала проводить на выездах и спортивных сборах. Так что, заниматься этими вопросами мне стало просто некогда. Мой второй самоотвод приняли, и, благодаря этому, я смогла попасть в состав отряда космонавтов. И потом, я, через 20 дней, еще до выхода из этого отпуска, покидаю стройные ряды Вашей организации. А сейчас я нахожусь, абсолютно официально, в очередном отпуске и в отгулах за прошлый год, так как в прошлом году, по служебным обстоятельствам, я в отпуске не была. Так что, я не понимаю цели вашего визита, тем более, что он, ни со мной, ни с моим руководством, не согласован.

– Он согласован с ЦК партии.

– Я в ней не состою, пока что, я – член ВЛКСМ, находящийся в отпуске после космического полета.

– Вот именно! Поэтому возьмите программу и почитайте на досуге, что Вам предстоит сделать.

– Извините, товарищ Павлов, оставьте свои бумажки себе. Я вам русским языком сказала, что заниматься никакими делами, до выхода из отпуска, не буду.

– Вы не понимаете политической стороны этого вопроса! Значение тех высот, которых достигла советская женщина, благодаря усилиям нашей партии и нашего народа.

– Вы знаете, я – военнослужащая, а не политработник, и гражданка СССР. Так вот, как гражданка СССР, я имею Конституционное право на ежегодный оплачиваемый отпуск. Согласно приказа Министра Обороны СССР, он определен в 64 дня для всех военнослужащих, находящихся на летной работе. Плюс, за совершенный космический полет мне предоставлена прибавка к нему в размере 24 календарных дней для восстановления здоровья. Плюс 64 дня за прошлый год и, уже не помню точно, сколько дней отгулов за переработку. Так что оставьте меня в покое, товарищ Павлов.

Зло посмотрев на нее, тот развернулся и вышел из столовой, не простившись. После этого начались непрерывные звонки, в результате этого давления, она практически перестала бывать в своей комнате, потом не выдержала, доступ к «вертушке» она получила после полета, и позывной «двадцатого» у нее был. Начала объяснять ситуацию.

– Хорошо, я предприму кое-какие шаги, чтобы тебя оставили в покое, хотя я не уверен, что все окончится благополучно. Зря ты так с ними, они – злопамятные.

– Меня этот отпуск достал, я хочу вернуться в Звездный. Или на Байконур.

– Это я решить в состоянии. Указание охране будут переданы, если, предпринятые мной, меры не помогут.

Ей повезло, ее заметили и пригласили в этот «закрытый клуб». Она добилась первых успехов, но ей все время толкуют о другом: о патриотическом долге, о необходимости пропагандировать передовой социалистический строй, о необходимости работать в составе Верховного Совета. А ей, кроме звания Герой Советского Союза, присвоили звание «летчик-космонавт-испытатель». Она единственная в стране имеет это звание. За время подготовки к полету она совершила более 300 парашютных прыжков, 28 раз с помощью катапульты, освоила четыре типа летательных аппаратов, два из которых не имели крыльев. Королев не просто так говорил об учебе: курсы инженерных наук значительно расширились. Космонавты много и плотно обучались авиаинженерии. Сергей Павлович еще в самолете им, троим, сказал, что нашел путь быстрого и безотрывного повышения нам уровня образования. Большинство личного состава первого и второго отрядов было набрано из состава морской авиации СССР. Связано это было с тем, что все летные училища СССР 50-х годов были средними учебными заведениями. И учили специальности, летать. Морских летчиков дополнительно обучали ориентироваться на местности, не имеющей видимых ориентиров, отраженных на карте, учили астронавигации. Их было немного легче подготовить для космического полета, где сферическая геометрия становится совершенно наглядной. А ей предлагают все это бросить и спать в Президиуме. Этому делу она воспротивилась всеми фибрами своей души. В итоге, с помощью Королева, Гагарина, Келдыша, Каманина и многих-многих других людей, связавших свою жизнь с космонавтикой, удалось отбить эту атаку со стороны Политбюро. Депутатом Верховного Совета ее сделали, но вводить в состав ЦК ВЛКСМ не стали, оставили служить в 1-м отряде заместителем. Она сдала экзамены в Академию имени Жуковского на аэрокосмический факультет, работавший непосредственно в Звездном городке. Так как, Малиновский, с подачи Брежнева, присвоил ей звание майора авиации, то Гагарин, до срока, получил подполковника. Через два года к ее воинскому званию прибавилось слово «инженер» и она защитила кандидатскую диссертацию при Академии имени Жуковского по теме «Расчет гибридной траектории на маршруте Земля-Луна-Земля», позволяющей значительно сократить полетное время, и довести его до 118 часов в обе стороны, без учета пребывания на околоземной и лунной орбитах. Что позволяло значительно сократить запасы на борту продуктов жизнеобеспечения, за счет увеличения количества топлива для двигателей коррекции. Второе, очень немаловажное, деяние Татьяны: ее появление в «ближнем кругу» Королева примирило двух почти открытых врагов, Королева и Янгеля. Последний получил финансирование на ракету «промежуточного» класса – 50 тонн полезной нагрузки. Вкупе с челомеевским «Протоном», это позволяло собрать «космический поезд» на орбите.

Весной 65-го она совершила второй космический полет. На этот раз – вторым пилотом, став первым в мире человеком, который взлетел на одном, а приземлился на другом корабле. Экипажи были полностью женскими. Несмотря на частичный отказ техники, надувные шлюзы ей пришлось соединять вручную, переход с одного корабля в другой она выполнила. Она сбросила давление в одном из шлюзов, после этого замки соединились. Причем, приборы в кораблях показывали одинаковое давление! Разница существовала, но в пределах погрешностей приборов измерения. Впоследствии, от гибких шлюзов полностью отказались в пользу совмещенного стыковочно-переходного узла. Был доработан и сам стыковочный узел, который лишился электромагнитов, внешний конус превратился в торчащий «болт», а внутренний обрел «влагалище», отверстие в нижней части конуса, в котором стыковочный шар, расположенный на «болте», захватывало специальное устройство и электромоторами стягивало корабли, закрывая 8 полуавтоматических замков, надежно соединяя корабли. На строящемся «Союзе» этот узел вновь доработали: после срабатывания замков, «влагалище» отпускало «болт», они расходились, создавая переходной шлюз. И, после проверки на герметичность, могли быть открыты для перехода людей и переноса грузов. То есть, успешный полет Татьяны и «успешная» стыковка, здорово подтолкнули советскую космическую программу. Не без неуклюжих экспериментов, но она двинулась вперед гораздо быстрее. Сама Татьяна, после двух успешных полетов, в ходе которых ей приходилось править «косяки» инженеров, стала эдаким «талисманом успеха» у «главных». И, когда наш народ и его космическая программа понесли невосполнимую утрату, 20 января 1966 года экипаж будущего «Союза-ЛЗ», в составе Юрия Гагарина и Татьяны Кузнецовой, оказался в кабинете Генерального Секретаря ЦК КПСС, еще не «дорогого и глубоко уважаемого» Леонида Ильича Брежнева. Они были утверждены на этот полет еще год назад. Оба прошли полный курс подготовки и могли заменить друг друга полностью. Освоили как лунный модуль Янгеля, так и корабль «ЛЗ», Луна-Земля. Были ключом к успеху. «Левый» Брежнев боялся пуще «правого» принимать какие-либо решения, поэтому вызвал к себе двух командиров отряда космонавтов. Ему требовалось принять решение о том, кто заменит Королева, безвременно ушедшего в мир иной. Существовало три кандидатуры: Мишин, Челомей и Янгель. Челомей – «зять» Хрущева, его родственник. У него – «Протон», ключевой корабль по созданию орбитального поезда. Ракета Янгеля совершила пока только три полета, но он создал лунный модуль, который уже освоен экипажем. А Мишин работал замом Королева долгое время. И Гагарин, и Татьяна сказали, что хотели бы, чтобы проектом руководил Михаил Кузьмич. Работать с ним было по-настоящему приятно. И, самое главное, его двигатели были готовы и были самыми мощными в то время. В том, что «Р-56» успешно пройдет летные испытания, сомнений у них не было. Руководителем лунного проекта был назначен Михаил Кузьмич Янгель.

Но все это было значительно позже. Пока Татьяна в Крыму, и ждет решения проблемы с отпуском.

Звонить перестали. Она успокоилась, Сергей Павлович пользовался большим авторитетом в Союзе. На следующий день хор детских голосов с ближайшего мыса, пользуясь, что ветер дул оттуда, начал скандировать: «Те-тя Та-ня Куз-не-цо-ва!» Они все были в одинаковых костюмчиках, различавшихся только по полу, у девочек были короткие юбки голубого цвета, а у мальчиков – шорты. На всех белые рубашки, красные галстуки и голубые пилотки. Отдыхающих в «Артеке» отличников учебы привезли к даче № 1, а их не пустила охрана. Мобильных телефонов тогда не было, и ребята воспользовались тем способом, который они использовали в своих дворах: «Ба-бу-шка!» Отказать детям Татьяна не смогла. Они приехали пригласить ее посетить их пионерский лагерь. Пришлось садиться в правительственный «ЗиЛ» и ехать к ним. Там ей показали хорошо оснащенный «Отряд юных космонавтов», даже с центрифугой, в виде аттракциона, сделанные руками ребят модели космических кораблей и ракет. Без всякой задней мысли, разговаривая с детишками, она предложила им самим построить космический корабль «Пионер».

– Как это? Мы же не умеем!

– В Отечественную войну на фронте воевало много самолетов и танков, сделанных на средства, сданных в фонд обороны, которые были именными. У них на бортах было написано, кто дал средства на их постройку. Только не стоит их выпрашивать у родителей. На их деньги и так строятся эти корабли. А пионеры вполне самостоятельно могут заработать эти средства, сдавая металлолом, макулатуру, бутылки, принимая участие в субботниках, работая на озеленении наших городов. Думаю, что пионерская организация поможет вам создать такой фонд, и профинансировать, таким образом, строительство этого корабля. Вас же много, и вы очень дружные. С него мы запустим те модели, которые вы сделали в своих кружках, но не все, а лучшие из них. Такой конкурс тоже вам по силам.

На следующий день, после этого незапланированного посещения пионерского лагеря «Артек», она познакомилась с Министром Обороны СССР маршалом Советского Союза Малиновским, который, как и она, находился в очередном заслуженном отпуске в двух километрах от того места, где отдыхала она.

– Здравствуйте, товарищ майор.

– Здравия желаю, товарищ маршал.

– Жалуются тут на Вас, даже меня побеспокоили. Говорят, не выполняете указания ЦК, так как не желаете прерывать ваш законный отпуск. Вас ждут в других странах, товарищ майор, и я не понимаю причин, по которым вы отказываетесь принять в этих мероприятиях участие.

– Я могу объяснить, товарищ маршал. Но вы у меня в гостях, и я не могу, как радушная хозяйка, принимать вас без чашечки чая или кофе, и на ногах. Присаживайтесь, пожалуйста. – пустила в ход Татьяна все обаяние. Маршал расплылся в улыбке, уселся за столик. Тут же рядом оказались ребята из обслуживающего персонала, кроме чая, маршал заказал коньячку, Татьяна – сухое крымское массандровское. Были какие-то кексики и сухие пирожные, фрукты, десерты. Татьяна откровенно сказала, что в составе делегации Министерства Обороны она будет рада посетить другие страны.

– А так, посмотрите, товарищ маршал, состав делегации: 158 человек, не имеющих никакого отношения ни к космическим полетам, ни к Минобороны, которое и финансирует пилотируемый космос. Сколько денег вытащат из нашего кармана? Я в такие игры не играю. Для того, чтобы я съездила в эти страны, тут их предлагают 38, достаточно меня, Быковского, нашей охраны, и одного-двух представителей Министерства. Тем более, что среди этих стран числятся США. В разведку большое подразделение не отправляют, товарищ маршал. Столько народа просто не пустят туда, куда требуется попасть. А маленькую компанию, которую легче контролировать, могут пустить в святая святых. А получается так: работаем мы, а сливки снимает Министерство Культуры и международный отдел ЦК. А в результате мы оказываемся с носом. Меня в США интересуют не культурные связи, а их центр в Хьюстоне, Центр подготовки космонавтов и космодром во Флориде.

– С этим трудно не согласиться, майор. Ну-ка, парень, «вертушечку» мне принеси. – попросил он ближайшего сотрудника дачи. На стол поставили телефон, который воткнули в удлинитель. Все отошли подальше, по знаку маршала. Придерживаясь аргументов Татьяны, он объяснил Леониду Ильичу суть того, что предлагает сделать Татьяна. Что вместо культурного «балагана», требуется провести научно-техническую разведку и обмен опытом для ускорения лунной программы.

– Да-да, Лёнь, она дело говорит. Вполне трезвое и разумное решение, и позволит снизить напряженность между нашими странами. Девка она молодая, красивая, поэтому будет незаметно, что она – большая умница. Отличный ход, особенно после того, что Хрущев наворотил, слив Кубу. В программу надо включить Мексику, скажи Андропову. Угу, начнем с Женевы, потом Париж, Лондон, Вашингтон, Мехико и Гавана, а затем по соцстранам. Там уже в любом составе, не имеет значения. Не больше 8-10 человек на первом этапе. И никого постороннего. Угу, договорились. Отзываю ее из отпуска. – он положил трубку, но не подзывал никого, чтобы освободить столик. Налил Татьяне еще вина, и пополнил свой бокал.

– Кого из ваших можешь порекомендовать в состав делегации? Такого, чтобы «дóка» был во всех вопросах?

– Феоктистова. Его, кстати, в отряд включили, станет первым бортинженером корабля.

– Записал. За удачу, майор, и дай бог, не последняя. Что-то здоровьишко барахлить начало. А все нервы, нервы!

Подписанный приказ Министра Обороны об отзыве из отпуска находился у него в кармане, и пока не извлекался на свет божий, так как для этого требовалось добровольное согласие отдыхающего, по меньшей мере, так гласит закон. Но, так как выставленные условия были им выполнены, не вставая с места, то у Татьяны не осталось аргументов. Тем более, что поездка в США сильно интересовала ее. Проблема заключалась в следующем: ракета «Р-7», во всех ее модификациях, не допускала повторного включения двигателей. Они имеют внешнее зажигание. Эта ракета не могла принимать участие в «лунной гонке», хотя и вынужденно участвовала в ней в виде своей модификации «Молния». Впервые ракета пошла к Луне 12 сентября 1959 года. Два предыдущих запуска успехом не увенчались, аппараты были потеряны на этапе вывода на орбиту. В первый «успешный» раз не получилось даже столкнуться с Луной. Ошиблись во времени пуска, так как не учли скорость прохождения радиосигнала от ЦУПа до выводимого разгонного блока «Л», третьей ступени знаменитой «семерки». Там стоял немного другой двигатель, чем на первой и второй ступенях, РД-0105, который быстро и легко запускался в открытом космосе. Из-за этой «малости» ракета промахнулась по Луне, пройдя на расстоянии 6000 километров от нее. А двигателей коррекции у первых спутников не было. О том, что «лунная гонка» началась, ей было известно непосредственно от руководителя лунной программы. Не успев с выводом на орбиту Земли человека, американцы сходу переключились на достижение Луны. Всем хочется узнать, что у них получается в этом направлении. Учитывая то обстоятельство, что у нас, пока, нет ракеты, чтобы одновременно забросить на орбиту космический корабль, два разгонных блока и лунный модуль. Но и у американцев пока ничего нет, кроме «надувного» полутораступенчатого «Атласа», детища Вернера фон Брауна. Но, их космическая программа дешевле, так как пока использует списанные из ВВС ракеты, подлежащие утилизации. Мы используем новые, специально построенные ракеты. Американцы приводняются, а мы – приземляемся. Разница значительная. Тем интереснее будет сравнить. Попробуем прорваться в НАСА.

Глава 7. Отголоски «лунной гонки»

Делегацию сделали совсем маленькой: трое летавших космонавтов плюс Феоктистов, четыре переводчика и четверо охранников, одна из которых была женщиной. Остальные в состав самой делегации не входили, числились в составе экипажа «борта №1», самолета Хрущева Ту-115, который им передали во временное пользование. В случае, когда индивидуальных бесед не планировалось, то на встречу шли один или, максимум, два переводчика. Главой делегации был Гагарин. Форму не использовали, так что Феоктистов среди них не выделялся, ну, только возрастом и «солью с перцем» на голове. Женева, собственно, приглашала только Таню, Юрий Гагарин уже бывал здесь, а Валерий, как «очередной русский в космосе», не мог заинтересовать прессу. Но сама встреча была организована очень хорошо. До убийства Кеннеди оставалось чуть более полугода, все использовали открытые кабриолеты для таких случаев. Новенький аэропорт сверкал стеклом и алюминием. Им совместно владели Франция и Швейцария. Почему именно сюда прилетели? Здесь находилась Европейская штаб-квартира ООН, Генеральный Секретарь этой организации У Тан, большой поклонник освоения космоса, чуть позднее ставший крупным УФОлогом, и организовал это турне под эгидой ООН. Так сказать, посланники мира. Все выступили во Дворце Наций, это совсем недалеко от аэропорта. Посетили мэрию Женевы, где оставили свои автографы в книге почетных гостей. Побывали в местной студии телевидения, где Тане было задано огромное число вопросов. Удивило отношение к ее полету на Западе, многие пытались узнать: каким образом ее «принудили» это сделать. Им было непонятно, что она пришла в отряд космонавтов добровольно и выиграла этот полет у восьми претенденток, получив самые высокие оценки своей готовности к полету. В основном, группа занималась осмотром достопримечательностей старинного и очень красивого города, катались на пароходике по чистым водам Женевского озера, наблюдали за большим количеством лебедей, плавающих в устье Роны у стен старинного рыцарского замка, посетили квартиру, в которой жил Ленин и Крупская. Теперь там организован музей.