Волчара

Серия: Восемь Разновидностей;

Вид: оборотни;

История №3: Семья Шереметьевых

ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ВСЕЛЕННАЯ – мир, в котором автор творит и видит то, что хочет

1.

Руссия, май 2021 год.

– Когда-то наша небольшая семья нейтральной территории состояла из трёх оборотней: два самца и одна самка. Степан, Борис и я. Пусть мы не по крови родные братья и сестра, а лишь по духу, и объединённые похожими судьбами с разными обстоятельствами. Наш мир троих крутился вокруг нас. Не цепляли нас злые языки, сплетни и оскорбления. Два самца и самка поддерживали друг друга. В одиночестве троих мы прожили шестьдесят лет, не надеясь ни на что, полагаясь только на самих себя. Просто жили. И где-то особенно в глубине души, каждого из нас, существовали мечты о приобретении пар. В случае самцов, которые не могли обзавестись парой из-за нехватки самок, то я не хотела находить свою пару. Но мечтала о своём волке. Я дала себе зарок – пока братья не найдут своих пар – я не подниму глаз от пола.

Но вот однажды на пороге нашего бара появилась Николяша. Мать-природа и судьба объединила и навечно связала душу Степана с ней. Я и Боря стояли рядом с ними, когда они узаконивали свои отношения. Я наполовину выдохнула, Стёпа определён в хорошие лапы (не подумайте, что я говорю о нём, как о беспризорном псе, скорее уж об одиноком волке).

Остался Боря, думала я, радуясь, что моё запечатление откладывается. Ведь могло быть так, что Боря следом найдёт свою пару. А где-то (очень глубоко внутри) я надеялась, что и вовсе не запечатлеюсь.

В отличие от остальных самок оборотней, которые по нашим законам природы, одинокой волчице необходимо выбрать самца из учуявших самцов, и коим не позволено выбрать одиночество, мне повезло. Да-да, знаю. Не запечатлённая самка не может образовать пару с оборотнем. Но таких самок таскают на все слёты оборотней. Мне же позволяли смотреть в пол. Никто не настаивал, но (подозреваю!), что были бы не против избавиться от меня.

Лена громко рассмеялась, увидев оскорблённые морды братьев.

– Приняли моё решение смотреть в ноги при встрече с незнакомыми самцами. Боря, конечно, фыркал и подшучивал надо мной. Но всегда принимал и уважал моё решение. Оба. Я обожаю наши перепалки с Борей, это словно заточка меча-языка с помощью оселка-слова. Именно перепалки с Борей и забота Стёпы помогли мне выйти из трясины и зыбучих песков душевных последствий после изнасилования.

На последнем слове самка закрыла глаза, отгоняя воспоминания той ночи. Но они напоминали о себе часто. В кошмарах по ночам. Сейчас, когда она ненароком вспомнила об этом. Она помнила выражения морд насильников, их слова, смех и оскалы. Как её трогали, грубо тискали и наносили боль. Как передавали от одного другому, как вторгались в тело с силой. Лена чуть не сошла с ума. Было больно не только физически, но и душевно. Её надломали, опозорили! Иногда, она слышала в своих ушах свой скулёж от боли, и их смех, похабные замечания, пошлые комментарии.

– Стёпе я изливалась и облегчала свой сломанный внутренний мир. Ну, а с Борей закреплялась лёгкость в душе добротной пикировкой. Один словно открывал кран, чтобы выпустить пар и снизить давление. А второй – закрывал, оставляя баланс.

Эта баллада любящей сестры братьям. Я люблю их! Они самые достойные самцы во всей Руссии! У меня нет слов описать их достоинства. Так о чём я? – волчица пожевала губы, так как отвлеклась от темы рассказа, – Ах да… Николяша.

Её появление в нашей семье вызвало радость. У меня появилась сестра, ещё одна самка. Но милая и добрая, полная противоположность меня. Я не умею быть милой, а моя доброта выходит резкими словами. Помните, когда Ольгинка узнала, что Николяша является парой Стёпы? Что я ей сказала?

– Хватить скулить, сукина дочь, – слово в слово процитировал Борис.

– Ага, вот такая грубая доброта во мне, – кивнула Лена, – В этом вся я. Но хорошими качествами я тоже обладаю. И вот Николяша беременна и принесёт в нашу семью то, чего не хватает всем семьям – щенков. А Боря всё ещё не находил пару. И я молилась благодетельницам. Время шло, а Боря одинок. Мои мольбы перешли в угрозы и требования, а потом я стала торговаться с благодетельницами. Обещала им и себе, что, если Боря не найдёт пару, я вырву себе глаза, чтобы вообще исключить все возможности запечатлеться. Не смотри так на меня, злой волк, – рыкнула Лена, – я здесь исповедываюсь! Так о чём я?

– Что сделаешь всё возможное, чтобы не найти пары, пока Боря не найдёт свою, – любезно подсказала Барбара.

– И как поклялась благодетельницам вырвать себе глаза, – дополнил Владислав.

– Точно! Именно так! Наблюдая за Стёпой и Николяшей, как растут волчицы, я.., – Лена прочистила горло, – из моей шкуры стала расти шерсть зависти, как седой волосок у людей. Каждая особь Вида мечтает о своих щенках. Меня это не обходило стороной.

– Заметно, – ехидно заметил Борис.

Волчица закатила карие глаза. Вечно он так!

– Сейчас в голове ты сравниваешь меня с собакой на сене. Всё мне не так, – Лена смотрела прямо в глаза брата, – Ты прав! Я полна противоречий, я разрываюсь между желанием и не охотой. Да, я именно та самая кто имеет возможность, сама ею не пользуюсь и другим не даю! Я хочу щенков, но не желаю запечатлеваться. Но все мы знаем, что без слияния душ у меня не начнётся течка, чтобы зачать. И прямо сейчас, глупый пёс, ты задаёшься вопросом – чего больше я хотела – щенков или не запечатлеваться. Мой ответ – не знаю. Ни сейчас, обретя родственную душу. Ни тогда, будучи одинокой. Эти два желания одинаково висели на весах моего сознания. Одно вытекало из другого. Одно не произойдёт без другого.

– А почему ты не захотела просто забеременеть от кого-нибудь? – спросила Кристина.

– Самка оборотня может забеременеть только в период течки. А та в своё время появляется после запечатления. Поэтому у нас имеется правило в Законе о чистоте крови и рода. Точнее ремарка к правилу, – объяснил Степан.

Гром, Рома, Стёпа, Б2, Владислав, Кристина и Лена сидели кругом на пледе на земле. Барбара и Кристина ещё и на подушках в объятиях своих пар. Из леса вокруг них, плавный тёплый майский ветерок обдувал их.

– Не отходи от темы, – напомнил Роман.

Все кивнули, ожидая продолжения рассказа, как в далёкие времена ждали серию «Санты-Барбары».

– В общем, наблюдая за Николяшей моё естество стало завидовать. Но я металась между завистью и своими желаниями. Николяша заметила изменения в моём поведении и вызвала на разговор. Я всё ей выложила, как на духу. И она предложила мне сменить обстановку и отвлечься от моих терзаний.

Вот тогда у нас созрел план, как вырваться из нейтральной территории. Мы с ней всё обговорили. Втайне от тебя, Боря, я наняла фотографа, чтобы он сделал портфолио твоих изделий. Пока мы потихоньку готовили презентации твоих работ, выбирали маршруты городов. И решили по факту сообщить вам. Я заручилась поддержкой Николяши, зная, что Стёпа не устоит и поддастся ей. Тяжелее было с тобой и Ромой.

Лена хмыкнула:

– Вы порой такие одинаковые. Упрямые, непробиваемые, бронированные. В моём случае с Ромой, его итайская стена упрямства пала в результате нашествия гуннов, то есть меня и Николяши. Но с тобой, Боря, было по-другому. Это напомнило мне блокаду Енинграда. Чтобы мы ни говорили, ты не сдавался! Но, впрочем, всё решило большее количество голосов и я, собравшая чемоданы, подготовившая все презентации и тезисы, уехала на своём «жуке».

Лена перевела взгляд на горизонт. Лес на фоне малиново-оранжевого заката выглядел великолепно и призывно. Они сидели, словно в самой настоящей сказке или мире фэнтэзи. Где-то позади стали проявляться звёзды, которые с заходом солнца, всё больше будут набирать свечения, и освещать путь. Ночи здесь прекрасные, даже небольшой любитель красоты не сможет не заметить этого, и впечатляться красотами этого места.

– Что я чувствовала, когда километр сменялся километром? Свободу. Но свободу не после тюрьмы, а смену ландшафтов и окружающей среды. Смена места обитания, свободу, после которой понимаешь, как сильно ты любишь дом родной и скучаешь. А вы знали, что в разных регионах Руссии разные закаты? Но ни один не сравнится с закатом дома. Закаты, леса… всё другое и непохожее.

Впрочем, не важно. Я общалась со многими людьми и особями других Рас, пропуская оборотней. Я объезжала их поселения, оставаясь в крупных городах и мегаполисах, ведь в них встретить самца редкая возможность. Я избегала наших только завидев их. Прежде чем пойти на встречу с потенциальными заказчиками изучала комментарии ресторанов, посещают ли их оборотни. В общем, свела на минимум встречи с самцами.

Потом волчица повернулась к Боре и, улыбаясь, сообщила:

– Я нашла три ресторана, заинтересованных в твоих творениях. Мы созвонимся с ними, чтобы заключить договор.

– Клыки не заговаривай, – беззлобно прорычал Боря, – продолжай, по существу.

Лена шумно и обречённо выдохнула…

2.

– Я путешествовала по регионам и городам, искала рестораны, которые будут заинтересованы в поставке посуды Бори. Общалась с бесчисленным количеством особей, мужскими и женскими. С владельцами ресторанов, шеф-поварами и администраторами. Я, конечно, любитель почесать языком, но очень уставала. Приходила в номер и мёртвой тушей падала на кровать. Это тоже было причиной моего молчания…

– Ты что печатаешь языком? – прорычал Борис, не понимая, как усталость от устного общения могла повлиять на пальцы, печатающие письменное электронное сообщение.

– Луна и звёзды, бешеный пёс, ты, что не слушаешь меня? – так же раздражённо прорычала Лена, – Я сказала, что основная причина – мне надо было подумать и отдохнуть! А это значит абстрагироваться от всего! Иногда в жизни представителя любого Вида наступает момент, когда хочется помолчать в тишине! Насладиться вакуумом молчания! Перебьёшь ещё хоть раз, я захлопну пасть и ни слова не скажу! – пригрозила волчица.

Стёпа хмуро посмотрел на брата, молча призывая его прикусить язык.

– Короче, – это слово грубо вылетело из уст Лены, – я не хотела разговаривать с вами. Я специально выключала телефон, если появлялась связь, чтобы быть недоступной. Знала, что Николяша меня прикрывает и остановит тебя, Боря, если вдруг решишь поехать за мной. Мне нужно было это время без вас! Должна была усмирить свою зависть, исправить мысли моей внутренней волчицы.

Я договаривалась о встречах и встречалась с потенциальными заказчиками. А один владелец ресторана предложил встретиться в отеле «Колба» в городе Отельниково Олгоградской области. Я поискала в интернете местонахождение и маршрут. Он как раз пролегал на обратном пути к дому. Это целый курортный комплекс и находится в тридцати километрах от цивилизации. Там нет сотовой связи и интернета. Имеются стационарные телефоны, которые работают внутренней связью, но и выхода на межгород тоже нет. В номерах отсутствуют телевизоры, они только в коридорах, на ресепшене, в ресторане и зале ожидания. Единственное, что они изображали – это клипы песен.

Богатые и состоятельные, уставшие от технологий 21 века, люди приезжали туда отдохнуть. В течение дня они заняты разными увеселениями – волейбол (паркетный и пляжный), баскетбол классический и уличный, футбол, гандбол и даже имеется поле для гольфа, – Лена покачала головой, всё ещё не веря в это, – Большое количество бассейнов, небольшие аквапарки для детей и взрослых. Крикет, городки, беседки, шезлонги. Люди там не скучают. Они весело проводят время в кругу семьи с друзьями, которыми познакомились в отеле. По вечерам показывают фильмы в открытом кинотеатре на белом полотне, которое натягивают каждый вечер. Фильмы показывают разные – советские, зарубежные, современные. А видели бы вы их библиотеку, – в её голосе зазвучало уважение, – имеются свои библиотекари. Ты можешь взять книгу либо в номер, либо читать в читальном зале.

Я не стала бронировать номер из соображений, что проведу встречу и поеду дальше. По пути домой я собиралась посетить ещё пару городов. Владелец ресторана Попов Сергей назначил мне встречу в два часа дня в ресторане отеля, который находился на пятом этаже. Я припарковалась в подземной парковке, так как запрещалось оставлять автомобили на улице около здания. Сергей оставил сообщение на ресепшене о нашей встречи и меня без проблем впустили. Портье проводил меня. Попов уже сидел за столиком, наслаждаясь десертом с чаем.

Мы заказали салаты и закуски, и пока наслаждались едой, он просмотрел портфолио, задал интересующие его вопросы. Так мы просидели полтора часа. Он пообещал позвонить мне и сказать своё решение. Поблагодарив Сергея, я направилась к лифту. Вошла в него первой, за мной ещё несколько человек. И тут появляется он, – Лена сглотнула, – Высокий и мощный, в костюме тройке голубого цвета, только пиджак накинут на плечи, а руки в карманах. Вся его аура звериная и волчья. Чёрт, ругнулась я, это оборотень! Здесь, где собираются только человеческие особи. Только бы он не посмотрел на меня, взмолилась я, потому что сама не могла отвести от него глаз.

К нему подходит ещё один оборотень в костюме тройке серого цвета. У второго пиджак перекинут через плечо… Луна, да кто носит костюмы тройки в жару? – удивлялась волчица, – Жара адская для мая, к тому же, тело оборотня имеет температуру выше, чем у остальных Видов. Второй что-то говорит ему, и они смеются. И тут он поднимает глаза и встречается взглядом со мной…

Лена не стала рассказывать, что она видела при запечатлении. Она видела его детство, в котором не было живого воспоминания о матери. Только фотографии и рассказы его отца, что она умерла, когда он был ещё новорождённым щенком. Этот волчара с самого отрочества был серьёзным. В школе любил физику, химию и биологию. Его обещания отцу стать учёным. Как многие самки, что в подростковом периоде, что во взрослой жизни, добивались его расположения. Он окончил школу с медалью, поступил в Первый Осковский государственный медицинский университет им. Еченова Минздрава Руссии. Видела его глазами гордость отца за него. Как тяжело было родителю держаться от бешенства разума после совершеннолетия сына. Но он держался.

– В общем, мы запечатлелись, – выдохнула Лена, – Но мы не успели полностью пройти обряд, так как двери лифта закрылись.

Она вспомнила, как её словно шарахнуло электричеством, и она осела на пол, потому что задние лапы тряслись, держась дрожащими лапами за поручень. Перепуганные люди кинулись к ней и чуть ли не вызывали скорую помощь. Всё ещё находясь под впечатлением, она заверила неравнодушных людей, что она в порядке.

– Перед тем как покинуть отель, я должна была отметиться на ресепшене. Но я так испугалась того, что произошло… знала, он пойдёт туда первым делом. Найдёт меня и заявит свои права. А у меня ведь ещё не пристроенный брат! Я не могла! Обещала же себе и благодетельницам!

Лена перевела взгляд на недовольное лицо Бори.

– Ты знаешь, что я никогда бы не заставил тебя жертвовать собой ради меня, – спокойно произнёс Боря.

– Знаю, Боря, знаю! И была возможность, что моя пара поймёт меня и приедет со мной сюда. Но я не была уверена в этом! Должна была убедиться, что ты не останешься один! Я не могла нарушить данное слово и подвести совесть!

Боря лишь пожевал полные губы, но оставил при себе любые комментарии.

– Что было дальше? – напомнил Гром про рассказ.

– Вместо ресепшена я сразу спустилась на подземную парковку. Меня всю трясло. Я еле передвигала лапами, думала, сломаю шпильки, а разрез юбки-карандаш разорвётся до талии. Села в «жука», спокойно выехала на улицу и дала по газам за пределами курортного комплекса. Уже на трассе я позвонила Николяше, что еду домой. Остальное вы знаете.

3.

– Ты хоть имя его знаешь? – спросил Рома.

– Шереметьев Николай, – ответила Лена.

– Ты сможешь пробить его по базе? – спросил Стёпа, обращаясь к Роме.

– У меня нет доступа к базам по оборотням, точнее ни к одной базе по другим Видам. И знакомых в полиции в этой области у меня нет. Нас держат отдельно от других Видов, – печально сказал Рома.

– Как на счёт Ростислава? – вынес следующее предложение Гром.

– Только он нам и остаётся, – кивает Степан.

– А что, если поехать в тот отель и спросить его данные? – спросил Владислав.

– Он может быть заезжим, как Лена, – рассуждал Рома, – а если был постояльцем, то отель не даст его данных. Информация конфиденциальная и не разглашается третьим лицам. Могут выдать эти сведения правоохранительным органам в соответствии с запросом.

– Ты же и есть страж порядка, – вставил Гром.

– Чтобы мой запрос подписали мне необходимо привести обоснованную причину моего интереса. А я человек. И лезть в дела других Видов не имею права. Если в служебной деятельности возникает необходимость вести работу по особям других Видов, то мы – люди – передаём дела оперативникам Вида.

Гром тяжко вздохнул.

– Тогда остаётся Ростислав, – подвёл итог Степан, – Завтра утром позвоню ему.

– Я сделаю это, – сказал Борис, – ты скоро станешь папой и нужно помогать Коляну со щенками.

– Её так рано не выпишут, – глаза Степана горели красным обсидианом, когда его назвали папой.

– Ты с родильного блока не вылезешь, пока Колян будет там, – хмыкнул Боря, – Я позвоню Ростиславу. Мы назначим время и дату встречи.

– Хорошо, – сдался, не особо сопротивляясь, Степан.

– Может надо позвонить Ярославу? – вдруг вспомнил Гром об ещё одном причастном оборотне, – Ростиславу уже, наверно, сообщили, что Николая рожает.

– Если знает Ростислав, то знает и Ярослав. Хотя думаю, что научной группе сейчас не до звонков, – ответил Степан, – к тому же ему надо немного от нас отдохнуть.

Этот вожак никогда не отказывает в просьбах о помощи. И Стёпа взаправду опасался, что стая Ярослава начнёт ненавидеть его за это. Помогать другим (безстайным) не входит в его обязанности. Вожак должен всецело уделять внимание своей стае.

– Да, он в последние полтора года носится с нами, – заметила Лена.

– Это в его интересах, между прочим, – немного обиженно буркнул Гром.

– Я вот о чём подумал, – вдруг сказал Боря, – Может нам сначала посоветоваться с Коляном по поводу поисков пары Лены?

Все удивлённо посмотрели на него.

– Посудите сами, Колян не зря это скрывала, – продолжал делиться мыслями Борис, – значит, была причина. К тому же она не успела ничего сказать по моей вине.

– Возможно, ты прав, – задумчиво проговорил Рома, – Мы не знаем, как действовать, чтобы свершилось то, к чему Колян заварила весь этот сыр-бор.

– Неизвестно сколько Коля будет находиться в родильном блоке, – напомнил Степан, – а самец уже отравляется бешенством.

– Это тоже верно, – согласился Гром.

– Вот поэтому спросишь у Коляна, как только войдёшь туда, – Боря кивнул в сторону блока.

Лена про себя возмутилась. Новоиспечённому отцу хочется окунуться в свою новую роль, а не исправлять её ошибки. Да, именно, её ошибки. Когда она прошла обряд запечатления и сбежала от своей пары. Но была ещё одна причина её побега. Она боялась, что самец заставит её уехать в его дом сразу же, и не станет слушать о её желании жить у себя дома. Порой самцы настолько твердолобы, что не слушают и не слышат. А она слишком уж привыкла быть независимой и не отчитываться ни перед кем. Это Николяша умеет (если захочет) подчиняться (но на своих условиях), а для Лены никто не закон.

– Хорошо, – опять согласился Степан.

– Послушайте, Николяша рожает и ей сейчас, да и ещё несколько месяцев будет не до этого. Дайте им вкусить родительство.

– Лена, – прорычал Боря, – самец заражается бешенством. У нас нет времени ждать. И я уверен, что Колян сама поднимет эту тему.

Все присутствующие здесь знали характер Коли, что она всегда думает в первую очередь о ком-то, а потом вспоминает и о себе.

– Я знаю, – кивнула Лена, – но…

– Чем быстрее мы определимся, что делать с твоим самцом, тем скорее обретём мир и гармонию, – перебил Степан.

– И самец будет в безопасности, – добавил Рома.

4.

Пока они обсуждали свои насущные проблемы, совсем отвлеклись от роженицы. На поляне стояла тишина, солнце село за горизонт, прощаясь с обитателями оранжевой полосой уходящего светового дня. Стёпа уже слабо принимал участие в разговоре. Он постоянно прислушивался к родильному блоку.

– Почему так тихо? Я думала, что рожающие самки кричат? – рассуждала Лена.

Какие бы серьёзные проблемы не возникли в жизни волчицы, но семья стояла на первом месте. Особенно Николяша и её щенки. Успел ли её организм подготовиться к родам? Николяша хоть и крупного телосложения, но слишком миниатюрна, а щенки оборотней достаточно крупные. Бывает, даже самки оборотня рожают тяжело и долго, так как «раскормили» щенка в утробе.

– Потому что родильный блок в шумоизоляции, – ответил Степан, повернув голову в пол-оборота.

– Если бы её крики были слышны, то сюда сбежались бы все обитатели, – пошутил Рома.

Лена кивнула, понимая, о чём говорит Рома.

– Ну да, Ярослав бы прибежал в первую очередь, – усмехнулся Боря.

– И его стая вместе с ним, – вздохнул Степан.

Он, конечно, благодаря Коле, привык к большому скоплению особей, но выносить долго не мог.

– Завтра надо будет открыть бар и угостить всех за счёт заведения, – поддразнил Боря брата.

– Тебе лишь бы чужие деньги потратить, псина, – в шутку фыркнула Лена.

– Кто бы говорил! – оскорбился Боря, – Любительница-транжира.

Все засмеялись, так как знали волчицу и её любовь к чужим деньгам. Боря и Рома вспомнили, как в Остроме она нещадно транжирила их средства. Они только и успевали карты прикладывать к терминалам и слышать звуковые сигналы оповещения, что оплата прошла.

Вдруг воздух пришёл в движение, вибрируя и электризуясь. Каждый оборотень почувствовал это, словно невидимая взрывная волна окатила их. Не только тесный кружок, но и всю среду оборотней. Стёпа, Боря, Гром, Владислав и Лена подскочили со своих мест. Они смотрели на небо, хотелось выть на луну, ибо в их мир пришли посланницы их благодетельниц. Та, что будет общаться с ними и передавать их волю матери-природе и судьбе. И та, которая даст сильных самцов. Вид оборотней понял, что их благодетельницы простили за былые жестокие ошибки в отношении их волчиц.

– Что происходит? – перепугано прошептала Кристина.

Людям этого не понять и не почувствовать. Природная сила заключена в двух маленьких волчицах, которых наградили дарами и выпустили в мир. Не чтобы покланяться, а, чтобы любить и защищать.

Сама природа зашепталась. Она приветствовала своих детей, столь непохожих на предыдущих. Это оборотням дан ещё один шанс, показать свою любовь.

– Ребят, вы чего? – полушёпотом спросил Рома, он не испугался, но немного струхнул.

Оборотни застыли каменным изваянием. Казалось, они не дышали. Поселения оборотней, Альфы, особи в городах и Шереметьев Николай. Все они смотрели на полную луну, а внутренние волки выли в груди.

По оборотням прошла ещё одна ударная волна, приводя их застывшие тела в движение. Они заморгали глазами, которые были полностью покрыты чернотой. Каждый знал – на свет появились рыжая и белая волчицы.

– Всё в порядке? – снова спросил Рома, видя, как особи начали шевелиться.

– Коля родила, – ответил Стёпа, поворачиваясь к блоку лицом.

– Откуда знаешь? – не понимал Рома.

– Природа ожила, – ответил Боря.

– Эко вас забетонировало, – неуверенно хмыкнул Рома.

Барбара и Кристина пересматривались между собой и смотрели на других. Они впервые сталкивались с таким поведением оборотней. Это не испугало их, но привело к растерянности.

– В наш мир пришли легендарные волчицы, – объяснил Гром, – это событие для нас и природа разговаривала с нами.

– Мать-природа и судьба дали нам своих детей, так как верят, что мы изменились, – добавил Владислав.

У Стёпы зазвонил телефон. На экране высветилось имя Ярослава, а следом ещё одна линия – Ростислав. Степан не стал принимать вызов. Вожаки прекрасно понимали, что произошло, а он не хотел пропустить, когда ему можно увидеть Колю и щенков. Он отдал свой телефон Боре. Теперь Степан стоял у железных ступеней в ожидании. Он весь был рядом со своими волчицами и Колей.

Оборотни так и не сели на плед. Они просто стояли, словно потерявшиеся туристы в новом месте. Из родильного блока вышел Сергей и пригласил Степана зайти. Не мешкая, самец залетел в помещение.

– Вы это почувствовали? – ошарашенно спросил учёный.

– Каждой шерстинкой, – ответил Борис.

– Мы с Михаилом просто застыли, а Полина принимала роды, – рассказывал Сергей, – ей пришлось всё делать самой. Не думал я, что нас так пробьёт рождением легендарных волчиц. Слава Луне, что Полины это не коснулось, а то Николае пришлось бы самой справляться.