Мы с ним неидеальны

Глава седьмая. Игра начинается

Григорий

…И помни: жизнь Богдана в твоих руках.

Последний раз перечитав напечатанное мною письмо, я отдал его своему лучшему другу, Дмитрию.

– Ты уверен?

– Да, пусть отнесут его ей.

– Гриш, ну хватит уже, что ты делаешь? Зачем ты её мучаешь?

– Отнеси.

– Хорошо, я быстро.

Что я делаю? Хороший вопрос.

И ответ на него один: месть.

***

"Моя Нина. Моя сестра. Мне тебя не хватает. Ты меня всегда называла "карий пончик", а меня это так бесило'', – слегка улыбнувшись, прошептал я.

Папа умер, как только я родился. Я и он в семье были кареглазыми, а мама с сестрой – голубоглазые. Также в детстве я не обладал стройным телом, отсюда и кличка "карий пончик".

"Мы жили втроём и были счастливы, до того момента, как ты заболела'', – тяжёло вздохнув, я погрузился в воспоминания.

Лейкемия – вот, что моей сестре диагностировали, когда мне было одиннадцать. Бедная мама, она столько искала эти деньги на операцию. У всех занимала, и в итоге она собрала больше половины. Поэтому я попросил у Риты, ещё с третьего класса я любил эту самовлюблённую девушку небольшого роста с блестящими карими глазами. Она всегда ходила с распущенными волосами. Волосы у неё тёмно-каштановые. Тогда они были не очень длинными. Я постоянно наблюдал за ней и восхищался. Мои руки покрывались как будто льдом, как только я очередной раз видел её в школьном коридоре. Её улыбка, её смех – как же я любил это. Её высокомерие мне тоже нравилось. Я влюбился в неё. Но понимал, что не достоин этой прекрасной девочки. Мне было очень тяжело решиться попросить у неё денег.

"В тот день, когда я пришёл к тебе в больницу утром, ты спала, а потом тебе стало плохо, тебе было трудно дышать. В тот момент я осознал, что могу потерять тебя'', – тихо проговорил я, закрыв глаза. – "В школе намечались танцы. Я решил попросить оставшуюся сумму у Риты. Я знал, что у неё папа – бизнесмен, продаёт машины. Но, когда я пригласил её на танец, она отказала. При других обстоятельствах, я бы очень расстроился, ведь она мне отказала, а я так мечтал, чтобы она тоже ко мне проявила интерес. Но тогда, в этот чёртов день, мне было не до этого. Я думал только о тебе, Нина. Поэтому после танцев я снова подошёл к ней. Но Рита надо мною поиздевалась. Она насмехалась над тем, что ты скоро умрёшь. Рита просто взяла и жестоко поступила со мною, унизив меня. А ведь ты дружила с ней, пока не перестала ходить в школу. Вы были в параллельных классах. Один раз она даже тебя приглашала к себе домой. Но Рита так поступила. Вот тогда то я и решился ответить ей тем же.

Помню, как я был в бешенстве, когда врач сказал, что без полной суммы не будет делать операцию. И вскоре ты умерла, так неожиданно это произошло. Жизнь твоя оборвалась, а я остался без сестры, без тебя, Нин. Я даже хотел покончить с собой, но меня беспокоило, что станет с мамой, если она потеряет ещё и сына. Поэтому я решил остаться в этом мире, помогать маме и свести счёты с Маргаритой. Тогда я сказал себе, что отсутствие денег больше не будет проблемой в нашей семье. И как только мы переехали в Санкт-Петербург, я устроился на работу официантом, а после, когда я чуть повзрослел, и спасибо тете, которая с детства учила меня готовить, я стал отличным молодым семнадцатилетним поваром на заказ и одновременно подрабатывал в двух других местах: по ночам чинил машины. Со всеми этими переживаниями и стремлениями, я похудел и поэтому начал ходить на курсы бокса, а после участвовал в боях, где получал очень крупную сумму денег. Мама была против этого всего, но она не смогла остановить меня. Поднакопив денег и снова переехав в Москву, я открыл собственный ресторан и взял автомобиль в кредит. Рестораном сейчас управляет моя мама. Он небольшой, но денег нам хватает. После окончания школы я планирую начать свой бизнес и открыть ресторан побольше.

Однако, все эти годы, я не забывал её. Я следил за ней, и честно, когда впервые после нескольких лет я увидел её, она не изменилась, она была всё той же блестящей стервой. И сейчас, наконец, я её поймал и держу уже долгое время у себя, но она сама виновата во всём этом. Я хочу, чтоб ей было больно. Чтоб она тоже ощутила всё то плохое, что чувствовал я", – всё это мысленно проговорив у могилы сестры, я попрощался и покинул пределы кладбища.

***

Рита

Я всю ночь не могла сомкнуть глаз, думая, что будет завтра, что меня ждёт? Слёзы не переставали литься, я рыдала и рыдала, уткнувшись в подушку, чтоб меня не услышали.

Пусть убьют меня, но только не трогают его. Ведь он – самое дорогое в моей жизни. Без него… Не могу даже просто подумать об этом. Богдан – моя частичка счастья, моё желание, моя опора и моя жизнь. Если есть у меня будущее, то там должен быть мой любимый. Ведь я просто не смогу без него.

Под утро я всё-таки заснула, а когда встала, то обнаружила письмо и маленькую коробку перед собой, которые лежали на второй подушке, и два бутерброда с сыром, а также стакан молока на подносе.

Я долго не решаюсь его открывать, ведь кто знает, что там написано и меня очень пугала эта неизвестность.

Открыв его и прочитав, я облегчённо вздыхаю. Но я понимаю: это пока так. Ведь там написано с самого простого задания, а какое же будет сложное?

Но эти мысли я быстро прогоняю прочь, думая, а что Григорий получит, когда я выполню это задание? Удовлетворение?

Начнём с самого простого.

Первое задание: съешь еду, а после я хочу, чтоб ты подстригла свои любимые волосы под каре. Помнишь Ульяну, как ты отрезала ей волосы? Думаешь, что она почувствовала? Но ты не расстраивайся, ведь это всего лишь волосы.

В коробке ты найдёшь ножницы. Если используешь эти ножницы в других целях, Богдан умрёт. Но ты умная девочка, я думаю ты не станешь этого делать, не так ли?

Григорий.

Я быстро проглотнула всю еду, настолько мне было тошно от неё и взяла ножницы.

Григорий

Я смотрел через камеру, как она резала их, свои блестящие коричневые волосы, не проявив никаких эмоций, просто взяв ножницы и быстро отрезав их. Поэтому я разозлился и решил дать ей следующее задание таким.

Рита

Молодец, с первым заданием ты справилась и знаешь, тебе так больше идёт. На очереди второе. Жди завтрашнего дня.

Григорий.

Ждать. Последнее время я только и делаю, что жду. А этот урод там развлекается. Честно сказать, сейчас мне полностью наплевать на эти чёртовы волосы и как я выгляжу. Да, несколько дней назад я думала о них, часто ходила в салон, даже пила таблетки, чтоб волосы росли быстрей и были пышнее. Но сейчас всё изменилось. Я изменилась. И какая речь может идти о дурацких волосах, если от них зависит жизнь любимого мне человека?

Глава восьмая. Конец игры. Конец всему

День спустя.

Соскучилась?

Начинается физическая боль.

Твоё следующее задание: прижги левую руку сигаретой.

Даю один час на его выполнение.

Все необходимые предметы найдёшь в коробочке.

Григорий.

Я несколько раз перечитывала письмо, думая, что мне показалось. Но нет. Слова, написанные там, остались такими же. Это было правдой.

Что? О боже! Он издевается? Ему нравится видеть как я страдаю. Что же делать? Мне кажется, это адски больно. Я должна сама себе прижечь руку, но я ужасно боюсь этого. Но давай же, Рит, ты обязана это сделать. Другого выхода нет. Господи, почему ты мне не поможешь?

В коробке лежали сигарета и зажигалка. Ужас. Чёрт, чёрт, чёрт. Я боюсь, очень сильно боюсь. И не хочу, чтоб он видел мою боль, не хочу доставлять ему такое удовольствие. Надо сделать это быстро.

Я быстро стянула простынь с кровати, сделала еле как зубами дырку в ней и, порвав кусок ткани, чтоб закрыть себе рот, зажгла сигарету. Даже думала покурить, но не стала. Это было невыносимо больно, но я сделала это. Когда я прижгла себе руку, я почувствовала ужасное покалывание. Моя кожа сильно потрескалась, образовав маленькую вмятину. Несмотря на то, что это было только на одном месте, мне показалось, что множество огненных игл воткнулось в каждую часть моего организма. Я закричала. Хорошо, что во рту был кусок ткани, не пропустивший звук. Я чувствовала его пристальный взгляд. Чувствовала, как в другой комнате он сидит и смотрит в камеру, улыбаясь и мерзки смеясь. И это было самое ужасное и противное ощущение. Оно было хуже, чем боль. Хотелось лучше быстрей умереть. Я резко случайно дотронулась до ожога, чем вызвала новую волну боли. Казалось, на моей руке лазили насекомые, вонзая в меня свои острые зубы. Потом моя рука неожиданно онемела. "Наконец-то боль закончилась'', – подумала я. Но даже до сих пор не могу успокоиться, не могу забыть того, что чувствовала. Я не смогу больше стерпеть такую боль. Если бы не Богдан, я бы убила себя. Когда думала об этом, не думала, что эти слова скоро сбудутся.

Григорий

– Да что такое со мной, ты урод, слышишь, ты урод, – кричал я на своё отражение в зеркале, затем разбил его.

Она так сильно плакала, только недавно успокоилась. Зачем я пошёл на это. Ей было больно, чёрт возьми.

– О чём я, чёрт побери, думал, когда давал такое задание? Я… – кричал я.

Мне хотелось испытать тоже самое. Я взял сигарету друга и прижёг себе левую руку. Я испытал в этот миг, кроме ужасной боли, огромную ненависть к себе. Боль помогла немного успокоиться. Но, как только она прошла, мне стало ещё хуже прежнего. Отчаяние и злоба охватили меня.

– Успокойся, что ты делаешь? – прибежал на мой крик Дмитрий.

– Я монстр? – спросил я у него, повысив голос.

– Успокойся.

– Я монстр, да?

– Нет, ты не монстр, – спокойно ответил он.

– Я позволил ей испытать это, – показал я на свою руку. – Ты слышишь? Я позволил ей испытать это. Что мне делать?

"Ты убил свою любовь", – кричало моё подсознание.

– Отпусти её.

– Я не могу, – заорал я, хоть и безумно хотел этого.

– Верни ей Богдана.

– Что?

– Она всё это делает ради Богдана, так? Так оставь же ты её в покое. Хватит, закончи на этом.

– Но… я не могу.

– А что ты хочешь? Заставить её страдать, убив его? – изогнув бровь, твёрдо произнёс Дима, а потом продолжил. – Подумай ещё, а главное успокойся. Я твой друг, я поддержу любое твоё решение.

Рита

Второе задание было трудное, но и его я выполнила успешно, оставив небольшой след на теле. На очереди третье задание. Теперь мне кажется, что Григорий болен. Ему нужна помощь психиатра. Я бы его простила, если бы он мстил только мне. Но после всего, что он сделал с родными, я его ненавижу, хочу, чтоб ему дали пожизненное. В противном случае, я его убью.

Григорий

– Ты решил?

– Да, – сухо проговорил я. – Отдай его ей и это тоже, – сунул я ему коробку.

– Что там?

– Можешь оставить меня одного, – проигнорировал я его вопрос.

– Хорошо, как знаешь.

Я устал, она устала, поэтому я решил покончить со всем этим. Будь, что будет.

Рита

Убей себя, сама выбери как.

Но я бы выбрал, чтобы ты истекла кровью.

Григорий.

В коробке лежал пистолет, лезвие и флакончик с ядом. Теперь ничего нельзя изменить. Сначала папа, потом мама, а теперь и я. Богдана он не отпустит. Или же отпустит? А если его уже и нет в живых? О нет! Только не это! Он жив, я знаю. Если бы он умер, я бы точно это почувствовала. Ведь так? Во что превратилась моя жизнь. Мне кажется, я уже ничего не понимала. Нужно закончить успешно его игру. И, быть может, Богдана отпустят?

"Это последнее и, к сожалению, единственное, что я могу сейчас для тебя сделать'', – мысленно прошептала я. И сердцем я почувствовала, что мои слова Богдан услышал. По крайней мере, я хочу верить в это. И я верю.

Господи, на что я иду? Я выполню это. Жаль только, что не смогу забрать Григория с собой. А так сильно хочется этого. Ведь получается, что ему сойдёт всё с рук.

Я должна убить себя, другого выхода у меня нет. Я бы предпочла застрелиться, но я не буду исполнять его последнюю просьбу ко мне, он не увидит мою кровь. Яд. Вот что я выберу.

Интересно, каково это умереть? И что я бы сделала, если бы осталась жива? Смогла бы я быть хорошей мамой для своих детей? Думаю, смогла бы… Смогла бы я вообще жить после всего пережитого? Как бы я жила без родителей? Без Богдана? Думаю, мне не суждено это узнать. Я умру совсем ещё юной, но умру ради любимого.

Руки тряслись, когда я рассматривала маленький оранжевый флакончик с ядом. Я почувствовала огромную пустоту и разочарование в жизни, как только приняла его. На вкус яд был каким-то горьковатым и одновременно похожим на молоко. В этот момент я возненавидела молоко всей душой. Я выпила яд не сразу. Всё происходило медленно. С каждым глотком я осознавала, что моя жизнь угасает. С каждым вливанием этой ужасной жидкости в рот, я вспоминала все самые лучшие моменты, которые были в моей жизни и говорила слова каждому, кто мне дорог.

Глоток. Папа, если бы ты был рядом, ты бы не допустил, чтобы такое случилось с твоей дочерью.

Глоток. Я скучаю по тебе, мам. Мне искренне жаль, что из-за меня ты тоже покинула этот мир.

Глоток. Простите все, кому я причинила вред. Простите. Какой же я глупой и бессердечной была. Простите…

Глоток. Солнце. Как хочется увидеть тебя в последний раз. Господи, надеюсь я попаду в рай. Прости меня за все мои деяния, направленные на людей, которых ты создал. Защити Богдана, прошу тебя… Защити…

Глоток. Богдан, прощай. Не сдавайся, прошу тебя. Живи! Слышишь? Только не сдавайся…

Яд подействовал не сразу. Я выпила его, и только через полчаса у меня сильно заболела голова. Начали закрываться глаза. Я их пыталась открыть, но с каждым разом мне становилось делать это всё труднее и труднее. Но я всё равно не сдавалась. Мне было очень страшно закрывать глаза. Но это произошло. В этот момент я захотела только одно: обнять Богдана так сильно, как никогда. И на секунду, буквально на секунду, перед тем как всё исчезло, мне показалось, что я почувствовала его мягкое прикосновение к моей щеке. А затем всё закончилось. Жизнь закончилась. Наступила тьма.

Глава девятая. Любовь – это самое ужасное чувство

Четыре года спустя.

– Рита, любимая, я не представляю своей жизни без тебя. Ты для меня один из самых дорогих людей на свете. Я пережил с тобой множество счастливых моментов и хочу продолжить мою жизнь с тобой, выходи за меня замуж, – улыбаясь, проговорил Богдан.

Сегодня он пригласил меня в свой личный ресторан. Он очень хорошо подготовился, мы наедине и это был бы самый лучший день в моей жизни, которого я так долго ждала.

– Знаешь, от любви до ненависти несколько шагов, – сказала я со злобой в глазах.

– Что? – не понимая спросил он, и его настроение мигом спало. Его лицо так сильно побледнело. Он понял всё сам. Он догадался, что мне всё известно.

Теперь я стала смотреть на тот день с другой стороны. Все непонятные детали мигом правильно сложились в моей голове.

Очнулась я в больнице, рядом сидел Богдан, как же я была рада его видеть. Он сказал, что врачи выкачали яд из моего организма. Он сказал, что искал меня везде, очень волновался, чувствовал, что что-то случилось, что я в беде. Когда моя мама позвонила ему, он поехал за ней. Она хотела поехать вместе с Богданом в полицию, чтобы рассказать об моём исчезновении. Он сказал, что моя мама очень сильно плакала, кричала на него, думая, что я с ним была, что я не пропала.

– Рит, прости, – у него упала одна слезинка, – если бы я приехал пораньше, то твоя мама была бы жива.

Я начала плакать, он меня обнял.

– Григорий, – всхлипывая, проговорила я, – это всё он. Он убил папу и отправил в конверте мне снимки мамы как подарок. Он сказал, что этот подарок мне точно понравится. Богдан, она была мертва, она просто лежала в луже крови, он застрелил её. Мамы больше нет, она умерла, ты понимаешь?

Чтобы немного меня успокоить, он продолжил рассказывать.

– Когда я приехал туда, я увидел твою маму, но я ничего уже не мог сделать. А потом меня ударили чем-то тяжёлым по голове и очнулся я уже в каком-то чулане. Я думаю, я смог бы спокойно убежать оттуда в любой момент, но я всё время думал о тебе и сердцем чувствовал, что ты рядом, что ты где-то там. Поэтому, выбрав подходящий момент, я вырубил нескольких парней и убежал. Но я не успел… Когда я нашёл тебя, подумал, что ты мертва. Ты была такая холодная. Сердцем я тоже умер в этот момент. Слава богу, я ошибся. Я понял, что ты ещё жива. Быстро взяв пистолет возле тебя, я пошёл убить этого ублюдка, Рит. И я это сделал. Я убил его. Он даже не успел ничего сказать. Затем по его мобильному я вызвал полицию, взял тебя и поехал в больницу. Я очень боялся, что не успею. Если бы тебя не стало, я не знаю, что со мной бы было. Я не могу без тебя. Этого урода я готов был бы убить ещё несколько раз. Он не заслужил такой лёгкой смерти. Но в тот момент, когда ты лежала холодная на моих руках, я думал только о том, как бы поскорее отвезти тебя в больницу. Слава богу, что с тобой всё хорошо. Теперь нам надо уехать, Рит, в любой другой город. Полиция нас будет искать.

– Но ведь это нас похитили, мы невиновны.

– Я убил человека, жизнь моя, нам надо уехать.

– А как же мой дом?

– Он сгорел, но мы построим новую жизнь. Ты больше никогда не будешь страдать, я тебе обещаю.

И мы уехали. В Санкт-Петербург. Все эти четыре года Богдан делал всё, чтобы я не думала о прошлом: всё время заботился обо мне, делал каждый мой день прекрасным.

И он не спрашивал почему Григорий мне мстил, не хотел меня огорчать. Однажды, я ему сама рассказала обо всём. После чего он крепко обнял меня и прошептал, что прошлое позади, теперь всё будет хорошо.

Однако его слова, его манеры, его улыбка, его забота, его смех, его радость в глазах, его добрый взгляд, его готовность защитить меня при любых обстоятельствах, даже его имя и цвет глаз – всё это было ненастоящим, враньём. Всё это время я думала, что жила с самым лучшим и дорогим мне человеком, но я ошиблась. Я жила с убийцей моих родителей, с человеком, которого я ненавидела и была готова убить. Он вновь поиздевался надо мной.

В данный момент, сидя напротив меня, он впервые опустил глаза. Он никогда этого не делал. У него всегда была манера смотреть пристально в глаза.

Меня трясло, я боялась его, но ненависть была сильнее страха, поэтому я и пришла сегодня… подготовленная.

Я вытащила пистолет и направила на него. Он всё ещё смотрел вниз, такой бледный. Парень выглядел таким грустным и одновременно таким жалким. Мне было тяжело смотреть на него. На человека, который когда-то был родным, но стал чужим. И не просто чужим, а врагом. Наконец, он поднял их, свои самые красивые глаза на свете. Они были полны боли и сожаления. Он сожалел, что я всё узнала. Наверное, он хотел, чтобы я вышла за него замуж, а потом у него были на меня какие-то планы. Он хотел продолжить свою месть.

– Зачем ты убил моих родителей, зачем ты это сделал? – шёпотом спросила я, но он ничего не ответил. – Они были не виноваты, – сквозь слёзы произнесла я.

"Я хочу, чтоб он умер", – это я повторяла, идя сюда.

Но меня очень сильно трясёт, я не могу нажать на курок. Я люблю его, чёрт возьми. Я не смогу. Почему я люблю того, кто убил дорогих мне людей, убил меня? Ненавижу любовь. Это самое гнусное чувство из всех. Из-за моего сердца, которое я теперь тоже ненавижу, я не смогу сделать то, что безумно хочу. Не смогу убить его. Не смогу…

Я бросила пистолет на пол и резко убежала. Я никогда не бежала так быстро, как сейчас. Мне казалось он бежит за мной, чтобы убить. Но, обернувшись, я не увидела его. Он остался там.

Спустя несколько часов.

Я не думала, что всё окажется так. Я хотела верить в самое лучшее. В жизнь. Я была на седьмом небе от счастья. Тогда я думала, что мои мечты все сбудутся. Я считала, что всё наконец налаживается. Жила мечтами о приятном и даже не подозревала, что снова жизнь пойдёт под откос. Верила. Господи, как же я ошибалась. Никогда не считала себя неудачницей. До этого дня.

Остановившись у подруги, я думаю обо всём, что произошло со мной. Почему я не узнала в нём того кареглазого мальчика в очках? Да, он очень изменился. Я начала в нём видеть Григория лишь после того как услышала его разговор с каким-то Дмитрием. Как он мне ранее говорил, это был его лучший друг.

В тот день я пришла утром домой после пробежки. Сегодня был выходной у нас обоих. Богдан, помимо учёбы, всё время работал, очень уставал и поэтому я решила его не будить как обычно, чтобы пойти на пробежку. Я ушла одна. Именно тогда я была счастлива, я чувствовала его любовь ко мне. Тогда я думала это любовь. Мы жили в отеле в разных номерах. Но эти четыре года, как мы здесь живём, я каждую ночь просила его остаться со мной. Я боялась засыпать одна. Поэтому он ждал пока я засну и только потом уходил. Мы обнимались и целовались, но дальше этого у нас ничего не было. Он говорил, вдруг я потом его возненавижу. Я думала, эта была шутка. Но если бы это случилось, я бы возненавидела себя.

Как только я пришла в его номер, я услышала разговор.

– Да, привет, Дим… Не знаю как мне быть, рассказать я не могу… Нет, она не знает. Она думает, что Григорий умер.

Поначалу, услышав это, я очень разозлилась, что он мне наврал. Убийца моих родителей всё ещё жив? Григорий жив?

Ненавижу этого человека. Это несправедливо. Он понесёт наказание. Он поплатится за всё. Так я думала, сгорая от злости. Ненависть и жажда мести охватили меня. Но следующее, что я услышала, повергло меня в настоящий шок. Но следующее, что я услышала, повергло меня в настоящий шок.

Глава десятая. Я Богдан и буду им всегда

– Дим, я не могу рассказать. Ты как вообще это представляешь? Я даже хотел расстаться с ней. Но не смог. Она не знает, что я Григорий. И я сам решил для себя. Я не хочу, чтобы она когда-либо узнала. Для меня Григорий умер. Теперь я – Богдан и буду им всегда.

Услышав это, меня как будто парализовало. Я не смогла двинуться с места. Казалось, я перестала дышать. Слёзы лились из моих глаз, не прекращая.

Это Он…

Осознав, что может теперь произойти, я наконец пришла в себя и убежала. Мне никогда не было хуже, чем тогда. Я не знала, что делать. Хотелось сбежать подальше от этого всего. Скрыться там, где меня он никогда не найдёт. Хотелось забыть обо всём ужасном навсегда. Почему люди просто не могут потерять память, когда им этого захочется. Я бы всё за это отдала.

Но после я поняла, что безумно рада, что такого не бывает. Ведь тогда бы я не смогла сделать то, что больше всего хотела – отомстить. Отомстить этому ужасному человеку за все страдания, которые он мне причинил. Поэтому, успокоившись и уняв сильную дрожь, я вернулась в отель.