Своей земли не отдадим!

Ударим по остаткам российского крестьянства вступлением в ВТО

Россия на пороге вступления в ВТО. Наши аграрии убеждены, что это окончательно погубит отечественное сельское хозяйство, и так здорово подорванное государственной аграрной политикой последнего десятилетия. Также считает и Николай Кондратенко. Почему? Об этом в его беседе с «Советской Россией».

– Николай Игнатович, в 2000 году вы писали о том, что главными причинами кризисного положения в агропромышленном комплексе являются аграрная политика государства, безудержный рост цен на энергоносители, диспаритет цен на сельскохозяйственную и промышленную продукцию. Как обстоят дела сегодня?

– Сегодня государственной ценовой политикой на энергоносители уничтожается все народное хозяйство России. Но особенно – в силу объективных причин – страдает продовольственный сектор: ведь агроклиматические зоны России отличаются от агроклиматических зон стран «Семерки» не в нашу пользу. Практически всю Россию можно назвать зоной рискованного земледелия. Чтобы разобраться в этом, давайте обратимся к статистике.

В мире в среднем получают по 30 центнеров зерна с гектара. Великобритания – 73, Германия – 62,3, Нидерланды – 82, США – почти 52. Россия – 13. Агротехника возделывания сельскохозяйственных культур – одна и та же, что у нас, что у стран «семерки». Близки и производственные затраты на приобретение техники, обработку почвы, внесение удобрений, расход семян, горючего и так далее. Но Франция получает 70 центнеров с гектара, а Россия только 13. Очевидно, что при одинаковых затратах французы и россияне получат совершенно неодинаковую прибыль. Как же нам в таких условиях конкурировать с Евросоюзом, Соединенными Штатами Америки? Никак.

Российских крестьян постоянно упрекают в том, что они не хотят работать на земле так, как это необходимо. Разучились работать, спились и так далее. Но как бы они ни старались, без помощи государства не будут получать такие же урожаи, как в США или Западной Европе.

Как известно, хороший урожай без воды не вырастишь. Границей рискованного земледелия считаются регионы, в которых выпадает 500 мм и меньше осадков в год. Давайте посмотрим, сколько осадков выпадет в основных зонах земледелия в США, в странах, входящих в Евросоюз, и у нас. В США и Великобритании среднегодовое количество осадков по основным земледельческим территориям – от 600 до 2000 миллиметров, во Франции – от 600 до 1000. У стран «Большой семерки» осадков меньше 700 миллиметров в год вообще не выпадает. Крестьяне относительно засушливых Испании, Португалии, Италии ежегодно получают от ЕЭС дотации в размере 46 миллиардов евро.

В России больше всего дождей идет на Северном Кавказе – от 300 до 600 миллиметров в год. Чуть меньше – в Центрально-Черноземном регионе: от 450 до 575. В Поволжье, на Урале и в Зауралье, Сибири и на Алтае – от 200 до 500. То есть намного меньше нормы. И с законами природы не поспоришь. Особенно после того, как в последнее десятилетие мелиоративные системы России были разрушены. А дотации российским крестьянам запрещены!

Нам любят приводить в пример канадских земледельцев, выращивающих хорошие урожаи в сходном с нашим климате. Однако он не столь суров, как в России. Во-первых, прилегающие к Атлантике территории благоприятны для земледелия, а во-вторых, треть их получает более 1000 миллиметров осадков в год. Но, главное, канадское правительство – в отличие от нашего – считает необходимым защищать своего сельского труженика. А Норвегия – из-за суровых климатических условий – вообще в ЕЭС не вошла.

Животноводство – важнейшая отрасль народного хозяйства– тоже страдает от российских климатических условий и невнимания правительства. Высокобелковые продукты земледелия – основа ведения животноводства.

В мире валовой сбор кукурузы и бобовых, включая сою, в среднем за год составил 760 млн. тонн. США собрали 300, Канада – 11, Россия – 2,8 млн. тонн. А без них невозможно сбалансировать рационы животных по белку. Его нехватка чревата значительным перерасходом кормов на единицу продукции. Недостаток белка в кормах и стал главной причиной развала всех отраслей животноводства в России в годы реформ.

Теперь пришла пора поговорить о том, как на затраты на производство продукции и на жизнеобеспечение самого человека влияют среднегодовые температуры. В Нью-Йорке, например, в январе и декабре -1 – +З. Летом до +28 градусов. До -10 зимой бывает только на Аляске. Поэтому большинство птицефабрик ограждают для того, чтобы птица не разбежалась. Ни птичники, ни коровники, ни другие помещения для животных не имеют капитальных кирпичных стен, системы отопления и вентиляции. В России с сентября по май все надо обогревать, особенно в Центральной России, Сибири и Северных территориях.

– Какой толщины стены должны быть, например, у коровников у нас и в США?

– Если за единицу толщины кирпичной стены взять Краснодар, то в Лос-Анджелесе стены должны быть около 0,3. В Вашингтоне – 0,8. В Москве – 1,8, а в Якутске – 3,7. Это соотношение действует и при строительстве жилых домов, фабрик, заводов, школ, больниц, сельскохозяйственных построек и так далее. Плюс к этому все помещения в холодное время года должны обогреваться, что требует значительных затрат и влияет на себестоимость и конкурентоспособность продукции.

Что представляют собой многие жилые дома в Америке, можно понять во время торнадо. Они рассыпаются, как карточные домики, но и восстанавливаются очень быстро: мощных фундаментов и капитальных стен не требуют. А каковы затраты (чел. – час на 100 кв. м) на возведение жилых зданий из кирпича в Лос-Анджелесе и Якутске? 50 и 750 соответственно. А где проще и дешевле лить металл: в климатических условиях Лондона, Вашингтона, Нью-Йорка или на Урале, где за окном от -30 до +15 и более 40 процентов добываемых энергоносителей идет на отопление и кондиционирование? В США на отопление 1 квадратного метра расходуется 55 кВт-час. В России – 418. Почувствовали разницу?

– Видимо, и это еще не все, о чем забыли наши чиновники?

– Совершенно верно. Территория России раскинулась на одиннадцати тысячах километров. Основное население живет в европейской части, а национальные богатства сосредоточены на востоке. Поднимая цены на энергоносители до уровня мировых, правительство забыло, что их прямые затраты в себестоимости железнодорожного тонно-километра 11 процентов, опосредованные – более 40. Нам экономически невыгодно транспортировать сырье, комплектующие, готовые изделия с востока на запад и с севера на юг. По этой причине, например, Краснодарский химический завод, производящий удобрения для Кубани, не может работать: стоимость доставки фосфоритов с Кольского полуострова делает конечный продукт экономически нецелесообразным. Урожайность сельскохозяйственных культур резко упала. Как следствие– рухнуло производство высококалорийных белковых мясных и молочных продуктов. Оста на вл и ва ются перерабатывающие производства. И так по всей стране.

Чем дороже энергоносители, тем дороже выплавка чугуна, стали, изготовление комбайнов, сеялок, веялок и, в конечном итоге, производство зерна, хлеба, яиц, молока. Все это делает нашу продукцию неконкурентоспособной на мировых рынках.

– Герман Греф считает, что нашу экологически чистую продукцию Евросоюз будет покупать. Значит, она конкурентоспособна?

– Конкурентная среда россиян давно разрушена. Судите сами. Например, крестьяне вырастили хороший урожай. В уборочную страду цены на бензин, дизельное топливо значительно подскочили. Даже если крестьянин наскребет деньги на горючее, чтоб убрать урожай, на что будет покупать новую сельскохозяйственную технику, сортовые семена, породистый скот, расплачиваться с кредиторами?

Вы на Кубань посмотрите. Даже здесь стало невыгодно возделывать землю, выращивать хлеб. Солярка, дизельное топливо, сельскохозяйственная техника дороги, а зерно дешево. Крестьянин не чувствует выгоду. Желание заниматься сельским хозяйством, животноводством, птицеводством, может быть, и есть, а условий для этого нет. Прибыль съедают энергоносители.

Совсем другая картина в Беларуси, с которой мы строим Союзное государство. Александр Лукашенко возрождает сельское хозяйство, не дает разбазаривать национальное добро.

Да если бы ему дать нефть и газ, которые есть у России, уровень жизни белорусов давно был бы одним из самых высоких в Европе. Он – единственный на постсоветском пространстве защитил своих производителей и не дал разрушить заводы и фабрики. В Беларуси вы не найдете не то, что беспризорного ребенка, но и бомжа, собаку, кошку.

– Наше правительство говорит: зачем сажать картошку в России, если ее можно купить в Голландии? То же, видимо, относится и к другим продовольственным товарам.

– Как же оно ошибается! Вот пример из недавнего прошлого. С делегацией сенаторов я был в Италии, на большом молкомбинате под Неаполем. Очень хотел посмотреть приемное отделение. Оказалось, его там нет: молкомбинат не принимает натуральное молоко. Там все порошковое: наполнители, ароматизаторы, эмульгаторы, стабилизаторы. Только вода натуральная.

Это «молоко» итальянцы поставляют в Россию и страны СНГ. От предложенной дегустации мы отказались, сославшись на то, что на химкомбинате пробовать ничего не будем. Пошли в зал готовой продукции искать подделки. И действительно ничего натурального не увидели. Собственную продукцию фирма «Красная точка» паковала под названиями совсем других производителей. О том, что итальянская фирма поставляет в Россию отравленные продукты, мы сообщили Совету Федерации.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.