- -
- 100%
- +
1
Солнечная система. Орбита планеты Земля. Вереница космических спутников, баз и станций что окутывают эту планету, как тюремные браслеты, более тысячи лет неотрывно надзирают за пропащим круглом шаром. В одном из космических кораблей, пристыкованном к базе, начался эфир новостей «Королевская галактика».
На экране предстал дуэт ведущих с планеты Kepler-22b. Мужчины крупного телосложения, их формы украшены значками Королевской династии. Символизируя их привилегированное право быть первыми, кто освящает жизнь главной семьи Галактики. Однако известия, которые они транслировали, были слегка отфильтрованными. Ни одно официальное радио или телевещание, одобренные Галактическим Советом, не получает полной информации от приближённых к монаршей семье.
Вокруг важных персон на столах стояло множество яств и угощений, они ломились от изобилия напитков и подарков, приготовленных специально в честь прибытиях долгожданных гостей. Губернаторы и президенты этой планеты, дабы задобрить чужаков, накрыли этот богатый стол. Ведь новости о Земле нынче освещают крайне редко и, увы, всегда в негативном оттенке. Возможно, этим подношением Земляне немного разжалобят "званых гостей".
‒ Доброе утро, ‒ начал эфир длинноволосый седовласый гость. У данного человека густые седые волосы были заплетены в косу. Она была такой широкой, что закрывала спину ведущего. Лицо было круглое, как впрочем, пальцы и остальное телосложение мужчины. Широкие прямые брови и слегка выпуклые карие глаза, казалось, пронизывали атмосферу, в стремлении найти какую-нибудь сенсацию в этом старом околоземном корабле. – Думаю, сегодня уместнее будет обратиться к вам, дамы и господа, дабы отдать дань старым традициям.
‒ Ты прав, ШЕР (данная раса Кеплер использует только заглавные буквы своей фамилии, имени и отчества), сегодня лишь дамы и господа, – игриво произнёс второй мужчина с длинными, густыми каштановыми волосами, также заплетенные в косу. Он был немного худее первого, но их физические параметры едва различались. Глаза их обладали аналогичным разрезом и оттенком, что ярко выделяло их родство: они были двоюродными братьями, продолжающими семейное дело в мире медиа. ‒ Где мы сегодня находимся?
‒ На планете Земля.
‒ Да, дорогие слушатели, мы на Земле, – более громче и с выражением провозгласил ШАВ. – Матушка Земля, являющаяся родиной всех ныне живущих рас. Колыбель человечества…
– Как вы думаете, почему мы сегодня здесь? Наверняка, многие из вас слышали или видели наш вчерашний вечерний эфир и, возможно, уловили суть.
‒ Если же вы пропустили минувшие новости, то ничего страшного, мы можем их повторить. А все, потому что возможно через неделю один или два счастливчика с этой планеты отправятся в школу Гэлакси. Это невиданное событие для Землян…
‒ Об этом расскажем подробнее позже, а пока свежие новости этого утра: Его Величество Король уже третью неделю облетает границы нашего Млечного Пути; Наследный принц Чон Ин-Су, третий принц Чон Бао от наложницы Сяо второго ранга с планеты Танива и четвертый принц Кен-Ху от наложницы Раон четвертого ранга с планеты Курун неизменно сопровождают Правителя.
‒ Её Величество Королева приняла в своём дворце девятнадцатого принца Чон Донхо от наложницы На-Му первого ранга с планеты Альфа Центавра Bb и двадцатого принца Чон Кехён, а также принцесс Чон Юну от придворной дамы Сеул-Ги с планеты Спира, Чон Айю и Чон Джен от наложницы Наби второго ранга, с планеты Бьёрнунг.
‒ Известно, что самый младший королевский ребёнок подхватил грипп, но, хвалам владыки, недуг отступает, и принц идёт на поправку. По этой причине Её Величество Королева не сможет присутствовать на церемонии открытия нового корпуса Галактической школы на планете Лакума первого сентября.
‒ Принцесса Чон Ариэль, вероятнее всего, скоро будет обручена с обещанным сыном губернатора Инсула Универси ‒ Кеном. Сигналом этому служит их всё более частое появление вместе на глазах общественности. Возможно, сегодня они навестят Её Величество Королеву, или же через неделю будут присутствовать на церемонии открытия нового факультета. Информации на этот счёт ещё не поступало.
‒ Сейчас пришла новость, – начал ШЕР, – что двадцать третий принц Чон Дан уже ступил на землю Галактической школы, чтобы удостовериться, что все приготовления к новому учебному году завершены.
Второй уровень планеты Земля.
Сгорбленная, худая фигура в сером худи, черных джинсах и потрёпанных белых кроссовках двигалась по некогда бывшей дороге, ныне затерянной между высотками. Капюшон плотно окутывал голову юноши, из-под которого выглядывали тёмные вьющиеся волосы до плеч. В окутанном полумраке, где почти не было света, он неоднократно спотыкался о камни, что когда-то были асфальтом, по которому безмятежно проносились машины. Пыльные, грязные медиафасады на сотых этажах демонстрировали какие-то важные новости, однако юноше не было до этого дела. Немногие из землян вникали в суть того, что творится в мире. Никого не интересовали войны, порабощение или очередной наследник престола; для большинства было важно то, что здешний телевизор способен слабо осветить дорогу. И это было единственным утешением для местных жителей в этом заброшенном городском пейзаже.
Заметив впереди идущую навстречу толпу из семерых человек, парень в несколько ловких прыжков пересёк дорогу и оказался на её противоположной стороне.
‒ Эй, ты! – окрикнул его золотоволосый мужчина, за ним раздался свист. ‒ Скажи своей матери, если она желает, чтобы у вас и в этом месяце светил свет, пусть придёт туда, она знает, куда и даст то, она знает что.
‒ Вахаха – взорвалась смеющаяся толпа.
– Но ты и выдал! ‒ пробормотал человек, стоящий рядом с блондином. ‒ Это же из этих… как его… из этого, как его.
‒ Кажется, что-то подобное я уже слышал в каком-то фильме, ‒ добавил другой, наблюдая за происходящим. Тем временем первый снова крикнул уже достаточно удалившейся фигуре.
‒ Если что, то завтра мы все свободны, ждем ее тощее тело у себя.
‒ Да, – поддакнула толпа.
Юноша на все высказывания даже не обернулся и ни на миг не прекратил своё движение. В их неблагоприятном районе, как и во всех уголках Земли, водилось множество банд. Встреча представителей различных народов, религий и убеждений на одной улице было обычным явлением.
Хрупкая фигура, не став больше выслушивать мерзости о своей семье, ускорила шаг, поправляя и придерживая руками пластмассовую белую маску, скрывающую всё лицо. В какой-то момент из уст парня вырвалось приглушенное ругательство:
‒ Суки!
Пройдя ещё немного, брюнет свернул в закоулок, направляясь к старым, пошарканным пятиэтажкам. На здании с полустёртой надписью «улица Жердева, 122» парнишка спустился в подвал, расположенный у первого подъезда. Когда, по рассказам предков, данный район входил в состав страны России, поэтому надписи сохранились на русском языке.
Осторожно спускаясь вниз, он отодвинул сломанную деревянную дверь, когда-то окрашенную в зелёный цвет. Оценив, что пространство позволяет ему протиснуться, он вошёл в помещение.
‒ Темила, сейчас брат должен прийти, не закрывай дверь, – произнесла из тени единственной комнаты тощая женщина, которая только что проснулась и сейчас умывалась из тазика. Одежда пятидесятитрёхлетней женщины также не демонстрировала свежести: дешёвая тоненькая кофта, то ли бардового, то ли вишневого цвета с пуговицами и чёрные спортивные штаны с белой полоской, завершали образ серые кроссовки.
Её короткие черные волосы с седыми прядями отрасли за месяц и почти доходили плеч. Однозначно, Ким Ара возьмет в руки ножницы и обкорнает себя как можно короче. У них в семье у одной Темилы волосы держались в приличном состоянии, так как им приходилось постоянно поддерживать прическу девушки как у представителей мужского пола. Делалось все это из-за того, что Ким Темила была очень красивой старшеклассницей и была возможность того, что ее могут похитить бандиты, как для своих утех так и продать в публичный дом. И чтобы такого не было госпожа Ким Ара с самого детства говорила всем что у нее два сына. Если женскую фигуру можно было легко скрыть под мешковатой фигурой, то с раннего детства Темила вынуждена носить маску на лице. Благодаря специальному устройству, вкрученному отцом в маску, окружающие слышали не женский а мужской голос. Семья Ким до сих пор не знает, где отец приобрел данный механизм, но они благодарны покойному главе семьи за это. Ведь благодаря нему никто до сих пор не подумал, что за маской скрывается семнадцатилетняя девушка.
Также держать не только прическу в приличном состоянии, но и остальные вещи требовала школа. Вопрос был не в том, что так не принято, ведь в современном мире почти никто из бедняков не мог позволить себе элементарно постирать вещи, суть была в том, что в учебное заведение в любой момент могла нагрянуть Галактическая Школьная Комиссия и проверить внешний вид учеников. Школа в последние три года щедро выделяла по куску хозяйственного вонючего мыла, чтобы учащиеся с ним стирали одежду. Правда, никто из школьников не использовал мыльную продукцию только по этому назначению. Её каждая семья использовала также для мытья тела.
Комната с единственным небольшим окном, была восемнадцать квадратных метров. Стены и потолок были из цемента, никогда не были наклеены обоями или покрашены. Лишь окно когда-то красили белой краской, но это делали более двадцати лет назад старые жители, на сегодняшний день остались лишь частички от эмалевой смеси.
Девушка стянула через голову толстовку и, копаясь в карманах своих джинс извлекла тетрадь и ручку. Сегодня ей удалось немного позаниматься с другом, и они, наконец, завершили чтение книги, заданной на каникулы. Она записала все необходимые пометки в клетчатую школьную тетрадь.
– Колян с братками требуют плату, ‒ небрежно скомкав толстовку, она швырнула её на свой матрас.
На эти слова женщина замерла, её лицо стало серьёзным.
– Сколько ещё сможет протянуть аккумулятор? Ты же заряжала его на прошлой неделе? – недовольно спросила она у матери.
‒ Нет, ‒ ответила она, поднимаясь с кровати, – Тегун заряжал его три недели назад.
‒ Понятно, – проговорила Темила, осмысливая сказанное. – Это сверху? Сегодня принесли? – добавила она, заметив фирменный пакет пекарни. Они были знакомы с тем местом, там время от времени подрабатывала Ким Ара. Данное заведение находилось в одной из высоток; знакомая периодически снабжала семью Ким разной выпечкой.
‒ К счастью для нас, она сейчас на больничном. Её кто-то ограбил после смены, ударив по голове, и теперь, бедняга лежит с сотрясением у себя дома. Будучи хорошими знакомыми, мы будем навещать её, а в будущем, она, возможно, нам за такую доброту, щедро одарит хлебом. Когда пойдёшь к ней, постарайся вызвать жалость, ‒ напомнила она. ‒ В последнее время ты, совсем потеряла хватку. Раньше приносила от неё по два пакета. Эти булочки – она указала на пакет рядом с собой, ‒ только два дня назад списали, ещё совсем свежие. Нам бы ещё такой пакетик, и на следующую неделю хватит. А там уж что-нибудь придумаем. Поэтому ешь быстрее и иди проведай больную, – наказала женщина, нарезая на доске на полу маковые булочки.
Стол год назад они обменяли на новые кроссовки для Темилы, так как ученице прежние стали малы. Теперь приходилось обходиться без мебели. Продукты резали на полу. В последнее время в их доме царствовали лишь полуфабрикаты и вышедшие из срока годности вышеупомянутые булочки. Плита исчезла из их жилища ещё два года назад, когда пришлось обменять её на новый аккумулятор, который уже требует зарядки. Если же им удавалось заполучить еду, требующую приготовления, они отправлялись к дяде Ену. Он работал кочегаром и отапливал местную школу. Этот добрый дяденька никому не отказывал в помощи. В зимний период его рабочее место становилось пристанищем для многих семей, ведь бедное население не могло обеспечить теплом свои дома. Плата за коммунальные услуги, была неподъемна для девяноста процентов жителей планеты. Таким образом, семья Ким каждую зиму искала укрытие в этом тёплом помещении.
‒ Я не собираюсь спать со старой каргой, ей свою девственность дарить точно буду. Мне её нужно выгодно продать кому-то другому, желательно тому, кто сможет хорошо заплатить, – внезапно произнёсла девушка, подходя к матери и беря два куска нарезанной булочки с доски.
‒ Темила, я же не прошу тебя с ней спать, тебе незачем это делать, – ответила женщина, перестав нарезать хлебобулочное изделие. ‒ К тому же она любит мужчин. О девственности пока не время говорить. Но ты права продать её нужно выгодно для нас всех.
Тем временем дочь налила себе в кружку воды из графина, стоявшего неподалёку, почти у стены. Она направилась к своему углу, противоположному матери, и уселась на старый матрас. В их доме не было кроватей же уже несколько лет, поэтому им приходилось спать на ватных ложах.
Женщина уже открыла рот, намереваясь продолжить разговор, когда раздались громкие шаги, спускающиеся в подвал, где жили Кимы. Эти шаги принадлежали только одному человеку.
Это был Тегун, старший брат Темилы что был на три года старше ее. Он выше младшей сестры на десять сантиметров и под метр восемьдесят пять. Телосложение у него было хоть и худощавое, но имелись мускулы и сила, на зависть практически всех жителей Земли. Возможно, из-за телосложения его и брали работать на тяжелую работу. Брюнет свои прямые жесткие волосы всегда стриг на лысо, чтобы не тратить на них драгоценное хозяйственное мыло, которое достать было очень трудно. Таким мылом мыли только тела раз или два в неделю на речке летом, зимой у Ена. Глаза у двадцатилетнего молодого человека были ‒ тёмно-коричневые, как у матери, и обрамленными черными ресницами, как у почившего отца.
Он в данный момент устанавливал дверь на её прежнее место, которую давно лишили петель ‒ с тех пор, как одна банд пришла за общаком. Тогда ещё живой мистер Ким нехило так дал бандюганам отпор. В ту ночь они лишились на двери петли, и правого глаза хозяина подвала. В следующую с ними встречу не стало главы семьи, Колян вонзил ножом в область сердца три раза. Ким Ван умер в возрасте шестидесяти семи лет.
‒ Ёпт, твою Техен, (второе имя Темилы, когда выдает себя за парня) – выругался Тегун. – Ты что, маску свою под ногами бросила, я же мог её раздавить, тогда бы ты точно пополнила ряды девочек мистера Ли.
‒ Ой, ‒ брюнетка поднялась и взяла протянутую маску.
‒ Доча, твой брат прав, относись бережнее к своим вещам. В нашей семье ты хотя бы не иди по неверному пути. Носи маску, скрывай своё лицо, – напомнила женщина, завершившая дела, и обняла наклонившегося к ней старшего ребенка.
‒ Сына, ты был у тёти Клавы? – спросила миссис Ким, глядя на пакет с знакомым рисунком в руках у старшего сына.
‒ Да, был, – вздохнул Тегун, в его голосе сквозили ноты отчаяния. – Похоже, теперь за еду нам и с ней придётся расплачиваться.
Две пары глаз посмотрели на него, ожидая разъяснения. На что старший мужчина в их семье продолжил:
– Она потребовала плату за хлеб, – двадцатилетний молодой человек неосознанно провёл рукой по своим непослушным волосам. – Мне пришлось продать своё тело и ей.
Младший ребенок выругался, а мать лишь тяжело вздохнула.
‒ Скоро нам и из дома не выйти, чтобы не сделать кому-нибудь приятное. Чёрт, я думал, хотя бы у посудомойки обойдётся без постели, – сокрушался старший сын, опускаясь на матрас, не снимая обуви.
В комнате воцарилось гнетущее молчание, полное безысходности и тревоги. Каждый обдумывал, что им дальше делать в сложившихся обстоятельствах.
Сквозь узкий просвет оконного стекла появились блики синего цвета. Это свидетельствовало о том, что на улице стемнело, и на высотках включились дополнительные медиафасады. Начинались вечерние новости «Королевской галактики». В наши дни, даже когда большинство жителей планеты голодали, и жили за чертой бедностью, великодушное государство продолжало информировать эту ущербную планету о последних событиях в мире. В очередной раз напоминая, что такие отребья, как люди с планеты Земля, должны быть благодарны, что им вообще уделяют хоть какое-то внимание, не забывают ущербных. На экранах начали мелькать изображения других планет, их жизнь, развитие, как те благодарны правительству, и королевской семье за предоставление средств на очередные их нужды. На этот раз, кажется, обсуждали, начало новой войны на одной из планет, или типа того, школьник не вслушивался. Ему было все равно, семейные проблемы их семьи, занимали все его мысли.
Их маленькая семья поужинала и легла спать. Для экономии заряда аккумулятора свет в комнате выключили, его включали только в случае крайней нужды. Свет экранов с улицы хоть немного, но освещал комнату, что, несомненно, радовало Кимов. Обсуждать местную банду в этот вечер не стали ‒ хватило и «хороших» новостей от посудницы на сегодня.
Темила проснулась на заре, когда медиафасад давно перестал освещать их маленький дом в яркие цвета. Внутри царил мрак, но она решила не включать свет, ведь передвигаться в темноте было обычным делом. Их уровень почти не освещался, и большая часть суток погружалась в полумрак. Девушка вышла на улицу в туалет ‒ единственное место, где можно было справить нужду, построенный людьми из всего, что те нашли. После последнего подавления Землян более ста лет назад финансирование планеты резко сократилось, и практически все государственные учреждения закрылись. Разделили города на районы и поставили между ними ограждения из сеток. В каждой зоне оставили администрацию, школу и ещё пару госучреждений. Но первой нет дело на своих жителей, какую функцию тогда она несла непонятно. За многие десятилетия, в тех домах, где были установлены сан узлы, пришли в негодность. Администрация денег на ремонты не выделяла, вот все заржавело и сгнило. Поэтому жильцы второго уровня нужду справлять ходили на улицу.
Вернувшись в дом, она умыла руки в тазике, затем, взяв с накрытой кухонным полотенцем тарелки кусок хлеба, устроилась обратно в постели. Подмяв подушку под спину, приняла полусидячее положение и грызла слегка почерствевший хлеб. Погружённая в собственные мысли осознала, что сегодня уже двадцать пятое августа, ровно через неделю начало нового учебного года. А у нее так и не появилось новых штанов. Всё лето она трудилась в огороде у директора школы, ‒ сажала гряды и очищала их от сорняков, а сейчас шёл этап сборки урожая. Сады были убраны, огурцы с помидорами собраны лишь частично. Шли дни консервации, и она помогала хозяевам всем, чем могла. Сегодня-завтра собиралась получить зарплату, специально не брала её несколько месяцев, чтобы сумма была хоть немного ощутимее. Покупка новых штанов, мешка риса, пары лампочек, свечи, трёх новых одеял и нового аккумулятор была ее мечтой. Поэтому думая обо всем этом она очень переживала. Это была ее первая серьёзная подработка, и оплату за свои труды она ждала с нетерпением.
Директор школы обладал небольшим домиком в поселке с лишь двумя улицами и около двух десятков подсобных хозяйств. Здесь проживали только самые обеспеченные жители этого края. Темиле удалось устроиться в одно из таких хозяйств, и случилось это только благодаря дружбе с соседом по парте, который, к счастью, оказался племянником директора. В этой семье должность директора школы вот уже несколько поколений передавалась из поколения в поколение, а жены руководителей исполняли роли завучей, достаток в семье был стабильный. Еда на столе присутствовала всегда, а собственный огород значительно облегчал жизнь. В теплицах свет горел почти что круглосуточно, и Темила с опаской думала о том, за сколько монет обходится эта роскошь? В их местности данная семья Ким считалась зажиточной, а поговаривали, что у директора Ким Сону имелись родственники, проживающие в самих башнях. Если слухи верны, то у директорской семьи есть все шансы получить прощение и переехать жить в одну из башен. Пусть и на нижних этажах. Перед ними бы открылось множество ворот, смогли бы пользоваться многими благами цивилизации. Передвигаться не только в своём районе, но и посетить другие, да вообще ездить по всей Земле. Туда, куда им хватит средств конечно. На верхнем уровне есть полиция и даже больницы. Боже, они смогут обратиться даже к врачу. А ещё избранные из этого уровня имеют доступ слетать в космос, посетить какую-нибудь космическую станцию. Третий уровень мечта для всех жителей второго уровня. Как же Темила мечтает хоть раз в жизни оказаться там, ощутить какого это жить в достатке.
За размышлением о всём этом, девушка вновь погрузилась в сон. Вскоре наступило полноценное утро; члены семьи начали просыпаться: сначала мама, затем брат.
‒ Доча, просыпайся, мы ушли. Завтрак на столе, – громко произнесла Ким Ара, обращаясь к младшенькой.
‒ Угу – простонала кучерявая брюнетка под одеялом.
Мама с братом уходили на рассвете в поисках средств к существованию, ей как несовершеннолетней пока делали поблажки. Но скоро она вступит в «гордые» ряды безработных, тех, кто без устали будет бродить по улицам, мечтая о хоть каком-либо заработке.
Когда она сквозь сон осознала что дома осталась совершенно одна, девушка наконец-то открыла глаза и встала. Спустя некоторое время, за завтраком, запивая хлеб холодной водой, она уловила краем уха тему диалога гостей политической или какой там ещё она точно не знала, передачи, что транслировалась на башнях. Они обсуждали, что меньше чем через месяц будет ровно год со дня кончины пятого принца Чон Дохен. Темила удивилась: эту новость она слышала впервые. Обычно утрата знати обсуждается длительное время. Возможно, год назад так и было, но она просто не обращала на данное событие внимание.
Шел уже девятый час утра, и ровно полчаса как Темила, в теплице, сортировала спелые помидоры, отделяя их от полуспелых и зелёных. Казалось бы, обычная смена, но что-то было не то. Вся семья директора Ким не спала, как это было обычно, те любители поваляться в кровати до обеда; они бегали, суетились. Школьница даже спросила у хозяйки, не случилось ли что, та успокоила ее, сказав, что всё в порядке и чтобы она продолжала работу. Понимая, что не дождётся дополнительных разъяснений, она вновь сосредоточилась на своих обязанностей.
‒ Техенаа! – протянул одноклассник, вбегая в теплицу.
‒ Бен Хо? – удивилась Темила, ведь за три месяца она ни разу не видел, чтобы одноклассник навещал дядю. Друзья всегда встречались в других местах, чаще всего у друга дома.
Ким Бен Хо был на пол головы ниже нее, но шире в плечах. Его волосы слегка отросшие и взлохмаченные, носили оттенок миндаля. Темила сколько себя помнила, эта копна одноклассника всегда торчала в разные стороны. Друг категорически отрицал существование расчески. Глаза его были тёмно-карего цвета, обрамленные пушистыми чёрными ресницами.
‒ Техен ты слышал? – с энтузиазмом подбежал к ней парень.
‒ Что слышал? – недоуменно спросила Ким, выгибая бровь от вида его сальных взлохмаченных волос. По всей видимости, ее товарищ сегодня не намеревался покидать пределы собственного дома, и потому не удосужился привести свою голову в должный порядок. Темила тоже страдала от подобной небрежности, однако у нее имелся на это весомый повод ‒ колонка в их районе, иногда не качала из-за технических проблем.
‒ АААА это полный отпад, – запрыгал на месте второй Ким. – Ты представляешь, двадцать третий принц издал указ, позволяющий обычным ученикам учиться в школе Гэлакси! Не только богатым аристократам, но и нам, обычным гражданам. Ты представляешь!
‒ Что? О чем ты?
‒ Ну Техена не тупи. Чон Дан с этого года принимает простых людей в свою школу! Каждый из нас имеет шанс туда попасть! Через три дня у нас в школе будут экзамены, и те, кто отлично сдаст, смогут поступить в это престижное учебное заведение.
Темила моргнула, для нее это не значило ничего.
‒ Но что ты молчишь? Ответь мне. Ааа ‒ парень схватился за волосы, ‒ ты можешь представить, какого это учиться в одной школе с настоящими принцами и принцессами? Это же так… это просто… удивительно.
‒ Хм, удивительный здесь ты. Ты бы видел бы себя сейчас со стороны, выражение лица как у маньяка, честное слово, – произнесла Те, томно хмыкнув. – Ты сам-то понял что говоришь? Какую чушь ты несёшь?
‒ Чушь? Это не чушь! Вся система об этом говорит. Люди, эльфы, оборотни, гномы ‒ все лишь и обсуждают эту новость! Ты осознаёшь, какое это событие? В одной школе будут учиться представители различных рас. С разных планет прилетят самые необычные существа! Это же так круто! Боже, мы сможем увидеть всю Королевскую семью Чон… и возможно, даже самого Повелителя! – словно загипнотизированный проговорил парень, а по щекам его текли слёзы. Настолько юношу переполняли эмоции.
Темила стояла, как вкопанная, и с недоумением наблюдала за другом. Она к этой новости отнеслась прямо противоположно.