Заложники Анталийской клятвы
- -
- 100%
- +
Между тем Кен Рихард сел за стол и начал сортировать бумаги, освобождая место. Зачем, Киллиан понял лишь через несколько минут, когда Нонна вкатила в кабинет сервировочный столик с чашками, чайничком и тарелкой со сдобой. Женщина переставила все на письменный стол и удалилась. Учитель приглашающе махнул рукой. Кил устроился на стуле для посетителей.
– Ладно. – Бывший Великий Злодей взял фарфоровый чайник. – Верить или нет – твое дело. Просто хотел прояснить ситуацию.
Разлив чай в две тонкие и изящные чашки, закрыл глаза и вдохнул с паром легкий медовый аромат. Жест и выражение лица были так не свойственны Аррихарду, что Киллиан тоже решил попробовать напиток. Но лишь после того, как собеседник сделал первый глоток. Чай оказался чуть сладким на вкус.
– Ты что-то хотел обсудить, Килли? – Кен Рихард поставил чашку на стол и надкусил булочку с тмином.
Мужчина скривился при упоминании своего имени.
– Да. Мне нужно знать, будем ли мы признавать ученичество в храме.
– Татуировки, жетон и благословение служителя? – перечислил Рихард и взял вторую булочку. – Нет, это не имеет значения. Но если хочешь, то сходим.
– Мне тоже не нужно, – Киллиан тихо выдохнул и протянул руку к тарелке. – Ни к чему привлекать лишнее внимание писак и аристократии.
Собеседник закашлялся от удивления.
– Неужели для людей так важны эти клятвы? – каменный воин отложил булочку в сторону.
– Когда как, – напряженно бросил Киллиан. – Моя точно привлечет внимание. Люди обязательно спросят, почему главе Службы Безопасности я предпочел какого-то торговца.
– Вот как? А твой наставник знает, что ты не можешь быть его учеником? Что ты уже выбрал учителя? И связал себя клятвой? – Аррихард подлил себе еще чаю. – Или ты ничего не сказал? О том, что ты сделал, никто не знает? Так ведь?
Киллиан рассматривал плавающие чаинки.
– У мертвеца многому не научишься, – заметил он, чуть помолчав, и отставил чашку в сторону. Хоть голос и прозвучал поразительно спокойно, рука дрогнула, когда фарфор коснулся стола.
– Но я живее всех живых. – Аррихард с улыбкой наблюдал, как ученик пытается скрыть эмоции. – Нейтрализовать ту часть клятвы, что прочитал ты, я мог только так. Ты хоть знаешь, что именно сказал тогда? Не поверю, что за прошедшие годы не пытался ничего узнать.
– У нее нет принятого перевода, – Киллиан вскинул голову и сжал челюсти.
– Только ты мог прочесть клятву, которой нет в реестре, – Кен Рихард кивнул в такт своим мыслям.
– А клятва Аштербера, или как там его, есть в реестре, да?
– Аштербена, – поправил Рихард. – И когда-то ее можно было найти среди страниц. В любом случае у меня есть парочка книг на старогаотанском. Начнем с них. С завтрашнего дня.
– Завтра? – опешил Киллиан. Он и подумать не мог, что каменный действительно будет чему-то учить. Клятва на смерть и эти слова – что за игру ведет Аррихард?
– Завтра. – Кен Рихард залпом допил чай. – После обеда у меня как раз свободное время.
Пока Киллиан пытался смириться с ситуацией, бывший завоеватель обдумывал план. Вспоминал, чему вообще следует научить мальчишку.
Часы на городской башне пробили десять вечера. Килли понял, что пора собираться. Согласился прийти в три часа дня, поблагодарил за чай и пошел к двери.
Взявшись за ручку, остановился. Словно вспомнил о чем-то важном.
– Еще один вопрос. – Любопытство пересилило страх, и Алантэ повернулся к столу.
– Что? – подпер голову рукой Аррихард. Он уже вернул чайник и чашки на передвижной столик. На письменном разложил бумаги, достал чернильницу и перо.
– Ты испугался. Испугался, что я найду что-то в подвалах Анталы. И от замка остались лишь руины. У каждого мага есть источник силы. Про это можно прочесть в любой книге о магии. Но раскопки в Антале ничего не дали.
Рихард кивнул, подтверждая, что ученик прав.
– Каменные успели его перепрятать? – задал Киллиан вопрос, ответ на который пытался найти долгие годы. – Мое… предательство, – замялся он. – Тебе бы никогда не пришло в голову это сделать, я знаю. Тогда почему не обнаружили источник?
– Прежде чем задавать вопросы, почему ты ничего не нашел, стоит поинтересоваться, а находилось ли там вообще что-то, – улыбнулся маг.
Киллиан задумался. Получается, он снова ошибся. Вот только Аррихард не мог творить без источника. Магия так не работает.
– А из-за чего ты тогда устроил землетрясение? – Любопытство Киллиана не угасло даже под взглядом Кена Рихарда, настроение которого внезапно испортилось. Куда-то улетучилась веселая и расслабленная атмосфера, царившая в кабинете.
– Уже не важно, – сухо отрезал собеседник, давая понять, что не намерен продолжать разговор.
– Нет уж, изволь… – не отступал дорвадорец.
– Килли! – резко оборвал Аррихард. Ученик каменного мага вздрогнул. Пальцы вцепились в металл ручки, побелев от напряжения.
– Аррихард, – сквозь стиснутые зубы выдавил Киллиан, со злостью глядя на учителя и пытаясь остановить поднявшуюся внутри панику.
– Тебе пора домой, – смотря в глаза, почти приказал бывший завоеватель мира. – Нонна проведет тебя.
Не в силах что-либо ответить, Киллиан вышел из кабинета, стремясь как можно быстрее оказаться на улице.
Как только дверь за учеником закрылась, Аррихард с шумом выдохнул и грустно улыбнулся. А ведь когда-то придется рассказать правду. Придется признать свою ошибку. Но не сейчас. К разговору нужно будет тщательно подготовиться. Вздохнув, Кен Рихард сунул оставшуюся булочку в рот. Следом достал сундучок с монетами и бухгалтерскую книгу. Надо занять себя чем-то полезным.
Экономка проводила мужчину до двери. Киллиан ушел, никем не замеченный, через небольшой сад позади дома. В голове роились мысли. И тревожные, и воодушевляющие. Глубоко внутри Кил понимал, что такой шанс выпадает лишь раз. Что именно сейчас у него появилась возможность прикончить самый ужасный кошмар. Возможность исправить допущенную в юности ошибку. Возможность стать сильнее и переступить через страх. Возможность получить новый опыт и ценные знания. Для этого требовалось сыграть по правилам Великого Злодея. А это не только опасно, но и больно бьет по самолюбию. «Я сделаю это», – решил Киллиан. Просто оставить все так нельзя. Надо избавиться от Аррихарда. Либо избавиться, либо смириться и переступить через себя. Последнего не будет никогда. А третьего не дано.
Урок первый. Мой враг, мой учитель
Небо на востоке стало чуть светлее. Широко зевая, Киллиан рухнул на стул в своем кабинете во дворце и с немалым трудом сфокусировал взгляд на керамической кружке. Пустой, к сожалению. Хотелось кликнуть служанку или помощника из приемной, чтоб сделали кофе. Но времени на это не осталось. Киллиан зашел лишь за бумагами для совещания. Он сопровождал Кина Райна на всех заседаниях. Уже почти как официальный ученик главы Службы Безопасности углублялся в нюансы будущей должности. И сегодня на собрании с главой Пограничной Стражи ему тоже придется быть.
Помотав головой и потянувшись, Киллиан наклонился, выдвинул ящик и достал нужную папку из-под тяжеленной книжки про старогаотанский язык, чуть задержав на ней взгляд. Это счастье, весом в добрый килограмм, дал позавчера Аррихард.
К уроку Ламанд потребовал прочитать и запомнить первые три параграфа. Целых десять страниц. Но Алантэ даже еще не открывал. Учиться у Великого Злодея не хотелось. Воспоминания о войне будоражили. Три года, проведенные рядом с каменными, казались Киллиану вечностью, полной боли и страха. Мучительными столетиями, когда, чтобы не выдать себя, приходилось стиснуть зубы и смотреть на пытки и страдания людей. Людей, которые ничем от него не отличались.
Именно за это ощущение полного бессилия Киллиан и ненавидел Аррихарда. Вот только такого же чувства в ответ не получал. И это пугало.
Конр Киллиан тряхнул головой, отгоняя плохие воспоминания. Если совещание не затянется, он успеет не только вздремнуть, но и почитать книгу. Как бы ни хотелось, но злить Аррихарда опасно. И, надо полагать, явка на урок с невыученным домашним заданием может закончиться для него невесело. Фантазия у Великого Злодея богатая. Киллиана передернуло от неприятных воспоминаний о днях, проведенных в Антале. Он задвинул ящик и поднялся.
Зажав папку с бумагами под мышкой, быстрым шагом прошел по коридорам, плохо освещенным в этот ранний час. Встретил у малого зала совещаний Кина Райна.
– Доброе утро, – Киллиан склонил голову.
– Ты опять не спал? – От внимательного взгляда герцога Дерра не укрылся вымотанный вид ученика. – В жизни надо чередовать отдых с работой. От сонного тебя будет мало пользы.
– Собирался вздремнуть после встречи, – признался наследник маркиза и зевнул.
– Это не дело, Киллиан, – покачал головой Кин Райн. – Если тебя мучают кошмары, сходи к лекарю за снотворным. У секретаря опять болит живот, вести протокол придется тебе.
– Хорошо, Ваша Светлость, – устало согласился Алантэ, решив не добавлять, что кошмары во сне последнее время его не тревожат. Главный страх ходит по земле. Страх живет с ним в одном городе и читает те же книги. Какой смысл бояться во сне, если он дрожит от ужаса наяву?
Мужчины прошли в прохладный, нетопленный зал, в котором уже сидели глава Пограничной Службы с секретарем. Помощники обменялись внимательными взглядами, разложили бумаги. Киллиан поставил чернильницу и приготовился вести протокол совещания.
– Итак, удалось узнать что-то полезное от схваченных на границе? – начал глава Службы Безопасности.
– Очень мало, Ваша Светлость, – ответил глава Пограничной Службы и передал протоколы допросов Киллиану.
Алантэ быстро пролистал бумаги и вручил их Кину Райну, отметив имена допрошенных. Их оказалось немного. Две крестьянские семьи с детьми и несколько подозрительных личностей.
– На всех перевозчиках метки, – продолжил командир стражей границы. – Мои люди уже изучают библиотеки и архивы в поисках похожих рисунков и значения элементов.
– Что еще известно?
К концу беседы Киллиан автоматически двигал рукой, с трудом концентрировался на процессе. Мысли уплывали куда-то вдаль. Не хватало кофе. Тем не менее главные моменты успевал фиксировать, а иногда даже задавал какие-то вопросы.
Когда все закончилось, глава Пограничной Службы и секретарь первыми покинули зал. Потом, потягиваясь и разминая плечи, поднялся и Кин Райн. Кивком приказал Конру следовать за ним.
– Киллиан, король сегодня к вечеру должен получить отчет о деле, – предупредил глава Службы Безопасности, выходя из зала.
– Через час отдам вам протокол совещания. – Киллиан быстро понял, о чем идет речь. – Запросить информацию о Пограничной Службе Осталии?
– Да. И о Службе Рунии тоже. – Кин Райн оглянулся на ученика. – Все же на том участке пересекаются границы трех государств. Прикажи послать вести нашим агентам у соседей. Нужно узнать – у них такие же проблемы? Или только мы мучаемся. И не забудь поспать.
– Слушаюсь, – отозвался Киллиан и свернул за угол.
Оказавшись в кабинете, взял керамическую кружку и отправил помощника, младшего офицера, за кофе. Если дорвадорец собирался успеть к учителю, разобраться с протоколом и информацией надо сейчас. Киллиан разложил листы и сел за работу, стараясь не уронить голову на бумаги и не испачкаться в чернилах.
Он выпил две кружки крепкого черного кофе к тому моменту, когда дописал последнее слово. Времени оставалось немного – успеть бы прочитать основы старогаотанской грамматики и подремать хотя бы полчаса. Продираться сквозь дебри заковыристых забытых слов магического диалекта оказалось непросто. На колдовском языке не говорила большая часть современных волшебников. Они даже не всегда понимали его. Перечитав первый параграф несколько раз, Киллиан понял лишь половину. Осознавая, что усталость не позволит продвинуться вперед, он завалился спать.
Как и приказывал, разбудили его ровно в полдень. Кил мельком глянул на отражение в зеркале, тяжело вздохнул и приказал слуге набрать ванну в своих покоях королевского дворца. Благо, время в запасе еще оставалось. Ополоснувшись и приведя себя в порядок, Киллиан поспешил в кабинет главы Службы Безопасности, захватив документы для Кина Райна и книгу.
Кил пересек приемную с пустующим столом секретаря и постучал в кабинет, сразу дав понять, что это он. Не дожидаясь ответа, толкнул дверь.
Кабинет главы Службы Безопасности казался Алантэ одним из самых светлых помещений, какие только могут быть. Шкафы из светло-коричневого дерева шли стройными рядами вдоль выкрашенных белым стен. Золотистые шторы украшали большое окно, через которое отлично были видны закаты и чуть хуже восходы.
Кин Райн в кабинете находился не один. Рядом с дубовым столом на стуле, обитом бархатом, сидел известный на все королевство молодой мужчина лет двадцати пяти. Несмотря на то, что младший принц редко появлялся на публике, жители королевства знали его лучше, чем старшего брата. Именно принц Руперт участвовал в последней битве с Аррихардом. Как раз его решения заставили армию каменных отступить.
– Киллиан! – весело, как будто это не он только что обсуждал очередное дело, поздоровался глава Тайной Службы. Ее принц возглавил лишь год назад и иногда особо сложные вопросы обсуждал с Кином Райном.
– Руперт, – постарался улыбнуться Кил, хотя выспаться у него так и не получилось. Холодная вода, конечно, взбодрила, но заменить нормальный сон все же не смогла. – Здесь отчет, а данные появятся через несколько часов. Их передаст мой помощник.
– Ты куда-то спешишь? – удивленно приподнял брови Кин Райн, листая бумаги с пометкой на полях «Особо секретно».
– Дела в городе, – коротко пояснил Киллиан. Обсуждать с кем-то Аррихарда он не собирался. Со своей проблемой разберется сам.
– Что-то серьезное? – обеспокоенно спросил глава Службы Безопасности. Алантэ грустно улыбнулся. Близкий к Их Высочествам по титулу и возрасту, он с пяти лет рос во дворце. Своих родителей видел редко. Их заменил Кин Райн, младший брат короля и дядя принцев. Именно он оценил сообразительность ребенка и преданность королевской семье.
– Сегодня станет ясно. – Киллиан надеялся, что аристократы не заметят ложь. Трудно лгать не просто близким людям, но и опытным интриганам.
– Расскажи все, как только узнаешь подробности, – герцог серьезно посмотрел на своего будущего ученика.
Киллиан согласно кивнул и вышел. Пробежав по коридорам, выскочил во двор и миновал малые ворота, предназначенные для стражи. Подхватил на площади бричку и назвал адрес. Проезжая мимо булочной, подумал было сделать остановку, но тогда бы он точно опоздал. И мысль улетела прочь.
Откинутый верх экипажа позволял мужчине любоваться городом. Киллиан не переставал восторгаться Эссейей. В столице ему нравилось все: черепитчатые крыши, выкрашенные в зеленый (такой цвет использовали только здесь), богато украшенные вывески трактиров, дома, спроектированные старым королевским архитектором, ушедшим несколько лет назад на покой.
Возница подъехал к задней части дома Кена Рихарда. Киллиан расплатился, подошел к калитке у небольшого сада и дернул за колокольчик. Его уже ждали. Слуга, шустрый паренек, выглянул в окно и тотчас выбежал с ключами.
– Кен вас уже ждет, – впустил Конра Киллиана в сад, а потом и в дом.
Место, где обитал бывший завоеватель, казалось самым обычным. Здание ничем не отличалось от других в районе. Такой же серый камень и маленький, непримечательный сад с одним цветочным кустом. А вот внутри посмотреть, как оказалось, есть на что. В первый раз Алантэ был слишком глубоко погружен в собственные мысли. Теперь же, поднимаясь по ступеням, Киллиан обратил внимание на обилие дерева, мягких зеленых и коричневых тонов в интерьере. Лестницу украшали постаменты со статуэтками. На площадке между этажами красовались резные фигуры воина с луком в руках и мага в плаще.
Дойдя до кабинета, Киллиан постучал, а затем толкнул дверь.
– Явился, – вместо приветствия проворчал Кен Рихард и поднялся из-за стола. На рабочем месте, как обычно, царил завал. В каком-то диком порядке перемешались бумаги.
– К тебе пришли с проверкой? Или ты просто не в духе? – не удержался от ответного укола Киллиан. Ладно, он сам практически не спал, но вот Аррихард…
– Просто не в духе, – уже спокойнее отозвался Кен Рихард, перебирая книги на полке. – Тебе часто снятся сны про войну?
– Имеешь в виду, часто ли я вижу тебя в кошмарах? – язвительно переспросил бывший секретарь. – Раньше почти каждую ночь. А сейчас, может, один раз в несколько недель.
Рихард усмехнулся. Ученик рассуждал о кошмарах так легко, будто это ему ничего не стоило. Неужели действительно не волнует?
– А тебе часто снится, как ты зверски мучал и убивал людей? – тут же задал вопрос Киллиан, и Кен понял, что ошибся. Волнует, еще как волнует. Но он сдерживается. Искусно скрывает эмоции.
– Нет, – отозвался Великий Злодей. – По этому поводу меня совесть редко мучает.
– А что же тебя мучает часто? – продолжал расспрашивать ученик.
Рихард на секунду задумался. Что его мучает? То, что он не достиг поставленной цели? А мучает ли? Он жалеет о том, что сделал? Пожалуй, нет. Даже если бы у него оказался шанс вернуться в прошлое, он поступил бы так же. Может, исправил бы некоторые детали, но в целом…
– Ты прочитал то, что я просил? – переключился Ламанд.
– Прочитал, но половину не понял, – скривился Киллиан, удивленный столь резкой сменой темы: отвечать на поставленный вопрос собеседник явно не собирался.
– Дай сюда книгу. Что именно вызвало трудности? – спросил Кен Рихард.
Киллиан уселся на стул и достал фолиант. К его удивлению, Аррихард, когда хотел, умел объяснять легко и понятно. Он не кричал и не сердился на ученика, до которого не доходило каждое третье предложение.
Старогаотанский изучали маги людей во всех странах. На этом языке приносили клятвы и творили заклинания. Его использовали жрецы при разговоре со Всесветлым. А поскольку Великий Злодей не был человеком, то значит и подземный народ мог колдовать с помощью магических слов. Килли действительно хотел выучить этот язык. Выучить и понять, в чем же он поклялся Аррихарду. Неизвестность сводила с ума.
Примерно через час, когда они закончили корпеть над текстом, Рихард дал ученику задание, спустился на кухню и приказал подать липовый чай и выпечку. Услышал от повара, что все скоро будет готово, и поднялся на третий этаж в надежде отыскать книгу, которую так и не нашел в кабинете.
– Киллиан! – спускаясь, окликнул ученика Кен Рихард. Ответа не дождался и сам заглянул в кабинет. Ученик спал, уронив голову на пожелтевшие от времени страницы.
В комнате Рихард чуть-чуть подвинул стул и аккуратно перетащил мужчину на диван в гостиную. Бывший секретарь имел привычку много работать. Это Аррихард помнил еще с тех славных времен в Антале. Как видно, ничего не изменилось.
Рихард погасил настенные лампы в кабинете, подхватил книгу и листы с упражнением, поднял сумку с пола и тоже отправился в гостиную. Расположившись в кресле, начал проверять задание, выполненное на две трети.
Горели свечи в настенных лампах. За окном медленно сгущались сумерки. Иногда с площади раздавался бой часов, отмечая прошедшие полчаса, час, полтора. Рихард отложил в сторону очередную булочку, наклонился налить еще чая и задел сумку на столе. Кожаный мешок упал, бумаги выпали, а чай разлился по столу, тихо капая на пол.
Хозяин дома чуть слышно выругался и позвал прислугу. Пока горничная вытирала стол и наливала новую порцию чая, собрал выпавшие листы. Взгляд зацепился за одну из строчек: «…неизвестная группа людей пересекла границу Рунии в третьем часу после полуночи…»
Ламанд уселся в кресло и поблагодарил горничную. Дочитал документ до конца, затем пролистал еще несколько листов из папки. Прошел в кабинет, оставив обе двери распахнутыми. Вернулся с двумя связками писем в руках. На одной развязал веревку и начал перебирать конверты, шепча даты под нос. Наконец, нашел нужный.
Рихард пробежался взглядом по письму от Герцога, полученному в прошлом месяце. Король Рунии писал, что некоторые службы, оставшиеся от прошлого правителя и Аррихарда, надо менять. Также отметил, что реформы коснутся не только армии, но и гражданских служб.
Киллиан на диване медленно заворочался и сел с закрытыми глазами. Заметив это, Рихард произнес:
– В Рунии тоже наткнулись на проблему. – Алантэ слышал голос Аррихарда как будто сквозь пелену тумана. – Килли, мне кажется, чтобы разрешить ситуацию, представителям трех стран придется объединиться.
– Чего? – спросонья не понял аристократ. С трудом раскрыл глаза и осмотрелся. Два зеленых дивана и коричневое кресло разделял низкий деревянный стол с чайными чашками, неизменным фарфоровым чайничком и тарелкой с булочками. Второй диван занимала его заплечная сумка, а в кресле сидел Аррихард и просматривал какие-то бумаги.
– Я говорю, что в правлении Рунии идут реформы. Из-за этого возникают беспорядки и граница не охраняется должным образом, – повторил Ламанд, глядя на ученика.
– Интересно. – Киллиан поднялся с дивана и сделал несколько шагов по комнате. – С чего ты решил мне это сказать?
Аристократ обернулся, пытаясь прочесть что-то на лице противника. Но каменное лицо воина ничего не выражало. Взгляд Киллиана прошелся по столу. Затем он заметил раскрытую сумку на диване. Ситуация начала проясняться.
– Ты рылся в моих бумагах? – подскочил он к дивану. – Ты не имел права их читать, – вспылил Алантэ, запихивая листы в сумку. – Это же элементарное правило! Тебе было бы понравилось, если…
– Мне бы понравилось, если что? Давай-давай, Килли! Ты не закончил! – хрупкий лед невозмутимости треснул.
Алантэ вздрогнул. Тонкий край документа рассек кожу, а стальной тон – незажившую рану от ошибки. Он посмотрел прямо в глаза врагу. Ни один, ни второй не собирались отступать и признавать неправоту, ибо оба были правы. Первым не выдержал Киллиан.
– Хватит, – буркнул он через время. Аррихард молча поднялся и призывно распахнул дверь, давая понять, что на сегодня все.
– С десятой по двадцатую страницу на следующий урок. И подумай, Килли. Подумай над тем, что я сказал, – тихо проговорил Кен Рихард, отводя взгляд в сторону.
– Тебя когда-нибудь пытали? – так же негромко поинтересовался Алантэ и замер у порога.
Рихард промолчал. Бывший секретарь принял это за отрицательный ответ.
– Действительно считаешь, что после всего ты имеешь право учить меня чувствовать? – бросил Киллиан, выходя из комнаты.
Уже стоя в коридоре, услышал:
– А ты думаешь, все войны начинаются с холодного расчета и жажды власти? – Помолчав, Рихард добавил: – Жду тебя завтра.
Дверь закрылась. С внутренней стороны раздался звук задвигающегося засова. В немом удивлении Киллиан замер, пустым взглядом изучая деревянную поверхность. Ему сейчас послышалось, или в голосе Аррихарда действительно проскользнула боль? Такая, что выжигает клеймо на сердце и никогда не покидает? Не уходит?
Они застыли в тишине. Каждый думал о чем-то своем. Затем Киллиан двинулся к выходу. Споткнулся, чуть не полетев с лестницы. Взял у мальчишки-прислуги куртку и вышел на улицу.
Алантэ махнул рукой, подзывая свободный экипаж. Застучали по камням копыта лошади, разносясь эхом по засыпающему городу. Один за другим зажигались фонари вдоль домов, доносились приглушенные людские голоса.
Однажды Кин Райн сказал: «Он – мой враг. Начну искать, что им движет, начну сомневаться. И тогда даже Всесветлый не сможет сказать, хватит ли мне сил его убить!» Это не относилось к Аррихарду. К тому времени каменный воин был повержен. Но ученику главы Службы Безопасности слова запомнились.
У книжного магазина Киллиан не появился ни на следующий день, ни через два. Но через неделю, ровно в три часа, дня бричка вновь остановилась у задней калитки трехэтажного каменного дома. Спрыгнув на землю, Алантэ расплатился с возницей и несколько раз позвонил в колокольчик.
Урок второй. Этот мир и его магия
Здесь они в прошлый раз расстались. Киллиан четко запомнил место, несмотря на стремительный уход. Ажурные лампы, решетки на застекленных окнах и ни одной книги. Единственная комната, наверное, во всем доме Кена Рихарда без книг.
– Добрый вечер. – Кил осторожно вошел в гостиную.
– Добрый. – Аррихард даже не оторвался от бумаг. Впрочем, его невольного ученика это не задевало. – Как поездка?
Кисть на дверной ручке чуть дрогнула. Стараясь успокоиться, Киллиан прикрыл дверь. Вопрос, откуда Рихард узнал, так и крутился в голове. Но он решил не уточнять.
– Слякоть. Путешествовать осенью – то еще удовольствие. Кстати, осенний сезон балов начнется на следующей неделе.
– Благодарю за информацию. Не мог бы подсказать, что мне с ней делать? – Рихард убрал бумаги. Дал знак горничной принести чай и впервые за вечер посмотрел на собеседника.