Во сне и наяву

Глава 7

Это был всё тот же камень. Всё тот же густой туман. Она была на том же месте. И странное дело, у девочки не было желания плакать. Вдыхая полной грудью туман со знакомым едким привкусом, она присела и стала шарить по земле руками. Это как-то само собой произошло, она как будто включилась. Светлана не причитала и не плакала, она присела на корточки и искала свою палку. Она должна была быть тут. Не мог же тот мерзкий дедок с глазами без зрачков её забрать. О! Палка оказалась там, где и должна была быть. Девочка обрадовалась. Сразу взяла свою палку покрепче. Так ей было спокойнее. Теперь она огляделась. Ну, тут гляди-не гляди, но если вытянуть руку с палкой, там, где она кончится, уже ничего не видно. Туман. За камнем кто-то закричал. Кажется, она слышала этот крик, похожий на крик обиженной птицы. Хорошо, что далеко, – или это туман так приглушает звуки? Она вспомнила, что из-под камня может вылезти тот страшный червяк с лапками, ей очень не хотелось, чтобы его жёлтые жвала впились ей в лодыжку. А в этом проклятом тумане разве его разглядишь? Подползёт незаметно, червяк-то на самом деле был весьма проворен.

Она, медленно ступая, чтобы не шуметь, подошла к камню поближе, наклонилась и увидела чёрную дыру, из которой сама в прошлый раз вылезла. Там, у входа, была пара кусак, но их-то Света уже не боялась. Она выпрямилась и замерла, взяв палку покрепче. Ей нужно было пересидеть тут какое-то время. Это же сон. Вот она и подождёт, пока проснётся. Её камень вполне бы её устроил. Если не придёт тот дедок, то можно остаться и тут. Она на всякий случай огляделась, стараясь рассмотреть всё, что не скрывал от неё туман.

На том деревце или кусте, которое почти не имело листьев и что рос рядом с камнем, сидело существо. Оно сильно походило на… кошку-сфинкса. Только раза в три крупнее. Да, на нём не было шерсти, и величиной оно было с огромного кота, но это был не кот, совсем не кот. Кожа его была того же цвета, что и у Светланы. Но вот головы как таковой у существа не было: огромный рот, огромные уши торчком, длинные ноздри – всё это помещалось на конце туловища. Уши и нос, ноздри, всё ярко выраженное, пасть большая, чуть приоткрытая, хоть и зубов в ней не было видно, тем не менее, она была очень неприятна. Особенно неприятны были его совсем не кошачьи ручки-лапки, с пальцами и чёрными крупными когтями на них.

Зато глаза у существа были очень малы, это были прорези, которые сделали в коже, как будто впопыхах. Маленькие дыры на всякий случай. Помимо всего этого, существо имело длинный хвост, который замотался пружиной вокруг крупной ветки. Девочка подумала, что существо ещё похоже на хамелеона, она видела таких в передвижном зоопарке. Сидит такой и держится так же лапами, как хамелеон. И тут неожиданно – Светлана даже чуть не вскрикнула – это существо легко перепрыгнуло с ветки на камень, ловко и весьма быстро пробежало пару метров и что-то схватило своею лапой с цепкими пальчиками. Света поняла, оно схватило кусаку. И поступило с жуком очень ловко. Существо быстро отгрызло жуку длинное коническое брюшко, а грудь, лапы и голову со жвалами просто выбросило, и эти останки скатились по камню вниз. А зверь, разинув свою страшную пасть и собравшись с силами, издал резкий и пронзительный звук. Звук был высокий и неприятный, это был почти визг, от которого девочка поморщилась. И тут же откуда-то донёсся ответ. Такой же писк, только чуть сглаженный, ослабленный туманом. А потом ещё один, но уже с другого места. И ещё один, и ещё. А противный крикун тем временем нашёл ещё одного кусаку и расправился с ним так же, как и с первым. Сожрал, собрался с духом, и опять мерзко проорал в туман. Крикун не показался ей уж очень страшным, но когда из тумана на камень к первому выскочил ещё один, а через несколько секунд вылез третий, а потом и ещё один, Светлана захотела отсюда уйти. Кажется, зря голос говорил ей, что это место безопасное. Один крикун, может, ещё и не страшен, но когда этих ловких животных… уже пять! Света потихонечку начала отходить. Спиной, спиной вперёд, держа палку наготове и стараясь не выпускать крикунов из поля зрения. Но в поле зрения она держала их недолго, пять-шесть шагов и всё – туман. Она остановилась и присела. Не издавать звуков и не источать запахов. Кажется, так говорил ей голос. Напротив её камня в прошлый раз, когда жгучее солнце растопило туман, она видела высокую стену с окнами, остатки бывшего дома. Развалины.

Девочка подумала, что там ей будет безопаснее, вот только сейчас, в тумане, да ещё и отойдя уже от «своего» камня, она не могла точно найти нужное направление. Хорошо, что крикуны всё ещё кричали за спиной. Хоть какой-то ориентир. Их даже через туман было слышно. Всё-таки оставаться тут, на открытом месте, она не хотела, ей нужно было какое-то укрытие. Светлана, аккуратно и глядя себе под ноги – обуви-то у неё не было – пошла туда, где, по её мнению, должны быть развалины дома и ещё не рухнувшая стена. Она видела осколки разбитой пивной бутылки, валяющиеся на коричневой, глинистой земле, видела ржавый и погнутый самокат без колёс. А ещё увидела ржавые, вмятые в грунт прутья маленького заборчика, которым обычно огораживают газоны. Они что-то напомнили ей, сначала она даже не поняла, что. Но, как выяснилось, шла девочка в правильном направлении. Уже вскоре, чуть наколов ногу, она разглядела через туман тёмное пятно. Стена. Тут нужно было идти ещё аккуратнее – кучи битого кирпича, гнилые доски с большими коричневыми гвоздями, осколки стекла.

Ей пришлось выбирать место для каждого следующего шага, чтобы не поранить ногу. Но останавливаться она не хотела, ей почему-то казалось, что у этой стены, в этих развалинах, ей будет безопасно, почему она так думала, девочка ответить бы не смогла. Просто ей так казалось. Оказавшись у стены, она остановилась. Да, жёлтая стена, пустые окна, даже без рам, выше второго этажа уже ничего не видно, туман. Тут ей стало не по себе. По стене весьма бодро пробежал такой же червяк с лапками, как тот, что напугал её в прошлый раз, когда вылез из-под камня. Только этот был раз в сто меньше. Всего с её палец. Светлана уже не была так уверена в безопасности этих развалин. Она стала осматривать стену, и увидела… табличку. Такие тёмно-синие эмалированные таблички с названиями улиц и номерами домов она видела на многих зданиях. А эта табличка была облупившаяся, но Светлана без труда могла прочесть надпись на ней: «ул. Гастелло д. 28». Света раскрыла рот от удивления. Она знала этот дом. Она жила совсем рядом, в трёх сотнях метров отсюда, это был её район. Гагарина – Фрунзе – Гастелло – Ленсовета, это квадрат, в котором она родилась и выросла. Голос говорил ей, что это её сон. Теперь Светлана была в этом уверена, вокруг всё разбито, всё разрушено, но ещё некоторое время назад она ложилась спать в свою постель в своём доме. В целом доме, не в разрушенном, а до этого шла домой из Чесменского прихода как раз по улице Гастелло. И все дома вокруг были целы. И двадцать восьмой тоже. Нет-нет, это точно сон, и ничего другого быть не может. И тут раздался рёв у неё за спиной, настоящий, гортанный, с хрипом. И ревел кто-то немаленький. Она быстро обернулась, выставив вперёд свою спасительную палку. Но кричали не так близко, чтобы можно было достать палкой. И сразу на рёв отозвались крикуны, дружно, зло и громко загалдели. Там, у её камня, от которого она ушла, явно что-то происходило. Какая-то возня, и снова рёв. Крикуны как с ума посходили, орали так, что Светлане захотелось заткнуть уши, она даже присела. И сразу раздался визг, заливной и обиженный, и она даже разглядела, как в клубах тумана мимо неё пронеслось что-то темное и большое. Пронеслось так быстро, что туман, кажется, за ним завихрялся. Крикуны ещё поорали немного, а потом вверху, в воздухе, несколько раз крякнула птица, как бы завершая кутерьму. И снова стало тихо. Нет, ей точно нужно было какое-то укрытие. Девочка встала и, снова выбирая место для каждого следующего шага, пошла вдоль стены, надеясь найти или проём от двери, или окончание стены.

Девочке очень повезло, а может, везёт тому, кто ищет, в общем, обойдя стену, она нашла один сохранившийся лестничный пролёт, что шёл вокруг шахты лифта и вёл на второй этаж, на небольшую лестничную площадку с окном над нею. Место было очень выгодным, добраться туда можно было лишь по ступеням или по отвесной стене. Только вот место это было занято. Там, на такой хорошей лестничной площадке, среди отбитой штукатурки и обломков кирпичной кладки, сидела огромная жаба, этакий серо-жёлтый невзрачный бугор, который и не сразу заметишь среди мусора, даже поставив рядом с ней ногу. Только большой бугор. Была она так велика, что не влезла бы в небольшую сковороду, свисала бы с краёв по всему периметру. И хорошо, что вокруг было много битого камня, кусков бетона с вывороченной арматурой и всяких других острых предметов. Светлана шла медленно. Медленно и тихо, и поэтому первая заметила это почти круглое, неприятное, серое в жёлтых пятнах существо. Заметила девочка жабу как раз в тот момент, когда та охотилась. Сначала жаба брызнула откуда-то из морды прозрачной, тонкой струёй на стену. А затем лениво и неуклюже подползла к стене поближе и выбросила из пасти большой и тяжёлый белый язык, слизнув что-то со стены. Язык же её потом упал на бетонный пол, и она его втянула в себя вместе с мелким мусором, прилипшим к нему, – зрелище малоприятное. Да, тут даже жабы, и те ужасны. Светлана вспомнила, что ей говорил голос. Он как раз упоминал жаб как весьма опасных существ. Но Света не собиралась уступать этому мерзкому существу такое удобное и безопасное место. Интуитивно девочка поняла, что под прозрачную струю жабы лучше не попадать. А ещё она поняла, что своей палкой-выручалкой это мощное существо ей с одного удара не убить. Палочка показалась девочке слишком легкой для такой мощной твари. Ударь такую, попробуй, так она ведь в ответ и брызнет, а на девочке даже одежды нет, ну, кроме трусов и майки. Света немного подумала, надеясь на то, что жаба так и будет сидеть мордой к стенке, а не к ней. И решила. Она своей палкой скинет жабу вниз с площадки, вот и всё. Мысль была хорошей. И Света стала потихоньку протягивать палку вдоль стены, чтобы оттуда резким движением смахнуть животное вниз. Жаба, может, и не видела девочку, но вот палку она разглядела сразу. И сразу тонкая струя вылетела в сторону оружия Светы. Всё, теперь можно было не прятаться, Света, уже не стесняясь, старалась палкой сгрести жабу с лестничной площадки. Но торопилась, нервничала, боясь, что брызги струи попадут на неё, делала лишние движения, промахивалась. Тонкий конец палки проскакивал то под животным, то поверх спины жабы, то девочке просто мешал мусор, в общем, ей с трудом удавалось толкать животное к краю площадки, тем более что жаба не хотела двигаться и всё время пыталась остаться на месте и поливала конец оружия Светланы своей жидкостью. В общем, и та, и другая прилагали заметные усилия, чтобы выиграть поединок. Но Светлана оказалась сильнее, она всё-таки сдвинула жабу ближе к шахте лифта, а у той закончилась её жидкость, да ещё и палка ловко её перевернула на спину, в общем, жаба сдалась, устала. Так и лежала на спине, обнажив своё блёклое пузо. Почти не двигаясь, отдыхая. А девочка, уже не торопясь и обдуманно, подковырнула её и скинула вниз. Светлана даже порадовалась, что она победила это мерзкое животное. Теперь пролёт и площадка её. А жаба… Света подошла к краю и заглянула вниз. Жаба сидела на большом куске бетона, как ни в чём не бывало.

Вообще-то Светлана, как и большинство её сверстниц, любила животных, котиков всяких, собачек. Особенно ей нравились бордер-колли, посмотрев в интернете, что вытворяют эти умные псы, она в шутку говорила, что такие собачки могли бы учиться в их классе на твёрдые тройки. Но вся её любовь к животным никак не распространялась на здешних существ. Света думала, что прячется она здесь, может быть, не в последний раз, и соседствовать с такой мерзкой тварью, что плюётся неизвестно чем, ей вовсе не хотелось. Девочка поставила к стене свою палку, подняла из кучи мусора кусок стены из слепленых цементом двух кирпичей. Не без труда подняла, поднесла их к краю площадки, прицелилась, тяжело дыша, и отпустила. Хорошо, что она не стала бить жабу палкой. Огромный камень лёг точно на спину животного, но оно не сдохло сразу от страшного удара, а стало быстро, даже судорожно, раскидывая задними лапами мусор и крошево, прыгать в сторону.

Свалилось куда-то за куски переломанного лестничного пролёта, а оттуда заползло в какую-то щель, в темноту. Девочка была удивлена, очень удивлена живучестью этого неприятного животного. Она надеялась, что жаба всё-таки сдохнет там, под камнями, уж очень Свете не хотелось делить с ней своё убежище.

Глава 8

Девочка огляделась. Да, место удобное, но его нужно было почистить. Слишком много тут битого камня и мусора. Но сейчас, после схватки с жабой, ей хотелось чуть передохнуть, оглядеться.

Фу! Вот на кого охотилась жаба. По стене ползали… кажется, папа называл их мокрицами. Они давно, до ремонта в их квартире, под ванной жили. Но те были мелкие, а эти здоровенные, серые, величиной с её мизинец. Тут, в неразрушенном углу дома, в тумане, им было хорошо, сыро. Их тут было немало. Светлана взяла свою палку. И взгляд упал на тонкий её конец. Девочка удивилась. Вся кора, гибкая и крепкая, с палки слезла или распушилась на нитки, а белая сердцевина, что была под корой, потемнела. Она смотрела на ещё влажный конец своего оружия, а потом, ради интереса, взяла и прикоснулась концом палки к крупной мокрице, что ползла по стене. Прикоснулась и чуть прижала её, но прижала легко, так, чтобы не раздавить. Почти сразу мокрица сжалась, выскользнула из-под палки, свалилась на мусор, но не убежала в какую-либо щель, а стала сворачиваться и разворачиваться, выгибалась и снова скручивалась в комок. Сделав так несколько раз, она развернулась и у-мер-ла. Светлана, чуть подумав, выбрала не стене ещё одну крупную мокрицу и повторила действие. Она опять прижала мокрицу влажным концом своей палки. И опять смотрела, как та выкручивается, падает и тоже умирает.

– Офигеть. – тихо произнесла Светлана, разглядывая потемневший конец своего оружия. И думала о том, что ей повезло, что эти жабьи слюни не попали на неё. Главное, самой теперь за тонкий конец не схватиться. Девочка опять огляделась, теперь она собиралась разобраться тут у себя на площадке. И вдруг…

– Это вы? – раздалось… кажется, прямо над её головой. Она даже голову задрала, но, кроме тумана, ничего не увидела. – Вы вчера выбирались из-под земли?

А-а-а-а… Как девочка была рада этому голосу. Она чуть не закричала от радости, чуть не запрыгала на месте.

– Да, да! Это я, я. – быстро говорила Светлана. – Вы меня видите?

– Вижу, – отвечал ей голос чуть погодя. – Но я могу видеть вас только в том случае, если вы находитесь на одном месте не менее десяти секунд, или я вижу ваши движения, но с задержкой. Но я хорошо вас слышу. Я просто узнаю вас по тембру голоса. Звуки я разбираю даже в тумане, но и они от вас доходят до меня через десять секунд.

– Что? – не поняла Светлана. Почему? Почему десять секунд? Впрочем, её это сейчас не сильно заботило. Девочку интересовал другой вопрос. – Почему я опять вижу этот сон, вы говорили, что я больше об этом месте и не вспомню. А я опять тут… Ну, это… В смысле мне опять это снится…

– Боюсь, что моя оценка ситуации с вами не была взвешенной, – спокойно и с задержкой отвечал ей голос.

– Не была взвешенной? – падающим голосом переспросила девочка.

– Да, я думал, что вы тут случайно. Многие люди ищут, как сюда попасть, мне же, в прошлую нашу встречу, показалось, что вы тут оказались случайно. Вот я и подумал, что больше вам тут бывать не придётся. Судя по всему, я ошибался.

Светлана опешила. Замерла, задумалась. Даже рот раскрыла. Она ничего не понимала. Какие ещё люди, да ещё и многие, которые хотят попасть в её сны. Но, едва подумав об этом, она снова вернулась к вопросу, который её волновал больше всего:

– А вы не скажете, как мне проснуться?

– К сожалению, я не знаю ответа на этот вопрос, – донеслось до неё с задержкой, к которой она уже начинала привыкать.

– Может, мне будильник ставить? – робко предложила она.

– Я не уверен, что это вам поможет. Боюсь… ну, если вы сюда проникаете не по своей воле, то вас сюда призывают.

– Что значит призывают? – удивилась Света. – Кто это меня призывает в мои же сны? Как такое может быть?

И тут в глубине ее сознания, далеко-далеко, в самом потаённом уголке ее души, сам собой всплыл вопрос: может быть, это… мама?

На сей раз задержка была намного длиннее, чем обычно, видимо, голос размышлял над ответом. И наконец ответил:

– Вам нужно выслушать меня внимательно, и уж если вам придётся иметь дело с этим местом, вам просто необходимо это знать. Дело в том, что это не ваш сон. Это место я называю Истоки.

– Истоки…, – тихо, почти шёпотом, и удивлённо произнесла она, продолжая слушать, что говорит голос.

– Это всего лишь точка в потоке времени, точка, в которой начинается и ваше личное, ваше персональное время. Но эта точка не только ваша, так как она напрямую привязана к точке вашего пространства, того, в котором вы непосредственно обитаете, то есть это ещё Исток для миллионов подобных вам существ, что сейчас живут с вами в вашем времени и в вашей локации, в вашем трёхмере.

Светлана молчала. Всё то, что произнёс сейчас голос, просто не укладывалась в её голове. Да и не могло это уложиться в голове девочки, которой ещё не исполнилось и шестнадцати. Которая училась-то на тройки, потому что до беды, что приключилась с их семьёй, ничем, кроме бега, любимого спорта, и аниме почти и не интересовалась. А тут тебе потоки времени, точки, локации всякие, непонятные трёхмеры, глупости, глупости неприятные и непонятные. Не о том она хотела слышать. Нет… Скорее всего, это точно какой-то забубённый и глупый сон. Но среди этого всего непонятного сна неожиданно появилась одна вещь, которая Светлану заинтересовала. Папа смеялся над ней частенько, ну, в те времена, когда он ещё умел смеяться. Смеялся, когда она, вытаращив глаза, прибегла к нему обсудить какую-либо дикую новость, прочитанную в интернете. Как было с новостью, что с какого-то там года обучение в десятых и в одиннадцатых классах будет платным. С этой новостью она прибежала к папе. А он, выслушав её, улыбался и говорил:

– Светка, в военной науке есть незыблемое правило, а именно: любая информация должна быть осмыслена, проанализирована, – он поднимал палец вверх, повторяя: – Любая информация. И первым пунктом анализа значится источник информации. Источник! Кто тебе эту дурь сказал?

– Одна тётка… Блогерша.

– Я так и думал, а на сайте министерства образования такая информация есть?