Графиня за стойкой. Таверна с драконьим уклоном

Дождь за окном как будто б поутих, и гном, откланявшись, ушел.

А мы с Шишом остались. Наедине с дареной корзинкой лакомств.

Вообще, это был очень странный набор для пикника с девушкой.

Как-то я себе романтичнее все себе представляла. Ну, там, конфеты, пирожные и шоколад. Может быть, вино — обязательно легкое и игристое.

Но Каэрон под белоснежной крахмальной салфеткой с розовыми бантиками притащил отличный шматок копченого с травами окорока, розового и свежего, несколько коричневых и жестких цыплячьих окорочков — тоже прокопчённых, — и палку домашней чесночной колбасы. А также головку желтого сливочного сыра, вкусно и сладко пахнущего молоком и маслом.

Ну, и небольшая булка свежего, хрустящего белого хлеба там тоже была…

— Экий странный набор для пикника, — удивилась я, перебирая колбасы.

Глядя на эту корзину, я вдруг подумала, что Каэрон совершенно точно был уверен, что я не пойду с ним ни на какой пикник. И корзину эту он притащил чтобы просто… подкормить меня.

Сколько там у меня денег? Хватит на неделю? На день? Каэрон этого знать не мог.

А вот наговорить гадостей и «загладить» вину, вручив мне продукты — вполне.

Однако, он хитрее, чем кажется…

— Вероятно, у драконов свои взгляды на пикник и на то, чем угощать девушек, — осторожно заметил Шиш. Но глядя на розовый, с тонкой прослоечкой белого жирка, окорок он гулко сглотнул. И я поняла, что кексы тетушки Мардж — это очень скудный ужин для того, кто провел в спячке добрый десяток лет.

— Девушек и их верных домовых, — вздохнула я. — Что ж, по крайней мере будет что с собой взять на работу, чтоб перекусить на обеде. Не думаю, что молодая хозяйка будет кормить меня за свой счет.

Шиш так жалобно и с такой надеждой смотрел на мясо, что я тотчас же ему выделила цыплячий окорок, отрезала хрустящую свежую горбушку хлеба и на нее положила пластик сочащейся вкуснейшим соком копченой свинины.

— Как добра госпожа, —пробормотал Шиш. У него даже слезы на глаза навернулись, и я дружески потрепала его по плечу.

— Нам теперь вместе жить, — сказала я. — Хотелось бы, чтоб мы были дружны и всегда друг другу помогали. Так что ужинай, забирайся в свою постельку и давай спать. Завтра господин гном явится чуть свет.

Шиша дважды упрашивать не надо было. Он шустро забрался на свои антресоли, захлопнул дверцы, и я услышала, как он возится на чистом свежем ложе и аппетитно чавкает.

Огонь в камине почти прогорел. В комнате стало тепло, на стенах шевелились мягкие тени.

Подарок Каэрона я сунула на подоконник — там было холоднее всего, от окна тянуло ночной прохладой, — и поскорее забралась в чистую и пышную постель.

Там я уютно устроилась на мягком, хорошо взбитом тюфяке, и провалилась в сон почти сразу же.

Проснулась я оттого, что мне показалось — кто-то дергает меня за руку.

В полусне я подумала — это Шиш меня будит.

А потом с ужасом поняла, что Шиш громко храпит наверху.

А рука моя дергается сама.

Как и нога.

И изгибающаяся спина.

— Дава-а-ай! — хрипела графиня в моей голове, стараясь управлять непослушным телом.

О, нет ничего страшнее, чем видеть, как твои руки и ноги подчиняются чьей-то злой воле, выворачиваются под самыми неожиданными углами, чтоб скинуть теплое одеяло и вытащить тебя из постели!

— Двигайся! — рычала графиня, вцепляясь руками в ногу и дергая ее. Ступня завязла в простыне и никак не поддавалась, и графиня свирепела.

— Дава-а-ай! — ныла она, царапаясь, как кошка. — Пока эта дура не проснула-а-ась…

Дура, надо полагать, это я.

Завладеть телом ей почти удалось.

И это было очень и очень страшно и плохо. Вот был бы номер, если б я проснулась где-нибудь в лесу, в логове головорезов! Мало ли, куда графиня хотела бежать с нашим-то общим телом…

Чтоб разузнать ее планы, я не подала вида, что не сплю.

— Ну, еще одно усилие! И мне удастся ее выкурить прочь, — рычала графиня. Мня всю трясло мелкой дрожью — надо полагать, от ее усилий.

Выкурить?!

А вот тут поподробнее! Я очень хотела б знать способ, как это сделать — только вот выкуривать я буду ее саму!

Графиня стащила, наконец, тело с кровати, и я брякнулась на пол.

Тут графиня замерла, и я почувствовала, как она сжалась от страха, что я вот-вот проснусь.

И даже почувствовала, где она сжалась.

Под грудью.

Там, верно, должна была остаться рана от выстрела.

Вот, значит, где ты обитаешь, чудовище…

От удара об пол я громко всхрапнула, но глаз не открыла.

— Наработалась, оборванка, — мстительно прошипела графиня, прислушиваясь к моей реакции. — Дрыхнет, как свинья в хлеву!

Она выждала еще немного, и уверенно поползла по полу. Как в самых страшных кошмарах!

Ох, видел бы меня сейчас Каэрон! Держу пари, он с визгом взлетел бы на потолок!

— Давай, давай! — шипела графиня, дотягиваясь до платья.

Я даже дышать перестала, глядя, как она вырывает тонкую полоску ткани непослушными, слабыми пальцами, и вертит… куклу?! Ей пристанище для моей души нужно?! А потом что?! В огонь?!

От страха я вскрикнула и графиня затаилась.

Я сделала вид, что очнулась только что.

Шиш высунул голову из своего убежища.

— Что-то случилось? — подозрительно проговорил он.

— Дурной сон приснился, — прошептала я, с сильно колотящимся сердцем отводя от лица спутанные волосы. — О, ужас какой!

Еще б не ужас — узнать, что ночью ты беспомощна, а злобная графиня собирается вытолкать тебя взашей из жизни! И ведь она сделает это! Она не говорила, что владеет магией, но, верно, как-то у нее это должно получиться? Она уверена в результате. Как бы предотвратить?

— Ты не мог бы, — поднимаясь с пола, прошептала я, — постеречь мой сон? И разбудить, если я вдруг начну метаться снова? Очень не хотелось бы проспать зарю…

— Конечно, — с готовностью ответил Шиш, свешивая ноги со своих антресолей. Графиня прямо-таки зашипела от ярости. — Я выспался на сто лет вперед, наверное. Так что одну ночь точно могу не поспать!

«Ну, отлично, — подумала я, укладываясь на место и косясь на пол, где осталась недомотанная кукла из тряпок. — Одну ночь я выиграла. А последующие ночи? Не будет же Шиш сторожить меня всю жизнь? Как же избавиться от графини?»