Леська

- -
- 100%
- +
- Ну всё! Мать, карауль её, а я за ремнём пошла! Сейчас эту принцессу в Золушку переделывать будем!
- Отлично! Синяки останутся – будет, что предъявить! Да и зачем далеко ходить? – Леська направилась к шкафу – Я для любимой бабулечки свой ремешок не пожалею! Бери, учи внученьку уму-разуму!
В двери шкафа повернулся ключ. Без всякого Леськиного усилия. Открылась дверь и выплыл ремень. Щирокий такой, крепкий. Хлестнул Леську по попе. Не так, чтобы больно, но обидно. Завис, развернулся к бабушке с мамой. И начал колотить пространство перед ними, вытесняя их из Леськиной комнаты. Бабущка напоследок крикнула:
- Ведьма!
И получила ответ:
- Есть в кого!
По Леськиной попе был тут же отвешен ещё один удар ремнём. Затем ремень ускользнул обратно в шкаф и дверь тут же заперлась. Леська, уже получившая некоторый опыт встреч с неведомым, даже не особо испугалась и крикнула:
- А меня-то за что? И вообще ты кто такое?
- Скорее всё-таки «кто такой» – отозвалось неведомое существо и начало материализоваться. Леська оглядела его, затем кинула взгляд на постер их с папой любимой группы. Снова на уже полностью материализовавшегося неизвестно кого. И снова на постер. Меж тем существо, ставшее один в один похожим на Мика Джаггера, уселось в компьютерное кресло и сказало:
- Присаживайся, девулька! Будь как дома!
Леська плюхнулась на диван и заметила:
- Вообще-то я дома!
- Нет, это я дома! А вы все здесь в гостях. Я тот, кого вы называете «домовым», можешь так и обращаться. А шлёпнул слегка – для профилактики. Не люблю, когда ссорятся. Хотя в данной ситуации прекрасно тебя понимаю. Немножко твои родичи перегнули. Но и ты слегка перестаралась. Ещё немного – неизвестно до чего бы у вас дошло. Это при том, что вы ещё друг дружку любите. Но одна у всех трёх проблема – каждая хочет победить. А в войне между близкими победителей не бывает.
- А в чём я-то перегнула? Я ведь только защищалась!
- Да ты их перепугала! Раньше ведь как – повозмущаешься, покричишь, поревёшь, и снова как шёлковая. А тут – всё спокойно, хладнокровно, взвешенно. И, главное, видно, реально не отступишь. Они сейчас в ужасе полном.
- А дальше-то что, дедушка домовой? Они же тоже не отступятся! Так их и пугать всю жизнь?
- Ну, во первых не такой уж я и дедушка, всего-то семьсот лет с небольшим. Во-вторых, они сейчас вполне договороспособны. Вот, смотри сама!
И перед Леськой предстала, как бы на большом экране, мамина комната. И мама с бабушкой, сидящие в обнимку на маминой кровати.
- И чего ты к ней, в самом деле, пристала! – говорила бабушка – Учится хорошо, ночами не пропадает, не курит, чтоб пила – тоже не заметно.
- Страшно мне. Город этот чужой, район какой-то полукриминальный. Напали на неё ещё какие-то уроды. А тот человек, который от них спас, как бы не страшнее их самих. Мурашки от него по коже. Психолог ещё этот – слышала, как она с нами говорила? Как будто и впрямь какую-то спецподготовку прошла. А уж Лина Павловна его расписала – вообще сектант, неизвестно чему научит. Вот реально хочется дома её запереть, да разве получится теперь. Да ещё этот полтергейст завёлся, хоть попа зови квартиру освящать! (на этом моменте домовой слегка поморщился и пробурчал: «Ещё и дразнится! А поп тут и вовсе не поможет – я ж не нечисть какая!»)
- Ох, не поможет поп! Сдаётся мне – только не смейся – домовой на нас осерчал, за то, что ссоримся. А он этого страсть как не любит! (комментарий домового – «А бабулька-то поумнее будет!»). А девонька-то вон как рыдает! («Это я защиту такую поставил, чтобы нас не слышали! Им теперь из твоей комнаты слышно только, что ты ревёшь в полный голос!»). Ох, пойду блинов напеку. Сама успокоюсь, да девчонку порадую.
Бабушка вышла из комнаты и изображение пропало.
- Вот так. Страшно им за тебя, а как помочь тебе и уберечь от этого опасного мира – не знают. Оттого и злятся. Да и тоскливо им здесь – с возрастом новый круг общения строится очень тяжело. Ладно, пойду я, а то дел полно.
- Ну, и я пойду. Мириться.
- Нет, сиди. Сами придут, и очень скоро. Главное – не сражайся с ними. Дома они тебя не запрут, компьютер не отберут. Сама подумай, как договариваться. Ума у тебя палата, хоть и дурочке досталась. Последний штрих – домовой откуда-то из воздуха вытащил луковицу и раздавил у Леськи перед носом, у той аж слёзы брызнули – Для достоверности. И ещё – конечно, взрослому вроде бы легче понимать ребёнка, потому что он сам когда-то им был, а ребёнок взрослым не был. Но и ребёнку надо хотя бы попытаться понять взрослого. Просто бывает так, что больше и некому. И исчез. Или сделался невидимым. Некоторое время было тихо. Затем раздался треск, как при замыкании и мамин вскрик «Ай!». Потом мама протопала к Леськиной комнате, заглянула в двери и робко спросила:
- Лесь, ты как?
- Лучше всех! – пробубнила Леська и уже нормальным голосом добавила – Да ты, мам, зайди уж. Чего через дверь-то говорить.
Мама вошла, села рядом с Леськой на диван и печально вздохнула:
- А у меня плойка сгорела. И зарплата ещё не скоро.
- Мам, так ты ту достань, которая у тебя в комоде лежит. Ну эту...которую Игорь Владимирович подарил. Или как там его?
- Да так и зовут. А ты как узнала?
- Бабушка узнала. А потом при мне кому-то жаловалась, что вот, мол не успела овдоветь, а уже романы крутит. Хватит уж прятаться. Большая я уже, всё понимаю.
- А про плойку откуда знаешь, где лежит? Неужто по ящикам лазила?
- Нет, зачем – тут Леська слегка приврала – Сама же видела, мир не без добрых...существ. Рассказали, подсказали. И Лину-глину не слушай. У неё все плохие. А Юрия Сергеевича она особо не любит, потому что он её не боится.
- Это да. Чувствуется в ней что-то змеиное.
- Говорю же – гюрза. А про Юрия Сергеевича ... Да сама сходи к нему, он всегда рад с родителями пообщаться. И составь собственное мнение. Сама же меня учила – никого не слушай, убедись во всём сама.
- И то верно. Ладно, успокойся – мама как-то неловко обняла Леську – пойду узнаю, чем там бабушка занялась. Вроде блинами грозилась.
Бабушка, как по заказу, прошаркала с кухни к Леськиной двери и, войдя в комнату, заохала:
- Как же так! Молоко только утром брала, пробовала – свежее! И скисло! Ох, рассердили дедушку, мириться давайте!
Тут же уселась рядом с Леськой с другой стороны и обняла её. Леська обняла за плечи обеих, прижала к себе и сказала:
- Я же вас люблю! Но что делать – я уже выросла, и вырасту ещё больше. Не получится у меня вечно быть маленькой. А знаешь, бабуль, может тебе на курсы компьютерные записаться? У нас в колледже, по квоте для беженцев, бесплатно. Сможешь свои платья да костюмы в сеть выкладывать! А они у тебя отличные, кто-то точно заинтересуется!
- Да уж куда мне, старая я!
- И старше ходят, даже деньги платят! А ты ещё и не настолько древняя.
- Подумать надо. С годами, внучка, всё сложнее к новому-то привыкать. Вон ты быстро здесь привыкла жить, потому что молодая. А кто постарше – у тех лет за плечами больше, и они всё чаще в прошлом живут. Ты это тоже пойми, не ругай нас. Ох, ладно. Пойду тогда из простокваши оладьев напеку.
- Да и я пойду – мама встала – надо в порядок себя привести. А то ... ну ждут меня. А если я замуж выйду, Лесь? Ты как нового человека воспримешь?
- Точно обещаю, что не съем! Иди, мам. Опоздаешь.
Мама с бабушкой вышли. Леська задумалась о происшедшем. И впрямь, чуть ведь не разругались в хлам. Надо провести, как выражается преподаватель ОБЖ Георгий Иванович, разбор полётов. В чём она ошиблась? Где перегнула палку? Выходит, прав домовой. Главное для неё было не убедить маму и бабушку в чём бы то ни было, даже не защититься от их агрессии. Победить, не просто доказать, что с ней тоже надо считаться, а принудить силой. Научилась новой технике – и тут же давай её отрабатывать на родных людях. Ладно, вроде помирились. Но надолго ли? Наверное, нет. Да, легко не будет. Но она справится. Главное – не забывать, перед ней не враги, а люди, которые любят её. Чуть успокоилась, построила диалог - и получилось переключить их на то, чтобы занялись собой, а не её круглосуточным воспитанием. Да, обязательно поговорить с Юрием Сергеевичем. Он поможет. Ну а пока...Леська, учуяв запах испекшихся оладий, обнаружила, что, оказывается, очень голодна. И направилась на кухню.
Охота на ведьму
– На часто задаваемый вопрос: «А когда, Юрий Сергеевич, мы будем изучать магию?» я могу дать только один ответ: «Никогда!». Потому что просто не могу преподавать научную дисциплину, которой не существует. Да-да, магии не существует! Условно этим словом можно объединить явления, пока необъяснимые наукой.
– А как же чудеса, Юрий Сергеевич? Или их тоже не существует? – спросила Карина, Леськина одногруппница.
– По большей части нет. Те же чудеса, о которых упоминается в религиозной или мистической литературе, не являются явлениями нашего, материального мира. Это нечто, неподвластное нашему сознанию.
– А существа, ну как бы...мистические? – это уже Леська. Ей ли не знать, что эти существа очень даже существуют.
– Не совсем понятно, кто они и что они, но создания явно материальные. Даже, например, призраки, вполне способны воздействовать на материальный мир. Просто на другом, пока не изученном физическом уровне. Материальна, возможно, даже мысль.
– То есть, получается, что возможна передача мыслей на расстояние? – это уже Влад, из айтишников.
– Насчёт мыслей – пока точно не установлено. Но передача эмоций – явление достаточно известное. У каждого человека, более или менее, развита способность к эмпатии. Проще говоря – он так или иначе испытывает те же чувства, что и окружающие. Людям свойственно как бы заражать друг друга чувствами. Нам всем грустно, если рядом находится человек, испытывающий горе. И всем становится весело на празднике, даже тем, кто пришёл на него в нерадостном настроении. Есть люди с более развитой эмпатией, чем у других. И есть те, в том числе и вы, кто способен передать свои чувства окружающим с гораздо большей силой, чем прочие. Пока это не объяснено. Есть теория о так называемых торсионных полях, которыми можно управлять. Но само их существование не доказано. Чисто опытным путём установлено, что некоторые люди способны передавать другим образы. Например, Вольф Мессинг, как утверждает одна из легенд о нём, прошёл через кремлёвскую охрану, предъявляя им вместо пропуска кусок газеты. Это возможно. Только, правда, при одном условии – Вольф Мессинг должен был до мелочей знать, как этот пропуск выглядит. И внушить охранникам его достоверный образ, чтобы они не заподозрили подделку. Да и чувства, которые вы решите внушить другим людям, должны быть прожиты вами лично. Тогда сработает. Например, вы идёте по пустой тёмной улице и на вас напали хулиганы. Вы испытываете вполне естественный страх. Немножко настроились – и вот уже страх испытывают хулиганы. А при желании можно его и усилить. Но это крайняя ситуация. Часто встречаются люди, которые внушают нам страх и ненависть, но мы по каким-то причинам не можем вступить с ними в открытую конфронтацию. Напугать их? Так вы всех распугаете, кого надо и не надо. Чаще всего достаточно не бояться самому. А для этого нужно, как очень хорошо было написано в книге о Гарри Поттере, представить предмет своего страха в смешном и нелепом виде. Наша эмоциональная сфера – не такая уж сложная штука. Мы действительно не способны бояться тех, над кем смеёмся, хотя бы про себя. А агрессор, перед которым не испытывают страха, просто теряется. Он не знает, что делать дальше.
– А как же передать свои эмоции другому? – спросила Леська.
– Просто очень захотеть, чтобы он их испытал. У Вас, Леся, насколько я помню, уже был успешный опыт передачи своих эмоций живому существу. Кстати, животные – отличные эмпаты. Все ведь слышали, что собаки и кошки чувствуют эмоции своего хозяина? Так вот, это правда. И отношение к себе они тоже чувствуют.
Юрий Сергеевич привёл ещё несколько примеров. Затем все поупражнялись в передаче эмоций и образов, с более или менее хорошим результатом, и очередное занятие по экстремальной психологии закончилось. Но результаты его для Леськи имели очень интересные последствия.
***
С тех пор, как компашка местных гопников пыталась докопаться до Леськи и была шуганута дедом Женей, прошёл почти год. С чего им взгрустнулось повторить попытку – неясно. Не то веществами какими-то не теми пообедали, не то космос повлиял. Трое из них заступили дорогу впереди а двое зашли сзади, Леська даже не испугалась. Слегка растерялась. Наезд начали стандартно:
– А кто это тут такая красивая и одна? – это начал речь их...атаман? пахан? Вот, точно – главнюк! Леська слегка хихикнула.
– Смешно? – лицо главнюка перекосило от злости – А вот сейчас поплачем! Увезли заступничка-то! И не оглядывайся, и не надейся, что люди кругом! Людям плевать, что с тобой будет!
Вот ведь, ситуация и впрямь жуткая – а страха и нет почти. Злость, ярость, что угодно – только не страх. Нечем с добрыми мальчиками поделиться. Леська огляделась – людям и впрямь плевать. Отворачиваются – мол, не наше дело. А вот это кто? Псы! Полкан, Шарик, Лайка и Барбоска! Крупные, но вроде безобидные дворняги, подкармливаемые добрыми соседями. Ярость, собранная в комок, была брошена Леськой в собачью стаю. Атаковали псы молча. Полкан вцепился главнюку в бедро, да не просто укусил, а вырвал кусок тела. Затем прыгнул на вопящего гопника, пытаясь вцепится ему в горло. Тот закрылся рукой, и зубы немаленького зверя тут же вгрызлись в неё. Шарик впился в лицо второму хулигану, Лайка и Барбоска вдвоём стали рвать третьего. Двое, перекрывших Леське отход, благоразумно покинули поле битвы. Да и остальные трое, кое-как отбившись, быстро убежали. Злость у Леськи прошла. Прошла она и у собак. Немного полаяв в сторону отступающего противника, они вернулись на своё любимое место возле заброшенных сараев. Леська, проходя через двор, с особенно милой улыбкой медовым голосом поздоровалась с обалдевшими соседями и зашла в свой подъезд. Первой отмерла особо вредная Алевтина Алексеевна:
– А ведь ведьма! Как есть ведьма!
– Страшно жить стало! – поддержала её Мария Петровна – Понаехали отвсюду, а кто, что за люди – неведомо! Так мы ей слово поперёк скажем – она и на нас кого-нибудь натравит!
– Да ладно! – отозвалась Лариса Ивановна – Давно эту шайку надо было к порядку призвать! А то интересно выходит – они творят что хотят и все молчат. Одна смогла себя защитить – уже ведьма. Да хоть бы и ведьма! Превратит их всех в крыс – я не заплачу.
Возразить было нечего. Так что обсуждение происшествия как-то увяло само собой. Разве что Алевтина Алексеевна призадумалась – не многовато ли двух ведьм на один микрорайон. И не должна ли остаться только одна.
***
Применять собственные умения Алевтина Алексеевна пока не решилась. Во-первых, кто знает, чем девчонка ответит. И во-вторых – почему-то дома Алевтина Алексеевна чародействовать побаивалась. Был у неё свой домик в садовом товариществе, там и работала. Ворожила для людей проверенных, через хороших знакомых. Сарафанное радио – оно такое сарафанное радио. Работает в маленьких городках не хуже интернета. Плевать бы на эту мелкую занозу, но уж очень хорошую рекламу она себе сделала. Не надо нам здесь конкурентов.
Начала Алевтина Алексеевна с самого простого – со сплетен. Создать сплетню на пустом месте эта дама, много лет успешно трудящаяся в токсичном женском коллективе, умела прекрасно. Оно ведь как – неприятности у всех случаются. Кто сам заболел, у кого дети или внуки приболели или любимая собачка сдохла. Да просто споткнулся человек и ушибся, а то и сломал чего. Цветы на клумбе засохли. Муж ушёл к другой или в запой. Только шепнуть – всё ведьма виновата. Такие они, ведьмы. С кем рядом живут – тем одно горе.
Вначале Леське было плевать. Ну отворачивают соседушки лик свой светлый, когда с ними здороваешься. Да и ладно. Шепотки за спиной – а чего от этого биоинтернета лавочного ещё ждать. Но вот когда эти нехорошки здороваться перестали с мамой и бабушкой, Леська слегка осерчала. Им-то не наплевать, их это расстраивает. Что сказывается на атмосфере в доме и бабушкином швейном бизнесе. Сначала печальные вздохи и полные немого упрёка взгляды. Затем - разговоры о том, чтобы перебраться отсюда хоть куда-нибудь. Потому что нельзя жить в атмосфере всеобщего бойкота и ненависти. Бабушка клиентов теряет от этих слухов. На маму уже в коллективе стали коситься и шептаться за спиной. Окончательно Леську достал намёк, что не стоило так поступать с глупыми мальчишками – авось ничего бы страшного не сделали. Лучше было бы потом в милицию (тьфу, полицию) заявить. На что Леська, нехорошо прищурившись, спросила:
– А до полиции что? Расслабиться и получать удовольствие?
– Тоже верно – вздохнула бабушка – А уезжать придётся. Не знаешь ты, внучка, что такое слухи в маленьком городе. А я такое видела, сама в посёлке выросла. У нас про женщину одну такая сплетня пошла. Тоже поначалу шептались да не здоровались. Потом писать на заборе дрянь всякую стали. Потом камни в окна кидать. А то и не в окна – выйдет она куда-нибудь, а в неё комок грязи летит. И не поймёшь, откуда. В конце концов, сожгли её. Прямо в доме. Ночью дверь подпёрли и спалили. Понятно, что потом следствие было, посадили кого-то, а человека-то уже нет.
– Уехать – дело нехитрое. Только куда? Здесь вроде обустроились, а там? Совсем уж в бомжи податься? Нет. Папа учил – никогда не сдаваться. И я не сдамся.
– Своим, что ли, пожалуешься? А поможет ли? Не охрану же они тут выставят. И в тюрьму за слухи не посадят.
– Зачем жаловаться? Хотя, в крайнем случае, есть кому и пожаловаться. Но попробуем своими силами.
– А может мы что сделаем? – спросила мама.
– Ваше дело – не мешать. И не переживать – никакого криминала не будет. Наверное. А начнём с вычисления нулевого пациента. Ну, тут есть, кому помочь.
***
Молоко Леська налила в кружку, хотя бабушка утверждала, что надо бы в блюдечко. Захватила несколько бабушкиных блинов и горсть конфет. Поставила всё это на маленький столик перед креслом и позвала:
– Дедушка домовой, приходи, угостись чем Бог послал!
– Не такой уж я и дедушка, мне ещё до дедушки полторы тысячи человеческих лет! – домовой, на этот раз в образе Чарли Уотса, расположился в кресле, свернул разом все блины и проглотил. Затем осушил одним глотком неслабую кружку молока. Уже аккуратно принялся за конфеты и продолжил разговор – Спасибо за угощение! Знаю, зачем звала. И источник зла знаю.
– Алевтина Алексеевна?
– Видишь, ты и сама почуяла. Хотя такую черноту и обычный человек не пропустит. Завтра представлю тебе на неё полное досье, ознакомишь друзей и решите вместе, что да как. В другой раз, если нужен, стол накрывать не обязательно. Так зови. А то и сам приду, если уж совсем плохо будет. Ну да ты справишься. Тебя правильно воспитали. А если угостить надумаешь – пиццу закажи. Лучше карбонару. Или четыре сыра.
С тем «Чарли Уотс» пропал.
***
Через день Леська предложила соученикам по факультативу экстремальной психологии собраться где-нибудь вместе. Для чего – не объяснила. Сказала только: «Помощь мне нужна. И так, чтобы взрослых не вмешивать». Заинтриговала так уж заинтриговала. Собрались у Влада в лаборатории, под которую ему был щедро отведён отчимом дядей Гошей утеплённый гараж. Там, среди рабочего и предназначенного на запчасти компьютерного железа Леська изложила проблему. И информацию о нулевом пациенте предоставила. Домовой расстарался, притащил пухлую такую папку, бухнул на стол со словами: «Извини, что по старинке. Но в электронном виде у меня так быстро не получится. А поспешить тебе надо».
– Ну что ж, кто виноват – выяснили. Осталось решить, что делать – сказал Влад – Ясно одно – обращаться к кураторам нельзя. Эту Алевтину Алексеевну прищучить для них – не вопрос. А вот репутация Леськина от этого не восстановится. И слухи только усилятся.
– И пакости ей устраивать нельзя – добавила Карина – А то будет громче всех вопить, что страшная Леська на неё порчу наслала.
– Она и так будет. И не вопить, а шипеть – пробурчала Леська.
– Значит, надо очистить Леськину репутацию и вконец испоганить репутацию первоисточника – Георгий с юридического отделения отлично умел сформулировать задачу – Вопрос – как?
– Так же слухи распустить? – встряла Дашка с менеджмента.
– Хорошая мысль, дамы и господа – улыбнулся Влад – Только не так же. Не сядем же мы на лавку и не будем бабкам своё нашёптывать. Но способ есть. Двадцать первый век всё же, век технологий.
– Вот только бабушки ими не пользуются. А главный генератор слухов – они – заметила Карина.
– Ещё как пользуются – ответил Георгий – Во всяких «Подслушано» и «Подсмотрено» сидят – раз. Домовой чат – два. У меня самого бабушка – председатель ТСЖ, так пришлось ей отдельно комп купить.
– Да и просто в соцсетях их полно, просто мы не замечаем. А какие не пользуются – так им расскажут дети, внуки, соседки. В общем, те, кто пользуется. Все про кибер-буллинг слышали? Вот это и надо устроить! Покажем, что Алевтина эта Алексеевна ведьма – и всё. Про меня и забудут все.
С чего начнём?
– Со сбора информации, конечно. Техническими стредствами.
***
По пути к цели Влад вспоминал слова Юрия Сергеевича: «Всем, кто читал хоть одно произведение в жанре «фэнтези», наверняка знаком такой термин: «отвод глаз». Добивается этот эффект не с помощью каких-то заклинаний или скручивания фигур из пальцев, а опять же путём передачи образов. Точнее, полного отсутствия своего образа на этом месте в это время. Для этого не обязательно даже иметь способности вроде ваших. В детективах, особенно в английских, часто упоминается о том, что слуг никто не замечает. И это правда. А почему? Да потому, что слуги не хотят, чтобы их лишний раз заметили. Как сказал классик: «Пусть нас минует и барский гнев, и барская любовь!». Классик русский, но действительно для всего человечества». Способ определённо работал. От нескольких встречных Влад едва увернулся – не заметили. Хотя и раньше он видел за собой подобное – либо в него врезались прохожие, либо он во что-нибудь впечатывался. Как справедливо утверждал отчим дядя Гоша, это всё оттого, что Влад большей частью сознания пребывает в виртуальной реальности. Что ж, удобно. Так и будем делать. Ага, вот и объект! Здесь, конечно, люди. Но они здесь с утра и до вечера. Вот подходящее дерево. Влад прошёл мимо людей – никто не посмотрел в его сторону. Опёрся рукой об ствол – вроде как голова закружилась. Ничего. Никто не повернул головы кочан. Отошёл. Никто не глянул вслед. Всё. Дело сделано!
За дверью сарая раздавались голоса. Кроме громкого эмоционального мата, можно было разобрать следующее – проклятая ведьма, устроить бы ей, но страшно. Мало ли, что она в ответ устроит. «Закодировать бы вас, быдло вопящее. Чтоб с тоски загнулись» – подумал Георгий и открыл дверь.
– Блин, Короед, вроде зашёл кто!
– Да нет никого! И дверь закрыта!
– Да точно вошли! Дверь скрипела!
– Белка в тюбетейке к тебе пришла!
«Да, прокольчик. Над звуком надо поработать». Георгий установил камеру, глянул. Да, здесь незаметно. Приколоться, что ли? Георгий бросил образ в сознание главнюка – Леська его больно хорошо описала. И вышел. Главнюк с ужасом смотрел, как дверь сама собой без звука открывается и закрывается. Выскочил из гаража, огляделся – никого. Вернулся, спросил:
– Все видели?
– Что видели?
– Ничего не было!
– У тебя самого белка!
– Это ведьма! – выдохнул Главнюк – Нам кабздец!
Дашка глянула на заброшенную и заросшую территорию за покосившимся и местами рухнувшим забором. Оглядела распахнутые настежь ржавые ворота, вывеска над которыми свидетельствовала, что именно здесь находится коллективный сад «Голубые дали». А ведь не такая уж здесь мерзость запустения. Дорога-то наезжена. По ней Дашка и направилась, время от времени сверяясь с гугл-картой. И всё больше убеждаясь, что место это реально пусто. У деда с бабкой была такая дача. Так они там до самой смерти своей что-то делали. Дед уже ходил еле-еле, а всё равно без дела не сидел. И таких энтузиастов садово-огородных не то, чтобы много было, но было. А ещё в таких местах по летнему времени бомжи живут. А тут, похоже, никого. Даже птицы не чирикают. Проверить? «Большинство живых существ испытывает эмоции. И вы, с вашей сильной эмпатией, способны не только обнаружить их присутствие до того, как увидите. Вы можете различить их настроение и подготовиться к встрече» – всплыло наставление Юрия Сергеевича. Дашка остановилась, просканировала окружающее пространство. Никого, даже мелкая живность отсутствует. А вот уже и цель близко. Хорошенький домик, ухоженный. Грядочки вокруг, растёт только на них что-то непонятное. Явно не овощи. И кусты – обихоженные, но уж точно не крыжовник или смородина. Другое что-то. Дашка вовремя почуствовала, что теперь она точно не одна. Более того, какая-то тварь искала её. Да кого угодно, лишь бы оно было живое. Кое-как она успела закрыться. «Меня нет! Никого нет! Пусто кругом!» - крутила она в голове лишь эту мысль. И ужас, запредельный ужас. Дашка еле сдержалась, чтобы не умчаться впереди своего визга в никуда. Или подойти на зов адского создания. «А ведь Леська предупреждала! Там эта ведьма что-то жуткое держит! Надо! Надо, Даша, надо! Ещё чуть-чуть! Вот подходящее место! Теперь лишь лёгкое движение руки! Закрепила! Всё!». И Дашка со всех ног рванула к воротам, продолжая удерживать мысль: «Меня нет! Меня нет! Меня вообще нигде нет!». Успокоилась она только после того, как кошмарное место осталось за спиной на расстоянии пары километров. «Жуть какая! Но зато дело сделано! Теперь только ждать».



