Самурай булочка

Глава 0

Преамбула

Это история о том, как герои, которые живут по кодексу чести и смотрят смерти в лицо совершают корыстные злодеяния ради своих сиюминутных желаний, а те, кто должны нагло обворовывать и жестоко убивать невинных созидают ради блага общества. Не все главные герои добрые, не все злодеи злые. А чтобы понять, кто на самом деле гнилой внутри, нужно слушать свое сердце. Действия книги происходят в прошлом, в древней Японии, когда она управлялась сёгунатом и была закрытой от внешнего мира. Но мое деяние не основано на истории и несёт за собой сугубо развлекательный характер и является вымыслом моего нездорового воображения. Я придумал эту историю в одиннадцатом классе, когда мне было скучно, но все творчество рождается случайно. Надеюсь, эта история тронет вас.

Первая глава

Киото, столица Японской империи, тут и начинается наша история. Город, который окружён горами с трёх сторон, а в центре города императорский храм, окружённый рвом. Сам он выполнен в изящном красно-белом цвете, старо японском стиле. На улице ночь, светит луна, хоть и не полная, слышен только треск и пение цикад. В императорских покоях за столом сидит парень, восемнадцати лет, довольно низкий, худой, в длинном бело-розом кимоно с лепестками сакуры, его волосы белее любого снега, мягче любого шелка, полностью прячут его шею от любых взглядов. На его остром лице классический японский макияж, все лицо белое, ярко красные круги на щеках, такого же цвета губы. Это главный сегун. Он стал таковым совсем недавно, после того, как безжалостно разобрался с прошлым сёгуном. Он связал его и обездвижив начал практиковаться на нем письму японских иероглифов, но писал он катаной по коже. Он написал поэму, пока тот кричал от боли и умолял остановится. Когда прошлый сегун истек кровью, власть перешла в его руки. Он еще очень молодой, он всем казался очень неопытным, но когда самураи прошлого сёгуна попробовали отомстить ему, он справился со всеми в одиночку. Они не смогли даже нанести ему царапину.

Пока сегун писал приказ на свитке, в его покои неспеша зашёл главнокомандующий, поклонившись ему на сорок пять градусов, он подошёл к сёгуну, этот человек был давно в военном деле, почти в три раза старше сёгуна, но несмотря на это, он не смел ни на миг посмотреть в черные как ночь глаза сёгуна, он передал главнокомандующему в руки свиток, тот прочитал его за несколько мгновений и быстро кивнул, не думая и совневаться в приказе. Более он не смел беспокоить сёгуна и быстро удалился, поклонившись перед этим так же низко. Спокойное лицо сегуна переменилось в миг. Движениями дюжины мускул на его лице появилась светлая, мягкая улыбка. Никто не видел её, она была искренней до глубины души. Через несколько минут он отправился в зал для тренировок и упражнялся в атаке катаной до рассвета солнца, после чего он вернулся в свои покои и уснул на два часа.

Этим же утром, на берегу реки сидел молодой самурай из клана Бурочка, его звали Джин Су Квон, имя ему дал отец, который все детство ругал сына за то, что он весит всего лишь пол тонны, что для клана Бурочка очень мало. Его отец весил две тонны и во время монгольского нашествия, высадки на цусиму, он ел монгольских солдат, а когда они тыкали в него копьём, то оно застрявало в жире и приходило в негодность. Он прошел всю войну и вернулся домой, к его красивой, такой же полной жене, маме Джина. Она тоже весила пол тонны, у нее были широкие бедра и круглые груди, на их фоне талия казалась тонкой, хотя и была около метра, она была высокой, но чуть ниже отца. Джин держал на него обиду за оскорбления, он всегда называл сына дрыщем, заставлял есть через силу, но больше чем пол тонны он набрать не смог. Пока отец был на очередной войне, самурай жил со своей мамой, ему было всего двадцать лет, он тренировал свои неуклюжие удары катаной каждый день, потому что есть врагов он не мог, он решил, что будет лучшим мечником клана Бурочка, а отец называл это позором семьи.

Утром, перед тренировкой, Бурочка любил смотреть на отражение своего лица в воде, на круглые щеки, горящие огнем черные глаза и такие же темные волосы, собранные в гульку, достающую до круглой груди.

Он вернулся домой для тренировки, но не успев достать катану, из дома вышла его мама, казалось, будто ее глаза закрыты, из за таких больших щек, но она прекрасно видела любимого сына, она никогда не ругала его за то, что он весит недостаточно. Подойдя к маме, она протянула руку сыну и передала ему немного денег, заработанных отцом во время войны, она сказала.

—Джин, дорогой, купи булочек.

Он кивнул и очень неуклюже побежал к магазину. По прибытию на место, он был в ужасе. Он упал на колени и дико завопил на всю деревню.

Вторая глава

Бурочка не мог поверить своим глазам. Это невозможно, думал он. Но факт был фактом. В магазине не было булочек. Ни одной. Это был единственный продуктовый магазин в деревне. Продолжая стоять на коленях, он кричал.

—Я КЛЯНУСЬ, ЧТО ОТОМЩУ ТЕМ, ИЗ ЗА КОГО БУЛОЧЕК НЕ ОСТАЛОСЬ... КАК КТО ТО СМЕЕТ ОГОРЧАТЬ МОЮ МАМУ? КЛЯНУСЬ ЧЕСТЬЮ, Я НЕ ОСТАНОВЛЮСЬ НИ ПЕРЕД КЕМ, Я ОТОМЩУ ВСЕМ, КТО ПРИЧАСТЕН К ЭТОМУ.

Этот крик было невозможно не услышать. Боясь разочаровать маму, Джин снарядил своего коня и отправился в соседнюю деревню, где было два магазина, там он не обнаружил булочек. Он объездил все деревни и города префектуры за неделю, но не нашел ни одной булочки. Даже в самом большом городе префектуры.

Все путешествия заняли неделю, он вернулся к маме, она увидев сына начала громко плакать, он подбежал к ней и обнял мать, сказав.

—прости меня, мама... Я объездил всю префектуру и не смог купить булочек. Их нет.

В его словах было столько боли, а мать старалась улыбаться изо всех сил, она ответила ему.

—Я так волновалась за тебя, боялась, что с тобой что то случилось, ничего страшного, что нету булочек, мы поедим что то другое.

За неделю без булочек, Джин похудал на половину своего веса, а мать, хоть и питалась, но только рисом, поэтому она тоже похудела, но меньше, чем сын. Он знал, что его мама хочет булочек так же сильно, как и он, ему было больно разочаровывать ее.

—Мама... Подожди немного... Я накормлю тебя, а потом достану нам булочек... Ещё раз прости...

Весь день Бурочка рыбачил на берегу реки, наловив достаточно рыбы, он вернулся домой и сделал суши для мамы, поужинав он сказал маме.

—Я ухожу... Не знаю, когда вернусь, но по приезде у нас будет столько булочек, сколько ты захочешь!

Из узких глаз матери покатилась одна слеза, она ответила сыну.

—Нет! Не уходи. Все в порядке.

Самурай Бурочка ушел, оставив мать одну, она проводила его грустным взглядом, а тот, забрав свою катану ушел в ночи.

Позже, у единственного магазина в его деревне он увидел солдат, они грузили в повозку булочки и увозили их, когда она уехала вместе с последними булочками, Бурочка подошёл к другим солдатам-самураям, они заметили его и сразу обножили катаны, он, сам того не поняв достал свою катану из ножн и сразу, когда они замахнулись, он двинулся вперед и оказался между ними, а когда они ударили мимо, он сделал круговое движение катаной, поранив их, они упали на землю и истекали кровью, крича о помощи, Джин добил их одним ударом, лишая страданий.

Воин удивился этой скорости, раньше он бил намного медленнее, стараясь приложить всю мощь, а сегодня он так легко уклонился, его удар был очень быстрым.

На крики этих солдат, прибежали другие самураи, покрепче, они прервали мысли самурая Бурочки, ударив с трёх сторон, всего было солдат десять, но они нападали группами, он двинулся в бок и уклонившись от одной атаки, катаной заблокировал остальные два удара, он парировал атаки самураев, контратакуя в два раза быстрее, чем они, так Джин положил всех солдат, они не успевали ударить его, он хорошо защищался, никогда не открываясь, даже когда атаковали со всех сторон.

Все самураи были облачены в императорские доспехи, и судя по всему были одного ранга, кроме одного. У него был особый шлем, Джин подошёл к нему и спросил.

—Что здесь происходит? Зачем вы увезли все булочки?

Капитан отряда еле дышал, откашливаясь кровью он отвечал.

—Главнокомандующий... Он... Он приказал нам собрать все булочки и отвезти в центр префектуры... В его военный лагерь. Он сказал... Сказал, это приказ главного сёгуна...

Услышав достаточно, самурай Бурочка лишил его боли и проткнул его шею, чтобы тот умер моментально. После чего он отвернулся и начал возвращаться домой, к своему коню.

—Сегун значит...

Бормотал он сам себе.

—Я ОТОМЩУ ЕМУ ЗА СВОЮ МАТЬ. КАК ОН ПОСМЕЛ ОГОРЧИТЬ ЕЕ?

Он сильно привысил голос, вышел из себя. С этой минуты он стал ронином, предав сёгуна и поклявшись отомстить ему.

Вскоре, он вернулся домой и сел на коня, отправившись в лагерь врага.

Третья глава

По пути в лагерь самурай Бурочка перемещался лесами и холмами, полями высокой травы, чтобы привлечь меньше внимания. Поэтому путь был долгим, по обычной дороге он бы приехал за двенадцать часов, а сейчас у него на это ушло минимум три дня. Он делал остановки для отдыха своего коня и тренировок с катаной.

Он много думал о своей скорости, это хороший навык, решил он, поэтому усиленно тренировал быстрые удары. Сначала он рубил тонкие деревья, а потом и дубовые рощи. Он учился маневрировать во время боя, привлекал внимание лесных хищников, волков и медведей, они нападали на него, а он уклонялся, и только когда выматывался, он добивал их быстрым и сильным ударом в грудь, лишая их страданий.

В полевых тренировках он ел суши. Мясо хищников было не вкусным, он сделал себе броню из толстой медвежьей шкуры, окрасил ее с помощью раствора из цветков и укрепил ее тонкой сталью, вырезанной из старой формы. Она стала намного легче.

Из за тренировок, изменённого рациона и уменьшения приемов пищи, герой похудел до ста килограмм, с его ростом в два метра это был хороший вес, у него появились мускулы, но он был довольно худым, было много мышц в ногах и руках. Он стал двигаться в разы быстрее.

Двигаясь дальше и дальше он нашел реку, холодную, быструю и глубокую. Зайдя в нее по грудь он достал катану и начал рубить рыбу, Бурочка бил так, чтобы в воде его катана двигалась быстрее. Сопротивление мешало ему, но он прилагал все больше силы, рубил рыбу час и с каждой минутой становился быстрее и быстрее. В итоге Джин бил катаной в воде с такой же скоростью, с которой самураи сёгуна били на суше. Он вышел из реки, сделал из рыбы суши и поужинав лег спать перед следующей тренировкой.

Все это время сегун читал какие то непонятные свитки, он спал два часа в день, а остальное время он тренировался, юноша любил выйти на свежий воздух и вырезал из скал разные статуи, чаще всего это были животные или женщины. Некоторые из животных были страшными или непонятными, но каждая скульптура была абсолютно детальной, а у женщин были прекрасные глаза, от которых не хотелось отрываться. Так же сегун варил пельмени, мешая их не ложкой, а рукой. Сначала правой, а потом левой, по очереди. Он тренировался, читал, один раз в день ел и ложился спать два часа после рассвета, и так по кругу. К нему приходили разные придворные и предлагали ему развлечения и зрелища, которые они показывали прошлым сёгунам, но ему это было совсем не интересно. Правитель любил вырезать скульптуры и иногда читал литературу. Он никогда не был строг к придворным, уборщицам или охране. Но у него было всего одно правило, нельзя заходить в его покои с рассвета и до момента, пока он не проснется. Об этом знали все. Девушка, которая показывала представления прошлым сёгунам как то раз ошиблась дверью и вошла в покои сёгуна, пока тот спал. Во сне он тяжело дышал, иногда стонал и дёргался во все стороны, но никогда не поворачивался к двери, потому что перед сном он смывал свой макияж. Услышав скрип двери, он сразу же проснулся и впервые за все время привысил голос.

—УХОДИ! БЫСТРО!

Закричал юноша высоким голосом. Через тридцать минут он накрасился и позвал всех слуг во двор, в котором он вырезал скульптуры. Все собрались меньше чем за минуту. Сегун был довольно низким, но никто никогда не смотрел на него сверху вниз. Подойдя к девушке, побеспокоившей его, он сказал.

—На колени.

Голос был спокойным и не очень громким, она послушалась его. На ней было чёрное кемоно уборщицы, у нее были светлые волосы по бедра, собранные в гульку, сегун встал перед ней и обнажив свою катану, приставил ее к горлу девушки. Никто не двигался и все молчали. Она чувствовала холод особой стали катаны. Сегун держал ее крепко, она не дрожала, парень уверенно держал ее у горла. Если бы он дёрнул ей, она сразу бы получила смертельну рану. Не выдержав, она заплакала. Юноша смотрел на нее холодно, резко дёрнув катану. Она закричала. Но он одернул ее, убрав от шеи. Сильно замахнувшись, парень сделал один удар, она закричала снова. Но крови не было. Он срубил ее гульку, оставив короткое каре. Она упала на землю, а сегун просто ушел обратно спать.

Четвертая глава

Удары Бурочки стали такими быстрыми, что он мог за миг рассечь медведя вдоль на две части. Ещё он уклонялся от любого удара, хотя раньше часто пропускал рывки волков и когти медведей. Прошло три недели с тех пор, как воин покинул дом. Он похудел до девяноста килограмм. Клинок в его руках казался таким быстрым, что его было тяжело заметить. Меч был старым, но надёжным. Лёгким, но не очень длинным. Это первая катана отца, он отдал ее сыну после войны. Она была почти новой, потому что он не использовал ее в бою, иногда резал ей бутерброды. Она была вся в кетчупе к концу войны.

Джин решил сделать последнюю тренировку. Дождавшись ночи, он нашел поле со светлячками, шелестом травы самурай заставил их взлететь. Они летали, их было тысячи, а Бурочка бил катаной в воздухе с сумасшедшей скоростью, прыгая и бегая. Через пять минут поле окутала тьма, все светлячки были разрублены пополам.

—пора...

Пробормотал он, двинувшись вперёд по полю, герой увидел лагерь главнокомандующего. Он был развернут быстро, ведь стоял всего месяц. За это время построили забор и несколько палаток, а в центре был укреплённый шатер. Наверное в нем был главнокомандующий. Ночью, когда все спали, самурай Бурочка подошёл к воротам и открыв их начал громко кричать, чтобы все проснулись и были готовы к бою, он мог перерезать глотки во сне, но это было бы бесчестно. Джин соблюдал кодекс чести.

—ВЫХОДИТЕ НА БОЙ! НАПАДАЙТЕ ВСЕ РАЗОМ! СЕЙЧАС ЖЕ!

В лагере царила тишина и темнота, но после нарушенной тишины, самураи сёгуна разожгли факелы и постепенно просыпались, доставали катаны и нападали на Бурочку. Он уворачивался от ударов со всех сторон, от каких то уклоняясь, какие то блокируя своей катаной. Он всегда бил противников в грудь и в шею, надеясь убить их без страданий или мучений. Самураи нападали по пять или семь человек за раз, Джину было тяжело уклоняться, но он справлялся, перебив десять самураев, он получил пару царапин на плечах и руках, они кровоточили, но мех хорошо впитывал и останавливал кровь. Герой всегда контратаковал после ударов врагов. Стараясь задеть за раз сразу троих или хотя бы двоих, он наносил смертельную рану хотя бы одному, а остальные начинали истекать кровью. В лагере было больше сотни солдат, они были слабее его, но по телосложению почти все были крупнее. Сражение длилось час. Он пропускал минимум ударов, когда Джин перебил всех, он вошёл в шатер главнокомандующего. Там было пусто, только он один у края шатра. У него были светлые волосы по плечи, с челкой, не закрывающей глаза. Броня была блестящей и красной. На лице была щетина и острые усы. Он кричал.

—МОЕ ИМЯ...

Самурай Бурочка перебил его.

—МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ТВОЕ ИМЯ, ГДЕ ВСЕ БУЛОЧКИ?

Главнокомандующий удивился такой наглости и ответил.

—Мы съели их все.

Джин побежал на главнокомандующего, в тот же миг он достал кинжал из своей брони и кинул его прямо в лицо Бурочке. В последний момент он достал катану и отразил кинжал, хотя он был очень быстрым. Главнокомандующий и не рассмотрел, когда тот успел поднять катану на уровне лица. Кинжал упал на пол, в бок. Главнокомандующий стал выглядеть менее уверенно, он обнажил свою катану, у нее была красная рукоядка, украшенная позолотой гарда, лезвие будто светилось, оно было зеркально чистым и длинной наверное как половина тела Джина. Они скрестили мечи и начался бой.

Пятая глава

Все ещё была ночь. Кровавая и долгая. Главнокомандующий атаковал Джина, много ударов, а тот отходил и блокировал их своей катаной, не пропуская ни одного удара. Раны на плечах и руках кровоточили. Броня была лёгкой, но уязвимой, особенно на руках и плечах. Самурай был измотан боем с сотней солдат и ранами, пока главнокомандующий отдыхал в шатре. Но несмотря на это, он смело блокировал все удары, один раз он сильно ударил Джина в сторону груди, удар был мощным и чуть не попал, но Бурочка успел его отразить, после чего он отпрыгнув в бок нанес резкий, рубящий удар в плечо, главнокомандующий вздрогнул и постарался контратаковать, но самурай Бурочка тут же прогнулся вниз и ударил в живот ещё более быстро и сильно. Обе раны кровоточили. Главнокомандующий дрожал, но продолжал бить на уровне шеи, воин отбежал в край, дождавшись, когда он побежит, джин так быстро махнул катаной на уровне горла, что главнокомандующий просто упал на спину, на его шее была большая, кровоточащая рана. Бурочке казалось, что тот ударил слишком рано и промахнулся, но несмотря на это, главнокомандующий точно упал и получил критичную рану. После этого он еле как встал. Джин бы уже добил его, но он не мог бить лежачего. Когда тот встал, он ударил катану Бурочки так сильно, что она треснула и разлетелась на части. Джин остался безоружным. Главнокомандующий улыбнулся и начал сильно смеяться, около минуты. Он сделал сильный и прямой удар в лицо катаной, но прямо у носа самурай поймал ее одной рукой. Рука кровоточила. Было больно, но он и не показывал. Главнокомандующий задрожал и выглядел испуганным. Бурочка в миг согнул лезвие катаны в другую сторону, от чего она стала полностью бесполезной. Они оба были без оружия. Главнокомандующий отбросил свою испорченную катану и побежал к кинжалу. Самурай не мог атаковать безоружного, повернутого спиной к нему. А когда тот поднял кинжал, он сразу бросил его в Джина. Джин увернулся, и в тот момент, когда его враг подобрал оружие, он мгновенно взял его руку и воткнул кинжал в сердце, его же руками. Тот упал без шанса встать. Бурочка спросил.

—Что приказал сегун? Отвечай! Быстро!

Его враг еле дышал.

—Булочки. Это... Это не главный приказ. Но первостепенное задание...

Кровь окрасила весь пол. Главнокомандующий старался откашляться.

—Главное задание... Это... Задание... Найти...

Он покашлял кровью пару секунд и закрыл глаза. Дыхание остановилось. Он умер. От своего же кинжала.

Шестая глава

Джин выспался в пустом лагере. На утро он поел свои же запасы рыбы, спрятанные рядом и снял с трупа дорогую броню. Он не знал, что это за материал, но решил, что он бы подошёл к катане. В полдень он нашел палатку кузнеца и переплавив металл с брони начал делать из него новый мечь. Он не хотел сражаться чужим клинком, он хотел собственный.

После переплавки он начал придавать форму катане, а после этого точить ее, делать гарду и рукоять, но это было крайне долго, этот процесс занимает месяцы, иногда и годы, Бурочка был быстрым, спешил, но даже у него это заняло целых три месяца. Он долго трудился и не так много ел, поэтому похудел до восьмидесяти килограм, но теперь это были почти чистые мускулы, но тело было очень худым, лицо бледным.

Тем временем быт сёгуна не менялся. С тех пор никто не нарушил его главного правила, но охрана боялась его чуть сильнее. Когда тот сделал второй удар рядом с той служанкой, все думали, что он отрубит ей голову. Прошлый сегун часто устраивал показательные казни, а иногда убивал слуг по выдуманным причинам, ради развлечения. Поэтому все были удивлены такой добродушности сёгуна. В один из обычных дней, вечером, он нашел служанку, которая нарушила правило. Ее волосы были так же коротки, стрижка очень ровной, потому что удар был идеальным. Ей даже больше так шло, но он перепугал ее до смерти. Она была выше него сантиметров на десять, он смотрел на нее, а она смотрела в пол, боялись посмотреть в его холодные глаза. Парень спокойно сказал.

—Ты. За мной.

Она, как и другие подданные, не смели ослушаться сёгуна. Даже если он выглядел худым, слабым, в каком то роде даже женственным, кемоно хорошо скрывало очертания фигуры, но все знали, что он сильнейший мужчина в Японии. Сегун в одиночку перебил тысячу воинов подряд, даже не вспотев, а они били его катанами, но не нанесли даже царапинки. Никто не смеялся с его макияжа и розового кемоно. Они, вместе со служанкой отправились в его покои, он открыв дверь впустил ее и сказал.

—Раздевайся и ложись на пол. Я вернусь через пятнадцать минут.

После этого, он ушел. Она не знала куда и думала, что он собирается использовать ее для своего удовлетворения, может быть даже будет издеваться над ней в качестве наказания, потому что прошлое наказание было хоть и страшным, но совсем не опасным, ей даже не было больно. Она разделась и лягла на пол ровно. У нее были широкие бедра, узкая талия, большая, круглая грудь, хоть она и не засекала время, но через пятнадцать минут вошёл сегун, у него в одной руке был чан с пельменями, он был литров на 50, а он нес его одной рукой, не напрягаясь. Юноша поставил чан рядом с ней и начал неспеша выкладывать на ее тело пельмени, они были очень горячими, он сказал, чуть чуть улыбаясь.

—Если ты дрогнешь и хоть один пельмень попадет на пол, то я не буду таким великодушным, как в прошлый раз.

Девушка услышала его, ей было больно от пельменей, которые были по температуре как кипяток, лицо ее корчилось от боли, гладкая светлая кожа краснела, но она не шевелилась, хотя очень хотела. Он разложил пельмени по всей длине тела, но это было всего пол чана, он съедал их с ее тела, на это у него ушло всего десять минут. После первой половины, он выложил на ее тело вторую, половину чана, но они немного остыли и были терпимыми по температуре, он растягивал удовольствие и ел пельмени дольше, почти пол часа. Девушка не понимала, почему у него не возникает желание изнасиловать ее, она же сексуальная и молодая, как подросток с неограниченной властью может устоять перед такой, как она? Сегун может сделать что угодно с любой девушкой Японии, никто не в праве отказать или помешать ему, а он просто ест пельмени с ее тела, даже не думая облапать ее. По всему телу были следы от помады сёгуна, которая осталась во время еды. Девушка думала, что он съел их все, но когда ее тело освободилось от пельменей, он посмотрел на нее и спросил.

—Доедать будешь?

На дне чана осталось где то тридцать пельменей. Он специально оставил их. Девушка хоть и не имела права отказаться, но на деле она была только рада доесть его пельмени. Она попробовала их. На вкус они были божественны. Лучшие пельмени Японии.

Седьмая глава

Никто не видел сёгуна без макияжа. О его лице было известно только то, что оно всегда спокойное. Улыбку после приказа в ту летнюю ночь никто не видел, только та служанка с каре видела лёгкую улыбку сегуна от поедания пельменей. После той ночи, она встретилась с другими служанками в прачечной, они глупо улыбались и спрашивали у нее.

—Что вы делали всю ночь с сёгуном?

Они хихикали, это раздражало ее.

—Мы видели, как ты входила в его комнату вместе с ним, а ушла только утром.

Она действительно переночевала с сёгуном, но она уснула ночью, а он, как обычно, дождался рассвета. Никто не знал, почему он спит так мало, и почему всегда засыпает на рассвете. Тяжело уснуть, когда солнце светит в глаза. Ее мысли прервали новые вопросы подруг.

—Он выглядит совсем как девчонка, а что у него под кемоно? Вряд ли у него там...

Она перебила их.

—Хватит! Вы оскорбляете достаинство нашего господина! Он великодушный и добрый, обращается с нами так хорошо, как мы и мечтать не могли. Он даже накормил меня той же едой, что ест сам. Он только припугнул меня за то, за что прошлый сегун бы пытал меня часами, а потом убил. Ещё слово и я попрошу его казнить вас лично! Хотя вряд ли сегун послушает меня...

Она продолжала выполнять свои бытовые обязанности.

После прихода к власти, когда он написал великолепную поэму на теле прошлого сёгуна катаной, он издал законы в защиту крестьян, уменьшил налоги, которые приводили к общей бедности, запретил самураям нападать на крестьян, за исключением случаев, когда они угрожают жизни других крестьян, он сделал страну богаче.