Протокол 317. Московский сектор
- -
- 100%
- +
Анна попросила исходные файлы и контакт фотографа.
— Я ему сначала напишу.
— Хорошо. И уточни, снимал ли он их ещё где-нибудь.
Он отправил сообщение, пока она записывала происхождение подборки.
На выходе журналист спросил:
— У тебя здесь кто-то есть?
Анна не сразу поняла.
— Жить где есть?
— Есть. Гостиница.
— Я не только об этом.
Она посмотрела на него. Они знали друг друга давно, ещё по работе над темой, которая тогда так и не вышла.
— Есть, — ответила она.
Он кивнул.
— Тогда береги время. Командировка легко съедает всё остальное.
Анна хотела сказать, что он сам только что предложил посмотреть ещё три папки. Вместо этого поблагодарила за файлы.
В машине она позвонила фотографу. Тот подтвердил съёмку и согласился передать изображения в установленном порядке. Имя мужчины вспомнил по табличке, разговор не слышал. Анна записала и это.
На Петровку она вернулась с несколькими снимками и ответами на часть вопросов. Олега ещё не было. Она разложила материалы, отправила сведения группе и впервые за день закрыла глаза на несколько минут. Когда в коридоре послышались его шаги, открыла ноутбук.
Вечером они вернулись на Петровку. Анна позвала Олега в комнату, где работала.
— Я нашла кое-что, — сказала она.
— Что?
— Есть фотография с благотворительного ужина трёхлетней давности. Мне прислал её журналист, который тогда готовил материал о Романове.
На снимке Романов сидел за столом напротив мужчины лет пятидесяти. Внизу сохранилась дата. Анна открыла вторую фотографию из той же серии: на ней были видны таблички перед гостями.
— Валентин Ершов. Его фамилия есть среди бывших арендаторов «Горизонта». Назаров просил обратить на неё внимание.
— Известно, о чём они говорили?
— Нет. Снимок этого не расскажет. Но знакомство можно проверить.
Олег подошёл к экрану.
— Может быть, Романов был частью Протокола.
— Или они знали друг друга по прошлым делам.
Олег повернулся к Анне.
— Мы должны найти Ершова. Быстро.
— Адресные сведения проверяет группа. Я передала снимки.
— Нужно быстрее.
Анна закрыла окно с фотографией и посмотрела на него.
— Я делаю всё, что могу.
— Я знаю. Прости. Я просто устал.
— Я тоже. — Она повернулась к компьютеру.
Олег сел рядом. Анна продолжила разговор с редакционным архивом. Он молчал, пока она записывала фамилию фотографа.
Через час Назаров сообщил, что установили адрес Ершова в Коммунарке. По нему направили группу.
— Он там?
— Проверяют.
Олег поднялся. У двери остановился.
— Спасибо, Анна.
— За что?
— Я на тебя зря сорвался.
Анна кивнула.
— Да. Зря.
Назаров вышел в коридор. В его руках была папка с новыми документами.
— Сохранили новое сообщение в переписке координатора. Ершову назначена встреча сегодня в восемь. Старый парк на юге Москвы. Подпись — Ретрик.
— Тогда нам нужно быть там раньше, — сказал Олег.
— Группа выезжает. Адрес в Коммунарке тоже оставим под наблюдением.
Олег посмотрел на часы. До восьми оставалось чуть больше двух часов.
— Тогда едем.
К парку подъехали заранее. Июльский вечер был ещё светлым; по аллеям гуляли люди, у пруда катались на самокатах. Олег и Назаров оставались в машине, пока сотрудники занимали места возле предполагаемой точки встречи. При задержании решили не перекрывать аллеи раньше времени.
— Он придёт? — спросил Олег.
— Неизвестно. Подпись можно подделать. Посмотрим, кто появится.
— А если он узнает о засаде?
— На такой случай тоже договорились. Но людей в парке много, действовать будем осторожно.
Около восьми появился человек с портфелем. Он прошёл до скамейки, посмотрел на часы и сел. Голову прикрывала кепка, лицо было видно сбоку.
— Ершов, — прошептал Назаров. — Он один.
Человек сел на скамейку. Он ждал. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.
— Встречающий опаздывает, — сказал Олег.
— Ещё подождём?
— Подходим. Ершов может уйти. Второго пусть продолжают ждать.
— Давай.
Олег вышел из укрытия. За ним — Назаров и оперативники. Человек на скамейке поднял голову.
— Тихо, — сказал Олег. — Руки вверх.
Человек положил портфель на землю и медленно поднял руки. Когда подошли ближе, Олег узнал лицо с фотографии. Ершов.
— Вы арестованы, — сказал Олег.
Ершов улыбнулся. Спокойно, уверенно.
— Я знал, что вы придёте. Я ждал вас.
— Вы знали?
— Да. Ретрик предупредил меня. Он сказал, что это засада. Но я всё равно пришёл.
— Зачем?
— Чтобы сдаться.
Олег попросил его не опускать руки. Сотрудник забрал портфель.
— Вы сдаётесь?
— Да. Я больше не хочу ждать, когда придут за мной.
— Почему?
— Мне перестали отвечать. Потом сказали прийти сюда одному. Я решил: либо здесь будут ваши, либо мои. Лучше ваши.
На Ершова надели наручники. Он спросил, куда его повезут и сможет ли позвонить адвокату.
— Вы знаете, кем я был?
— Я остановил одного человека. Не систему.
— Я координировал передачи. Через меня шли адреса. Если начну говорить, сможете выйти на остальных.
— Но не умрёт.
— Поэтому я и пришёл. Мне нужно, чтобы вы успели.
Олег передал его конвою.
— Уведите его.
Ершова увели к машине. Олег остался ждать сообщения от сотрудников, наблюдавших за подходами. Второй участник встречи не появился.
— Говорит, что он Метроном, — сказал Назаров.
— Мы взяли того, кто называет себя Метрономом. — Олег покачал головой. — Я не уверен, что это настоящий Метроном.
— Почему?
— Нужно установить, к каким сообщениям он имел отношение. Имя мог использовать и не он один.
— Или он действительно устал.
— Может быть. В любом случае проверим его рассказ.
Из парка выехали, когда уже начинало смеркаться. Олег позвонил группе, которая искала Романова. Новостей не было.
В своей съёмной квартире Лисицын держал фотографию дочери. Он достал её из внутреннего кармана сумки, хотя обещал себе не брать личных вещей. На обороте было написано её рукой: «Папе». Завтра он должен был убить Романова. Лисицын провёл большим пальцем по подписи и убрал снимок.
Сообщение о переносе задания не пришло. Он выключил свет, оставив телефон рядом с кроватью.
ГЛАВА 3. ГОСТЬ С ЮГА
После задержания Ершова Олег вернулся в отдел, но вскоре снова выехал. Поиск Романова продолжался. Город уже гасил витрины; на заправке у съезда с кольца мыли пол перед кассой. Олег остановился купить воды и позвонить группе.
Ревенюк ехал с ним. Он обещал закончить работу час назад, но, увидев, что Олег собирается, молча взял футляр с оборудованием. Теперь сидел, повернувшись к боковому стеклу.
— Домой не надо? — спросил Олег.
— Пока нет. Я всё думаю о Вере. Она ведь могла знать, куда он ушёл.
— По чему судишь?
— Сначала говорила, что не видела его. Потом рассказала про просьбу спрятаться. Не хотела выдавать всё сразу.
— Боится за него.
— Или его. Она всё время ждала, что скажет лишнее.
Олег поставил бутылку в подстаканник. Вернуться к разговору с Верой всё равно придётся; важно было не заставить её окончательно замкнуться.
— У неё остался телефон группы. Если он позвонит, надеюсь, она передаст. Остальными контактами занимаются сотрудники.
— А если нет? — спросил Ревенюк. — Если он уже ушёл? Если он сорвался с места и теперь его не найти?
— Будем проверять тех, у кого он мог остановиться. Список уже есть.
Машина нырнула в тоннель. Свет фар выхватывал из темноты бетонные стены, влажные от конденсата. Олег собирался вернуться в отдел, когда телефон завибрировал. Он лежал в подстаканнике, и вибрация разносилась по салону гулким дребезжанием. На экране высветился номер Назарова. Олег нажал кнопку громкой связи, не сбавляя скорости.
— Слушаю.
— Серов, у нас новая вводная, — голос Назарова был напряжённым, но не паническим. — Только что поступил звонок в дежурную часть. Женщина. Назвалась Верой Петровной. Сказала, что знает, где находится Глеб Романов.
Ревенюк выпрямился.
— Вера? Та самая? — переспросил Олег, хотя знал ответ.
— Похоже на то, — ответил Назаров. — Он в бывшем общежитии недалеко от улицы Паперника. Она обещала прийти к нему и испугалась. Теперь просит забрать его, пока не нашли остальные.
— Сама предложила забрать его?
— Да. Просила, чтобы мы приехали раньше, чем его найдут остальные. С ней разговаривает сотрудница, уточняет подробности.
— Она дала точный адрес?
— Да, с ней уточнили. Пришлю. Пятый этаж, комната 504. По её словам, оттуда можно выйти на чердак.
Олег попросил прислать и схему подъезда. В незнакомом квартале адрес сам по себе мог ничего не дать.
— Мы выезжаем, — сказал Олег, уже перестраиваясь в правый ряд, чтобы съехать с кольца. — Сколько людей у нас есть?
— Группа уже собирается. Будем примерно через полчаса. До нашего приезда не заходите. Неизвестно, кто ещё внутри.
— Мы будем через двадцать, — ответил Олег и сбросил звонок.
Олег перестроился к съезду. Впереди резко затормозила машина; он успел остановиться, и вода выплеснулась из открытой бутылки на консоль.
— Спокойнее, — сказал Ревенюк, придерживая футляр. — Нам до него ещё доехать надо.
Олег отпустил руль одной рукой и вытер мокрую ладонь о брюки.
— Не зря же Назаров сказал ждать.
— Слышал, — ответил Олег. В следующий ряд он ушёл уже без спешки.
В старом общежитии Глеб Романов проверял телефон. Вера давно не отвечала. Он несколько раз начал набирать сообщение, стирал и снова смотрел на часы. Из коридора доносился стук незакрытой двери. Романов вздрагивал каждый раз, хотя уже знал, откуда звук.
Бывшее общежитие стояло за гаражами. В нижних окнах не было стёкол, выше темнели сохранившиеся рамы. Возле подъезда лежали свежие упаковки от еды.
Олег остановил машину за углом. Заглушил двигатель и вышел, стараясь не наступить на стекло. Посмотрел на пятый этаж: окна были тёмными.
— Ты уверен, что он там? — спросил Ревенюк.
— Проверим. Одних её слов недостаточно.
— Или она хочет, чтобы мы его взяли, потому что сама боится, что он сделает что-то глупое и подставит её.
— Может быть. Главное сейчас — найти его живым.
Через десять минут подъехала группа Назарова. Он показал схему, которую успели получить через сотрудников района. План был старый; фактические проходы предстояло проверить на месте.
— По словам Веры, он на пятом. Входов несколько. Сначала убедимся, что пути выхода под наблюдением.
Назаров распределил сотрудников. Олег остался с той частью группы, которая поднималась к комнате Романова.
— Ревенюк, дождись вызова, — сказал Назаров. — Сейчас пойдут оперативники.
Антон хотел возразить, но посмотрел на тёмный подъезд и кивнул. Футляр поставил рядом с машиной, сам остался стоять у открытой двери. Олег запомнил, как быстро исчезла его обычная суетливость.
По связи подтвердили готовность. Назаров ещё раз напомнил, что Романов может быть напуган и не сразу понять, кто пришёл.
— Есть, — раздалось в ответ.
Олег проверил связь и дождался сигнала от сотрудников впереди.
— Идём, — сказал он.
В подъезде пахло сыростью. На нижних ступенях лежал мокрый матрас, дальше проход был свободен. Наверху стукнула дверь. Олег остановился, прислушался и продолжил подъём вслед за сотрудником.
На площадках проверяли открытые проходы. Из глубины здания тянуло холодным воздухом, хотя снаружи было душно.
Голос услышали на пятом этаже. Он доносился из комнаты в конце коридора. Олег ещё не знал голоса Романова; сверил номер на двери — 504.
— Вера, ну ответь. Я слышал кого-то внизу. Не знаю кто. Ты обещала…
Он замолчал, потом заговорил снова, уже без обращения:
— Куда теперь идти?
Олег представился из-за двери. Внутри что-то упало.
Когда дверь открыли, Романов стоял у стены. Телефон лежал возле матраса. Он прижимал руки к груди, словно пытался спрятать их под расстёгнутую рубашку.
— Не стреляйте. Я ничего не сделал. Я сдаюсь.
— Глеб Романов, — сказал Олег, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Спокойно. Мы из полиции. Мы пришли, чтобы защитить тебя.
Он опустился на край матраса. Несколько раз попытался вдохнуть глубже и не смог.
— Заберите меня. Только отсюда заберите. Он знает, где я.
— Кто «он»? — спросил Олег, приседая перед ним.
— Стрелок. Вы знаете про него? Вера сказала, что вы знаете.
— Ты видел его? — спросил Олег. — Ты знаешь, как он выглядит?
— В окне напротив был человек. С чем-то… с оптикой. Я решил, что это он. Лица не видел.
Сотрудники проверили комнату и проход за ней. Олег присел на корточки перед Романовым, оставляя между ними расстояние. Тот всё время переводил взгляд с него на дверь.
— Поедешь с нами. Сейчас тебя осмотрит врач. Дальше решим, как обеспечить защиту. Нам понадобятся сведения о тех, кто тебе угрожал.
Романов кивнул, но не поднялся.
— Я скажу. Только не везите туда, где они смогут прийти.
Когда Романов попытался встать, нога подвернулась. Сотрудник поддержал его под локоть. Он испугался прикосновения, потом ухватился за рукав и уже не отпускал.
— Уведите его, — сказал Олег.
После того как Романова вывели, вызвали Ревенюка. Олег показал ему блокнот возле матраса. На открытой странице были несколько строк.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.