Инженер

Меня зовут Алексей Романов. Я работаю инженером на заводе. Завод проектирует и производит ракеты. Я не мастер рассказывать истории, а уж тем более в письменном виде. Я больше дружен с инженерными шрифтами, ГОСТами и черчением. Но то, что случилось со мной недавно, настолько невероятно, что я попробую описать это как смогу.

Я – обычный инженер, занимаюсь созданием проектов ракет. Я очень люблю свою работу, но, скажем так, без взаимности. Если мои однокурсники уже стали ведущими инженерами, то я – почти единственный – остался в младших проектировщиках, до которых никому дела нет. Директор отдела шутя называет меня Кулибиным. Мне такие шутки не нравятся, но меня никто не спрашивает.

Я очень хочу, чтобы мои ракеты летали. Но до сих пор не полетела ни одна. Потому что ни одна не была запущена в производство.

Мои чертежи так и остаются чертежами. То возникают сомнения в надёжности, то ракета слишком большая, а то вообще нерентабельная.

Однажды нашему заводу заказали ракету, способную доставить вездеход на Луну. Я спроектировал ракету, способную доставить такой же вездеход, но уже на Марс. А то американцы четыре марсохода запустили, а мы – пока ни одного.

Но руководство отдало предпочтение ракете другого проектировщика: она была легче, надёжнее и быстрее.

А мой проект ракеты не подошел. Начальству не нравится, когда задача перевыполнена.

Я смирился с тем, что мою ракету не запустили на Луну – но она могла бы доставлять грузы на Марс! Мне сказали: на Марс не надо, надо на Луну. Добавили: это дорого и никому не нужно, на Марс нет постоянного грузового трафика.

Я вернулся домой под вечер совершенно уничтоженным. Поужинал и лёг спать. И мне приснился сон.

Сон был о том, как маленькие зелёные человечки прыгают в ракету и улетают в космос.

Я увидел одного такого человечка прямо перед собой. Он был ростом мне по пояс, с огромной головой и коротенькими конечностями. На его голову была нахлобучена кепка, скрывавшая расфуфыренную рыжую шевелюру.

Человечек посмотрел на меня выпученными глазами и спросил:

– Полетели с нами?

Я ответил ему:

– Полетели.

Проснулся я в совершенно незнакомом помещении. Напротив моей кровати была дверь, на ней – зеркало. На стене висел плакат с желтой надписью на неизвестном языке. Это было неожиданно и непонятно. Интересно, где я нахожусь?

Плакат вдруг из непонятно какого стал похож на советский агитационный. Вместо неясной надписи, которую я увидел вначале, на нем появились слова «Вперёд к звёздам!».

Очень, очень странно.

Я посмотрел в окно и увидел солнце. Оно было непривычно огромное и в то же время привычно жёлтое.

Я подошел к зеркалу. На меня смотрел незнакомый зеленый человечек со светлыми волосами и выпученными глазами с маленькими зрачками без радужек. Голова у него была огромная, с полтела величиной, а тельце было на коротких ножках. Ручки – чуть длиннее ножек. Я посмотрел на свои руки. Черт, черт, как я этого раньше-то не заметил? Я – зелёного цвета! Притом такого салатового, будто взяли лист салата с грядки, выдавили из него красящий пигмент и покрасили меня целиком. Но руки! Руки, мать твою! На них четыре пальца! На ногах – то же самое! Как же так!? Я не думал, что я стану уродом! Я просто хотел в космос! Я думал: я останусь обычным человеком!

Бр-р-р. Не надо было соглашаться на полёт с этими человечками. Но, может быть, не всё потеряно? Может, я ещё успею приспособиться. А если что-то пойдет не так, я сразу уйду домой. Стоп, куда я уйду? И как? Не могу же я быть уверен, что мне точно приснится тот же самый сон, и я вернусь на нем, как на пассажирском лифте.

Нет, надо попробовать обжиться, вдруг что-нибудь получится. А пока… Пока… Так, а как ходить?! Ножки-то коротенькие! Надо попробовать.

Я слез с кровати и попробовал походить так, как привык, по-человечески.

Не получалось. Ноги заплетались одна за другую. Тогда я попробовал ходить вразвалочку, и – о чудо! Получилось!

Возникло чувство, как будто сейчас непременно что-то произойдет. Я напрягся и приготовился.

Из скрытого динамика произнесли:

– Кербанавт Алексей Керманов, просьба пройти на тестирование в кабинет № 101 на первом этаже. Повторяю: кербанавт Алексей Керманов….

Я не понимал, кого они имеют в виду. Да, меня зовут Алексей, но фамилия у меня другая. И вообще, кто такой кербанавт? Непонятно.

Почему они говорят на том же языке, что и я? Загадка… С другой стороны – хоть одна хорошая новость: по крайней мере объясниться смогу. Это – плюс. Но почему-то поменялась моя фамилия, а это мне не понравилось. Стало как-то неуютно.

Я вышел из комнаты в залитый искусственным светом коридор. По обоим краям были двери, и я стал смотреть на номера комнат: 301, 302, 303… Посмотрел на свою – 320. Наверное, я на третьем этаже. Я пошел направо. Смотрел в обе стороны, пока наконец не увидел дверь с надписью: лестничная площадка.

Я открыл дверь. Действительно, лестница. С маленькими ступеньками. Я попробовал спускаться, как человек. Опять не получилось – я чуть не упал вниз. Тогда я попробовал поставить одну ножку на ступеньку ниже, а за ней – вторую. Выглядело это, конечно, так себе, но хоть что-то. Так я спустился до первого этажа.

Я прошел по коридору и нашел 101 кабинет. Зашёл в него. Там сидел зелёный человечек в белом халате, больших очках, с белой шевелюрой и бородкой. Я спросил у него:

–– Кто вы? Что здесь происходит?

– Вы просто ответите на вопросы, которые я вам дам, – сухо сказал человечек. – Кто я – это неважно.

Я сел напротив него. Он дал мне бумажку с вопросами.

Первый вопрос был: «2x2+2=?» Я ответил «6».

Второй вопрос: «Что лучше: исследовать Вселенную или сидеть дома?» Я написал: «Исследовать Вселенную».

Третий вопрос: «Что безопаснее: выйти в открытый космос или сидеть в корабле?» Я ответил: «Сидеть в корабле».

Четвёртый и последний вопрос: «Чем вы предпочитаете заниматься? а) конструированием, б) пилотированием, в) исследованием». Я выбрал «а» и отдал листок.

Старичок достал бумажку с образцом, сравнил, и его брови поползли вверх. Он снял очки, протёр глаза и стал ползать по тексту с лупой. Его удивление достигло крайней степени. Придя в себя, он выпалил:

– Вы – неординарная личность. У нас мало таких инженеров. Обычно кербалы вроде вас идут в учёные…

– Кто?

– Вы дурак или издеваетесь?!

– Сами вы дурак! Я инженер. У меня диплом магистра! Я диссертацию по ракетостроению защищал!

Седой смерил меня презрительным взглядом и раздражённо сказал:

– У вас средний уровень отваги, а слабоумие практически на нуле. Вы уверены, что хотите идти в инженеры?

– А при чём тут слабоумие и отвага? – я засмеялся.

– О-о-о, – ответил тестировщик, – это у нас отдельная история. Мы так всех кербалов измеряем. Это – характеристики личности.

– Ничего не понял, но очень интересно, – я был в замешательстве.

– Если вам так интересно – идите к инженерам в цех вертикальной сборки!

Я вышел из кабинета и пошёл искать выход. Кое-как нашёл его – очень уж запутанный комплекс был. Идти пришлось прилично – шаг у меня маленький. Солнце, несмотря на свои размеры, грело слабо, примерно, как у нас в конце апреля.

Я зашёл внутрь цеха. А там… ракета под потолок, узенькая. И внизу – очень большая первая ступень. Никогда такие не видел. А снизу двигатель. Не сказать, чтобы мощный, но средней тяги. Я подошёл к группе зеленых человечков и спросил:

– Чего делаете?

– Ракету конструируем! – ответил мне один из них.

Ракету они конструируют. Это не ракета, а свечка тоненькая.

– Вы уверены, что она вообще взлетит?

– Ага! Новенький? Ну, присоединяйся к нам. Ты не бойся, они все взлетают, хотя и не сразу. Взлетают и падают. А потом мы строим новую ракету, и она тоже взлетает и падает. Уже сто сорок три раза такое было.

Тут я начал понимать, при чём здесь слабоумие и отвага.

Я вспыхнул:

– Но это же бессмысленно! Зачем запускать одну и ту же ракету, которая падает, много раз подряд? Зачем делать одинаково негодные ракеты и не улучшать их?

Я очень разозлился на кербалов, но они смотрели на меня непонимающе, словно впервые видели, чтобы их коллега так ругался. Они, видимо, были очень слабоумными.

– Они же и так нормально летают! – со смешком сказал инженер.

Я смотрел на этих глупых существ и думал, что им надо помочь. А то они так и будут запускать одну падающую ракету за другой.

Я осторожно предложил им слить лишнее топливо. Они покатились со смеху.

Потом ракету вывезли на стартовый стол. Запуск намечался на рассвете. Я все же решил самостоятельно слить лишнее топливо после последней проверки. Ночью, в предрассветные часы, я пробрался незамеченным к ракете и сделал то, что хотел. Теперь полетит!

Наутро все собрались на смотровой площадке на крыше цеха вертикальной сборки и стали пялиться на длинную и тощую ракету.

Прошёл обратный отсчёт. Ракета взлетела сразу! Немного поднялась, но тут двигатель заглох, и она упала на стартовую площадку и взорвалась.

Я был рад, что ракета взлетела сразу, а не сожгла почти всё топливо прежде, чем взлететь. Да-да. Почти всё топливо. Именно столько я и слил. Но, всё-таки, я ликовал.

А другие были озадачены. Как так – думали они – ракета взлетела сразу? Она же не должна так сразу взлетать?

Моё ликование вызвало общую злость и недоумение. Ко мне подошёл один из кербалов и сказал раздражённо:

– Нам это не нравится. А? Ты что-то сделал с ракетой?! Вот ты молчишь, да?! А если я тоже молчать буду, тебе приятно будет, а?! А?!

Я промолчал. Пусть говорят, что хотят. Я всё равно покажу им, как надо строить ракеты! Покажу и докажу, что их надо строить только так! И когда все разбрелись из ракетостроительного цеха, я проник к новой ракете и приделал к ней четыре ускорителя. Для этого я задействовал кран и сварочный аппарат. Уже лучше. Можно даже топливо не сливать. Потом я подкорректировал чертёж, чтобы они не заметили ничего неожиданного.

На следующий день на рассвете я смотрел всё с той же площадки на запуск ракеты. Толпа недоумевала: почему ракета необычная? Почему к ней приделаны четыре белых штуки? Но никто не брался ничего менять. Всем интересно был, что из этого выйдет. А вышло вот что: ракета круто ушла вверх. Набрав высоту, она полетела на восток и вскоре совсем скрылась из виду.

Зеленые человечки были озадачены: куда ее унесло? Я страшно обрадовался, ведь в этот раз ракета пролетела больше, чем в прошлый. Ну, ничего, будет третья ракета, я и её переделаю! И пусть на меня косо смотрят, неважно. Главное, я сделаю третью ракету ещё лучше!

Вечером, когда все опять разбрелись, я начал совершенствовать ракету. Я решил поставить на нее более мощный двигатель. Я уже почти закончил отвинчивать старый, как вдруг входная дверь скрипнула, и в неё вошёл тот самый инженер, который разговаривал со мной. Он хотел забрать что-то своё, но неожиданно увидел меня рядом с ракетой.

Инженер позвал своих коллег, они вытолкали меня из цеха и потащили в мою комнатушку. По пути они ругали меня страшными словами и говорили, что я им очень мешаю. Говорили, что лучше бы я вообще никогда сюда не приходил. Доставив меня в комнату и ещё раз выругав, они заперли меня и вынули ключ из замка.

Я сел и загрустил. Опять повторяется та же ситуация, что и дома – я пытаюсь сделать ракету, а мне не дают.

Я не ожидал от кербалов такого активного противодействия. Думал, что если им плевать на падающие ракеты, то они не будут ругаться на меня и мешать мне улучшать их космическую технику. Но они отстаивали свой дурацкий порядок так же уперто, как на моем заводе руководство отстаивало свой.

Может, у меня получится вернуться в свой мир таким же способом, как я попал в этот? Может, стоит попробовать заснуть и согласиться на приглашение?

Не-ет, дома ещё хуже.

Тогда я лёг спать, решив действовать с завтрашнего дня. Мне приснился сон, в котором мои сослуживцы звали меня обратно. Я соврал им, сказав, что не хочу домой, мне и тут хорошо. На самом деле мне очень хотелось вернуться, но я решил попробовать: а вдруг моя кербальская ракета полетит в космос? Во сне я всё ещё был зелёным человечком. После этого всё покрылось туманом.

Проснувшись, я чувствовал себя разбитым. Я устал с самого утра и не выспался. Надо что-то сделать, чтобы они признали меня и позволили мне совершенствовать их ракеты, но что? Может, спроектировать самолёт? А какой именно самолёт? Может, самолёт-ракету, вроде американского шаттла? Не подойдет. Лучше для начала просто ракету. И такую, чтобы взлетела и добралась до их Луны.

Я проанализировал кербальские разработки и понял, что они делают длинную и тонкую ракету, а надо – короткую и широкую, по крайней мере, внизу. У меня был такой проект на Земле, но его не приняли. А между тем, та ракета была способна закинуть два вездехода на Луну.

Мне оставалось вспомнить чертёж и начертить ракету, посчитать массу и грузоподъёмность. С первым вопросов не возникало, со вторым – тоже. Но было ещё третье и главное: надо было создать макет этой ракеты в масштабе 1х75. То есть, макет семидесятипятиметровой ракеты должна быть метровым.

Только из чего ее сделать? Мы обычно печатали макеты на 3D принтере. Но в этом мире у меня нет ни компьютера, ни 3D принтера. Значит, их надо раздобыть. Вопрос, где? Можно попросить у кого-нибудь на время. У кого? Хм-м-м.

И для начала нужно выйти. Идея! Те, кто приносит мне еду, никогда мою дверь не запирают. Дверь была заперта теми инженерами, которые меня сюда притащили.

У меня появился план. Утром я дождусь, пока мне принесут завтрак, и после этого выйду. Потом мне нужно будет проникнуть в цех вертикальной сборки и поговорить с каким-нибудь инженером. Попросить у него на месяц 3D принтер и комп.

И я так и сделал.

Я пришел в ЦВС, вычленил из группы одного, на вид самого дружелюбного, кербала и сказал:

– Я понимаю, что ты на меня злишься, что я портил вашу ракету. Но пойми: сейчас мне позарез нужно две вещи.

– И? – полюбопытствовал инженер. Он почему-то не сердился на меня, хотя по идее должен был. Видимо, был настолько глупым, что даже не знал: возмущаться или нет. А может, он на самом деле был добродушным не только на вид.

– Мне нужны 3D принтер и комп. У тебя они есть?

– Есть вроде как.

– А ты в какой комнате живёшь?

– В 319.

– Значит, совсем рядом. Знаешь, зачем мне это нужно? Эти принтер и комп?

– Не знаю, – честно ответил инженер.

– Мне ваше и моё руководство заказало ракету для полётов к Луне. Понимаешь?

– Может, для полетов к Муне?

– Не важно. Короче, у меня есть чертёж, – я показал ему свёрнутый рулон, – и по нему надо сделать макет. И потом показать начальству.

– Хорошо, можешь использовать мои принтер и комп.

– Спасибо огромное! А тебе не нужен этот принтер?

– А зачем мне, если мы всё время одинаковые ракеты делаем.

– И правда, незачем. Спасибо, друг!

Всю следующую неделю я печатал макет. Работал даже ночью. Наконец, ракета была готова. Я решил, что её надо показать кому-то. Только кому? Я никого здесь не знаю. Разве кто-то из местных захочет принять мой проект в производство? Тем более, что я не знаю, кто из них главный и где этого главного кербала искать.

Но тут я услышал смех. Проклятый детский смех, который мешает мне думать! Ну, сейчас я этому ребёнку всё скажу.

Я открыл дверь и увидел маленькую девочку, которая прыгала на скакалке.

Я окликнул её:

– Девочка, пожалуйста, прекрати шуметь. У меня сложный проект, мне над ним думать надо.

– Ой, извините. Я пойду в другое место.

Девочка развернулась и, грустная, двинулась к лестнице, волоча за собой скакалку по полу.

Этот разговор выдернул меня из напряженных мыслей о проекте, и я осознал необычность ситуации. Я нахожусь в космоцентре. Доступ сюда имеют только сотрудники. Откуда здесь может быть девочка? Наверное, она чья-то дочка.

Я побежал за ней и закричал:

– Девочка! Сто-о-ой!

– Что случилось? – девочка с недоумением обернулась.

– А скажи, кто твой папа?

Девчонка гордо ударила себя в грудь и отрапортовала:

– У меня папа – главный инженер-ракетчик! Он – самый умный и самый талантливый       инженер в космоцентре.

И тут у меня в голове словно лампочка зажглась. Идеально! Сейчас я подарю этой девочке ракету, и о моей разработке узнает главный инженер!

Я – сама гениальность иногда. Жаль, что никто этого не ценит.

– Девочка, а хочешь игрушку?

– А что за игрушку? – оживилась та.

– Ракету, большую такую.

– Ой! – девочка запрыгала – хочу, хочу! Мне папа давно такие не делал…

– Вот папе и покажешь. И передай ему, что это ракета от незнакомого дяди из 320 комнаты.

– Да-да-да! Передам! Ура!

И я пошёл обратно к себе в комнату. Вечером ко мне в дверь постучали. Вошёл зеленый человечек с бородой и в очках. В одной руке он держал мою ракету-макет. Я спросил:

– Чем могу быть полезен?

– Боже-боже-боже ж мой! Наконец-то появился хоть кто-то нормальный! Ваша разработка?

Я показал чертёж. Человечек долго смотрел на него и молчал. Потом сказал:

– Я хочу назначить вас своим главным помощником.

Я не мог поверить своим ушам. Мне предложили должность! Я смогу реализовывать свои проекты! Я очень обрадовался и согласился.

Потом мы вместе с главным инженером строили эту ракету.

Потом был запуск. Обратный отсчёт вёл главный инженер. Теперь я знаю его имя. Его зовут Вернер фон Керман.

Мы вместе смотрели, как моя ракета улетает и постепенно растворяется вдали. Всё это было со мной впервые – то, что ракета красиво взлетает, озаряя окрестности ослепительно-белым светом, и громогласный рёв её двигателей, и, самое главное, то, что эта ракета была моя. Я не мог поверить, что это наконец произошло. Как будто я сам поднялся над планетой и взял курс в другую жизнь.

Потом мы провожали в межпланетный полёт Джеба – первого кербанавта планеты.

Последней ночью мне снился сон, где мои сослуживцы звали меня домой.

Но я отказался. Мне и тут хорошо. Здесь меня любят и уважают. А там… Там я изгой, а не человек.