Безымянные хроники

– Вот это да! – воскликнул Герберт. – Вот это герой!

Каролина открыла глаза. Утер подъехал к ней и королю.

– Эту победу я посвящаю принцессе Каролине! – воскликнул он, подняв копье над головой. Принцесса радостно захлопала и засмеялась. Ее мать одобрительно смотрела на Утера. Король довольно кивнул.

– Твое имя Утер, не так ли? – сказал он. Рыцарь кивнул. – Я объявляю тебя, сэр Утер, чемпионом Радограда и приглашаю тебя на королевскую охоту!

Публика вновь захлопала. Утер учтиво поклонился и направил коня прочь. Король поднялся – за ним поднялась и вся публика – и вместе с семьей спустился с трибуны и направился к своей повозке.

Когда Утер уже собирался в своей комнате в замке, дверь отворилась. К нему зашел Эдмунд. Он был весь в бинтах.

– Поздравляю с победой, друг, – сказал он. – Я слышал, ты задал ему жару.

– Не мог же я простить ему то, что он с тобой сделал, – ответил Утер, грустно улыбнувшись. – Как ты себя чувствуешь?

– Похоже, сломал пару ребер. Это ничего, – отмахнулся Эдмунд. – А ты что, собираешь вещи?

– Да. Обычно я не задерживаюсь на одном месте так надолго, – ответил Утер.

– А как же королевская охота? – глаза Эдмунда округлились.

– Я не большой любитель охоты, – Утер едва заметно помрачнел, будто вспомнив что-то болезненно неприятное.

– Нельзя отказывать королю! – воскликнул молодой рыцарь. – Во-первых, это не учтиво. Во-вторых, отказывать влиятельным людям даже опасно, – Утер в ответ усмехнулся.

– Я ничего не боюсь, мой юный друг, – сказал он. – У меня бывали враги и похуже.

– Расскажешь об этом за кружкой пива, – сказал Эдмунд. – После охоты. Нельзя терять такую возможность: говорят, король Герберт устраивает охоту таких масштабов, что о ней говорят за тридевять земель отсюда. Здесь много красивых, диких мест. Множество уникальных зверей! – Эдмунд так распалился, что даже покраснел. – Эх, если бы я мог отправиться с вами.

– Так и отправлялся бы, – сказал Утер, завязывая мешок.

– Отправиться на охоту с королем Гербертом – большая привилегия. И пригласили туда тебя, а не меня, – не унимался Эдмунд. – Прошу тебя, Утер, отправься туда ради меня! – Утер взглянул на молодого рыцаря. Тот выглядел жалко: в бинтах, опирающийся на костыль. – Вернешься – расскажешь мне, как это было.

– Ладно, уговорил, – сказал Утер, откладывая мешок. – Я отправлюсь на охоту, мы выпьем по кружке пива, и я уеду.

– Другой разговор! – обрадовался Эдмунд. – Встретимся завтра, мне нужно прилечь, – он хлопнул Утера по плечу и удалился. Солнце уже клонилось к горизонту. Уставший на турнире Утер, не раздеваясь, лег на кровать и быстро заснул.

Проснулся он засветло от лая собак. Слуга снова принес ему холодной воды, и он, умывшись, направился на улицу. Жителей почти не было, так как стояло совсем раннее утро, но у замка бурлила суета. Около трех десятков человек сновали туда-сюда. Несколько из них, похоже, были обычными стражами, так как они недвижно сидели на конях и, держа в руках копья, глядели на происходящее. Один за другим появлялись люди с собаками на привязи. У каждого из них было от двух до четырех гончих, которые безудержно лаяли на людей, на лошадей, друг на друга. Еще несколько человек проверяли оружие: луки, арбалеты, рогатины. Вся эта толпа резко притихла, когда из ворот замка показался король. На нем не было никаких регалий или инсигний, но по одному его виду можно было понять – идет король. На лице его сияла улыбка. Проходя мимо Утера, он радостно похлопал рыцаря по плечу. За Гербертом следовала Каролина. Вместо платья на ней была походная мужская одежда: зеленый камзол и коричневые кожаные штаны. Ее золотые кудри, которые обычно спадали на плечи, были связаны в хвост.

– Миледи тоже примет участие в охоте? – поклонившись, поинтересовался Утер. – Это не очень безопасное занятие.

– Я с детских лет прекрасно умею ездить верхом и стрелять из лука, милорд, – улыбнувшись, ответила принцесса. На ее щеках, как всегда при виде Утера, заиграл румянец. – Да и отец ни в чем не может мне отказать.

Утер помог Каролине взобраться в седло. Слуга в очередной раз удивительно вовремя подал ему коня, и он тоже устроился верхом. Герберт уже сидел в седле и радостно улыбался. Все заняли свои места и были в полной готовности. Король махнул рукой, и отряд тронулся. Три десятка человек и примерно столько же собак быстро двинулись в сторону леса. Один из охотников вытащил большой бычий рог и протрубил начало королевской охоты. Солнце только чуть поднялось из-за горизонта, и многие жители Радограда начали свой день с этого звука.

Отряд быстро покинул черту города и помчался к кромке леса. Псы, ошалевшие от множества новых запахов, которые принесли с собой первые весенние дни, без конца лаяли. Когда охотники, наконец, въехали в лес, псари спустили собак, и те молниеносно разбежались в поисках добычи. Каждый следовал за своей группой гончих. Король с принцессой и Утер помчались за одним из них. Это был главный королевский псарь, который, в отличие даже от короля, был ярко, нарядно одет, что выделяло его из всех остальных. Он постоянно кричал на собак, отдавая им непонятные Утеру команды.

Группы охотников быстро потеряли друг друга из виду, но с разных сторон то и дело доносились звуки рога, крики людей, лай собак. Гончие прочесывали лес, приложив носы к земле. Одна из них вдруг яростно залаяла, и из кустов рядом с ней выскочил кролик. Не успела она рвануться за ним, как тот уже лежал на земле со стрелой в маленьком тельце. Горячая кровь стала растапливать снег вокруг. Утер оглянулся – принцесса мило улыбнулась ему, вешая на плечо лук. Рыцарю было не по душе это занятие, но он, не подавая вида, одобрительно кивнул ей. Один из охотников поднял кролика и прикрепил к седлу.

Каролина под радостные возгласы подстрелила еще нескольких кроликов, прежде чем главный псарь, наконец, объявил, что гончие напали на след крупного зверя. Несколько групп людей объединились в одну и последовали за ними. Все воодушевились. Даже стражники, задачей которых была только охрана, оживились, в предвкушении погони. Свора мчалась по лесу без умолку и без остановок. Две собаки отбились от остальных и побежали куда-то в сторону. Почти никто этого не заметил, только король. Утер вскоре обнаружил, что Герберт отстал от отряда, и тоже притормозил. Безудержный лай стал отдаляться. Рыцарь оглядел лес – среди крон деревьев сложно было разглядеть какое-либо движение. Однако тихое гавканье коснулось его слуха, и он направился на звук. Вскоре впереди он увидел короля. Герберт следовал за гончими. Лай вдруг превратился в скулеж. Конь короля испуганно заржал и встал на дыбы. Спустя мгновение, он повалился на землю, придавив собой наездника. Утер сильнее пришпорил своего жеребца. Королевский скакун быстро поднялся с земли и помчался прочь. Герберт остался лежать на земле. Взору рыцаря открылось то, что испугало животное – огромный дикий волк. Он трепал одну из гончих, вторая уже лежала недвижно. Король, похоже, повредил ногу и не мог подняться. Хищник уже наступал на него, когда Утер, наконец, прибыл на помощь.

– Убирайся! – яростно закричал он. Волк угрожающе зарычал, но, взглянув в его глаза, заскулил и, поджав хвост, помчался прочь.

– Что произошло? – прохрипел Герберт. – Это чудовище… Ты прогнал его.

– Еще неизвестно, кто большее чудовище, – усмехнулся Утер и спрыгнул с коня. – Вы можете идти?

– Похоже, что нет, мой мальчик. Конь неслабо меня придавил, – сказал король, принимая руку рыцаря. – Видимо, придется остановить охоту.

Послышался топот копыт. Из-за деревьев показались двое стражей.

– Ваше Величество… – воскликнул один из них.

– Где вас черти носили? – закричал король. – У вас была одна обязанность – защищать меня! Не отходить от меня ни на шаг, а вы и с тем не справились!

– Мы…

– Умолкни! Вы должны брать пример с этого бравого рыцаря, – Герберт указал на Утера. – Сегодня вечером я устрою в твою честь грандиозный пир, мой мальчик.

Один из стражей слез с коня и помог королю занять свое место. Они отправились обратно в Радоград, Утер последовал за ними. Нехорошо радоваться чужой беде, но он был все-таки рад, что охота закончилась. Мысль об убийстве невинных зверей ему не улыбалась.

Уже в замке, по пути в свою комнату, в коридоре он встретил Эдмунда.

– Уже вернулся? – удивился тот. – Что-то вы быстро.

– Король упал с коня, – ответил Утер. – А ты почему не лечишься? – Утер оглядел Эдмунда: ни бинтов, ни костыля.

– Да, не так уж сильно я и пострадал. Мне уже лучше, – ответил юноша. – А что король?

– Повредил ногу, но, думаю, скоро оклемается.

– Что ж, – Эдмунд хлопнул Утера по плечу, – тогда идем, выпьем, как ты и обещал?

– Не могу, – Утер развел руками. – Король устраивает в мою честь пир. Я спас его от волка, когда он не мог подняться на ноги. – Глаза Эдмунда в этот раз округлились еще больше, чем обычно.

– Так ты, наверное, будешь сидеть с ним за одним столом! – воскликнул он.

– Должно быть так, – не разделяя его энтузиазма, ответил Утер.

– Прошу тебя, возьми меня с собой! – Эдмунд крепко схватил друга за руку. – Пировать за одним столом с королем… – молодой рыцарь снова принял свой мечтательный облик.

– Вернее с принцессой, – ухмыльнулся Утер. – Не уверен, что это зависит от меня.

– Да кто тебе откажет? – Эдмунд не переставал трясти руку Утера. – Стражи, которые тебя боятся? Или король, которого ты спас? Ну же!

– Ладно, ладно, – сдался Утер. – Велено быть в обеденном зале через час.

– Спасибо! – воскликнул Эдмунд и помчался по коридору вприпрыжку.

– Молодые долго не болеют, – задумчиво пробормотал Утер и пошел к себе. Отдохнув, умывшись и начистив доспехи, он отправился на пир. Однако, ступив за порог своей комнаты, сразу наткнулся на слугу.

– Прошу, следуйте за мной, милорд, – сказал тот.

– Да, я и сам могу найти дорогу, – ответил рыцарь, но слуга учтиво кивнул и подал ему знак следовать за собой. Утер спорить не стал, и провожатый повел его не тем путем, которым он собирался идти. – Кажется, мы не в обеденный зал?

– Именно туда. Вы войдете через королевскую дверь, как почетный гость.

– Но я обещал своему другу привести его с собой, – торопливо сказал Утер. Слуга нахмурился.

– Король ничего такого не велел, – неуверенно сказал он.

– Что скажет твой хозяин, когда узнает, что ты отказал его спасителю? – грозно прорычал Утер. Конечно, у него и в мыслях не было подставлять слугу, но тому об этом знать не следовало.

– Будь по-вашему, – невесело кивнул он. – Где ваш друг?

– Да, он… – Утер обернулся было, чтобы указать дорогу, как в коридоре неожиданно послышался топот. Эдмунд, как ни странно, уже бежал к ним.

– Ух, думал, не успею, – пропыхтел он, оказавшись рядом.

– Прошу вас, милорды, идемте, – учтиво сказал слуга, и все трое продолжили путь. Утер показал Эдмунду кулак, но тот лишь отмахнулся. Наконец, пройдя через несколько коридоров и комнат, они оказались перед большой узорчатой дверью. За ней уже слышались веселый шум и музыка. Дверь распахнули, и в нос рыцарям ударила волна запахов. У обоих сразу потекли слюнки. Слуга махнул музыкантам, и те прекратили играть. – Его светлость, сэр Утер! – провозгласил он на весь зал и указал друзьям их места за королевским столом. Как только они их заняли, к ним немедленно подбежали служанки с блюдами, полными съестного. Перед Утером поставили большую сковороду с целым цыпленком и перловой кашей. Рядом оказалась здоровенная кружка медовухи.

– Ну, может я и не зря остался, – улыбнулся Утер, отрывая от цыпленка ножку.

Он откусил всего пару раз, как дверь снова отворилась, и слуга объявил:

– Его Величество, король Герберт! – в зал вошел король. На нем был тот же наряд, что и на первом пиру: корона, меховая накидка и темно красный камзол. Утер оценил, какой твердой походкой он шел, несмотря на то, что с ним приключилось. За ним следовали женщины – дочь и жена. Прежде чем сесть на трон, король подошел к Утеру, который едва успел отложить кусок цыпленка, и с удовольствием пожал ему руку. Когда королевская чета заняла свои места, Утер оказался сидящим рядом с королевой, которая ему сдержанно кивнула. Принцесса же сидела дальше всего. Столкнувшись взглядом с рыцарем, она как всегда покраснела и отвернулась.

– Смотри-ка, – вдруг шепнул Эдмунд, – по-моему, принцесса смотрит на меня.

– Да, похоже на то, – Утер не хотел разбивать мечтания юного друга и молча продолжил поглощать цыпленка.

Когда слуги убрали посуду, прежде чем принести новые угощения, король поднялся и хлопнул в ладоши. Музыканты снова прекратили играть, и пирующие притихли.

– Дорогие гости, я хочу объявить, что этот пир я устроил в честь замечательного человека. Победителя нашего турнира, моего спасителя, бравого рыцаря – сэра Утера! – Герберт повернулся к почетному гостю. – Поднимись, мой мальчик, хочу, чтобы все тобой полюбовались! – Утер нехотя приподнялся с места. Присутствующие, все как один, радостно захлопали.

– Мне очень приятно, Ваше Величество. Для меня было честью спасти вашу драгоценную жизнь, – сказал Утер и слегка поклонился.

– Хотелось бы, чтобы все в этом городе брали с тебя пример! – громко сказал король и добавил, – Завтра у всех вас будет возможность посоревноваться с сэром Утером! – Король еще раз хлопнул в ладоши и сел на трон. Утер облегченно опустился в кресло. Слуги уже успели поставить перед ним новое блюдо.

– Да уж, – хмыкнул Эдмунд. – Не думаю, что у кого-то будет шанс выиграть какой-нибудь конкурс, когда здесь ты.

– Вообще-то, я собирался уезжать, – проговорил Утер с набитым ртом.

– Как? – расстроенно протянул Эдмунд. – Но завтра будет продолжение фестиваля, он длится не один день. – Утер перестал жевать и недоверчиво посмотрел на Эдмунда: тот, словно заведенный, повторял ранее сказанное.

– Это я уже знаю, – сказал он. – Я тебе еще вчера сказал, что и так уже сильно задержался.

– Очень жаль, – грустно пробормотал Эдмунд и молча принялся за еду.

После пары смен блюд, Утер удовлетворенно откинулся на спинку кресла.

– Вот этого мне будет не хватать, – сказал он, сделав последний глоток смородиновой настойки.

– Утер, – Эдмунд дернул рыцаря за плечо. – Смотри, принцесса уходит.

– Не удивительно, – ответил тот. – Даже я уже объелся. Вот только не знаю, будет ли вежливо уйти, пока король здесь, – шепотом добавил он.

– Сэр Утер, – это был голос короля. Утер сменил выражение лица на учтивое и повернулся к нему. – Я хочу еще раз поблагодарить тебя, но утро вечера мудренее. Завтра будет большой день. Пожалуйста, не думай, что этот пир – моя единственная благодарность.

– Что вы, милорд, – ответил Утер, – мне не нужна никакая награда.

– Именно поэтому ты еще больше ее заслуживаешь, – парировал король. – Но об этом завтра. Сейчас пора отойти ко сну, – он поднялся, подал руку королеве, и они удалились.

– Как кстати, – сказал Утер, даже с некоторым удивлением. – Что ж, сэр Эдмунд, было приятно иметь с вами знакомство, – добавил он, поднимаясь с места.

– Все же, подумай о том, чтобы остаться, – сказал молодой рыцарь, пожимая ему руку. – Король очень расстроится, не найдя тебя завтра в городе.

– Я живу ради путешествий, – улыбаясь, ответил Утер. – Не могу усидеть на одном месте. Надеюсь, еще увидимся, – он ушел, а Эдмунд уселся доедать свинину.

В этот раз Утер отмахнулся от слуги и сам отправился в свои покои. Когда он добрался до комнаты, его снова поманил свежий ветерок, который дул со знакомой уже террасы, озаренной лунным светом. После секундного сомнения, он вновь зашагал к ней. Нос Утера стал улавливать богатый аромат, который складывался из множества отдельных, неповторимых запахов. Когда рыцарь вышел на площадку, она показалась ему еще красивее, чем в прошлый раз, вся усыпанная разными цветами. Звезды, казалось, еще ярче освещали равнину, вид на которую открывался отсюда. Полная луна будто бы улыбалась Утеру.

– Правда, красиво? – раздался знакомый голос, которого Утер, в общем-то, ждал.

– Не красивее, чем вы, миледи, – ответил рыцарь, подходя к принцессе, которую он с трудом разглядел среди густой, сочной листвы. – Сегодня на охоте вы показали мастерство, с которым не смогут сравниться многие здешние охотники.

– Но мое не сравнится с вашим, – Каролина искрящимися глазами смотрела на Утера. – Завтра отец устраивает турнир. Там вы сможете его проявить.

– Еще один турнир? – Утер искренне удивился.

– Да, в мою честь, – Каролина приблизилась к Утеру и положила ему на грудь руки. Мысль о турнире быстро улетучилась. Юная красота принцессы завораживала. Утер крепко взял ее за плечи и, прижав к себе, поцеловал. Поцелуй не продлился и пары мгновений – Каролина вырвалась из рук Утера и, засмеявшись, убежала.

– Что за ребячество, – пробормотал Утер, качая головой. Обескураженный, он направился в свои покои. – Турнир в честь принцессы. Но он говорил, что собирается меня как-то наградить, – размышлял он по пути. Его подсознание само сложило два и два и выдало ему ответ. – О, нет, – протянул он вслух. – Похоже, я действительно сильно здесь задержался! – Утер вбежал в комнату, быстро собрал походный мешок и быстрым шагом направился на улицу. Когда он проходил мимо стражей, те хотели было что-то сказать, но, увидев его жесткий взгляд, передумали.

Утер вышел в город. Звездное небо сияло фантастически ярко. Рыцарь даже на мгновение застыл, любуясь им. Придя в себя, он стал глядеть по сторонам, пытаясь понять, где конюшня. Но, несмотря на то, что ночь была очень светлая, город, казалось, изменился. Утер какое-то время блуждал по улицам, но конюшня не была незаметной постройкой, и, в конце концов, лошадиный храп и запах выдали ее местонахождение. Рыцарь толчком распахнул дверь. Внутри было темно, свет распространяла лишь одна масляная лампа. Лошади мерно похрапывали в стойлах, им вторил храп конюха, который лежал на груде соломы. Утер подошел к нему и слегка пнул ногой. Тот быстро проснулся и при виде грозного рыцаря вскочил на ноги, испуганно выпучив глаза.

– Милорд? – запинаясь, выдавил он, не понимая, в чем он виноват.

– Мне нужен мой конь, – сказал Утер. – Я заплатил тебе, чтобы с ним все было в порядке.

– Ваш конь, – конюх бормотал, ничего не соображая спросонья. – Милорд, простите, я не помню, какой конь ваш.

– А это помнишь? – Утер поднес к самому носу конюха сжатый кулак.

– Да-да, теперь вспомнил, милорд. Но, я его потерял.

– Потерял?! – Утер отвесил конюху оплеуху, и тот повалился обратно на солому, хватаясь за лицо. – То они тут как тут, то теряют, – злобно бормотал Утер, выхаживая взад-вперед по конюшне. –А, к черту! – воскликнул он и, выйдя на улицу, оглушительно свистнул.

К его удивлению, конь появился почти сразу. Он выбежал с соседней улицы так быстро, будто ждал, пока его, наконец, позовут. При виде Утера, он радостно заржал. Рыцарь вытащил из мешка яблоко и скормил скакуну.

– Вот так, молодец! – Утер разделял радость своего спутника. – Нам пора в путь.

Он запрыгнул в седло, и конь без команды поскакал по улице к выезду из города. Вскоре Радоград был позади. Издалека замок, высоко возвышавшийся над городом, казался еще более величественным в свете луны. Животное мчалось все быстрее, будто было радо, наконец, покинуть это странное место. Утера тоже переполняла радость. Он и сам не знал почему. Может, он радовался произошедшим событиям. Может – новым, которым еще предстоит произойти. Может, на него просто действовала природа: запахи свежей травы, теплый летний воздух, звездное небо над головой. Или он, правда, был рад оставить этот город? Утер последний раз оглянулся назад – Радоград уже был маленьким темным пятном. Вскоре солнце начало медленно выплывать из-за горизонта, освещая зеленеющие луга, оживляя все живое и благословляя путь рыцаря.

– Славный парень, – произнес король Герберт, сидя на своем троне. Он окинул взглядом зал. Его слова эхом отразились от старых, потрескавшихся и поросших лианами стен, и остались без ответа. Десятки скелетов, сидящих за столами, уже давно никому не могли ничего сказать.

Битва Любви

Утер устал после дальней дороги – уже давно ему не попадалось места, где можно было бы вкусно поесть и сносно переночевать. Конь разделял его усталость, двигаясь легкой трусцой, понурив голову. Однако, утреннее солнце уже начинало пригревать, пробуждая природу к жизни и ликование в сердцах путника и его верного четвероногого друга. Услышав пение птиц, конь встрепенулся и радостно заржал. Утер потрепал скакуна по загривку, и тот с энтузиазмом прибавил шагу. Похоже, он чувствовал скорый отдых. Рыцарь стряхнул сонливость и огляделся. Вокруг простиралась равнина. И слева, и справа от дороги можно было увидеть горизонт. Утер пригляделся. Впереди, до самого края, простирались желтеющие поля пшеницы.

– А ты прав, приятель, – рыцарь еще раз погладил коня, и тот воодушевленно пустился вскачь.

Вскоре впереди показался милый сердцу Утера вид: маленькие домики со струйками дыма; фермеры, работающие в полях; коровы, пасущиеся на лугу. Приметил он и стоявший у дороги двухэтажный каменный дом, из трубы которого валил толстый столп дыма. Наверняка, таверна. Душа Утера возрадовалась, а лицо просияло. Он знал, что здесь начинается новое приключение. Конь резонировал с настроением хозяина и с веселым ржаньем прибавлял ход.

Утеру пришлось приложить немалые усилия, чтобы остановить его, когда они поравнялись с таверной. У ворот уже ждал конюх. Рыцарь еще раз окинул взглядом округу. Ничего не скажешь – красота. Если бы не его постоянная жажда приключений, новых мест и встреч, возможно, он остановился бы в такой деревушке – может быть, в этой – и стал бы фермером.

Сзади, на дороге, послышался топот копыт. Утер оглянулся – по тракту мчался всадник. Острый взгляд Утера сразу приметил – это был рыцарь в новеньких, еще не тронутых боями, доспехах. Он стремительно приближался. Под ним был не самый мощный жеребец, но очень резвый. Не успел Утер опомниться, как наездник осадил коня рядом с ним, да так резко, что тот встал на дыбы. Рыцарь спрыгнул на землю и вручил поводья конюху.

– Напоите и накормите, – сказал он и бросил ему монету. Тот радостно поймал ее и повел животное в стойло. Утер, наконец, опомнился и тоже спешился. Однако, ему пришлось ждать, пока конюх вернется.

– Увы, сир, но в конюшне больше нет мест, – сказал он по возвращении. – Последнее занял тот господин.

Утер вскипел – негодяй пролез прямо перед его носом. Он едва сдержался от гнева и всучил конюху несколько монет.

– Ну, так найди место, – сказал рыцарь и передал тому поводья. Конюх опешил, но ничего не сказал и увел коня. Утер, переполненный злобой, толкнул дверь и вошел в таверну. Его обидчик был в нескольких шагах – он умывался, зачерпывая воду из лохани, стоявшей рядом с входом. Утер хотел было подойти к нему и выяснить отношения, но ему в нос резко ударили запахи жареного мяса, специй и меда. Он отбросил гнев и направился вглубь помещения. Народу было много. Большинство, судя по их виду, путники. Лица у многих были не фермерские, а откровенно бандитские. Утер усмотрел свободный стол и направился к нему. По пути он столкнулся взглядом с пышногрудой официанткой. Проходя мимо, она состроила ему глазки и лукаво улыбнулась. Утер остановился и обернулся, чтобы посмотреть ей вслед. – Здесь все такие прелестные, как ты? – спросил он, а та лишь бросила на него еще один хитрый взгляд и двинулась дальше. Утер проводил ее глазами и уже было сел за стол, вернее, хотел сесть – когда он повернулся, на скамье, как ни в чем не бывало, расположился его недавний обидчик. От удивления, Утер даже не успел разозлиться. – Это мое место, – воскликнул он.

– Здесь, вроде бы, не написано, что оно твое, – сказал незнакомый рыцарь, притворно оглядывая стол.

– Я собирался сюда сесть, – не унимался Утер. В нем снова начинал вскипать гнев.

– Когда я сюда садился, место было пусто. Значит, теперь оно мое, – не глядя на Утера, сказал рыцарь. – Еды мне, – крикнул он через плечо, – я очень тороплюсь.

Глаза Утера налились кровью, но рыцарь был прав, как бы ни неприятно это было признавать. Утер оглядел трактир. Ему не хотелось походить на тех, кого он сам минуту назад окидывал презрительным взглядом. Он заметил свободное место в темном углу и, проглотив злость, направился туда.

Вскоре милая официантка принесла ему баранины с баклажанами и медовухи. Вначале, конечно, обслужив ненавистного рыцаря. Но Утер чересчур устал и был слишком голоден, чтобы злиться дальше. Он принялся за еду, постепенно расслабился и забыл о незнакомце. Трапезу его прервал женский вскрик. Рыцарь поднял взгляд от тарелки. Та самая официантка, которая ему так понравилась, подвергалась пошлым нападкам со стороны группы отморозков, которых Утер заприметил сразу, как вошел в трактир. Сперва они бросали в ее сторону неприличные замечания, а когда она проходила мимо, один из них вовсе схватил ее и рывком посадил к себе на колени. Утер, не мешкая ни секунды, вскочил с места. Однако рядом с бандитами уже оказался рыцарь, который до этого два раза успел его разозлить.