- -
- 100%
- +
Часть 1. Необоснованный страх?
– Проклятье и тут не повезло…
Тихо протянул я, занимая место в самом конце очереди, уже выстроившееся к раздатчику питательной массы. Настроение у меня и так было по-настоящему паршивым, а слегка подслащенная жижа на завтрак обещала только усугубить ситуацию.
Да… каждый день здесь происходило одно и тоже, но именно сегодня я уже был готов лезть из-за этого на стену. Впрочем, если перестать ломать комедию перед самим собой и отбросить напускную решительность, то в этом не было абсолютно ничего удивительного. Ведь события развивались по худшему сценарию, который я мог вообразить.
День шестьдесят седьмой, а заодно сегодняшний или просто последний, вовсе не оказался для меня наилучшим. Даже несмотря на то что именно он ознаменовал окончание моего путешествия на этой старой развалюхе, которую по ошибке продолжали считать космическим кораблем.
Наоборот! Все накопившиеся переживания и сомнения, которые раньше просто трепали мои измотанные нервы, теперь вцепились прямо в беззащитную перед их нематериальной хваткой глотку.
Как же мне всё-таки не повезло! И это при том что все начиналось если и не хорошо, то хотя бы точно по моему плану.
Три года успешного профессионального переобучения, а также несколько курсов повышения квалификации и вот я уже трудоустроенный обладатель нескольких востребованных профессий.
Еще бы я отличался от всех вокруг и мог позволить оплатить обучение из собственного кармана. Тогда бы всё стало совсем хорошо.
Но нет. Я был абсолютно таким же, как миллиарды людей, всё так же безрадостно живущих на нашей «любимой» Земле. Потому пришлось полагаться на заемные средства, которые мне обеспечил долгосрочный трудовой контракт с «Преодоленными Горизонтами».
Так что не стоило удивляться в тот момент, когда мое уже подписанное назначение на перспективную добывающую станцию «Атхена» просто бросили в мусоросжигатель. А меня в срочном порядке перенаправили на освободившуюся в связи с гибелью предшественника должность.
И самым обидным сейчас ощущался тот факт, что поначалу я даже обрадовался! На новой, уже исследовательской станции, меня ждала свободная ставка, на должность которую можно было совмещать с основной работой. А это значило что я мог бы быстрее выплатить долг или при желании просто позволить себе жить заметно лучше.
Черт, да мне даже полагались дополнительные часы отдыха на станции и три дня оплачиваемого отпуска в дополнении к контрактной неделе! А так как их можно было брать отдельно, то при хороших отношениях с начальством они волшебным образом превращались из жалких трех дней во второй оплачиваемый перелет до места отдыха.
Но даже если бы начальству было бы на меня наплевать, то оставался бы неоплачиваемый перелет. Конечно с учетом висящих на мне долга и ограничения максимального срока отсутствия на станции, становилось не так весело. Однако, дополнительная ставка всё это по-прежнему перекрывала.
Естественно разобравшись в этой части контракта я не только обрадовался, но и искренне посчитал это удачей!
Так почему сейчас я жалел об этом назначении каждую секунду?! Неужели кучка уродов и пригоршня идиотов смогли настолько накрутить меня?!
Да… очевидно смогли. Ведь теперь я каждый день вспоминал как сначала столкнулся в коридоре со сплетничающей парочкой. Те двое как назло обсуждали подозрительные смерти на моей станции. И мало этого, я затем всё оставшееся до отлета время выслушивал истории о том, какое станция «Сверхдальний прыжок» гиблое место.
Ну и народ у нас пошел, если взрослым людям было больше нечем заняться, кроме как мучать новичка слухами и домыслами о его будущем месте работы!
Серьезно, ну как из трагичного факта о том, что на удаленной станции в течение длительного срока произошло целых восемь смертей, можно было сделать одновременно ужастик и теорию заговора?! А главное, на кой черт им вообще пришло в голову этим заниматься?!
– Сотрудник М-31.114, срочно займите место в транзитной капсуле номер шестьдесят семь! – неожиданно в наушнике, встроенном в моё ухо, прозвучал холодный голос управляющей полетами.
– Пф! И тут шестьдесят семь, – проворчал я, в добавок ко всему прочему оставаясь без завтрака, но зато на ходу придумывая способ подзаработать, – эй! Кому уступить место в очереди за монетку?!
– О! Я воспользуюсь предложением! – суетливо воскликнул низенький клерк из нового конца разросшейся очереди.
Кажется, это был тот «пиджак», который почти каждое утро жаловался на то что мог бы потратить время, которое вынужден простоять в очереди, на дела куда более интересные и прибыльные.
Ну… хотя бы кому-то сегодня повезло.
Ведь я пропустил его вперед, забрав себе мелкую и по достоинству, и по размеру монету. Металлический кружок отправился в один из множества карманов пока еще чистого и нового темно серого комбинезона, а я быстрым шагом последовал к капсулам.
И когда несколько коридоров с облезлыми декоративными панелями, а также лифт с вечно перегорающей лампой остались позади, то я наконец добрался до внешнего края корабля и увидел управляющую.
Строго одетая непривлекательная женщина средних лет придирчиво осматривала свои владения, явно не слишком довольная тем что ей пришлось посетить их ради единственного запуска. Не говоря уже о том, что пришлось поднимать весь обслуживающий персонал отсека, в целях точного следования протоколам безопасности.
– А вот и вы! Поторопитесь сотрудник М-31.114, мы здесь только вас и ждем.
– Да?! Ну может тогда будете так добры называть меня по имени, а не ровнять с капсульным грузом? – раздраженно ответил я, потому что прекрасно знал, что рядом с моим номером в скобки было заключено и имя.
– Ну если это заставит вас действовать расторопнее, то так тому и быть, – холодно произнесла женщина, после чего начала инструктаж, – Михаил Октябрьский, вы должны самостоятельно облачиться в мягкий скафандр и войти внутрь пересадочной капсулы. Там вы займете любое из двух пассажирских кресел, после чего один из моих помощников проверит и зафиксирует страховочную систему.
– Так-то лучше. А что насчет моих вещей? – успокоившись спросил я.
– Три запломбированных контейнера уже размещены в капсуле. Общая масса груза сорок семь целых и три десятых килограмма.
– Ага, похоже это мои. Ну а раз так, то не буду вас лишний раз задерживать. Показывайте скафандр!
Дважды повторять не пришлось и меня быстро проводили к шкафу с максимально облегченным и упрощенным скафандром нужного размера. После чего я довольно быстро облачился в него, как не раз делал во время учебы и наконец направился к капсуле.
А раз я был один, то мне полагался совсем небольшой двухместный транспорт, который позволял выбрасывать с корабля груз, не проводя сложных маневров торможения и разгона. Конечно, как и ожидалось, эта капсула была не только простой, но и довольно сильно устаревшей, но всё равно по сути беспилотной.
Нет, как и у всего в космосе, здесь несомненно была возможность вносить корректировки и даже по сути брать на себя ручное управление. Но если бы мне пришлось ею воспользоваться, то это бы означало что я уже попал в большие неприятности.
Однако, находясь во взвинченном настроении я только неприятностей и ждал. Потому застыл буквально в шаге от люка ведущего внутрь тесной капсулы, после чего принялся придирчиво осматривать её содержимое.
Да, места там было по минимуму и то что меня отправляли одного, говорило только о срочности всего этого мероприятия. Ведь в любом другом случае, со мной бы отправили не два контейнера корпоративной корреспонденции, а хотя бы пару центнеров побочных грузов.
Впрочем, как раз это меня мало касалось. Чего нельзя было сказать о системе страховочных ремней и приборной панели, которые я принялся тщательно осматривать.
– Ну и чего ты на них пялишься? – с усмешкой спросил бортинженер, после чего добавил, – ты сегодня полезная нагрузка, а не пилот. Так что забирайся и насчет техники не переживай. Мы эти капсулы второе десятилетие обслуживаем. Так что там внутри всё надежно, налажено и отлажено. Ручаюсь.
– Ладно, успокоили, – мужчина явно был убежден в своих словах и это придало мне уверенности, потому я быстро забрался внутрь.
За мной последовал и он, чтобы молниеносно приладить страховочную систему на её законное место и убраться из капсулы не прощаясь.
Сразу после этого люк надежно задраили и после пары минут предпусковой подготовки на одном из трех небольших дисплеев, расположившихся перед моими глазами, загорелись цифры обратного отсчета.
Тридцать, двадцать девять, двадцать восемь…
Так пол минуты прощелкали у меня перед глазами, после чего капсула была выброшена электромагнитной катапультой в разгонный тоннель. И только после него активировался максимально упрощенный элегический двигатель.
Однако, пока всё шло хорошо, технические подробности меня мало интересовали. Ведь намного интересней было вживую увидеть новую систему и саму станцию «Сверхдальний прыжок».
Ох… система во внутренней документации нашей корпорации известная только как ИЛВ-425-716 выглядела мрачной, но завораживающей.
Освящаемая красным гигантом, она была не лишена и других ярких объектов. Однако, их было слишком мало и окинув пространство невооруженным взглядом я посчитал его преимущественно темным.
Но было и два исключения. Стремительно приближающаяся планета с голубоватой атмосферой. И множественные огни еще совсем крошечной станции, которые на таком расстоянии для меня сливались в единый источник света.
Именно станция и приковывала мой взгляд до самой стыковки. Ведь все мои надежды и страхи были связанны именно с этим орбитальным сооружением. Местом моей работы и проживания на весьма долгий срок.
И стоит отметить, пока всё смотрелось довольно неплохо. Снаружи станция выглядела так, будто находилась в хорошем техническом состоянии.
Вытянувшаяся в обе стороны от собственного центра массы, постоянно вращающаяся светлая конструкция, кажется успешно несла свою службу.
А я увидел именно то что и хотел. Потому как-то сразу немного успокоился и посмеялся над своими недавними переживаниями. Ведь после всех россказней ожидал увидеть нечто скрипящее и скрежещущее. Притом прямо в космической пустоте!
Неудивительно что при таком состоянии станции и стыковка произошла без проблем. Так что я постепенно освободился от страховки и не спеша перепроверив показания приборов распахнул люк, после чего оказался в переходном помещении.
Впрочем, там я остался ненадолго. Лишь чтобы быстро вытащить контейнеры и избавился от скафандра.
А сразу после этого открыл очередной люк, который уже куда больше напоминал герметичную дверь и по-настоящему оказался внутри станции. Прямо перед молодой девушкой с планшетом и считывателем карт.
– А вот и наше пополнение! – весело улыбаясь, приветствовала меня короткостриженая брюнетка в светлом комбинезоне, – так, это конечно всё глупости… но прежде чем мы начнем нарушать протоколы, я должна убедиться, что к нам не прислали случайного человека. Пожалуйста приложите идентификационную карту к считывателю.
– Ха-ха, да… представляю, как «часто» в результате этой проверки выявляют нарушителей, – негромко рассмеявшись и окончательно сбросив с себя напряжение, я приложил к устройству всегда находящуюся под рукой карту, – ну что? Это меня там показывает или придется выйти обратно в космос?
– Михаил Октябрьский? Оставайтесь, похоже польза от вас будет. Вы ведь у нас бортинженер пятого разряда и значит доступ к самостоятельной работе имеете. О, а еще пилот третьего класса. Тут доступа к самостоятельной работе уже нет. Так что вы видимо еще и вторым пилотом в экипаже у Дениса будете. Довольно неплохо для нового сотрудника корпорации. Как это вы именно к нам попали? – с интересом разглядывая мое досье спросила девушка.
– А вы банальные комплименты любите? – вопрос был совершенно простодушным.
– Честно говоря не очень, – чуть порозовев произнесла девушка.
– Тогда никак не могу этого объяснить. Наверное, просто повезло…
– Хех, да вы у нас похоже бойкий мужчина. Наверное, вам не терпится и за работу приняться?
– А чего тут удивляться? Несколько месяцев проторчал на корабле где не развернуться, а до этого как вы подметили получал серьезное образование. Так что я сейчас с удовольствием делом займусь и заодно голову разгружу.
– Похвально, но не всё сразу. Для начала мне бы неплохо представиться и объяснить зачем я здесь, – быстро вернулась к делу моя собеседница, – меня зовут Майя. Вообще я младший научный сотрудник, но в наказание за общительность назначена своим руководителем еще и главой комитета по встрече гостей из открытого космоса.
– Так. Младший научный сотрудник… это мы получается с вами не совсем коллеги? – задумчиво спросил я, припоминая что с такой должностью девушка должна была работать в лаборатории.
– Верно. Можно сказать, что мы с вами соседи по станции. На внешних заданиях вы меня не увидите, да и проводку я тоже не буду вместе с вами чинить.
– Ну и славно. Зато надоедать друг другу не будем и оттого встречаться на станции будет повеселее.
– Довольно оптимистичный прогноз, – загадочно произнесла Майя, но не успел я ответить, как она снова вернулась к делу, – так вот. Как глава комитета по встрече, я должна вас поприветствовать. После чего проводить в вашу новую комнату и выдать там пару ценных пояснений. Только после этого мы пойдем знакомиться с начальником станции, затем вашим непосредственным начальником и наконец устроим экскурсию.
– Понял. Только со мной там три контейнера прибыло. Два с корпоративным грузом и один личный.
– Три, да? – задумчиво протянула девушка и набрала на планшете несколько команд, – буквально минуту надо подождать.
– Ага, – тут же согласился я.
И действительно, ровно спустя минуту из противоположного конца коридора вылетело три дрона средней грузоподъемности. Маленькие машинки с малошумными двигателями были конечно глупенькими, но со своей работой справлялись хорошо.
Нам только потребовалось уточнить какой контейнер куда нести. После чего они уже самостоятельно подхватили груз, снабженный совместимыми с их корпусами захватами и умчались в разные стороны.
– Смотрю они у вас в хорошем состоянии, – подметил я, глядя в след улетающим грузчикам.
– Еще бы! Дроны – любимые игрушки Эриха Юнга. Кстати, это я про нашего кладовщика заговорила, – тут же уточнила девушка, параллельно показывая за какой из машин нам следовать, – а он у нас перфекционист. Причем не до мозга костей, а на всю голову.
– Понятно. А дроны видимо в основном его задания и выполняют?
– Ну да. От нас зачастую только заявки нужны. Так что он как король своего маленького улья и потому заботится о нём соответственно.
– Даже не знаю хорошо это или плохо, но теперь точно буду дважды думать прежде чем заявку отправлять.
– Похоже суть вы быстро ухватываете, – сказала Майя и тихонько рассмеялась.
– Кстати, а раз уж мы сразу начали про коллег…
– Да я не сплетница! Правда! Просто речь про них зашла, – тут же смутилась девушка.
– Нет, нет. Ненужно мне сплетен. Просто хотел узнать с кем придется работать и много ли тут интересных людей. Хотя… вот про начальство можно и поподробнее, – на последних словах немного смутился уже я сам.
– Ну… начальство у нас разное. Но что касается начальника станции, то он из тех людей, которые всегда держат руку на пульсе и ценят трудолюбие, а также способность подчиненных быстро решать возникшие проблемы. Вроде просто так никогда не докапывается до экипажа. Единственное на премии скуповат, так тебе все скажут.
– Хм… вроде терпимо. Хотя последнее конечно печально, – цокнув языком сообщил я, после чего отвлекся на новый объект, – о! Да это же мой завтрак! Ничего еще сегодня не ел!
Такую реакцию у меня вызвал торговый автомат, стоящий посреди коридора. Точнее их было два, но один продавал только напитки и сейчас никакого интереса у меня не вызывал.
– Ну давайте тогда это исправим, а то у нас завтрак по расписанию два часа назад был. Уже неверное ничего не осталось, – сказав это девушка подошла к автомату и неожиданно прилипла к стеклу, – смотрите ка! А на этом уровне кислый мармелад еще остался!
– Кислый? Ага, «Змеи Амазонии», – прочитал я на этикетке и прикинув их размер добавил, – ну да, смотрю они его большими кусками нарубили. Так, а стоит он один глобал и такая монетка как раз при мне.
Сказав это, я нашел недавно полученную монету и забросил её в автомат, который немедленно выдал мне небольшую пачку сладостей. А стоило её открыть, как я тут же протянул сладость Майе, из вежливости.
– Угощайтесь.
– Спасибо, не откажусь. Кстати, мы уже почти пришли и вам стоит запомнить этот автомат. Считайте, что он стоит как раз у вашего порога.
– Понял.
После этого оставалось пройти совсем немного. И очень скоро мы оказались у небольшой комнаты, в которую Майя открыла дверь ключом-картой, которую тут же отдала мне.
– Это ваша новая комната. Здесь есть спальное и рабочее места, несколько шкафов, столов, стульев, а также умывальник. Санузлов и душевых у нас личных нет, но на станции их хватает чтобы этого особо не замечать.
– Понял. В принципе, за исключением последнего момента, всё как дома.
– Точно. Кстати, мы тут вроде всё убрали после предыдущего владельца, но если вдруг что-то еще найдется, то сообщите кому-нибудь из руководства, – заговорив об этом моя провожатая неминуемо помрачнела.
Да и кто бы не помрачнел?
– Да… всё понимаю. Если что-нибудь с чужими инициалами попадется, то немедленно сообщу. Кстати, предыдущего владельца же Диего звали? Я даже слышал, что он молодой совсем был и погиб как-то до обидного глупо. Вроде с техникой безопасности у шлюзов не совладал.
– Нет! То есть да, но не совсем. Диего и правда умудрился защиту отключить при работе со шлюзом. Умер ради того, чтобы ему за срыв сроков не влетело. Но это не его комната. Тут Вика жила пока не пропала.
– Чего? В смысле пропала?! – ошарашенно спросил я, после чего принялся расспрашивать девушку, – что это еще за новости? Я же когда вылетал тут полный штат был, не считая конечно погибшего бортинженера. Как вообще здесь можно было пропасть?
– Ох… дура я, дура. Всё испортила, – вздохнув и отведя глаза, с досадой выдала девушка.
– Так… что тут можно было испортить?! – на меня вновь напали долгое время копившиеся переживания, отчего вдруг стало особенно сложно не перейти на крик.
– Да я всё сейчас расскажу, только пожалуйста начальнику станции… нет, вообще никому об этом не рассказывайте.
– Ага, должна будешь. Мы же тут прогулы обсуждаем, – нервно ответил я, пусть услышав ответ и смог немного успокоиться.
– Да буду, буду, – легко согласилась девушка, не поняв сарказма, после чего наконец перешла к делу, – в общем тут у нас беда, а точнее серьезное ЧП. Несколько недель назад произошла серия аварий и сбоев, которая угробила кучу внутренних систем и датчиков, собранных в блок наблюдения и управления. И именно Вика в одиночку возилась с мелким ремонтом полетевших в результате этого систем, пока другая группа занималась основными неполадками. Тогда она и пропала.
– Еще раз… как это пропала?! Как можно человека на станции не найти?! Да и вообще причем тут я и почему мне именно её комнату выдали?
– Так я и говорю! Системы, которые должны были нам помогать накрылись, а все поиски оказались бесполезными. Потому она пока официально считается пропавшей. Естественно мы все после такого долгого отсутствия уже думаем, что она погибла. Наверное, нашла какую-то неполадку и на свою голову в одиночку залезла куда не следует. Но формально мы должны считать её пропавшей. Как минимум до того момента пока не перезапустим системы и не получим все данные.
– Кошмар. Нет, станция конечно большая и тут можно убиться так, чтобы тебя буквально испепелило. Но надеюсь даже если это случилось, то это будет последняя трагедия на борту.
– Я тоже надеюсь. Ну а говорить об этом было нельзя из-за того, что у нас тут народ откровенно на взводе. Люди уже всякую чушь сочиняют про станцию и некоторые даже начали думать, что тут убийца завелся.
– Ага… убийца. Очень смешно. Я один раз так задолбался проходить проверки у психолога, что с горяча высказался о том, чтобы его прибить за это издевательство. Так мы потом неделю этот вопрос прорабатывали чтобы мне допуск не понизили.
– Ну да, но одно дело у психолога сидеть, а другое на станции где уже случилось девять смертей. Наш младший технический персонал ведь и правда в тоннели по одному перестал ходить. И будто мало этого, люди уже про проклятья заговорили. Потому Алексей Геннадьевич хотел, чтобы совершенно новый для коллектива человек, который не охвачен всей этой паранойей и занялся системами. Мол, нормальный бортинженер всё наладит и проверит, а вы дураки тогда наконец успокоитесь. Но только мы с вами так разговорились, что я за языком не уследила. Ну а комната просто ближе к местному инженерному посту, – нервно улыбнувшись подытожила девушка.
– А ведь я должен был попасть на «Атхену». Уверен, там мне бы ни во что подобное влезать не пришлось, – с сожалением произнес я.
– Вы пожалуйста простите меня за то, что я вам всё так выдала… но теперь то вы в любом случае здесь. Так что пожалуйста помогите нам со всем разобраться и потом уже будем спокойно работать.
– Ладно, – успокоившись благодаря разумному подходу, который проявляла девушка, я и сам захотел с этим поскорее разобраться, – ни о чем болтать не буду и сделаю всё от себя зависящее чтобы навести порядок.
– Спасибо, – вздохнув с облегчением произнесла Майя, после чего спросила, – ну всё? К Алексею Геннадьевичу?
– Да. Похоже мне придется сегодня же приступить к работе.
Не успел я толком остановиться или хотя бы разобрать вещи, которые дрон оставил в специальном аналоге почтового ящика, а уже нужно было разбираться с чужими проблемами.
Хотя… как их можно было считать чужими, если эта станция должна была на годы стать моим домом?
Наверное, никак.
Потому я быстрым шагом преодолел расстояние, которое отделяло нас от кабинета начальника станции, а моя сопровождающая заранее предупредила его о визите. Благо всё пока было на этом уровне, который совмещал жилые и административные помещения. К чему еще добавлялся местный медицинский отсек, а также необходимый минимум технических помещений и часть стыковочных узлов.
Ну и раз никакой секретарь в списках экипажа не числился, то подойдя к двери мы просто заявили о себе, нажав на кнопку вызова и встав перед камерой. Сразу после чего дверь распахнулась, а я сделал несколько шагов в перед.
Таким образом оказавшись в скромном по размерам, но довольно изящно обставленном кабинете, в который даже доставили массивную деревянную мебель. Но это было только обрамлением, окружавшим хозяина помещения и в некотором смысле станции.
Полный, лысеющий мужчина в деловом костюме. Казалось бы, совсем обычный начальничек, но только с кибернетическим протезом-интерфейсом, установленным на месте правого глаза,
Однако, мне уже сказали про него несколько добрых слов. Потому моё первое впечатление не смазалось только из-за внешнего вида этого человека, а я бодро поприветствовал его, при этом почти искренне улыбнувшись.
– Здравствуйте Алексей Геннадьевич. Меня зовут Михаил Октябрьский и я рад сообщить о том, что ваш новый бортинженер прибыл. Более того, он свеж и бодр. А значит готов вступить в должность и незамедлительно приступить к работе.
– О! Здравствуйте Михаил! Вот это правильный настрой! – одобрительно произнес начальник станции поднимаясь и протягивая мне руку, – рад видеть такое рвение. У нас тут как раз довольно серьезные технические неполадки и такие люди нужны как никогда.
– Надеюсь ничего опасного? – ответив на рукопожатие, можно было начать задавать вопросы.
– Не для целостности станции или её персонала, но серьезно сбоят связь, системы и датчики. Впрочем, от этом вам лучше поговорить с главным бортинженером. Его команда уже не один день трудиться над решением проблемы. Так что он куда основательнее сможет ввести вас в курс дела.
– Хорошо. Мне нужно еще что-нибудь узнать о станции, людях, распорядке, происшествиях или ситуации? – а вот этот вопрос был задан уже со скрытым намерением понять то, насколько начальник будет со мной откровенен.
– Есть у нас на станции одна проблема, которая мешает считать ситуацию спокойной. Да и люди немного нервничают. Но как только вы закончите свою работу, то у нас появится важная информация. А точнее, те самые данные, благодаря которым мы сдвинемся с мертвой точки. Однако, у меня будет к вам личная просьба. Пожалуйста сосредоточьтесь на своем деле, а кроме того не отвлекайте другой персонал станции расспросами.