По ту сторону зеркала
- -
- 100%
- +
1789 год. Замок вблизи Эдинбурга.
Монотонный бой часов в гостиной гулким эхом пронесся по сырым, темным коридорам замка. Массивная дверь со скрипом открылась, и на пороге спальни появилась служанка, держа в руках кувшин с водой. Женщина в кровати открыла глаза, приподняла голову и медленно откинула в сторону тяжелое одеяло.
– Доброе утро мадам, – тихим голосом произнесла Джейн и раздвинула плотные портьеры. Темно-серые тучи закрывали небо до самого горизонта. Девушка вылила воду в чашу и ловкими привычными движениями разложила хозяйскую одежду.
– Хотя для бедного Уилла оно совсем не доброе, мадам… – продолжила служанка, взглянув на хозяйку. Вы снова плохо спали? – Сэр Джон уже отправился на охоту. Вы, наверное, слышали шум? Как же возможно спать, когда собаки подняли такой лай! … Конь сэра Джона заартачился, и хозяин отстегал его плеткой, и заодно попало кучеру Уильяму. Так что теперь он лежит на конюшне и не может подняться….
– Достаточно Джейн! – Леди Ева прервала поток словесных излияний служанки. – Лучше помоги мне одеться. Я позавтракаю здесь, а потом посмотрю, чем можно помочь бедному Уильяму. – Ева встала с постели и присела к туалетному столику. – Джейн, Сэр Джон пил виски сегодня?
– О да мадам. Старый Макензи два раза спускался в погреб. Так что, когда сэр Джон садился на коня, он еле держался на ногах, – продолжая рассказ, Джейн старательно расчесывала волосы хозяйки, спутанные после тяжелого, беспокойного сна. – Не удивительно, что Дугальд заупрямился. Лошади не любят пьяных. Они их на дух не переносят. Они даже могут сбросить наездника, и тот сломает себе ногу, или шею, – она замерла и многозначительно посмотрела хозяйку.
– Ты не должна так говорить, Джейн. Это грех! – Ева бросила испуганный взгляд на горничную. Джейн была единственной, кого леди Ева взяла с собой, когда после вынужденного замужества, ей пришлось покинуть родной дом. Служанка стала её союзницей и подругой в этой полной разочарований и унижений новой жизни. Гости редко посещали их замок. Даже соседи не спешили с визитами и приглашениями, зная тяжелый нрав хозяина и его невоздержанность в вине. По большей части Ева старалась уединиться и не вмешиваться в дела мужа. На что сэр Джон громогласно заявлял, что он женился на холодной рыбе и в ее жилах течет морская вода вместо крови.
– Ах, мадам, как же мне вас жалко. Ведь с таким мужем вы живете как в аду. И разве для этого ваша матушка вас растила такой умницей и красавицей. Ведь он вам даже ребеночка не может дать! Вот если бы вы овдовели, то тогда стали бы богатой молодой вдовой и смогли бы снова выйти замуж да по любви, – не унималась Джейн.
– По любви…. Я знаю о любви только из книг, которые прочитала в юности. А в этом мрачном замке ценят только фолианты об охоте и оружии. Вот если бы мне оказаться снова в родном доме…. – Ева тяжело вздохнула.
За окном послышался лай собак и цокот копыт по гравию аллеи.
– Хозяин вернулся! Цел и невредим дьявол! Да что ему сделается? Мадам, оставайтесь здесь, а я принесу вам завтрак.
– Нет Джейн, не уходи. Мне нужно одеться и спуститься вниз. Помоги мне, – руки женщины дрожали от страха. Служанка ловкими движениями стянула с нее ночную рубашку и в этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял сэр Джон. Его багровое лицо, исказилось маской гнева. Взлохмаченные ветром волосы были покрыты кусками прилипшей грязи. В одной руке он держал ружье, а в другой связку убитых куропаток. Джейн ринулась вперед и закрыла собой обнаженную хозяйку.
– О, извините мадам. Я как всегда не вовремя, – прогремел густой бас мужа. – Я лишь хотел узнать, почему меня не встретила у порога моя верная супруга? Ведь я привез вам отменный обед мадам! Или у вас снова разыгралась мигрень? – сэр Джон в ярости бросил птиц в жену, но промахнулся и куропатки угодили прямо в зеркало. Осколки разлетелись по всей комнате. Мужчина захохотал. – Надеюсь теперь, мадам вы будете меньше времени уделять своему туалету и обратите больше внимания на своего супруга, – он повернулся и вышел, громко хлопнув дверью.
– Это не к добру! – запричитала Джейн, оглядывая пол, усыпанный осколками. – Разбивать зеркала это плохая примета. – Она на цыпочках прошла по ковру и, прихватив приготовленное платье, помогла хозяйке одеться.
Через некоторое время в дверь спальни постучал дворецкий Макензи и сказал, что сэр Джон очень извиняется за утреннюю выходку и предлагает жене выбрать любое зеркало из тех, что лежат в хранилище на верхнем этаже замка.
***
Джейн шла впереди хозяйки, освещая узкий, сырой коридор, ведущий к верхним кладовым. Возле одной из дверей их поджидала старая прачка Марион. Завидев женщин, она сняла с пояса связку ключей и, отперев замок, толкнула дверь. В лицо пахнуло затхлым запахом сырости, крыс и мха. В комнате без окон в беспорядке стояла всякого рода старая мебель, укрытая от пыли грубой, серой материей. Леди Ева не решилась войти внутрь.
– Марион, найди здесь зеркало. Ты лучше знаешь, где тут что лежит. – Вмешалась Джейн. Прачка только покачала головой, взяла свечу и решительно вошла внутрь. Окинув взглядом комнату Марион, протиснулась между стульями и стянула пыльную тряпку с одного из предметов.
– Такое зеркало подойдет вам, мадам? – спросила прачка. Ева только кивнула в ответ. – Тогда, мадам, я распоряжусь, чтобы его привели в порядок и повесили в вашей спальне. – Джейн взяла хозяйку под локоть, и они быстро зашагали по коридору прочь от этого мрачного места.
Два последующих месяца прошли, на удивление спокойнее, чем обычно. Возможно, это было связано с тем, что сэр Джон часто уезжал в город, по причине, о которой он не хотел сообщать супруге. А та в свою очередь не проявляла никакого интереса к его отлучкам. Но внимательная Джейн стала замечать легкие изменения в настроении хозяйки. На смену грусти и унынию пришла тайная радость. Ева подолгу смотрела в окно, была рассеяна, а если бралась за вышивку, то часто путала нитки. Иногда она улыбалась и смущенно трогала свои губы кончиками пальцев.
– Да вы расцвели за последнее время, – осторожно намекнула Джейн однажды утром. – Неужели свершилось чудо, и вы носите под сердцем ребенка. Откройтесь своей верной Джейн, – она с надежной посмотрела в счастливое лицо хозяйки.
– Откуда такие мысли? Ты же знаешь, что мой супруг не может… иметь детей. Если бы мой отец знал, что не дождется внуков, он бы никогда не выдал бы меня замуж за этого деспота, – женщина поднялась с кровати и сладко потянулась.
– Мадам, рубашка, что на вас одета – порвана! – воскликнула Джейн. – Как же так?
Леди Ева медленно подошла к зеркалу. Ночное одеяние действительно было испорчено. Женщина стремительно подбежала к служанке и обняла за плечи.
– Джейн, милая, поклянись, что ты никому не скажешь! – зашептала она. – Даже если в твоих глазах, глазах бога, людей это будет смертный грех. Поклянись мне жизнью, что никому не скажешь?
– Бог с вами мадам. Что вы такое говорите? Да разве ваша верная Джейн предаст вас? Но о какой тайне вы говорите?
Ева отпустила служанку и присела на стул. Она перенеслась мыслями куда-то вдаль и внезапно покраснев, закрыла лицо руками.
– Если бы я не знала, что вы целыми днями сидите взаперти в замке, то сказала бы, что вы влюблены, – выпалила Джейн, глядя на нежный румянец, заливший лицо хозяйки. Ева взяла служанку за руки и притянула к себе поближе.
– Так и есть Джейн. Тише, молчи и слушай. Ты веришь в чудеса Джейн? То, что со мной случилось и есть сказка. Каждую ночь мне является мужчина. Он так хорош собой, а главное нежен и заботлив. В нем столько страсти, столько любви, Джейн! Если бы ты только знала, как я счастлива?!
– Но госпожа, как, же он к вам приходит? Никто не может пробраться в дом незамеченным. Да и собаки бы услышали и подняли шум.
– Джейн, ты меня не понимаешь? Только я могу его видеть и слышать… и касаться…
– Да как же такое может быть? – горничная начала уже всерьез беспокоиться за рассудок хозяйки. И хотя ее радовала перемена в настроении Евы, Джейн не могла поверить в призрачного мужчину. – А если сэр Джон узнает? Он придет в такую ярость, что нам всем не поздоровиться, – рассудительно заметила она.
– Обещаю мадам! Что мне с вами делать? – Джейн поднялась, прошла вглубь комнаты, чтобы застелить кровать. Ее острый глаз сразу подметил, что хозяйка провела эту ночь не одна.
– Ты права. Поэтому я и прошу тебя держать все в строжайшей тайне. Пообещай мне Джейн….
Часть первая
Глава 1
Наши дни
Теплый весенний ветер пробивался в комнату сквозь приоткрытое окно второго этажа, принося с собой нежный аромат первого цветения. Он надувал тонкое полотно штор, словно паруса и звал из дома прочь на улицу. Но Лера, хозяйка квартиры, оставалась равнодушной к обещаниям весны. Последние месяцы, возвращаясь с работы, и, оставив позади шум и суету большого города, она ощущала необъяснимое удовольствие, оставаясь одна в уютной тишине комнат. Мысль о том, что оказавшись дома, она закроет дверь и останется наедине со своими мыслями, своей тайной, согревала душу и вызывала невольную улыбку. Услужливый разум легко придумывал отговорки для всех, кто вторгался в спокойное течение ее жизни с предложениями, которые вынудили бы ее покинуть убежище. Полулежа на диване, укрывшись мягким пледом, она читала книгу, но чаще всего, погруженная в свои мысли, она просто лежала с закрытыми глазами. Уют домашней обстановки и изоляция давали ей чувство защищенности и покоя. Словно в детстве, крикнув «я в домике», можно было стать для всех неприкасаемой.
Телефон зажужжал на гладкой поверхности стола, словно гигантский рассерженный жук, перевернутый на спину. Лера досадливо поморщилась и отложила книгу. Она медленно поднялась, подошла к столу и посмотрела на дисплей: «Это Машка, придется ответить, иначе окончательно обидится». Она выбрала «ответить» и включила громкую связь.
– Привет затворница! Ты дома? Я знаю, что дома, – из трубки раздался громкий голос подруги.
– Да, привет. Дома, конечно.
– Слушай, Лер я здесь в пробке застряла, на мосту, так что у тебя есть время прыгнуть в ванну. Надеюсь, ты не забыла, сегодня открывается «Летний Дворик»? Мы, просто обязаны там быть. Господи! Мы еле ползем! Что молчишь? О, поехали! Скоро буду, пока …. – пошли гудки.
«Аллилуйя, сезон охоты официально открыт», – с усмешкой подумала Лера. Она подошла к зеркалу и вгляделась в свое отражение: «Крестная фея с ее палочкой была бы кстати…. Да… в таком виде и настроении, только, и осталось, что ехать на открытие. Может еще ленточку дадут перерезать», – Лера иронически улыбнулась своему отражению и слегка погладила лицо кончиками пальцев: «Зеленовато-серые глаза, бледная кожа, бесцветные ресницы, зато тонкий нос и пухлые губы! Родись я в эпоху Возрождения, могла бы стать моделью для художника…. Мне совершенно не хочется никуда идти. Но разве меня кто-то спросил? А может быть мне просто лень приводить себя в порядок?», – она сняла заколку, стягивающую русые волосы в тугой узел и встряхнула головой: «Вот встать бы под душ, да смыть с лица все несовершенства, как пыльный налет. Кстати, о душе! Раз уж это неизбежно, проще согласиться, чем выслушивать Машкины упреки». Она вздохнула и медленно побрела в ванную.
Примерно через час Лера открыла дверь подруге. Маша влетела в комнату, словно экзотическая птичка с ярким опереньем, неся за собой шлейф аромата цветочных духов. Длинные, блестящие, шоколадного цвета волосы волнами падали на открытые плечи, а яркие синие глаза сверкали озорным огнем на смуглом лице.
– Ты уже готова? Боже, как вкусно пахнет! Ты сварила кофе? Вот умница! Когда же ты успела? Лерка, признайся, как тебе удается привести себя в порядок за час? Как же я соскучилась по тебе и по твоему кофейку в турке! – Маша потянула Леру за руки и начала кружить по комнате.
– Машка, сядь и успокойся. Какой тебе еще кофе? Ты итак от возбужденья из платья выпрыгиваешь. А по поводу фасада, – Лера указала пальцем на макияж, – я бы на твоем месте управлялась за пятнадцать минут.
– Ладно, не ворчи. Я так по тебе соскучилась! Согласись, как только ты переехала в эту квартиру, мы почти не виделись. Чем ты занималась? Я понимаю, ремонт и прочее, но ведь три месяца прошло! Ты так здорово все обставила! Мне нравится твое гнездышко. А все-таки твоя бабуля мудро поступила, взяла да и подарила тебе квартирку в тихом центре! Жалко ее, конечно, старенькая была, а сколько ей было лет? Родственники позеленели от зависти?
– Еще бы! После того, как мама показала им завещание, они набросились на бабушкины вещи как голодные грифы. Все вывезли, кроме старого комода и зеркала, которое лежало прямо за ним. Но сначала простучали все углы, видимо надеялись тайник найти. Малоприятное было время.
– Слушай, а может она и вправду что-нибудь припрятала? Ты в комоде смотрела? А можно на зеркало взглянуть? Где оно висит? – и, не дожидаясь ответа, Маша вскочила с кресла и, шелестя шелковой юбкой, скользнула в спальню.
– Лерка…. боже мой! Да это же антиквариат! Ты только посмотри на оправу. Что это дерево или метал? Оно, конечно, потрескалось и пожелтело, но для настоящего ценителя старины – это просто сокровище! Хочешь его продать? У моей бухгалтерши, ну этой старой грымзы, Розы Моисеевны,… хотя, знаешь она и не грымза вовсе. Однажды после вечеринки…
– Так, Машка, стоп! Остановись. Ты вечно перескакиваешь с темы на тему, не дослушав и недоговорив. Успокойся, сделай глубокий вздох. Во-первых: зеркало не продается, равно как и комод. Они мне дороги как память, а во-вторых: пойдем, выпьем кофе и в путь.
По дороге в кафе Маша в подробностях поведала подруге о своем последнем романе, который закончился, как только она предложила своему парню познакомить ее с родителями. Потом она рассказала все последние новости с любовных фронтов коллег и общих знакомых. Так что к тому моменту, когда они вышли из Машиной машины, Лере показалось, что за полчаса она прослушала ускоренный курс лекций о том «как не надо строить отношения».
***
В кафе царило весеннее возбуждение. Призывно играла музыка, и почти все столики были заняты. Это было излюбленным местом сбора местной богемы. Актеры, журналисты, художники собирались здесь каждый теплый вечерок, дабы поделиться с собратьями по искусству своими достижениями или провалами. По традиции все это сопровождалось обильными возлияниями, песнями, смехом, иногда даже слезами. Нередкими гостями на этих праздниках полу-признанных талантов были «люди в пагонах». Общение с творческой элитой города смягчало из стальные сердца и приобщало к «прекрасному».
– Маша, а куда мы присядем? Ты резервировала столик? Я не собираюсь весь вечер торчать у барной стойки! – Лера остановилась в растерянности, оглядываясь по сторонам.
– Без паники! Я заказала нам столик в самом лучшем месте! Оттуда открывается чудесный вид на весь зал и… на всех потенциальных поклонников. Пошли!
Официант, молодой парень, слегка кивнул, указал девушкам на стол с табличкой «Зарезервировано» и, приняв заказ на напитки, стремительно удалился.
– Вот теперь можно расслабиться и послушать твои новости. Лера, не может быть, чтобы за три месяца с тобой ничего не случилось…
– О, да я живу двойной жизнью. По ночам я одеваюсь в латекс и бегаю по крышам, спасая город.
– Лерка, я долго ждала ответа на вопрос, почему ты от всех отгородилась, и шуточками от Марвел ты не отделаешься.
– Да у меня ничего «такого» не происходит, и нет никаких новостей! Просто мне нужно было побыть одной. Во всем разобраться. Много вопросов, а ответов нет.
– А я-то надеялась, что у тебя роман.
– Машка, вот скажи мне. Неужели все, что тебя интересует в жизни – это любовь?
– Конечно! Сейчас пока мы молоды, нам нужно найти свою вторую половинку. И никакая работа или хобби это не заменят. Возможно, лет через десять и я буду размышлять о смысле жизни. Но сейчас я жду и верю, что скоро встречу настоящую любовь, как в книгах или в кино. И ты, конечно, можешь лицемерно рассуждать о других ценностях, но я уверена, что ложась вечером в кровать, ты вздыхаешь о ком-нибудь. Признавайся! – Маша вопросительно посмотрела на подругу.
– Возможно, ты права. И для тебя в этом и состоит смысл жизни, но что потом? Семья, рутина, серые будни, дети, заботы? И все? Нет, это не для меня. Есть в мире что-то большее, что-то неуловимое пока. И чтобы во всем разобраться, мне нужна была изоляция.
– И как? Получилось? Ты знаешь, чего хочешь?
– Пока нет. Пойми меня правильно. Я не отрицаю, что взаимные чувства это важная составляющая счастья, но мне этого мало… Маш, это слишком серьезная тема для вечера в кафе. Давай поговорим о чем-нибудь другом.
Маша кивнула головой в знак согласия и сменила тему.
– Слушай, я тут на днях познакомилась с одной женщиной, Ольгой зовут. Она в турагентстве работает гидом. Я же тебе еще не говорила, что на ускоренный курс английского пошла, так она у нас преподает. Я Ольге про наше кафе рассказала, что мол обстановка здесь демократическая и цены приемлемые. Так что, ждите иностранных делегаций! – Маша мечтательно вздохнула и улыбнулась.
– Ага, вот одна, уже на подходе, – Лера взглядом указала на группу европейских туристов, стоящих возле бара и пытавшихся что-то втолковать официанту, не понимающему ни слово по-немецки. – Ну как, хочешь попрактиковаться в языке?
– Ты бываешь такой язвой Лерка. Вот так возьмешь и развеешь все мечты. Ты только посмотри на них! Тетки без макияжа, без прически, одеты в футболки и джинсы, а мужики…. Просто слов нет. Я в таком виде только мусор выношу, а они так все время ходят. Да чтобы приехать сюда, я целый час в ванне отмокала, потом еще час у зеркала, а еще весь гардероб перевернула….
– Маша, Маша, остановись. Дело вовсе не в одежде.
– А в чем, о мудрая моя?
– Дело в харизме. Вот представь себе, что сюда входит рослый, мускулистый, загорелый мужчина. Скажем, шотландец…
– Почему шотландец?
– Замолчи и слушай. У него атлетическая фигура, глаза цвета морской волны, темно-пепельные, коротко остриженные волосы, прямой римский нос, мягкая щетина на широких скулах,… открытая, озорная улыбка. У него загорелая кожа и сильные, большие руки, – Лера с любопытством посмотрела на подругу. Маша неотрывно смотрела в дверной проем. Довольная произведенным эффектом, Лера спросила: «Ну, представила?», – Маша, молча, закивала головой. – «Теперь скажи, ты бы отказалась с ним познакомиться, если бы на нем были рваные джинсы и мятая футболка? – Маша отрицательно покачала головой. – Я уверена, ты бы не возражала против его одежды, даже если бы он пришел в килте.
– В чем, прости? – подруга все еще смотрела на вход.
– Килт это шотландская юбка, эрудированная моя… О нет, он идет сюда.
– Кто, шотландец? – Маша оторвала взгляд от двери и закрутила головой в поисках воплощенной мечты.
– Да какой там шотландец. Он приближается с тыла. Не крути головой! – Лера откинулась на спинку кресла и отвела взгляд от приближающегося мужчины.
– Лерка, на кого он похож? Ты же его видишь, скажи!
– На Дэнни ДеВито!
– На кого? На Роберта де Ниро?
– Сейчас сама увидишь!
Незнакомец, наконец, подошел к их столику. Это был мужчина маленького роста, с лысеющей головой и маленькими ручками. Миндалевидные, темные глаза и крупный, крючковатый нос выдавали в нем уроженца Кавказа. Компенсируя свой маленький рост, он раскачивался с пяток на носки и раздувал свою грудь, напоминая важного индюка.
– Добрый вечер, дзевушки. Вижу, ви скучаете без мужского обшества. Давайте я куплю вам випить, и ми посидим вместе. Такие красавицы заслуживают самого лучшего! – было очевидно, что под словом «лучшего» он имел в виду себя, а не напитки. Наконец он перестал раскачиваться и замер в вопросительной позе.
Маша, осмотрела его с ног до головы, не скрывая своего разочарования.
– Хорошая речь, Наполеон! А теперь, возвращайтесь к своей Жозефине!
«Наполеон» видимо не ожидал такого отпора, он нахмурил брови, качнулся еще раз и с видом оскорбленного достоинства удалился, бросив напоследок: «Такая красивая и такая грубая»
– Ну, браво, Маша. Ты так его отшила, что мне его даже жалко, – Лера сочувственно посмотрела ему в след, сдерживая смех.
– Лерка, да, возможно это было по-хамски, но ты не представляешь, что я почувствовала. Ты сидишь и описываешь мне мужчину моей мечты. Я так увлеклась, что почти почувствовала его физически, и вдруг такое …. разочарование, – Маша тяжело вздохнула. – Все! Вечер окончательно испорчен….. А кстати, где ты видела этого шотландца? Ты так его описала, как будто вы знакомы. Это актер? … На сайте знакомств? …. Ты что познакомилась с «таким»?
– И да, и нет. Я расскажу тебе все, только не здесь. Если хочешь, после кафе поедем ко мне? – Лера посмотрела на подругу. От разочарования не осталось и следа. В глазах светилось любопытство и нетерпение услышать романтическую историю. – Ах, Маша, вот за это я тебя и люблю. Ты неисправимая оптимистка и через минуту уже забыла все огорчения. Ну что, поедешь ко мне после мероприятия? – Лера вопросительно подняла бровь.
– Еще спрашиваешь?! А говорила, что ничего не происходит. Только давай подольше посидим, а то, вдруг придет «шотландец», а нас нет! – Маша лукаво подмигнула.
Время пролетело быстро. К столику подходили старые знакомые, здоровались, иногда подсаживались поговорить. Голоса становились все громче пропорционально выпитому спиртному. Когда, наконец, девушки остались одни за столиком, Маша придвинула стул ближе к подруге и зашептала ей в ухо:
– Лера, я кое-что заметила. Там в углу сидит одна особа, тучная такая. У нее черные, длинные волосы и такой странный взгляд. Я заметила, что она весь вечер на тебя пялится.
– А чего ты шепчешь? Если она сидит в углу, то уж точно нас не услышит, даже если ты будешь кричать, – Лера немного отодвинулась от подруги.
– Ты не понимаешь. Она так смотрит! Мне кажется, что она меня слышит. О, она встает из-за стола, идет сюда, – Маша инстинктивно отвернулась и стала рыться в своей сумочке.
Лера повернула голову и посмотрела на приближающуюся женщину. Та действительно была очень полной, но двигалась плавно и с достоинством. Она походила на добротный корабль, который ловко лавирует между столиками, как между скалами. Незнакомка остановилась возле девушек и посмотрела на Машу.
– Вы видимо, удивлены моим появлением. Не пугайтесь, я не отниму у вас много времени. То, что я скажу, касается только вас, – и она перевела взгляд на Леру. – Милая девушка, запомните то, что я вам сейчас скажу. Дайте мне вашу руку, – Лера, как под гипнозом выполнила приказ незнакомки. Женщина вложила в ладонь что-то белое и накрыла своей пухлой рукой.
– Вы найдете бездомное животное. Вы должны забрать его себе. Второе – Вы найдете в своем доме вещь, очень ценную. Не показывайте и не рассказывайте о ней никому. И последнее, вы уникальны тем, что у вас будет выбор, который предоставляется лишь единицам. Ваша судьба еще не определена. Когда появятся вопросы, позвоните мне, – с этими словами женщина повернулась, собираясь уходить. Но потом, видимо передумала, обернулась и посмотрела на Машу. – А вам милая девушка я посоветую не упустить своего счастья, если вы его так сильно жаждете! – наконец, «корабль» развернулся и поплыл по залу, взяв курс на выход.
Девушки замерли в оцепенении от всего сказанного. Первой очнулась Маша.
– Ну, все с меня хватит на сегодня. Поехали к тебе. Эй! – Маша поманила молодого парня в униформе, – счет, пожалуйста, и скоренько, мы торопимся. – Официант быстро удалился. – А что она тебе дала? – Маша разжала кулак Леры и взяла в руки загадочный предмет. – Да это ее визитка. Экстрасенс и Магистр белой Магии Лиллиана Меркулова. Это многое объясняет. Сейчас заедем в магазин. Мне нужно срочно выпить, меня уже тошнит от соков. Как насчет Шампанского? Да очнись ты!
Лера, наконец, пришла в себя.
– Да, ты права нам стоит выпить!
Глава 2
Подъехав к дому, девушки оставили машину под окнами и поднялись в квартиру. Обе почувствовали облегчение, сбросив обувь и плюхнувшись в мягкие, удобные кресла.
– Вот это был вечерок! А Лера! Что скажешь? Самый привлекательный мужчина, которого я видела за последние три часа это тот незабываемый грязный и небритый, как ты там его назвала? А вспомнила – «харизматичный шотландец». Так и вижу его, стоящего в дверном проеме в клетчатой, красной юбке. Может быть, дадим ему имя?
Лера внимательно посмотрела на подругу:
– Знаешь Маш, я тебе все расскажу, но ты должна заранее пообещать мне, что не сочтешь меня сумасшедшей. Сейчас схожу за бокалами, а ты пока открой шампанское, – Лера ушла на кухню. Она достала два фужера, нарезала фрукты и вернулась с этим в комнату. Маша полулежала в кресле с закрытыми глазами. На столе стояла все еще запечатанная бутылка.