Книга Четырехлистного Клевера. Битва при Меже на Разломленном Поле

I

И пришли эти воины с севера. И принесли с собой кровь и запах смердящей рыбы. И не было меж них ни одного, кто бы не был искусен в битве.

Земли их были богаты, но короли их погрязли в алчности и распрях, и стало им мало земли, и мало коров в их стадах, и мало стало золота. Разжигала их сердца вражда и грозила гибелью их народам.

И тогда старший из них по имени Медведь стал, опершись о стены под сводами своей высокой башни и долго смотрел на Восток, сам тем временем был объят тяжкой думой.

Три зари он стоял так, не двинувшись с места, не сводя глаз с водной глади. И на третьей заре увидал вдалеке неизвестную землю. Радость проникла во мрачное сердце короля королей тех земель.

Пир учинил ввечеру, к себе всех призвал королей. Меду в тот вечер немало опрокинуто было, сладкого, словно объятия женщины милой. Развеселились сердца, и тогда лишь Медведь сказал главное слово.

Им рассказал о видении третьей зари и предложил позабыть все былые печали, выдвинуть снова союзно свои корабли и завладеть неизвестной землей, что явилась в виденьи, тем разрешив междубратские распри, что они затевали, воюя друг с другом от века.

Молча его речь встречали могучие воины, испытанные во многих битвах. Самый юный из них, Ирбизом Легким прозванный, смел поперек слово молвить. Был он не только умелец с копьем в обращеньи. Тем он прославился, что черпал мудрости в книгах.

– Полно вам, братья, поделим владения наши мы миром, останемся дома. Знаю я, слышал, о чудном восточном виденьи. То лишь… Лишь облако, отраженное в зеркале водной глади. Полно вам!

То утаил лишь одно Ирбиз Легкий, что это виденье гибель сулит роду их, славных семи королей. Было пророчество в книгах, гласящее так: распри пойдут между древних родов семи королей, и, если миром они не поделят всё злато и власть, прахом полягут к ногам неизвестных народов.

Стали тут спорить они меж собою. А были тут все: Медведь Сребробородый, сын Элвы и Грома, Ирбиз Легкий, что славный умелец во многих искусствах: и музыкант, и сказитель, и знающий законы, и Зверь Лютый, известный тем, что вскормила его волчица, и Рысь Хитроумный, которому ведомы все пути тайные и ходы подземные, и Черный Ворон, известный целитель, знающий темные дивные заклятья и держащий при себе «воина из-под камня»1, и поэтому многим золотом облаченный, ибо ведомо, что тот «воин из кости на костях костями погоняющий» не знает пощады, но только золото может его отпугнуть, был Соловей между них, искусный в пениях и стихах, тем знаменитый, что мог он любую бурю на море игрой своей на арфе успокоить, был Горностай Разящий, прославившийся тем, что любого может нагнать, уходящего из битвы, и никому нет пощады от Горностая.

Полночь уж грянула. В небе Луна молодая спорящих королей застала за пиром в покоях. Час приближался уже, когда меняются одеждами день и ночь, и, по старому поверью, надобно было решить этот спор. Если ж не кончить его, горем слова обернутся несогласные, застрявшие между складок рубах двух Братьев Великих2.

Так порешили: собрать быстроходный и легкий корабль, каждый пусть из семи королей в него вложит свою долю: даст человека и жертву. Пусть он уйдет одинокий к Востоку, вести оттуда потом принесет: есть ли земли в краях тех.

Пусть не боится ни Грома, ни Молний на море, Соловей его снабдит заклинаньем искусным, пусть не боится он стрел и камней из пращи, имя ему нарекут по славному городу владений семи королей. Да не коснутся его ни словами, ни чарами духи, – так повелел Ворон. Щепоть земли королей в дубовой шкатулке будет его охранять, драгоценным увитой металлом.

Строго курс на Восток держал тот корабль. Трижды три девять ночей глядел вдаль Гарон на вышке. И только увидел он вдалеке неизвестную землю, как был он свержен с высокой мачты и канул в клокочущем море, так не успев никому возвестить, что искомое близко.

Однако, Ворона темная сила не покидала корабль и скоро призвала черную деву удачи, та показала матросами вдали скрывающийся остров. Радостно те повернули корабль в сторону тверди. Вдруг налетел сильный ветер, в бок корабля ударяя: тросы порвались, швыряло корабль, как щепку, все паруса как взбесились. В спину затем он толкнул – носом посудина вдруг понеслась прямо в скалы у брега, рискуя в щепки разбиться.

Ловкость Ордына смогла уберечь от погибели. Тот смог собрать все веревки и стали послушны слову его, словно змеи в далекой Индии. Так усмирил паруса он. Руль повернули и боком зашли они в бухту.

Каждый думал одно: не хочет их берег принять. Смерти желает странникам, чуя их замыслы злые.

– Что ж, – говорили они меж собою. – Однако, берег ведь найден, хотя и неласков был с нами. Нужно теперь возвестить семи королям нам об этом. И подготовить к приему сей остров, чтобы к прибытию их был благосклонен к семи королям.

Прибыли также с другими людьми и жертвы. Девы прекрасные телом и голосом прибыли с ними: косы златые завязаны в кольца тугие, косы по-своему каждая заплетены. И запылали на бреге костры. Ровно семь их. Жертвы взошли и покорно сгорели, не выпустив стона, чтоб королям был бы мир обеспечен в прибытьи.

Жертву восьмую готовили корабельники позже. Ловкого Ордына, сумевшего усмирить берег, тут же решили оставить, чтоб дух его звал к себе родичей и смог показать, где именно эта земля, что прячется с глаз семи королей.

Славно, нарядно одет и изящно накормлен, Ордын стоял меж друзьями и с ними прощался. Сзади накинули петлю шелковую на шею ему и стали тянуть. Долго тянули, пока он не стал задыхаться. И только тогда ослабили путы. В печень, и в почки, и в ноги удары ножом получил он. Хлынула кровь, но еще жив был Ордын. И только когда стало глаза заволакивать смерти туманом, следовал мощный удар, расколовший череп надвое.

После всего горячее сердце Ордына из тела извергли и положили с собою в дубовую бочку. Тело остывшее тут же под самой скалой закопали, место отметив камнями, сложенными в четыре ряда. С тех пор зовется та бухта – Бухтой Ордына.

Сердце с собой погрузив на корабль, к дому отплыли. В следующий раз оно приведет корабли к этой бухте, где тело родное зарыто.

Славно был встречен военный корабль быстроходный семью королями.

Быстро надув паруса, все они кинулись в море. Но перед выходом, каждый ответ свой держал перед главным, Медведем:

– Что ты, – он вопрошал, – Ирбиз Легкий, сделать готов для нашей поездки удачной?

– Я, – отвечал он, – раз уж не смог остановить давно реченное слово о нашей погибели, буду славные песни слагать и вдохновлять стану к битве воинов наших! Чтоб дух их был тверд, чтоб они ни за что не свернули!

– Ты же, Зверь Лютый, – другого Медведь вопрошал. – Что ты для нашего общего сделаешь дела?

– Я призову лучших воинов, сам между ними встану как равный. А впереди себя выдвину кости устрашающие древнего воина, если позволит то Ворон. Известно ведь, нет никому на этом свете пощады от оружия его!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

«Воин из-под камня» – имеется ввиду некогда славный воин, потомок тех, кто населял Землю задолго до прихода людей. Воин обрел смерть в нечестном бою с кланом брата, пожелавшего занять его место, заманившего его к себе в шатер и усыпившего сладким пением своей прекрасной жены. В момент сна брат отрубил голову могучему воину, а тело спрятал в груде камней на вершине горы, на голых скалах, поэтому Земля не могла воскресить могучего воина. Однако, до конца убить его также было нельзя. Он продолжил жить после смерти. Но теперь его силу питала ненависть и жажда мщения. По зову человека, однажды получившего в дар от чародеев серьгу из его уха воина (волшебный талисман, позволяющий владельцу распознать заговоры и расслышать любые движения, сулящие гибелью) воин из-под камня обязан творить его волю и повиноваться, покуда тот защищен золотом. Воин из-под камня представляет собой страшное зрелище – скелет, обтянутый жилами без мяса верхом на таком же скелете лошади. В правой руке «воина из-под камня» – копье, в другой – голова со светящимися алым огнем глазами, обвисшей гниющей кожей. Погоняет свою лошадь воин человеческим позвоночником. Каждый месяц на восходе луны старый кнут-позвоночник изнашивается, и воин вынужден добывать себе новый. Черный шелковый плащ прекрасно скрывает «воина из-под камня» в ночи. Пользуясь этим, он близко подходит к жилищам людей. В лунные ночи, плащ отливает золотом Луны и манит к себе одиноких путников, которым кажется, что они идут к горящему во тьме костру. В безлунные ночи «воин из-под камня» легко похищает жертву, пользуясь тьмой. Ни за какими воротами невозможно спрятаться от «воина из-по камня», все они, по волшебству, раскрываются перед ним, ни на чем не скрыться от него – поступь лошади воина так быстра, что трава от скорости загорается огнем.

2

По поверью семи королей существуют два великих брата. И оба они влюблены в одну и ту же красавицу Землю. Братья решили однажды биться между собой за право обладать Землей. Бились они семь лет, и копья на древках стали тупиться, и мечи зазубрились. И спор их рассудило Великое Море: «Вы же похожи один на другой, близнецы вы по духу и крови, словно две капли моей соленой воды неотличны. Сделайте ж так: поделите добычу по-братски. Ночью в самый темный час пусть один наденет одежды светлые, второй – одежды темные. И приходите к Земле под одним именем – День. И будут Дни на Земле похожи один на другой, как и вы меж собою. И овладевайте по очереди». Считается, что споры затянувшиеся после самого темного часа- 3 часа ночи – путаются между складок одежды переодевающихся братьев и несут путаницу в мир, нарушая его порядок, что грозит хаосами и стихийными бедствиями.