- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1. Рафаэль
Сначала я думал мне померещилось. Но нет…
Мелкая девчонка в драной джинсовой бейсболке и безразмерной толстовке залезла в мою машину, умело справившись с сигнализацией и замком и перевернула бардачок вверх дном. Порылась за козырьками от солнца и пошныряла руками под сиденьями.
Я оглядел своих парней, которые стояли в метрах двух от могилы моей покойной жены, и они без слов поняли, что я запретил им двигаться с места.
Коснувшись белоснежной надгробной плиты, я сунул руки в карманы брюк и неспеша поплелся по пожелтевшему газону прямиком к дороге, где был припаркован мой новенький Рендж Ровер. О спортивном фиолетовом Додже пришлось забыть и на некоторое время загнать его в темный гараж одного старого друга.
– Эй! – присвистнул я, подходя ближе и ближе.
Девчонка не прекратила наводить шорох в салоне. Я оценил ее ноги в рваных сетчатых колготках и усмехнулся лениво, хотя сегодня не повод для веселья.
– Хеллоу май френд, – я оперся локтем на открытую дверь, и кнопка подскочила. Села ровно на водительском сиденье. До одури округлила нефритовые глаза и маленький ротик.
В следующее мгновение она зарядился пяткой мне в бедро. Я дернулся и тут же обхватил ее за щиколотку. Пигалица взревела оглушительно и второй ногой попыталась мне врезать. Я и ее обезвредил. Сильно потянул на себя, и воровка шлепнулась задницей на холодную землю. Коротенькая черная юбка задралась до талии. Воу, какой божественный вид на миленькие розовые трусики в белый горошек.
Даже мои племяшки такие не носили. А им сейчас девять и семь.
– Придурок! Я из–за тебя копчик отбила! – заорала мелочь вместо того, чтобы побеспокоиться о том, что я с ней сделаю дальше. Попробовала дернуться. Конечно же, потерпела фиаско. Я крепко ее удерживал. Ради прикола, слегка развел ее стройные ножки. Видок отменный. Такой точно способен довести до ручки. Я про мастурбацию.
– Радуйся, что башку не проломила, – встряхнул ее несильно и она впечаталась затылком в порожек моей тачки.
– Сука! Да отпусти меня уже! – острые коленки подались вверх, а сама она выгнулась дугой. Я обернулся. Парни наблюдали за нами, сохраняя привычные каменные рожи. Издалека, могила Иванны казалась светлым островком среди мрачных осенних туч и столетних деревьев с рыжими кронами.
– Да пожалуйста, – убрал руки, отошел на шаг, – ты все равно никуда не убежишь.
Малявка шустро подскочила, потерла ладошкой ушибленный зад и голову. Бейсболка наползла на лоб, выпуская на волю водопад густых русых волос. Локоны укрыли ее узкие плечи и грудь необъяснимого размера. Под такими шмотками ничего толком не распознаешь. Даже моим рентгеновским зрением.
– Вызовешь ментов? – покосилась на меня смело. Сморщила прямой носик с россыпью золотых веснушек.
– Ты знаешь кто я, мисс Шаловливые пальчики?
– Я не обязана знать всех в этом чертовом городе, – буркнула грозно и снова потерла местечко ушиба.
Я на секунду поднял взгляд в серое небо. Что мне с ней сделать?
– Ариведерчи, красавчик, – намылилась свалить, – спасибо за денежку.
Махнула веером из пятитысячных купюр, которые хранились в бардачке в плотном желтом конверте и сунула их за пазуху. Эта наличка – зарплата тем, кто не имел возможности оформить счет в банке и, следовательно, получить пластиковую карточку.
Но меня торкнуло не от этого. Деньги для меня не проблема. Поэтому я отношусь к ним халатно. Ее манера игриво говорить, и завышенная храбрость вот, что однозначно меня удивило. Ни одна тварь в Бориславле не переходила мне тропинку. И тут приплыли. Какая–то стерва в потрёпанных шмотках, решила меня обнести и съебаться.
Не на того нарвалась, крошка.
Я успел догнать ее у капота Ровера, скрутить и нагнуть так, что мой «друг» ровненько пристроился к ее промежности.
– Отвали! – выругалась сквозь зубы и «лизнула» щекой ледяной металл. – У тебя же полно бабок, жалко, что ли парочки тысяч?!
– У тебя в сиськах сто косарей, – прорычал ей на ухо и одной рукой сцепил ее хрупкие запястья, – ты даже не представляешь, что я с тобой проверну за такую наглость, как…
– Пошел ты!
Опять рискнула всполошиться. Рискнула отпихнуть меня локтями. Я шлепнул ее по ягодице, и она оцепенела. Губы странно задрожали. Будто сейчас разревется навзрыд. Интересно. Я бы поглядел на этот спектакль.
– Хуёвая из тебя воришка. Если уж решила обокрасть меня, надо было продумать план от и до. А не вскрывать мою тачку тогда, когда я навещаю жену в годовщину ее смерти.
Молчание.
Ни дыхания. Ни всхлипов.
Я наклонился и услышал тихое бормотание. Некоторые слова было совсем не разобрать. Но я расшифровал одно предложение: я должна спасти брата. Она повторяла его без остановки. По замкнутому кругу.
– Так, – выпрямился и потянул ее за собой, – сменим позу.
Крутанул ее и пихнул в живот. Пигалица плюхнулась спиной на капот и громко икнула. Видимо, от страха. Я умел производить неизгладимое пугающее впечатление. Особенно в те дни, когда в душе бардак и зияющая пустота.
– Пожалуйста, – утерла нос тыльной стороной ладони. Он уже был ярко красный от мороза.
– Деньги, – я щелкнул пальцами.
Она пошуршала за горловиной толстовки и вынула бумажный комок. Почти с щемящим сердцем вернула мне их и мгновенно спрятала руки в длинных рукавах.
Я на вскидку посчитал сумму и спрятал всю пачку во внутреннем кармане пиджака.
– А теперь поговорим, – прищурился. Девчонка поправила бейсболку, затолкав под джинсовую ткань русые непослушные пряди. Без них она вновь превратилась в мальчишку. Реальный Карлитос. Так и буду ее называть.
– Убьешь меня, да?
Сфокусировала на мне свои чертовы нефритовые глаза. На меня цунами хлынуло. В грудине кольнуло.
– Могу и убить, – провел рукой по поясу, показывая пистолет за ремнем. Ее личико побелело, – но…кажется, я придумал для тебя более заманчивую альтернативу.
– И какая же? Хочешь, чтобы я отсосала тебе или что посерьезнее?
Тряслась от ужаса и все равно огрызалась. Что–то новенькое.
Я приблизился. Между нами, не осталось свободного пространства.
При скрупулёзном рассмотрении я заметил крошечные рыжие искры, рассыпанные хаотично по всей зеленой радужке.
– Ну, чё молчишь? Не нравлюсь? Не завожу? – скользнула языком по верхней губе и чуть отклонилась. Ей не шла роль уличной шлюхи. Не вязалась с тем образом, что я уже раскусил, прожевал и выплюнул.
– Будешь работать на меня.
Отрезал, не отмеряя ни сантиметра.
– Чего?! – выровняла осанку, зрачки блеснули огнем.
Я схватил ее за козырек чертовой бейсболки, повернул его назад, нагнулся и уперся кулаками в капот Ровера.
– Ты испортила мне памятный денёк, Карлитос и я в одном шаге от того, чтобы кинуть тебя на растерзание своим парням, – кивнул вбок. Она немедленно уставилась на толпу голодных гиен, стоящих в тени дуба, рядом с ухоженной могилой, усыпанной цветами, – их ты вполне устроишь. Они не особо избирательные в тёлках.
– Иди к черту! – что есть мочи толкнула меня и понеслась к пригорку, за которым находились фамильные склепы.
Я сел за руль Ровера, махнул парням, чтоб ехали следом за мной. Подскочивший в крови адреналин напомнил мне о том, каким я был десять лет назад. Как гонял по улицам, кувыркался с тёлками в лучших отелях и наслаждался жизнью, не думая о будущем.
В окне мелькнула фигурка Карлитос. Она прошмыгнула в один из погребальных «домиков» и прикрыла дверь.
Я заглушил двигатель, вылез наружу и уверенно зашагал к той, которая всего за несколько минут выбесила меня до предела.
Пнув серое полотно, я попал в «гостиничный номер» со спальным местом, столиком, некогда являющимся пивным ящиком и светильником в виде усталого медведя. Косолапый лежал на животе и освещал небольшое помещение с именными табличками.
– А–а–а–а! – Карлитос ударила меня пустой бутылкой из–под вина и отпрыгнула, словно подошвы ее ботинок оснащены двумя пружинами.
ГЛАВА 2.
— Вот же…Карлитос!!! – рявкнул придурок и отбил мою атаку. Точнее, перехватил бутылку и выбросил ее наружу, метнув над головой.
Что за Карлитос? Я ему кто, Милагрос Эспозито из «Дикого ангела»?
– Иди сюда!!! – скомандовал так, будто я одна из его доберманов. Не сомневаюсь, что они у него имеются. Такие типы подчеркивали ими свою власть и доминирование.
Тупая позиция. Под стать ее обладателю.
Я опрометчиво бросилась в противоположный угол склепа, нащупала в кармане толстовки что–то вроде заточки и крепко сжала в руке. Пока этот качок в дорогом костюмчике и с золотыми запонками приближался ко мне, я молилась своему невидимому покровителю: счастливому случаю.
Именно он помог мне сбежать из родного захолустья и осесть здесь, в городе больших надежд и хрустальных мечт. Пускай пока, я толком ничего хорошего и не увидела. Только парочку врагов нажила. Ох…
Биг босс окончательно загнал меня в капкан и упер в стену две огромные ручищи. Я очутилась между ними. Какая несправедливость. Но ничего, еще немного и я вспорю ему идеальный пресс.
– Ты правда не знаешь кто я? – сузил голубые, словно морозное небо, глаза.
– А должна? Или может обязана? О, списочек всех жителей Бориславля предоставишь? Обещаю зазубрить наизусть.
– Дерзкая, да? – придвинул к моему лицу свою мерзкую физиономию. Я носом втянула аромат его приторного парфюма. Таким только бабы пользовались, честное слово.
– Тебе в новинку? – как и он смежила веки, коварно улыбнулась.
Парень, каким бы крутым он ни был, покусал нижнюю губу и вгляделся вглубь меня. Нырнул туда без разрешения. Ненавидела таких эгоистичных особей с непомерной манией величия и необоснованной вседозволенностью. Он прям побил мои личные рекорды отвращения. Я не сказать, что опытна в отношениях с мужчинами, но кое–что сравнить могла.
– Сегодня день годовщины смерти моей жены, а ты…
– Ой–ой, как жаль, – я состроила бровки домиком, – надеюсь, твоя жена сейчас выплясывает канкан на небесах, радуясь, что избавилась от твоего общества.
Усмешка.
Хриплый вдох.
Меня намертво прижали к бетону, и я практически потеряла способность дышать.
В этой призрачной тишине. В этом царствии давно почивших людей, я ощутила себя их частью.
Маленьким осколком души я искренне пожелала перейти черту. Правда.
Исчезнуть.
Подохнуть, где–нибудь вдали от дома.
Навсегда стереть память о себе.
Мое новогоднее желание, которому, увы, не суждено было сбыться.
Хотя…может этот богатенький и очень злой дядя подсобит?
Дядя? Реально?
Мысленно закатила глаза и выругалась.
– Ты будешь отличной прислугой, – лязгнул по моему бедру своей грязной лапой, – мне как раз нужна юркая девочка, чтобы драить унитазы и собирать презервативы под кроватью.
– Я не стану прислуживать тебе, козел!
Выплюнула ему в рожу, и он усмехнулся. Так дьявольски, аж поджилки дрогнули.
– Еще как будешь. Ни одна скотина не обчищает и не сбегает от меня безнаказанно. Любое преступление в мой адрес омывается кровью.
– Так пусти мне кровь, в чем загвоздка? – я кое–как освобождаю руку, в кулаке которой спрятан малюсенький колющий предмет. Если немного извернуться, легко воткну ему в горло по самые гланды. – Вот, пожалуйста. Режь, просверливай, кромсай или какие обычно варианты экзекуции выдает твой крошечный мозг?
Я сунула ему под нос свое запястье. Пусть ответит и я рискну. Всю жизнь только и борюсь с похожими на него.
Отчим.
Его тупоголовые сынки.
Парни с района.
Все им нужно, чтобы я пресмыкалась и лизала им пятки.
А я выше этого всего.
Я хоть и слабачка с виду, но постоять за себя не боялась. Не раз выпутывалась из сложных ситуаций.
– Заманчиво, – ублюдок лизнул мою руку, и я невольно разомкнула пальцы. Заточка шлепнулась на пол…
Мы вместе посмотрели вниз. Капец…
Он на секунду раньше задрал голову и тем самым выторговал у будущего лишнее время. Смог придать взгляду пугающей суровости, когда я тоже выпрямилась.
Но прежде, чем вынуть из–за пазухи, носков и трусов невидимое оружие и бросить под ноги победителю, я окунулась в бескрайнее море его лазурных глаз.
Всего на мгновение.
На капельку.
– Благодари бога, что у меня паршивое настроение, – произнес по буквам, вкрадчиво.
– То есть при хорошем настроении, ты бы меня уже кокнул?
– Верно, – сгреб мои волосы и несильно натянул.
– Не считаешь, что должно быть наоборот?
Я приоткрыла рот, на который он уставился с одним единственным похотливым намерением.
– Хочешь умереть?
В горле свернулся клубок из колючей проволоки.
– Давай, я слушаю, – дернул за волосы резче.
– Нет.
Как бы я не грезила об избавлении от всех проблем таким жутким методом, как бы не форсировала события ради такого кошмарного финала, я несу ответственность кое за кого. И бросить того человека сродни предательству. Это означало растоптать нашу дружбу и веру в лучшее. Перечеркнуть родственные связи и разорвать крепкие узы.
Я не чудовище в этом смысле.
И я не поступлю так безжалостно.
Никогда.
– Тогда проглоти свою ебаную гордость, Карлитос и подумай о себе и братишке. Ты ведь из–за него попала в эту передрягу, да? – не дожидаясь ответа, добавил, – я мало кому делаю подобные предложения. И надо ценить мое великодушие. Согласна?
Я лишь кивнула. Он шагнул на меня. Лезвие под его туфлями жалобно скрипнуло.
– Откажешься, я объявлю на тебя охоту. Дам своим парням наиграться тобой и прикончить, как последнюю шлюху. Поверь мне, лучше подчиниться сейчас, чем молить о пощаде потом. Я более милостивый что ли.
Подмигнул и я тут же сказала:
– Ладно, уборщица, так уборщица.
– Уборщица в борделе, – оттолкнул меня от стены и отряхнул руки, – а тебя ждет роскошный особняк, стоящий на нескольких гектарах земли. Сауна, бассейн, баня, теннисный корт, гараж на десяток тачек и многое другое.
– И зачем тебе такая, как я? – потерла предплечья, покосилась на спальный мешок и псевдостолик с медвежонком сверху.
– Так уж сложилось, – поправил воротник черной рубашки, – ты сама попалась на крючок.
Внутри я пробубнила «черт», а вслух ляпнула:
– Солидному мальчику захотелось развлечься, ясно.
Он смолчал.
Пересек пыльное помещение, заросшее паутиной, и надавил на дверь. В хлынувшем свете заката кружилась пыль.
– Идем, здесь приберут, – отчеканил уверенно.
Я подхватила рюкзак неприметно лежащей у гранитной плиты и вышла на улицу. Трое парней рассосались по периметру, наблюдая за обстановкой и увидев меня, нахмурились.
– Как тебя зовут? – поинтересовался тот, у кого я стащила денежки.
– Маша, – незаметно показала ему средний палец. Просто рука была в кармане.
– А я Анатолий, – хрипло отозвался движущийся впереди меня мужик.
– Тебе подходит, – буркнула шепотом.
Конечно же, всё липа. Никакой он не Анатолий. Да и я не Маша. Просто настоящие имена будто бы что–то изменят. Окрасят наше общения реальными красками. А я не хотела.
До тех пор, пока фиктивный Анатолий не остановился возле вскрытого мной Рендж Ровера. Осенний ветер растрепал его темные волосы и пощекотал цепочку на шее. Я засмотрелась на него. Кхм, на золотое украшение, о чем это я.
– Обо всех нюансах поговорим в моем кабинете, – распахнул дверь машины и выжидающе окинул меня взглядом, – вэлком ту зе перэдайс, Карлитос.
– Я не Карлитос, я Эрика!
Вскрикнула и молниеносно осеклась. Закусила щеку.
– А я, Рафаэль Артурович, бэйби.
– Как?..
Он не выдержал. Приложил руку к моей лопатке и подтолкнул в салон. Я подняла одну ногу и обернулась.
– Ты Рафаэль Кижуч?
– Поздравляю, ты выиграла суперприз! – прихлопнул по крыше, а у меня сердце в живот ухнуло…
Как я так жестко накосячила…
ГЛАВА 3.
Нет, я не могла нарваться на Кижуча. Подружка из ночного клуба говорила он редко наведывался в город. Зачастую вёл дела из дома.
Из дома, в который я направлялась прямо сейчас.
В чьей компании? В его! В его, черт бы побрал долбанную судьбу!
Боже…я протяжно выдохнула и откинулась на кожаную спинку сиденья.
Кижуч сидел за рулем. Видимо, никому не доверял перевозить свою благородную задницу, кроме себя самого. Я слышала, в прошлом, он был неплохим стритрейсером. Гонял по ночному Бориславлю и трепал нервишки родителям и старшей сестричке Камилле. У нее, кстати, двое чудесных девочек. Читала недавно про их успехи в гимнастике.
Представьте, я много чего знала про эту семейку и так тупо опростоволосилась.
Но кто мог подумать, что все обернется именно таким образом?
Никто!
Мне нужны были деньги, и я пошла за ними.
– Почему кладбище? – спросил Рафаэль, поправляя зеркало заднего вида.
– Самая легкая добыча. В супермаркетах или на рынке камеры повсюду. А здесь полная свобода.
Я поскребла кармашек рюкзака и от ноготка отвалился кусок черного лака. Блин.
Пока я колупала остатки покрытия, Рафаэль задал еще один вопрос:
– Что с твоим братом?
– Не твоего ума дело, – фыркнула, – лучше скажи, сколько мне придется пахать на тебя и каков будет оклад плюс премиальные.
– Премиальные? – усмехнулся и почесал колючий подбородок. Щетина только–только проклюнулась. Видать утром побрился.
– Ну да, я рассчитываю на комплексный социальный пакет.
– А немногого ли ты хочешь, учитывая то, что ты натворила?
Притормозили перед выездом из ворот. Впереди нас растянулся кортеж из пяти люксовых авто. Кого–то важного погребли. С почестями.
– Я уже сказала, эта пропажа ничего бы тебе не стоила. Ты богат, избалован, пресыщен. А я оказалась в двусмысленных условиях. С одной стороны, я должна сберечь свой зад, а с другой: отработать то, что мне не удалось унести, благодаря твоей охотничьей реакции.
Рафаэль нажал на газ и с легким рывком Ровер поехал дальше.
Вскоре мы обогнали плетущиеся друг за другом люксовые седаны и газанули в город. Перед поворотом на Бориславль, Рафаэль сдернул черный галстук и швырнул его на пассажирское кресло. Так ненавистно, так омерзительно. Я заметила. Я вообще, очень наблюдательная девушка. Легко могла бы дурить людей в качестве гадалки или предсказательницы.
Жаль, у меня нет на это возможностей.
В частности, финансовых.
Нужен же особенный кабинетик с особенным интерьером.
А я что? Последние полгода скиталась по ночлежкам и вот таким вот совсем не предназначенным для сна местам, как склеп.
– Ты интересный персонаж, Карлитос, – издевательски хмыкнул, – воруешь, замахиваешься пустыми бутылками. Огрызаешься и засыпаешь мою тачку ошметками своих ногтей.
Я прекратила дурное занятие и устремила взгляд в его затылок. Ничего эдакого. Обычный представитель сильной половины человечества. С одним небольшим отличием – он родился в семье мафиози и уже долгие годы являлся главой огромного клана. Как я слышала, боролся с байкерами-неандертальцами, изредка атакующими мегаполис.
Байкеры…
Вспомнив об этих татуированных уродах, я конечно же, нарисовала в мыслях облик своего проклятого отчима. Бородатый кусок дерьма!
И зачем мама вышла за него?
Он за всю жизнь не пропустил ни одной женской юбки и покалечил с десяток женщин. Некоторым пришлось покинуть страну, чтобы скрыться от его чокнутых сыновей, которым не то, что море по колено, а целый Тихий океан.
– Молчание – знак согласия, – не менее опасный, чем мой отчим мужик разрушил мои размышления и посмотрел вбок. Я разглядела его профиль. И кое–что запечатлела в памяти. Например, нос и губы. Они выделялись и не давали усомниться в том, что он обладал нетипичной внешностью.
– Во мне уживается уйма личностей, Рафаэль Артурович.
– Мне нравится, как ты ко мне обращаешься. Впредь, только по имени и отчеству. Поняла?
Я не успела отбить эту подачу, потому что мы подъехали к дому…
Рафаэль припарковал Рендж Ровер у массивной входной группы. Дверь с моей стороны плавно открылась, и я увидела…
Невероятную чистоту линий. Дом словно вырос из земли: строгие геометрические формы, стекло, металл, никаких лишних деталей. Ни заборов, ни глухих стен, только ряд изящных хромированных столбиков, будто декоративное украшение. Но я сразу поняла: они не просто декор. Это суперсовременная система безопасности.
Мы двинулись по дорожке из полированного базальта, которая мягко подсвечивалась снизу. В центре двора переливался всеми цветами радуги сухой фонтан. Струи воды танцевали в воздухе, словно живые.
Рафаэль молча шёл рядом, а я не могла оторвать взгляд от дома. Панорамные окна от пола до потолка отражали закатное солнце, создавая иллюзию того, что конструкция растворяется в небе. Стеклянные двери раздвинулись сами, будто приветствуя нас двоих.
Внутри дома царила атмосфера сдержанной роскоши. Пространство было наполнено светом и воздухом. Минималистичная мебель, но каждая деталь кричала о стоимости...кожа, мрамор, блестящий металл. На стенах висели абстрактные полотна, наверняка оригиналы.
Я сделала несколько шагов и замерла, увидев бассейн неподалеку от особняка. Он казался бесконечным. Линия воды сливалась с горизонтом. Подводная подсветка уже включилась, окрашивая воду в оттенки бирюзы и аквамарина. Рядом, за стеклянной перегородкой, виднелась зона спа: мягкий свет, камень, дерево – контраст к холодному хай‑теку основного дома.
– Впечатляет? – наконец нарушил молчание Рафаэль.
Я слабо кивнула. Где‑то вдали послышался тихий шум. Наверное, это работал лифт или система вентиляции. Всё здесь было продумано до мелочей. От едва уловимого аромата эфирных масел в воздухе до идеально выверенного освещения.
Взгляд снова упал на ряд хромированных столбиков за окном. Теперь я прекрасно разглядела в них крошечные линзы камер и датчики. Безопасность здесь была не навязчивой, но вездесущей как тень, которая следует за тобой, оставаясь незаметной.
В этот момент я поняла, дом не просто роскошное жилище. Это крепость. Совершенная, элегантная, смертельно опасная...
Откуда не возьмись возникла женщина лет пятидесяти. Строгий брючный костюм, светлые волосы стянуты в тугой пучок на макушке. В руке зажат черный планшет.
– Добрый вечер, Рафаэль Артурович, – чуть ли не с придыханием начала она, – я сделала всё, как вы просили. Газон подстрижен, чаша бассейна вычищена до блеска, а ваша…
– Хватит, Глория, – нахмурившись, отмахнулся от нее, – я знаю, что у тебя всегда всё четко. Лучше познакомься со своей новой подопечной. Ее зовут Эрика. Она будет заниматься самой примитивной работой: убираться в моей спальне, ухаживать за собаками, следить за гигиеническими принадлежностями в туалете и так далее.
– Очень приятно, – Глория поклонилась. Она была рада, но не от всего сердца. Сразу ясно.
– Привет, – я задрала глаза к потолку, – здесь круто. Ты, наверное, в диком восторге, да, Глория?
– Рафаэль Артурович, я могу показать Эрике ее апартаменты?
Проигнорировала меня эта дохлая вобла.
– Она вся твоя, делай с ней, что хочешь, – он спустился по лесенке в гостиную и стащил пиджак. Ничего себе плечи…
– Шевелись, – грозно топнула Глория, – нечего тебе здесь делать.
Я поплелась за ней по широкому темному коридору на улицу, а затем по просторному, хорошо освещенному двору в небольшой одноэтажный домик. Там, Глория завела меня в крошечную комнатку, где стояло две кровати, а не одна.
– У меня будет соседка? – я крутанулась и поглядела на застывшую у двери командиршу.
– Катя сейчас гладит простыни. А ты осматривайся и через пять минут приходи на кухню. Я буду там. Расскажу, что к чему.
– Окей…
Я накрыла голову рукой, и бейсболка поехала влево. На что я подписалась? Тут во сто раз комфортнее, чем на полу склепа, но…будь я расторопнее, уже давно была бы далеко отсюда, имея сто штук в кармане. Брат наконец-то получил бы необходимые лекарства, у меня появилось бы время заработать еще больше или стащить деньжат у какого-нибудь престарелого рохли.
Может развела одинокого папика на энную сумму. Как в Сигурни Уивер в фильме «Сердцеедки».
Или получила от него платиновую карточку на мелкие расходы.
Дура.
Тогда бы пришлось трахаться с ним.
Фу!
Я брезгливо поморщилась. Секс со стариком, у которого вместо зубов импланты, а член поднимался только горстью виагры, то еще удовольствие.
Бе!
Бе–е–е!
Сняв–таки бейсболку, я направилась обратной тропой в кухню. Только похоже не туда свернула и забрела в гостиную. Рафаэль расхаживал от камина до стены, украшенной зеркальными панелями, и трепался по телефону. А что, если смыться? Прямо сейчас. Глории нет, Кижуч занят.