Мой единственный грех

ГЛАВА 1.

Как же светло.

Утреннее солнце залило практически всю спальню.

Так, стоп. Какую спальню? Где я?

Я же вчера должна была остаться у Марго. У своей школьной подруги, с которой не виделась тысячу лет. Накануне мы вместе завалились в Бастион, чтобы хорошенько отметить нашу встречу и танцевали до упаду под хиты Холлидейбоя.

Резко присев, я ощутила боль внизу живота. Прям острую невыносимую резь. Будто кто–то вогнал в меня меч по самую рукоятку.

Я усердно потерла глаза и наконец–то, открыла их полностью.

Черт!!!

Вокруг незнакомая холодная обстановка, залитая солнечным «океаном». Из мебели только встроенный шкаф, стеклянный столик и множество настенных зеркал. Гигантское ложе подо мной застелено белым атласным постельным бельем.

Внезапно кто–то пошевелился рядышком.

Я вздрогнула, ухватилась за край одеяла и повернулась с опаской.

На другой половине кровати лежал…Деметрис Кан.

Босс «Черной сотни». Кошмар моего прошлого, настоящего и будущего. Ему принадлежал весь Даркхилл. Весь портовый берег моря. И даже часть территорий Хезельберга. Совсем малюсенькая полоска земли. Муж моей сестры с трудом оторвал её от сердца, но таким образом воцарился мир.

Что за?..

– Эй! – толкнула его ногой, и он забухтел невнятно. – Вставай, блин!

– Спи, еще рано. К моей матери поедем после обеда.

Пробасил черноволосый Геракл и я замолчала.

Мой мозг выдал ужасные картинки.

Слайдами одну за другой.

Я приподняла одеяло и увидела себя полностью обнаженную. Ни надежды на целомудренную ночь.

– А–а–а–а!!!

Закричала с визгом и сорвалась на ноги. Чуть было не расшиблась, запутавшись в копне покрывал, предназначенных для декора спальной зоны.

Тело покрылось жирными мурашками. Сердце загрохотало на миллион трусливых ритмов.

– Что я здесь делаю?!!!

Кан лениво потянулся, лежа на животе и перевернулся на спину. Его великолепное тело проглянуло из–под поблескивающей ткани. Крепкие бедра, рельефный пресс, а грудь…, а плечи…сплошные мускулы. И загар этот южный…

Он будто только с небес спустился.

– Ты изнасиловал меня? – всхлипнула я и не найдя, чем прикрыться, схватила подушку и спряталась за ней. – Отвечай!

Нотки отчаяния вырвались наружу.

– Успокойся и дай мне еще немного поспать. А если не хочешь спать, у нас со вчера остались канноли в сливочном соусе. Тебе явно не хватает дофамина.

– Что?!!! – мой организм отторгал этого мужчину всеми известными реакциями. От тошноты до кишечных колик. От судорог в конечностях до асистолии.

Я ненавидела его, желала ему смерти и самых изощрённых пыток в аду. А теперь проснулась с ним бок о бок и совсем не поняла с какой стати он командует мной.

– Твою мать…– протянул фразу Кан и нащупал на парящей прикроватной тумбочке крошечный пульт. Нажал одну кнопку и чистейшие панорамные окна скрылись за шторами блэкаут.

Я попятилась к двери. По пути, кажется, наступила на туфлю, и та хрустнула.

– Я заявлю в полицию…мой отец тебя пристрелит…

Бубнила я и продолжала подбираться к выходу.

Когда до спасительного побега осталось всего–ничего, Кан за считанные секунды сократил расстояние, и я шокировано застыла на месте. Голый, большой мужик с недовольным лицом готов был порвать меня на британский флаг.

Но…он лишь вырвал оборонительную подушку, взял меня в руки и вместе со мной упал на матрас. Затвердевшее достоинство уперлось мне в живот. Мурашек стало в разы больше. А зрение затуманилось. Я не могла сконцентрироваться на бездонных глазах Кана. Каждое движение ресниц давалось тяжело.

– Сдашь ментам собственного мужа?

Выдохнул горячо, наглой лапищей стиснул мою ягодицу.

– К–кого? – теперь я моргала без устали. Аж голова закружилась.

– Дорогая моя Рута. Малышка. Мы с тобой уже год женаты.

Словно издевался. Глумился с охотой.

– Не смешно, – скривилась деланно, – совсем не смешно.

– А я и не шучу.

Раздвинул мне колени и нырнул между ними. Нечто влажное пристроилось к моей промежности.

– Слезь с меня, чертов баран! Ты подкараулил меня после клуба, как тогда на празднике в особняке мэра, а потом напоил чем–то и надругался надо мной! Я тебя…

Кан наклонился и поцеловал меня. Очень настойчиво. Я даже губы разомкнула от сильнейшего натиска. Мерзкий скользкий язык ворвался в мой рот и затеял там дикие танцы.

Я вцепилась в напряженные бицепсы Кана и простонала от омерзения. Заскулила жалобно.

Целуя меня с особенной жадностью, этот насильник подсунул к моему лицу безымянный палец правой руки. На нем сияло обручальное кольцо с красивой россыпью мелких бриллиантов. Мне показалось, они составляли буквы, которые сложились в мое имя. Ерунда же, да?

Мгновение спустя он поймал мою правую руку и также заставил посмотреть на нее пристально, пока елозил своим языком по моему нёбу.

Я сильно выпучила глаза. Виски заломило.

В мыслях защелкало: нет, нет, нет!!!

Я бы ни за что не вышла за него замуж. Никогда бы не переспала с ним!!!

– Теперь ты мне веришь?

Деметрис удерживал мое запястье, а я глазела на пальчик с золотым ободком и переваривала реальность.

– Как же так…я же была в клубе, пила алкогольный Мохито, и…

– Ты виделась с Марго чуть больше года назад. В тот день я забрал тебя из Бастиона, и мы всю ночь катались по городу.

Крошечные слезинки побежали из внешних уголков глаз.

Дорогущий атлас впитал каплю за каплей.

– Нет…этого не может быть…

– Свадебное торжество проведено согласно традициям. Помолвка, венчание – на законных основаниях. Ты моя, Рута Огнева. А если быть точнее Рута Кан. Или тебе еще нужны доказательства?

Я замерла.

Деметрис скатился с меня и не удосуживаясь прикрыть торчащую прелесть, перекатился к противоположному краю кровати и встал.

Я уставилась ему в спину.

На ней красиво переплелись две татуировки. Я не успела разобрать детали, так как он быстро вынул что–то из шкафа и крутанулся ко мне.

Я зажмурилась при очередном взгляде на каменный член.

В полуметре зашелестела бумага.

– Свидетельство о браке. Изучи внимательно. – Бросил Кан и пошлепал к белой двери. Видимо за ней ванная комната.

Услышав характерный хлопок, я схватила листок с розоватой лицевой стороной и прочитала строчку за строчкой.

Дата регистрации брака девятое сентября прошлого года.

Неужели…

Я закусила щеку.

Всё подстроено!

Да, именно!

Я обернулась тонким стеганым покрывалом и поспешила выяснить правду.

– Ты заполучил меня обманом!!! – прокричала я, ворвавшись в заполненную густым паром ванну.

Деметрис тщательно намыливался мочалкой и даже ни одного взгляда мне не послал.

Я приблизилась к нему и снова произнесла повышенным тоном:

– Почему я ничего не помню? У меня что, память отшибло?

Вода лилась с потолка шумным потоком.

Мужчина, напоминающий легендарного греческого героя как следует покрыл шею и плечи мыльной пеной и встал под душ.

– Я хочу позвонить отцу или сестрам. Сейчас же!

Откровенно захлюпала носом и перестала скрывать свои чувства.

Деметрис тоже прекратил глупую возню. Завлёк меня в просторную кабину, предварительно сдернув с меня единственное прикрытие наготы.

– Я знаком с каждой твоей родинкой, – просунул ладонь мне между ног, – знаю, как ты морщишь нос, когда оргазм близко. Как закатываешь глаза от удовольствия. Я легко отслежу тебя по сладкому аромату, по голосу, где бы ты не находилась. Мы одно целое…

Меня укутали в бархат и перевязали серебряной ленточкой.

Я позволила длинным пальцам Кана погрузиться глубже, а после с наслаждением взвесить мои груди.

Ненормальная. Сумасшедшая.

– Мы не можем быть парой. Мы враги.

Плакала и не двигалась. Страх сковал крепко–накрепко.

– Кто посеял эту чушь в твоей маленькой головке?

Прижался ко мне мокрым мускулистым телом. Я ахнула.

– Ты давно мечтал обо мне. Но я ничего не хотела. Ты попросту организовал мое похищение или договорился с папой, как тогда…Или…

– Выкрал и трахнул?

Я согласно кивнула.

– Ни один из вариантов не годится, малышка.

Лизнул мою шею и тут я очухалась.

Прошмыгнуть вниз не составило труда. Я согнулась и ловко перескочила ему за спину, а там уже и душевую кабину покинула. Закуталась в пушистое полотенце и поспешила прочь из душной камеры.

Деметрис вышел спустя минуту.

– Я не помню ничего до того вечера в клубе с Марго. Что–то произошло той ночью. Я в этом уверена. Но я разберусь. Я не пущу все на самотёк!!!

– Поедешь в родовое гнездо?

Проплыл мимо, включил настольную лампу. Из–за штор блэкаут в спальне долгое время царила кромешная тьма.

– Хотя бы. – Дернула плечом и стерла соленую дорожку со щеки.

– Там никого кроме прислуги нет.

– В каком смысле?

Махнула влажными по его вине волосами и нахмурилась. Внутри меня взрывались снаряды из боли и безысходности.

– Твой отец мертв. Мать окончательно сошла с ума, и ты перевела ее в закрытую лечебницу примерно в трёхстах километрах от Даркхилла.

Деметрис выгнул одну бровь, ожидая истерики или криков, однако я перестала дышать…

ГЛАВА 2

Я просто осела на пол. Забыв о своей наготе, о взрослом мужчине, который смотрел на меня в упор и даже не пытался проявить уважение и помочь мне одеться.

Кто я?

Что я?

Почему я рядом с тем, от кого упорно бежала столько времени?

И как целый год моей жизни мог просто взять и исчезнуть в небытие. Стать чем–то эфемерным, нереальным? Нельзя же вырвать из воспоминаний такой большой отрезок жизни?

Но его уже не существовало.

Я почувствовала ни с чем несравнимый удар под дых. В животе свернулась острая боль. Ребра поочередно раскрошились и осколки костей впились во внутренние органы. Я повторяла себе под нос, что нужно немного потерпеть и все наладится. Страшный сон развеется, и я как Скарлет О'Хара снова сбегу по лестнице своего большого дома, шелестя подолом изысканного вечернего платья от Валентино. Открою тяжелую дверь и вырвусь во двор. Меня с интересом окружат красивые парни с обложки Men's Health's и каждый из них предложит мне первый танец взамен на улыбку...

Какая же я глупая. Какая по–детски наивная...

Такое случалось только в глупых книжках. В историях тысячелетней давности. Сейчас не требовалось ухаживать за девушкой. Можно было взять и сделать ее своей.

Я тому подтверждение.

– Вставай.

Деметрис приблизился ко мне одетый во все чёрное. Только наручные часы выбивались из общего впечатления. Серебряный браслет и круглый циферблат были очень необычно украшены. Вместо привычных бриллиантов сверкали выгравированные золотые буквы. Наверное, семейная реликвия. Или просто баснословно дорогой аксессуар, которым он кичился.

– Оставь меня в покое...

Взглянула на него сквозь слезы боли и вновь уронила голову на грудь. Никаких симпатичных парней и прекрасного дома. Только Кан и его раздутое до небес эго.

– Мне нужно уехать. У тебя будет максимум два часа. Когда я вернусь, я хочу встретиться с женой, а не с той, кто шарахается от вида моего члена с утра.

Я всхлипнула. Проигнорировала его слова. Пусть валит! Скатертью дорожка! Мысленно помолюсь о случайной аварии или психе с ножом у горла мерзавца, возомнившего себя королем.

– Заебись...

Выдохнул с усилием Деметрис и вышел из собственной спальни.

Темнота меня достала. Собрав все силы в маленький кулачок, я поднялась. Первым делом нашла пульт и впустила солнечный свет. Он открыл мне новый взгляд на комнату.

Зеркальные стены преломляли яркие лучи и отбрасывали отблески на матовые поверхности, вроде дверец шкафа или бархатное изголовье кровати.

Мрачные краски испарились. Я больше не ощущала себя в пещере критского быка.

Зато прекрасно разглядела свое отражение. Черт...

Я другая...

Моя формы стали сочнее и аппетитнее. Кожа приобрела бронзовый оттенок.

Я повернулась боком и увидела татуировку на лопатке. Подошла вплотную к одному из зеркал и прочла сбивчиво:

«Клянусь своей душой и честью, что стану верным слугой клана. Пусть мой язык отсохнет, если я пророню хоть слово тайны. Клянусь подчиняться приказам и выполнять свой долг до последнего удара сердца».

Это же традиционная клятва верности Черной сотни...

Нет...

Осознание ввело меня в оцепенение.

Я несколько минут не двигалась.

Деметрис не солгал. Татуировка давно зажила и значит, я принадлежала ему. Ни один день. А уже довольно давно.

Уголки глаз защипало. Появилось невыносимое жжение.

Слезы – предатели опять пробрались на волю.

Я сильно замахнулась и ударила по зеркалу. Костяшки пальцев заныли и окрасились кровью.

Папа мёртв...мама в психушке, а я здесь...с ним...

Нежданно вспыхнули лица сестёр перед глазами.

Я поспешила к шкафу, но не обнаружила в нем женских вещей. Быстренько напялила рубашку Деметриса и выбежала в коридор. Ноги понесли меня сначала по просторному коридору с посеребренными бюстами греческих богов, а потом по широкой лестнице, мимо парадной двери, обрамленной черным рельефным каркасом.

Когда я залетела в кухню будто из каталога американского журнала о дизайне, то резко остановилась. На меня глазела девушка лет тридцати с хвостиком. Строгий брючный костюм, волосы собраны на затылке в тугой пучок. В ухе наушник.

– Доброе утро, хозяйка. У вас была бессонная ночка?

Хмыкнула эта странная штучка из фильма про спецслужбы.

– Доброе. Утро.

Я непривычно для себя улыбнулась и пригладила взлохмаченные рыжие волосы.

– Кофе хватит на всех. Угощайтесь.

Она кивнула на кофемашину рядом с холодильником. Я задрала подбородок и подошла к чуду техники. Поставила чашку на решетчатую площадку и нажала кнопку «пуск».

В голове не прекращалась битва мыслей. Позвонить Мие. Написать Теоне. Срочно.

– Какие планы на сегодня? Снова поедем по магазинам?

– Поедем?

Я переспросила, понадеявшись на ее объяснение. Ведь я понятия не имела кто она такая.

– Да, точно бессонная ночь. – Она потянулась за чашкой на столе, – босс хорош.

– Босс?

Из моих уст прозвучало по–детски. Да и вся ситуация походила на детсадовскую возню.

– Рута, ты в порядке?

Обратилась она без лишней фамильярности. Значило ли это, что мы с ней были близки?

– Извини, – также по–дружески попробовала я, – просто думаю о своей семье.

– Семье? И о ком именно? Теона с Костасом путешествуют по Европе, а Мия в академии.

Академия...

Мозг взорвался от перенапряжения.

– Неужели я не могу о них думать?

Очередная попытка улыбнуться провалилась. Как и моя способность обращаться с техникой. Оказалось, я нажала не на тот «пуск», который нужно. Молоко захлестало во все стороны после закипания и залило мраморную поверхность.

– Оу!

Незнакомка спрыгнула с табурета и поторопилась ко мне.

– Нина, – разнесся низкий голос Деметриса, – прогуляйся до Ясеня.

Бросив на меня беглый поддерживающий взгляд, Нина направилась к дверям, ведущим в сад и покорно вышла вон.

Я набросала горой бумажные салфетки и попыталась перехватить молочную реку на пути к краю стола.

Деметрис одним движением предотвратил лактозную катастрофу: смахнул рукой белесую жижу прямо в раковину. Посмотрел на меня адски холодно с высоты своего геркулесовского роста.

– Отлично выглядишь.

Нагло оценил свою рубашку на мне. Я машинально съежилась. Она ведь едва доходила до середины бедра. Мои стройные ноги соблазнительно покрылись мурашками.

– Но имей в виду, что у тебя почти имеется тридцатиметровая гардеробная, заваленная шмотками и обувью до потолка.

– Я ничего не помню. – Прошипела тихо и робко. – Чувство, будто я попала в чужую жизнь.

– Уже хорошо, что не ревешь. С остальным разберёмся. Возможно, – ласково коснулся моей щеки, – у тебя снова последствия шока.

– Шок?

Я отступила. Терпеть его нежности, я не собиралась. Да и его самого тоже.

– Вчера кое–что серьезное произошло. Именно поэтому я уезжал.

– И что же.

– Сначала мне нужно это.

Деметрис шагнул и заключил меня в объятия. А уже через миг, его теплые мягкие губы накрыли мои пересохшие губы...

ГЛАВА 3

Поцелуй с Деметрисом – нечто за гранью.

Я не знала его. Не любила.

И то, как он себя вёл со мной пугало.

– Нет…

Осторожно отвернулась и стёрла его вкус со своих губ. Незаметно так, украдкой.

– Послушай, – затронул бархатистым голосом пару струнок моей души, – я не хочу возвращаться к тому, что было, между нами, несколько месяцев назад. Сейчас сложное время. Даркхилл обуревают кровавые волнения. И мне нужно приложить все силы на их устранение. Прошу, не заставляй меня быть с тобой грубым.

В моих глазах всполохнуло ярко. Грудь налилась свинцом.

– Мне страшно, Деметрис. Ты можешь это понять? – я взглянула на него, чуть отодвинувшись. – Ты ничего не объясняешь, говоришь загадками. Потому у меня в голове хаос. Я не понимаю, как я могла выйти за тебя и…

– Проснуться в моей постели?

Изогнул невозможно темную бровь.

Я кивнула. Что мне еще оставалось.

– Твой папочка был мерзавцем, будем честны, малышка. И ему ничего не стоило обменять тебя на парочку приятных бонусов. Скажи, спасибо, что твоим мужем оказался я, а не кто–то похожий на Штерна.

Меня пошатнуло легонько. Я удержалась руками за мраморный бортик столешницы. Деметрис было протянул ко мне руку, но я всем видом продемонстрировала, что не хочу его поддержки.

– Ты его убил?

Прозвучало с нотками отчаяния.

– Мой ответ что–то изменит?

Господи…

Я оттолкнулась и нацелилась на выход.

Деметрис перехватил меня так легко, будто кухня была всего пару квадратов. Я лягнула воздух ногами, громко выкрикнула: будь ты проклят, Кан и сильно мотнула головой, в надежде попасть ему в нос. Не вышло. Затылком ударилась о его грудь и простонала протяжно.

– Смотри! – Кан притащил меня к полке с фотографиями. – Внимательно, смотри!

Перед глазами разлился туман, но я увидела знакомые лица. Отец, сестры…Они счастливо улыбались на камеру и держали в руках бокалы с шампанским. В самом центре стояли мы с Деметрисом. Он в черном смокинге, я в белоснежном платье с пышной юбкой.

Ложь.

Фотомонтаж.

Свадьба – подстава!

– Нет. Все не по–настоящему!

Я вертелась в его крепких руках, забыв о том, что полностью обнажена под рубашкой. Сердце колотилось беспощадно. Оглушительно.

– Ты. Моя. Жена. Рута.

Прохрипел мне на ухо Деметрис и переместил свои клешни на мои увесистые груди. Сжал их, заключив соски в плен длинных пальцев.

Я завыла от бессилия и со всей дури наступила пяткой на носок туфли Кана. Он немного ослабил капкан, и я выбралась. Отбежала от него подальше. К стеклянной стене, за которой бушевало зеленое лето.

– Такая же сумасшедшая, как и твоя мать! – рявкнул он и поочередно закатал рукава черной рубашки.

– Так сдай меня в психушку!

Необдуманно выкрикнула в ответ. Ветер игрался с кронами деревьев, создавая монотонный шум. Листья шелестели против своей воли.

– У меня идея получше, – достал телефон и набрал какого–то Андрэ. – Готово!

Пугающе улыбнулся и подошел к бару в углу. Налил себе одну треть стакана виски и бросил несколько кубиков льда из специального рефрижератора в форме шкатулки.

– Что ты задумал? – рискнула я. – Я хочу домой!

– Домой? – уточнил будто у самого себя. – Ты уже дома.

Взяв стакан, Деметрис обернулся.

– Здесь всё обустраивала ты. Каждый гребаный милиметр. Даже о кухне не забыла, хоть и кулинар из тебя никакой.

Мои виски раскалились. В горле собрались угольки. Я сгорала изнутри и не могла это предотвратить.

Послышалась переменчивая дробь.

Дождь пошел.

Пока только по капле в минуту, но скоро небо выпустит всю скопившуюся влагу и теплый летний вечер превратится в буйство стихии.

– Я хочу знать всё. Почему я здесь с тобой? Что с моей памятью? Как…

Деметрис покатал алкоголь во рту и сглотнул. Постукивая указательным пальцем по ободку стакана, бесшумно приблизился ко мне и посмотрел рентгеновским взглядом.

– Стой смирно.

– Что? – я удивленно нахмурилась.

Через мгновение почувствовала укол в шею. Ноги тут же обмякли, и я рухнула вперед. Деметрис подхватил меня одной рукой и с издевкой сверкнул глазами.

– Сладких снов, малышка.

Я и правда сладко уснула.

На целых тридцать шесть часов.

Когда выбралась из царства Морфея, первое, что поймала – головокружение.

И тошноту.

Не разбираясь что и как, рванула в ванную и плюхнулась на колени перед унитазом. Скудное содержимое желудка запросилось на свободу, и я не стала сопротивляться. После опустошения, я уселась на попу и подперла голову рукой. Влажный лоб раскалывался на куски. Глоток прохладной воды не помешал бы.

– Эй, – Нина присела передо мной и подала мне стакан с запотевшими стенками, – выпей.

Я с неугомонной дрожью окольцевала стеклянную тару и выпила почти всю слабо газированную воду.

– Моя мама всегда спасалась от тошноты минералкой. И от головной боли тоже.

Нина была одета по–мужски. Да и стрижка не отличалась от модных андеркатов или фейдов. На макияж ни одного намека.

– Спасибо.

Вернула ей стакан и печально улыбнулась.

– Помочь тебе подняться?

Прочертила пальцем линию от себя ко мне.

– Нет, я справлюсь.

Я перенесла весь свой вес на руки и оторвалась от пола. Разочек накренилась, но не упала. Пизанская башня сотни лет стояла, и я смогу.

– Сегодня очень хорошая погода. Хочешь прогуляться?

– Ты моя нянька?

Я выползла из ванной. Нина следом.

– Личный помощник. Назовем это так.

Маленькими шажками я добралась до постели и рухнула на живот. Распластала руки по обеим от себя сторонам.

Нина раскрыла шторы, распахнула балконную дверь и впустила в комнату аромат цветущих трав.

– Так лучше.

– Рада, что тебе нравится. Неплохо было переодеться, причесаться.

Она встала точно поперек моего взгляда. Пришлось отклониться назад.

– Что со мной было?

– Об этом спроси мужа. Я в дела начальства не лезу.

– Окей…

Я уткнулась лицом в матрас и вдохнула запах лавандового кондиционера для белья.

Когда снова решила взглянуть на Нину, то вместо нее увидела на балконе Деметриса.

Он настоящий мистификатор!

А еще очень красивый мужчина. Один из тех, за которыми охотятся светские львицы. И папарацци.

Но для меня Деметрис – ночной кошмар.

Преследующее видение.

Убийца.

Я кое–как вскарабкалась и вышла на воздух.

– Я должен был это сделать, – чуть повернул голову. Чтобы я могла увидеть четкий профиль, – сон – лучшее лекарство.

– Андрэ – врач?

– Работает на меня за кругленькую сумму.