Живым не брать

Вот, правда, понятие о сторонах… у нас с ними было разным. Иногда прямо-таки – полярным.

Но за ними стоял президент, вся его команда, «прогрессивный Запад» и вездесущее «мировое общественное мнение».

И – деньги.

Много денег…

Этот мощный таран сметал на своем пути все. Заводы, фабрики, научно-исследовательские институты и агрохолдинги. То, что мешало – обычно покупалось. И достаточно быстро перепрофилировалось на выпуск какой-либо иной, не опасной более иностранному конкуренту, продукции. Произведенное упрямцами, не желавшими продавать свои предприятия, отчего-то вдруг признавалось несоответствующим мировым нормам. Не согласные с этим могли идти в суд – доказывать свою правоту. Ага, в тот же самый, в лондонский… ведь международные договоры у нас имеют преимущество перед отечественными законами, не так ли? Не мухосранскому же суду такие случаи разбирать? В Лондон – цитадель демократии и свободного мира! Там все поймут и разберутся… если терпежа до окончания процесса хватит. Кое-кому это даже удалось. Про них быстро забывали, в прессе о подобных случаях писали глухо, а телевидение вообще молчало. В конечном итоге были ведь и другие способы… самые разные. Криминал, вообще-то говоря, никто не отменял… да и самые лучшие «друзья» предпринимателя и промышленника – пожарный инспектор и налоговый агент никуда не исчезли и всегда были готовы оказать ему максимальное «содействие» в развитии его бизнеса. И оказывали, исправно пополняя государственный бюджет. Отчего-то именно в таких случаях они действовали предельно эффективно.

Не хочу сказать, что это понравилось всем. Только горстка записных столичных крикунов продолжала по привычке встречать каждое такое новшество восторженным визгом и ритуальными речевками. На мой взгляд, они вообще наплевали на будущее страны, лишь бы сбылась их любимая мечта – вхождение страны в… А вот тут представления о конечной цели разнились.

Кто-то ратовал за демократию – таких было большинство. Они были лучше сплочены и организованы. Правда, и в их лагере единства не наблюдалось. Одни грезили о небольших уютных «демомирках», где все бы друг друга знали и уважали. Другие хотели построить нечто покрупнее – люксембургский масштаб их не устраивал. Но все сходились на одной мысли – это слишком большая страна. Вот станем меньше – тогда-то и наступит всеобщее благоденствие…

Появились у нас и монархисты – в стране разрешили все партии, даже откровенно бредовые. Лишь бы насчитывали десять тысяч членов. Таковой барьер перешли многие – и моментально все местные выборы повисли в пустоте. Избрать кандидатов, которые равно бы устраивали всех – оказалось невозможно. Члены разных партий зачастую ненавидели друг друга настолько сильно, что готовы были лечь костьми (чужими, разумеется), лишь бы не допустить к власти кандидата от оппонентов.

И ложились – лилась кровь.

Президент назначал на такие вот «зависшие» должности чиновников временно исполняющих обязанности – до выборов новых, разумеется. Стоит ли мне напоминать о том, что нет ничего более постоянного, чем временные мероприятия?

Разрешили (собственно говоря, просто не стали запрещать) и коммунистов. И среди них единства тоже не нашлось… земля у нас такая, что ли?

Были коммунисты «старые», с которыми соперничали «новые» (хотя я так и не понял – какая между ними разница и в чем?). Имелись и «коммунары» – это вообще что-то новое. А может быть, хорошо забытое старое? Не знаю… Даже и комсомол присутствовал! Ей-богу, когда впервые парня с комсомольским значком увидел – по – думал, пипец – глюки начались!

Но нет, топал себе такой по бульвару, о чем-то толкуя по мобильнику и в ус не дул! И еще несколько раз я подобных ребят встречал – они стали вполне привычной деталью пейзажа.

Никто вроде бы не мешал всем этим партиям вести агитацию и сотрясать воздух громкими заявлениями. Вот только толку от таких заявлений… что-то никто так и не заметил – ничего не менялось.

Открывшиеся в некоторых крупных городах местные «Гайд-парки» тотчас же заполнились всевозможными любителями подрать глотку с трибуны. Благо никто им не мешал. Да и особенно не слушал. Но это их, похоже, нисколько не смущало и не останавливало.

Зато внешне – полный плюрализм мнений и поголовная демократия. Всеобщее благолепие и успокоенность в душе. Ага, щас…

Некоторым особо упертым манагерам, бросившимся рьяно наводить «порядок» в подведомственных им отраслях, неплохо начистили рыло. Кое-кому повезло гораздо меньше.

Последовал президентский указ, разрешающий «десантникам» носить огнестрельное оружие. Для законной самообороны, разумеется. Заодно облагодетельствовали и некоторые категории должностных лиц – «в связи с особой важностью решаемых ими задач», как было написано в указе.

Обрадованный народ поскакал в полицию за разрешениями. Им мягко указали на то, что сначала они должны эти самые должности занять. И после этого – милости просим! Прочего населения, не имеющего удовольствия занимать означенные в указе должности, эти блага, как выяснилось, не касались. Более того, тихой сапой изъяли и всю травматику – просто не продляли разрешение на ношение – и все.

Мотивировка была простой, как грабли – «в связи со всемерным укреплением правопорядка».

Его тоже «укрепили» – полиция получила расширенные права. Разумеется, «временно»… Правда, всевозможный криминал не сильно этим обеспокоился, надо думать, у них там тоже что-то модернизировали. Уж не знаю, своими ли силами или «десантников» привлекли? Словом, шанс потерять кошелек в темной подворотне – значительно вырос.

Наш многомудрый президент и тут долго ждать себя не заставил – международное сообщество (читай – страны НАТО) – по его просьбе, разумеется, направило к нам «вспомогательный корпус поддержки сил правопорядка». Со слов сообщества – чисто полицейское образование.

А вот этих гостей встретили, в буквальном смысле слова, в штыки. На уши встали все – армия, внутренние войска МВД и много еще кто «из здравомыслящих». Допустить на территорию страны вооруженные силы других государств? Да под какой угодно вывеской – хрен!

Доходило и до открытого вооруженного противостояния – их просто не пускали в некоторые населенные пункты. Прозвучали кое-где первые выстрелы – и к родным пенатам полетели самолеты с гробами «помогальников». Не помогло им современное вооружение и навороченные компьютерные технологии ведения войны. На какое-то время притих даже наш говорливый «гарант». А всевозможные говоруны и трибунные глашатаи – те и вовсе словно воды в рот набрали. На телевидении шли бесконечные развлекухи, а политкомментаторы нудно талдычили о неблагодарности русского народа, видевшего даже в бескорыстной помощи вражеские происки. Эх, в этот бы момент и врезать! Но нет… ограничились тем, что выперли части корпуса в открытое поле, где они и попрятались во временных лагерях, никак о себе не заявляя.

Странное дело – но и криминалитет в одночасье куда-то делся – хватило нескольких сотен застреленных армейскими патрулями гопников.

Все вроде бы затихло.

Опомнившись и успокоившись, не слыша стука прикладов в дверь, президент снова воспрял духом. И в дело вступило тяжелое оружие – Арбатский военный округ. Благодаря бесконечным реформам оттуда уже давно повыперли на пенсию всех более-менее способных и самостоятельных генералов. А оставшиеся своего мнения (отличного от мнения очередного министра) не имели. Хотя в данном округе отсутствовали танковые дивизии и реактивная артиллерия – по своей пробивной силе он не уступал полнокровной армии. А в сочетании с кадровым управлением и финансовой службой… тут им равных вообще не было. Просто нигде – даже и за рубежом.

Первыми под удар попали внутренние войска – в ходе «внезапной» реформы МВД их вывели за штат. Мол, в полиции и так спецподразделений хватает – зачем еще и собственные войска? Заплатим полиции побольше – они и вовсе горы свернут! А этих… ну… передадим куда-нибудь… могут и просто в полицию перейти, возьмем. Новый глава МВД эту идею поддержал, ему-то это и вовсе было пофиг: очередной назначенец, даже и в милиции не служил ни одного дня. Дальше – больше. Оказалось, что и денег на содержание ВВ отчего-то не хватает… Что-то там очень своевременно рухнуло, какую-то плотину прорвало… туда все и ушло. Вот и канули в лету крутые профессионалы в краповых беретах. Какая-то их часть оказалась в армии, кто-то перевелся в полицию, а большинство… они просто ушли на пенсию. Благо новый закон это позволял.

Один из самых «сокрушительных» аргументов был таким: за содержание ВВ мы все платим из своего кармана, а вот «помогальникам» платят ИХ страны. Мол, какие мы ловкие – заставляем иностранцев оплачивать наш правопорядок. Кое-кто даже поверил… угу…

А к тому времени уже вовсю разошелся и Арбатский военный округ…

Я хорошо помню этот день.

Еще несколько недель назад по части пошли всяческие слухи. Толком никто ничего не знал, вот и изгалялись – каждый на свой лад. Пока сегодня нас не собрал Батя. Полковник по выслуге лет давно уже был кандидатом на пенсию. Зная его строптивый характер (ну, не уважал он паркетных полководцев – и все тут!), генеральских лампасов ему ожидать не приходилось. Но и спихнуть его с должности было не так уж и легко – авторитет у Бати имелся… весьма ощутимый. И много где признаваемый.

Нас всех (я имею в виду – офицеров) собрали в зале гарнизонного дома офицеров. В воздухе повисло напряжение – сегодня что-то должно было наконец решиться. Сидящий на сцене полковник выглядел надломленным, мы его таким и представить не могли. Справа от него ерзал на мягком стуле незнакомый генерал, по-видимому, из приезжих – раньше его здесь никогда не видели.

– Вот что, сынки… – встал Батя со своего места. – Не думал я, что до такого дня доживу…

В зале установилась прямо-таки могильная тишина.

– Короче… Нет больше нашей части, ребята. Приказом министра обороны она расформирована. Со вчерашнего дня. Личный состав, выслуживший положенные строки службы, будет уволен в запас. Все прочие переводятся для прохождения службы в другие подразделения. Нежелающие это делать – могут подать рапорт.

Мы молчали. Новость была попросту ошеломляющей.

– Да… вот так… – полковник засунул большой палец правой руки за ворот рубашки и подергал его туда-сюда, словно воротник мешал ему дышать. – Мы пробовали что-то сделать… но в стране нет денег! Снять мыльную оперу про жуткие моральные страдания несчастных пидорасов, вбухав в это «произведение» пять – шесть миллионов долларов – деньги есть! А содержать воинскую часть с почти вековой историей – нет! Война придет, чем защищать страну станем – голые жопы артистов выставим? Чтобы противник от хохота умер? Тоже, между прочим, метод…

Сидевший сбоку генерал попытался что-то сказать, но Батя так на него глянул… Генерал сделал вид, что он просто так рот открыл – воздуха, наверное, ему не хватало.

– Вот так, сынки… Все меня слышали. Решать – вам. Но приказ есть приказ, и мы обязаны его исполнять. Напоминаю об этом всем! Знамя наше, как и положено, в музей отправят – в Москву. Месяц нам дан на сдачу дел и передачу вооружения и снаряжения. Для этого сюда прибыла комиссия из министерства, во главе с генерал-майором Федяевым. Вот он сидит – прошу жаловать! Любить – не призываю, ибо понимаю ваши чувства.

– Но, господин полковник… – начал было генерал.

– Товарищ! – стукнул по столу кулак Бати. – Я для своих офицеров был – и остаюсь – товарищем!

– Извините… – стушевался Федяев. – Я, так же, как и все вы, сожалею о произошедшем. Но экономика страны в бедственном положении. Денег – действительно нет. Экономим абсолютно на всем.

– На кино – тоже? – язвительно поинтересовался полковник. – Что-то я этой экономии не заметил…

– Но это деньги частных инвесторов! Они сами решают – куда дать…

– И у кого взять… Угу. Однако ж из госбюджета на эту мерзость денег тоже нехило идет! Или нет?

– Эти вопросы выходят за рамки моей компетенции, – развел руками столичный «ликвидатор». – Я не располагаю такими данными.

– Так это все в газетах есть! – удивился Батя. – Тоже не читали?

– Не читал – некогда мне, товарищ полковник.

– Понятно… – комдив медленно опустился на стул. – Вот так, ребята…

А на следующий день все завертелось. Надо сказать, что не только у меня зародилось подозрение, что основная цель прибывшей комиссии – вовсе не правильное и своевременное оприходование имущества и вооружения. Как раз к этому делу они относились… в общем, несерьезно относились, мягко говоря. При желании хоть БТР угоняй, никто и глазом не моргнул бы. Ну, его тащить никто, понятное дело, не стал – но свои выводы сделали.

А основной целью визитеров из Москвы было расформирование дивизии. Как можно скорее и любой ценой. Пусть и несоразмерно высокой.

Вот к данной цели они ломились со всем усердием. А уж как уговаривали подчиненных написать что-нибудь про нехорошие дела комдива… это вообще песня особая. Однако здесь их ждал облом – таких мерзюков не нашлось.

Так или иначе – месяц прошел. Комиссия свою работу закончила. Из столицы прибыла специальная группа за Знаменем части.

Тот день, как по заказу, был холодным и ветреным – обрывки низко нависших облаков безжалостно разметывались порывистым ветром в клочья. Но замершие на плацу шеренги стояли молча, никак не реагируя на плохую погоду. Солдаты и офицеры стояли без оружия – оно уже было сдано на склады РАВ округа. По слухам – и оттуда вывезено в авральном порядке.

Перед строем дивизии – теперь уже бывшей – одиноко возвышалась фигура полковника. Он не поднялся на трибуну, где, ощутимо нервничая, топтались столичные гости, а стоял перед строем просто на асфальте плаца.

Команда!

По шеренгам прошло движение, они подтянулись. Головы стоявших повернулись на фланг, откуда, чеканя шаг по плацу, показалась группа наших знаменосцев.

Они встретились почти на середине плаца – лейтенант Овчаренко, два сержанта, несшие наше Знамя, и три человека из кремлевской роты почетного караула. Их легко узнали по форме – видели не раз в телевизоре. Надо отдать должное, ходить они умели – нашим ребятам до них… как до Пекина ползком.

Я не знаю, есть ли какой-то специальный ритуал для таких вот случаев. Наверное, есть. Как бы то ни было, кремлевцы все сделали на ять! Четкие, выверенные движения – ни одного лишнего жеста. Красиво… если не вдаваться в суть происходящего.

Но четкий ритуал поломал Батя.

Внезапно, отстранив рукою кремлевца, он сделал шаг вперед. Коснулся рукою плеча знаменосца, попридержав Овчаренко. Грузно опустился на колено и зарылся лицом в тяжелые складки стяга.

Плечи его дрогнули – мне это было хорошо видно.

Секунда… вторая… и на колено опустилась первая шеренга. Вторая… третья… на плацу не осталось ни одного стоящего человека, кроме знаменосцев. Лишь на трибуне притоптывали ногами озябшие на ветру столичные гости.

На плацу воцарилась мертвая тишина…

Я никогда больше не встречал Бати. В моей памяти он навсегда остался таким – пожилой офицер с обветренным лицом, стоящий на колене перед дивизионным Знаменем…

Выдержки из интервью президента России радио «Эхо Москвы»

…– Что же касается пресловутого «вспомогательного корпуса», то, откровенно говоря, я не понимаю этого ажиотажа вокруг обыкновенного полицейского подразделения.

– Но, простите, господин президент, вокруг него ходит столько слухов! Их снаряжение и вооружение…

– …кстати, вполне типичное и стандартное снаряжение по меркам развитого мира! Это, если хотите, западный ОМОН! Только гораздо лучше обученный и не страдающий излишней жестокостью. Хочу официально развеять все домыслы, которые сложились в отношении этих честных парней. Они не состоят на военной службе ни в одной стране.

– А в полиции?

– Тоже не состоят. Корпус не подчинен никакому министерству или ведомству. Это обычные контрактники, каких немало и в нашей армии. Они выполняют работу по поддержанию правопорядка. Под контролем местной полиции, хочу особо это подчеркнуть! Так было везде! Этот корпус работал в бывшей Югославии, Косово, Ираке и Афганистане. Они зарекомендовали себя с самой лучшей стороны!

– Но кто же командует корпусом?

– Официально во главе корпуса стоит генерал-майор Роберт Макфарлейн. Но здесь функции командира исполняет полковник Айвен Коссовски – тоже славянин, кстати говоря. Дело в том, что подразделения корпуса в России очень малочисленны – всего три тысячи человек. Они прикомандированы к территориальным управлениям внутренних дел. Без их санкции никаких действий предпринято быть не может – это совершенно невозможно!

– Но чем вызвано появление у нас этого подразделения?

– А кто, как не вы, имею в виду – пресса, прожужжал мне все уши с требованием не коррумпированных и никак не связанных с местной властью независимых полицейских? Где, по-вашему, мы должны их взять? Вытащить из жилетного кармана? Так я не фокусник! Напоминаю – у нас идет война! Да-да, я не оговорился! Именно что – война! Война с преступностью и коррупцией! Хорошо, что нашлись люди, согласившиеся оказать нам бескорыстную помощь. Международные полицейские силы известны уже давно, и они успешно решают задачи, связанные с обеспечением правопорядка в разных странах.

– В рамках местного законодательства?

– Напоминаю вам, что Россия подписала ряд международных договоров. В том числе – и в рамках борьбы с преступностью. А в этом случае международные договоры имеют приоритет перед национальным законодательством. Хотя большинство наших законов, слава богу, уже вполне соответствуют общепринятым нормам. Дума проделала большую, достойную похвалы работу в этом отношении.

– Имеет ли корпус какую-либо специальную технику? Средства контроля?

– Разумеется. И всегда готов оказать любую помощь местной полиции всеми имеющимися в его распоряжении силами и средствами. Исключительно – по просьбе местного руководства органов охраны правопорядка. Вообще говоря, не понимаю! Столько лет наши улицы патрулировали солдаты внутренних войск – и это никого не удивляло!

– Но это были наши войска…

– Были. Теперь это международные силы. Увы, но в стране не хватает денег на самое необходимое! Содержать столь масштабные вооруженные формирования нам, к сожалению, не под силу, увы… Или, по-вашему, мы должны были оттолкнуть руку помощи, столь любезно протянутую нам нашими партнерами?

– То есть, если я вас правильно понял, господин президент, силы корпуса у нас расквартированы временно?

– Да. Само собою разумеется! Выполнив свою миссию – они уйдут домой.

– Спасибо, господин президент! От лица миллионов наших радиослушателей благодарю вас за столь обстоятельное интервью!

Сразу же за этим выступлением Накатникова в СМИ развернулась целая кампания по освещению деятельности корпуса. Мобильные бригады операторов выезжали с ними вместе на досмотры и задержания. Показывали героическое поведение «помогальников» при столкновениях с вооруженными преступниками. С большой помпой прошло объявление о найме на работу в корпус наших граждан. Правда, по условиям контракта, они должны были работать вне пределов страны. Таковые желающие отыскались – и в изрядном количестве. Телевидение тщательно отслеживало все перипетии трудоустройства добровольцев. Большинство из подавших заявления во вспомогательный корпус, действительно, на работу взяли, и теперь на телевидении даже шла специальная телепередача – «О наших ребятах». Она целиком и полностью была посвящена работе наших парней где-то в Ираке или Афганистане. Надо отдать должное телевизионщикам – репортеров туда они подобрали грамотных, операторы свое дело знали неплохо. Так что кадры выходили – очень даже качественные.

«Помогальники» тихой сапой снова замелькали на улицах крупных городов. В глубинку они не совались – там народ жизнью битый, не один раз ученый, наивностью не страдающий и ко всему, что льется в уши сверху, традиционно относящийся скептически. А уж если все это еще и по телевизору расхваливают… то дело шло совсем туго.

Словом, на периферии «помогальники» не прижились. Но, надо думать, как раз туда они не особо и стремились. Вот крупные города – это была зона их повышенного внимания. Да и СМИ там действовали гораздо эффективнее, чем в глубинке.

Надо сказать, что и хитрые фокусы с телевидением, а точнее – с телевизорами, там тоже не прижились. «Умный» телеприемник попросту выносился в сарай и орал там на полную громкость, распугивая живность. Население враз просекло выгоду от снижения платежей за электричество.

Вообще говоря, эта идея и в городах-то не сразу пришлась ко двору.

Нет, подавалось-то это все (во всяком случае, сначала) как мера прогрессивная. Мол, будем отслеживать интересы телезрителей и соответственно им формировать сетку телепередач. Для этого телевизоры стали снабжать устройством обратной связи. Сей агрегат фиксировал – кто и какие передачи смотрит. И как долго.

Не прокатило – народ смекнул, что независимо от того, кто и что смотрит, на программу телепередач это никакого влияния не оказывает. Тележурналист, раскопавший и обнародовавший сей факт, в одночасье стал знаменитостью. (И через три месяца его до смерти забила какая-то гопота…)

Власти почесали в затылке (может быть, и еще где-нибудь) и выдвинули новую версию. Мол, надо всемерно повышать уровень политической грамоты населения. Партий у нас нонеча расплодилось до фига, надо же знать – за кого голосовать собираетесь? И для того чтобы приохотить народ к повышению уровня политической грамотности, стали бесплатно раздавать специальные телеприемники. Данное навороченное устройство уже совершенно конкретно фиксировало факт прослушивания новостей. Только это – и ничего более. (Во всяком случае – именно так и заявлялось.) Для заманухи и придумали фокус со снижением выплат за электроэнергию. Как раз эти цены в очередной раз и повысили – прямо как по заказу…

Мол, если ты неактивный и аполитичный гражданин – то и скидок тебе никаких не положено. Орды всевозможных комментаторов и аналитиков наперебой изобретали все новые и новые доводы в пользу очередного нововведения властей. Население реагировало вяло, и тогда телевизоры и вовсе стали раздавать даром. Благо старые, в связи с переходом на новые стандарты вещания, перестали функционировать совсем. Нет, работать-то они работали… только вот картинки в них не было. Да и звук пропал. Подав это как отеческую заботу, президент распорядился бесплатно менять старые телеприемники на новые. Денег на это не хватало – пришлось в очередной раз урезать армейский бюджет. Что, в конечном итоге, важнее – мифическая военная угроза или забота о политической грамотности населения? Даже сравнивать смешно!

А поскольку агонизирующая (благодаря неустанным трудам некоторых государственных органов) отечественная промышленность с таким важным делом не справлялась – заказ закономерно передали на Запад. Частично телевизоры собирали и у нас – на филиалах тех же западных компаний. Само собой, контроль там установили… муравей не проползет!

Но, так или иначе, а с заказом справились. Вскоре разноцветные хитромудрые зомбоящики появились в каждой (ну, это так декларировалось…) квартире.

Для начала у большинства из них поотключали динамики. Ага… таким умникам пришел стандартный счет за электричество. Пришлось чинить. Не проехал и номер с затыканием динамика подушкой – этот шаг производители техники учли. Сообразили, стало быть, в какой стране живем… Более того, на некоторых, особо умных, подали в суд. И впаяли нехилый штраф (для начала), пообещав в дальнейшем его сильно увеличить. Предлог нашелся – преднамеренная порча государственного имущества. Во как! Раздавали-то эти ящики за чей счет? Правильно, за государственный! И раздавали не за просто так – поставляли устройство для быстрого и своевременного оповещения населения в случае чрезвычайных ситуаций! Пресловутые радиоточки поотмирали (за ненадобностью), а вот телевизоры этого делать пока не собирались. И, стало быть, ломать эти зомбоящики («…вносить в конструкцию изменения, препятствующие нормальной работе аппаратуры оповещения…») – никак нельзя: федеральное правонарушение (хоть не преступление – и то хлеб!). Оказывается, у нас даже и закон соответствующий успели принять! А что? Зомбоящик говорит?

Да.

Громко?

Да уж…

Включен постоянно?

Ну… почти…

А то, что он еще и картинки показывает… так это забота о населении! Чтобы не скучали, стало быть…

В общем, жить стало «весело». Во всяком случае, так нам неустанно внушали с экрана. Не могу сказать, что везде все шло одинаково гладко. В некоторых местах у нынешнего президента происходили обидные обломы: ну, никак не хотели отдельные несознательные граждане (да чего там – целые районы и города!) благодарно проникаться всеми теми нововведениями, которые щедрой рукою насаждались из столицы. «Продвинутые» манагеры, прибывая в иной городок, очень быстро убеждались в том, что их многомудрые указания попросту игнорировались. Не помогали никакие «десанты» из центра, грозные указиловки – ничего! А несколько вызванных «на ковер» мэров городов… попросту никуда не поехали. И ничего не попишешь – должность-то выборная! Их, разумеется, сняли – такое вопиющее нарушение субординации не могло пройти безнаказанным! Причину для этого нашли быстро – наверху тоже сидели не полные лопухи! Но снятых таким образом мэров повторно переизбрали – косное и «непродвинутое» население стояло за них горой. Тут уже пришлось зачесать в затылке многим властным деятелям – что-то складывалось неправильно.