Никаких поцелуев, господин профессор!

– Живо надень мою и верни… Ох. Она ведь грязная,– сообразила я, что прабабка столь жуткого оскорбления не перенесёт, а упокаивать разгневанного сильного мага— такое себе развлечение.– Так, отнеси мои перчатки бабуле и скажи, внучка передала модные и современные, чтобы её ручкам было тепло,– нашлась я.

– Я помогу объясниться с вашей замечательной бабушкой!– выпалил призрак–подлиза, выныривая из–за того же склепа.– Наверняка она прекрасна, ласкова, обходительна…

– Ни одного попадания,– фыркнула Лисбет.– Скорее, тиранична, деспотична и чересчур энергична. Её травили и пытались похоронить раз семь, если не ошибаюсь, но леди Вейнгард была ядовитее Ластинника Мышастого и опаснее гюрзы.

Я сглотнула. А ведь сестра права. Бабка была красавицей, но с таким характером, что её боялся сам монарх! Призраки из городского дома Вейнгардов даже писали петицию в газеты, умоляя спасти их от страшной хозяйки, но в полицейском управлении не нашлось ни одного смельчака, чтобы просто рассказать Глории Вейнгард о недовольстве домашних. А тираж газеты загадочным образом был «распродан», не появившись на прилавках.

– Я справлюсь! Мы все справимся, да, ребята?– воскликнул призрак и скелет с Костяной рукой активно выразили согласие, кто как смог.

Это было смешно и в то же время мило. Они действительно старались быть полезными. С самого нашего прибытия скелет активно орудовал метлой, кряхтел, фыркал, что–то копал в темноте. Рука намывала холодный пыльный мрамор. Призрак, видимо, планировал задобрить некроманта комплиментами и аргументами, а как выдалась возможность проявить себя, не растерялся и вызвался на переговоры со страшной бабулей, ему терять нечего, убить она его не сможет, развоплотить тем более, а попытка— не пытка.

– Наш прекрасный дворецкий очистил семь надгробий, выкопал зомби–садовника и сейчас они вдвоём занимаются пересадкой чертополоха, ядовитого плюща и тюльпанов,– сообщил призрак, появляясь из склепа раньше Костяной руки. Которая красовалась новой перчаткой старого фасона!

– Откуда?

– О, прекрасная хозяйка, не изволь беспокоиться!– засуетился призрак.– Ваш прапрадедушка— галантный мужчина и не мог позволить Рученьке ходить обнажённой. Хотя её косточки столь утончённо–изящны, что их грех прикрывать, я так считаю.

– Попрошу воздержаться от похабных комментариев!– проявила я жёсткость, после чего обратилась к Кайрану:– Что будем делать дальше?

– С бабулей пообщаться не желаете?– уточнил он.

– Нет!– дружно ответили мы с Лисбет.

Наша дружная семья имела слабость к сватовству и нравоучительным монологам длиной в государственную границу. А ругать нас было за что! Лисбет активировала дар в нарушение всех правил, а я и вовсе провинилась так, что родне на глаза лучше в ближайшее время не показываться, особенно древней и не понимающей, что двадцать три— не глубокая старость, а вполне подходящий возраст для карьеры и…

– Она до сих пор не замужем?!– завопил из склепа высокий женский голос. Вороны сорвались с веток и растворились в ночи, сделав вид, что их накрыло заклинанием немоты.

– Я помолвлена!– крикнула ещё громче прабабки. Нервно вздрогнувшая Рука вместе с тряпкой грохнулась в ведро с грязной водой.– Привела жениха на поклон!

– Живо его сюда!– скомандовала бабуля.

– Может, вы их по–быстрому упокоите?– спросила я у Кайрана Равенмора.

– Ни за что! Разве могу я упустить шанс посмотреть, как будет выглядеть моя драгоценная супруга спустя четыреста лет брака?– возмутился профессор и первым направился в сторону склепа.

Я сурово посмотрела на сестру.

– Или ты сейчас всех упокоишь или…

– Лисбет, девочка, иди к бабушке!– позвали из склепа младшенькую и та, обрадованная донельзя, сбежала под крылышко к безумно опасным умертвиям от любимой старшей сестрёнки. Которая показалась ей ещё более страшной. Только вот, где я училась, там бабуля преподавала!

– Безумная некромантка!– рыкнула ей вослед. Затем посмотрела на вежливо ожидающего меня у входа Кайрана.– Язаявлю бабушке, что пошутила. И не вздумайте ни словом ни делом сказать иное, иначе вас заставят поднять семь поколений жрецов храма любви, а те не позволят нам сбежать неженатыми.

– Я не приучен врать старшим,– сотвратительно–милой улыбкой ответил мужчина и, подав мне руку, провёл внутрь.

– Красавец!– завопила бабушка. К немалому удивлению выглядела она отлично и двигалась… слишком быстро для поднятой. Это сколько же в ней осталось силы? Мы вообще сможем с ней справиться?

– Благодарю вас,– отозвался Кайран.– Вы великолепно выглядите. Если позволите, я немного подправлю ваши потоки,– деликатно указал он на нарушение пропорций тела и, после подтверждения, быстро исправил недоработку Лисбет.

А должен был упокоить всех, особенно прапрабабку! Её— впервую очередь! Можно даже не упокаивать остальных, уж пристроим куда–нибудь три десятка злых зомби, пусть огороды копают, да дрова рубят, вымещают негатив. А вредные призраки на фоне бабули— вообще лапочки, почти не мешают. А что рукоделие мамино упёрли, так она им не особо пользовалась.

Бабушка Глория выпрямилась, повела плечами, улыбнулась довольно.

– Значит, жених. Что ж, Равенморы испокон веков жён любят, балуют, души в них не чают, а это ещё и некромант годный. Берём!

Я на мгновение прикрыла глаза. Она за годы жизни в склепе совсем манеры растеряла? Разве можно так смущать гостей? И ладно профессор, его не жалко, но родную внучку? Преступление!

– Бабулечка, а как ты узнала, что перед тобой князь Равенмор?– спросила Лисбет.

– Их мальчишки во всех поколениях— что горошины из одного стручка. Будешь у них в гостях, загляни в картинную галерею. Если подумаешь, что на всех полотнах один и тот же господин, ты ошиблась. А вот дамы…