Экономический кризис: кто виноват и что делать

1.2. Общественники и предметники: психофизиологическое обоснование различных психотипов

Колебательно меняются психотипы экономически активного населения в разных странах, меняется тип интеллекта всего населения. Темпы таких изменений связаны и с солнечной активностью. При повышении солнечной активности, при возрастании напряжённости в магнитосфере Земли растёт эмоциональность населения. Эти процессы затрагивают всех, даже лиц, которые казалось бы заняты исключительно высоко интеллектуальной деятельностью – допустим, наукой, вложениями капитала или игрой на фондовых рынках [8].

Отбор среди людей по принципу приспособляемости к социальной среде продолжает действовать. Мы считаем, что подобные процессы идут колебательно. При этом развитие социального, эмоционального интеллекта до определённой меры важно для развития человечества. И развитие данного типа интеллекта не всегда плохо. Когда развивается такой тип интеллекта, то развитие общества более идёт по пути оптимизации социальных отношений, а не предметной деятельности.

Развитие эмоционального, социального интеллекта совершенствует несколько иные способности человека, чем те, которые связаны с лобными долями головного мозга. Уже есть первая фотография импульса передачи добрых чувств от человека к человеку по методике Кирлиана. Этот импульс идёт от сердца к сердцу. Не случайно говорят о сердечных предчувствиях, «чувствует сердцем», в нашей недавней истории был даже призыв «голосовать сердцем».

Этот факт настолько важен для науки, для понимания соотношения таких психотипов как общественники и предметники, психологических особенностей их функционирования, что требует ссылки на работу сибирских учёных. Ануфриева Е. И. и Ануфриев В. П. зафиксировали в визуальной форме, в форме фотографии всплеск любви, позитивных эмоций, идущих от сердца к сердцу в виде выброса энергии [19].

Не будем настаивать на очевидном, на зафиксированном и визуализированном: новое всегда воспринимается с недоверием, хотя о важности сердечного восприятия людей друг другом писали, говорили люди с очень древних времён. Просто сформулируем тезис, что кроме мыслительного, визуального, аудиального взаимодействия между людьми есть и иные каналы передачи информации.

В настоящее время появилось немало научных исследований, фиксирующих реальность тех явлений, которые раньше можно было отнести только к действию неких «потусторонних сил», что приводило к отрицанию традиционной наукой существование и самих явлений. Ясно, что между разумами существует взаимосвязь, которая пока наукой системно не изучается. Известно лишь о немногих исследованиях этого направления.

Например, Дин Радин – один из приверженцев теории нелокальной взаимосвязи разумов – провёл эксперимент, в ходе которого два участника постоянно думали друг о друге. С них снимали ЭЭГ. Одного из участников укололи иголкой. В это же время в затылочной части мозга другого участника отреагировала ЭЭГ[7]. Проводились эксперименты, когда перед одним из испытуемых давали вспышку света, а у другого в это время реагировало затылочное отведение ЭЭГ.

В научно-учебном центре «Бирюч» под руководством кандидата психологических наук Кустова В. Н. был проведён эксперимент, в ходе которого была зафиксирована дистанционная передача реакции человека на боль. Информация снималась специально разработанным антенным устройством, усиливалась, передавалась на АЦП и визуализировалась на экране компьютера. Никаких сомнений: укол испытуемого – резкий скачек сигнала на компьютере. Одна особенность. По мере того как уколы продолжали, амплитуда реакции уменьшалась, вплоть до практически нерегистрируемого минимума.

Интерпретация данного эксперимента многоаспектна. Были мнения о том, что распятие Христа на кресте, его невыносимая боль была тем сигналом, который затронул души всех людей. Были и другие мнения. Но факт остаётся фактом – есть такие поля, такие носители информации, которые человек не осознает, до конца не понимает, но пользуется этим. Именно эта информация составляет основу так называемой мягкой силы, которая действует постоянно, но когда и как – могут чувствовать немногие.

Скорее всего, этой информационной связью, данной силой пользуются и народные целители, экстрасенсы. Не исключено, что жрецы Древнего Египта обладали способностью читать эту информацию… Но эта способность может и пропадать. Некоторые экстрасенсы в силу разных обстоятельств теряли свою способность к целительству. Чаще это происходило при появлении у них страсти к деньгам за лечение, при отказе от бесплатного оказания помощи больным, при отходе от принципов нравственности и порядочности, от Божественности…

Поэтому понимание интеллектуальных, информационных возможностей человека шире, чем обычно представляется в традиционной науке, его нельзя сводить только к работе головного мозга. И это не является какой-то антинаучной идеей. Это идея, которую можно рассматривать, по крайней мере, как научную гипотезу. Хотя она давно стала фактом науки и реальной жизни людей.

В связи с этим если бы уменьшение мозга приматов на протяжении миллиона лет являлось признаком длительной деградации, то должны были иметь место и негативные последствия в форме блокирования развития высших психических функций. Деградация мозга не могла привести к возникновению речи, счета, азбуки, к прогрессу в области техники… Но ведь прогресс налицо. Скорее всего в это время мозг совершенствовался за счёт возрастания количества внутримозговых связей и отношений. Именно они более всего отличают мозг человека от мозга других млекопитающих.

Кроме того, надо признать факт влияния на эволюцию человека и его способности к социальному взаимодействию. Это взаимодействие, несомненно, влияло на изменение мозга.

Мозг женщины более приспособлен к социальному взаимодействию. Она чувствует ребёнка, сохраняя ему жизнь. Она чувствует поведение самцов, управляя их репродуктивным поведением и запрашивает от них помощи в сложные моменты своего существования. Это удивительно тонкое поведение, и одновременно это высоко интеллектуальное поведение. Но интеллект этот несколько иной, чем способы загона и убийства животного.

Однако, любая гипотеза, особенно оригинальная, должна быть проверена. В этих целях нами была задействована электроэнцефалографическая аппаратура. Было обследовано порядка тысячи человек. Это мужчины и женщины в возрасте от 20 до 45 лет, работающие, обладающие способностью к управленческим функциям, занимающие управленческие должности. Они были всесторонне обследованы самыми современными методами. Результаты обследования фиксировались в Паспорте личности. Они были дополнены наблюдениями за поведением личности в рабочих условиях. Наряду с психологическим тестированием, социометрией, методикой ЛИК (лучшие индивидуальные качества личности), методикой MMPI и другими в спокойной обстановке, с закрытыми глазами с них на протяжении 15 минут снималась ЭЭГ. Хотелось выявить различие в электрической активности между лобными и затылочными частями головного мозга мужчин и женщин. Но оказалось, что у женщин активность ЭЭГ выше во всех точках съёма – и в передней части мозга, и в задней части мозга, и в средних точках съёма сигнала. У женщин частота сигнала чуть выше, чуть меньше амплитуда, то есть сигнал уходил в более высокие частоты. Но ведь мы знаем, что самая высокая частота α-ритма именно у человека. У многих животных вообще α – ритм в норме не наблюдается, но чем более животное по эволюционной лестнице приближается к человеку, тем более ритмы ЭЭГ смещаются у него в высокие частоты.

Н. Каркищенко пришёл к выводу, что системообразующий ритм ЭЭГ близок к 9 герц: «Единой соотносимой и, естественно, информативной частотой у человека и разных животных является частота 9±0,75 Гц.» [5, стр.346]. Именно на частоте, близкой к этой, и проводились сравнения.

Женский мозг, не смотря на то, что он меньше, функционирует с использованием более высоких частот, чуть меньших амплитуд основного ЭЭГ-сигнала. То есть он тратит больше энергии. Это подтверждается и потреблением большего количества глюкозы и др. А трата энергии это один из основных факторов эволюции мозга человека. Раз женщина тратит в результате мыслительной активности больше энергии, раз ей надо рожать при этом детей, то безвыходно – мозг должен быть меньше. Иначе его просто «не прокормить» энергетически. Но это не значит, что этот мозг менее эффективен. Его активность направлена на восприятие окружающих лиц, на регуляцию системы межличностных отношений, на сохранение потомства и т. д. И в этом отношении он был вынужден совершенствоваться быстрее мужского мозга.

Это обусловлено практическими задачами, которые, как правило, решает женщина. Ребенок не может сказать, что с ним что-то не так, но «излучает» вовне свое беспокойство, свою боль, чувство голода, дискомфортности. Мать должна уметь уловить, воспринять и догадаться что происходит с ребенком. По сути, воспринять «искусственные» колебания сознания, т. е. воспринять колебания, которых нет в окружающей нас материи. Социум более «базируется» на колебаниях более высокой частоты, чем те, которые «производит» собственно материя, вещество. Мужчина, в отличие от женщины, должен был лучше ориентироваться в своих взаимоотношениях с внешним материальным миром, частоты колебаний которого он и должен был хорошо воспринимать. Отсюда и соответствующий мозг, который более приспособлен для их восприятия. Роль социума постоянно возрастала, особенно она велика сейчас, а роль и значимость охотника, простого добытчика с ростом производительности труда, с ростом общественного разделения труда уменьшилась. Поэтому и появляются феминизированные мужчины в большем количестве. Мужчины начали массово перестраивать свою психику.

Интеллект женщин более социальный, эмоциональный, чем предметный. А вот у мужчин интеллект более предметный. И действительно, готовность к действиям, моделирование поведения связано с лобными отделами головного мозга.

В 1964 г. Г. Уолтер «медленные» колебания в лобной области коры обозначил как «волны ожидания». По его мнению и данным других исследователей эти волны (contingent negative variation – CNV) возникают при ожидании раздражителей, это преднастройка центральной нервной системы к афферентному стимулу, то есть к передаче сигнала в отделы головного мозга. Это готовность человека к двигательному акту после поступления соответствующего сигнала. Это готовность к восприятию и действию под влиянием так называемых факторных причин. Естественно это более необходимо для охоты, чем для вскармливания потомства. Естественно эти участки головного мозга были более развиты у мужчин.

Но основное направление эволюционных изменений было связано с появлением социального интеллекта, а здесь женщины опережали мужчин. И эволюция шла по пути копирования мозга, поведения тех, кто имел большие предпосылки для выживания. В условиях матриархата это усиливалось влиянием самок, женщин на все процессы в стае, племени. Женщины у власти могли сами регулировать какие психотипы мужчин им надо оставить для выживания рода. Они и оставляли их по образу и подобию своему. Мозг всех людей в эти периоды уменьшался, череп становился меньше, эволюция шла в сторону формирования социального интеллекта в большей степени, чем предметного.

Переход более «медленных» ЭЭГ ритмов в область более «быстрых» характерен и для детей по мере их созревания. По мере взросления ребёнок всё в большей степени встраивается в социум, обмен информацией в котором происходит через колебания более высокой частоты, нежели те, что предоставляет нам окружающая нас материя. Поэтому рассмотренная закономерность подтверждается фило– и онтогенезом.

С появлением патриархата основные эволюционные изменения в черепе людей уже произошли. Если это так, то тип ЭЭГ, тип мышления женщин должен передаваться прежде всего тем мужчинам, которые психологически близки к женщинам, то есть феминизированным мужчинам. Действительно, если взять всех обследованных с повышенной феминизированностью (и мужчин, и женщин), то их электроэнцефалограмма наиболее близка к электроэнцефалограмме женщин. Такая ЭЭГ характерна и для феминизированных мужчин. У маскулинных женщин энцефалограмма, снятая в период их релаксации, близка к ЭЭГ мужчин. Но это более выражено в крайних значениях феминизированности и маскулинности.

Женщины и феминизированные мужчины по своей природе склонны замечать и фиксировать малейшие изменения в настроении, выражении лица, в позе и т. д. окружающих лиц. Отслеживание этих нюансов на уровне выработанных динамических стереотипов, требует больше энергии, чем просто готовность к деятельности. Отсюда, возможно, мозг стал сокращаться, концентрируясь на анализе социальных явлений, системы межличностных отношений. Этого требовали новые условия, которые складывались вокруг сознания человека. Росла роль социума и головной мозг должен был перестраиваться для того, чтобы человек мог лучше понимать то, что творится между людьми, то есть между сознаниями.

Решение задач выживания в силу совместных действий, в силу наличия социального взаимодействия в семье, в племени благодаря развитию социального интеллекта стало менее затратным, более успешным. Больший эффект давала не правильность мышления отдельных охотников, а степень их согласованности во время охоты. Развивая свой социальный интеллект, наши далёкие предки повышали возможности своего выживания.

В этой связи основной вывод С. Савельева можно немного скорректировать: в результате эволюции люди, ориентированные на регуляцию межличностных отношений, начали приобретать преференции перед теми, кто занимался только предметной деятельностью: охотой, земледелием и т. д. Позднее именно эта группа людей заняла высшие позиции сначала в племени, а затем и во всём человеческом обществе. Именно эта группа людей стала подчинять себе предметников, когда появился прибавочный продукт.

Особенно интенсивно процесс социального расслоения в пользу общественников пошёл с появлением языка. Язык давал преимущества тем, кто мог отслеживать реакции других людей более тонко, более точно и использовать слова для направления их поведенческой активности в нужном для себя направлении. С одной стороны, появился обман как способ приобретения прибавочного продукта, удовлетворения других потребностей, а с другой стороны – развивалась способность диагностировать этот обман. Поэтому социальный интеллект начал развиваться и у предметников. Однако, общественники всегда хоть на немного, но все же опережали предметников.

Развитие социального и предметного интеллектов у людей – важное приобретение человечества в процессе эволюции. Со временем борьба этих двух психотипов – предметников и общественников – перешла в сферу, слабо диагностируемую предметниками. Это примерно 1/10 часть от всех вариабельных признаков.

Обращает на себя внимание незначительность различия ЭЭГ предметников и общественников. Оно менее 1/10. Это означает, что борьба между ними принимает формы, которые не фиксирует наше сознание, а если и фиксирует, то с трудом и не у всех. Более того, с помощью слов общественники получили возможность прикрывать истинные мотивы своих поступков, доводя себя до состояния, в котором они сами верят в то, что сказали. Иначе их просто быстро «вычислят». Появились так называемые защитные реакции, деформирующие с помощью слов картину мира, а также цели, которые начинает ставить перед собой человек на основе анализа этой не существующей в реальности парадигмы.

Мир радикально изменился. Он стал миром общественников. Женщины лучше мужчин преуспели в общении с помощью слов. Это их преимущество, оно остаётся до сих пор. Но с появлением прибавочного продукта выживание рода стало возможным и при неравенстве его распределения, при распределении его по силе. И здесь преуспели мужчины. Они сильнее.

Общественники прошли в своём развитии два этапа. Это этап господства эмпатичных общественников, которые оптимизировали систему межличностных отношений, считывая реакцию окружающих. И это этап господства хитрых, сильных общественников, которые удовлетворяли свои потребности за счёт того, что лучше других ориентировались в системе межличностных отношений и умели скрывать свои истинные намерения. Эти два типа общественников перемешаны между собой, что усложняют проблему их дифференциации, диагностики. Хитрые общественники стали прикрываться эмпатичными. Мир изменился. При этом соотношение хитрых и эмпатичных общественников, общественников и предметников циклически изменяется, о чём говорит историческая ретроспектива. Дело в том, что со временем хитрых становится больше, чем их могут прокормить предметники. В силу этого циклически происходит их естественное «сокращение» с одновременным возрастанием роли предметников.

В настоящее время хитрые общественники и их родственники владеют банками, торговыми организациями, крупными фирмами и т. д. Они потихоньку проталкивают законы и нормы, по которым именно их организации могли бы получать больше, иметь преференции. Эмпатичные общественники ратуют за справедливость в распределении собственности, еды и власти. Мир до этого выживал благодаря эмпатичным общественникам и каторжному труду предметников. Они и сейчас активны.

Данное положение принципиально для понимания сути современных кризисов. В ткань собственно экономических закономерностей вплетены закономерности психологические, что для большинства людей незаметно. Наличие таких закономерностей доказывается экспериментальными данными. На психофизиологическом уровне (см. Приложение) наиболее существенные отличия по ЭЭГ у мужчин и женщин, у общественников (они близки к женщинам) и предметников.

И это отличие не только на уровне ЭЭГ. Это и на генетическом уровне. Известно, что люди и обезьяны имеют близкий, на 98,4 % совпадающий состав генов. При этом различие мужчин с самцами обезьян составляет всего 1,6 %, а с женщинами – целых 5 %! Генетически мужчина ближе к самцу-обезьяне, чем к женщине, а женщина по своему геному ближе к самке обезьяны, чем к мужчине. То, что головной мозг самки обезьяны и женщины имеет меньшие размеры, чем головной мозг самца обезьяны и, соответственно, мужчины, вовсе не означает, что он развит в меньшей степени.

Скорее всего, это специфически работающий мозг, фиксирующий малейшие изменения, микрофакторы при принятии решений, более нацеленный на восприятие кумулятивных причин. В ходе анализа этих микрофакторов, кумулятивных причин, головной мозг женщины, работающий с большей частотой, оказывается более продуктивным. Но для такого непрерывного анализа необходим и больший расход энергии.

Причем это касается не только мужчин и женщин. Если поделить всех обследованных по степени выраженности феминизированных черт личности, то и мужчины, и женщины с чертами феминизированности и маскулинности резко отличаются друг от друга по интенсивности, характеру ЭЭГ. Феминизированные лица резко отличаются по характеру ЭЭГ от маскулинных лиц и других подгрупп обследованных, в том числе выделенных и по степени выраженности различных акцентуаций.

Но больше впечатляет разница между лицами с явными чертами общественников и явными чертами предметников. Это разделение мы провели по степени одновременной выраженности таких акцентуаций как истероидная, феминизированная и маниакальная.

В ряде исследований [4 и др.] доказана обоснованность такого выделения лиц, имеющих способности к решению производственных и иных задач через систему межличностных отношений. Это весьма важная типология людей. Она не только в нашей крови, в наших гормонах, но и в нашей генетике, в истории нашего развития, в типе нервной системы, в характере ЭЭГ. Это один из экспериментальных, уже доказанных психологами, критериев деления людей на тех, кто имеет способности к общению, к управлению другими, а кто нет.

Таким образом, деление обследуемых по полу и по психотипу – общественник или предметник, является сущностным. Оно более значимо, чем выделение других подгрупп обследуемых по степени различия их ЭЭГ, пожалуй за исключением различий в ЭЭГ детей и стариков. Различия между мужчинами и женщинами самым неожиданным образом сказываются на наших социальных и экономических отношениях. Точно также различия между общественниками и предметниками основательно вплетены в жизнь человека, в систему экономических отношений.

По частоте и амплитуде сигнала ЭЭГ различия между мужчинами и женщинами составляет до 10 %. Точно такое же различие наблюдается между предметниками и общественниками. Поэтому наблюдательные, опытные люди должны это различие «ловить» своим сознанием. Так оно и происходит. Сначала это различие фиксирует наше подсознание, а затем и сознание. Однако, для получения этого результата, конечно, необходимо время и опыт общения с общественниками и предметниками.

Интересный факт: наше подсознание обычно более высоко оценивает предметников. Это понятно, так как при иной оценке наша эволюция зашла бы в тупик. Способностями к таким оценкам обладают далеко не все люди, но и они не доводят наблюдаемые отличия общественников и предметников до уровня понимания их влияния на экономические, социальные отношения, на общество в целом. Это скрытые, неочевидные факторы развития общества.

В наших представлениях о политическом и экономическом устройстве может произойти сдвиг, если мы осознаем возможности управления процессом изменения психотипов людей и научимся его использованию в интересах повышения конкурентоспособности коллективов, обеспечения эффективности экономики и сбалансированности внутриполитического устройства своей страны. Вот рассуждения на этот счёт З. Бзежинского.

«Традиционная связь политической свободы и политического равенства – основополагающая правовая концепция, на которой строится демократия, была выведена из идеи о том, что «все люди созданы равными», и убеждённости в том, что процесс развития человека по своей сути эгалитарен. Но выборочное улучшение человека путем манипуляции кодом, определяющим человеческие параметры и возможности, может поставить эту идею под сомнение, а вслед за этим и все основанные на ней политические и правовые конструкции. Что останется от аксиомы о равенстве, если интеллектуальные и даже моральные качества некоторых индивидов будут многократно искусственно усилены по сравнению с тем, чем наделены другие?

Существует опасность, что некоторые государства будут испытывать искушение проводить курс на улучшение человеческой породы как государственную политику. В прошлом эгоцентричное представление о врожденном превосходстве некоторых народов служило оправданием для колониальной эксплуатации, рабства и – в самом экстремальном случае – для чудовищной расовой доктрины нацизма. Что, если подобное превосходство не останется простым самообольщением, а станет реальностью? Ощутимые различия в интеллекте, здоровье и продолжительности жизни между различными народами могут бросить вызов единству человечества, которое, как говорят, должна укреплять глобализация, и демократии, которую Америка хочет распространять» [1].

Выделение психотипов, которые оказывают существенное влияние на развитие социально-экономической системы и управление этим невидимым, скрытым фактором эволюции, может дать эффекты, о которых пишет З. Бзежинский. Для этого не надо менять генетический код людей, их надо использовать в соответствии с имеющимся генетическим кодом, в соответствии со сложившимися психотипами. Через управление процессом взаимодействия общественников и предметников, как и других психотипов, можно сознательно влиять на исторический процесс. Впрочем, и ранее, и сейчас взаимодействие этих психотипов оказало и оказывает весьма существенное, чаще неосознанное, влияние на исторический процесс.

1.3. Общественники и предметники в историческом процессе

Соотношение и взаимоотношения предметников и общественников закономерны с социально-психологической и экономической точек зрения. И это прослеживается в истории. С социально-психологической точки зрения предметники важны и нужны общественникам для поддержания их имиджа среди других общественников. К власти приходят через конфликты, через систему взаимоотношений, союзов одних групп людей против других. Здесь помогает социальный, эмоциональный интеллект. Даже среди мартышек вожаком, лидером стаи может стать не самая сильная, а самая умная, самая способная особь. Эти способности заключается в понимании реакций каждого члена стаи, в подчинении каждого себе, в создании группы преданных вожаку членов стаи для свержения тех, кто силен, но не смог обеспечить себе численное и качественное преимущество.

А вот качественное преимущество племен, групп людей среди наших предков обеспечивалось и наличием в них лиц, которые могут лучше других обеспечить условия для выживания, процветания. Могут лучше других разжечь огонь, убить животное, сделать загон, стойбище, стрелы, луки, а позже – обеспечить прорыв в развитии военной техники и т. д. Осадные башни, корабли, порох, луки, ружья, бронзу, сталь и т. п. лучше делали предметники. Их суть была увлечена этим процессом, их за это ценили, давали явные преимущества в социальном положении. И в силу этого данные предметники не имели особой нужды концентрироваться на системе межличностных отношений.