- -
- 100%
- +
Канун Нового года был необычайно загружен: покупка подарков, горы недоделанной работы в офисе, встречи, дедлайны… Квартира стала нужна только для сна и смены одежды, работа заменила мне жизнь, которая начиналась после выхода из дома в семь утра. Даже в выходной. Никто не отменял аврал на работе, и все старались успеть до распределения премии закрыть все недочеты. Так незаметно пролетел декабрь. До корпоратива остался один день. Тогда-то и вздохнул весь наш отдел, и я в том числе, свободно.
– Девочки, кто в чем идет на корпоратив? – слышались тут и там возбужденные голоса коллег.
– Говорят, сам генеральный будет! – под видом огромной тайны громким шепотом разносилась новость по отделам.
– Машка, слышала? – это уже ко мне подкатывает подруга, давно и безнадежно влюбленная в Тимура Дмитриевича. – Чтобы даже не смотрела в его сторону. Обещай!
– Настасья Петровна, – деланно ужасаюсь я, – тебя же муж дома ждет и трое детей!
– Святое не тронь! – гордо заявляет она. – Тебя вон кактус дома ждет и пыль, а все туда же лезешь.
– Настасья, – едва сдерживая смех, говорю я, – да не буду я на него смотреть. Но представь ситуацию, что он сам ко мне подойдет и заговорит. Мне что делать, выпучив глаза и закрыв рукою рот в ужасе убегать? Это, заметь, ненормально.
– Ненормально западать на чужих мужиков, а генеральный наш адекватный, он поймет, что с тобой связываться не стоит.
На самом деле генеральный – персонаж мифический. Все видели его фотографию, которая висит на доске почета и несколько раз вживую: при его назначении на эту должность и на юбилей нашей компании. Оба эти раза весь наш отдел находился на галерках, так как был выпимши и шифровался, соответственно, толком никто ничего не видел.
Толк в выпивке мы знали. Вот и сейчас Ритусик, наша активистка, составляла список кто и сколько принесет, чтобы всем хватило. Вообще, мы так смешно сдружились, как будто специально: Рита у нас темненькая, короткая стрижка, активная, вечно в брюках, стиль пацанки. Настасья – пышная блондиночка, домовитая, всегда в костюме с рукавом три четверти и сложной укладкой в высоко поднятых волосах. Генератор идей как бы похохотать, при этом примерная жена и мать. Ну, и я. Знакомьтесь: рыжая-бесстыжая Маша, я за любой кипишь, волосы у меня средней длинны с челкой, которая придает мне ангельски-наивный вид. Работает. Проверено. Обожаю провокационные наряды: если платья, то с чулками, декольте и экстремальной длинны, если джинсы, то подчеркивающие все мои достоинства и обязательно шпилька. Я генерирую идеи, где бы найти приключений, да таких, чтобы потом было что вспомнить.
Нахожу я эти приключения, в основном, для себя. Так, однажды, весело подхихикивая, вышла не на том этаже и встретила одного из замов генерального, еще того, старого. Зам спросил, почему я не на своем месте и не боюсь проверку. На что я, все еще подхихикивая и строя глазки ответила, мол, а зачем бояться? Проверка не у меня, а у вас, вы же не трясетесь, когда меня проверяют?!
За что получила строгий выговор с занесением в трудовую и лишение премии. Естественно, я тут же по начальникам добралась до того зама. Меня послали, ну, я и пошла. Пошла к генеральному. Секретаря не было на месте, ну, я и зашла. А следом влетел тот зам, не помню уж, как ту падлу звали. Ну, и вот, не вовремя мы зашли: секретарь Томочка исполняла свои непрямые обязанности. Обоих уволить генеральный не мог, поэтому меня повысили и вернули премию, а того вредного зама понизили и лишили премии. Выговор мой, правда, так и остался в трудовой на память. А все почему? А все потому, что я удачно дружила с внучкой того генерального и была вхожа к ним в дом. Ну, и никогда не пользовалась этим. До этого момента.
Кстати, все до сих пор думают, что я важная шишка и не трогают меня. А могли бы головой и подумать, что директор сменился и я теперь сама по себе. Смешные, ей-богу!
И вот, настал день Х и все собрались в мегапопулярном ночном клубе. Наш столик располагался в основном зале. Народу было видимо-невидимо. Посередине – танцпол, на сцене – диджей, присесть и перекусить можно было поближе к стеночкам за столиками на компании из пяти – семи человек. На втором ярусе, куда вела лестница, обрамленная изящными деревянными перилами с завитками, стояли вип-столики. Видимо, там восседали акционеры нашей компании и смотрели эти небожители на нас сверху вниз, как на таракашек.
Но, спустя пару часов и бутылку шампанского на голодный желудок, я должна была признаться, что там, наверху, сидят нормальные приятные люди.
– Маруся, – закричала мне прямо в ухо Настасья, – я закадрила та-аких офигенных мужиков! Все как на подбор. Бери бокал, выставляй напоказ, что надо и вперед – они пригласили нас к себе!
– Настя, – пытаясь перекричать грохочущую музыку, притянула подругу к себе, – ты сегодня офигенно выглядишь, но ты многовато выпила и несешь чушь.
Для убедительности, я хлопнула ее по знатной заднице, обтянутой блестящим белым платьем.
– Ритусик, скажи ей! – самодовольно улыбнулась Настя и чокнулась с нами бокалом. Пришлось выпить.
– Ну, ты, мать, даешь! – искренне удивилась я, протягивая ей проигранные сто баксов. Еще с утра мы поспорили, кто быстрее закадрит небожителя. – Уважаю. В стажеры по пикапу возьмешь?
Разговорившись, мы и не заметили, как Рита притащила свою знакомую Полину. Мы иногда тусовались вместе.
– Идем! – возвестила Настя и, гордо подняв бокал над головой, словно реющий флаг, двинулась навстречу прекрасным незнакомцам. По пути она раздвигала собой танцующую толпу и раздавала комментарии отдельным лицам, после чего громко хохотала.
На лестнице нам встретилась охрана, после громких выяснений, нас, наконец, пропустили и мы попали в мир богатства и роскоши. Ноги утопали в ковре с высоким ворсом, музыка здесь не так грохотала, позволяя разговаривать не сильно повышая голос, свет был приглушен таким образом, что столики оставались в тени, освещая лишь проход. Сновали вышколенные официанты, улыбаясь во все зубы, льнули к вип-мужчинам специальные девушки.
Казалось, что мы смотримся инородно, бедно и крикливо. И что-то вот всего этого я так испугалась, что я потянула Ритку с собой в дамскую комнату.
– Да ты посмотри, какая к черту босота? Интеллигентнейшие дамы! – возмущенно убеждала меня подруга. Мы встали рядом, глядя на себя в зеркало.
И правда. Румянец от алкоголя и блеск в глазах придавал нам вид аппетитных булочек, которые так и хочется съесть. Ноги от ушей, шпилька, маленькое черное платье нереально блестит, маникюр, все дела. Сделав пару селфи, а селфи в туалете – это святое, мы взяли свои бокалы и пошли искать Настю и Полину.
Долго искать не пришлось, наших дам было слышно издалека. Подойдя к столику, Рита сразу определила для себя кавалера и уселась ему на колени. Они тут же стали о чем-то шептаться. Настя обхаживала своего Апполона. И, да, он действительно был хорош собой. Зная Настю, тяжело ей будет остановиться, но у нее железный принцип – дальше поцелуя никогда не заходить. Муж и дети обязывают. Да, и сколько я ее знаю, частенько она и от поцелуя отверчивалась, а принцип не нарушала никогда.
Свободные мужчины попивали виски и были увлечены разговором. Я не стала выбирать себе жертву, все-таки я чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому села с томным видом на край дивана, закинула ногу на ногу, открывая окружающим чуть больше дозволенного, благо мое короткое платье это позволяло и стала оглядывать всех вокруг, попивая шампанское из своего бокала. Мужчины с нашего столика мазнули по мне пьяным взглядом и продолжили вести разговор. Стало обидно, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что все к лучшему: у одного были усики, которые я терпеть не могу, у другого – пивное пузо, еще у одного – кольцо на пальце.
А вот за столиком напротив, ух! Какой индивидуум! Черные глаза, весь на стиле, костюм с иголочки, манжеты белоснежной рубашки с запонками, идеально выбрит, верхняя часть удлиненных волос собрана на затылке, остальные свободно спускаются. И взгляд! Взгляд прямо на меня, прямо в глаза. О, Боже, это идеал сегодняшнего вечера. Даже стало интересно кто это у нас в компании такой сексуальный? Один из акционеров? Или приглашенный гость? Я подмигнула ему, чуть приподняв свой бокал. В ответ он улыбнулся уголком губ и тоже приподнял свой бокал. Я пригубила и отвела взгляд. Нельзя так откровенно пялиться, можно и впросак попасть. Посидела, поскучала еще несколько минут, скользнула взглядом – смотрит. Неожиданно, такой красавчик, ему бы в кино сниматься в роли роковых мужчин, а он на меня смотрит, не может такого быть. Или может? Меня бросило в жар, а сердце пустилось вскачь. Взгляд отвести не смогла, даже немного пролила шампанское и, мне больше ничего не пришло на ум, как при нем облизнуться. Одну капельку я не успела поймать, и она медленно стекла по подбородку и полетела прямиком в декольте. Он следил за ней как в замедленной съемке. Это невероятно. Потом он прикрыл на мгновенье глаза и сделал глубокий вдох. Я завороженно смотрела как расширяется его грудная клетка и как работают мышцы, словно он был не за соседним столиком, а прямо передо мной. Странный эффект от выпитой мной бутылки шампанского. Хорошо, почти от двух. Меня повело, когда он, выдохнув, снова уставился на меня, не мигая и тяжело дыша.
Все, пора мне освежиться. Я поднялась, одернула платье и пошла походкой от бедра в сторону дамской комнаты. Мне так казалось. Второй этаж был сделан в виде неполного круга и я, кажется, заблудилась. Толкнув дверь, я казалась в каких-то подсобках. Пройдя по пустому полутемному коридору еще немного и свернув за угол, меня резко припечатало к стене.
Глаза, черные глаза напротив! Я даже испугаться толком не успела, как он, обхватив мою голову одной рукой, другой прижал к себе мою талию. И, надо отметить, симпатия ко мне у него имелась, это я вам точно могу сказать. Я решила не заострять на этом внимание, у каждого свои проблемы. Я не могла оторваться от его гипнотических черных глаз. Может, я немного перепила, но мне мерещились в них золотые всполохи. Такие тонкие сверкающие нити, едва заметные глазу. Из-под рубашки, на шее, виднелся край татуировки, ничего особенного: краешек то ли змеи, то ли дракона. Но, когда я нежно провела по ней рукой, незнакомец вздрогнул. Мелькнула мысль, что это странно, но тут же вылетела из головы, потому что пока я наслаждалась его видом, большим пальцем он начал поглаживать мою скулу, затем перебрался на губы, нежно очерчивая их контур, а потом… Потом он меня поцеловал.
Это была страсть, ураган эмоций. Я задыхалась от напора, от жажды поцелуя, от подавляющей ауры этого человека. И, да, я отвечала ему. Он вел, я принимала правила, и наслаждалась. В голове, кроме жажды продолжения ничего не было. Это было какое-то затмение, потому что в мои далеко не двадцать пять, предаваться самому прекрасному сексу в моей жизни с незнакомым человеком в коридорах подсобных помещений – это не нормально. Но тогда я думать не могла, тогда я была на пике удовольствия.
Сердце ухнуло вниз, когда послышались голоса какой-то компании. Я очнулась висящей на нем, с поддерживающими меня под задницу его руками и с задранным платьем. Боже, как стыдно, вот это я напилась! Я аккуратно сняла с него ногу и он, хмыкнув, убрал от моего места для приключений свои руки, после чего сделал большой шаг назад, наслаждаясь моим видом. А я вся красная от стыда, быстро обтянула платье и поправила чулки, не решаясь посмотреть, как он застегивает пряжку ремня. Компания приближалась, остались какие-то секунды. Незнакомец выудил капельку черного камня на тонкой золотой цепочке, нежно застегнул ее на моей шее, попутно поцеловав в ямочку и галантно подал руку. Предвосхищая все слова, он приложил указательный палец к моим губам и, улыбнувшись сногсшибательной улыбкой, щелкнул пальцами, а затем спокойно повел меня к выходу.
Три, два, один… Компания официантов прошла, передавая друг другу бутылочку шампанского, шумно разговаривая и… и не обратила на нас ни капельки внимания. Я даже обернулась: такого не может быть! Из запрещенной зоны выходит растрепанная пара – кстати, надо вытереть помаду, вдруг, размазалась – и это никого не заинтересовало. Чудеса какие-то! Но кавалер ведет себя спокойно, сделаю-ка и я вид, что все идет нормально. И это не я сейчас… Стоп! Все, забыли!
А где тут забудешь, когда перед выходом в зал, таинственный незнакомец, вдруг притянул к себе, мазнув взглядом в декольте, и нежно-нежно поцеловал. Я опять поплыла. И, если бы он не открыл передо мной дверь, так и стояла бы. Так как двинуться сама я была не в состоянии, он, самодовольно улыбнувшись, придержал дверь одной рукой, а другой развернул меня лицом в зал, прошелся рукой по пятой точке, все ниже, ниже… и… с размаху придал мне ускорение.
Я вылетела в зал пулей, с горящей от хорошего шлепка задницей, растрепанная и с огромными от ужаса глазами. Чего я испугалась? Ну, во-первых, моей недавней слабости и позора, а во-вторых, того, что я зацепилась за ковер и теперь летела прямиком на какого-то прекрасного мужчину за ближайшим столиком и отстраненно думала: долечу я до него или упаду раньше. И такой смех меня разобрал от этой нелепой ситуации, что, когда я таки свалилась на того мужика, начала хохотать как ненормальная.
Отсмеявшись, я, наконец, осознала, что сижу на коленях у генерального! Настя меня убъет!
– Тимур Дмитриевич? Не желаете ли потанцевать?
Получив отказ, я вздохнула с облегчением:
– Спасибо, Господи, за понятливого мужика!
Я удостоилась удивленно-заинтересованного взгляда и быстрого определения размера моей задницы. Размер, видимо, впечатлил, но я уже не могла реагировать на слишком тонкие намеки и пошла искать свою компанию. Вот только за столом никого не было, в зале и дамской комнате тоже никого. Я пожала плечами и спустилась на первый этаж. За нашим столиком моих подруг тоже не было, зато сидели незнакомые мне люди. Я выпила с каждым за знакомство и, прихватив с собой бутылочку шампанского, накинула на плечи шубку и вышла на улицу в темную ночь.
Это присказка, не сказка. Сказка будет впереди, да еще какая!
Да, признаюсь, выпила я много, но это никоим образом не оправдывает мои дальнейшие приключения.
Я шла нетвердою походкой на остановку, звонко цокая каблуками по слегка подмерзшему асфальту и не ощущала холода. На улице было морозно, безлюдно и тихо. Вызвать такси меня мысль не посетила. Мысли вообще скакали как им заблагорассудится и пытались построить дружный хоровод. Свежий воздух активно этому препятствовал, временно отменяя воздушную тревогу. То есть вертолетики.
Поэтому мысли выглядели примерно так: какие красивые снежинки! Вкусные! Почему так холодно? О, а я в туфлях. Сугробик? Нет, камушек. Упс, упала! Хи-хи, как смешно. Хорошо, не в лужу. О, подползу-ка я посмотреть, как я выгляжу. Не пей, козленочком станешь… Хи-хи! О, кто это в луже такой миленький? Вот это глазищи. Да, ладно, я – дракон? А почему одна голова, где руки, вот я одной машу. Вторая рука шампу-пусик держит, не могу ей баловаться. Эй, ты кто?
Я зажмурилась и опять заглянула в лужу. В ней по-прежнему был дракон, смотрящий прямо на меня. Я оглянулась – никого. А в луже – дракон. Красивый такой, как я, только черненький. Голова одна и огромные желтые глазищи. Я глянула на небо – никого. В луже – дракон. Нереализованный материнский инстинкт скомандовал срочно погладить милое существо. Пусть в луже, пусть только голова. Я протянула руку и с трудом дотянулась до ледяной воды. И тут со мной сыграл злую шутку алкоголь: я не смогла сохранить равновесие и полетела носом прямо в лужу. Та оказалась глубокая и вода накрыла меня с головой.
Когда я отфыркалась и села ровно, я пообещала себе больше не пить, потому что вокруг была НЕ ночь, НЕ дорога и НЕзнакомое мне место.
Я сидела посреди тропинки около своей лужи, только теперь в ней отражалась я, а не дракон. Словила белочку? Чур меня, чур меня, не буду больше пить. Когда же я встала на четвереньки, то поняла три вещи: кругом поля, припорошенные снегом, куда ни глянь, под короткое платье поддувает и я начинаю мерзнуть, и сзади кто-то стоит и ржет.
Не обращая внимания на смех, я встала с четверенек и поплотнее запахнула шубку. Осмотрела презрительно с ног до головы гномика и решила уточнить:
– Мы знакомы?
– Смотря с какой стороны посмотреть, – заходясь в новом приступе смеха еле проговорил тот.
– Хам, – обиженно заявила я, не зная в какую сторону идти.
– В качестве извинения, – проговорил этот худощавый недогном, метр в кепке и в прыжке, – могу проводить до постоялого двора, комнатку на часок снимем.
– До гостиницы? Отлично, там я вызову такси.
– Как такая прекрасная дама оказалась в наших краях? – явно издеваясь спросил недогном.
– Что-то у вас глаза хитрющие, небось сами ответ знаете. Прогуляться мне, знаете ли, что-то захотелось, – зло бросила я и зашагала за провожатым.
– Зовите меня Тор, – вполоборота заявил тот, быстро семеня ногами.
Меня разобрал смех.
– Тор? Серьезно? Ты гномов, вообще, видел? Ты, наверное, на диете сидишь или не дорос еще до Тора. Торик. О, Торик-Толик. Ой, не обижайся, Толян, это я сильно перепила, потом просплюсь и извинюсь. Если ты еще не покинешь мое больное воображение.
Я приняла за аксиому, что у меня галлюцинации от переизбытка спиртного, поэтому надо наслаждаться моментом. Ведь потом, когда меня отпустит, будет не до веселья.
Идти пришлось чуть меньше часа. Толик все-таки обиделся, что не мешало мне разговаривать с ним всю дорогу. Ноги в вечерних туфельках окончательно замерзли. Даже бутылочку шампанского я засунула в рукав шубки и спрятала руки в карманах. Если она теперь и упадет, то в карман, а не на землю.
– Миледи, вы не переживайте, в таких условиях вы пробудете недолго, побалуемся и совсем скоро вы покинете нас, – разглагольствовал гном.
Одновременно, я почувствовала шлепок по заднице. Честно, я даже растерялась, ну, не бить же «ребенка» в ответ.
– Я так-то и не переживала, а сейчас вот что-то начинаю, так куда я вас покину? – разнервничалась я. Вариантов развития событий я видела массу и все мне не нравились.
– Ты и так в мире ином, дальше уж некуда, будешь несговорчивой, так заплачу тобою драконам дань, – выдал гном и радостно зашагал впереди меня.
– Как девушку до беды довести, так ты в первых рядах, тоже мне кавалер нашелся – ворчала я, не воспринимая болтовню этого недоросля всерьез.
Гном лишь хитро подмигивал, но молчал. Я с тоской обернулась назад, прикидывая, может, рвануть в другую сторону? Все шансы сбежать от этого галантного кавалера у меня имелись, но вдали виднелись лишь бескрайние, припорошенные снегом, поля и лес вдали. Даже, если меня не съест какой-нибудь хищник, то у меня есть все шансы замерзнуть. Поэтому, план у меня был такой: заходим в гостиницу, к тому же она уже виднеется, я там отогреваюсь и быстренько сбегаю. Надо только узнать в какую сторону бежать. Ну, это просто, если там есть хоть один нормальный мужчина, не желающий от меня избавиться.
Толян стал уже подозрительно на меня коситься, почему же я так долго молчу.
– А что, Толик, сколько тебе лет? – развеивая подозрения задала я неудобный вопрос.
– Да, взрослый я уже! – чуть не закричал гном.
Ясно, значит, недавно стал совершеннолетним, знаем мы таких нервных индивидуумов.
– А где же твоя борода? – я невинно похлопала ресничками. – Никогда не видела гнома без бороды.
– Ведьма! Можно подумать, – фыркнул презрительно Толик, – ты видела хоть одного гнома.
– Пф, можно подумать ты видел хоть одну ведьму, – не осталась я в долгу и, гордо подняв нос, стала рассматривать деревенскую гостиницу.
Среди окружающей серости она смотрелась… смотрелась темным пятном. Высокий, этажа в три дом из почерневших размокших бревен, подмерзшая грязь вокруг крыльца и мужик, вытирающий грязные руки об одежду на толстом пузе. Меня аж передернуло.
– Костикович, дорогой, принимай гостью заморскую, – устремился к невоспитанному мужику Толян.
Мужик высморкался в руку, вытер об штаны и обнял гнома. Я едва успела убрать с лица брезгливое выражение и расплыться в улыбке:
– Костикович, рада знакомству, – радостно улыбаясь выдавила я из себя и неожиданно даже для себя сделала книксен.
Мужик сначала замер, выпучив глаза, а потом оживился, приосанился и заявил:
– Для тебя, милашка, я Ивашка. Подь сюда, сейчас я тебя обогрею! – и заржал, видимо, со своей рифмы.
Я поравнялась с ним, и, когда он раскинул свои грязные ручищи, чтобы сграбастать меня, ловко увернулась от объятий.
– Ну, что вы! Дама с дороги, устала, замерзла, а вы держите нас на пороге – не гостеприимно с вашей стороны, – опустив глазки и поежившись пожаловалась я. – К тому же у нас важное государственное донесение, и неприкосновенность. Шпионы, кругом одни шпионы, и все по кустам сидят. Следят! За нами!
Я многозначительно подняла брови, после трагической паузы смиренно вздохнула о безвыходности ситуации.
– Но, обещаю, если мы благополучно доберемся до…, – многозначительно подняла палец и посмотрела вверх, – всенепременно упомяну Ивашку Костиковича и вернусь, не дай Бог вернусь.
Оговорившись, я замерла, но хозяин уже подсчитывал в уме свою премию от неизвестно кого и не обратил внимания на мои последние слова. Он так увлекся, что гному пришлось громко прочищать горло, чуть не срываясь в петуха, чтобы про нас вспомнили.
– Ах, да, проходите, сейчас все будет, – пробасил хозяин и исчез за дверями, а мы так и остались стоять перед захлопнувшимися дверями.
– М-да, Толик, воспитанием тут и не пахнет. А что, у вас везде так?
– Мадам, зато пахнет едой! – еле открывая тяжелую дверь произнес гном, чуть не захлебываясь слюной.
– Благодарю, – поблагодарила я мини-Тора, который пропустил меня вперед, – я ценю ваше благородство и в знак признательности, отдаю всю еду вам. Я только попью для сугреву.
Гном стал смотреть на меня влюбленными глазами. Я робко улыбнулась и села за накрытый стол. Не буду же я объяснять, что я, мало того, что недавно ела, так еще и пила. А в похмелье о еде не вспоминают. Я с нежностью погладила стеклянный бок своей бутылки, но доставать не стала. Приберегу для более значимого случая. Ивашка вон уже кувшин глинтвейна на стол ставит и маслеными глазками подмигивает.
Выпив две глиняные кружки горячего напитка, я осмотрелась. В большом зале стояли столы и лавки из неотесанного дерева. Все было откровенно грязное: если тарелки Ивашка забрал, то остатки еды, и всего прочего просто смахнул: что на скамейку, что на пол, а пятна от еды и питья вообще трогать не стал, рассудив, видимо, что, если проблему не замечать, то она сама скоро рассосется. Зал был полон народу, было шумно, пьяно, весело и опасно – за дальним столиком назревала потасовка. Единственным мужчиной, подходящим мне для выполнения моего плана по побегу от Толяна, был молодой волшебник. В моем представлении так должны выглядеть волшебники: длинные черные волосы завязаны в растрепанный хвост, длинный черный плащ, мягкие кожаные сапоги и белая рубашка. Под плащом угадывалось какое-то оружие, возможно рапира. Нет, это я уже из волшебника мушкетера делаю, но все же. Официантки звали его Михаэль, когда щебетали про вкусные блюда.
Вот он бросил на меня презрительный взгляд, поднялся из-за стола и направился прямиком на второй этаж.
– Толик, дорогой, где бы нам отдохнуть, так мои ножки устали, сил моих больше нет ходить. – жалобно произнесла я, спустя десять минут, и делая большие щенячьи глаза.
Тот, не переставая заигрывать с пухленькой официанткой и жевать, промычал про второй этаж и что он скоро меня догонит, снова уткнулся в свою даму сердца. Так он, оказывается еще и ветреный: то со мной заигрывал, теперь с другой. Ну, и отлично, меньше мне проблем от него будет. Ну-ну, я выспаться успею, пока он меня догонит.
Поднявшись на второй этаж по скрипучей лестнице, я остановилась. Коридор уходил налево и направо, интересно, куда сказал Толик идти? Дверь должна быть точно в конце. Как любая приличная девушка, пойду-ка я схожу налево.
Определившись с направлением, я быстро зашагала к своей двери в надежде на скорый отдых. Теплая ванна с пенкой, пушистый ковер под уставшими ногами и мягкая уютная кроватка. Проблемы начались на подходе к двери. Дело в том, что в конце коридора было две двери: по правую и по левую руку. Оглядев с сомнением узкую и низкую дверь, я решила выбрать широкую двустворчатую. Ведь не могли же меня заселить в каморку для хранения уборочного инвентаря? Или что там у них хранится?
Распахнув двери, первое, что я увидела – высокая деревянная ванна, наполненная до краев горячей водой, от которой еще даже шел пар. За паром проглядывала неплохая кровать. За такой сервис, я даже почти простила этого мужлана Костиковича. Глубокий вдох, выдох, и сбрасываем шубу, туфли, наконец-то разжимаем пальцы, державшие шампанское. Стон удовольствия не удалось сдержать – как мало надо для счастья! Ноги гудят от долгой ходьбы, как будто бы и не пьяные фантазии у меня, а все на самом деле происходит – удивительно устроен мозг. Особенно мой! Посмотрим, насколько хороша водичка.