Из бродяги до рокстар. сборник шуток

© Иля Кор, 2025

ISBN 978-5-0065-9261-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Я панк в комедии: вместо шуток – трёхаккордные панчлайны, вместо смеха – вой сирен за дверью клуба. Мой стендап – это когда ты рвёшь

шаблон, а аудитория рвёт договор аренды. Вчера спросили: «Это ирония?». Я в ответ разбил гитару об стул. Теперь это перформанс. Или вандализм.

Или налоговая оптимизация. Неважно. Гитара была расстроена. Как и они».

«Если вы смеётесь – вы соучастник. Если нет – вы охрана. Если молчите – вы гитара. А если спросите: „Где же анархия?“ – я покажу вам счёт за ремонт клуба»

Про бунт и Wi-Fi

«Я бунтую против системы. Каждое утро отключаю роутер и кричу: «Свободу данным!». Потом включаю обратно – ищу, как сжечь Икею через Tor.

Алгоритм уже рекомендует мне огнетушители. Это и есть цифровая герилья: между анархией и кэшбэком».

Про андеграунд и доставку

«Мой панк-клуб в подвале – теперь там фудтрак с веганскими наггетсами. Мы играем гимны протеста под заказ из приложения. «Свобода или смерть!»

– ору я. «Или скидка по промокоду?» – уточняет курьер. Бунт стал сервисом подписки».

Про граффити и NFT

«Нарисовал на стене «Fuck the system!». Муниципалы закрасили. Я выставил фото как NFT – теперь это «крипто-вандализм». Купил чиновник. Стена —

его, протест – мой, ирония – общая. Свобода стоит 2 ETH. Плюс газ».

Про DIY и ИКЕА

«Собрал табуретку без инструкции – вот он, дух панка! Потом обнаружил, что это полка для книг. Теперь читаю Маяковского в позе йоги. Бунт – это когда ты сидишь и кричишь: „Я – мебель системы!“. А она молчит. Потому что собрана правильно».

Про панк-моды и ЗОЖ

«Буду старым панком: седой, в кожанке, с криком „Корпорации – дерьмо!“ на утренней пробежке. Моя группа – фитнес-браслет и давление. Концерт в 22:00 – это сон под подкаст „Как не сдохнуть от статинов“. Но хоть тату „No future“ не выцветает».

Про петиции и стикеры

«Подписал петицию «Долой реалити-шоу!». Алгоритм тут же предложил мне

«Реалити-шоу о петициях». Я поставил стикер «Я не ТВ!» на ноутбук. Теперь экран говорит за меня: «Рекомендую посмотреть, как вы боретесь».

Про панк-рок и Zoom

«Устроил онлайн-концерт: 3 аккорда, 5 зрителей, 100% звука из колонок. Чату

«Включите камеру!» ответил: «Это не шоу – это бунт!». Меня выкинули за

«нарушение правил трансляции». Теперь моя аудитория – тишина. И пара спамеров. Они тоже против системы».

ИЗ БРОДЯГИ В РОКСТАР-ТАПЕРЫ

– Инвесторы, крипта и риск-менеджмент

«Привет, друзья! Рад вас видеть, особенно тех, кто решил инвестировать в этот вечер вместо крипты. Уважаю ваш риск-менеджмент!»

«Вы выбрали вечер комедии вместо инвестиций в крипту… Хотя, глядя на мой путь стартапера, я сам – живой мемкоин. Только без пампа, чисто холд на выживание!»

Как войти в IT? Лучше через окно!

Я встал на биржу труда, чтобы переучиться в IT. Говорю: – «Хочу в IT!» —

«Какой у вас опыт?» – «Ну, я жил на улице в Штатах, искал инвестиции и запускал стартап.»

– «И что, получилось?«Это действительно подготовило меня к индустрии: те же дедлайны, отсутствие личной жизни и постоянный поиск инвестиций!»

В общем, теперь я тестировщик… шуток.

Ну а что? Я и так всю жизнь жил в режиме бета-версии, пора уже хоть что-то запустить в прод!»

Стартапер без стартапа

Я стартапер. Ну, точнее, был. В какой-то момент понял, что мой единственный успешный бизнес – самоирония. это нормально, главное – сохранять agile-мысление… например, быстро адаптироваться к жизни без денег!«Поэтому вместо презентации инвесторам я теперь выступаю в

подвалах баров: «Это не концерт! Это seed-раунд моего нового альбома!» Ее рок

Кремниевая Долина: бездомный или хипстер?

Я понял: если ты живешь на улице в Кремниевой Долине, главное правильно держать табличку. Напишешь «нужны деньги на еду» —

игнорируют. Напишешь «собираю на стартап» – лайкают, фоткаются, дают советы. Так что если увидите меня с табличкой «На IPO» – это не

краудфандинг.

Это моё дорожное шоу!

люди решают, что ты либо миллиардер-интроверт, либо работаешь над чем-то реально революционным!»

Просто мой exit strategy – это выход в топ-10 лучших уличных музыкантов этого перекрёстка!

Батя, септик и кризис-менеджмент

В это время батя дома чистит септик. – «Ну всё, теперь можно обосраться!«Я говорю: – «Я уже, батя…» Я ответил: «Поздно, батя… Я уже в IT»Сори, пап,

похоже, новый Джобс будет выращивать яблоки, а не айфоны. Так я вернулся обратно в Питер…

«Я всю жизнь мечтал быть предпринимателем, а теперь надо чистить септик. В принципе, навыки остались те же: разгребаю дерьмо, только теперь без инвесторов!»

Поиск инвесторов – GoFundMe на улице

Когда ты бездомный, ты, по сути, каждый день занимаешься

краудфандингом. На краудфандинг тебе кидают деньги, а на улице —

крошки. Однажды ко мне подошел инвестор: – «Что за стартап?» – «Полный immersion в customer development. Видите спальник? Это наш MVP!«Он

сказал: – «Знаешь, твой проект не взлетит, но если назовешь его Web3 Nomad DAO, возможно, я дам тебе денег».

Uber для голубей и миллионы от Илона Маска

«Uber для голубей – это когда ты вызываешь такси, а тебе прилетает… сюрприз на плечо. Экологично, но некомфортно!»

Потом случилось чудо: мой стендап про «Uber для голубей» запостил сам

Илон Маск с подписью «Гениально! Где скачать?«В тот же день мне написали инвесторы: – «Мы дадим $10 млн, если заменишь голубей на дронов!«Но я отказался

Зачем? У меня новая фича – Standup-as-a-Service!

«Я мог запустить стартап и заработать миллионы, но вместо этого выбрал стендап. Значит, либо я гений, либо у меня просто стойкий синдром самосаботажа…»

Стартап с гарантированной прибылью

Теперь батя показывает, как чистить септик: – «Ну всё, теперь ты точно освоил свой кризис-менеджмент!«Я столько лет бегал с идеями, чтобы строить мир будущего, а теперь строю курятник.

Но знаете что? Это первый раз, когда мой проект точно принесёт яйца!

«Наконец-то у меня стартап с пассивным доходом. Правда, пассивный он

только до рассвета – потом начинается кудахтанье и активные инвестиции в зерно!»

Это природа. Она всегда возвращает вложения… в виде омлета!

Отрицательная Релокация

«Вернулся в Россию, когда все улетают «из рашки».

Таможня спросила: «Что везешь?». Я ответил: «Ностальгию, 5 пар носков из

«Пятёрочки» и скриншот надежды из 2010-го». Дали добро. Встречали с плакатом: «С возвращением в стабильность!». А потом отключили свет. И воду. И мобильный. Зато Wi-Fi поймал через соседский чат: «Вас тут не ждали… или ждали?».

Теперь я – локальный мем. «Тот чувак, который вернулся». Может, открою курсы: «Как полюбить бюрократию за 10 шагов». Шаг 1: перестаньте считать шаги. Шаг 2: забудьте, зачем вернулись».

– Про декларацию

«На таможне спросили: «Что везешь?». Ответил: «Западный опыт». Открыли чемодан – там носки из «Ленты» и скриншот мема про «тут лучше».

«Одобрено», – сказали и выписали штраф за контрабанду ностальгии».

– Про интеграцию

«Купил матрёшку с лицом Илона Маска. Продавец шепчет: «Это новая

Россия – космос в лаптях». Теперь Маск улыбается с полки, а я объясняю гостям: «Нет, он не наш, но скоро будет. Как и все».

– Про цифровизацию

«Зарегистрировался на «Госуслугах». Мне предложили: «Войти через криптовалюту» или «Подтвердить личность у бабушки в окне». Бабушка спросила: «Ты с Луны?». Я ответил: «С Марса. Но ваш принтер печатает лучше».

– Про цены

«В магазине увидел ценник: «Хлеб – 100 руб. Мечты – бесплатно». Купил три батона. Кассирша вздохнула: «Мечтать не вредно». Теперь ем

бутерброды с иллюзиями. И маслом из пальмы. То есть из подсолнуха. Почти одно и то же».

– Про транспорт

«Сегодня ехал на работу на самокате. Гаишник остановил: „Где права?“. Я показал сертификат о вакцинации. Он задумался: „Ладно, катись… но только в обратную сторону!“. Так я и понял: вернулся домой».

– Про соседей

«Сосед-дачник подарил банку огурцов с надписью: „С любовью из 90-х“. Открыл – внутри записка: „Добро пожаловать в стабильность!“. Огурцы были солёные. Как и мои мысли о будущем».

– Про медицину

«Записался к врачу через приложение. Система предложила: «Терапевт – 2025 год, шаман – завтра». Выбрал шамана. Он сказал: «Твоя аура в

долларах. Лечение: курс рублёвых мантр». Помогло. Или нет. Но рубль упал. Снова».

– Про образование

«Устроил ребёнка в школу. Учитель спросил: «Как сказать «мир»

по-английски?». Класс хором: «World!». Мой сын: «No war». Директор похвалил: «Патриотично!». Теперь висим на доске почёта. Рядом с портретом… ну, вы поняли».

– Про бизнес

«Открыл кофейню «Как в Берлине». Клиенты спрашивают: «Где веганские

круассаны?». Я указываю на стол с чебуреками: «Тут всё веганское. Если не спрашивать».

– Про ностальгию

«Купил квартиру в новостройке. Дизайнер предложил: «Стиль лофт —

кирпичи, трубы, вид на парковку». Сказал: «Добавьте запах угля из детства». Теперь соседи звонят в МЧС: «У них пожар!». А я дышу счастьем. И угарным газом».

Релокантам

– Про выбор страны

«Переехал в страну, где всё «как в Европе, но дешевле». Оказалось – это только цены на психотерапию. Теперь плачу C200 в час, чтобы рассказать,

как скучаю по «Пятёрочке». Терапевт рыдает. Или смеётся. Языковой барьер. Зато экономия на ностальгии».

– Про языковые курсы

«Учу местный язык. Первые фразы: «Где туалет?», «Это не моя вина», «Я не понимаю». Теперь меня принимают за философа. А когда заказал кофе с

«экзистенциальной пенкой», бариста вызвал полицию. Видимо, это высшая форма интеграции».

– Про ностальгию

«Скучаю по пробкам. Арендовал гараж, сел в машину и час сигналил в стену. Соседи вызвали копов. Объяснил: «Это моя медитация». Теперь я —

локальная легенда. Или пациент. Или инсталляция. Зависит от ракурса».

– Про поиск жилья

«Искал квартиру „с характером“. Нашёл: трубы поют арии, окна не закрываются, а сосед сверху – барабанщик-анархист. Риелтор сказал: „Это душа места!“. Я спросил: „Она хотя бы платит за свет?“. Молчание – лучший ответ».

– Про работу мечты

«Устроился «цифровым кочевником». Теперь мой офис – это кафе с Wi-Fi слабее моей мотивации. Клиент спросил: «Почему фоном океан?». Я ответил:

«Это не океан. Это мой чайник. Или душа. Не уверен». Он завил:

«Креативно!». Значит, всё идёт по плану».

– Про культурный шок

«В супермаркете 40 видов сыра и ни одного кефира. Стою в проходе, как герой Достоевского: «Быть или не быть лактозе?». Продавец предложил йогурт с водорослями. Это и есть ассимиляция: когда ты плачешь в

«эко-био-органик» отделе».

– Про налоги

«Плачу налоги в трёх странах. Не из-за доходов. Из-за чувства вины.

Налоговая прислала письмо: «Вы гений или идиот?». Ответил: «Да». Теперь мой статус – «фискальный перформанс». А счёт – арт-объект».

– Про друзей

«Мои новые друзья – гугл-переводчик и соседка-пенсионерка, которая считает, что я шпион. Мы пьём чай и молча подозреваем друг друга. Это и есть межкультурный диалог. А ещё она дала мне рецепт пирога. Или это шифр? Жду инструкций».

– Про «успешную интеграцию»

«Купил велосипед, выучил гимн, начал брюзжать про погоду. Местные

говорят: «Ты свой!». Но когда заказал пиво без пены, все замолчали. Теперь я

– «тот странный русский». Или «новый стандарт толерантности». Всё зависит от градуса в бокале».

Финансовая нестабильность и монетизация стендапа

Я мечтал о карьере в стендапе, потому что хотел жить как рок-звезда: деньги, слава, толпы фанатов…

Теперь у меня всё есть!

Только деньги – это сдача от покупки лапши, слава – три подписчика в соцсетях (два из них – боты), а толпы фанатов – это охранники в «Пятёрочке», когда я пытаюсь взять кредит.

(Пауза. Зал смеется. Затем добавляю:)

Но я не сдаюсь!

Потому что если я брошу, то кто будет раздавать визитки с надписью «Стендап-комик (без гонорара, но с надеждой)»?

(Занавес. Аплодисменты. Бармен наливает мне бесплатное пиво. На этот раз

– за шутку.)

P.S. «Если вам понравилось – расскажите друзьям. Если не понравилось – расскажите спонсорам. Может, хоть они пожалеют».

Нестабильный доход

Я начал заниматься стендапом, потому что хотел финансовой стабильности… Теперь у меня две нестабильности!

Мой доход – как отношения в TikTok: то есть, то нет, и все заканчивается слезами.

Когда друзья спрашивают: «Ну что, как гонорары?», я отвечаю: «Представь, что тебе платят лайками… но даже их нет».

Работа за «пиво и спасибо»

Мне однажды предложили выступить за «опыт и экспозицию». Я теперь как вампир – живу вечно, но только в темноте и без денег.

Организаторы такие: «У нас бюджет маленький, но зато какая аудитория!»

Аудитория: три человека и бармен, который просто ждёт, когда я закончу.

Я согласился на «пиво и спасибо»… Пиво закончилось на втором выступлении, а «спасибо» я до сих пор жду.

Сложности с продажей билетов

Я продаю билеты на шоу, как будто это NFT – все знают, что они есть, но никто не понимает, зачем их покупать.

Мой промоутер – это я, мой менеджер – это я, и мой единственный зритель – это… тоже я, потому что билеты не купили.

Я провёл нереалистично успешный стрим – 1000 просмотров! Правда, 999 из них – это я, который перезагружал страницу, чтобы проверить, работает ли трансляция.

Недостаток инструментов для монетизации

Я пытался монетизировать стендап через Patreon… Мне подписался один

человек – моя мама. И то она спрашивала: «А можно просто дать тебе денег без этих твоих шуток?»

Мерч – это круто! Вот только мои футболки с надписью «Я видел [моё имя] живьём и выжил» пока не продаются. Видимо, люди не уверены насчёт второй части.

Недостаток спонсоров

Я искал спонсоров для шоу. Один бренд заинтересовался… Это была сеть похоронных бюро. Они сказали: «Ваша карьера – это то, что нам нужно!» Мне предложили рекламу энергетика… Но только после того, как я уснул на сцене от усталости.

Спонсоры смотрят на стендап и говорят: «Нет, это слишком рискованно». А потом вкладывают миллионы в крипту и NFT с котиками.

Финал:

Но знаете что? Я всё равно этим занимаюсь! Потому что если я брошу, то кто будет смешить этих трёх человек в баре?.. Ладно, один уже ушёл. Два. Ой,

бармен тоже… Эй, подождите! Я же ещё не рассказал про спонсоров!..

(микрофон выключается, свет гаснет, тишина…)

P.S. «Спасибо, что были моей терапией. Хотя бы бесплатной»

Как я перестал шутить и начал разбирать шутки на атомы

Проблема написания нового материала

Знаете, когда вы в последний раз смеялись над шуткой про тёщу? В 1998. Когда Петросян впервые сказал: «Моя тёща – инопланетянка». А теперь представьте: я сижу в 4 утра, пишу: «Моя тёща – инопланетянка… но она в декрете!»

(Пауза. Смотрю в зал, будто жду аплодисментов. Тишина.)

Да, я знаю. Это не смешно. Это даже не несмешно. Это – квинтэссенция

отчаяния. Как если бы Шекспир переписал «Гамлета», заменив «Быть или не быть» на «Быть или заказать пиццу».

(Вдруг оживляюсь.)

Но вы же смеялись! Нет? Ах да, вы просто зевнули. Это был

мета-комментарий о том, как комики крадут идеи у собственного отчаяния. Браво, я гений.

Неопределённость успеха шутки

Вчера я рассказал шутку. Человек упал со стула. Сегодня я повторил её – он ушел.

(Пауза. Пью воду, смотрю на стакан.)

Может, вчера он просто… хотел лечь? Или это я, как древнегреческий Сизиф, качу в гору камень под названием «надежда», а он всё скатывается в пропасть под названием «зал с четвергом в провинциальном пабе»?

(Резко поворачиваюсь к залу.)

Вы вообще понимаете, что смех – это социальный договор? Вы смеётесь не

потому, что смешно, а потому, что боитесь тишины. Я – ваш костыль. А теперь хлопайте. Нет, серьёзно, хлопайте. Это часть сета.

Отсутствие качественного фидбэка

После выступления ко мне подходит человек. Говорит: «Ну такое… мне понравилось!»

(Изображаю диалог, перебегая с одной стороны сцены на другую, меняя голос.)

– Что именно?

– Ну… эта штука… э… когда вы… кхм…

– Когда я умолял вас о validation, цепляясь за последние обрывки самоуважения?

– Да! Это было огонь!

(Возвращаюсь в «режим себя», вздыхая)

Вот она, правда: вы не помните мои шутки. Вы помните, что я был «милым парнем, который нервно ёрзал». Моя карьера – это NFT: все знают, что это есть, но никто не понимает, зачем.

Баланс между оригинальностью и ожиданиями

Вы хотите, чтобы я был уникальным. Но только если моя уникальность умещается в шаблон: «Про аэропорты! Про собак! Про то, как я ненавижу звонки из колл-центра!»

(Пауза. Начинаю медленно говорить, как робот.)

«Привет. Я робот-комик. Моя шутка номер 4862: Lost luggage. Ха-ха-ха. Ваш смех – мое топливо».

(Вдруг срываюсь в крик.)

Да я лучше буду читать вслух инструкцию к микроволновке с интонациями Шекспира! Это хотя бы будет искренне.

Выгорание

Иногда я думаю: а что, если я не комик? Что, если я просто… человек, который однажды сказал: «Хей, а давайте я постою тут и буду унижаться за 500 рублей в час?»

(Пауза. Смотрю в потолок.)

Но потом я вспоминаю: нормальные люди так не делают. Нормальные люди становятся бухгалтерами, пьют чай с молоком и не плачут в душе под подкасты о кризисе среднего возраста.

(Резко хлопаю в ладоши.)

А я – нет! Я – герой. Я – Прометей, который ворует огонь у богов, чтобы вы могли согреть свои холодные, мертвые сердца на 7 минут смеха.

(Пауза. Спокойно.)

Или чтобы просто проверить, работает ли микрофон.

(Ухожу за кулисы, потом внезапно возвращаюсь.)

Кстати, если вам не понравилось – это был постмодернистский

эксперимент. Если понравилось – я гений. А если вы вообще не поняли – поздравляю, вы интеллектуал. Спокойной ночи.

Как я научился ненавидеть вас, дорогие зрители, и почему это взаимно

(Выхожу на сцену, медленно поправляю очки, смотрю в зал так, будто только что обнаружил там неправильно собранный пазл. Делаю паузу. Очень

Знаете, что общего у аудитории и погоды в Питере? Никто не знает, чего ждать, но все делают вид, что это их устраивает.

Вчера в баре я сказал: «Почему кура перешла дорогу? Чтобы доказать гегемонию антропоцентризма!» – и зал рыдал. Сегодня в Москве та же

шутка – тишина. Один парень в углу спросил: «А курица-то тут при чём?» (Делаю паузу. Смотрю в пол, потом резко вверх.)

Абсурд! Это же постмодернистская аллегория! Нет, вы просто… не доросли. Или я не дорос. Или кура-курица. Греча-гречка. Поребрик.

Аудитория меняется

Вы думаете, я готовлю отдельный сет для хипстеров, пенсионеров и фанатов

«Игры престолов»? Нет. Я просто добавляю в шутки слова «криптовалюта»,

«ревматизм» и «зима близко» – и вуаля!

(Изображаю фальшивый энтузиазм.)

«Эй, миллениалы! Вот шутка про авокадо и тревожность! БУМ! Вы смеетесь? Нет? Тогда вот вам шутка про то, как я ненавижу себя! Тоже нет? Тогда… э… выпейте крафтового пива и притворитесь!»

(Резко становлюсь серьёзным.)

Но это не я. Это клоун, которым я стал, чтобы вы полюбили меня. А настоящий я – где-то там, в подсознании, плачет и перечитывает негативные отзывы на Reddit.

Алкогольная аудитория vs. трезвая

Бар – это лаборатория, где я тестирую, как этанол разрушает критическое мышление.

Сказал трезвым: «Смерть – это метафора!» – они замерли, как кролики перед удавом.

Тем же вечером, в пабе: «Смерть – это… э… пиво!» – и они орут, бьют кулаком по столу и кричат: «ДА, БЛЯТЬ, ЭТО ПИВО!!!»

(Делаю паузу. Пью воду, причмокиваю.)

Вывод: если хотите аплодисментов – говорите глупости. Если хотите смысла

– станьте философом. Но философам не платят за то, чтобы их игнорировали.

Токсичность зрителей

Хеклеры – это люди, которые пришли не смеяться, а доказать, что их мама зря назвала их «особенными».

(Изображаю хеклера-надрыв.)

«Эй, комик! Ты вообще смешной?!»

(Медленно подхожу к краю сцены, сажусь на корточки, смотрю в глаза невидимому обидчику.)

«Смешной? Нет. Я – зеркало. И если вам не нравится ваше отражение, это не моя вина. Хотя… (делаю паузу) …возможно, вам стоит сменить ракурс. Или психотерапевта».

(Встаю, отряхиваюсь.)

А потом они кричат: «Сам иди к психотерапевту!» (Раскрываю руки, как проповедник.)

Дорогой враг, я уже там. Мой терапевт – это вы. И сеанс стоит £20 с человека. С вас – бесплатно. Вы welcome.

(Ухожу, потом возвращаюсь, держа в руках воображаемый метроном.) Кстати, если вам не понравилось – это был интерактив. Если понравилось – вы часть системы. Если вы вообще не поняли – поздравляю, вы свободны.

Как та кура-курица.

Как я стал винтиком в машине, которая перемалывает смешное в пыль

(Выхожу на сцену, останавливаюсь у микрофона, смотрю на часы, потом на зал, как будто жду, что кто-то объяснит мне, зачем я здесь. Пауза. Настолько долгая, что кто-то в третьем ряду начинает проверять, не умер ли я.)

1. Ограниченное число рабочих площадок

Знаете, как отличить комика от бездомного в Питере? Бездомный хотя бы может занять скамейку.

Мы все стоим в очереди за пятью минутами на сцене, как совковые бабушки за туалетной бумагой. Только вместо бумаги – шанс сказать: «Привет, я тоже ненавижу свою жизнь!»

(Делаю паузу, достаю из кармана листок, преувеличенно изучаю его.)

О, смотрите! Это расписание клуба. Видите? С 8 до 9 – «Начинающие». С 9 до 10 – «Отчаявшиеся». С 10 до утра – «Те, кто уже мёртв внутри, но ещё дышит».

Новички забирают эфирное время

Новички в стендапе – это как дети в ресторане: все мило улыбаются, пока они не начинают орать про анальные свечи.

(Изображаю новичка с микрофоном, дрожащим голосом.)

«Эм… Привет… Я тут подумал… А что если… котики?.. Нет? Ладно… Тогда про мою девушку… точнее, про то, что её нет!»

(Резко бросаю микрофон на пол. Пауза. Поднимаю, глажу его, как испуганного щенка.)

И знаете, что самое ужасное? Через год этот человек будет умнее меня. Потому что я всё ещё здесь.

Зависимость от ведущего шоу

Ведущий шоу – это как проводник в джунглях. Только вместо мачете у него

– шутки про Tinder, а вместо компасa – бутылка дешёвого виски.

(Изображаю ведущего, который уставился в телефон.)

«Э… Привет, я Джейк… Эм… Вы знаете, как трудно быть геем в провинции? Нет? Ну… я тоже. Ладно, вот ваш комик… или как его там».

(Поворачиваюсь к воображаемому Джейку, шепчу.)

Спасибо, Джейк. Теперь я чувствую себя как Шекспир после того, как его представили: «Эээ… это Билл! Он пишет… ну, тексты!»

Проблема уникальности

Уникальность в стендапе – это как поиск вайфая в пустыне: все говорят, что

он есть, но это ложь.

(Достаю воображаемый список «уникальных тем», зачитываю с фальшивым восторгом.)