Кто ты такой, дедушка?

Начало

Зоряна проснулась по звонку будильника. Сразу после того, как она его отключила, послышался стук в дверь.

– Зоренька, вставай, опоздаешь на учёбу, – бабушка всегда дублировала звонок будильника, так как было уже и не раз, что после будильника девушка продолжала спать дальше. Ей всегда казалось, что если она просто на мгновение закроет глаза, а потом сразу их откроет, ничего не случится. Ага, не случится! Особенно, если вчера полночи готовилась к зачёту.

Она не могла сама себе позволить учиться плохо, считала, – если что-то делать, нужно отдавать этому делу максимум усилий. Или не делать совсем. Она же не собиралась идти в магистратуру, этот предмет ей в её будущей работе явно не пригодится, но дело было в принципе.

Спустив ноги с постели, Зоряна какое-то мгновение посидела, окончательно просыпаясь, а затем резко вскочила и пошла в ванную, по дороге здороваясь с бабушкой и дедушкой, которые ждали её на кухне, чтобы позавтракать.

– И вот ради чего подыматься обоим так рано? Ведь потом они наверняка будут дремать. Тем более, дедушка, – размышляла девушка, приводя себя в порядок в ванной перед зеркалом. Уложив свои волосы, которыми она очень гордилась, она зашла в кухню. На столе у каждого в тарелке уже были положены сырники со сметаной, был заварен чай. Бабушка не любила на завтрак кофе.

Пожелав всем приятного аппетита, Зоряна принялась за завтрак. Она размышляла о том, что не смогла бы вот так каждое утро вставать и готовить кому-то покушать. Ведь она не без рук и соорудить бутерброды себе и заварить чай она может. И времени бы хватило.

Зоряна воспитывалась бабушкой и дедушкой с 4 лет. Мама убежала из дома со своим парнем, потом где-то через год родителям сообщили, что она погибла вместе с ним в горах, пошли встречать рассвет. Так им рассказали друзья мамы. Конечно, так просто у бабушки и дедушки было сложно узнать правду, но Зоряна была настойчивой как для своих 14 лет. И полностью соответствовала своему имени, кстати достаточно редкому в России, хотя и является славянским.

Имя это дала ей мама, потому что родила её вместе с первыми лучами солнца. И девушка росла сама как солнышко – яркая, веселая, энергичная. А уж непоседа какая была – только и успевай за ней. Но мама порадовалась дочке недолго, стала пропадать из дома, ей было скучно заниматься ребёнком, а уж на работу она и вовсе выходить не хотела. Родители ещё работали и оба зарабатывали очень хорошо. Поэтому идти в какой-то пыльный отдел бухгалтером дочь не хотела. Да и опыта работы не было, поэтому, если честно, её не очень и хотели принимать на работу.

Поэтому в один прекрасный (или не очень) день пришла бабушка домой с работы, а в комнате Зоряна рисует в большой комнате карандашами по стенам, заявив, что мама ей разрешила. А на столе письмо от доченьки – прощайте, больше не могу так жить, хочу начать свою жизнь. Мы снова сошлись с Андреем, отцом Зоряны. Будем строить новую жизнь, обустроимся, тогда заберём дочку к себе. Простите, поймите и прочее. Это письмо бабушка до сих пор хранит у себя.

Ну а через год родители получили известие о смерти дочери. Конечно, они оформили бумаги об опекунстве и стали уже официальными опекунами. Дед замкнулся в себе, а бабушка, Варвара Сергеевна вся переключилась на внучку. Нет, она её не баловала, да и дедушка, Всеволод Павлович, не позволил бы. Но вот споры между ними о методах воспитания происходят до сих пор. Дед был сторонником «ежовых» рукавиц, а бабушка за более мягкий подход.

Хотя тогда, в четырнадцать лет, когда Зоряна впервые узнала о своих родителях, она сказала, что её контролировать не нужно. Она не пойдёт по маминым стопам. Она будет, как дед, который в своей жизни достиг многого – большой должности, квартиры, дачи, машины, а главное, уважения окружающих. После этого дед смягчился и перестал контролировать каждый шаг внучки.

И внучка оправдывала его доверие. Если и встречалась с ребятами, то только в целях знакомства, чтобы её не считали какой-то воображалой. Пока она не встретила того, в кого можно было влюбиться или хотя бы очень ей нравился. На всякие тусовки ходить не любила, увлекалась немного живописью, для себя. Рисовала хорошо, ей преподаватели пророчили будущее, но в основном рисовала она под настроение. Больше интереса у неё вызывало занятие боевыми искусствами и, как не странно, фехтование.

Нравилась история, особенно древняя, с удовольствием отслеживала в печати новинки археологии. То есть, развивалась Зоряна разносторонне, радуя своих дедушку и бабушку.

Она зашла в аудиторию в числе первых, хотя она не ставила своей целью выучить ещё пару вопросов в самый последний момент. Девушка всегда знала, какой билет ей попадётся, вот знала и все. Конечно, подружки завидовали её такой уверенности, просили предсказать и им номер билета, но у Зоряны это не получалось и, чтобы их больше не дразнить, она перестала об этом рассказывать. Просто зачем рассказывать то, о чем и сама не знаешь.

Но билеты учила добросовестно все. Вот и сегодня, она точно знала, что попадётся за зачёте. Пришла, достала билет, посидела минут 10, чтобы распределить в голове, что за чем рассказывать и попросилась отвечать.

– Доронина, ты уже готова отвечать? – спросил её преподаватель, как всегда, опустив очки на самый кончик носа.

– Да, я готова, – коротко ответила девушка.

– Иди, садись, пообщаемся, – пригласил он её к экзаменационному столу. И начал задавать вопросы совсем не по билету. Зоряна хорошо знала предмет в пределах программы, но он начал спрашивать шире, не то, что рассказывал на лекциях и что было в учебниках. Она не очень интересовалась социологией, только как предметом, поэтому на его заковыристые вопросы иногда не знала ответа. А он всё задавал и задавал дополнительные вопросы. Все начали шушукаться уже, Зоряна покраснела, а препод заявил, что она совсем не готова к зачёту, он от неё ожидал лучших знаний.

– Я не буду больше вам сдавать ни зачет, ни экзамен, пусть у меня принимает комиссия, – встав со стула, громко заявила студентка и добавила про себя тихо, чтоб ему провалиться. Говорили же, что препод гад и вредный, что может ни с сего, ни с того завалить студента, если тот ему не понравится, но чтобы так!

Подружки сочувствовали ей, но Зоряна почувствовала их некоторую фальшь. Ну совсем чуть, но они были даже рады. Такое она чувствовала всегда. Да и многие люди, обладающие эмпатией, могут такое чувствовать. Конечно, студентка тут же направилась в деканат, нет, не направилась, она ворвалась к декану и выплеснула всю обиду и непонимание, за что с ней так поступили.

Декан знал характер преподавателя, жалобы на него уже были. А тут отличница, активистка и – неуд. Не четыре, не три даже, а неуд. Пообещав разобраться и создать комиссию для приёма экзамена, он успокоил немного студентку, у которой, казалось, даже искры шли из глаз. А преподаватель, получив удовольствие в публичном унижении студентки – выскочки, как он её называл, успокоился и направлялся после зачёта к себе домой. Он жил неподалёку от института и всегда шёл домой пешком.

Насвистывая от полученного удовольствия, он не заметил, что канализационный люк был слегка сдвинут, наверное, машина грузовая ехала и подвинула. В итоге он туда провалился, летел вниз метра три и приземлился неудачно на ногу. Ох уж эти люки.

Глава 1. Что же это за зверь такой – социология

Через 5 дней назначили пересдачу социологии. Студентов, к удивлению декана, набралось очень много. Оказывается, некоторые студенты приходили на пересдачу зачёта по 2-3 раза, поэтому их накопилось столько много. Теперь получилось, что так «уважаемый» студентами преподаватель получил осколочный перелом и не сможет появляться на рабочем месте минимум два – два с половиной месяца. Эту новость студенты приняли на ура.

Зоряна сдавала экзамен другому преподавателю. Она знала предмет на память. Евгений Юрьевич, так звали преподавателя, задал пару наводящих вопросов, студентка ответила без заминки. Он посмотрел зачётку, узнал её имя.

– Зоряна Андреевна, – предмет вы просто выучили на память. По правилам, я не могу ставить «отлично» на пересдаче, эти правила не мной придуманы, но это только зачет, не расстраивайтесь, я буду принимать в вашей группе весной экзамен и тогда выставлю вам «отлично». Но ответьте мне – почему вам не нравится социология? Думаю, в жизни она вам очень пригодится. Жизнь общества – что может быть интереснее?

– Наверное, интерес к этой науке зависит от преподавателя. Было бы неплохо узнать вашу точку зрения на эту науку, – ответила Зоряна, и преподавателя поразил её очень зрелый, как для юной девушки, ответ.

Девушка не стала расстраиваться оценкой «хорошо», порядок – значит порядок, вышла довольная из аудитории. Девчонки, с которыми она дружила, подлетели к ней с вопросами:

– Ну что? Ну, сколько? Пять?

И вдруг Зоряна почувствовала, что им абсолютно всё равно, какую оценку она получила. Просто женское любопытство, не более того. А если бы она получила три или снова неуд, это было бы точно повод для маленькой подленькой радости. И почему она раньше этого не замечала? Почему делилась с ними? Делилась своими переживаниями, неудачными или удачными свиданиями, делилась успехами. Она взглянула сейчас на них совсем другими глазами.

Нет, она не станет отворачиваться от них, обижаться на них, зачем? Просто учтёт на будущее, что и так бывает. И не будет допускать подруг близко к себе.

– Нет, пять не положено, четыре. Это всё равно промежуточная оценка, ладно, я домой спешу, – ответила она им.

– Мы же собирались в кафе, сегодня последний зачет, ты говорила, что как сдашь – всех угощаешь, – удивилась Света, одна из их троицы.

– Да? Поэтому вы и ждали меня? Нет, девочки, сегодня без меня. Бабушка пироги должна напечь, – ответила Зоряна и не дожидаясь ответа, поспешила к раздевалке. Добираясь домой, она раздумывала над словами преподавателя, над тем, что только сейчас увидела истинную суть подружек. Но она даже не вспомнила о том, что на прошлой неделе пожелала «любимому» преподавателю провалиться.

Под ногами скрипел снег, настроение было хорошее. Она задумалась и, поскользнувшись на скользкой дорожке, которую раскатали детишки, чуть сама не упала. Её вовремя подхватил парень, который шёл мимо. Он схватил её за локоть и предотвратил падение.

– Ой, спасибо вам огромное. А то дорожка не посыпана, лёд снегом притрусило с утра, – оправдывалась девушка.

– Да ладно оправдываться, скажите – задумалась. А то сразу столько причин нашлось, – пошутил парень.

– Ну да, задумалась. Иду с экзамена, ещё перевариваю в себе все.

– Понятно, сам в прошлом году окончил обучение. Сдали хоть экзамен?

– Сдала, как раз последний, – ответила Зоряна, рассматривая парня. Он был выше её, что уже радовало, так как девушка была не из рода Дюймовочек. Серые выразительные глаза, светлые волосы, которые выбивались из-под шапки, чуточку пухлые губы, правильные черты лица – он был симпатичным.

– Тогда разрешите в честь этого пригласить вас в кафе и отметить это знаменательное событие, – предложил он. Девушка ему очень понравилась, у неё были волосы, светлые, как и у него, и очень красивые большие глаза, карие, но с зелёным оттенком. И вообще она была вся такая…ну очень симпатичная.

– Ой, у меня бабушка пироги напекла, ждёт меня, – это была её любимая отмазка.

– Ну хоть на полчаса, меня зовут Максим, – сложил просящие руки парень.

– Ну ладно, на полчаса можно, меня зовут Зоряна, – засмеялась девушка.

– Первый раз встречаю девушку с таким именем. Очень красиво и необычно, – ответил Максим.

Зоряна правда, не стала с ним долго рассиживаться, хотя парень показался ей интересным, главное, не назойливым. Полчаса – значит полчаса. Они обменялись номерами телефонов, и она поспешила домой. На каникулах она занималась своим хобби, нашла новую книгу об истории древнего Египта, нарисовала по этой книге картину пустыни, так как она это представляла. Два раза сходила на свидание с Максом.

Оказывается, он закончил институт по АЙ – Ти, технологиям, работает и сейчас у него есть проект, над которым он работает. Поэтому часто приглашать на свидание девушку он не мог. А Зоряну это очень устраивало. Звонили одногруппницы, но девушка отказалась с ними встречаться, сказала, что сейчас занята. Дедушка по-прежнему работал, деньги у них были. Бабушка, правда, уволилась, сказала, что хочет уже отдохнуть. И Зоряна часто покупала для подружек кофе, когда они шли посидеть в кафе.

На последнем свидании девушка решила постараться посмотреть на Максима как бы со стороны, оценить его. Но увы, он был полностью для неё закрыт. Ну не то, чтобы она уже была специалистом в этой области, она недавно обнаружила, что может вот так вот чувствовать людей. Но тут как бы совсем ну не темнота, скорее всего туман. Это немного напрягло её, хотя в остальном парень ей нравился. Он так увлекательно рассказывал о своей работе. И умел слушать, когда она рассказывала о своём увлечении.

Каникулы закончились быстро, она снова встретилась со своей группой, девчонки обижались, что она ни разу не встретилась с ними в кафе, у них есть столько разных новостей. Начали делиться.

– Боже, это же просто сплетни городские. Как я могла с ними дружить? – думала Зоряна, слушая их вполуха.

На лекцию по социологии пришёл тот же преподаватель, который принимал у неё экзамен. И он начал лекцию не с диктовки темы, а рассказал все своими словами – о предмете, об эго использовании, навел примеры. Зал сидел тихо, впитывая каждое слово. Зоряна планировала после окончания института пойти на дополнительное обучение психологии, и этот предмет как раз гармонировал с её будущей профессией.

Прошла неделя занятий, она по-прежнему общалась с так называемыми подругами, но без посиделок в кафе, без обмена новостями. В конце девушки стали относиться к ней попрохладней.

Сидя на лекциях, которые читали увлечённые в свой предмет преподаватели, она стала замечать, что видит как бы свечение над теми студентами, которые заинтересованы в обучении. Или ей так казалось…

Последний случай заставил её задуматься, а что с ней, собственно, происходит. Парень с параллельной группы как – то начал что-то к ней приставать с какими-то претензиями, не за той партой она села, это его место и прочее. Бубнил и бубнил.

– Знаешь. Что? Иди ты…лесом! – в сердцах ответила она ему и пересела. Сегодня должна была быть социология и она хотела сесть поближе, чтобы задать вопрос.

На следующий день оказалось, что тот парень после учёбы сразу поехал почему-то в лес. Причем он сам не помнит, почему его туда понесло, домой вернулся весь продрогший, его случайно там лыжники встретили.

Зоряна была в замешательстве. Она вспомнила, как посоветовала преподавателю провалиться и, как говорят, он и провалился в канализационный люк.

– Мдааа, странно это, – подумала девушка.

Глава 2. Беда всегда приходит неожиданно.

Зоряна не стала особенно долго рассуждать о том, есть ли полностью её вина в обоих случаях. На всякий случай, она решила быть более осторожной в своих пожеланиях. В памяти всплыла фраза, авторство которой она не могла бы сейчас определить:

– Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться.

Дословно она её вспомнила или нет, главное, как она решила, – в этом есть смысл. После занятий она договорилась встретиться с Максимом, у него было окно после 16 часов, и они договорились пойти смотреть новый фильм, который только что появился в прокате. Максим заранее купил билеты.

К концу третьей пары у Зоряны начало нарастать чувство непонятной тревоги. От этого сжималось сердце и стучало в висках. Последняя пара была практика и Зоряна не хотела её пропускать, преподаватель обещал, что даст задание на промежуточный зачет. Она слушала преподавателя, но тревога не покидала её. И вдруг в перерыве между уроками прозвенел звонок.

– Зоренька, дедушку в больницу забрали, прямо с работы. В реанимацию, – голос бабушки дрожал.

Девушка не стала идти на следующий урок, подошла к преподавателю и объяснила ситуацию, пообещав, что отработает практические. Преподаватель без лишних слов отпустил её, они также бывают людьми и Зоряна помчала в кардиологический центр, на ходу отменяя поход в кино по смс.

В приёмном покое она встретила бабушку, которая сидела на диване в ожидании врача и плакала.

– Бабушка, что случилось? – бросилась к ней внучка.

– Инфаркт, с работы забрали. Говорила ему, увольняйся сам, не жди, пока попросят. А он все откладывал, хотел отложить на твою психологию да на твою свадьбу. Скорее всего, шеф вызвал его и велел увольняться.

– Дедушка-дедушка, что же ты так? да я на работу устроилась бы. Не всю жизнь за ваш счет жить собираюсь. Не маленькая, 4 курс института. Ну почему себя совсем не жалел? – возмутилась Зоряна и спросила, говорила ли бабушка с врачом реаниматологом и что он говорит.

– Да он все время занят. Пробегает мимо и потом, потом. А сколько потом? Может, лекарства какие нужны, может ещё что-то, – вздохнула бабушка.

– Так, скажи мне его имя, я сама попробую с ним поговорить, – заявила Зоряна.

– Да вот он снова бежит, Дмитрий Иванович его зовут, – показала бабушка на мужчину, который проходил мимо них и по привычке кинул им:

– Потом.

– Нет, не потом, Дмитрий Иванович. Уделите нам, будьте любезны, 5 минут вашего времени, мы не попрошайки какие-то. Мы люди. А если хотите ещё одного пациента в вашу реанимацию, тогда упорствуйте в своем безразличии, – глаза Зоряны, казалось, метали молнии.

– Деточка, – начал он и споткнулся на полуслове, увидев выражение лица девушки. Потом он отвел её в сторону и начал объяснять.

– Насколько я понимаю, это ваш дедушка. Состояние у него очень тяжёлое, но стабильное. Инфаркт серьёзный, звонили с его работы, обещали содействие в поставке дефицитного препарата, который ему должен помочь. Пока он в коме. Если завтра не введём препарат, я не гарантирую ничего. Но если завтра утром мы и введём ударную однократную дозу, в дальнейшем ему этот препарат будет нужно принимать раз в месяц. Вопросы есть?

– Есть, название препарата напишите. И вот, можете же уделить людям внимание! Теперь у нас хоть какое-то понимание ситуации, спасибо, – ответила девушка.

Врач вынул ручку и черканул на бумажке, которая всегда лежала в кармане для таких целей, название препарата и протянул девушке.

– Ну что он сказал? – бабушка не стала вмешиваться в разговор, зная, что внучка расспросит всё.

– Бабушка, дедушка сейчас в коме, ждут препарат, обещали с работы содействовать в быстрой доставке. Он должен дедушке помочь. Наверное, не в их интересах, чтобы пошли слухи, что дедушку довели до инфаркта прямо на работе. Потом этот препарат дедушка должен принимать постоянно.

– Так всё-таки инфаркт? А состояние какое у него сейчас?

– Стабильное, но тяжёлое. Его специально в кому ввели, ждут лекарство.

– Ну вот хоть ясность какая-то. Ты молодец, Зоренька, – вздохнула бабушка.

– Бабуля, ты иди домой, звони руководству насчет лекарства, я здесь посижу.

– Зоренька, идём домой, раз он в коме, мы к нему не попадём никак. Да и врач больше информации не выдаст. Поехали домой, дорогая.

Девушка согласилась с доводами бабушки и поехала с ней домой. Дома бабушка пыталась её накормить, а Зоряна пыталась накормить бабушку. Обеим еда не шла, но они понимали, что нужно кушать. А перед этим бабушка позвонила руководству дедушки, о чем-то сердито разговаривала за закрытыми дверями.

– Сказали, что курьер уже везёт лекарство, должен через пару часов быть в больнице. Да, я объяснила, что смерть сотрудника из-за скандала на рабочем месте будет интересна вышестоящему руководству и я смогу организовать «утечку» информации, так что пусть постараются.

Ближе к девяти часам позвонил Максим и поинтересовался, что случилось. Девушка ответила, что дедушка с инфарктом в тяжёлом состоянии попал в реанимацию и сейчас она не в том состоянии, чтобы обсуждать новый фильм.

– Ты думаешь, я совсем идиот? Зря ты обо мне так думаешь. А билеты я продал, даже с наваром. Когда-нибудь, когда всё наладится, сходим. Или новая премьера будет. Вот увидишь, твой дедушка скоро поправится.

– Всё зависит от лекарства. Надеюсь, его уже доставили в больницу. Правда, по телефону не ответят, с врачом общаться трудно.

– Я же сказал – все будет хорошо. Правда, после инфаркта вряд ли он будет прежним, это любой скажет. Нужно будет дальнейшее лечение, реабилитация. Поэтому тебе придётся искать подработок, если он выйдет на пенсию.

– Ну, хоть живой будет. Ты ведь знаешь, они мне заменили и маму, и папу. А вот что с подработком…я ничего толком не умею.

– Ну, мы подумаем с тобой, не в посудомойки же тебе идти, есть и другие виды заработков.

– Ты что имеешь ввиду? – насторожилась Зоряна.

– Да, мысли у тебя сразу левые лезут. Ты же рисуешь неплохо. Вот из этого и будем исходить. Ладно, до завтра, отдыхай, – и Максим отключился.

Разговор парня поддержал девушку, не думала, что он так отнесётся к её проблеме. Да она его совсем раскусить не могла, так и был в тумане. Но мысль о том, что она сможет как-то работать и получать доход, её окрылила. Она уже посмотрела в интернете стоимость препарата – 2 бабушкиных пенсии за 1 ампулу. И хотя, насколько она знала, бабушка и дедушка откладывали деньги, надолго их запасов не хватит, ведь не только это ему будет нужно. Да и бабушка не молодая.

Она открыла учебники, попыталась что-то читать, но мысли её все время сбивались на дедушку, привезли ли ему лекарство или нет.

С самого утра они с бабушкой поспешили в больницу, чтобы успеть до пересменки врачей. Лекарство доставили, как и обещали, вчера к 9 вечера и уже ввели. Тот же доктор уже нормально объяснял им обеим, что Всеволод Павлович уже в сознании, но к нему сегодня нельзя ещё, пусть приходят послезавтра, он будет на дежурстве и проведёт по одному к нему. А сейчас он может просто передать от них привет.

Это была хорошая новость и Зоряна поспешила на вторую пару. Второй парой была уже любимая ею социология. Девчонки спрашивали, что у Зоряны случилось, ведь она до сих пор ни разу не опаздывала, но девушка ответила, что просто проспала. После пар она снова поехала в больницу, ведь по телефону ей ответили как обычно – состояние тяжёлое.

Она нашла дежурного реаниматолога и снова его расспросила о дедушке. Тот также ответил, что стабильное, но не критичное, Всеволод Павлович, получает необходимое лечение и, по его состоянию можно судить, что он скоро пойдёт на поправку.

Глава 3. Придётся Зоряне менять свою жизнь.

Получив такую обнадёживающую новость о дедушке, Зоряна сразу же позвонила бабушке сообщить хорошую новость. Оказывается, бабушка уже сама ездила в больницу и все узнала у врача.

– Зоренька, приезжай скорее домой, не задерживайся, – голос бабушки звучал как-то глухо и девушка, хоть и не собиралась нигде задерживаться, поспешила домой. Дома её встретил запах лекарств, бабуля любимая лежала на диване, лицо у неё было красное, рядом на столике лежал тонометр. Зоряна всё поняла: бабушка перенервничала за дедушку, с которым прожила уже 47 лет. А теперь ей также нужна медицинская помощь.

Девушка разделась, помыла руки и сразу начала мерять давление. Хоть бабушка и выпила лекарства, но давление было высоким. Несмотря на протесты бабушки, она вызвала скорую. Те приехали быстро, врач оказалась грамотной и внимательной, узнав, что за лекарства бабушка приняла и когда, ввела ей укол, посоветовала обратиться в поликлинику и поменять препарат. Этот бабушке не подходил, он для других случаев.

– Понимаете, дедушка попал вчера в реанимацию с инфарктом, не пойдет бабушка по поликлиникам сейчас. Вы лучше напишите, какое лекарство нужно, я куплю, а как дедушке станет легче, обязательно отправлю её к врачу, пусть скорректирует лечение.

Врач написала название препаратов и расписала, как принимать. Попросила меньше нагружать бабушку работой, пусть больше отдыхает, взять на себя заботу обо всём.

Когда врач ушла, бабушка уснула от принятых лекарств, а Зоряна пошла на кухню. Там на плите стоял недоваренный суп, лежали размороженные кусочки мяса для второго. Если честно, девушка готовить особо не умела, но суп доготовила, мясо обжарила и положила в сотейник тушиться. На всякий случай посмотрела в кулинарную книгу, всё ли правильно сделала, но там было так мудрёно написано, что она не стала ею пользоваться. Решила придумать своё, пробуя разные специи. Так или иначе, она приготовила суп и отварила макароны к мясу.

Тут и бабушка проснулась. Она выглядела бодрее и голос был другой.

– Ну, внученька моя, что тут у нас на кухне? Меня запахи разбудили. Ой, да ты все сама приготовила! Вот молодец какая, я и не ожидала. Ты ведь и не интересовалась никогда кухней-то. Ну, давай, угощай, попробуем. Пахнет замечательно.