- -
- 100%
- +
Глава 61. Жизнь в Ильинском после праздников
Антон всё-таки снял квартиру через два месяца после нового года в райцентре, производство налажено, а встречаться с Алисой так ему было проще. Он приезжал раз в день в цех, делал пробы, замерял температуру в помещении для созревания сыра. Они с Сергеем закупили и уже установили печи и паровые камеры для приготовления колбас. Сейчас Геннадий делал пробные запуски.
Правда, искали ещё двух специалистов, работы было много. Пока доходов не хватало покрыть расходы, но было видно уже, что производство обещает быть прибыльным. Ещё конце января он встретился с Фёдором Афанасьевичем, хотел, так сказать, официально попросить руки его дочери. Знал уже, что тот заочно считается главным в районе.
До сих пор они даже не встречались и вот, решившись, он попросил Алису «организовать» встречу с будущим тестем. Тот давно этого ждал, но предпочел не торопить события. После новогодней ночи он предложил Оксане сойтись с ним, пообещал узаконить их отношения, но после подписания контракта. Кто знает, как поведёт она себя потом? Хотя та ведьма обещала.
В принципе, условия контракта Оксану устраивали, ни на что особенное она не рассчитывала, после его смерти, если переживет его, получит нормальную такую пенсию «по утрате кормильца», своя квартира у неё и так есть. Как мужчина в домашней обстановке он был добрым и ласковым, заботливым. А чего ещё нужно? Детей ей не рожать, поздно.
Принял Антона Фёдор Афанасьевич сначала строго, хотел посмотреть, как отреагирует будущий зять. Но Антон и виду не подал, сразу попросил руки его дочери, заявив, что они любят друг друга и собираются после пасхи гулять свадьбу.
– Я соглашусь, но не раньше, чем на первое или второе июня. Считай, что это моя прихоть. Да вам разве не все равно, ведь Алиса у тебя там в селе каждый выходной.
– Хочу официальных отношений. Я сначала сниму тут квартиру, пока не запустим цех по производству мясной продукции, а потом мы с ней переедем в город, у меня там трёхкомнатная квартира в центре с подземной парковкой. Так что я не буду зависеть от вас.
Последнюю фразу он произнёс специально чуть громче.
– Да я и не настаиваю, чтобы ты был зависим, это хорошо, что зять не будет сидеть у меня шее, заглядывая мне в руки. Кстати, там у тебя производство как бы на двоих, это не есть хорошо. Ты не можешь прибрать все в одни руки, в свои?
– Нет, даже не подумаю. Тут есть две причины – первая, я силён в одном, он в другом и вместе у нас получается хорошо работать. Я ему нужен, а он мне. Вторая – он женится на внучке местной ведьмы, причем такой, что я бы не хотел быть её врагом. Меня устраивает нынешнее положение дел, оно дает наилучшие результаты.
– Ладно, я тебя понял, не буду больше к этому возвращаться, возможно, ты и прав. Я говорил к тому, что иногда между партнёрами возникают разногласия, поэтому лучше был одному главным. Но раз у вас все слажено – молчу. А ты, Алиса, согласна с тем, что будешь женой этого человека?
– Да, папа. Я тебе уже говорила, что ответила согласием. Кстати, и я не против, чтобы Оксана была твоей женой. Ну, если при этом ты меня не обидишь.
– Насчет этого не сомневайся. Ну что, зятёк будущий, по рюмочке?
– Фёдор Афанасьевич, я за рулём.
– Да брось, никто тебя и не посмеет остановить.
– Дело не в «остановить». У меня такая жизненная установка. Или на такси или трезвый. Такси здесь нет, поэтому я – трезвый. Да вам и самому приятней смотреть на меня трезвого.
На самом деле Фёдор Афанасьевич хотел напоить зятя и посмотреть на него, какой тот пьяный, но не удалось. Алиса с уважением смотрела на Антона – надо же, не побоялся возражать её отцу. Таким образом, сватанье прошло нормально, стороны получили полное моральное удовлетворение.
Санаторий подействовал на Павла Петровича очень положительно. Он посвежел, помолодел, начал срочно убираться в доме, привлёк молодёжь на помощь. Причина – старый Новый Год на носу. А потом сказал, что ждёт гостей, вернее гостью.
– Папа, ну ты и ударился в загул, то Марию привез, то вот неожиданную новую гостью ожидаешь.
– Марию ты привез, так что не нужно говорить такое. А если она не решится приехать в гости, я поеду к ней сам. У неё есть квартира, потом, может быть, приедем вдвоем в гости.
– Тогда зачем я покупаю дом? Чтобы не было двух хозяек.
– Ты покупаешь, потому что Катя там работает и пешком ходить не будет на работу, да и ребёнок у неё. А с Олей я был знаком в молодости, любили мы друг друга, но наврали ей, что я женился, вот и разбежались.
– Вот какая история? Ну, тогда и сам Бог велел вам сойтись. Я рад в таком случае.
Перед самым 14 января Павел Петрович позвонил Оле и напомнил ей о том, что он ждёт и хорошо бы встретить праздник вместе. Ещё раз поколебавшись, она согласилась, договорились, какой электричкой она приедет. Честно, сомневалась она. Думала – придётся только обстирывать и убираться за мужчиной и его сыном. И все равно ехала.
А тут и автономное отопление в виде котла, и машинка- автомат, санузел полноценный. Сын покупает дом в соседнем селе, жениться надумал. Живет с ним друг или напарник по работе, но тот собирается весной перебираться в райцентр. Всё не так, как она себе представляла. И готовит Павел Петрович сам, и дом содержит в чистоте.
Не работницей она будет, а действительно в любви и согласии жить со своей первой любовью. Конечно, сначала привыкнуть нужно будет. И сын вон как приветливо ей улыбается. Так она и осталась. Поехали после крещенских морозов к ней домой, привезли вещи, которые необходимые. Сдавать квартиру не стала, вдруг не уживется…Потом и сдала.
А у Кати наступил сложный момент в её жизни. Сыну исполнился год, он уже говорил – баба, мама, дай, пока, добиде (добрый день) и ещё парочку слов. Папа пока не говорил, его не учили. Но после той ночи ей хотелось видеть Сергея ежедневно, а не получалось. Тут коровы начали телиться, тут вопрос с молокозаводом, то одна комиссия, то другая.
И у неё после праздников начались больные косяками. Поджелудочная, печень, давление. Хорошо, перед новым годом зашла в аптеку и купила лекарства, что-то приступы хоть купировать. А тут ещё в крещенские морозы один полез пьяный в прорубь. А у него сердце больное…было. В общем, навалилось. К бабушке после рождества люди пошли.
Поэтому пришлось садить сына на санки, которые подарили крёстные на рождество, и возить с собой на работу. Там поставили вторую кроватку, взяли у кого-то в аренду, сын немного спал, немного гулял. Ну, в общем, навалилось как-то всё. Сергей дом купил в начале февраля, бабушка ходила перед этим и проверяла.
– Когда купит, пойдем с тобой, буду учить тебя чистить дом, вообще любое помещение. Наверное, ругались в доме когда-то много, немного грязи есть. Но это не страшно, чиститься легко. Но уже после того, как полностью все на себя оформит.
Бабушка пару раз показывала Кате принцип её работы, по субботам, когда Катя не шла на работу. Она в субботу принимала только с детьми. Это все знали, отправляла, не смотря на просьбы.
– Понимаешь, одного примешь – тут же придут и в воскресенье, и в субботу будет очередь до вечера. Понимаю, работа у людей, а я также не двухжильная. Вот пусть едут к бабе Зине, она даже в субботу не принимает.
Пока в Ильинском было затишье, относительное, конечно. Страсти кипели здесь, как и в любом населённом пункте. Вот шушукались, что Ворониха Таиске жениха приворожила.
Глава 62. Дементоры в Ильинском, разве такое бывает?
Ну вот как можно было так говорить? Знали ведь все, что Ворониха строга насчет этого, за всю жизнь не сделала ни одного приворота или рассорки. А Таиса достойна была счастья, как счастья материнства, так и простого женского счастья. И хоть знала она о разговорах, старалась не обращать внимания. Наоборот, вслух в магазине сказала, когда собралась очередь.
– Полощут меня языками те, кто сам к Даниловне покойной бегал за приворотом. Они и знают, что это такое. А на мне греха нет, мой муж просто во мне женщину увидел.
После её слов сплетницы немного поутихли.
Катя принцип работы магии уже знала, способности врождённые у неё были, кое-что и получалось. Вот только силу бабушка не передавала, рано ещё. Обычно перед смертью передают или когда совсем состарятся. А тут Кате замуж выходить нужно, родить ещё бы одного.
Где-то в первых числах марта, когда дни уже стали намного длиннее, но все равно Кате приходилось идти с работы в темноте, хорошо, без коляски и ребёнка, как раз распутица началась, она возвращалась домой после тяжёлого дня. После обеда были и пациенты с перевязками, и с обострением хронических заболеваний. Сейчас она торопилась рассказать всё бабушке.
У соседей смотрели телевизор, свет в окошках не горел, только приглушенный синий свет от экранов. Вдруг от дерева, которое росло прямо в заборе, отделилась какая-то тень и сделала шаг в её сторону. Катя была не робкого десятка, да и в селе все знали друг друга, вроде ничего не должно случиться.
Подойдя ближе, она рассмотрела, что это был мужчина. Он поздоровался, а потом спросил:
– Девушка, не подскажете мне, где тут ведьма живет? Я вон приехал автобусом, мне показали в эту сторону. Я пошёл, а какой дом не знаю.
Катя почувствовала от него какую-то угрозу, что-то не хорошее, но разобраться не получалось. Решила не говорить о том, что она её внучка, мало ли…
– Знаю, где живет, я как раз иду в ту сторону. Но я знаю, что она ночью не принимает, только до обеда.
– Ну а куда мне возвращаться? Сейчас уже поздно, переночую у неё, пусть утром и примет меня.
– Не думаю, но вам виднее, – осторожно ответила она и увидев, что бабушка уже стоит у калитки, облегченно вздохнула.
Они подошли вдвоем, бабушка молча оглядела незнакомца, открыла калитку и сказала:
– Катерина, в дом, быстро. Катя быстро зашла, а бабушка закрыла калитку, потом сказала пришедшему:
– Я вечером никого в дом не пускаю. Приходи с утра.
Катя в дом не зашла, просто подошла к двери и слушала разговор.
– Я не на приём. Я хочу твою книгу, и я знаю, ты мне её можешь дать. Хочешь, я у тебя её куплю, деньги дам, тысяч двадцать. Больше, чем твоя месячная пенсия. Не продашь, заберу силой. Если ты что-то понимаешь и чувствуешь – сила у меня есть.
– Книга – не родовая сила, без неё ты ничто. Знаю, есть на тебе смерть не одной ведьмы, сейчас пришёл и за мной.
Бабушка пыталась отвлечь его, ведь за спиной внучка с правнуком были, ей проиграть никак нельзя было. Ворониха стояла по одну сторону калитки, мужчина по другую. Он начал двигать калитку, говоря при этом заклинания, а ведьма пыталась сопротивляться, говоря свои заклинания. Тут он почувствовал, что столкнулся с настоящей силой.
Ведьма стояла крепко, калитка не смогла подвинуться ни на сантиметр, колдун начал читать другое, вокруг него образовалось кольцо синего света. Ведьма знала, что это такое, но отступать было ей некуда. Откуда-то появились какие-то черные сущности, они сталкивались в воздухе друг с другом. А Катя как бы застыла у двери, на неё и не обращали внимание.
Заплакал в доме Андрюшка и как бы этот плач вывел её из оцепенения. Она приоткрыла тихонько дверь и взяла стоящий в углу топор. Она видела, чувствовала, что сейчас калитка сдвинется и этот страшный человек ворвется во двор. Она видела светящийся круг, видела что-то летающее в виде черных тряпок вокруг этой пары.
Затем она замерла, продумала свои действия, взяла удобней топор и…как будто её что-то перенесло к калитке. Махнула топором и рассекла ему голову. Вместо крови брызнуло что-то святящее синее. И тут это что-то черное тряпьё налетело, облепило этого мужчину, потом схватило и куда-то понесло в сторону леса.
На месте, где накапало крови, налетело много таких же существ, но маленьких, не больше вороны. Они толкались и старались выпить все капельки. Они пробовали сесть на лезвие топора, но Катя их сгоняла. А у бабушки сил не было отпустить калитку. Катя догадавшись, взяла её под руку и помогла зайти в дом. Потом завела в горницу, помогла лечь.
Андрюша ухитрился засунуть крышки от кастрюль в щели, они укатились, и он требовал их вернуть назад в манеж. Катя, укрыв бабушку, занялась сыном. Она пошла с ним на кухню, усадила на стульчик и начала его кормить. Бабушка как раз приготовила ужин. Она кормила сына и думала о том, сколько всего ей нужно узнать.
Она вспомнила кино о Гарри Потере, вот кого напомнили ей те летающие сущности. Потом подумала, что завтра утром нужно будет почистить место перед калиткой и на всякий случай замочить в растворе хлорки топор. Как ей объяснить, если что, участковому, что она оборонялась от безоружного человека? И не только оборонялась, но и обороняла своего сына и бабушку.
Но, к счастью, сущности отнесли его в лес и обглодали плоть до костей, это уже узнали потом, летом, когда грибники нашли чей-то скелет. Но на сегодня вопросов было намноооого больше, чем ответов. Сын был сыт, теперь нужно было напоить бабушку её энергетическим чаем, потом накормить. Только теперь увидела Катя, насколько бабушка была сильной.
Катя прямо чувствовала её мощь, правда, тому гаду помогало ещё что-то, и бабушка в конце концов могла уступить. Что потом произошло бы, не хотелось даже думать. Неужели она будет такой же сильной? Нет, такого не может быть.
Она принесла бабушке чай, разбудила и напоила её. После этого бабушка села на кровать, а потом попросила помочь ей пойти на кухню и покушать.
– Катерина, объяснять все буду завтра. Утром встану и сама все уберу у калитки. Топор замочила, ну молодец. Катерина, всё завтра. Сейчас я буду спать. Андрюша пусть пока играет в горнице, мне он мешать не будет.
Катя всё перемыла, стирки было мало, и она оставила её на завтра. Завтра пятница и она все постирает.
Глава 63. Куда-то дочь пропала. Ты не знаешь, где она?
Наконец все было сделано, сын лежал в кроватке, засыпая. Она подошла к нему, погладила по головке, потом наклонилась и поцеловала в носик. Сын заулыбался, начал протягивать к ней ручки, чтобы она его укачала на руках, но Катя сказала ему – спи, сынок, потом укрыла ручки одеялом, и сама легла рядом на кровать.
Телефон звонил, он был переключен на беззвучный режим. Наверное, Сергей, но Катя отвечать не стала. На неё вдруг нахлынуло все, она заново прочувствовала все то, что пережила всего пару часов назад. Её начало трясти, полились слёзы. Она старалась плакать беззвучно, чтобы не мешать сыну. Именно его плач тогда заставили её действовать.
Она понимала, что, если бабушка отступит, наступит её очередь и очередь Андрюши. Она вспоминала, как летела с топором, как стукнула по голове, все остальное. В голове все начало кружится, каким-то вихрем и эти сущности не понятные, казалось, летали рядом. Она побоялась, что сейчас закричит, поэтому, закрыв рот рукой, выбежала в сени.
Прислонившись к дверному косяку лбом, она дала волю слезам. Боже мой, неужели и она так будет стоять в противоборстве, а за спиной будет сын или внук, или внучка. Зачем оно ей, зачем принимать Дар? Она закончит ещё курсы повышения квалификации и будет просто фельдшером. Не нужна ей эта бабушкина сила. Да пропади она пропадом!
Она убила человека, правда, этот человек убил бы её. Она это чувствовала, она видела все наяву…Вдруг её плеча кто-то коснулся. Она вздрогнула, повернула голову. Рядом стояла бабушка. Даже в темноте было видно, что она бледная.
– Пошли в комнату, Катюша, что же ты босая стоишь? Простудишься.
Они зашли в горницу, там горел свет. Бабушка села на постель, посадила рядом Катю. Потом начала рассказывать, что Катя поступила правильно, ведь это был единственный выход – уничтожить его физически. Он убил не одну ведьму, кое-кто из них перед смертью, надеясь, что тот пощадит, отдал ему свой дар. Но, по-видимому, дар был слабеньким.
Скорее всего, это он заказал Мишане принести книгу, правда, Катя об этом не знает. Её, бабы Светы, книга его бы не удовлетворила, он захотел бы, чтобы она передала силу. Хорошо, что Катя пришла домой.
– Бабушка, я не хочу принимать никакого дара, раз это сопряжено с опасностью для сына, для внуков будущих. Достаточно того, что я умею и без передачи дара, – сказала она глухо.
– Давай об этом поговорим лет через десять, хорошо? Раньше я этот вопрос поднимать не буду. А ты успокоишься, поменяется ситуация, а там и решишь. Хорошо?
Катя кивнула головой.
– Ну и ладненько, пошли на кухню, я что-то ещё поем, да и тебе успокоительную траву заварю.
Бабушка шла, опираясь на стены, видно было, что сил у неё нет совсем. Но она не столько кушать хотела, как хотела внучке заварить специальных травок, чтобы у неё прошла истерика, забыла она этот ужас, этих пожирателей плоти колдунов, чтобы успокоилась, но, чтобы и утром на работу могла пойти и дитё покормить грудью.
Этих пожирателей она сама впервые увидела. Слышала, читала в книге, но видеть – видела впервые. Катя помогла бабушке на кухне, помыла после неё тарелку, выпила чая и отвела бабушку в горницу, а сама пошла в комнату к сыну. Там лежал телефон на стуле рядом с кроватью. Она взяла его, увидела пять непринятых. Подумала, что Сергей может и приехать.
Мало ли что подумает. Она набрала его номер, Сергей сразу ответил, сказал, что выезжает. Катя сказала, что всё нормально, просто сегодня был тяжёлый день, а потом была с бабушкой и телефон не брала с собой. Сейчас все нормально, она будет спать, встретятся завтра. Она уже в кровати, ему также спокойной ночи.
Конечно, было всего только чуть за девять часов вечера, Сергей хотел увидеть Катю, даже чуть обиделся, но потом подумал, что, может, действительно был сложный приём. Утром она проснулась совсем в другом настроении. Бабушка также после сна проснулась более бодрой. Катя с утра пошла к колодцу, чтобы принести бабушке ведро воды.
Увидев возле калитки посетителей, сказала, что бабушка сегодня плохо себя чувствует и принимать не будет. Те поворчали, что бабка капризничает, на что Катя, поставив ведро и взявшись за бока, сказала, что, если бабка не нравится, пусть других ищут. А бабушка живой человек, может и приболеть.
– Вы заболели, так вам можно, а она что, не имеет право? Я сама фельдшер и людей принимаю. И что, если я заболею, ко мне также придут с претензиями?
– Ну так не знали, что заболела, думали, просто не хочет принимать.
– У бабушки нет такого – хочет или не хочет. Есть может или не может. Всё, мне нужно на работу собираться, проходя и разговаривая с посетителями, она внимательно рассматривала землю, нет ли там капель крови. Но прошедший ночью небольшой дождик все смыл, даже если что-то там и было.
Ей пришлось собирать с собой сына и ехать с ним на работу, бабушка не смогла бы с ним остаться, была ещё слаба. Пока добиралась через грязь, немного опоздала. Но никто не возмущался, видели, как тяжело ей с коляской. Кто помоложе и поздоровее, помогли перенести коляску через пару ступенек, от болота колёса она почистила перед медпунктом.
И начался обычный приём. Она работала уже девять месяцев на этом месте, знала людей, знала, какие хронические заболевания у посетителей. Принимала однажды и Марию, неудавшуюся невесту Павла Петровича. Никаких эмоций, она, в первую очередь, фельдшер. Всё просмотрела, послушала, написала, что принимать, как принимать.
В обед приехал Сергей, сказать ей, что он соскучился и хотел бы вчера её увидеть. В селе все знали, что они жених и невеста, видели, что никто ни за кем не бегал. Но некоторые пытались снова почесать языком, потом бегали к Воронихе снимать чирьи с языка. Она одной так и сказала – чирьи посадить могу, не трудно, а вот привороты – никогда.
– Серёжа, я вчера действительно очень уставшая была. Помогала бабушке и притомилась. Конечно, я бы в другой раз хоть на пол часика к тебе бы вышла, неужели бы нет.
– А ты сегодня с Андрюшей вдвоем на работе? Давай помогу отвезти вас домой. Бабушка занята снова?
– Нет, она плохо себя чувствует.
– Катя, а мы с Антоном паровую камеру запускали сегодня. Думаю, к пасхе у нас будет своя продукция. Тогда начну отдавать кредит.
– А давай мы свадьбу отложим ещё на месяц? Или хотя бы на две недели.
– Ладно, посмотрим. Дело в том, что у Антона с Алисой свадьба будет 2 июня, ну а у нас пусть через неделю после них. Не хочу в один день.
– И я не хочу. Ну давай, поехали домой ко мне, посмотрю, как там бабушка. Кажется, у нас нет обеда.
Но бабушка людей принимать не могла, а домашние дела делала, не будет же она лежать? Поэтому суп приготовила. Катя с Сергеем успели чуть-чуть полюбезничать, а потом он поехал по своим делам, Катя пошла кормить сына и себя заодно.
Она рассказала бабушке, что отправила посетителей домой, они придут завтра, если им действительно нужно, завтра и Катя задержится и попробует помочь сама, ведь бабушка её чему-то научила.
– Катерина, если не сложное, сама приму. Сегодня ещё не смогла бы принять никого. Смотрела с утра, следов не было? Я топор на всякий случай помыла хорошо, топорище сбила. Хотя пожиратели следов не оставляют. Корми Андрюшу, потом сама поешь. Думаю, больше ничего такого появляться не должно. Как он к бабе Зине не попал ещё. Она сама живёт.
Утром приехала только одна семья, выкатать рожистое воспаление было не сложно, поэтому бабушка сама управилась. Катя оставила сына на бабушку и ушла на работу. А после обеда бабушке позвонил её сын, Дмитрий.
– Мама, тут такое дело…В общем, Катя пропала. Оказалось, уже год или около того.
– Какая Катя? – не поняла сначала бабушка.
– Ну, внучка твоя. Она устроилась на работу в Москву, иногда звонила. Знаешь, у меня новая семья, я так не особо интересовался. А тут бывшая решила квартиру продавать, а у Кати там доля есть, нужна её подпись. Оказалось, она родила, ушла в декрет. На работе не в курсе, куда она делась. Ты посмотреть не можешь, где она, жива ли?
Глава 64. Папа приедет в гости
– Здравствуй, Димочка. Уже больше года не звонил, не интересовался, как тут я живу, может, умерла, может, помощь нужна? Как плохо тебе, так сразу вспоминаешь, что у тебя мама есть. Ну я хоть знаю – не звонишь, значит, не нуждаешься, значит, всё у тебя в порядке. А как там твоя мама, тебе знать не обязательно, так? Когда в последний раз был в гостях?
– Мама, ну виноват я, да, признаю. А когда приезжать? Я ведь работаю, дочку нужно летом на моря отвезти.
– Димка, голову не морочь мне. У тебя одна дочь, Катя. Что, на старости вторую решил со второй женой родить?
– Нет, мама, это Валина дочь, я же женился на женщине с ребёнком, ну ты ведь знаешь. Я ей отец.
– Ну отец и отец, а Катю почему забыл? И кто квартиру-то продает, ты или бывшая жена?
– Ну квартира бывшей, она и продает. Попросила меня, чтобы я к тебе обратился насчет Катьки, жива – не жива, в розыск ли подавать, а может, умерла, не дай Бог.
– Тьфу на тебя, чего ты дочь родную хоронишь раньше времени. Не померла она, живет со мной. Ей деваться некуда было, родные отказались, а ей куда с ребёнком идти?
– Ну да, нагуляла с кем-то…
– Закрой рот иначе язык пришью. А твой отец где? Получается, сам байстрюк и своего внука байстрюком называешь? Она любви родительской не знала, вот и искала ласку. Как это так – родная мать не знала, где дочь! Это по каким таким законам? Хороша мать, не знает, что уже бабушкой стала. А не спросил, почему Катя бежала от отчима?
Возникла пауза, отец Кати молчал, обдумывая мамины слова. Да, он был байстрюком и ему было обидно, когда в селе его так называли. А сейчас он так назвал своего внука.
– Мама, мы к тебе в гости летом приедем, будет где переночевать?
– А почему не будет, Катерина замуж выходит, её будущий муж дом купил неподалёку. Места у нас хорошие, отдохнёте. Насчет Катерины – сообщите, когда нужно будет приезжать подписывать, она с работы отпросится и приедет. С ребёнком побуду я. Только вот ещё что, передай маме той, так называемой, что при продаже Катерина свою долю заберёт полностью.
У дочери её есть ребёнок, может ей всю сделку расстроить. И ты подстрахуй, хоть что-то сделаешь для дочки. Для родной дочки. И приезжай в гости с женой, буду рада видеть всех вас. Может, на свадьбу попадёте. В июне планируют. Сынок, не забывай меня, – совсем другим тоном закончила бабушка Света.
– Мама, приеду, обязательно. Прости меня, – неожиданно Дмитрию стало стыдно. Он ведь действительно целый год не звонил маме. Обиделся на что-то, уже не помнит. Когда он вернулся домой, сказал своим, что этим летом на море не едут, едут на свадьбу к его дочери в село. И к его маме.
Вале, бывшей жене, он сказал, что Катя жива, живет с внуком у его мамы, приедет на сделку, одним днём, так что пусть приготовится, что свою долю Катя заберёт. А он подстрахует, чтобы расчет был правильным.