Я обязательно буду счастливой

Глава 1. Случайная встреча в парке

Наташа вышла через проходную офисного центра и решила сократить дорогу, пройдя через небольшой сквер. Она всегда, когда была возможность, так делала, особенно, когда была нормальная погода. И хотя сегодня, несмотря на середину июня, было немного прохладно, но небо было чистое, солнышко светило и насладиться его лучами было одно удовольствие. Особенно, если другого времени нет, а на выходных опять обещают дожди.

Она присела на лавочку напротив фонтана в центре сквера, подставила своё лицо солнышку и зажмурилась. Она молодец сегодня, она умница, подписала нужный для компании договор о сотрудничестве. Шеф обещал, что если ей это удастся, она может со спокойной душой уходить в отпуск. Наташа запланировала в этом году поехать в Тверскую область, на могилу матери. Нужно было поставить памятник, оградку. Уже два года, как мамы нет.

Лёша, муж, обещал, если его отпустят с работы, поехать с ней на её родину. Посмотреть, что делать с маминым домом – продавать или оставить, может, подправить что нужно. Но вряд ли его отпустят, он и так задерживается на работе постоянно, на повышение идёт. Да и деньги они собирают на ЭКО, хотя, наверное, она своё время упустила уже, через неделю тридцать семь исполнится.

Когда они в двухтысячном году поженились с Лёшкой, только – только закончив учебу, денег не было совсем, они сняли комнату в двухкомнатной квартире с хозяйкой. До сих пор Наташа вспоминает Лидию Матвеевну добрым словом. И хотя та сдавала комнату не от хорошей жизни – отдавала за сына долги, но всегда могла накормить молодых квартирантов, налив им по тарелке горячего борща.

Это было ценно, особенно, когда до зарплаты не оставалось совсем денег. Тогда она и забеременела. На их семейном совете из двух человек было решено, что оставлять ребёнка просто не реально. Родителям они не сказали, решили вопрос, что сейчас просто не время. И хотя в душе Наташа была не согласна, но понимала, что Лёша прав. А потом, когда была и квартира, и машина и хорошая работа у обоих – ребёнка родить не получалось.

– Что-то меня в воспоминания потянуло, – подумала она. Услышала неожиданно чей-то знакомый голос, она открыла глаза. С той стороны фонтана…её Лёша обнимал какую-то женщину. Она не поверила своим глазам, наверное, это от того, что она, пусть и с закрытыми глазами, но направила лицо к солнцу и это так тени играют…Наташа немедленно встала, даже вскочила, протёрла глаза рукой.

На неё смотрел её муж, женщина стояла к ней спиной, а его рука лежала у той чуть ниже спины. Лёша увидел жену в тот момент, когда та вскочила и тёрла рукой глаза, не веря тому, что увидела. И он просто улыбнулся, его рассмешил этот жест. После этого он наклонился к той женщине и нежно поцеловал её в губы. Наташа резко развернулась и побежала по дорожке к автобусной остановке.

Почему она это сделала, а не подошла и не ударила Лёшу, не разорвала ему рот до ушей за эту гнусную улыбку? Почему? Она хотела вернуться и высказать гаду всё, что кипело у неё внутри, но ноги…они несли её на остановку. Она не помнила, как доехала до работы, как зашла в офис. Знала, нужно отдать документы шефу, иначе месяц работы насмарку.

Тот, конечно, увидел состояние сотрудницы. Её руки дрожали, лицо было красным.

– С вами все хорошо, Наталия? – спросил он её, принимая от неё документы.

– Отпустите меня домой, мне не хорошо, – ответила она.

– Да, конечно идите. Может, врача вызвать? – спросил он, видя как ей не по себе.

– Нет, не нужно, я отлежусь. Надеюсь…– она вышла из кабинета, собрала сумку и поехала домой. Она даже не представляла себе, что дальше делать. Посоветоваться было не с кем. Подруг особо не было, разве что Верка, с которой она училась ещё в техникуме. Они поддерживали более – менее дружеские отношения, бывали семьями друг у друга в гостях.

Но представила её нравоучения – Я – ТЕБЕ – ГОВОРИЛА – ЗА – МУЖЕМ – ГЛАЗ – ДА – ГЛАЗ – НУЖЕН и звонить расхотелось. Мама умерла два года назад, переехав перед смертью на свою родину. Здесь она оставила дочке квартиру, в которой она с мужем собралась сделать косметический ремонт и потом сдавать.

– Сейчас зайду по дороге в супермаркет, куплю или водки, или вина креплённого и напьюсь. Лёша уже, скорее всего, встречается с ней давно, наплёл, небось, кучу небылиц о своей жене. А может, он и не сказал, что женат, – размышляла она по дороге к остановке.

Там дальше все шло на автомате – три остановки на одном автобусе, затем пересадка и ещё одиннадцать остановок на другом автобусе к её дому. Квартиру они с Лёшей купили в спальном районе и туда метро обещали провести только через четыре года. Сделав пересадку, она села на свободное место у окна. В голове у неё стоял вопрос – почему она не стала ничего говорить сегодня этой парочке? Почему она просто сбежала?

Раз за разом она прокручивала сегодняшнюю ситуацию, накручивая себя ещё больше. Ей хотелось уткнуться в подушку и кричать до хрипоты. Сорвать свою ярость. А потом напиться. Казалось, жизнь наладилась, все хорошо у них. Осталось только попробовать ЭКО…

На второй остановке возле неё села старушка, это Наташа заметила краем взгляда, когда та немного подвинула её, садясь на место. Только бабуля уселась, как у неё зазвонил телефон. Бабуля доставая телефон в своей необъятной дамской сумочке, дважды задела Наташу локтем, но, правда, извинилась.

– Ничего страшного, – ответила она и отвернулась к окну. А бабулька, нажав на своём кнопочном телефоне на кнопку звонка, начала громко разговаривать, чем мешала Наташе думать и предаваться самобичеванию. Мало того, она стала невольным слушателем чужого разговора. А он её вдруг заинтересовал, тем более, что голос был такой скрипучий…

– Алё, ну чего, села, еду. Сидит, думает, как мужу отомстить. Смешная… хорошая месть подается холодной. Да, я также считаю, что она правильно сделала, что не стала скандалить. Он же ждал её скандал. Ну вот, а она нашла силы уйти оттуда. Да чего она хотела? Пусть бы посмотрела на себя в зеркало чужими глазами. Маникюр когда последний раз делала? Обрезала, лаком покрыла кое-как и всё.

Ноги заросли совсем. А зачем приводить себя в порядок, если есть брюки. Унисекс называются, и для мужчин и для женщин одинаковые. Даже камешков на карманах нет. А прическа? С такими волосами и просто хвостик сзади.

Тут Наташа машинально потрогала свой хвостик. Сегодня муж с утра попросил погладить другую рубашку, в которой он и былсегодня на свидании, зато Наташа не успела сделать прическу, а просто стянула привычно резинкой волосы сзади. Она повернулась к бабульке, к которой было столько вопросов. Но та продолжала говорить по телефону.

– Глупая, не понимает, что нужно поменяться самой, поменять своё отношение к себе и все у неё будет зашибись.

После этих слов бабуля увидела, что Наташа возмущённо повернулась к ней и хочет что-то спросить. Но автобус как раз подъезжал к остановке и старушка, крикнув в телефон, что она выходит и перезвонит потом, ловко спрыгнула с сиденья и поспешила к выходу. Она посмотрела, как старушка выходит, но народу на остановке было так много, что она потеряла старушку из виду. Это было так странно…

Теперь она думала не муже, а о словах этой бабули. То, что та говорила о ней, не было сомнения. Но откуда она знала всё? И то, что маникюр давно не делала, что не делала депиляцию на ногах, что отомстить хотела. Да, брить ноги не любила, вечно у неё были порезы. От крема была сыпь. Да и было неприятно, когда волоски отрастают.

И джинсы действительно мужа. На него велики стали, а Наташа немного поправилась. Фирма хорошая, джинсы дорогие. Ну не выбрасывать же.

Проходя мимо супермаркета, она не стала туда заходить. Нет, напиваться она не будет, это точно. Но вот в кондитерскую зашла, увидев на витрине соблазнительные пирожные. Купила парочку. Пришла домой и первым делом открыла свой гардероб. Зрелище было печальное, если не сказать больше. Итак, что она имеет.

Квартира оформлена на двоих, в равных долях, так сказать. Машина на муже, на ней только генеральная доверенность. Это хорошо. Теперь деньги, которые они откладывали на ЭКО. Так и знала – почти пустая коробочка. Не успела. Решила дать объявление о продаже машины, но нужны были её фотографии.

Да и как продать, если он днём постоянно за рулем?

Золота у неё практически не было, обручалка да маленькое колечко, которое мама подарила на тридцатилетие. Ну и серёжки золотые. Она окинула всю квартиру оценивающим взглядом и села пить чай с пирожными, обдумывая уже без истерики, как будет вести разговор с Лёшей. Главное, забрать все документы. Уж она ему не простит той наглой улыбки в сквере. Но её месть будет холодной.

Глава 2. Изменения в жизни начались

Пирожные были очень вкусными. По привычке она хотела второе спрятать в холодильник, для Лёши, но опомнившись, решила доесть и второе. Глюкоза для мозгов не помешает. Однажды она так сказала мужу, оправдываясь за второй кусок торта. Он тогда сделал ей «комплимент», что мол, это касается тех, у кого эти мозги есть. До сих пор ей было обидно за те слова.

Наверное, она ещё долго будет вспоминать его афоризмы и «меткие» выражения. Насладившись вторым пирожным, она сполоснула чашку и ещё раз вернулась мыслями к документам и к квартире. Вот что делать, если, к примеру, завтра она вернётся с работы, а замки муж поменял? Какие-то знания у неё были, но если муж наймет какого-то ушлого адвоката…

Наташа поняла, что ей нужна будет консультация грамотного адвоката. Но где же его взять, именно грамотного и чтобы не обманул. Посмотрев на часы, она решила позвонить их юристу, попросить у него помощи. Жаль, его личного номера телефона она не знала, поэтому позвонила секретарше, моля всех святых, чтобы та не выпендривалась, а сразу её соединила.

Женщине повезло, и Маринка, ничего не спрашивая, сразу перевела на Виктора Васильевича.

– Наталья, привет. Что случилось у тебя, раз ты прямо по телефону звонишь? Я уже собрался уходить.

– Виктор Васильевич, у вас есть знакомый адвокат, надёжный, по семейному праву?

– По семейному? Понял. Пиши номер…София Львовна, скажешь, от Виктора Васильевича. Если трубку не берёт, значит, на заседании суда или просто занята. Перезвонишь тогда ещё раз. Ладно, до завтра.

Наташа тут же набрала номер телефона этой Софии Львовны. Тут ей опять повезло, так как та ответила после третьего гудка.

– Алло, слушаю вас, – ответили на том конце «провода».

– Здравствуйте. Меня зовут Наталья, мне ваш телефон дал Виктор Васильевич, наш адвокат, – на всякий случай добавила она.

– Ну, здравствуй, Наталья. Что у тебя случилось? – каким-то очень знакомым голосом ответила адвокат.

– Если у вас есть время, я всё расскажу, – Наташа решила рассказать сегодняшний день, правда без эмоций и без бабушки с телефоном.

– Дорогая, давай по существу. Значит, вы откладывали деньги на твоё ЭКО, а их забрал муж? А что-то он оставил? Ага, сто тысяч. Понятно. Далее – квартиру как вы приобретали? В браке, в ипотеку? – ну отлично. А что ещё есть? Машина? Ну, пока не наложен арест при разделе имущества, он её спокойно может продать, подарить и так далее. Ну и что, что кредит выплачивала ты. Вы семья и каждый может распоряжаться таким имуществом сам.

Например, продать мебель с квартиры. Доказывай потом, что она была и что это происходило не с общего согласия, а деньги не были потрачены на семейные нужды. Ну на путешествия.

– София Львовна, вот у меня есть генеральная доверенность на машину и все документы на неё. Только как продать машину, если муж постоянно за рулём.

– Это просто, машину отвозят на спецстоянку, за два дня ты её продаешь. Есть у меня знакомые ребята, за те сто тысяч, что у тебя остались, оформят все в лучшем виде. Даже останется. Ну что, подъезжай в кафе, подпишем договор и будем работать. Как я понимаю, сюрпруг твой может пытаться лишить тебя квартиры. Не волнуйся, у него не получится, это просто пугалки будут с его стороны.

Соберешь документы, какие я подскажу, и смело в суд, а он будет по разделу имущества. То, что у тебя есть квартира, которую ты получила в наследство, это никого не касается.

София Львовна оказалась женщиной лет пятидесяти, одетой очень даже запоминающееся. Чего стоила только её шляпка с маленькой чёрной вуалью! И голос её, и она сама кого-то напоминали Наташе, вроде крутилось в голове, но вспомнить не могла.

Договорились очень даже нормально, за услуги без посещения суда, типа составить исковое заявление и тому подобное, по прейскуранту. Консультация вообще две с половиной тысячи, что не кусалось. Если придётся идти в суд в случае большого конфликта и участвовать в заседаниях, ну там оплата повыше, сорок тысяч. Наташу это вполне устраивало, она составила договор, оплатила сегодняшнюю консультацию.

Адвокат объяснила ей её права и что делать, если замок на двери будет новым. Во время разговора, уже почти в конце, у адвоката зазвонил телефон, мелодия была знакомой, ну а что, практически у всех телефонов набор мелодий одинаковый.

– Да, скоро буду дома. Она приходит в себя и, думаю, она ещё будет счастливой.

Наташа вздрогнула – бабуля в автобусе! Нет, не может быть, та бабуля совсем пожилая и седая, маленькая, сухонькая, а это дама в шляпке…Но голос бабули…

– Это вы??? – казалось глаза молодой (в сравнении) женщины, сейчас вылезут из орбит от удивления.

– Я??? Кто я? Мы что разве раньше встречались? – София Львовна смотрела на клиентку непонимающе.

– Да, то есть нет, мне показалось, – пробормотала та.

– Вы очень расстроены этим происшествием, я вас понимаю. И вы правильно сделали, что не стали при всех начинать выяснение отношений. Успокойтесь, что не делается, все делается к лучшему. А вам действительно нужно привести себя в порядок. И снимите эти джинсы, это не ваш стиль, он вам не идёт. У вас шикарная женская фигура, а не какой-то унисекс.

При слове унисекс Наташа опять вздрогнула. Они попрощались, Наташа решила пройтись пару остановок по улице. Работали магазины, салоны красоты. Она зашла в первый же попавшийся салон, спросить на когда можно записаться на маникюр и стрижку.

И ей опять повезло. Как раз не пришла клиентка по записи и у мастера было окно. На вопрос, как стричь, женщина ответила, что хочет быть красивой.

– Понятно. Волосы хорошие, цвет менять не будем, он и так модный – светло-русый. Будем делать из вас богиню.

За то время, которое она провела в салоне, ей сделали очень модную прическу, которая отминусовала ей минимум 4 года, сделали аккуратный маникюр (она настояла, чтобы без рисунка), скорректировали форму бровей. Вышла она оттуда совсем в другом настроении. Платье купить она не успевала, но у неё и дома висело нормальное платье и комплект – юбка-карандаш с блузкой.

Мужа не было, значит, он не хочет возвращаться сегодня и это отлично. Сегодня в загсе выходной для заявлений, Наташа заранее приготовила все документы: для загса, для продажи машины, проверила, что она оденет завтра. Позвонила София Львовна, сообщила, куда эвакуатор повез машину и что завтра с утра пусть сфотографирует машину и выставляет срочно на продажу.

Фууу, отличная новость, теперь нужно полежать в ванной и неспеша привести ноги в порядок. Лёжа в ванной, она устроила себе праздник – после того, как ножки были приведены в божеский вид, она откупорила бутылку шампанского, которое все-таки купила, и выпила медленными глотками пару бокалов за начало новой жизни.

Муж все-таки явился, но не сегодня, как и загадала Наташа. Он явился в половине первого ночи. После ванной и шампанского жена просыпаться не хотела. Да она ему была и не нужна, он приехал за некоторыми вещами – чистым бельём, рубашками.

– Тебе нужно, ты и собирай, мне вставать неохота, – ответила она на его попытки разбудить её и на его глупые вопросы – где? и, повернувшись на другой бок, уснула. Уснула – не уснула, кого это волнует? Ей завтра с утра вставать и платить аванс ментам.

Кстати, машина продалась очень быстро, за два дня Наташа уже держала деньги в руках. Покупателю объяснила, мол, машина её, только на муже числится, так как муж инвалид и не платит на неё налог. Деньги нужны, покупают для него специальную машину. Она не продешевила, так как промониторила цены. Машину перед продажей помыла и пропылесосила.

Нашлось при этом много интересного в бардачке, в частности, кольцо, которое, очевидно, предназначалось новой пассии. Под сиденьем нашёлся ключ, очевидно, от банковской ячейки. Ну, тогда вообще нечего переживать. И Наташа понесла деньги от проданной машины в банк, сняла на 90 дней ячейку, как раз там была акция на льготный период.

Его же ключ выбросила, всё равно она открыть ячейку не сможет.

А ещё ей адвокат посоветовала тогда поменять работу, сразу после отпуска. И хоть было лето, межсезонье, но могло и повезти, специальность у неё была нужная, а здесь никакого карьерного роста не предвиделось.

Когда она явилась на работу, слегка опоздав при этом, секретарша даже не подумала писать ей опоздание. Она только воскликнула

– Наташкаааа, а что случилось? Ты такая сегодняяя!

– Ничего не случилось, молния на джинсах полетела, – отшутилась та. А выглядела она сногсшибательно в своей юбке, обтягивающей красивые ноги, длиной на палец выше колен, блузке, которую берегла для особых случаев.

В отпуск она уходила через неделю. Шеф подписал заявление без слов. Ей вообще в последние сутки очень везло. Она стала подумывать, что ей повезло, что она увидела тогда Лёшу с другой. А то так бы и тянула эту лямку, так бы и ходила в джинсах унисекс и кроссовках летом и зимой.

Глава 3. Не нужно распускать руки, ибо это наказуемо

Лёшенька позвонил через день после своего ночного посещения. Она как раз возвращалась с обеда на своё рабочее место. С утра опять отпросилась на час, относила заявление на расторжение брака и регистрировала иск в суде на раздел имущества, что ей подготовила София Львовна. Адвокат ей расписала по пунктам, что и куда она должна отнести, кому отдать, что говорить. Оказалось, все не так уж сложно, зря она это все боялась.

Звонок не застал её врасплох, она его, в принципе, сегодня и ждала. Ведь машина вчера была продана и на штрафстоянке её не числилось.

– Наташка, ты куда дела мою машину, идио…???? – без предисловий начал он.

– Твою машину? Так за неё кредит я выплачивала. Это наша машина, общая. Как и деньги на ЭКО.

Мы же можем пользоваться нашим общим имуществом, не спрашивая разрешения, да, Лёш?

– Захотела отомстить? Ну, хорошо. Вылезет тебе машина боком. Я подаю на развод. Тебе машина, мне квартира. Сегодня же заеду в квартиру со своей будущей женой.

– Получается, что не получится. Я подала на развод, подала иск в суд на раздел имущества и теперь квартира как бы под арестом до решения суда. Продала машину до заявления о разводе, ведь ты мне дал генеральную доверенность, в которой разрешил совершать все действия, а нотариус твою подпись заверила. Так что подожди въезжать в квартиру. Иначе нарвешься на неприятности.

Продадим квартиру, деньги разделим. Вот когда купишь свою квартиру, тогда и приведёшь свою новую жену туда.

– Ты, ты…у тебя есть своя квартира, а эта моя.

– Лёш, ты бы проконсультировался. Та квартира не делится, она получена по наследству, к общему имуществу не имеет никакого отношения. А эта – общее имущество. Эту будем делить. Не трогал бы наши общие деньги, я бы не продавала бы машину.

Далее последовала нецензурная отборнейшая брань, какую она от любимого мужа ни разу не слышала. Почему-то это Наташу совсем не задело, даже развеселило.

– И тебе хорошего дня, Лёшенька, – ответила она и отключила телефон.

Не сказать, что ей было приятно все это выслушивать, но София Львовна объяснила ей, как нужно правильно поступать, предупредила, что её ждёт и как с этим бороться.

Вечером муж завалился домой, хорошо, что догадался не приводить с собой свою невесту. Он явно только что выпил и решил, что так сможет надавить на жену. Начал орать прямо с порога, Наташе все это было очень неприятно, но и уступать она не собиралась.

Она как раз зашла по дороге в магазин и купила платье, чтобы поехать в нём на мамину родину, заодно купила недорогую тунику для того, чтобы не ходить в халате или в трениках в мамином доме, когда будет там ночевать. Сейчас одела её, чтобы примерить. В этой тунике и застал её муж.

Когда он отполировал выпитую бутылку водки пивом, его совсем развезло. Он ухватил жену за ворот и оторвал бейку сверху. Она не стала дожидаться дальнейшего развития событий и вызвала полицию, закрывшись в ванной. На удивление они приехали через пять минут, наверное, были совсем рядом. Увидев разорванный ворот на новой одежде, царапину на шее, старший спросил женщину, будет ли она писать заявление.

– Ну, конечно буду. Если вы надеетесь, что я только попугать мужа хотела – вы ошиблись. Он таким образом пытается выжить меня из нашей квартиры. Я боюсь с ним оставаться один на один, он будет применять силу, а идти мне некуда.

На Лёшу как что-то нашло. Вместо того, чтобы попросить прощения у жены, замять конфликт, он замахнулся на неё при полиции. Те тут же схватили его и скрутили руки за спину. Мужчина ухитрился при этом очень больно ударить одного из них по надкостнице на ноге.

Ну это уже было нападение на полицию при исполнении, и Наташа поняла, что мужу придётся немного побыть без чистых сорочек.

Туника была испорчена, но она, чтобы успокоиться, начала пришивать бейку к горловине. Она умела делать мелкий ремонт, перешивать. Это очень помогало ей экономить. На себе. Но эта ситуация её всё-таки вывела из равновесия. Руки дрожали, стежки получались не очень аккуратными. Пришив более или менее прочно, она отложила вещь в сторону и решила позвонить адвокату.

Софья Львовна ответила почти сразу. Наташа рассказала ей о сегодняшнем происшествии, как муж решил её выжить из квартиры, о полиции и о том, что она так долго не проживет с ним.

– Наташенька, так тебя никто не заставляет там жить. Переедешь в мамину квартиру, пусть и без ремонта. Перечень того, что в квартире есть, ты в суд предоставила, оставь копию мужу, пусть любуется. То, что он устроил, нам только на руку. Пусть и пришлось тебе вытерпеть такое. Я узнаю, на сколько его посадили и попрошу, чтобы дней пять добавили, пока ты в отпуск к маме съездишь.

Ты свои вещи за эти дни перевези в ту квартиру, приберись там. Всё равно же эту квартиру после решения суда продавать будете.

Адвокат успокоила Наташу, внушила надежду, что все закончится лучшим образом. Уже засыпая, она подумала о том, что кажется, не говорила адвокату, что собирается поехать к маме на могилу. А может и говорила…

Оставшиеся до поездки дни у Наташи были насыщенными. Шеф хотел, чтобы она выполнила годовую норму, задания сыпались за заданиями. Причём отпуск был за свой счет. Это ещё больше убедило её, что нужно работу менять. После работы она приводила в порядок мамину квартиру, перевозила туда кухонную утварь, постельное бельё, мелкую бытовую технику, свою одежду – все, что было необходимо для трёх – четырех месяцев проживания.

В пятницу вызвала сантехника в мамину квартиру, который поменял кран на кухне, в ванной поменял прокладки. Повесила шторы и впервые заночевала там после смерти мамы. Адвокат узнавала, что Лёша просидит там десять суток. У патрульного вроде бы как трещина, но это не точно.

Добираться до деревни, где находился дом мамы, было просто – билет был куплен заранее, автобус делал остановку в пяти километрах от деревни, дальше или ждать местный автобус, которых ходил 6 раз в сутки или на попутке.

Она смотрела на пролетающие мимо большие и маленькие селения, какие-то предприятия, лесопосадки. Она также ехала к маме два года назад, когда ей позвонила соседка, сообщить что мама умерла. Тогда её отвозил Лёша на своей машине. Они только её купили и на часть стоимости Наташа взяла на себя кредит. Они тогда не делили кредит на мой и твой. Она не делила. А сколько Лёша встречается со своей новой любовью, кто знает. Может, у них уже дети есть.

Незаметно она уснула, могла и проехать свою остановку. Прямо за пять минут до выхода ей приснилась мама, которая прикоснулась к её плечу и сказала:

– Наташенька, приехали.