"Медовая ловушка"для финансиста

Сколько раз по утрам я бываю миллионером, а вечером банкротом.

(К/ф «Воры в законе» 1988г.)

Глава 1.

2008 год.

Большое «Серое здание» на …..проспекте. Благородный фасад. Массивные входные двери. Небольшой ручеек людей, снующих на вход и выход. Люди разные, всех возрастов и одеяний. Есть и прикинутые в костюмах с кожаными портфелями, есть и молодёжь с рюкзаками. На улице обязательно сотрудник в форме ГИБДД с положенной полосатой палочкой, равнодушно смотрящий на поток машин и никого не останавливающий.

Внутри поток людей разветвляется, кто-то показывает пропуск и исчезает в недрах здания по только ему известному маршруту, к кому-то выходят встречающие. Длинные коридоры, по которым идут люди мало отличаются друг от друга: на полу ковровое покрытие, безликие двери с прикреплёнными номерами, где-то пусто, где-то стоят люди с документами в руках, ждущие своей очереди. Но если спуститься чуть ниже, то в глаза начинает бросаться разница: коридоры разделены на участки. В одни можно зайти только по предъявлению пропуска, а в другие кроме того требуется пройти электронную идентификацию. Какой-то коридор напоминает офисное здание: здесь снуют люди, из открытых кабинетов слышится шум вентиляторов вычислительной техники, а в другом коридоре необычайно тихо и двери не имеют привычных номеров, только таблички с фамилиями, а многие вообще без них. Вместо привычных электронных замков со считывателями здесь, с виду, обыкновенные замки.

***

Обстановка кабинета была непритязательной. Кожаный диванчик на трое персон с придвинутым полуовальным столом и два кресла. Чуть поодаль чайный столик с набором посуды и вазами в которых аккуратно уложены сладости, чайные наборы, кофе, сахар. Чуть дальше стоят кулер и простенькая кофеварка. В общем, обыкновенная офисная переговорная, если бы не одно НО: нигде в кабинете не было ни каких признаков никакой компьютерной оргтехники. Более того, в комнате не было даже намеков на окна, свет был искусственный из встроенных в стену светильников, а еле уловимое гудение могло подсказать сведущему человеку, что подслушать или записать что-то в этом кабинете не представляется возможным.

В кабинете находилось двое мужчин. Один из них, на взгляд лет 50-ти, расположился на диванчике, второй, лет до 30-ти, сидел в кресле.

– Семен Вячеславович! -произнес тот, кто по моложе, -и все-таки, поясните, почему именно «Посредник» наша главная цель, а не «Финансист»?

– Аркадий, -ответил пожилой, -Вы опять не внимательно меня слушали.

– Очень внимательно, но если отработать «Финансиста», то ниточка размотается ко всем участникам, а так все замкнется только на одном человеке и не факт, что он что-то может важное знать.

– Ну и как Вы собираетесь работать с «Финансистом»?

– Ну все просто, есть платежки, есть конвертация в валюту, есть свифтовки, есть уход от налогов, обналичка. Да и…

– Перестань, -резко обрывает его Вячеславович, -меня приставили к тебе куратором, можно сказать наставником. Вот ты пришел в контору год назад. Что у тебя есть? Вербовки? Ноль! Реализованное дело? Ноль!

– Но…– попытался возразить Аркадий.

– Без но, -опять оборвал его пожилой. – Ты не видишь главного за мишурой всевластия конторы. Дали тебе дело по «молдавской теме». Да соглашусь, там кажущаяся простота. Одна фирма зарубежная заключает контракт с нашей и прописывает драконовскую неустойку за невыполнение условий. Они естественно не выполняются. Наша фирма выплачивает неустойку и естественно банкротится. Все по закону, а деньги ушли за рубеж. А деньги акционеров, которые и хотели их туда отправить. Акционеры вроде и невиноваты, типа обанкротились. Директор разводит руками- не учел рыночную конъюнктуру. Все довольны, все смеются. Тебе бы посоветоваться, а нет, ты самый умный. Начал писать проверки. И чем кончилось. Тему прикрыли распоряжением ЦБ и Конституционного суда. Твои проверки забрали в качестве приложения, а тебе на совещании начальник отдела объявил устную благодарность за качественную проработку темы.

Тут Семен Вячеславович хохотнул.

– Теперь смотри сюда, -пожилой тяжело вздохнул, -у нас нет ничего, пока нет, но есть психологический портрет «Посредника». Он любит само утверждаться через женщин.

– «Медовая ловушка»? –иронично хмыкнул Аркадий, -прошлый век, сейчас это не актуально.

–Дослушай, -терпеливо сказал старший товарищ, -он САМ, понимаешь САМ, создаст эту ловушку, залезет в нее и захлопнет за собой крышку. Наша с тобой задача оказаться в этот момент рядом. Всё! С этого момента все его телефоны, мессенджеры, социальные сети на полный контроль. Как только новый контакт с женщиной-все распространяется и на нее, и на её окружение. Вам, Аркадий, неделю на подготовку нужных разрешений и согласований. У Вас, в принципе, есть еще лет двадцать на пустую болтовню, а у меня предельный возраст на службе заканчивается. И вот что еще, -Семен Вячеславович ненадолго задумался, -подготовь такой же комплект документов и на «Финансиста» они чем-то похожи друг на друга, мы будем иметь резервный вариант. Не зря ты с красным дипломом закончил нашу школу, -подсластил пилюлю наставник. – И самое главное, надо понять кто и как собирается взять банк под контроль. «Посредник» и «Финансист» для нас только инструменты.

***

Хлопнула дверь. Светлана услышала грузные шаги, муж прошел на второй этаж, к себе в кабинет.

Она привычно продолжила наносить акварельные мазки на доску. Перед ней был расположен фотоснимок кошечки, расчерченный на квадратики. Перенос изображения в акварель с увеличением требовал внимания и сосредоточенности.

«Опять не в духе пришел, когда же это закончится. Ладно, не буду сейчас об этом думать, подумаю лучше о приятном. Вот, например, вчера вечером в социальной сети такой забавный мужчина комплименты написал. И имя у него интересное: Антанас. По профилю, живет в Вильнюсе. Надо будет ему сегодня ответить. Эх… лишь бы благоверный не надрался, а то опять. всплывут его старые обидки и будет вечер вопросов и ответов»

***

Бац! Человек в костюме падает. Из носа брызгает струя. Не просто брызгает, а течет двумя струйками на пиджак и белоснежную сорочку. Глаза его выражают ужас.

Сергей Хомяков выдохнул. Инстинктивно сжал и разжал кулаки. Сделал, пританцовывая, еще два шага по кабинету, обозначив уклонение от несуществующего противника и обозначил добивающий удар ногой. Картина падения менеджера крупной розничной торговой сети хоть и существовала только в его воображении, но настолько была реальной, что ему пришлось заставить себя отвлечься.

Разговор с менеджером состоялся два часа назад, но Сергей до сих пор «кипел» гневом.

«Вы понимаете, Сергей Юрьевич, у нас уже есть транспортные компании, с которыми наш холдинг заключил договора на доставку, поэтому ничем помочь не могу, но Вы можете в общем порядке предоставить в наш отдел коммерческое предложение, и мы его обязательно рассмотрим».

Аккуратно так отфутболил, гад! Мог бы сам рассмотреть предложение, назначить встречу с руководством, а не: «и мы его обязательно рассмотрим».

Сергей не привык быть просителем и такое пренебрежение взбесило его сверх всякой меры. Он еще раз вздохнул-выдохнул, успокаивая себя. Поведя вокруг себя взглядом, обнаружил, что стоит около глобуса-бара и привычно откинул крышку. Внутри стояла початая бутылка виски.

Надо успокоиться, -подумал он, а рука сама «набулькала» треть изящного стакана. Жидкость с терпким вкусом побежала по пищеводу. Хомяков прислушался к себе: внутри растеклось приятное тепло. Мысли побежали быстрее. Он на мгновение задумался, а потом налил еще и залпом выпил.

Мысли стали свиваться в цепочки.

Где он, его фирма и Банк оф Ньюорк? Почему у них кризис ипотечного кредитования, а бизнес рушится у него? Сначала сократились международные перевозки, затем рынок потребительской торговли начали захватывать федеральные сети. Магазины, в которые товар возила транспортная компания Сергея один за одним закрывались. А у федеральных сетей уже все было свое и такие как Сергей им не требовались. Мрачные мысли навалились скопом: оплачивать обучение младшей дочери в частной школе, старшей в институте, платить по кредиту за дом, надо бы машину жене поменять, шесть лет ей уже, сыпется, дешевле новую взять, чем эту содержать, но опять же кредит. Да, что-то с женой мы отдалились. Исчезли вечерние посиделки вместе, давно уже нет совместных тем для обсуждения. Не появился ли кто у неё? Да ну, нет. Когда у нас был последний раз секс. Хомяков наморщил лоб. По-моему, в прошлом месяце или позапрошлом. Надо будет как-то поговорить с ней.

Эх.. и рука привычно откинула крышку глобуса-бара, где стояла початая бутылка виски.

***

СВЕТЛАНА:

Со второго этажа сначала раздавался голос мужа по телефону, затем все стихло, а еще через час сверху «захрипел» русский шансон. Опять взялся за стакан, – поняла Светлана, – пропал вечер, надо перебираться в спальню, включить ноутбук и «посидеть» в сетях. А что там мне сегодня напишет Антанасик? Настроение Светланы заметно улучшилось, она уже предвкушала вечернюю интригу по переписке.

Спальня была небольшая, но уютная. Светлана любила «свое гнездышко», как она ее называла. Привычно поставив на тумбочку блюдечко с порезанным яблоком, она раскрыла ноутбук и щелкнула пультом телевизора. Телевизор висел на противоположной стороне и делал фон, не важно, что там говорили или показывали, так создавалась иллюзия наполненности комнаты и было уютнее, чем одной в четырех стенах.

В ее профиле в соц. сети появился новый подарок: букет цветов с подписью «Красивой и неповторимой». Сердечко Светланы «бухнуло» громче чем обычно, и приятная истома обняла ее. Конечно, подарок был от НЕГО.

– Привет! Ты увлекаешься искусством, как я вижу. – Пришло сообщение от Антанаса.

Что нравилось Светлане- это то, что он не писал, как другие: «Привет, как дела…» и прочую чушь. Всегда коротко, содержательно и все про НЕЁ. Ей казалось, что он ее знает уже очень давно и понимает, как никто другой.

По поводу искусства-это конечно перебор, профиль Светланы был забит разными картинками, фотографиями различных скульптурок и поделок. Она «держала» небольшой сувенирный магазинчик для туристов и все ее знание искусства ограничивалось переделкой и раскраской китайских заготовок в сувениры с российской символикой и национальным колоритом.

– А я вот из Фигейроса привез классные репродукции Сальвадора Дали, -не заканчивались сообщения от иностранного гостя. – Там знаешь, как интересно, даже во дворе стоит машина с манекеном и… там внутри идет дождь! Представляешь))))! А вот в Амстердаме в музее Ван Гога мне не понравилось, как-то все однообразно.

Испанский Figueras, голландский Amsterdam – эти слова как музыка звучали в ушах Светы, она «плыла» от радужных картинок: вот она кормит лебедей в каналах Амстердама, вот смотрит закат над Пиренеями, вот……………

Света встала и подошла к зеркальному шкафу, покрутилась перед ним, потом распахнула халат и критически осмотрела себя. Грудь стоячая – третий размер, ноги ровные, целлюлита на бедрах нет. «Сойдет», -решила она.

В коридоре заскрипели ступеньки лестницы второго этажа. Светлана захлопнула ноутбук и положила его на тумбочку. Как по волшебству у нее в одной руке оказалась тарелка с яблоком, а в другом пульт от телевизора. Дверь распахнулась.

– Светик! Ждешь меня, моя рыбка! – в дверях, пьяно улыбаясь, стоял муж. – Тяжелый был день, но ничего, мы прорвемся, они еще у меня попляшут.

Сергей скинул домашний халат и остался в майке и трусах плавках.

– Может «пошалим»? –Мужчина улыбнулся и чуть не завалился назад. Затем откинул край одеяло и грузно лег на кровать.

– Хочется секса, только нет рефлекса, -пробормотал он и повернувшись на бок, закинул одну ногу поверх одеяла. Через минуту над сводами спальни поплыл раскатистый храп.

Светлана посмотрела на лежащее рядом тело. Огромный живот нависал над узкими трусами, майка нелепо сбилась в сторону, обнажив грудь с седыми волосами, изо рта пахло селедкой и виски.

Открыла ноутбук. На нее смотрел Антанас. С фотографии он улыбался на фоне какого-то готического замка. Снова перевела взгляд на мужа. Сравнение словно оборвало какую-то струнку у нее внутри. Он еще в сети, -отметила женщина и стала набирать текст:

– А я вот была только на пляжных курортах, -застучали буквы, -Египет, Тунис. Тут Светлана прикусила губу и решительно удалила надпись. Нельзя так, -решила она, -подумает еще, что я мещанка какая-то и решительно написала, -на рождество едем в Прагу.

– Да, там красиво, -не замедлил появиться ответ, -один Карлов мост чего стоит, он построен на смеси молока, яиц, творога и сыра. Правда, правда, хотя чуть-чуть камней то же положили)). При встрече расскажу, как я учился правильно пить абсент в «hospoda», то еще приключение! Ну все, -я побежал, дела, спишемся еще. И Антанас отключился.

Светлана удивилась, что он так резко прекратил общение, но списала это на «европейскую» занятость человека. Зато Антанас четко знал, что легкий абьюз (здесь в значении игнорирования) никогда не помешает при установлении контакта, если хочешь управлять женщиной.

***

Вечером дома состоялся скандал. Вроде бы из-за ничего. Сергей отлично понимал, что можно было как-то сгладить, но с утра проблемы покатились как снежный ком.

Сначала позвонила младшая дочь:

– Папа, ты помнишь, что в следующем месяце надо будет вносить очередные деньги за семестр обучения, – и не давая вклиниться в разговор продолжила – А еще у нас группа на ноябрьские праздники на пароме в Швецию отправляется (деньги нужны-не сказано, но подразумевается) и мне надо будет новые сапоги, я уже присмотрела, да еще телефон бы поменять, а то я одна со старым хожу. Ну все.. целую, побежала на следующую пару, у нас «матеша».

– Целую – только и успел сказать Сергей.

Затем раздались звонки от владельцев арендованных «Газелей» с требованиями о месячной оплате.

Разговоры с помощником, который отвечает за логистику, не принесли утешительных новостей: старые заказы сняты, ввиду закрытия основного нанимателя, а новых нет и не предвидится.

Остаток дня он подбивал дебит с кредитом. Выходило неутешительно: даже если закрыть компанию (а тянуть автопарк при отсутствии заказов гиблое дело, тут Сергей был реалистом), то денег от продажи пяти своих фур при существующих расходах хватит максимум на 4-6 месяцев (кредит на дом-будь он неладен). Надо что-то искать из заработка срочно.

И надо же было позвонить старинному приятелю с напоминанием о том, что сегодня четверг и у них традиционный пинг-понг с последующими дружескими посиделками в тот момент, когда жена зашла в кабинет и отлично слышала весь разговор.

– Что тебе, – Сергей попытался придать голосу дружелюбие.

– Надо уже выкупать путевку на Рождественские каникулы, мы же собрались в Прагу.

– Знаешь, Свет, наверное, в этом году никуда не поедем, тяжело сейчас с деньгами.

– Что значит тяжело с деньгами? Значит на друзей и бл.дей деньги есть, а я побоку? – Светлана перешла на повышенный тон.

– Ну какие бл.ди, ну что-ты, – Сергей еще пытался смягчить разговор, -просто сейчас нет заказов.

– А ты меньше бухай! Каждый вечер бутылка виски! Алкаш!!! – Светлана уже почти кричала.

Здесь лицо мужчины пошло пятнами.

«Спокойно, спокойно, -уговаривал он себя, -она специально заводит тебя».

– Ну и долго ты будешь сидеть дома? –жену «несло», -вся твоя бывшая «гоп» компания на рынке крутится и нормально себя чувствует, кинули тебя как «лоха», -и она омерзительно улыбнулась.

– Пошла вон, –терпение мужа подошло к концу.

Дверь громко хлопнула.

Светлана:

«Как же, нет денег, наверное, нашел себе очередную «шаболду».

В Светлане плескалась обида. Она еще помнила, как пять лет назад Сергей так же отказался от поездки летом на море, мотивируя срочными делами и отправил ее одну с дочкой. А потом через пару месяцев ей на телефон позвонила какая-то женщина и пьяным голосом требовала, чтобы она не мешала их с Сергеем счастью. Тогда скандал «тушила» сама Света, она очень испугалась остаться одна с ребенком, которому через пару лет надо было поступать в институт. Но теперь у нее руки развязаны и она, она… и не решив, что она сделает, устремилась в спальню к своему ноутбуку и спасительным соцсетям. Там её ждал верный поклонник.

Когда Сергей со своих традиционных посиделок не пришел ночевать ни в четверг, ни в пятницу, Светлана приняла решение переключиться на себя «любимую». За 18 лет супружеской жизни, она вынесла для себя решение, что идти в семейных конфликтах навстречу всегда первой- это провоцировать в дальнейшем подчиненный статус: «куда ты денешься».

Она знала, что несмотря на возраст (36 лет) нравится мужчинам. Да и раньше с этим, проблем не было. За время брака у нее были интрижки на стороне, но Светлана не считала себя «гулящей» женой. Слушая, за «рюмкой чая», рассказы подружек о своих похождениях, она казалась себе целомудренной. Два мимолетных курортных романа-вообще не в счет и по правде сказать-не понравилось. Светлана заметила, что мужчины, добившись своего, резко теряли интерес и на последующих свиданиях мыслями были уже далеко, со своими женами и проблемами. Два часа пьяного «барахтания» с коллегой мужа, после совместной пьянки на базе отдыха, когда Сергей, напившись, «отрубился» прямо за столом и его пришлось тащить в номер, ничего кроме чувства неловкости на утро не принесли. Светлана, иногда, сидя с подружками в баре, слушала речи подсевших «павлинов» (как она их про себя называла) и приходила к выводу, что менять шило на мыло «не вариант». Ей хотелось ОТНОШЕНИЙ, чтоб её хотели не просто как женщину (ну и это то же приятно), но и как интересного человека. Она умела поддержать разговор, никогда не забывала сделать легкий комплимент мужчине (они тоже любят ушами). Эмпирическим путем выработала путь общения с противоположным полом. Если мужчина нравился ей, то достаточно было сказать ему: «Какой Вы интересный мужчина» и крутить им по своему разумению. Здесь главное было не переборщить. Фраза «умный мужчина» или «красивый мужчина» не работали, мужик мог задуматься, с какой это стороны он умный или еще хуже- красивый, а так пусть сам додумывает, что значит интересный, интрига должна быть всегда.

Антанас написал, что приезжает на следующей неделе в командировку и насколько задержится, еще не знает, но просит ее быть экскурсоводом по культурным местам города.

Твердо решив про себя не допускать прошлых ошибок: никакого интима, а если при первой встрече начнет заводить разговор или даже намекать-вежливо «откланяться» (хотя, при этой мысли щеки предательски зарделись), Светлана открыла ноутбук и стала искать расписание работы парков и музеев.

Где-то на заднем плане, как червоточинка, портила настроение мысль о муже, но она задвинула ее на задворки сознания: пьет почти каждый день, деньги не зарабатывает, шляется по ночам. Не ценит он меня-вынесла вердикт Светлана и сразу стало легче.

Впереди, как глоток свободы и освобождение от опостылевшей домашней рутины маячила встреча с «интересным», пусть мужик сам решает свои проблемы, на то он и мужик.

***

Сергей зашел в дом в воскресенье в 11 утра. Жены дома нет, он это знал, она прислала ему сообщение еще вчера:

«Уехала к дочке с зятем, если хочешь, приезжай».

Дом встретил теплом, Сергея немножко потряхивало, сказывалась трехдневная «попойка». Ночевал он эти дни сначала в сауне, затем у холостяка Мишки дома на диване, а последнюю ночь один в дешевом гостиничном номере, где был только унитаз, душевые были общие по коридору.

К дочке он ехать не собирался, не сложились отношения с зятем. Зять был правильным «по самое не могу». Один у стариков родителей, каких-то инженеров-физиков, сам отслужил срочную в армии, закончил на «бюджете» «негромкий» технический ВУЗ и стал работать программистом, да не просто программистом, а каким-то там ведущим проекта в международной корпорации со штаб квартирой в «силиконовой долине». Был он высок, занимался баскетболом, начитан, по работе объехал полмира, в меру пил спиртные напитки. На тестя он смотрел уважительно. В меру интересовался его бизнесом, поддерживал разговор. На первых порах, с благодарностью, но без подобострастия принимал помощь. В общем, жена и дочь его обожали и ставили в пример.

Сергей чувствовал, как в нем поднимается обида, смешанная со злобой. Ему было обидно, что жизнь была так к нему несправедлива. Ведь это его должны любить, уважать и ставить в пример.

«Где вы все, такие хорошие, были, когда я в 90-е с женой неработающей и маленьким ребенком на руках, выживал по съемным квартирам. Этого бы «зятька» туда сейчас, хорошо быть чистеньким за чужой счет. –думал он. – Это мне приходилось врать, воровать, идти на служебный подлог, а потом «топить совесть» в мутной «паленке». Я что это все для себя делал? – Сергей распалялся еще больше.

– А теперь конечно, посмотрите, он же бухает! Сволочи! Какие же все сволочи! – и от обиды не всех и жалости к себе Сергей чуть не всхлипнул: -Вот подам на развод, вы все еще попрыгаете у меня! Кто вас кормить будет. Остановившись на этой мысли, Сергей обнаружил себя стоящим в кабинете около бара-глобуса.

Да, надо выпить, -подумал он, -на «сухую» выходить из трехдневного запоя не дай бог.

Сергей отлично представлял, что такое для него выйти из запоя на «сухую»: сегодняшняя ночь вообще бессонная (будет и аритмия и резко бросать то в жар, то в холод), завтра с утра навалится «депрессняк» и что еще хуже-будет преследовать беспричинное чувство страха. Только ко вторнику начнет отпускать, а если по чуть-чуть выпивать, то это можно все сгладить, только бы снова в запой не сорваться.

«Набулькав» 100грамм виски, он залпом опрокинул в себя рюмку. Жизнь начала приобретать розовые оттенки.

А вот продам все к чертовой матери и уеду в Таиланд жить, -подумал Сергей. – Буду на пляже валяться, коктейли потягивать, да тайку лапать. Он не знал, что наркологи такие мысли в шутку называли: «шнапс-идея» (от слова шнапс-нем. Schnaps-алкоголь) и заканчивались они вместе с алкоголем.

Хомяков грузно сел в кресло. Чувство неправильности окружающей обстановки заполонило его. Воскресение, а он один. Младшая на сборах по акробатической гимнастике, старшая с мужем, его жена с ними. Друзей то толком нормальных не осталось, с кем можно было бы по душам поговорить; либо партнеры деловые, либо сотрудники. Раньше, стоило ему только позвонить и дом наполнялся шумом, гомонящими друзьями и их домочадцами. Иногда, он, приходя с работы, уже в коридоре слышал голоса своих близких и знакомых. Он взглянул на бутылку. Нет, рано, еще только полдень.

Глава 2.

Антанас Каваляускас, представитель литовского банка:

Я вышел из лифта и вместе с другими устремился по коридору к выходу. Здорово, черт возьми, снова прилететь к старому знакомому. Хотя мы с Александром Дмитриевичем постоянно на связи, работа такая, но увидеться вживую это лучше. Десять лет прошло, а как будто вчера познакомились. Тогда я был молодым начинающим стажером и меня отправили в командировку в Россию. Приключения начались сразу на Белорусском вокзале, когда я решил поменять деньги. Сейчас то мне смешно, а тогда, обнаружив, что меня просто-напросто кинули при обмене, я впал в панику. «Ломка» купюр. Пришлось звонить по данному мне в Вильнюсе телефону. И с этого момента началась у нас дружба с управляющим «АМЕГАКОН банка» Зубовым. Россия девяностых – это что-то с чем-то. Именно Александр ввел меня в настоящий мир банковских операций: прием «порченных» долларов и обмен их на бирже, справки на покупку валюты для таможни, выдача кредитов на фирмы-помойки с последующим их исчезновением и многое другое. Иногда в офисе толпились совершенно разные люди: «красные» директора заводов (директора, назначенные еще при СССР), пришедшие за кредитом, соседствовали с отмытыми, но все равно дурно пахнущими лицами без определенного места жительства, которые оформлялись в качестве директоров очередных подставных фирм. А как мы с ним «зажигали» в ночных клубах с элитными «эскортницами»! Вот тогда-то Дмитриевич и предложил мне подработку с состоятельными людьми, которым требовались чистые деньги «ТАМ». И завертелось, и пошло. Ну и приятный бонус в виде женского пола, до которого он и сам был ох как охоч. Вот и сейчас, наряду с основной работой, можно «пощипать» курочку-дурочку в Северной столице. Совместить, так сказать, приятное с полезным. Контакты он мне скинул, база данных заемщиков у него хорошая, я уже списался с ней.

Кинув гостевой пластиковый пропуск в приемник турникета, Антанас вышел на улицу, где его уже ждала машина с банковскими логотипами, чтобы отвезти на вокзал.

***

Зубов Александр Дмитриевич, управляющий «АМЕГАКОН Банка», мужчина лет 50-ти нажал на кнопку интеркома и сказал: