"Медовая ловушка"для финансиста

– Антанас, ты не спишь? –робко подала голос женщина.

– Уже нет, -ответил банкир, а про себя подумал: «будет вечер вопросов и ответов, как мы дальше будем жить, ты меня любишь? Почему-то глупенькие дамы сразу влюбляются и теряют связь с реальностью. Ведь есть пословица: ночь, проведенная вместе-ещё не повод для знакомства, и мужчина внутренне коротко хохотнул».

Но следующая фраза Светланы заставила его «зависнуть».

– Ты разведчик?

Каваляускас не сразу понял, о чем речь. Он подумал сначала, что ослышался: «Какой разведчик? Где разведчик?.... Я разведчик?». Затем смысл сказанного дошел до него: «bybys raibas – пёстрый х.. (литовское ругательство), -была первая мысль Антанаса, – что она себе вообразила? От внутреннего смеха щеки его раздулись, а лицо покраснело. Хорошо, что в комнате было ещё темно. Его молчание, а также круглые глаза, которые смотрели на нее, Хомякова восприняла как подтверждение.

– Я никому не скажу, -раздался тихий свистящий шепот.

Антанас медленно выпустил воздух и икнул, затем еще раз икнул. Рывком встал с кровати, нисколько не смущаясь своей наготы и, взяв с тумбочки обязательную для отеля маленькую бутылочку минеральной воды, залпом её осушил. Обошел вокруг кровати. Его пах оказался напротив лица Хомяковой. Глаза женщины, на закинутом вверх лице смотрели на него.

– Финансовая разведка, -произнес Каваляускас, стараясь чтобы его голос не дрогнул от сдерживаемого смеха. Положив обе руки ей на голову, он мягко привлек Светину голову к восставшему естеству. Хомякова послушно открыла рот. «Как я и хотел, -подумал банкир, -а то вчера только миссионерская поза, надо бы обучить её более продвинутым вещам, вот её муж то удивится». Настроение его улучшалось с каждым движением головы женщины и мрачные мысли по поводу сорванной встречи отходили на задний план.

***

В субботу Сергей собирался в банк. Была мысль «растянуть» срок кредита за дом еще на пару лет, чтобы снизить ежемесячные платежи. С управляющим отделения банка он созвонился, но энтузиазма в его голосе не услышал. «Приходите, поговорим, -услышал Хомяков». Светлана то же куда-то собиралась. Мужчина бы не обратил на это внимание, но в коридоре висело новое пальто. Купили они его этой весной, но супруга одевала его от силы пару раз. «В пуховике удобнее, а это пусть будет на выход, -так она объяснила мужу».

– И какой сегодня праздничный день? –поинтересовался Сергей.

– Да надо «выгулять» пальто, а то скоро зима, -легко ответила Светлана.

Сборы затянулись из-за жены. Она чересчур долго жужжала феном в ванной, потом супруги толкались в коридоре, где Света крутилась перед большим зеркалом в одном боди. Хомяков с удовольствием смотрел на жену. Черное нижнее белье выигрышно подчеркивало её фигуру, пояс с чулками оттенял молочно-белую кожу бедер. «А хороша ведь! Моя! –с затаенной гордостью подумал мужчина». Во дворе дома, Светлана «клюнула» мужа губками в щеку и направилась к машине. Сергей проводил «точеную» фигурку жены, в новом коричневом пальто, влюбленным взглядом, хотя, с удивлением, обнаружил укол ревности: «Давно я не видел её такой нарядной и соблазнительной. Может быть у неё кто-то появился. Да ну, ерунда».

Вечером субботы Хомяков Сергей сидел в домашнем кабинете. В открытое окно медленно уползала ниточка сигаретного дыма. Настроение было ровное, а если точно сказать-никакое. В банке, несмотря на надежду Сергея, в продлении кредита отказали.

«Вы понимаете, -вещал управляющий отделением банка, -сейчас финансовый кризис и мы просто не в состоянии менять кредитные условия в сторону смягчения». На замечание Хомякова о том, что кризис в США, банкир отреагировал длинной лекцией о мировой финансовой системе, из которой Сергей понял только то, что кроме доллара в мире денег нет и чем больше внешний долг Штатов, уже превысивший несколько десятков триллионов долларов, тем беднее все окружающие заокеанскую страну государства. Мысленно послав в пешее эротическое путешествие мировую финансовую систему и лично банкира, Хомяков, не солоно хлебавши, поехал домой.

А сейчас Сергей Юрьевич, предприниматель на ниве автоперевозок, находился в пред банкротном состоянии и, сидя дома, тупо рассматривал пейзаж за окном.

«Даже выпить не хочется, -лениво подумал он. –В понедельник рассчитаю водителей, оставлю только одного механика. Договор аренды с «Газелями» закрою. Выставлю на продажу четыре из пяти грузовиков». На прошлой неделе случайно встретил бывшего клиента Игоря Безуглова. Разговорились, так, обо всем и ни о чем. При упоминании о кризисе, Игорек оживился: «Сливай все, Серега, все. Не надейся, что через пару месяцев ситуация улучшится и все вернется на круги своя. Это ошибка. Сольешь убыточный бизнес-сохранишь деньги. А ситуация если и будет улучшаться, то уже по другим правилам. Тогда-то деньги тебе и пригодятся». «Наверное, так и сделаю, -окончательно принял решение Сергей». На душе стало легче. Решение отдаляло, казавшееся таким близким полное безденежье и вселяло уверенность в возможность изыскания заработка.

Он взглянул на часы: было около двенадцати ночи. Жена еще не вернулась домой и не звонила. Хомяков зевнул. Взял, лежавший рядом телефон, и набрал номер супруги. Абонент был вне зоны действия сети. «В метро, наверное, -подумал он, -как раз перед закрытием возвращается на перехватывающую стоянку, -но на душе стало тревожно». Через полчаса тот же голос оповестил его, что абонент все еще вне зоны действия сети. Сон как рукой смахнуло. Мужчина спустился на первый этаж и зашел в спальню. Зарядки для телефона жены на месте не было. «Значит взяла с собой, -отметил Сергей. – Почему он выключен?». Хомяков прошелся по спальне взад-вперед. «Нет, не усну, -понял Хомяков, -чем мучиться предположениями, съезжу-ка я на стоянку в городе». Мужчина взял запасные ключи от машины жены и выехал из коттеджного поселка. Уже через двадцать пять минут его машина медленно ехала вдоль рядов перехватывающей стоянки около метро. Сергей периодически нажимал кнопку на брелке автосигнализации Светланиной машины. Вот! Через ряд мигнула аварийкой авто. Он подъехал поближе. Да, машина жены стояла уже давно – стекла изнутри были запотевшими, к ночи температура на улице значительно опустилась. «Лихо девки пляшут – по четыре сразу в ряд, – удивился Хомяков, -ну и где она может быть? Придется съездить к ней на работу, пробок нет, мосты еще не разведены». Сказано, сделано и еще через полчаса машина мужчины остановилась возле дома, где в цокольном этаже размещался магазинчик с надписью «Сувениры». Над входом горела, затянутая в металлическую сетку лампа. «Магазин закрыт и поставлен на сигнализацию, -отметил про себя Сергей». Он снова набрал номер жены. «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, -сообщил приятный женский голос». Хомяков задумался, а потом решительно набрал номер дежурной части ЧОП, который брал под охрану магазин. ЧОП был небольшим и даже своей ГБР (группы быстрого реагирования) у него не было, они пользовались услугами по договору с более крупной компанией, поэтому клиентов дежурная смена узнавала по голосу.

– Дежурный! -В ответ на стандартное приветствие ответил Сергей, -объект по адресу: ……, кодовое слово «Ласточка», подскажи, кто и во сколько сдал магазин под охрану?

– Так, Сергей Юрьевич, я его и принимал, -сказал дежурный, -в двадцать один пятьдесят пять сдавала Еремеева Наталья, а что? Случилось что-то?

– Нет, -успокоил его Хомяков, -проверяю просто, выходные, мало-ли что.

– А…, не беспокойтесь, все работает, на прошлой неделе наш техник все тестировал.

– Ну, тогда спокойного дежурства.

Хомяков всю дорогу до дома «гонял» мысли по кругу: к подружке подалась, а может к дочке поехала ночевать? Ну тогда бы оттуда позвонила. Сергей взглянул на часы. Уже полвторого ночи. Сейчас звонить поздно и Еремеевой и дочке с зятем.

«Утро вечера мудренее, -подумал мужчина, укладываясь спать, -завтра спрошу у нее, может уронила телефон, он выключился, а она не заметила, так уже было, спит сейчас у дочки с зятем».

Под эти мысли Сергей попытался заснуть, но сон как назло не шел.

Он ещё пару раз набрал номер жены с тем же результатом. Затем встал, налил себе стакан виски, залпом осушил его и снова лег в постель. Голову привычно обняла мягкая пелена и, наконец-то, пришел спасительный сон.

В это время Светино тело второй раз изогнулось дугой на пике наслаждения.

***

Антанас Каваляускас с утра плескался в гостиничном душе. Настроение портили мысли о необходимости звонить Зубову. Он уже представлял разговор с коллегой в самом негативном варианте и продумывал варианты своих ответов. Но как-то все выглядело неубедительно. Оправдания, оправдания – значит виноват! Он стоял уже двадцать минут, задумавшись, что он может сказать. Резко из душа пошла холодная вода. «Тьфу, опять номер с бойлерной водой, а не проточной. – отметил он».

Расчесывая свои шикарные волосы, он вышел из ванной комнаты. Хомякова стояла к нему спиной наклонившись над тумбочкой. Из одежды у нее была только комбинация и, лицезрея округлые ягодицы, мужчина почувствовал нарастающее возбуждение. Светлана обернулась.

– Антик! А где мой телефон и батарейка?

Напоминание о телефоне и, как следствие, о неприятном звонке сбило весь игривый настрой. Плоть опала.

– В моей сумке, в боковом кармане. –ответил Антанас.

«Может предупредить её, чтобы придумала перед мужем убедительную сказку о том где ночевала? –подумал мужчина, -а то ляпнет, что была у подруги или на работе, а это проверяется одним телефонным звонком. Да ну, её проблемы».

Банкир взял, протянутый женщиной телефон с батареей и, собрав его, включил.

«Так, восемь пропущенных звонков, четыре от неизвестных – наверное юристы звонили, три от Зубова и даже один из Литвы, из банка, -оценил Антанас, -плохо дело».

У Хомяковой дело обстояло хуже: 15 звонков, большинство от подружек, суббота же, но пять звонков от мужа – это повергло её в панику. Обычно муж не особо интересовался где в субботу была жена. Круг подружек был стабильным за много лет. Максимум спросит: как провела выходные и пропускает мимо ушей её рассказы о новых платьях Верки-модницы или куда поехали Степановы в отпуск. А в последнее время, из-за его алкогольных возлияний, он вообще перестал интересоваться женой. И тут на тебе.

«Чёрт, как же не вовремя, а может он запил и решил пообщаться? Ладно, приеду и там видно будет. –решила Света».

В это время Каваляускас, сидя в кресле, в прихожей номера, выпрямил спину, откашлялся и решительно набрал номер Зубова. Он так и не решил, с чего начать разговор и какую тактику избрать. После первых слов приветствия он внутренне подобрался, но к его удивлению голос Александра Дмитриевича был сух и лаконичен:

– Через два часа «Сапсан», на вокзале встретит наш водитель. И надеюсь без приключений. Жду.

Слушая гудки телефона Антанас внутренне расслабился: Зубов все поймет и поможет.

Он зашел в спальню.

– Светлана! –голос банкира излучал уверенность и оптимизм, -собирайся, мне срочно надо уехать.

«Ну сейчас начнется, – подумал Каваляускас, -вчера не было ночи вопросов и ответов: а ты меня любишь? как мы дальше будем жить?». И банкир приготовился. К его удивлению женщина отреагировала спокойно. Уже одетая, стоя в дверях, она как-то жалко улыбнулась и спросила:

– Когда вернешься, позвонишь?

– Конечно!

Хомякова резко развернулась и прошла мимо Антанаса. Дверь номера, снабженная плавным доводчиком, смачно «чавкнула», отрезая за спиной Светланы вчерашний волшебный день. На душе у нее была пустота. Впереди были серые, унылые будни.

Каваляускас пожал плечами, его мысли были уже далеко.

***

Воскресенье, утро. Пробуждение Сергея Хомякова было обычным: он «включился» на изменение окружающей обстановки. В прихожей щелкнул замок. Светлана пришла, -отметил он. И тревожный комочек, который гнездился внутри, разом исчез. «Спрошу, где была», -решил мужчина, но остатки утреннего сна не отпускали его до конца. Снилось что-то плохое. Он потянул «ниточку сна» и вспомнил обрывок: его Света, с каким-то мужчиной, смеясь, уходила прочь, а он пытался её окрикнуть, но не мог. «Фу, – Сергей передернул плечами, -приснится же такое». Внизу раздался шум воды в душевой. «Странно, -отметил про себя Хомяков и, навеянное остатками сна тревожность, вновь поселилась в душе, -обычно Светка душ принимала вечером». От раздумий его отвлек телефонный звонок.

– Сергей Юрьевич! Приветствую! Это «Зёма». Узнал?

Хомяков узнал звонившего: Толик Миронов учился с ним в военном училище (ВУ) в соседней группе. Еще при поступлении, на ПУЦе (полевом учебном центре), где абитуриенты сдавали вступительные экзамены, Толик любил называть всех соседей по учебной группе емким словом «Земеля», так к нему и прилипло это слово. После окончания ВУ их пути разошлись. Сергей распределился взводным в часть, где его определили в разведку, затем курсы и пошло, поехало. А про Толика он только слышал, что его забрали в жутко секретную службу по «внешней» линии. Остряки с курса шутили, что из Толяна сделали негра и он теперь служит советником президента ЮАР.

Хомяков испытал теплое чувство на грани ностальгии по курсантским годам.

– Да узнал, конечно, чертяка! Как ты? Где подвизаешься? Ко мне заскочишь?

– Слушай, да ничего особенного, сейчас заехать не могу, а подробности лучше не по телефону, а при встрече. Я вот с каким вопросом к тебе: мой сослуживец переводится к вам в город. Хочет встретиться с кем-то со стороны. Не завязанным на службу. Так, для общего ознакомления обстановки. Зовут его Евгений, он не наш, закончил гражданский ВУЗ по технике, он все тебе расскажет сам, я ему фотки передам, посмотрите, поговорите. Я дам ему твой номер телефона.

– Хорошо.

Радостный настрой Сергея, от предвкушения встречи с однокашником, стал улетучиваться. Миронов уловил его настроение:

– Обязательно увидимся, Сергей! Вот разгребусь с делами и к тебе, покататься на пароходиках под мостами. Давай, не скучай!

– И тебе, земеля, не хворать!

В ванной перестал шуметь душ и раздался звук крутящего барабана стиральной машины.

***

Хомяков Сергей:

Самочувствие было мерзопакостным. Голова была «тяжелой». Лег поздно, пока заснул. Сон еще этот дурацкий. Звонок «Земы», странный «чел», который должен будет позвонить. Для чего? Что я могу рассказать человеку из «органов»? А то что он «оттуда» можно не сомневаться. Значит правда, что рассказывали ребята: Толик Миронов ушел по другой линии.. Да и шум «стиралки» раздражает. Вот снова «зачавкал» барабан стиральной машины. Пойду узнаю у супруги, какого хрена она решила устроить постирушки с утра, ведь договаривались ставить отложенную по таймеру стирку на ночь.

Я открыл дверь и стал спускаться по лестнице. Жена стояла в сан блоке, где у нас была душевая, унитаз с биде и стиральная машина. Она перед зеркалом сушила волосы феном.

Свет! –окликнул я жену, -ты чего устроила с утра стирку.

Какофония звуков: жужжание фена, натужное гудение стиралки с чмокающим звуком переворачиваемого белья – все это бесило меня.

Глаза супруги глянули на меня из зеркала, и она что-то произнесла. Как назло, в это время включился слив и заклокотала вода.

Боль возникла в затылке.

– Светлана! Ты где шлялась всю ночь? Я тебе обзвонился. На работе тебя нет, телефон выключен. А?

Затылок уже начал пульсировать болью.

Внезапно стихли звуки. Супруга повернулась ко мне лицом. Она пристально посмотрела на меня:

– Ты пил вчера? – раздался её голос.

– Ты не ответила на вопрос, – я еле сдерживался чтобы не стукнуть кулаком по двери в ванной.

– У подруги ночевала. Ты её не знаешь. А с каких пор ты начал за мной следить?

Говорила она ровным спокойным голосом, а взгляд её стал каким-то уж совсем изучающим.

Внезапно виски прострелила боль. Я непроизвольно поморщился.

– Иди, займись делом и хватит меня допрашивать, ты и так со своей пьянкой разогнал всех друзей, и не кривись – произнесла моя жена, – я не твоя вещь, захотел обратил внимание, захотел отложил в сторону. С этими словами она повернулась обратно к зеркалу и включила фен.

Мне захотелось наорать на неё. Дома не ночевала, телефон не отвечал и теперь ещё дает мне указания. Но момент был упущен. Жена, как ни в чем не бывало, продолжала сушить волосы феном. Пойду-ка я и вправду займусь делами. В подвале подтекает вода с крана отопления. Зима не за горами. Надо все подтянуть. А ещё там осталось с прошлых мужских посиделок полканистры с СВ-водкой (СВ-свежо ворованной), которую «толкали» работяги с ЛВЗ. Надо срочно махнуть стаканчик. Должно голову «отпустить». С этими мыслями я отправился вниз. Только в голове крутилось неоформленное нечто. Что-то ускользало, никак не мог понять, что. Поведение супруги: холодность во взгляде, спокойный тон. Стирка эта утренняя, будь она неладна. С таким настроением я наконец-то дошел до «заначки» в виде канистры с СВ-водкой.

***

Светлана Хомякова:

Уфф! Ушел. Хорошо, что успела нижнее бельё закинуть в стирку, а то эти белые пятна на комбинации. Я вспомнила, как Антанас извергнулся на меня тяжелой и теплой струёй. Внизу живота потеплело. Захотелось снова в душ и пощекотать себя водой. Я фыркнула. Ну точно, как девочка школьница себя веду. Нет, прочь расслабленность. Пойду просмотрю фотки, которые сделала на телефон с нашего с Антиком приключения. Жаль, что нельзя их выставить в интернет. Увидят подруги, пойдут расспросы, расскажут мужьям, те спросят мужа…, нет нельзя. А Сергей то сам хорош. Нет жены дома – как так и надо. Набухался и спать. Другой – то «оборвал» бы все телефоны подруг, позвонил бы дочке с зятем, ждал бы около окна. Так и о том, что я ушла к другому, узнает после звонка из ЗАГСа. С такими мыслями я открыла дверь в спальню и блаженно растянулась на кровати. Сразу захотелось прикрыть глаза и немного вздремнуть, ведь прошлой ночью не сомкнула глаз. А про ЗАГС с Антанасом надо подумать, была моя последняя мысль и я провалилась в сон.

Глава 5.

«Серое здание» на …проспекте.

В кабинете находилось трое. Кроме уже знакомых нам Семена Вячеславовича и Аркадия Николаевича в помещении было третье лицо: молодой, лет двадцати пяти, человек, в свободном покрое одежды. Вид у молодого человека был: ничего особенного, так, обычный «ботан», сухощавое лицо, очки в тонкой оправе и какой-то поистине доверчивый взгляд. Старший лейтенант психологической службы Ковалев Евгений. В его обязанности входило составление психологических портретов и именно его имел ввиду однокашник Хомякова, когда говорил о встрече со знакомым. Предложение работать в «конторе» он получил на третьем курсе института прикладной психологии. «Организация» изучила его дружеские шаржи на преподавателей и однокурсников и, главное, подписи к ним. Подходит- решило руководство, утвердил отдел психологической службы. Очень не хватало рук. Психопаты, насильники, просто пьяный «сиделец» с падчерицей в качестве заложницы – требовался быстрый и грамотный «портрет» для групп захвата и переговорщиков.

Ковалев протянул папку Семену Вячеславовичу.

– Вот психологический портрет «объекта», доверительные отношения установлены, мой контакт у него есть, -повествовал Ковалев.

Семен Вячеславович благосклонно кивнул:

– Что-то от себя добавить можете?

– Объект находится в регрессивном состоянии (реакция человека на стресс, выраженная в упрощении ответа на него- прим. автора). Психолог был лаконичен.

– Спасибо большое Евгений, вы нам очень помогли. Если от «объекта» будут сообщения, сообщите незамедлительно! Не смеем Вас задерживать.

Не успела закрыться дверь, как старший, из оставшихся двоих, перевел взгляд, на Аркадия Николаевича.

Молодой коллега сидел с отсутствующим взором, целиком погруженный в себя.

– Коллега, дайте угадаю Ваши мысли, -произнес Семен Вячеславович, -это не трудно.

Аркадий развернулся к собеседнику.

«Ну что еще сообщит этот дед? Опять нравоучения? Настроение у молодого оперативника было «ниже плинтуса». Вчера он посмотрел фотки из соц сети своего товарища по «Вышке». Не его конечно, иметь аккаунт запрещено, но вот его супруге, под другой фамилией можно. Там были фотографии с озера Комо (Италия). На фотографиях была только женщина, но на заднем плане стояли несколько машин, в том числе новенький Лэнд-Ровер. Сашка всегда говорил, что он, после выпуска его купит. Значит купил. А я тут занимаюсь ерундой. Какие-то экзерсисы с психологией. Любовные приключения с шлюховат.ми дамами. Тьфу!»

–Итак, -продолжил его старший товарищ, -Вы сетуете на идиотизм своей работы. Какие-то проверки, непонятные задания. Вместо того, чтобы просто подобрать материал, благо его достаточно, приехать вместе с «маски-шоу» (спецназ), положить всех лицом вниз и рапортовать о выполнении.

– Этого не будет, -Семен Вячеславович укоризненно посмотрел на собеседника. Аркадий подобрался.

– Сколько в Кремле башен?

– Двадцать, -без промедления отозвался молодой человек.

– Так вот: ФПГ (финансово-промышленных групп), которые решают свои вопросы с администрацией президента не меньше. Они все очень властные. Про борьбу «Башен Кремля» не пишет только ленивый. Вы оказались в центре этого действия. Вас выбрали по нескольким причинам: молодой и не имеющий связей, грамотный, но не имеющий опыта. Вами легко управлять и списывать все промахи.

Аркадий забыл про все свои мысли. Одна только стучалась в голову: как так?

– Да. Вы просто неопытны и не понимаете, что для государства и «конторы» все эти телодвижения олигархов и их борьба за финансовые потоки не более чем предмет исследования: кто больше принесет пользы. Больше пользы!!! Сейчас, мы наконец то точно выяснили, кто за кем стоит.

Пожилой мужчина достал из портфеля документы.

– Оказывается, пословица: хотели, как лучше, а получилось как всегда имеет обратный посыл. Хотели как всегда, а получилось, как лучше. Мы сорвали сделку и получили прекрасный результат.

– Вот данные по сделке. Вот фигуранты, вот их переговоры.

– Дело об оперативной проверке закрываем и открываем ДОР (дело о оперативной разработке). И формируйте план активных действий. Сначала по «посреднику». Привлеките наших «девочек», у них как раз по плану стажировка. Аркадий, Вам карты в руки. Не подведите «Службу».

***

Погода в Ларнаке, для начала осени, стояла замечательная. Двадцать девять в тени, море двадцать пять.

Александр Дмитриевич Зубов, управляющий «АМЕГАКОН Банк» наконец-то вошел в комнату. Это не отель. Вилла была куплена давно, ещё в 90-е. Владелец был некий Стас. Он тогда занимался водкой. «Асланов», «Черная смерть», «Смирнофф», дважды фальшивый «Распутин» (из-за того, что у него две голограммы на этикетке подмигивали), да и многое другое хлынуло через границу. Что говорить: спирт «Рояль» продавался на каждом углу. Е.Б.Н. (Ельцин Борис Николаевич) дал добро. Все изменилось в 2000 году. Стас исчез (поговаривали, что спокойно живет где- то на Багамских островах с другими документами). Виллу выкупил Зубов и его знакомые, и теперь ей можно пользоваться всем владельцам по очереди и даже сдавать в наем. Так называемый таймшер (Таймшер (англ. timeshare, «разделение времени») – право одного из владельцев много владельческой собственности на использование самой собственности в отведённые ему участки времени). Только оплачивай. Александру это нравилось, позвонил, уточнил, если свободна-то добро пожаловать. На вилле его называли «монсеньёр». Прислуга из киприотов (один университет на весь остров), вообще умела только читать и писать (на греческом).

Зубов зябко поеживался. Кондиционеры, что в самолете, что в такси, что в номере наводили дрожь. Для этих целей он всегда брал в дорогу легкий свитер и, по мере необходимости, либо одевал его, либо накидывал на плечи. Вот и сейчас свитер был накинут на плечи. Банкир подошел к панорамному окну. Он ждал прибытия представителей литовского «Краез-банка». Предстоял не простой разговор, поэтому он настоял, чтобы встреча была на Кипре. Александр Дмитриевич давно заметил, что, покинув Отчизну даже на короткое время, он просто отдыхал душой. Слишком большие нагрузки он испытывал на работе, а как только самолет отрывался от взлетной полосы он испытывал облегчение: вот попробуйте, вызовите меня на встречу или на деловые переговоры.

«Как же так, -подумал он, -осталась мелочь. Все он разыграл как по нотам: миноритарные акционеры были «куплены», часть долговых обязательств, «векселей» находилось в руках его банка, оставалось только «купить» поддержку вверху и тут такой «пассаж». Да, разговор с влиятельным человеком получился, мягко говоря, не очень. Хоть и Александр и клятвенно заверил его, что маленькая отсрочка никак не повлияет на сам процесс, но явно уловил в его голосе нотки неудовольствия.

Нет, Антанасу Зубов поверил сразу, но зачем вмешиваться в процесс таким образом? Обычно сначала заинтересованные лица проявлялись, делали намеки, а потом уже, если их не поняли, приступали к активным действиям. Когда что-то непонятно, то лучшее правило – взять паузу. Но в том и дело, что времени уже не оставалось. Если сейчас не подсуетиться, то банк уплывет в другие руки и все его потуги накроются медным тазиком. Да что там потуги: Александр Дмитриевич рассчитывал перейти на другой, более высокий уровень и обеспечить себе безбедную старость. Ну сколько можно разбирать встречные проверки налоговой, попытки «коммерсов» протащить по счетам бюджетные деньги, чтобы обналичить откаты и свою «толику малую», за что банк мог получить у ЦБ репутацию занимающегося «сомнительными финансовыми операциями» и т.д. и т.п., возраст уже не тот. А может это спецслужбы? Да ну. Есть же принцип «Бритвы Оккамы» (Бритва Оккама – это методологический принцип, который гласит: «При равных объяснениях следует предпочесть наиболее простое». Его сформулировал в XIV веке францисканский монах Уильям из Оккама), старик францисканец знал, что говорил. Скорее всего цепь совпадений: желание клиентов подстраховаться и трусливость Каваляускаса.