Гнев. Пепел твоей чистоты

Глава 1

Если вы хотели романтики, вы зашли не в ту дверь.

Кто-то думает, что в Аду существует девять кругов, я считаю иначе

Ад разделён между главными грехами, и каждый из них считает себя Дьяволом или же Богом.

Не имеет значение, как называть того, в руках кого сосредоточена вся власть.

Вы решили остаться? Что ж, двери закрываются – и наш лифт отправляется в преисподнюю.

Добро пожаловать в Царство Гнева.

Говорят, не повезёт, если попадёшь в его немилость.

Я скажу вам так: существует вариант похуже – не знать, что ты в его немилости.

Глава 2

Оливия

Романтики здесь не будет. Я живу не в том месте, где девочке положено мечтать о принце на белом коне. Здесь это опасно, и вы даже представить себе не можете, насколько. Сейчас только начало сентября, так что у меня есть немного времени, чтобы ввести вас в курс дела.

Когда правительство стало в открытую пользоваться услугами людей, чьи руки всегда в крови, им пришлось создать города, в одном из которых посчастливилось родиться мне, Оливии Блейк.

Территория нашего города полностью закрыта для сторонних посетителей, для нас связь с внешним миром практически отрезана, а на картах мира наши координаты вообще не значатся. Мы - тайна, которую правительство скрывает так же тщательно, как и то, что пользуется услугами наших родителей. Дабы обеспечить безопасность семьям киллеров, убийц, наёмников, разведчиков и ещё многих других представителей профессий, которых в обычной жизни вы не встретите, наше существование скрыли ото всех ради безопасности жителей города.

У нашего города нет названия, нет улиц - только номера зданий. Общение происходит по внутренней сети, и хотя технологии нашего города ничем не отличаются от внешнего мира, в наших смартфонах и компьютерах установлена только одна социальная сеть. В ней есть анкета каждого жителя, вся необходимая информация находится в открытом доступе, что должно обеспечивать безопасность и прозрачность системы.

Вот только это всё заблуждение. Одна большая ложь!

В этом городе безопасно только в одном случае - если ты родился мужчиной. Пока представителей сильного пола вся система устраивала, другая часть города из-за свода правил даже пикнуть не могла.

Нет, у нас была возможность получить образование, выходить из дома, и право на льготы ничем не отличалось от прав мужчин. Даже разрешение на выезд из города мы могли получить намного раньше, чем мужчины - после обязательного окончания образовательного курса до двадцати одного года, в то время как мужчинам полагалось оставаться в городе минимум до двадцати пяти. Но это не отменяло того, что после наступления совершеннолетия у девушки здесь, до самого окончания колледжа, начинался ад.

Официально система работала просто: обязательные двенадцать лет обучения в школе для каждого пола, а после - три года колледжа, где требовался определённый уровень знаний. Администрация города не давала сертификат, пока ты не подтвердишь уровень образования, и нередко кто-то оставался на одном и том же курсе дважды, а то и трижды. Мужчинам после колледжа полагалась военная подготовка, которая длилась ещё четыре года.

И хотя город наш был не самым маленьким, покидать его ты не имел права, если не относился к администрации или тебя не нанял кто-то из правительства. Перевод в другой такой же закрытый город по каким-либо обстоятельствам могла одобрить только администрация.

Помните, я говорила про одну единственную социальную сеть? Все просьбы и жалобы обрабатывались в ней, так как с администрацией можно было связаться только через эту сеть. Так что вживую никто не видел, кто на самом деле руководил городом, и при всём этом здесь никогда ничего не менялось. Администрация быстро находила и карала нарушителей.

Я отношусь к третьему поколению, которое здесь родилось. Мой отец - разведчик, который как раз и работает на правительство. Однако я его уже давно не видела и подозреваю, что он оставил нашу семью. Моя мать работает в местной больнице медицинской сестрой, её в этот город сослали в качестве наказания - и это всё, что довелось узнать о своей семье мне и моей младшей сестрёнке Офелии.

Моя мечта, если о таком вообще можно здесь задумываться, - покинуть этот город сразу после «совершеннолетия». Именно так мы называем тот момент, когда ты получаешь сертификат от администрации и имеешь полное право уехать.

Да, раз и навсегда. Да, больше тебе ни под каким предлогом не дадут сюда вернуться. Но я спала и видела, как начинаю новую жизнь в каком-нибудь университете с крепкой легендой, которую мне обеспечит администрация города. Ведь так было со всеми желающими покинуть это место.

Ещё моё желание подкреплялось страхом за Офелию. Я ни в коем случае не должна позволить ей пережить то, что предстоит через месяц мне. Мне необходимо было выбраться отсюда – и найти хоть какой-то способ вытянуть и сестру.

Сжав руль своей голубой Хонды Цивик, я случайно взглянула на кольцо, которое было на безымянном пальце левой руки. Меня начинало подташнивать каждый раз, когда я видела этот кусок белого золота с зелёным камушком в качестве украшения. Скоро оно кому-то достанется - и этот момент будет не самым приятным воспоминанием в моей жизни.

Я нажала на сигнал, и машина издала громкий звук. Дверь нашего дома открылась, и по каменной лестнице тут же спустилась Офелия. Можно было подумать, что я нервный человек, но мне не хотелось опаздывать в первый же день в колледж, учитывая, что до этого нужно завезти младшую сестру в школу.

Офелия натянула капюшон на голову, скрывая свои белоснежные волосы. Её почти прозрачная кожа была полностью закрыта от солнечного света, а фиолетовые глаза защищали солнцезащитные очки. Сестра родилась альбиносом, и в этом городе подобная особенность - проклятие. Шанс того, что её жизнь превратится в ад после восемнадцатилетия, был больше, чем стопроцентный.

Я завела двигатель и услышала странный треск.

- О… Нет… - с отчаянием протянула я. - Только не это…

Но, на удивление, «Хонда» завелась. Прикрыв веки, я шумно выдохнула и немного успокоилась.

- Нужно будет снова везти в гараж? - тихо спросила сестра.

- Денег на это практически нет. Только если будет смена Руби, но я не могу пользоваться её добротой вечно.

Руби - моя знакомая, которая в этом городе на все руки мастер. Она много где работает, потому что ей необходимы деньги на лечение умирающей в больнице матери.

Первая осечка системы: если покровитель твоей семьи умирает, администрация не сильно-то и заботится о твоём дальнейшем благополучии в этом городе. Руби как раз из-за этого и остаётся в колледже не первый год - ей не хватает времени на учёбу и работу.

Наш покровитель был жив, но отец не появлялся дома уже два года. Ровно столько же на счёт нашей семьи администрация не высылала деньги, которые полагались нам в качестве компенсации от правительства. Так что мы жили на старые накопления, от которых я хотела ещё хоть что-то оставить на свой отъезд и образование. Ещё была скупая зарплата матери, большую часть из которой родительница спускала на алкоголь. Я не могла её винить: будь у меня её жизнь, вряд ли я смогла бы выбраться из чёртового замкнутого круга. На ней были «несовершеннолетние» дочери, а ещё неликвидный для женщины возраст.

Мы плавно двигались вдоль одинаковых домов. Наш район не отличался роскошью, но, скажем так, были в этом городе места значительно хуже. Хотела бы я сказать, что наша семья относилась здесь к среднему классу, но, боюсь, у нас осталась только ширма этого, а за ней была бездна, в которую мы вот-вот должны были упасть. Деньги имели свойство заканчиваться, а мне до выезда из города оставалось ещё три года. Если я хотела уехать в самые кратчайшие сроки, чтобы спасти Офелию от ужаса, то мне нужно было сосредоточиться только на учёбе.

Взглянув в боковое зеркало, я заметила отражение белоснежной церкви, которую мы проехали. Тихо фыркнула. Как будто в этом городе в ком-то ещё осталось что-либо святое. Мы все были на дне, потому что этот город - чистейший ад на Земле.

- Завтра у нас будет врачебный осмотр.

- Тебе же ещё пятнадцать, - прошептала я, стараясь скрыть леденящий ужас.

Офелия и так боялась будущего, мне нельзя было выдавать и свой страх.

- Да, но в этом году они решили провести всё осенью, а не весной, потому что многим уже есть шестнадцать.

Я постаралась хоть как-то криво улыбнуться, чтобы разрядить обстановку.

- Выбрала себе дизайн кольца?

- Я подумала над сапфиром, - Офелия посмотрела на меня в ожидании, и я кивнула.

- Очень хороший выбор, подойдёт к твоим глазам.

Сестра постаралась улыбнуться, но вышло так же паршиво, как и у меня. Мы обе прекрасно знали, для чего были эти кольца, и бесплатные драгоценные камни, которые нам доставались в подарок от администрации, никак не могли компенсировать тот ужас, который нам предстоял.

Я остановилась возле трёхэтажного коричневого здания. Офелия ещё раз поправила капюшон, скрывая свои волосы, но мы обе понимали, насколько жалкими были эти попытки спрятать её внешность. Она уже была лакомым кусочком, как только в сети появился её профиль. Среди своих сверстниц моя сестра слишком выделялась.

Со мной ситуация была получше. У меня была самая обычная фигура, средний рост, натуральные прямые блондинистые волосы до середины спины и зелёные глаза. Ничего особенного, но я не хотела рисковать, поэтому подготовила какой-никакой план.

Машина снова со скрипом завелась. Теперь нужно было доехать до колледжа, где мне предстояло провести три года. Дорога заняла ещё двадцать минут, за которые я успела проехаться мимо поля, посреди которого находилось круглое каменное строение. Машина дёрнулась сразу же, как только взгляд сосредоточился на паноптикуме, или, по-другому, идеальной тюрьме.

Это круглое кирпичное многоэтажное разваливающееся строение - особое место в нашем городе. Именно оно было символом главной осечки администрации.

Забавы ради кто-то много лет назад придумал развлечение для мужчин, которое стало ночным кошмаром для всех представительниц слабого пола в этом месте.

Ночь жатвы - так её все называли. Уже много лет в ночь на первое октября администрация одобряла для парней до двадцати пяти лет одно отвратительное развлечение: всех девушек из колледжа, начиная с первого курса и до третьего, можно было выловить, привезти в паноптикум и изнасиловать, забрав в качестве трофея её кольцо. Какого-то чёрта это ещё и поощрялось администрацией: чем больше у человека было колец, тем выше у него был рейтинг в городе как у жителя, соответственно, больше привилегий. Именно поэтому в основном охотились на девственниц.

Администрация города позаботилась обо всех рисках, связанных с этим развлечением. Во-первых, начиная с шестнадцати лет девушкам гинекологи проводили ежегодные осмотры, на которых устанавливали факт наличия девственности. Во-вторых, после первого осмотра им выдавалось кольцо из белого золота с драгоценным камнем, которое служило желанным трофеем. В-третьих, в двенадцатом классе нам всем устанавливали гормональный имплант в плечо, который помогал регулировать численность населения города.

Думая обо всём этом, я ускорилась. Телефон завибрировал, напоминая, что я немного отстаю от графика. Парковка возле колледжа была уже практически вся заставлена, так что я оставила машину на самом дальнем от входа месте.

Проведя пальцами по волосам, обтянула края синей толстовки. Ноги приятно пекло солнышко - хорошо, что я могла позволить себе короткие джинсовые шорты, не боясь, что моя кожа сгорит. Офелия никогда не сможет надеть что-то подобное, потому что она быстро покрывалась ожогами от солнечных лучей.

На входе меня ждал Грег. Его русые волосы торчали в разные стороны, и я привстала на носочки, чтобы пригладить их пальцами.

Серые глаза парня прикрылись, он явно наслаждался моим прикосновением.

- Меня ждёшь? - тихо, с улыбкой спросила я у друга детства.

- Ренат и Джон должны скоро подойти, - покачал тот головой.

Значит, не меня… Грег ничем не был мне обязан, и между нами не было больших чувств, скорее, маленькие искорки симпатии. Я знала, что он уже занимался сексом с другими девушками, и это меня скорее успокаивало, чем злило. Дело в том, что я не относилась к тем девушкам, что могли избежать жатвы, так что я придумала свой небольшой план: сделать это с тем, кому хоть как-то доверяю в этом городе. Грег казался самым лучшим кандидатом, а его дружки Джон и Ренат были теми ещё психами, которые решили подражать элите города. Я боялась, что они испортят моего старого друга, но с другой стороны, уже утром первого октября меня это всё не будет волновать.

Услуга за услугу: я - своё кольцо и кровь на белой простыни, а Грег сделает всё менее болезненно.

У меня было мало представлений о том, как проходит жатва. Те, кто ей подвергся, об этом не болтали, лишь в общих чертах: место, день и принцип отбора девушек.

Открыв свой шкафчик, я взяла пустую тетрадь, ручку и книгу по экономике. Уже через две недели будет большой тест, на котором оценят наши знания, полученные за двенадцать классов. Я направилась по коридору, стараясь не задеть ноги тех, кто сидел на полу. Возле кулера с водой, оперевшись об него головой, спала Руби. Я хотела попросить её о помощи с машиной, но, глядя на то, как она спала, не смогла разбудить. Моё сердце пропустило болезненный импульс из-за жалости к этой девушке.

Услышав громкий смех, я на секунду оцепенела. Не я одна, потому что никто не хотел мешать пройти тем, кто имел связь с администрацией. Сейчас их было пятеро, но все знали, что на самом деле их семь.

Без понятия, кем были их родители и по какому принципу отбирали главных помощников для администрации, но именно семь парней отвечали за прямое взаимодействие с управленцами этого города. И как-то издавна сложилось, что каждый из парней соответствовал Грехам. Тем самым, о которых говорилось в Библии.

Было подозрение, что на роль этих Грехов выбирали самых смазливых, отбитых и при этом опасных. Не знаю, были они очередной осечкой администрации или же, наоборот, какой-то тактикой, но они относились к одному из проверенных способов избежать жатвы - получить покровительство кого-то из них.

Но глядя на пятёрку парней, что шла по коридору, я даже думать не могла о том, чтобы попросить о помощи кого-то из них. Опустила взгляд, чтобы ни на кого не смотреть. Грехи часто были под веществами, так что мне не хотелось проблем в первый день, а люди в неадеквате могли их очень просто организовать.

Как, чёрт подери, можно было только подумать о помощи кого-то из них? Я боялась каждого до дрожи в коленях, и ещё больше наводил панику тот факт, что не все Грехи раскрыли свои личности. Я понятия не имела, как выглядят Гордыня и Лень: пользуясь привилегией администрации, они скрыли свои фотографии в профиле.

А странички в сети этих парней, уж поверьте, пользовались популярностью. Не все боялись их так, как я. Были те, кто жаждал общения с ними, дружбы, а некоторые - и секса. Я старалась держаться от этого подальше, так что поскорее продвинулась бочком по коридору, желая избежать столкновения.

Заметив носки чёрных кроссовок, отошла левее. Человек напротив сделал так же. Шагнула вправо - и вновь кто-то повторил за мной. Пришлось поднять голову и с ужасом заметить на себе взгляд чёрных глаз. Я знала его имя, оно абсолютно не подходило Гневу.

Даррелл…

Он гипнотизировал меня своими чёрными, полными яростью глазами, а после пошел вперед, не постеснявшись ударить меня плечом. Кожу тут же засаднило, но я промолчала.

Даже если он сделал это специально, у меня не было и шанса против него. Скрывшись в аудитории, села за парту рядом с Диной. Вот уж кому я завидовала всю жизнь… Её отец был знаменитым убийцей. И хотя мама у девушки умерла очень давно, пока отца не было в городе, девушка жила одна. К ней абсолютно никто не приближался. Словно авторитет отца создал непроницаемый щит вокруг неё, так что было очевидно: жатва её не коснётся.

Дина была не единственной такой девушкой в городе, но и подобных ей было очень-очень мало. Знакомая натянула капюшон на тёмные густые волосы, буркнув приветствие, и упала щекой на стол, явно желая досмотреть свой утренний сон.

Знаю, информация кажется полным бредом, но я в этом живу уже восемнадцать лет. Думаете, я хоть с чем-то свыклась? Ничего подобного. И остальные девушки тоже, но мы все упорно делаем вид, что всё в полном порядке.

Моё описание могло показаться сумбурным, потому что я понятия не имею, честно говоря, как всё лаконично по полочкам разложить тому, кто ни разу не был на нашем городе. Давайте я подведу для вас кое-какие итоги.

Да, для администрации города вполне нормально проводить как праздник ночь, когда насилуют девушек. Это в порядке вещей и даже поощряется. Как реагируют на это взрослые? Никто не может пойти против администрации, так что многие закрывают глаза в ночь жатвы на всё происходящее. Есть ли способы избежать подобной участи, если ты всё ещё девственница? Да, их даже несколько!

Первый: заплати администрации. Но сумма настолько внушительная, что я даже не рассматривала подобный вариант.

Второй: родись в семье, чьи родственники внушают страх всему городу, в том числе и администрации, как в случае Дины.

Третий: лишись девственности до жатвы, но тогда ты считаешься «испорченной», и администрация никак не защищает таких девушек от насилия в будущем. Когда-то ходил слух, что с данными девушками формируются списки для всех парней, чем они и пользуются, но я всё ещё надеялась, что это грязный, мерзкий слух. Но должна признаться, что с девственницами такие списки действительно существовали, так что нельзя было полностью отметать наличие и других списков.

И последний, четвёртый и самый дерьмовый вариант: попроси о покровительстве кого-то из семи Грехов. Но я даже представить боюсь, какую плату потребуют эти циники, что упиваются собственной властью.

Глава 3

Оливия

Я смотрела с опаской на длинные золотые кудри Джулс. Она над чем-то громко смеялась, пока переодевалась в спортивную форму. Пока я старалась носить всё мешковатое, свободное и скрывающее тело, особенно грудь, - одногруппница делала всё ровным счётом наоборот.

Она ещё в школе всегда была модницей в обтягивающих лосинах, коротких топах и на высоких каблуках. Отрастила длинные волосы, которые концами доставали до ягодиц, а утончённость своего девичьего личика подчёркивала чёрным ободком, который помогал прядям не падать на лицо.

- Нет, ну серьёзно, он же кореец, а у них крохотные члены… Я-то уж знаю, - прошептала Джулс Еве.

Ева и Ада - сёстры-близняшки, однозначные претендентки номер один на Ночь жатвы в этом году. Они были слишком миловидными, за их спинами никто не стоял, а семья давно лишилась покровителей из внешнего мира. Они жили в этом городе в приличном доме, который передался по наследству, и никто из семьи не собирался его покидать, так как оба родителя были врачами и неплохо зарабатывали в местной больнице. Казалось, сестёр совсем не беспокоит приближающаяся ночь.

- Завались уже, Джулс, - Дина открыла соседний со мной шкафчик раздевалки. - Ты к Марсу самолично в штаны залазила, чтобы его член обсуждать? У меня уже складывается ощущение, что ты тут всех перетрахала.

- Ха-ха! - Джулс подняла левую руку, на которой сверкнуло кольцо с бриллиантом. - Моя семья достаточно богата, чтобы откупиться от всего этого дерьмового порядка в городе, так что я сама выберу, с кем потрахаться. А вот тебе, Дина, стоит побеспокоиться, - одногруппница перешла на шёпот, сверкнув голубыми глазами, будто в предвкушении: - Ночь жатвы близится…

Джулия ушла, Дина лишь вздёрнула бровь, а потом стянула с себя толстовку. Её рёбра были покрыты чернилами: ветки сакуры оплетали большую часть грудной клетки, и она совсем не носила лифчик.

- Ты всегда защищаешь Марса, - подметила я. - Вы общались раньше?

- Нет, - девчонка мотнула головой, расправляя густые тёмные волосы. - Мне насрать на них, просто раздражает её писклявый голос.

Ева и Ада вовсю хихикали, надувая губы, чтобы спародировать Джулс. Я же фыркнула, отвернувшись. В этом городе не стоило мечтать о любви и дружбе, это относилось ко всем без исключения.

Марсель, или, по-другому, Марс, как мы его называли, всегда открыто проявлял симпатию к Джулии ещё с начала старшей школы. Однако его чувства были невзаимными, но вряд ли он об этом знал. На публике девушка всегда отвечала флиртом на любые шаги Марса, с радостью просила его о помощи, бежала к нему в первую очередь, если что-то случалось, а тот всегда помогал.

Но всё менялось в женской раздевалке, где их отношения были чуть ли не главной темой для обсуждения. Здесь Джулия открыто смеялась над Марселем, гордилась своим высокородным происхождением (по слухам, кто-то из её родственников раньше был в администрации), так что её не трогали. Сперва казалось, что Марсель просто пытается выбить себе привилегии через девушку, но чем старше мы становились, тем больше одноклассник, а теперь уже одногруппник превращался в какого-то беззаботного и несерьёзного парня, который приходил на занятия только для того, чтобы потравить анекдоты. И уже сейчас всем было ясно: администрация и все привилегии города ему были до задницы.

Телефон издал сигнал, и не у меня одной. Я уже знала, что произошло, поэтому не сдержалась и разблокировала экран. Возле фиолетовой иконки появился красный значок - вышла новая глава романа.

Автора, который стоял за целыми циклами историй, благодаря которым можно было хоть немного отключить мозг от реальности, не вычислили до сих пор. И я знаю почему - слишком смелые работы у неё были. Если бы её личность раскрыли, девушек лишили бы одной из немногих радостей.

- Чёрт, ну, Джульетта! - вскрикнула Ада, ударив кулаком по скамейке. - Это не глава, девчонки, а просто уведомление, что найден художник для её книг.

На странице паблика была чёрно-белая зарисовка в виде счастливой улыбающейся девушки, показывающей два пальца.

«Привет! Знаю-знаю, вы ждёте проду, но я немного приболела. Однако у меня всё равно для вас хорошие новости: художник найден! Скоро в моих книгах появятся вкладыши и постеры, чтобы поцело… кхм-кхм… чтобы повесить этих красавчиков на стену. В печать всё выйдет в следующем месяце, так что к Рождеству предлагаю обновить коллекции! До новых встреч! P. S. Папа и мама, если вы читаете мои книги, немедленно закройте и сожгите».

Истории Джульетты сподвигли меня выбраться из города, и что-то мне подсказывает, что не меня одну. Её персонажи заставляют верить, что за пределами колючей проволоки есть что-то большее, чем грязь. Она красиво писала о любви и чувствах, была путеводителем в мире Грехов, единственным лучиком света во тьме, который помогал найти дорогу и не потерять веру в лучшее. Автор так красиво описывала любовь, что какая-то крошечная часть меня тоже начала её жаждать, но мозг быстро подавлял это чувство разумной мыслью: «Не время». Вот когда я выберусь отсюда, пойду учиться на психолога и стану независимой, самостоятельной личностью…

Раздался свисток, от которого я вздрогнула. Дина захлопнула шкафчик рядом с моим носом, из-за чего я окончательно очнулась и с ужасом осознала, что всё ещё не переоделась…

Удача была на моей стороне - моя маленькая голубая малышка вновь завелась. Да, со скрипом и таким протяжным стоном бессилия, что мне стало жаль машину. А ведь это всего лишь груда металла.

- У меня, кроме тебя, ничего нет… Пожалуйста… - прошептала я, поворачивая ключ зажигания.

Двигатель как-то странно хрюкнул, после чего по кузову побежала такая желанная вибрация. Я медленно направилась к гаражам, в которых работала Руби. Даже если знакомой не будет сегодня, возможности тянуть с ремонтом у меня уже нет.

До колледжа автобусы ездили редко, и мне не хотелось ехать вместе с изголодавшимися пубертатными подростками, когда была возможность этого избежать. А о том, чтобы Офелия сидела с подобными рядом, и речи идти не могло.

Может, она и выглядит как ангел, сошедший с небес со своими белоснежными волосами, пушистыми ресницами, фиолетовыми глазами и молочной кожей, но её, в отличие от этих мифических существ, очень даже можно было потрогать. И я не хочу, чтобы кто-то к ней прикасался, даже после совершеннолетия. Она была моей драгоценностью, которую я обязана была охранять.

- Я узнаю этот звук из тысячи.

Смех Руби меня немного успокоил. Знакомая стояла вся в масле, вытирая пальцы какой-то грязной тряпкой, хотя на её щеке и шее были такие же черные следы, как и на кистях. Мне нравилось, как пахла Руби, - это было в тысячу раз лучше, чем дорогие и удушающие цветочные духи Джулс.