Мой порочный Инквизитор
- -
- 100%
- +
– Притом, дорогая, – прошипел мужчина, надвигаясь на меня, – что пока мой член не побывал в тебе, всё было в порядке!
– Не мои проблемы! – резко ответила я, вскакивая. Ещё разговаривать с этим мужланом!
Какой нахал! Обвиняет меня, не разобравшись в матчасти. Насколько сильны предубеждения Светлых против нас, раз он не отличает магию Смерти лича от воздействия обычной некромантии? И пусть в постели он оказался неплох, но оскорблять себя я не позволю.
Подхватила с пола рюкзак, напялила сапоги и выскочила из комнаты этого дряхлого трактира. В коридоре мне встретились какие-то постояльцы, сальными взглядами скользнувшие по фигуре.
Очевидно, горячие/громкие/страстные стоны из снятой Инквизитором каморки, разбудили всех в округе. Какой позор! Я мучительно покраснела, толкнула резко входную дверь и резко дунула, сложив пальцы “козой”. На свист примчался Ворон, мой любимый конь, которого я, слегка набравшись, потеряла возле кладбища.
Не обращая внимания на крики за спиной, взлетела в седло и приказала:
– Домой!
***
Марьяна дэ Лэр
– Вам письмо, госпожа.
В рабочий кабинет, наполненный полуденным светом, вошёл, как всегда, галантный и утончённо вежливый дворецкий. Его идеально отутюженный фрак, однако, всё равно не придавал дополнительной привлекательности, потому что ожившему скелету оно без надобности.
– Положи на стол к остальной стопке, – устало откинулась в кресле, даже не удосужившись открыть глаза. Виски болели нещадно, а на голову, будто кастрюлю надели и били по ней отбойным молотком.
– Простите, госпожа, но у письма важность: “срочное”. Конверт красный. Не мне вам напоминать, что это цвет Ковена магов.
Захотелось простонать в голос. Эти маги! Тёмный бы их побрал.
Глаза пришлось разлепить, потратив на это, казалось бы, простое действо, последние силы и благодушие.
– Давай сюда, – прорычала, протягивая руку и вырывая конверт из костлявых пальцев, любезно передавших мне письмо с металлического подноса. – Вечно им спокойно не живётся. Что на этот раз? – бурчала вслух, чтобы хоть как-то выплеснуть глухое раздражение.
Ковен магов – занудная организация, которая кичится своей силой и властью, но чуть что – пачкать руки не станут, предпочитая всю грязную работенку сплавить в чужие руки. Некромантов, например. Нас ведь и так мало, почему бы не прорядить списки некромантов ещё больше, правда? Мрём, как мухи, так нам ещё и любезно в этом помогают.
Со вздохом оглядев три стопки подобных писем в разноцветных конвертах, скрипнула зубами. И вот зачем я вчера надралась так, что единственное, чего я сейчас хочу – это прилечь в гроб вместе с каким-нибудь гостеприимным умертвием и отдохнуть с ним в обнимку денёк-другой? Да так, чтобы никто меня не нашёл без особого поискового заклинания.
Ещё и память шалит… Склеп помню. Лич и бревно в лучших традициях кладбищенских посиделок тоже всплывают в ленивом похмельном сознании. А дальше?.. Дальше одна сплошная белая пелена. И полный страсти вечер, закончившийся не очень удачно.
Письмо в руках призывно завибрировало. Тьфу!
Но ничего не поделаешь, бремя лучших из лучших всегда было тяжким. Поэтому, Марьянка, надо! Вскрывай.
Окинув недобрым взглядом коричневую сургучную печать с символом пяти стихий, заключённых в пентаграмме, с неким остервенением рванула хрупкую бумагу, в уме прикидывая, что ковен выкинет на этот раз. Прошлое их задание было на болоте, я чуть душу и тело утопленникам не отдала, такими любвеобильными те оказались.
Стоило вскрыть конверт, как по кабинету пронеслась россыпь магических искр, а в воздухе прямо напротив меня появилась круглая руническая печать, зловеще алея красными рунами.
Пшик! Она истаяла так же быстро, как и возникла.
Без меня меня женили! Это что за выкрутасы? Навязали контракт без объяснений? Либо я ещё не протрезвела, либо Ковен, и вправду, вознамерился пойти на подлость! Я ведь даже не прочитала условия! Невиданная подстава!
Пробежавшись глазами по витиеватому почерку с завитушками, с силой шарахнула кулаком с зажатой в нём бумагой по столу.
Тузик, привыкший к моим вспышкам агрессии (работёнка такая, не предрасполагающая к спокойствию), невозмутимо поинтересовался:
–
Вам рассольчик или чего покрепче? – уточнил Тульзикриэль, мой верный слуга. Ума не приложу, как скелеты умудряются говорить, не имея связок.
– Покрепче. Желательно лопату с заднего двора, – дворецкий моего юмора не оценил.
– Вам железную или чугунную?
– Хотя, давай ты просто сразу яму мне выкопаешь, а я туда лягу? К чему эти лишние телодвижения?
Мозг у скелетов также отсутствовал, поэтому всё, на что их хватало – это базовые инстинкты, заложенные магически.
Эх, никто не оценит мой чёрный-пречёрный юмор по достоинству. Даже как-то жалко себя стало на мгновение.
– Рассол неси. Мне вчерашней попойки хватило, – решила не мучить бедного Тузика своей заковыристой иронией.
Стоило дворецкому удалиться, как я устало оперлась локтями о деревянный стол и закрыла лицо руками.
Только я могу вляпаться в нечто подобное! С детства везение зашкаливает. Одно только то, что я умудрилась выбрать Некромантию – уже говорило, что с головою беда. Предпосылки, так сказать. Но разве Марьяне дэ Лэр могло быть что-то не по плечу?
Расправила бумажку и пробежалась ещё раз по золотистым строчкам. Убедилась, что ранее прочитанное – не бред моего похмельного синдрома. Нет, ничего не изменилось. Я всё также связана контрактом с ковеном магов. Причём, нужно отметить, подозрительным, навязанным и невыгодным для меня.
Казалось бы, с виду очередное простенькое задание – истребить нечисть в одной из множества мелких деревушек, что прилегают к столице. Но моя некромантская чуйка буквально в голос вопила о том, что здесь есть какой-то подвох! И не один. Иначе зачем было включать в контракт подозрительный пункт о том, что пока я не истреблю всю нечисть, которая терроризирует окраины столицы, не имею права взяться за другие задания? Да ещё и до прочтения связывать меня магическим обязательством!
Перестраховались? Однозначно, нужно читать между строк! И среди ровных строчек, написанных секретарём ковена, прослеживалась какая-то несостыковочка. Только вот я никак не могла её ухватить в нынешнем состоянии.
Что ж, ладно, выполню я их задание. А потом вообще заблокирую магическую почту с их адресата. Пусть ищут других идио… точнее, самых лучших из лучших. Ну, а исключить меня захотят – ничего у них не выйдет. Кодекс магов – превыше всего! В нем же и говорится: если маг – единственный в своём роде, то обязан пополнить ряды Ковена.
Да и всё же, я – хрупкая женщина. Единственная некромантка среди прочих некромантов мужского пола. Меня беречь нужно, как редкий и вымирающий вид.
С приказом Ковена я решила разобраться, как только голова хоть немного перестанет меня мучить. К тому же, прежде чем отправиться в ту самую деревеньку, нужно было подготовиться. Баночки, скляночки, декокты и яды, заранее заготовленные плетения заклинаний, чтобы просто активировать их при случае. Ещё раз прошерстить бестиарий, словно я его ещё не вызубрила наизусть.
И, конечно же, тёплая одежда из шерсти орлана. В ней и холод не страшен, и дождь – нипочём! Перестраховка и попа в тепле – залог долгой жизни Некромантов. Убедилась на своём опыте.
День близился к вечеру, когда похмелье сжалилось и решило отпустить меня из своих тесных объятий. Самое оно, чтобы отправиться на задание и уже отмучиться поскорее. Нежить выползает исключительно по ночам, поэтому и работёнка была не из лёгких. Однако, у Некромантов были свои хитрости и преимущества, например, зелье ночного видения. Что в разы облегчало задачу, иначе практически все некроманты были бы инвалидами с переломанными не по одному разу костями.
В стойле на заднем дворе меня ждал Ворон – мой верный спутник на всех заданиях. Невероятно сообразительный конь для уже давно почившего.
Друг был со мной с самого детства. Поначалу неуклюжим жеребёнком чёрной масти. Помню, как подрагивающими ножкам он цеплялся за кобылку, свою мать. Никого не хотел подпускать к себе и долгое время ходил одиноким жеребчиком, гордо игнорируя окружающих. Но однажды он повредил копыто, пользуясь слишком большой вольностью, предоставленной молодому красавчику. Местные уже махнули рукой – мол, не поддаётся дрессировке.
Живой, с лоснящийся чёрной шерстью, длинной гривой, и неуёмной жизненной энергией, конь приковылял к сеннику, где я, тогда ещё маленькая девочка, мирно посапывала в стоге пахучей травы.
Мама всегда говорила, что у меня дар. В нашем роду иногда случались одарённые магическим потенциалом, и я то и дело творила небольшие чудеса. То бывало, коровке в родах помогу, то занозу застарелую изгоню у мужика рабочего. И этот случай не оставил меня равнодушной. Смотреть, как гордая животинка мучается, было выше моих сил.
Поставила его на ноги в буквальном смысле слова и обрела родственную душу под чёрной шкуркой. Ну что поделать, не ладилось у меня с другими детьми. Они шептались, осеняли себя знаком Светлого, сложив пальцы щёпотью, и плевали через плечо, оберегая себя от дурного глаза и прочих неприятностей, которые, как известно доподлинно, колдуны приносят на раз-два.
По вечерам после баньки мама подолгу расчёсывала мою густую чёрную косу до колен. И приговаривала:
– Не слушай, Марьяна. Это всё от зависти. У нас с отцом хозяйство, дом, своя земля. Мы не бедствуем. А люд необразованный, часто злой по незнанию, по предрассудкам. Поэтому учись и никогда не пренебрегай теми, кто ниже тебя по происхождению. Не груби тем, кто печёт твой хлеб и застилает твою постель. Будь сдержанной, но открытой, милая.
Её напутствие до сих пор частенько стоит в ушах, нашёптываемое прохладным ветерком из окна.
В то время в нашей деревушке под названием Седые Холмы ходила хворь, уничтожающая всю живность в округе. И моего Ворона она не обошла стороной. Он исхудал на глазах, от некогда красивого скакуна остались впалые рёбра, проплешины и затуманенные слепотой глаза. Зачах конь быстро.
Хоронили мёртвый скот в общей могиле. Я до сих пор помню, как плакала, размазывая слёзы, льющиеся градом по моим щекам. Как мама рядышком положила ладонь на моё плечо, а отец помогал другим выкопать яму.
С тех пор утекло много воды, но решение, которое я для себя приняла в тот день, осталось неизменным на всю жизнь.
Я решила, во что бы то ни было, стать Некромантом и способности к лечению возвести в абсолют. Что может быть более ярким проявлением целительства, как не поднятие из мёртвых?
Глава 4. Немного о некромантке
Марьяна дэ Лэр
Этот внутренний огонь и цель сделали меня лучшей на факультете, а теперь и в работе. Равных мне пока ещё не было. И как только я выпустилась из Академии, первым делом, отыскала ту общую могилу и оживила Ворона, собрав его по косточкам, в прямом смысле этого слова. Некоторые части тела наращивала с нуля.
Процесс был долгим, трудоёмким и забрал кучу сил и магической энергии, но оно того стоило. Ворон вышел практически, как живой. И только небольшие впадины с едва просвечивающимися рёбрами, да пустые глазницы напоминали о том, что он не принадлежит стану живых.
Позже я усовершенствовала своего спутника магией Смерти, и теперь он представлял собой не просто ездовое животное, а самую настоящую гончую. Светящиеся зелёным потусторонним светом глаза, длинная грива, сотканная из клубов Тьмы, туман, выбивающийся из-под копыт во время рыси.
С чем были связаны такие изменения? Устала объяснять каждому встречному-поперечному, что я – некромантка. Сделала ходячую рекламу, так сказать. И от грабителей, опять же, профилактика. А то лезут по чём зря к одинокой женщине! Между прочим, моя магия позволяет не только поднять усопшее, но и призвать душу, стрельнуть особо мерзким заклинанием вроде острого недержания и бесконечного ика. Знаете, как весело совмещать их вместе?
Тренировалась я на очередной бандитской шайке, принявшей меня за лёгкую добычу. Карикатурные до боли злодеи окружили бедную женщину и принялись перечислять способы моего же убийства и другие подробности похуже.
А когда их главарь с отличительной чертой в виде замотанного банданой набекрень глаза, по кличке Слепой, протянул ко мне свои мерзкие ручищи, больше походившие на шедевр кулинарии в виде круглой толстой булочки и пяти жирных сарделек по периметру, я не выдержала и шандарахнула заготовленными на случай форс-мажора заклинаниями.
Но что-то пошло не так, и половину злодеев закоротило икотой, а другую половину настойчиво потянуло в кустики. Пришлось ещё добавить групповое помешательство и весело наблюдать, как вся эта разномастная компания разбегается кто куда, периодически сталкиваясь, целуясь, матерясь и поминая то Тёмного, то Светлого Богов.
Имидж я тогда подумала решительно поменять. Но слава бежит впереди её владельца, и уже через пару недель все окрестные шайки знали, что злить одинокую всадницу-магиню в пределах столичных окраин не стоит. И проверить эффективность моего перевоплощения никак не представлялось случая. Столичные жители не в счёт.
За моей спиной захлопнулись двери родного домика. Тузик услужливо подсунул мне стратегический запас продуктов. Но то ли у скелета отсутствовало напрочь чувство меры, то ли он сам так изголодался по живой пище, что тормозок у меня вышел нехилый. Копчёная утка, замотанная тряпицей, мешочек с вяленым мясом, сухари и лепёшки да фляга с вином. Словно на войну собралась, ей Тёмный.
– Ты куда столько еды приволок? – пожурила умертвие. И вот, кровью на надгробной плите могу поклясться, что будь он живой, то смутился бы.
– Вы, госпожа, не отнекивайтесь, не вредите себе. Прошлый раз отказались, а потом домой не возвращались дольше положенного срока. Чем питались, непонятно. Хвала Тёмному, хворь никакую желудочную не приобрели. И котелок захватите! Чугунок. Ещё от бабки вашей в наследство остался, – он гордо протянул посудину.
– Уговорил! – воскликнула я, забирая протянутый им узелок. С Тузиком спорить можно до самого рассвета. И в кого только такой упёртый восстал? Хотя знаю. В живом состоянии он был очень заносчивым и упрямым эльфом.
Пройдя к стойлу, не смогла сдержать улыбки. Ворон при виде меня всхрапнул и радостно встал на дыбы.
– Да, мой хороший, – погладила коня по длинному носу, на мгновение прижавшись, – снова в путь. А ты, я смотрю, полон энтузиазма! Отсыпь и мне немного?
Ворон фыркнул, выражая этим всё, что думает о моём пессимистичном настроении.
– Думаешь, на этот раз будет без происшествий? – скептически хмыкнула. – Ты сам веришь в то, о чём говоришь? Когда с нами такое было? Если только сам Тёмный обратит на нас свой Великий Взор. Но этому никогда не бывать.
Прикрепив седельные сумки, вскочила на коня. Ворон тряхнул гривой и приготовился внимать командам. Гончие связаны с Некромантами магически, поэтому мне не нужно было разговаривать со своим верным другом вслух. Он чувствовал меня и мои эмоции ментально.
По старой традиции нашего дома приосанившийся из-за своей маленькой победы в споре Тузикриэль, безмерно довольный собой, провожал меня, махая вслед костлявой рукой до тех пор, пока я не пропала из виду.
Дорога до деревеньки Глухие Совы, которая находилась на окраине нашей столицы, пролегала прямиком через самое сердце королевства Кейлерат. А это значит, вновь терпеть косые взгляды, шепотки и испуганные перекрещивания. Я страдальчески закатила глаза, а Ворон согласно всхрапнул.
Будто Светлый, и вправду, им поможет. Ага, как же. Ну вот! Я же говорила!
Пока мы проезжали по мостовой, зловеще погрюкивая котелком, с болтающейся в нём одинокой ложкой в седельных сумках, я уже мысленно не раз прокляла сердобольного скелета, навязавшего мне в поклажу дополнительный вес, который к тому же ещё и издавал странные потусторонние звуки.
Добрая половина города собралась провожать местную “нежить ходячую” и “ведьму постылую”. А что? Рабочий день закончен, а у местных уже вошло в привычку зыркать на меня, покидающую пределы Парнаса. Ведь я, как назло, всегда отправлялась работать на закате дня.
Вот как до этих людей донести, что, если бы не я, нежить давно бы сожрала их всех, не побрезговав костями и желчью. И роль их Светлого выполняю я!
Нет, у меня нет мании величия, просто хотелось бы нормального человеческого отношения к себе. Ведь как ни крути, а подобное презрение, которым меня окатывают из раза в раз, или вечный страх в глазах не способствуют радушию. Только кучу комплексов приобретаешь, считая себя не лучше тех же умертвий. А то и хуже.
Потом ещё спрашивают, и почему все Некроманты такие мрачные и нелюдимые…
– Чтоб тебя Тёмный побрал, злыдня захрывучая! – крикнул мне поддатый старичок, выходящий из трактира.
Ворон, немного не рассчитав траекторию движения, затормозил прямо перед носом пьянчуги. Тот протёр глаза, глядя на адского коня. Потом протёр их ещё раз и проморгался. Для верности.
– Надо же, до чего допился, проклятый! – посетовал он скрипучим голосом и сплюнул через левое плечо, – раньше только белочки мерещились, теперь уже и лошади пошли. Тьфу-Тьфу.
И неверной походкой повернулся спиной к нам, затем взял вправо и завернул за угол. Я пожала плечами.
Парнас я преодолела даже быстрее, чем обычно. Видимо, мои мысли и настроение передались Ворону, и он ускорился, перейдя на скорость гончей.
Уже представляю себе утренние сплетни горожанок: “Та, что якшается с мёртвыми, поговаривают, ночью сама превратилась в нежить и половину прилавков снесла! Одни убытки, один вред от неё! И как только Ковен её терпит? Давно изгнать из столицы надобно!”
И пусть монолог неизвестной горожанки был плодом моего воображения, который, как пить дать, завтра станет реальным, закатить глаза всё же захотелось. И я не отказала себе в этом удовольствии.
Столичные дома постепенно начали редеть, богатые особняки сменялись одноэтажными владениями, те в свою очередь уступали место деревянным хижинам, а после и вовсе превратились в густую поросль высокой травы и деревьев вдоль вытоптанной тропы.
Густой лес вызвал череду старых воспоминаний. Нашёптывал о моих слабостях и скрипел зловещими переговорами елей да осин. Признаться, первые задания я тряслась, словно тростинка на ветру, услышав непонятный шорох или волчий вой. Всё же девушка – одна и ночью. Но на практике в Академии эта дурь быстро вылетала из умов адептов, если, конечно, они действительно стремились стать магами. И не третьего сорта, а востребованными специалистами.
Глава 5. Про одного очень злого Инквизитора
Рантар гер Артен
Она сбежала. Оставила меня одного с седой головой и пылающими рунами на мече, удовлетворённого, но при этом очень-очень злого.
Праведный гнев прежде всего обрушился именно на голову брюнетки. Потому что я не понимал: как это возможно стать объектом проклятия именно после изумительного секса с некроманткой. Это не могло быть просто совпадением. А самое жуткое, кто теперь его будет с меня снимать?
Я сидел на трактирной койке не в силах поверить в произошедшее. Руны на двуручнике светятся, когда чувствуют магию Смерти. Иными словами, эманации, исходящие от неживых созданий, если те обладают зачатками магии. К таковым обычно относят ведьм, личей, тёмных рыцарей и подобных им восставших третьего уровня и выше.
Но в трактире не было ведьм! Даргон тщательно обследовал строение, прежде чем умчаться на охоту.
Лирнейские тигры особо чувствительны к таким проявлениям за счёт своего происхождения. Эти величественные большие кошки обитают в Лирне – территории между королевством Кейлерат и Пустошью.
Из последней частенько прёт магически одарённая нежить. Ещё со времён Второй Войны оставшиеся на бранном поле трупы членов Ковена не дают покоя остальным свободным землям. Поговаривали, что Тёмное Братство совершило некий ритуал, ставший виной последующим событиям. За это Некромантов, мягко говоря, недолюбливали. Но и отказаться от их услуг не могли.
Я и представить не мог, что брюнетка окажется той самой Марьяной. Сумасшедшая, неадекватная и очень пугающая некромантка, о которой разве что ленивый не придумывал свою байку. Однако, по обилию высказываний можно смело подытожить – дело своё девчонка знала.
– Чувствую запах той самки, – промурлыкал тигр, забираясь в номер через окно.
От напарника пахнуло свежестью осенней ночи.
При упоминании “жертвы лича” мне челюсть свело.
– Так-так… Эманации магии Смерти и седой Инквизитор. Что может быть интереснее? Вот в Ордене посмеются…
– Не смей об этом рассказывать, – огрызнулся я, в очередной раз приближаясь к тусклому зеркалу. Но реальность была неизменной. – Можешь сказать, что это за проклятие?
Тигр блеснул сизой шерстью, обходя меня по кругу.
– Сложное плетение, достойное отличного проклятийника, друг. Мне нечем тебя порадовать. Пока могу сказать только, что оно не меньше шестого уровня, так как включает в себя смену внешности проклянаемого. При каких обстоятельствах оно проявилось?
На моих скулах нервно заходили желваки, а кулаки резко сжались.
– Девчонка решила отблагодарить меня за спасение от лича… – начал я.
– Та-ак, пока ничего необычного, – вставил Даргон.
– Брюнетка оказалась такой горячей, что я не смог устоять… – продолжил рассказ.
– Тоже предсказуемо, – прокомментировал лирнейский тигр.
– Она сама меня соблазнила, – попытался оправдаться, хотя знал правду, – а когда мы закончили, я вдруг начал седеть.
– А вот это уже занимательно. Значит, проклятие активизировалось непосредственно после близости?.. – ехидно подвел итоги Даргон, свернувшись возле узкой кровати большим пушистым клубком и подняв голову.
– Да! Я обвинил её! Она сбежала! Всё! – моё и без того хрупкое терпение балансировало на грани.
– У меня для тебя две новости: плохая и хорошая. С какой начать?
– Давай со скверной, – невесело отозвался я, взлохматив пятернёй волосы. Непривычно светлые, чтоб Тёмный их побрал, пряди, запутались и пальцы застряли в шевелюре. Пока я занимался их вызволением, тигр продолжил.
– Похоже, это любовное проклятие.
Да твою святую кочерыжку! Только этого мне не хватало! Самый мерзкий тип из всех возможных. И зачем я только поддался на провокацию Марьяны?!
В голове тут же всплыл образ ярких пухлых губ, коротких чёрных волос, светлой кожи и пронзительно метеоритного взгляда зелёных глаз. Поразительно, но я ощутил, что повторил бы содеянное снова, даже если бы знал о последствиях заранее.
– Судя по запаху, ты думаешь о девчонке… – не удержался от колкости тигр, дёрнув усами.
– Давай хорошую новость, – резко бросил я.
– Очевидно, она тоже проклята. И само воздействие магии Смерти через неё перешло на тебя. Так что отчасти в обвинениях ты был прав, – Даргон лениво потянулся и положил голову на лапы, – но вряд ли девушка понимает, что именно она явилась причиной твоей новой внешности.
– Скажи-ка мне, друг. Если я правильно помню из общего курса Академии, то проклятие может снять только тот, кто его наложил?.. – в душе зашевелилось нехорошее предчувствие.
– Именно, Инквизитор. Кажется, твой идеальный образ пострадал окончательно и бесповоротно. Ну, или нужно поймать представительницу Тёмной Братии, допросить на предмет тесного общения с покойниками и выяснить, какая тварь применила к ней воздействие. Найти это существо и заставить обернуть проклятье вспять.
– Погоди. Нежить, которую некромантка привыкла упокаивать с помощью чуждых Светлому заклинаний и ритуалов, должна меня расклясть? – предчувствие подставы увеличилось до гигантских размеров, – А если эта самая тварь уже давно отправилась за Грань?
– Тогда у тебя очень большие проблемы, о великий и ужасный Инквизитор, – мысленно рассмеялся зверь.
Наш милый разговор нарушил стук в дверь. Рассохшееся от времени дерево надрывно скрипнуло.
– Войдите! – рявкнул я.
– Гер Инквизитор, вам письмо, – с поклоном протянул хозяин трактира, лично поднявшись к высокому гостю посреди ночи.
Кто же сообщения в такое время рассылает. Имеется у меня одна догадка…
Вырвал из рук вошедшего конверт и взглядом отослал его назад. Невысокий, с залысинами по краям головы, с забавной походкой тот удалился, на ходу кланяясь. Скосил опасливый взгляд в сторону тигра. Приезжих в Камыше любили и слегка превозносили, но вместе с тем и побаивались.
Знакомая красная сургучная печать с символом Ковена. Да и цвет самого письма намекал на срочность. Не иначе, как понадобилась помощь, и мне хотят предложить сотрудничество.
Не глядя, вскрыл конверт. Комнату озарило золотистое свечение, а напротив лица возникла алая пентаграмма-печать связующего заклинания. Не понял? Искры осели на моих запястьях в виде невидимого браслета.