(Не)опасная сделка с Коллекционером
- -
- 100%
- +
Невесту вычислил быстро, повинуясь желанию обладать новым даром, шагнул за спину девушки, вдохнув аромат магии максимально близко. Свежий, трескучий, как первые молнии во время грозы. То, что нужно! Сначала хотел ее закинуть на плечо и открыть портал, но потом заметил смешные лица людишек и решил позабавиться.
- Спроси свою Богиню еще раз, человечишка. Невеста не расслышала вопрос, - наклонился к самому уху девушки, заметив ее волосы, рыжие, огненные. Внутри все мгновенно вскипело от желания. Женщины… редко меня увлекали больше, чем на одну ночь. Однако, сейчас стоя сзади и вдыхая аромат этой девушки понял, что одной ночи мне явно будет мало. Не припомню, чтоб вообще хоть раз попадались рыжие. Оказывается, я от них без ума.
Внезапно все вокруг озарила вспышка света. Богиня решила посмеяться надо мной?
- Глупости какие, - не удержался и фыркнул я, обратившись к своду храма. – Решила связать меня узами брака?
Но она, конечно же не ответила, а дальше начался натуральный фарс. Я не сразу понял, что попал на некое представление. Здесь происходила не простая свадьба, каких я видывал уже достаточно. Тут разворачивалось постановочное театральное действо.
Жених, настолько жирный и вонючий, что мой чувствительный нос корежило. Невеста, стоящая ни жива ни мертва. От нее пахнуло страхом и смесью еще каких-то чувств, которые я не смог сразу распознать.
- Кто ты? – наконец спросила она, и я понял, что попал сильнее, чем предполагал. Ее голос… мягкий, грудной, каждая нота которого будоражит мужское естество, заставляя ненавидеть всех, кто сейчас стоял вокруг МОЕЙ женщины.
Наклонился к маленькому аккуратному ушку и прошептал:
- Я – Коллекционер. Слышала о таком?
Девушка вся подобралась. Снова испугалась, но одновременно с этим… удовлетворение? Обычно я не улавливал весь спектр человеческих чувств, спишем это на остроту ситуации.
- Слышала, - кивнула она.
Хотела на меня посмотреть, но я остановил. Еще в обморок от страха упадет и все испортит! Каждый раз одно и тоже: стоит мне появиться, все кричат, боятся, убегают. Впрочем, для людей при появлении демона на горизонте – это и есть самое разумное поведение, а вот девчонка сейчас ведет себя как раз нетипично. Меня это заинтересовало. В чем причина такого бесстрашия?
То, что называлось мужиком, попробовало меня остановить.
- На каком основании вы явились на мою свадьбу? Вы испортили церемонию, и теперь… - пропищал этот жирдяй, забавляя еще сильнее.
- Поразительное отсутствие мозга! – щелкнул пальцами, превращая уродца в того, кем он являлся на самом деле.
– Теперь выбора у тебя нет, - сообщил девчонке.
Повел носом. О да, это была радость… ее радость пахла как яблоневый цвет, свежо и приятно. Чем бы ее еще порадовать?
Стоп. Валдор. Тут же оборвал себя. Откуда такие абсурдные мысли. Ты здесь не для того, чтоб устраивать цирковое представление. Просто забери девчонку.
Но тут подскочила полная женщина, сбросив с себя оковы первого страха. Она начала кричать. Что-то о том, что я чудовище, и чтоб девушка… Амалия, отошла от меня. Ну уж нет! Я свое не отпущу!
Снова громыхнуло, Лиорет забавлялась. Я закатил глаза, не веря в искренность богини. Демон и человек? Какая глупость!
Прижал ее к себе сильнее, наклонился к самой шее, мазнул губами по нежной коже… Запахло вишней. Такой аромат был у ее страсти. Настолько дикий и неожиданный он врезался мне в мозг, заставляя еще внимательнее присмотреться к человечке.
1.1
Белую кожу невысокой страстной девушки покрывали мелкие темные пятнышки – веснушки. У демонов их не бывало, и я даже нашел их милыми. Но потом заметил другое. Шрамы. То тут, то там застарелые отметины. Пока тетка продолжала надрываться и орать, а девчонка ей отвечала, я начинал понимать, почему она меня не испугалась. Кажется, в жизни Амалии давно поселились демоны, и они… были гораздо страшнее меня.
Кем нужно быть, чтоб так издеваться над собственным потомством? Я намагичил ей бессилие рук на сутки, лишив возможности бить своих детей и решил все же высказаться:
- Мне это надоело. До тебя еще не дошло, что девушка теперь – моя? Я могу стереть тебя с лица земли мановением руки, а ты, насекомое, все еще пытаешься что-то там вякать? Поразительная глупость либо безрассудство. Мы уходим. Мне не терпится приобрести новый сильный Дар и трахнуть эту красотку.
- Тра… что? – переспросила эта женщина, вытаращив глаза.
- Что слышала. Или ты знаешь другой способ забрать Дар? – ухмыльнулся я, почуяв дуновение вишни. Амалии понравилось, как я ответил. – Не волнуйся, я ее не выкину. Предпочту сначала насладиться месяц, другой.
И это ей тоже понравилось. Готов поклясться, передо мной сейчас стояла одна из самых чувственных человечек, побывавших в моей постели. Не терпится попробовать ее.
Мамаша успела крикнуть что-то про Злату, но я понятия не имел кто это, поэтому просто пропустил мимо ушей.
Девушку сразу положил на постель, отметив, что рыжий отлично смотрится на багровом шелке. Она затравленно посмотрела на меня, я скинул обувь и навис над своей жертвой:
- Давно процесс присвоения дара не доставлял мне столько удовольствия, - без церемоний задрал юбку ее платья, прокрался ладонью от изящной коленки к самым трусикам… Но что-то пошло не так. Аромат вишни начал стремительно исчезать. Девушка взвизгнула и начала отбиваться!
- Нет, малышка. Мы так не договаривались! – рыкнул я, бросая начатое дело по снятию белья и призывая печати, которыми успешно пригвоздил сопротивляющуюся человечку к ложу.
Она поджала губы и отвернулась в сторону. Будто рассматривать стену было сейчас интереснее всего на свете.
Я так не играю! Еще несколько минут назад в храме, она прижималась ко мне бедрами и пахла пьяной вишней, а теперь…
- Посмотри на меня! – получилось немного зло.
На глазах человечки выступили слезы. Черт!
- Нет! – она начала дрожать от страха.
- Женщина! Или ты сейчас повернешь свою милую головку ко мне, или я действительно сделаю все быстро без взаимного удовольствия! Думал, ты хочешь, чтоб первый раз был приятным?
Амалия начала проявлять признаки интереса. Ах, да, наверняка ее головка забита человеческой дурью на счет любви. Мол, сексом заниматься нужно только с тем единственным и прочий бред.
- Я не…
Ни аромата, ни желания. Может быть дело в моей репутации? Мало кто захочет спать с демоном… Нужно ее как-то отвлечь.
- Амалия, не разочаровывай меня! Я и так понял, что у тебя есть острые зубки, когда ты ответила той женщине. Кто она, кстати? – решил заговорить ее, чтоб снизить градус страха. Впрочем, бояться такого как я вовсе не стыдно.
- Моя приемная мать, - проговорила она в сторону, все еще не собираясь смотреть на меня.
- Мерзкая человечка, - резюмировал я и ощутил волны ее согласия. Ясная, приятная эмоция, не то, что противный липкий страх. Продолжил эту линию поведения. – Надо было ее тоже в кого-нибудь превратить. А хочешь, когда я заберу твой Дар, мы вернемся и вымоем с мылом ее грязный рот?
Вот кто меня за язык тянул?! Не знаю. Само как-то вырвалось. Я действительно не любил насилие, но и не церемонился. Обещал девушкам хорошую жизнь на подвластных мне территориях, когда заберу Дар. Обычно этого хватало, чтоб сломить сопротивление, однако сейчас… Мне хотелось большего. Я жаждал видеть ее синие глаза, затопленные пеленой страсти, желал слышать порочные звуки, что сорвутся с этих пухлых губ, когда она будет стонать подо мной, поймать ее горячее дыхание, когда она будет захлебываться поцелуем.
Вопрос вынудил ее посмотреть на меня прямо. Сглотнув, девушка повела бедрами, сама обхватила мой пояс чудесными ножками. Значит, есть что-то ради чего она готова отдаться даже демону?
- Мне не нужна месть, но я хочу спасти сестер из этой проклятой семьи, - медленно произнесла она, смело смотря мне в глаза. - Ты слышал слова матери? Через две недели Злату продадут. А моя сестра… она не сможет…
Всего четырнадцать дней наслаждаться этой девушкой и отпустить?.. Я наклонился к ней, ловя новые ароматы. Задумчивость, свежая и терпкая. А следом надежда, пряная как кофе с корицей. Я хотел проверить, насколько она серьезна в своем намерении дойти до конца с ужасным Коллекционером. Нашел тонкие ключицы губами, стал касаться их, оголенных плеч, шеи… Довольно быстро девушка снова зажглась, прогибаясь в пояснице мне на встречу. Да! Вот так! И снова в нос ударил ядреный аромат вишни, сведя меня с ума. Я же…
Стоп! На мгновение острая мысль прострелила мозг. Да ну нет… Не может такого быть…
1.2
Прислушался к себе и понял – может. Этот зуд в грудной клетке ни с чем невозможно перепутать! Лиорет послала мне самое настоящее проклятие, осветив свод в храме магической вспышкой! Ведь именно таковым является для демона внезапное обнаружение подходящей женщины, с которой возможно потомство. За пять десятков лет я не встречал таковой, и, надеялся, что не встречу в ближайшее время. Столько планов к Низшему под хвост!
Все дело в энергетике. Моя аура реагирует на рыженькую, и следующий месяц она должна быть рядом со мной, физически и… ментально. Принимать меня без сопротивления, полюбить… Меня. Чудовище. Коллекционера, который для нее никто иной как монстр, похищающий женщин.
Горько ухмыльнулся сам себе, борясь с накатывающим желанием. Оно становилось все острее, ствол затвердел до каменного состояния, я едва мог сдерживать свои низменные порывы. Только бы не напугать…
Это редчайший шанс, который дается не каждому демону, а лишь избранным, достойным продлить род сильнейшей расы. Мне необходимо выторговать у Амалии месяц. За этот срок я попробую заставить ее полюбить Чудовище. А если не выйдет…
Стало жарко. Отстранился от девушки и стянул с себя рубашку.
Я уже начинаю чувствовать аромат ее эмоций, дальше – больше, смогу научиться различать все оттенки чувств, начну ловить первые признаки трансформации, появления второй ипостаси, стану полностью зависимым от ее физического присутствия рядом, иначе – медленная и мучительная смерть.
Не только крылья станут больше, но и рога появятся, чтоб защищать свою женщину и хвост с острым шипом на конце, который будет накапливать магию всех поглощенных мною Даров. Вторая форма, доступная лишь архидемонам, тем, кто встретил свою женщину и был способен удержать ее…
Я и не мечтал однажды стать одним из них.
Лиорет вынудила прожорливую гусеницу начать ткать кокон и перейти в стадию куколки, самую уязвимую из всех. С сегодняшнего вечера я не смогу использовать ни один дар, пока не завершу трансформацию. А другие лорды… они не будут ждать и наверняка наведаются ко мне. Поэтому я любой ценой должен сохранить эту связь. Пути назад нет.
- Интерес-с-сно, - протянул, анализируя реакцию человечки. Дернул пряжку ремня, освобождая достоинство, подрагивающее от возбуждения. – Значит, сделка, красавица? Ты будешь моей постельной игрушкой ровно месяц, начиная с сегодняшнего дня. Отбросишь это глупое сопротивление. В конце концов, нас благословила Богиня, а значит в постели мы совместимы. Я, знаешь ли, ненавижу насилие. Взамен помогу тебе спасти сестер. Согласна?
Она отвернулась в сторону, явно стесняясь. Этой ночью я избавлю ее ото всякого стыда.
- Но через две недели…
Я вспомнил про ее сестру. За две недели мое тело не успеет пройти трансформацию. А до тех пор лучше не покидать замок. Это может быть смертельно опасно.
- Прости, но другого предложения у меня нет.
Она порывисто кивнула, сжав кулаки.
- Скажи словами, Амалия. Иначе сделка не будет действовать. Это магический контракт, единственная моя врожденная способность, Дар, доступный каждому лорду- демону.
Ее взгляд в стену раздражал. Хочу, чтоб МОЯ женщина смотрела только в мои глаза.
- И… посмотри на меня, иначе передумаю. Думаешь, я часто предлагаю заключить сделку? Я делаю тебе одолжение, маленькая человечка.
Ей явно тяжело далось решение, но она повернула голову и все же посмотрела мне в глаза. От этого прямого несгибаемого взгляда я завелся еще сильнее, изо всех сил сдерживая свой темперамент. Хотелось прямо сейчас впиться в ее губы, научить ее настоящей демонической любви. Лиорет! Она знала, чем меня покарать, послав в подходящие любовницы девственницу!
- Хорошо. Я согласна.
Вспышка озарила все вокруг, подтверждая магический контракт. По мне пробежали руны, скрепляющие сделку.
- Как… красиво, - завороженно прошептала девушка.
- Да… - ответил я, глядя на нее. – Очень и очень красиво.
Наклонился и стал целовать. Требовательно. Жестко. Позабыв о том, что необходимо сдерживаться. Ее робкий язык едва ли отзывался на мой натиск, но постепенно она поняла, что нужно делать. Вишневый аромат все усиливался, и я понял, что больше не выдержу. Мне нужно припасть к источнику запаха, чтоб хоть немного утолить свою жажду.
- Так и знал, - вырвалось из охрипшего горла. – Рыжие - всегда самые чувственные. Нам будет очень хорошо.
Снова потянулся к ее бедрам, чтобы стянуть трусики. Нашел резинку и рванул. Из вредности.
- Зачем?..
- В моем доме женщины белья не носят. Запомни, Амалия. Никаких панталон, трусов, завязок. Ты должна быть всегда готова… для меня.
Я бесстыдно врал, но мне так нравился ее чарующий вишневый аромат, заигравший новыми оттенками после сказанного. Амалия трепетала, все еще придавленная магическими печатями к кровати. Когда я доведу дело до конца, магия меня покинет.
Легко нашел рукой горячие лепестки под юбкой свадебного платья, размазал влагу сорвав несколько стонов, проник внутрь, очень влажно, но все равно туго. Девушка дернулась, выгнулась в пояснице, сильнее подставляясь под мои пальцы. Маленькая чертовка. Захотелось еще пошалить.
Ухмыльнулся и показал ей смазку на кончиках пальцев.
- Вот так ты меня хочешь, человечка.
- Я до сих пор не знаю твоего имени, хоть мы и заключили сделку, - вдруг произнесла человечка.
И правда. Я ожидал другой реакции, но имя… Что ж, она имеет право знать, кто сейчас доставит ей удовольствие. Поднес пальцы ко рту и слизал смазку, не отрывая взгляда от ясных синих глаз девчонки.
Она вся покраснела. Миленькая.
- Валдор. Валдор Ноктарион. А теперь поставь ножки пошире, Амалия. Ты такая вкусная, что я не могу отказать себе в удовольствии вылизать тебя как следует.
Рыженькая вспыхнула пуще прежнего, но подчинилась, давая мне доступ. Солоноватая и крайне чувствительная вишенка плоти дрогнула, стоило мне коснуться ее кончиком языка. Обвел ее вокруг, а потом втянул в рот, наслаждаясь реакцией своей женщина. Она еще не знает, но с того момента, как ее увидел, Амалия стала моей. Демоны жадны до всего, что им нравится. И чем сильнее привлекает добыча, тем сильнее хочется ею обладать. Ее тело говорит лучше слов. Эти вздохи, судорожно сжатые пальцы на руках, вцепившиеся в простыни, то, как она вертит бедрами, то ли пытаясь отстранится, то ли наоборот, прижаться крепче к моим губам.
Щелчок пальцев снял печати, и тонкие пальцы тут же зарылись в мои волосы. Простой жест заставил меня сдержанно зарычать и приняться за дело с удвоенной силой. Первые поцелуи, первые оральные ласки… - и моя связь с ней крепнет, а магия постепенно покидает тело, прячась где-то в районе груди. Амалия вздрогнула и зашлась в судороге оргазма.
- Что ты сделал? – спросила она, тяжело дыша.
Я поднял голову, вглядываясь в ее лицо, усеянное веснушками. В сапфировых глазах осталось мало осмысленности.
- То, что обещал. Первый раз будет приятным.
Потянулся к пуговицам на ее платье, которые стройным рядком следовали от ложбинки груди до самого пояса. Но она вдруг перехватила мою руку.
- Стой!
У нее остались силы сопротивляться? Я настолько плох?
- Не снимай, - в тихом грудном голосе, взывающем к самым низменным моим инстинктам, звучала мольба. – Сделай это… прямо в платье.
Не понял? Воздух вокруг густой и пахнет ее желанием. Она меня хочет, я это чувствую не только по запаху, но нутром, той самой сутью, которая откликнулась на эту женщину, решив, что она будет для меня хорошей парой. Может быть, Амалия не желает моих прикосновений? Чувствовать кожей к коже тело демона Коллекционера? Испытывает отвращение? Я одурел от ее близости, ствол подрагивал от желания поскорее войти, но я все же собрался с мыслями и сказал:
- Я бы хотел узнать причину.
Она сглотнула. Снова отвернулась к стене. И эта ее привычка уже начинала меня изрядно бесить! Хотел было ответить что-то резкое, но она вдруг сказала:
- Шрамы. Уродливые. Много… - а потом всхлипнула. Красивые глаза наполнились слезами. – Ты не захочешь такую женщину, Валдор.
Глава 2. Одаренная
Амалия
Дар испортил всю мою жизнь. С тех пор как я коснулась сферы, моя судьбы была предопределена: выйти замуж за того, кто заплатит приемным родителям больше всех. Эта парочка давно привыкла пристраивать одаренных девиц тому, кто предложит лучшую цену.
Говорят, меня нашли младенцем на пороге дома старосты деревни, и тот определил неказистый сверток к паре, живущей обособленно на самой окраине. У них уже было несколько приемных детей. Теперь я сильно сомневаюсь в том, что меня просто нашли на пороге. Но это – тайна, покрытая мраком, и, более того, в бизнесе Ревонов, как я теперь осознаю, каждый имел свою долю. Староста, королевский Обходник, жрец и, Богиня знает, кто еще приложил к этому руку…
Сначала все шло неплохо. У меня был кров, еда и врожденная наблюдательность, позволяющая вовремя увернуться от деревянной ложки, летящей в мою сторону, или удачно притвориться ветошью, когда тятька становился особенно гневлив. Я научилась следить за скотиной. А как не научишься, если за любое неверное действие получаешь тумаки? Часто сбегала из дома, бродя по окрестным полям в одиночестве. С остальными девочками я не общалась: характером вышла нелюдимым.
Наблюдала за другими детьми в сельской школе, куда нас, приемышей, не пускали, и училась читать, подглядывая за ними через узкую прореху в заборе.
Но потом история повторилась, и вроде как на пороге старосты появился еще один брошенный ребенок лет двух с половиной на вид. Малышка была худенькой и едва могла держаться на ножках. Родителями с тяжелой руки главного в поселении снова выбрали дом на окраине. Так у меня появилась нежданная сестренка на пару лет меня младше, и все поменялось. Бесконечные заботы о подкидыше спихнули на меня, старшие дети не желали ею заниматься.
Погреть молоко, предварительно надоив его, помыть малышку, тщательно ухаживать за золотистыми кудрями-колечками, упражнять ножки, чтоб они начинали лучше работать, — все это проделывала я. Кормила, поила, знакомила со своим маленьким безрадостным мирком. За пару лет она стала мне совсем родной, маленькой отдушиной в жутком мире нелюбви. Мы вместе носились по полям, изучали травы и жучков, я начала ее учить читать и правильно прятать книги от маменьки, ведь нам положено было быть не умнее дворовой скотины. Словом, стали как родные сестры.
Когда мне исполнилось восемь, а Златке – шесть, в дом пришел королевский Обходник со стеклянным шариком под курткой.
Мамка скривилась.
- Это ты вовремя: давненько тебя ждали. Надо еще двух проверить. Начни с этой. Правда, сомневаюсь я, что Дар у нее есть, страшненькая больно и глупая. Даже голову помыть себе не может самостоятельно.
Справедливости ради, мне правда было некогда приводить себя в порядок, ведь я постоянно следила за Златой. Я даже не помнила какой у меня цвет волос, ведь они постоянно были грязны и сваляны в некрасивые колтуны. Да и одежка с чужого плеча – ровно то, что отдали нам выросшие дети из других семей бесплатно.
- Сейчас посмотрим, Марта, - сказал мужчина в форме, вложив в мои ладони небольшой кругляшок.
Стекло под пальцами завибрировало, а после окрасилось в яркий голубой цвет, озарив свечением все вокруг. Внутри шарика начали мелькать молнии, послышался громкий раскат грома.
- Это шо? – поинтересовалась моя опекунша, хитро сощурившись.
- Поздравляю! У твоего грязного приемыша сильный грозовой дар. Я бы сказал, сильнее всех, кого мы прежде тестировали. За всю жизнь видал только парочку столь одаренных девок, и обе они вышли замуж за высокопоставленных мужей, заплативших большой откуп.
- Редкий, говоришь? – мамка прищурилась. – И по чем таких девок покупают?
Обходник строго посмотрел на нее.
- Недавно король наложил вето на подобного рода сделки. Но если ты подкинешь пару серебрушек, я так и быть, подскажу, как обойти запрет.
- Все-то у нас в королевстве не по уму: такую схему чуть не запороли! - сплюнула она в траву. – Будут тебе твои серебрушки.
- Тогда слушай, - кивнул Обходник.
Он снял с груди серебряную бляшку – знак принадлежности к королевской службе и начал ее натирать, чтоб лучше блестела, попутно сыпля непонятными для меня терминами. Что-то про липовое свидетельство о рождении и тому подобное. Мне тогда подумалось, что он часто берет дополнительную плату за информацию.
- А ну, приведи Златку, вдруг мне с обеими вами, безродными, повезло. И деньги принеси, Амка, - шикнула на меня маменька.
А когда она шикала, я знала – лучше бежать бегом, иначе потом синяк будет две недели заживать. Нашла сестренку, та, поджав ноги на печке, копошилась с соломенной куклой. Схватила худенький кошель из тумбочки и позвала ее за собой:
- Идем, нужно кое-что проверить.
В голубых глазах малышки мелькнул страх.
- Не волнуйся. Тебя в обиду не дам, Златка. Скорее сама подставлюсь, ты же знаешь? – присела на корточки, заглядывая в небесные глазки.
Хорошенькая она все-таки. Хоть и хиленькая.
- Дядя даст тебе подержать шарик. Это не больно.
Сестра кивнула. Она все еще была худенькой, но уже хорошо могла стоять на ножках. В отличие от меня, вечно грязной и измученной тяжелым трудом, ее мягкие золотые волосики лежали ровными рядами, да и платье всегда было стиранным. На себя времени и сил мне уже не хватало.
Когда мы вернулись, мама довольно потирала руки. По ее виду я поняла – ничего хорошего разговор с Обходником мне не принесет. Чувствовала это самым нутром. Алчный блеск в глазах Марты, разгорался все сильнее.
Златка сжала шарик, но в нем мигнуло парочку еле заметных золотистых искр и на этом все.
- Дар врачевания. Слабенький. Может на пару царапин и хватит. Сам по себе дар редкий, но сила крошечная, едва ли сгодится для выгодной сделки, - сообщил мужчина со сверкающей бляхой на груди, делая пометки в свой потрепанный блокнот.
- Ничего, я найду, куда и ее пристроить. Надо же, как свезло. Я-то думала, лишние рты у меня завелись, а оказывается богатство свалилось!
- Не лукавь, Марта. Чуйка у тебя на таких девчонок, чай не первый раз, - сказал Обходник, суя в карман две серебрушки.
Вот так я впервые осознала две вещи. Во-первых, у меня есть Дар. Некая магия, скрытая внутри, которую можно потом подарить мужчине. Об этом я слышала от старших девочек, они тоже были одаренными. Во-вторых… Лучше бы его у меня не было!
2.1
После обнаружение Дара отношение ко мне не слишком поменялось. Разве что тумаки от родителей стали прилетать реже. Мамка боялась попортить «товар», но мое тело и так было покрыто застарелыми шрамами от работы и жестокого обращения. А папка… Он все больше предпочитал лежать и вообще ничего не делать, пока девочки хлопочут по хозяйству.
Когда мне исполнилось четырнадцать, замуж пошла старшая, Роза. Красивая, с щеками, украшенными нежным румянцем и светлыми волосами на зависть многим.
Нас всей гурьбой загнали в баню, да приказали помыться так, чтоб ни одного черного пятнышка не осталось. Особенно рьяно намывали Розочку, от чего ее белая кожа местами стала красной. Марта очень радела о нашем внешнем виде на предстоящем торжестве. К концу помывки обнаружилось, что волосы мои рыжего цвета, а вовсе на коричневого, вот только спутались ужасно за все-то годы.
- Амалия, ты, оказывается, симпатичная. Вот уж не думала! – всплеснула руками мать и обрезала все колтуны вместе с длиной. – Теперь волосы чеши каждый день, поняла? Чтоб длинные росли и густые. Глядишь, повезет, и выдадим тебя замуж за богатого мужика. А для них не только Дар важен, но и формы девичьи да личико смазливое.
После Марта совсем расщедрилась и выделила мне баночку крема, которым нужно было мазать грубые от работы руки каждый раз после дойки или огорода.
Признаюсь, мне было приятно услышать неожиданный комплимент от матушки, и по пути в храм я то и дело засматривалась в лужи, сравнивая себя с остальными девочками. Из отражения на меня смотрел худенький подросток с обрезанными по уши волосами в простеньком белом платье, но тем не менее я увидела то, о чем говорила мать. Тонкие черты лица, точеный носик, покрытый веснушками, и глаза… до помывки они не сияли синевой как теперь. Может виноват во всем был цвет волос, но я правда… нашла себя симпатичной.