Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды)

Подойдя ближе и сев за стол напротив девушки, Павел смог лучше разглядеть хозяйку кабинета, заметив, что за исключением темной кожи, но, не угольно черного цвета, а скорее темно-серого, практически, серо-черного, ничего общего, с негроидной расой девушка не имела. Круглое, весьма симпатичное лицо, с обычными европеоидными чертами, большие глаза и обычные для народа фелайн, слегка вытянутые, округлые ушки, с еле видимыми, на черном фоне, пятнами. Однако, помня какие комплексы, всего лишь из-за темной кожи появились у Силайн, Павел, предположил, что и в данном случае, могло иметь место нечто подобное.

– Если вы, рассмотрели все, что хотели, может приступим к делу? – с вызовом, раздраженно прорычала девушка, явно чувствуя себя совершенно не комфортно, от такого пристального внимания к себе.

– Прошу прощения за причиненные неудобства, но у меня на родине, таких как вы, называют пантериане, и я должен признаться, еще никогда не видел такую симпатичную пантерианку, – извинился комплементом Павел, сразу же перейдя к делу, – я Павел Кнауф, мне нужно открыть личный счет и меня, направили к вам.

– Симпатичная, говорите, – с сарказмом в голосе, равнодушно глядя на Павла, холодно уточнила мейра и хмыкнув, с вызовом в голосе, ехидно предложила, – может вы, тогда, и в жены меня возьмете?

– Эта, похоже, тоже малость закомплексована и даже ожесточившаяся, раз защищается огрызаясь, – размышлял Павел, прикидывая варианты, своего дальнейшего поведения.

– К сожалению, у меня уже есть две старших жены, – ответил Павел, одновременно, обдумывая вариант, с младшей женой, – а что, девчонка весьма симпатичная, к тому же, одна темненькая у него уже есть, а где одна, там и вторая не помешает.

– Даже не сомневалась в вашем ответе, – как показалось Павлу, с нотками разочарования и сожаления в голосе, ответила девушка, и, уже равнодушно, распорядилась, – положите руку с браслетом, на пластину перед вами.

– Тебя, как, вообще, зовут-то? – поинтересовался Павел, положив руку на золотистую пластину, схожую с «домовым», но вмонтированную в столешницу и служившую, как он предполагал, своеобразным сканером.

– Какая вам разница, как меня зовут, нам с вами не жить, – ответила девушка, орудуя пальцами на своей стороне стола и когда браслет Павла пискнул, пояснила, – теперь, ваш счет привязан к браслету и средства, оставленные на ваше имя, княгиней Мьюльнер, зачислены на него.

– Ну, почему же не жить, – протянул Павел, уже решив, при согласии пантерианки, взять ее в младшие жены, что и озвучил, – могу предложить, вам, стать моей младшей женой.

– Что? – удивленно переспросила, ошарашенная, таким предложением девушка, – вы, наверное, шутите, зачем вам, такая как я?

– А вот, это, дорогуша, думаю, лучше нам обсудить уже дома, так сказать, в кругу семьи, – предложил Павел, наклонившись над столом, ближе к девушке.

При упоминании семьи, глаза мейры блеснули, выдавая ее желание согласиться на это предложение, но она еще колебалась, и Павел решил, еще немного надавить, именно на ее желание иметь свою семью, – так как тебя зовут, мне же нужно знать, как тебя представить своим девочкам.

Павел видел, что пантерианка, уже так сказать, «созрела», но почувствовав рядом движение повернул голову, увидев менеджера зала, как оказалось, не ушедшую обратно в зал, а оставшуюся в кабинете.

Остановившись рядом с Павлом, девушка, глядя с раздражением на хозяйку кабинета, представила ту, – ее зовут Черна, Черна Миниш, господин Пав-л.

– Да уж, и какой дурак дал ей такое имя, постоянно напоминающее о цвете ее кожи, – подумал Павел, вспомнив про свою Силайн, еще вчера, комплексовавшую из-за куда более светлой кожи, – такая же несчастная и одинокая.

Озвучивать свои мысли Павел естественно не стал, опасаясь, что девушка может обидеться, услышав такое, что, как он и опасался, довольно-таки быстро и подтвердилось.

* * *

Будучи, как и большинство мейр, эмпатом, Черна ощущала эмоции этого человека, с удивлением поняв, что он не испытывает к ней отвращения или ненависти, она, действительна была ему интересна, интересна как женщина.

Еще будучи ребенком, Черна ощутила, все «прелести» жизни «ошер», и ладно бы, ее донимали только человеческие сверстники, называющие ее «дамнед», но даже другие мейры, из-за слишком темной кожи, сторонились ее, родня же, только постоянно сочувствовала и жалела Черну, что ее очень раздражало. Со временем, она научилась с этим жить, попросту всех игнорируя и уже не реагировала на косые взгляды, брошенные на нее, но этот человек, назвав ее симпатичной, пробудил в ней детские мечты, и она, даже не задумываясь, на одних инстинктах предложила ему, взять себя в жены, подсознательно, не на что не надеясь.

Его отказ, хоть ее особо и не огорчил, но неприятный осадок остался и когда человек спросил, как ее зовут, она огрызнулась, – Какая вам разница, как меня зовут, нам с вами не жить.

Но клиент не унимался, предложив ей стать его младшей женой и это предложение, если честно, заинтересовало ее, мужчина был симпатичен ей и когда он повторно спросил как ее зовут, она уже была готова, не только ответить ему, но и согласиться стать его младшей женой, но ее опередила сестра, представив ее.

Подняв на сестру взгляд, Черна уже собиралась, по привычке отсчитать ее, чтобы та, не лезла в ее жизнь, но почувствовав, исходящую от человека волну жалости, перевела на него, полный негодования взгляд и поднявшись на ноги, с ненавистью прошипела, – мне, не нужна твоя жалость человек, у меня, уже есть семья и я, останусь с ними.

* * *

Нейрика внимательно наблюдала за гостями, готовая, в любой момент на помощь сестре, но даже пребывая в напряжении она заметила, что ее сестра заинтересовала, этого человека и даже обрадовалась, когда он сделал ей комплимент, но сестра все испортила, сразу же предложив себя в жены.

– Вот же, дуреха, ну, нельзя же, так сразу, выдвигать мужику, такие требования, – подумала Нейрика и услышав его ответ, решила, что все, сестра, по своей глупости, упустила свой шанс.

Однако к своему удивлению, она, эмпатически чувствовала, что интерес, этого человека к ее сестре не угас, а даже наоборот, усилился.

– Ну, сестричка давай не проморгай свое счастье, – мысленно поддержала сестру Нейрика, прекрасно осознавая, что на самом деле, печется, не столько о благополучии сестры, сколько о своем, но ничего не могла с этим поделать.

Она была влюблена в одного мейра, даже не зная кто он, что ее особо и не заботило, поскольку отец, не позволит ей, выйти замуж, наперед старшей сестры. Учитывая же то, что ее сестра была «ошер» ее замужество, было весьма маловероятно, поскольку, ни один мейр, не горел желанием, связать с ней свою жизнь. Так что, тут приходилось надеяться на какого-нибудь человека, решившегося осесть в княжестве и не побоявшегося взять в младшие жены «ошер».

Так что, когда протеже княгини Мьюльнер, спросил, как зовут ее сестру, и та, ему нахамила, Нейрика была готова броситься на нее и надавать ей оплеух, но, не успела, господин Пав-л, как представил этого человека сопровождавший его мейр, предложил ее сестре стать его младшей женой. Нейрика так этому обрадовалась, что даже прослушала, что ее сестра ему ответила и только по тому, что он продолжал уговаривать Черну, Нейрика поняла, что та, все еще артачится и больше не полагаясь на свою бестолковую родственницу, просто шагнула вперед, сама ее представив, – ее зовут Черна, Черна Миниш, господин Пав-л.

Опять задумавшись, погрузившись в свои мечты, она, уже представляла себя, со своим возлюбленным в городской управе, подписывающих «семейный союз», как вдруг услышала возглас сестры, – мне, не нужна твоя жалость человек, у меня, уже есть семья и я, останусь с ними.

– Да, безликий тебя побери, ты что творишь сестренка, тебя замуж зовут, а ты нос воротишь, если тебе на себя наплевать, так меня хоть пожалей, ты же знаешь, что отец, не позволит мне выйти замуж, раньше тебя, – не в силах больше сдерживаться, видя, что ее планы создать семью, из-за глупой принципиальности этой дурехи, находятся под угрозой, рявкнула, взбешенная, Нейрика, одновременно думая, – я, конечно, тебе сочувствую сестра, но ты ошер, и тебе повезло, получить предложение стать младшей женой, так какого безликого, ты ломаешься?

* * *

– Мне, не нужна твоя жалость человек, у меня, уже есть семья и я, останусь с ними, – вскочив с кресла, злобно прошипела мейра.

Сообразив, что такая перемена в поведении пантерианки, скорее всего, связана с ее эмпатическими способностями, из-за чего, она, почувствовала, что он ее пожалел, Павел понимая, что извиняться сейчас бесполезно и уже думал, отложить завоевание этой красотки на потом, но тут, опять услышал, возмущенный голос ее сестры, – да, безликий тебя побери, ты что творишь сестренка, тебя замуж зовут, а ты, нос воротишь, если тебе на себя наплевать, так меня хоть пожалей, ты же знаешь, что отец, не позволит мне выйти замуж, раньше тебя.

Из этого гневного высказывания, Павлу стало ясно, что Нейрика хочет, спровадить ему сестру и бросив взгляд на насупившуюся, и уже открывшую рот Черну, понял, что если, сейчас, оставить все так, то тут будет скандал, и возможно, даже, с членовредительством.

– А ну, заткнулись обе, – во все горло, рявкнул Павел, отчего вздрогнули не только обе девушки, но и стоящий неподалеку Силон.

– Устроили тут, понимаешь, балаган, хочу, не хочу, прямо как детишки малые, – проворчал Павел и поднявшись с кресла, фыркнув, раздраженно добавил, – надоели мне ваши дрязги.

– Силон, будь другом, вернись в управу, мне надо заскочить домой и, если я задержусь, объясни там, что я скоро буду, – обратился Павел к Силону, одновременно вызывая, по личному браслету, разъездную коляску.

Сцепив пальцы и потянувшись, разминая руки, Павел оценивающе окинул пантерианку взглядом, прикинув, что она, не должна быть сильно тяжелой и он, скорее всего, справится с задуманным, если та, конечно, не будет особо брыкаться.

Раздался писк браслета, и Павел, подняв руку к груди, увидел короткое, висящее над браслетом сообщение, о прибытии заказанного экипажа.

– Видимо, где-то поблизости был, – подумал Павел, направившись в обход стола и бросив, через плечо, с удивлением, смотрящим на него, Нейрике и Силону, – похоже, мне придется применить «имперский метод».

Павел, естественно, не собирался, как имперцы, брать эту мейру силой, он просто намеревался, приложив немного физического усилия, доставить эту пантерианку к себе домой, для знакомства с остальными членами своей семьи, а потом уже, предоставить ей право выбора. Обойдя стол, он подошел к мейре и просунув одну руку между ее спиной и спинкой кресла, а второй подхватив под ноги, поднял, ойкнувшую, от неожиданности, девушку, на руки.

Как Павел и предполагал девушка была не особо тяжелой и обойдя стол, он направился к выходу из кабинета, благодарно кивнув подскочившему к двери и распахнувшим ее, Силону. Пока Павел шел по залу, под удивленные взгляды ошарашенных происходящим работников ссудного дома, девушка, прижав ушки, сидела, не шелохнувшись на его руках, пока они, не вышли из здания.

На дороге, у тротуара, напротив здания стоял экипаж, от которого ему навстречу, шел мейр, под руку с симпатичной женщиной-мейрой, судя по ушкам, скорее всего, как и ее спутник, из народа фелайн. Заметив Павла, парочка остановилась на тротуаре, с удивлением и некоторой тревогой смотря на него и замершую на его руках девушку.

Почувствовав, что девушка вздрогнула и попыталась соскочить с его рук, Павел остановился и заметив ее испуганный взгляд, направленный, на остановившуюся перед «банком» пару, сообразив, что эта мейра, отдаленно похожа на Черну, уже догадавшись об ответе, уточнил, – это, твои родители?

– Да – прошептала мейра, да так тихо, что Павел ее, еле расслышал.

– Вот и хорошо, – произнес Павел, ссаживая мейру, на ведущую к зданию дорожку и заметив, что та, попыталась от него отстраниться, обхватив ее за талию, удерживая рядом с собой, представился, – я, Пав-л Кнауф.

Отец Черны, удивленно хлопая глазами, попытался что-то сказать, но, получив, локтем в бок, от жены, замер, морщась после тычка.

– Я Делька Миниш, старшая жена господина Клиерс и мать Черны, – с некоторой настороженностью глядя на Павла, представила себя и мужа мейра, – и, мне, хотелось бы знать, что здесь происходит?

– Рад с вами познакомиться, госпожа и господин Миниш, – отвесив легкий поклон, ответил Павел и притянув пантерианку к себе, как бы говоря этим движением, что он уже считает ее своей, пояснил, – я предложил Черне, стать моей младшей женой, но у нас, с ней, возникли некоторые разногласия и я, собираюсь, отвезти ее, к себе домой, для знакомства, с остальными членами моей семьи.

– А могу я, поинтересоваться, господин Пав-л, где вы живете, – спросила мать Черны, бросив на мужа пренебрежительный взгляд, от которого тот, судорожно сглотнул.

– Я остановился по Луговой улице, – ответил Павел и немного подумав добавил, – если не ошибаюсь, в пятом доме, по левую сторону.

– Вы не уверены, где живете? – саркастически усмехнувшись, с тревогой в голосе переспросила мейра, бросив на мужа злой взгляд, что тот даже поежился.

– Я в вашей стране недавно и до переезда на «Луговую», был гостем Геренков, – видя беспокойство женщины, поспешил успокоить будущую тещу Павел.

– Геренки, – переспросила удивленная мейра и после подтверждающего кивка Павла, все же, с любопытством, уточнила, – вы имеете в виду, капитана городской стражи, Гленора Геренк?

– Он самый, – подтвердил Павел, но все еще видя сомнения в глазах четы Миниш, уже намеревался, для подтверждения своих слов, позвать Силона, все еще находящегося в «банке», но этого не понадобилось.

К ссудному дому, подкатил еще один экипаж и Силон, сам вышел на улицу, сразу же направившись к стоявшей на дорожке группе.

– Госпожа и господин Миниш, рад вас видеть, – поприветствовал родителей Черны Силон и кивнув на Павла, добавил, – вижу, вы уже познакомились со своим зятем.

Проходя мимо Павла, мейр похлопал того по плечу, сказав, как показалось Павлу, намеренно громко, – я в управу, но постарайся побыстрее управиться, а-то баронесса Ирия с потрохами меня съест, если надолго задержишься.

– Баронесса Ирия Онир? – уточнили в один голос все Миниш, даже Черна, не смогла промолчать, при упоминании фамилии Ирии, чем несколько озадачили Павла.

– Ну, да, – коротко подтвердил Павел, словно сообщил им о чем-то настолько обыденном, о чем не стоило даже упоминать, – у нас, с баронессой возникли разногласия в одном вопросе, и мы, заключили с ней пари.

– Что-то у меня такое чувство, господин Пав-л, что ваши разногласия с баронессой, сродни тем, что и с моей дочерью? – ехидно ухмыльнувшись, уточнила Делька, заставив Павла задуматься.

– Можно и так сказать, – подумав, ответил Павел и видя, что всем интересно, что у него за дела с баронессой, пожав плечами сообщил, – я заключил с баронессой пари, которое она непременно проиграет, после чего, станет моей женой.

– Что? – не веря услышанному, закашлявшись воскликнул отец, Черны, впрочем, сама пантерианка, как и ее мать стояла с расширенными от удивления глазами.

– А что такого? – удивленно произнес Павел, не понимая, с чего это, все так удивляются и решив, сменить тему, добавил, – Вайла Геренк, тоже станет моей старшей женой, так с чего бы и Ирии не быть второй старшей женой, Силон вон, вообще, собирался княжне Лайн предложение делать.

– Что такого? – возмущенно воскликнул Клиерс и закатив глаза, ткнув Павла пальцем в грудь, пояснил, – дело в том, молодой человек, что Силон, мейр и сын капитана городской стражи и слухи, о его романе с Лайн, уже давно ходят, но пока дело с места так и не сдвинулось, а баронесса Ирия, дочь губернатора Герольд-Ленда, а ты человек.

– Дочь губернатора? – с удивлением, переспросил Павел, только сейчас сообразив, где именно, он слышал фамилию баронессы.

– Вы что, не знали кого собрались брать в жены? – округлив удивленно глаза, спросила ошарашенная мать Черны, а ее муж, нервно хихикнув, только покачал головой.

– Она устроила скандал, пытаясь выгнать меня из города, вот я и выдвинул ей свои условия, особо не интересуясь ее статусом, – ответил Павел, заметив, с каким восхищением, теперь смотрела на него Черна, даже не делая попыток вырваться из его объятий.

– Интересно, это мои знакомства произвели не нее такое впечатления, или то, как обошелся с баронессой, – подумал Павел, и вдруг сообразив, что уже прилично тут задержался, обратился к родителям Черны, – прошу прощения уважаемые, но, я тут, уже излишне задержался и вынужден откланяться.

Предложив Черне руку, Павел уже было направился к экипажу, но остановившись и развернувшись к чете Миниш, добавил, – родители моей младшей женой, всегда желанные гости в нашем доме, можете заезжать в любое время.

* * *

Клиерсу Миниш, с утра, пришлось слегка подкорректировать свои планы, поскольку его старшей жене пришло сообщение, что, заказанные ранее платья уже готовы, и Делька заявила, что их нужно, непременно сегодня забрать.

Так что, довезя, дочек до ссудного дома, он поехал с женой к портному, а по возвращению обратно, с ним связалась младшая дочь Нейрика, сообщив о прибытии протеже княгини Мьюльнер, начав с ним препираться, что-то бубня про клиента и свою старшую сестру, чего он, в присутствии старшей жены, никак не мог допустить и отчитал младшую дочь.

Увидев же идущего на встречу от ссудного дома человека, с его дочерью на руках, он просто не знал как на это реагировать и просто замер с раскрытым ртом. Даже когда этот человек представился и до него дошло, кто это такой, он лишь мог хлопать глазами, пытаясь понять, что это все значит. Наконец, решив прояснить ситуацию, он хотел спросить, что здесь происходит, но, его опередила жена, ткнув его в бок, и взяв все в свои руки.

Как же Клиерс теперь сожалел, что не стал слушать младшую дочь, грубо ее оборвав, он, всего лишь хотел показать старшей жене, что к обеим дочерям относится одинаково и, даже, несмотря на то что Черна «ошер», не даст ее обижать. Откуда же он мог знать, что, протеже княгини Мьюльнер, окажется не мейром, а человеком и к тому же, положит глаз, на одну из его дочерей, причем, именно на Черну.

Уже прочувствовал негодование жены, получив локтем в бок, он теперь предпочитал молчать, надеясь, что этот, Пав-л Кнауф окажется хорошим человеком и будет обращаться с его дочерью достойно, иначе, он даже представить боялся, какую выволочку, устроит ему Делька.

Однако, услышав про пари, с дочерью губернатора, по исходу которого она могла стать женой этого человека, он все же не выдержал, даже закашляв и нарушив молчание воскликнул, – что?

– А что такого? – словно не сказал ничего необычного, переспросил человек и как ни в чем небывало, добавив, – Вайла Геренк, тоже станет моей женой, так с чего бы и Ирии не быть второй женой, Силон вон, вообще, собирался княжне Лайн предложение делать.

– Что такого? – воскликнул, возмущенный таким поведением человека Клиерс, и шагнув вперед, ткнув пальцем в грудь, протеже княгини Мьюльнер, пояснил, – дело в том, молодой человек, что Силон, мейр и сын капитана городской стражи и слухи, о его романе с Лайн, уже давно ходят, но пока дело с места так и не сдвинулось, а баронесса Ирия, дочь губернатора Герольд-Ленда, а ты человек.

– Дочь губернатора? – уточнил, явно удивленный этим известием человек, на что Клиерс, только и смог, что нервно хихикнуть, покачав головой, опять передав бразды главенства в беседе жене.

* * *

Вернувшись домой, и обнаружив, еще одну, весьма привлекательную незнакомую девушку, Павел, был несколько удивлен, пока не сообразил, что это, племянница княгини Мьюльнер, Иноэн, которую, его девчонки, уже переодели в домашнее, превратив ее, из «холодной снежной королевы» в миленькую, очаровательную демонессу, настолько красивую, что он не смог устоять, чтобы не заграбастать ее в объятья и не впиться в ее пухленькие губки, только после этого, он, представил остальным Черну, заметив при этом, брошенный на демонессу, завистливый взгляд «пантерианки».

Павел собирался привести вечером домой еще и Ирию, а также, он не забывал и про Руан, которая служила в городской страже и вполне могла встретиться ему в городской управе, а упускать ту, чьи бежевые трусики, постоянно маячили перед его глазами, он не собирался.

Сознавая же, что может и не управиться за один вечер, со всеми красотками, которых хотел затащить в кровать, и прикинув, что время у него еще есть, Павел, решив растянуть приятное времяпровождение, шепнул демонессе на ушко, указав кивком головы на Черну – как думаешь, Иноэн, вот эта темненькая, согласится с нами сейчас уединиться?

– Из этих, только со второй темненькой, Силайн вроде, придется повозиться, а остальные, хоть сейчас готовы, – окинув всех взглядом, ответила демонесса.

– Тогда пошли, приобняв Иноэн за талию, предложил Павел, направившись с демонессой в спальню и в пол-оборота, взглянув на Черну, поманив ее пальцем, позвал, – ты тоже с нами.

Иноэн, как и «грозилась» княгиня Мьюльнер, действительно была весьма искусна в любовных утехах, но как подумал Павел, княгиня забыла уточнить, что искусство юной демонессы, касалось психологической стороны близости мужчины и женщины, а не физической, или она, вдобавок, была еще и очень хорошей актрисой.

По крайней мере, толкнув Павла к кровати, Иноэн замешкалась, словно не зная, что делать дальше, бросив на Павла такой умоляющий взгляд, что он просто не смог остаться безучастным. Ухватив демонессу за руку, он потянул ее на себя, протянув вторую Черне, чем Иноэн и воспользовалась, повернувшись в пол-оборота к Черне, томно прошептав, – Черна помоги, я одна с ним не справлюсь.

Ухватив вторую девушку за протянутую руку, Павел потянул и ее на себя, заваливая обеих рядом с собой, тут же их обняв, по очереди целуя в губы. Демонесса прижавшись к его груди, чмокнув его в щеку рассмеялась, заразив смехом и Черну, вроде как увлекая ее в свою игру, что явно помогло пантерианке раскрепоститься. Однако стоило Павлу скинуть рубаху и приняться за платье Иноэн, как демонесса смущенно покраснела и только взглянув на Черну, ловко стянувшей с себя свое одеяние, последовала ее примеру.

Оставив девушек прихорашиваться, после «кроватного кувыркания», Павел вышел в зал и только теперь сообразил, что, увлекшись новыми женами, совсем забыл про княгиню Дейр Мьюльнер, которую, по возвращению домой, даже не видел.

– А где у нас Дейр? – поинтересовался Павел, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Княгиня Мьюльнер отправилась навестить семью, Дохай, – с некоторым возмущением в голосе ответила Вайла.

Спокойно, Вайла, раз Иноэн тоже будет моей женой, то ее тетя, теперь, для меня просто тетя Дейр, – с улыбкой пояснил Павел, приобняв возмущенную девушку и поцеловав ее.

– Только при людях это не ляпни, а-то «тетя Дейр», быстро тебя вежливости научит.

– Как скажешь дорогая, как скажешь, рассмеявшись согласился Павел и уже серьезно, добавил, – кстати Вайла, у меня тут появилась одна идейка, и если все получится, то княжной Лайн, которую мне тут навеливали, займется Силон, а твоей компаньонкой будет баронесса Ирия Онир.

– Баронесса Онир, – не веря своим ушам, переспросила ошарашенная Вейла, и хлопая глазами выдавила, – но, как?

– Да эта «мелкая», хотела меня выгнать из города, и мы заключили с ней пари, по итогам которого она и станем моей старшей женой, – стараясь выглядеть равнодушным ответил Павел и взглянув на Вайлу, добавил, – она, станет второй старшей женой.

– Я, конечно, уже поняла, что мой муж, наглый и везучий человек, но, чтобы заполучить баронессу Ирию Онир, это надо постараться, – покачав головой, пробормотала Вайла.

– Да он не просто наглый, а вообще обнаглевший, – раздался голос Черны, незаметно подошедшей к ним, и стараясь изобразить возмущение, с усмешкой, добавившей, – он и меня, просто взял, и в наглую, утащил, на руках, прямо на глазах моих родителей.

– Как тут у вас весело девочки, – произнесла Иноэн, подошедшая вместе с Черной, – и почему я к вам раньше не приехала.

А раньше приезжать, и смысла не было, я и сам тут всего лишь несколько дней, – произнес Павел и бросив взгляд на личный браслет, добавил, – ладно девочки мне пора, до вечера, целую всех.

Глава 9.

* * *

В управу, Павел прибыл, судя по личному браслету, где-то за пять тайтх до окончания активации наноботов, что по земному времени, от которого Павел решил постепенно отвыкать, равнялось примерно получасу.

Силон, опять околачивался возле стойки администратора, за которой, помимо уже знакомой Мион, находилась еще одна девушка, с белыми длинными волосами и торчащими из них, белыми же, в черных пятнах, ушками. По внешнему сходству обеих мейр, нетрудно было догадаться что они родственницы, а следовательно, беловолосой, была княжна Лайн Иноем, старшая из дочерей, правителя Икении.