Город Утренней Зари. Закат Праведника

Когда Пророк поравнялась с Сыном, стало очевидно, что она немного выше него. Он что-то тихо ей говорил, а она чрезвычайно преданно, с какой–то самозабвенной радостью отвечала. Другие наверняка подумали, что он дает ей какие–то указания – как же может быть иначе! Но Тереза Шаут не была бы советником безопасности первого уровня, если бы не заметила, что Сын советуется с этой хрупкой девушкой. Когда-нибудь она обо всем узнает. После недолгого разговора с Сыном Пророк легко и непринужденно направилась к советнику. Эту девушку при посещении мастерской Тереза предпочитала не замечать, но теперь, когда янтарные глаза смотрели на нее, это было невозможно. Она улыбнулась, приглашая Терезу выйти. За дверью та отряхнула пыль, которая послушно, в отличие от пыли на одежде Терезы, покинула голубой брючный костюм, который прибавлял Пророку пару лет для солидности.

Про нее ходили немыслимые слухи. Люди рассказывали о сотворенных ею чудотворениях, в которые верилось с трудом. Она даже остановила кровопролитие в родном Йоханнесбурге, который захлестнула неконтролируемая война преступных группировок (это все, что удалось департаменту Терезы выяснить о Пророке). После того, как в городе установился мир, советник искренне выражала признательность своему коллеге в ЮАР за возвращение стабильности – до тех пор, пока секретный агент №108 не вернулся с места конфликта с очень странным рапортом.

Он работал под прикрытием в группировке с пошлым названием «Падшие Ангелы», члены которой своими зверствами полностью оправдывали это имя. Он рассказывал, что во время жесткой схватки за главенство в центральном районе города, на которую умудрились пригнать даже танки, Пророк внезапно появилась на раскуроченном остове одного из них. Ее голос разнесся по площади и прилежащим улицам, проникая через стены домов и подвалов в само сознание, в само сердце, призывая всех сложить оружие, отбросить вражду, обратиться к свету Сына и последовать за Ним. Агент передавал, как они с другими членами группировки переглядывались и медлили с решением. «Чего хочет эта девчонка?» – удивлялись они. Но голос Пророка все нетерпеливее впивался в глубины души, призывая к миру. Агент №108 склонился перед ним, и его сердце наполнили мир и покой, а вот его подельники, которые не торопились открыться призыву, сошли с ума. Простые люди с радостью встречали освободительницу, возвещающую мир, сразу же забыв о сошедших с ума и превратившихся в овощи представителях отребья гордого города Йоханнесбурга.

Тереза считала, что эта история, без всякого сомнения, имела счастливый конец: бандиты наказаны, мирные жители спасены и благодарны. Только сила в этой девчонке была действительно страшная, и если Сын все же жалел их, ожидая, что остальные мировые политики однажды дорастут до Него, то в Пророке она не была уверена. Терезе все время казалось, что эта хрупкая девушка сомнет их и не заметит, по-прежнему оставаясь внешне исключительно искренней и доброжелательной. Даже слишком искренней в своем служении Сыну. В любом случае, требуются дополнительные сведения о чудесах Пророка, которая, казалось, как и Сын, совершенно не торопится информировать мировую общественность о подлинных возможностях своей силы. С этим Тереза была не согласна. Столько проблем можно было бы решить, если форсировать рост международного авторитета этой пары! Недавно она хотела предложить Ему такой план, но потом поймала себя на опасении, что, подобно Пророку, позволяет нетерпению взять верх над собственной врожденной рассудительностью. Эта мысль ее остановила.

Сейчас эта девушка с яркими янтарными глазами шла рядом. Если бы Тереза не знала всего этого, как бы она к ней относилась? Скорее всего, спокойнее. Наверное, даже восхищалась бы ей так же, как и Владыкой мира. Не все на Земле можно объяснить. Но, так или иначе, общество Пророка в этой миссии мира вселяло в нее уверенность, что своей цели они достигнут.

***

Через несколько дней, возвращаясь на машине после переговоров, Тереза с трудом подавляла негодование. Никаких других чувств переговоры между сторонами балтийского конфликта по поводу разработки мирного договора вызвать просто не могли. Хорошо, что после речи Пророка западные представители официально согласились признать свою вину в эскалации территориального конфликта, хотя лица у них при этом были не очень довольные.

«Идиоты!» – подумала тогда Тереза.

Она ждала, что Пророк даст им ментального пинка, но девушка лишь внимательно наблюдала за развитием переговоров. Делегация Северо-Восточной Федерации от имени президента Андрея Левина настаивала на удалении военно-морского контингента из Балтийского бассейна. Западная сторона утверждала, что блокада стала ответом на вооруженные столкновения на береговой линии. Оппоненты, в свою очередь, настаивали, что проблему для начала следовало обсудить с СВФ. Последовали взаимные обвинения в провокациях и инсинуациях, которые, конечно же, имели место с обеих сторон. Всем было ясно, что этот конфликт должен вдохнуть силы в военную промышленность противоборствующих сторон, а равно и любых других, пожелавших поучаствовать. И никакие декларации о защите мирных жителей тут ни при чем. Судя по последним данным, в этом конфликте и без использования тактических ядерных зарядов погибнет не менее четырех миллионов человек. А теперь они все будут договариваться о том, в какие учебники истории вписать эту коммерческую операцию, и какую степень вины возложить там на каждого ее участника. От всех прошлых сделок такого рода эту отличал важный момент – за разыгрываемым фарсом наблюдала Пророк Всевышнего, скромно стоявшая с остальными секретарями у дверей. Тереза была уверена, что она все запоминает и передаст Сыну не слова, а намерения участников. Захочет ли она потом припомнить сторонам конфликта их упрямство и лицемерие? Этим вопросом Тереза Шаут задавалась всю дорогу до резиденции совета безопасности, наблюдая за сидевшей на противоположном сиденье бронированного лимузина Пророком. Девушка спокойно и сосредоточено смотрела на дома и улицы, деревья и фонтаны этого маленького европейского городка, приютившего высокопоставленные делегации.

– Как вы думаете, почему, уже зная, что Он пришел в мир, они продолжают принимать решения по старинке? – спросила Тереза Шаут.

– Он должен был прийти позже, во всей своей славе. Тогда они бы обратились, – мягко ответила Пророк.

– Я так и знала, что мы поторопились, позвав Сына так рано. Это плохо? – Тереза явно заинтересовала Пророка своими правильными, с ее точки зрения, вопросами.

– Нет, что вы. Тем ценнее будет их выбор, если они встанут на сторону Света, еще даже не видя царства, которое Он построит, – ответила Светлейшая

«Или возрастает степень их вины, если все же выберут сторону тьмы», – подумала Тереза, во взгляде которой не мелькнуло и тени сомнения в словах святой собеседницы.

Пророк еле заметно улыбнулась в ответ, и улыбка эта уверила Терезу, что словами девушку не обмануть. Такою проницательность в столь юном возрасте невозможно получить естественным путем. Неужели эта мудрость – дар свыше? Если это так, что ж, тогда Тереза искренне присоединяется к тем, кто провозгласил ее «Святой» и «Пророком Всевышнего».

– Что нам делать дальше? – спросила советник.

– Ждать милости нашего Владыки к этими истерзанным войной северным землям, – без интонации произнесла девушка, и ее янтарные глаза вспыхнули.

«Что это? Гнев на наше упрямство или сожаление о жертвах?» – невольно задалась вопросом советник.

– Все будет хорошо! – заметила Пророк.

– Что вы сказали?

В этот самый момент в машину попал реактивный снаряд, выпущенный из гранатомета, – явно из окна двухэтажного дома напротив. «Похоже, Panzerfaust T-12», – неожиданно промелькнуло в голове у Терезы.

Взрыв и инерция движения закрутили лимузин по сложной траектории. Влетев в дом на противоположной стороне улицы, машина вывалилась из пролома в стене и упала на мостовую. Автомобили сопровождения также были обстреляны. Но на своей безопасности Тереза Шаут не экономила, и только поэтому их не разорвало в клочья. Но, если нападавшие готовились заранее, они могли это предусмотреть. Голова, рассеченная в нескольких местах, гудела от этой импровизированной карусели. Инстинктивно очень хотелось вылезти из машины, но Тереза знала, что их придут добивать. Достаточно продержаться несколько минут: убийцы не рискнут оставаться здесь дольше, чтобы не связываться с подкреплением. Впрочем, двери все равно, скорее всего, заклинило от такого удара. Все эти мысли крутились в уме, выдрессированном многолетними тренировками и агентурной работой в начале карьерного пути.

Громкий металлический лязг заставил Терезу оглянуться. Ее святая спутница, выбив дверь, вылезала наружу.

– Пусть все остаются внутри. Я скоро вернусь! – произнесла она, и ее голос стал похож на нарастающий гул колокола.

Тереза не осмелилась ослушаться и, нащупав коммуникатор, связалась с остальными, отдав приказ выжившим ничего не предпринимать.

Гул нарастал, так что Тереза даже сжала виски, чтобы выдержать его.

«Так вот ее сила? Нет, эта девчонка способна на большее… Светлейшая…» – мысленно поправила себя Тереза, осознавая, что теперь к этой хрупкой девушке даже в мыслях лучше обращаться только так.

Напряжение проникло внутрь покореженного автомобиля – и исчезло вместе с гулом.

Тереза вылезла наружу. Действительно, по их души уже шел отряд зачистки, но теперь его бойцы, побросав оружие и снаряжение для вскрытия бронеавтомобилей, стояли на коленях перед Пророком. Все в слезах, суровые боевики, сбросив маски и шлемы, благоговейно смотрели на нее. Их командир лежал без сознания, и советник понимала, что вернуть ему разум уже вряд ли получится. А ей очень бы хотелось его допросить. Кое-кто в растерянности смотрел то на Пророка, то на командира. Светлейшая подошла к главарю нападавших и, встав перед ним на колени, произнесла:

– Нельзя сопротивляться свету, только принять его!

Тереза вспомнила рапорт агента №108 и расслабилась, моментально почувствовав, как радость заполняет ее. Слова пророка словно бы расходились от девушки теплой волной, накрывавшей всех вокруг.

– Кто отдал приказ? – спросила Тереза у остальных.

В ответ те покачали головами.

– Рада Йовович, – грустно ответила Пророк.

Советнику потребовалось мощное усилие воли, чтобы не спросить: «А Вы уверены?».

– Зачем ей это? – поинтересовалась Тереза, уже прокручивая в по-прежнему гудевшей голове варианты.

– Ради войны, – все также грустно ответила Пророк, вытирая струйку крови, бежавшую из-под волос. – Она все еще держит обиду на то, что случилось с ее землей, с ее народом, – и хочет того же для остальных. Потому и поддержала СВФ, чтобы те, чувствуя поддержку, увереннее ввязались в бойню и …

Она резко остановилась, как будто уже сказала больше необходимого.

– Мне нужно вернуться к Нему, – Пророк повернулась к Терезе, наблюдая, как остальные выбираются из разбитых автомобилей. – Помните, что Он поможет только тогда, когда люди захотят Его вмешательства в свою жизнь, и не раньше!

– Но Ты же можешь их заставить остановиться! Я знаю! – не выдержала Тереза Шаут.

– Да, могу, но тогда они пришлют новых солдат! – ответила Пророк, вновь на мгновение обретая черты обычной очень юной девушки. – Готовы ли вы взять на себя ответственность за их гибель, если они не признают Сына?

– Нет. А вы? – Тереза все еще не верила в свою смелость.

– Я тоже нет, – в последний раз показала свою человечность посторонним Светлейший Пророк Всевышнего.

Она зашагала прочь, не дожидаясь прибытия поддержки, а Тереза стала осматривать пленных, отдавая приказы подчиненным. Она услышала гудок поезда и повернула голову. Сквозь дым она увидела, как между домов, по магнитной дороге, проложенной по склонам местных гор, на северо-восток мчатся военные поезда с «миротворческим контингентом». Тереза Шаут поморщилась. Рана через всю щеку, разбитую во время бешеного вращения лимузина, заныла, несмотря на вколотые анестетики. Она, конечно уберет все следы ранения, но только после того, как эта история закончится, чтобы не было даже малейшего шанса появления новых шрамов на ее и без того не очень красивом лице.

***

– Свет мой, ты слишком увлекаешься, – произнес Сын, положив ей руки на колени.

С Пророком он всегда разговаривал, полностью отдавая ей свое внимание, не отвлекаясь на изготовление очередных табуреток и столов, которым всегда сопровождались его встречи с бесконечными делегациями со всего мира. Она все ему рассказала, как и всегда. Мэри Стоун молча смотрела на него, уставшая и опустошенная. Она и сама прекрасно понимала, что увлекается, и это становится все опаснее. Люди не выдерживают напора ее праведности, и, если она будет продолжать в том же духе, слухи об этом скоро разлетятся по всему миру. Но по-другому она не может – сила Отца бьет в ней через край. Как можно ее прятать от служения людям? Если они не готовы принять благодать, то это их проблема!

– Мэри, ты же понимаешь, что они должны добровольно принять меня и свет нашего Отца – иначе все бесполезно, – он гладил ее по щеке

Она продолжала молчать, осознавая свою вину и не находя решения. Он встал и подошел к окну, которое находилось под потолком цокольного помещения, ставшего для него и домом, и рабочим местом. Свет с улицы рассеивался, пробиваясь через еще не осевшую столярную пыль, но не терял своей силы. В его лучах фигура Сына выглядела очень мужественно, несмотря на его худобу и юный возраст.

– Нам нужно разделить эту ношу! – твердо произнес Он. – Ты будешь совершать чудеса над стихией этого мира. После я буду обращаться к сердцам людей, не ломая их.

– Хорошо, – сдавленным голосом ответила она.

Пророк не могла понять, почему, когда сопротивляющихся принятию Сына слишком много, она теряет самообладание. Она спокойно может убеждать одного, двоих, даже троих, объясняя и рассказывая им, проповедуя и приоткрывая им свет царства Отца, что она несет в себе. Но когда начинают сомневаться и бояться, праведный гнев вспыхивает в ней. Она свою веру выстрадала, не жалея и не ропща. Она приносит им на шелковой подушечке их светлое будущее, а они сторонятся этого дара! Маловерные! Но Он прав – Отцу не нужно такое приношение. Теперь Сын должен играть главную роль в общении с людьми, и не только с власть имущими, а она будет поддерживать его, все более уходя в тень.

– Свет мой, ты ни в чем не виновата, – он опять улыбнулся Пророку. – Они просто слишком рано нас позвали. Я тоже не могу контролировать силу Отца – это слишком тяжело. Мне приходится долго восстанавливаться. Хорошо, что Отец своей любовью охраняет меня от зевак и любопытных глаз.

Мэри иногда задавалась вопросом, почему возле полуразваленного дома, в котором жил Владыка мира, никто не появляется? Как будто животный страх отгоняет всех от этого места. Что ж, теперь Он сам объяснил ей это, рассказав о заботе Отца.

Он подошел к ней и, подняв со стула, крепко обнял. В этот момент она стала самым счастливым человеком на Земле.

– Вместе с Отцом мы сможем все! – прошептал ей на ухо Сын и посмотрел в залитые блаженством янтарные глаза.

Да, они смогут все! Но ей нужна какая-нибудь древняя реликвия, которая поможет ей контролировать силу, а может быть, и увеличить ее. Она еще не догадывалась, где ее искать, но точно знала, что Он отпустит ее на эти поиски.