Мастер третьего ранга

– Зараза, – снова почесал нос Юра, пока боец отвлекся. – Вань, можно я сверну ему шею, пока никто не смотрит, да пойдем себе потихоньку? – зашептал он.

– Что, ты кровожадный такой? Человек нас охраняет, старается, даже вон личное пространство уважает. А ты шею.

– Да задница затекла, – поморщился подмастерье. – А она у меня знаешь какая чувствительная?

– И что она чувствует?

– Пока не знаю, но что–то чувствует однозначно, – ухмыльнулся Юра, нащупывая новый камешек за спиной.

***

Сергей собирался с силами, ведь дальний поиск требовал огромных энергозатрат. Он опустился на колени посреди улицы. Рядом с ним стояла ведьма, Стерх и двое бойцов, прикрывавших от внезапных опасностей.

– Ну, не тяни кота за лицо, – обратился к нему Стерх.

– Паша, если я заглушил духов, то это не означает, что их не стало. Они продолжают мешать. И ты еще сбиваешь. Жди, – не открывая глаз, Сергей тут же обратился к ведьме. – Аня, план города зарядила?

– Да, – сухо ответила она, раскладывая план города и прижимая камешками по краям.

– Так–так–так, – провел руками над картой Сергей. – Север, юг. Угу–угу. Вот, – указал он пальцем в край карты, – здесь скопление психов. Около десятка.

– Что там? – с места спросил Стерх.

– Христианское кладбище, – склонившись над картой, ответила ведьма.

– Здесь не больше десятка, – продолжал указывать в разные точки на карте помощник, не открывая глаз. – Здесь, и здесь по несколько бешенных. Здесь, животное какое–то, не разберу что за зверь. О, а это уже интересно, – будто к чему–то, прислушиваясь, удивился он. – Люди, четверо, три колдуньи, это точно, и четвертый одаренный.

– Где это? – вздернул бровь, главарь.

– В здании ратуши, – посмотрев на отметку, отвечала ведьма, продолжая следить за движением пальца Сергея по плану.

– Здесь вот еще психи, – продолжал чуткий помощник. – Видимо пасут людей. Здесь и здесь еще небольшие группки бешенных.

– А его, – с нетерпением спросил Стерх. – Его чувствуешь?

– Кого?

– Сережа, не тупи родной. Ты знаешь о ком я.

– Не чувствую. Но улавливаю скопление силы – вот здесь, – он указал в место где была отмечена городская больница. – Больше нигде так не фонит, как там.

– Что ж, – прищурившись, с тревожными нотками, произнес главарь. – Значит нам туда дорога.

Низко нависшее над городом небо, хмурилось все сильней. Все ниже проседали наливающиеся чернотой облака. Мелкая водная взвесь: еще не дождь, но уже не туман, стала расползаться по опустевшим улицам. Заметно похолодало, изо рта подмастерья стал вырываться пар.

После того как их надзиратель отошел на достаточное расстояние, донимать его стало бессмысленно. Юра продрог, и стал мелко дрожать. Теперь он все чаще посматривал на поникшего Ивана.

Взвесь стала гуще и крупней. Иван молча наблюдал, как она оседает на поле куртки, собирается в крупные капли, которые потяжелев, устремлялись в складки. Там они скапливались, и, переполняя собой, углубление проливались на землю.

– Вань, – тихо позвал Юра.

– Что? – устало, ответил мастер, не отвлекаясь от бессмысленного наблюдения за поведением капель.

– Мне кажется, или ты действительно как–то не особо спешишь спасать Марью?

Мастер оторвался от созерцания капель, и устало посмотрел на ученика.

– Вдруг уже некого спасать? – с трудом выдавил он из себя. – Чем ближе я к цели, тем больше об этом думаю. И тем трудней двигаться вперед, потому что страшно. Понимаешь? Страшно достичь цели и узнать, что она мертва. Что ее съели, разорвали и растащили по кусочкам эти психи. – Он отвернулся и рассеяно смотрел на землю, где лежала чья–то обглоданная челюсть. – Вдруг одна из этих костей, это ее кость? А ведь я ее действительно полюбил. Пусть был я с ней не долго, и толком узнать не успел, но с ней я впервые крепко задумался, чтобы бросить охоту, осесть и завести детей.

Я не помню лиц, ни одной из женщин с которыми был. Даже если встречу снова, то скорей всего не узнаю. А лицо Марьи, – он горько вздохнул, – я помню в деталях. Ее вздернутые, словно в легкой улыбке уголки губ, тонкий, едва различимый шрам над бровью, оспинку на левой щеке. Страшно осознавать, что это осталось лишь в моей памяти.

– Вань, не думай о плохом, – попытался поддержать наставника Юра, но вышло как–то фальшиво. – Не все еще потеряно.

– Я опоздал.

– Хорошо, – решил не кривить душой парень. – Какого хрена мы тогда рвались вперед? Зачем здесь сидим? – он понизил голос до совсем тихого шепота. – Давай смываться? Здесь в этом доме, с той стороны лесенка есть со второго этажа. А там дворами на другую улицу…

– Уходи один. Развяжи мне руки, и я как–нибудь тебя прикрою, постараюсь их задержать. Стерх не станет меня убивать.

– А ты? – настаивал ученик. – Ваня, не сходи с ума, уходим вместе. Если ты решил тут во имя любви сложить свою буйну головушку, то с нашей работой сдохнуть ты всегда успеешь. Что ты задумал? – прищурил он глаза.

– Я хочу отомстить. Только ради мести я и двигаюсь вперед.

– Кому?

– Тому, кто виновен в смерти Марьи и сотен других невинных жизней. Тому, кто оставил Катю сиротой. Той твари, что заварила кашу с этими зараженными. Я сдохну, но найду эту тварь и вырву ей сердце, – зло шипел Иван. – Или ты до сих пор думаешь, что это просто некая зараза, новая чума, мор? Нет, это дело чьих–то рук. Кто–то всем этим управляет. И Стерх это подтвердил. Я зачем–то нужен этой твари. Возможно, и Марью заманили сюда для того, чтобы я пустился вслед. – Иван посмотрел взглядом, в котором заплескалась ярость, на задумчивого ученика. – В таком случае, я виновен в ее смерти. А тот, кто это все устроил, должен очень хорошо меня знать. Это кто–то из моей семьи.

– Я уже запутался и ничего не понимаю, – мотнул головой подмастерье. – Может Стерх просто дурачит тебя? Чтобы не убивать. Чтобы его наниматель не узнал посредствам твоей смерти, что он жив. Они явно в бегах.

– Может и так. Но я поеду с ними, а ты уходи.

– Ну, уж нет, – косо ухмыльнулся ученик. – Теперь я точно останусь. Из интереса. – Он посмотрел в хмурое небо, которое сеяло на город мельчайшие капли, что тут же забились в глаза. – Жаль я растратил все силы, размазали бы сейчас этих паршивцев, и как в старые добрые времена, в два ствола приняли ту мразь, что тут верховодит.

Юра закрыл глаза и попытался найти, куда исчез его аспид. Теперь, когда духи не так сильно мешали, сделать это оказалось проще простого. Яр умостился на подоконнике того дома, у которого они сидели, только с обратной стороны. И смотрел он на сидящего, в захламленном дворике, и чего–то ожидающего Грома.

***

– Колесо починили, – отрапортовал Стерху длинный и несуразный парень, на котором камзол болтался вздутым мешком. – Припасы загрузили. Сказать, чтобы грузились бойцы?

– Пойдем пешком.

– Паш, ноги уже не носят, – пожаловался на это Сергей.

– Я сказал пешком, – рыкнул Стерх, поправляя бинты. – Мы впереди, мотовоз за нами.

– Я устал, – состроил жалобное лицо помощник.

– Хорошо. Ты поедешь с Иваном и его пацаном. Только гляди в оба. От них можно ожидать, чего угодно. И Серега, Иван мне нужен живым. Ты понял?

– Понял–понял, – отвечал устало помощник, потом вдруг изменился в лице. – Лесавка! – удивленно воскликнул он.

– Где? – напрягся Стерх.

– В доме, справа от мотовоза. О, еще одна! Там–же.

– Лесавки, – взревел Стерх, так чтобы слышали все бойцы. – Выставить щиты! Аня, готовь клеймо.

Услышав возглас главаря, Юра и Иван вытянули шеи, и с интересом стали наблюдать за тем как зашевелились бойцы. Но вопреки ожиданиям, никаких щитов в действительности не было. Бойцы снимали с пояса то, что Юра принял за дубинки, и, сгрудившись в кучу, стали их раздвигать. Щитами оказались телескопические, медные жезлы, покрытые непонятными символами и знаками, которые они выставляли перед собой.

– Вань, – собрался вскакивать на ноги Юра. – Это наши!

– Сиди, – скомандовал Иван. – Смотрим дальше.

Два вихря вырвались из дверного проема, напротив. Они покачнулись влево, вправо у мотовоза.

Грохотом разразились винтовки и автоматы. Пара пуль оставила рваные дыры в борту мотовоза, одна рикошетом ушла в стену дома, у которого сидели охотники. За ворот куртки Ивана посыпалась штукатурка.

Но ни одна из пуль не задела лесавок и, вихри, сорвавшись с места, вместо того, чтобы ринуться в атаку, унеслись, прочь скрывшись из виду.

– Где они? – нервно спросил Стерх помощника.

– На соседней улице, – закрыв глаза, ответил тот. – Не пойму, там появились люди.

– Что ты несешь?

– Правда. Несколько человек, – отвечал Сергей. – Лесавки переместились. И еще несколько человек. Паша, нас берут в кольцо!

– Не истери! – зло рыкнул Стерх. – Они нас просто пугают. Они сбивают тебя с толку вот и все.

– Но Паш…

– Отслеживай, – отрезал Стерх.

– Паша, – пытался достучаться до главаря помощник. – Нас окружают, слышишь?

– Кто, мать его дери? Что ты несешь?

Что–то черное мелькнуло между домами. И снова, только уже в другом месте. Издали раздался выстрел крупнокалиберной винтовки. Голова бойца, занявшего позицию рядом со Стерхом лопнула, будто переспевший арбуз, забрызгав его бинты ошметками мозга и костной крошки. Обезглавленное тело повалилось и стало выплескивать поток крови прямо на сапоги главаря.

– Рассредоточиться, – взревел Стерх и рванул к Ивану.

– Это было первое предупреждение, – прозвучал явно усиленный чем–то голос. – Сдавайтесь!

– У меня заложники, – кричал в ответ Стерх, подняв Ивана и укрывшись за его спиной. – Это мастер и подмастерье!

Выстрелы с обратного направления уложили еще двух бойцов, не ожидавших нападения с тыла.

Сергей следуя примеру Стерха прикрылся спиной Юры и втащил того в дом.

– Кто это? – истерически завопил Сергей пятящемуся под прикрытием Ивана Стерху. – Что за черт! Как? Откуда! Это Влад нас так встречает?

– Нет, – хмуро отвечал Стерх. – Это кое–кто похуже. Дай Бог, чтобы я ошибся.

– О Боге вспомнил? – бросил через плечо Иван. – Только поздно Паша.

– Заткнись, – зло рыкнул Стерх.

– Так что за хрень? – перекрикивал Сергей разразившуюся на улице перестрелку.

– Черные мундиры.

В распахнутую дверь влетела пуля, и едва не задев Ивана, с треском разнесла в щепу рамку перекошенной картины. То, что от нее осталось с солидным куском штукатурки обрушилось на плечо Стерха. Он оттолкнул мастера к лестнице на второй этаж, где тот завалился на кучу тряпья и разбросанный домашний скарб, а сам укрылся за стеной.

– Нам конец, – тихо сказал испуганный Сергей. – Теперь точно.

– Самое время помолиться, – пытаясь подняться с пола, съязвил мастер, но получив ударом ноги по ребрам снова упал.

– Ты достал, – брызнул слюной в скрытое полумраком лицо Ивана главарь. – Ты всегда меня доставал. Гребанный слабосилок. Вечно правильный до тошноты, любимчик менторов, пример для подражания. И кем ты стал? Бродяга, отстреливающий всякую мелочь за медяк, чтобы не сдохнуть с голода.

– Ты еще вспомни, свою сломанную перед инициацией челюсть, – скривившись от приступа боли, прохрипел Иван. – Я кем был тем и остался. А кем стал ты, Паша?

– Я помню все, – прошипел Павел. – Все! И потому лучше тебе заткнуться тварь. Ты не представляешь, с каким удовольствием я тебя пристрелю. Закрой пасть и не вставай.

– Нашли время! – нервничал Сергей. – Паша, что делать будем? «Мундиры» нас не пощадят.

– Тогда пусти себе пулю в тупую башку и отвали от меня, – зло бросил Стерх помощнику. – Не мешай думать.

Сергей, сбитый с толку грубым ответом не заметил, как скользнув по штанам, на сапог упал застегнутый ремешок, а нож, из висящих на поясе ножен, незаметно перекочевал в руку подмастерья.

Юра неожиданно резко развернулся, и, поднырнув под только что удерживавшую его руку, с силой толкнул Сергея на Стерха.

Но опытного охотника, трудно было застать врасплох, заметив краем глаза резкое движение, он оттолкнул помощника в сторону и сразу же выстрелил навскидку. Вышло не совсем удачно.

Пуля рванула плечо Юры, развернув и заставив сделать несколько шагов назад.

Вторая пуля, направленная в грудь подмастерья готовилась к рывку. Стерх жал на курок, и боек зловеще навис над капсюлем, когда получил удар по голени. Ствол вильнул, и пуля ушла в молоко. Третья пуля тоже пропала даром, застряв в полу под тряпьем, на котором миг назад лежал лягнувший его мастер, но Иван вовремя откатился в сторону.

Небольшой огненный шар, озарив полумрак, стремительно направлялся в оборачивающегося главаря. Стремительно, но недостаточно, поскольку Стерх успел дернуть на себя Сергея.

Полыхнула вспышка. Закричал обожженный Сергей. Маленький шарик прожег на нем камзол и, проникнув сквозь ткань, впился в тело, а после выжег часть груди вместе с внутренними органами.

Прикрываясь сипящим телом помощника, Стерх выпустил еще три пули в рванувшего за лестницу парня. Но им не суждено было настигнуть горячую плоть. Вместо этого они застряли в лестнице и стене. Следующая должна была достаться поднимающемуся с пола Ивану, но боек щелкнул в сухую.

Стерх отбросил пистолет на опустившееся на пол, мертвое тело Сергея и выхватил боевой заговоренный нож. Держал он его в левой руке, правой, вынимая один из висящих на груди, метательных ножей. В полумраке блестели горящие злобой глаза, обращенные к спокойно стоящему мастеру. В руке подрагивал боевой нож.

– Юра, не высовывайся, – обратился к ученику Иван, не разрывая зрительного контакта. – Ну, что, просто прирежешь безоружного и связанного?

– Есть другие идеи?

– Давай как в юности, – ухмыльнулся Иван. – По–честному. Один на один. Развяжи меня и…

Длинная электрическая дуга впилась в тело Стерха и отбросила его на труп помощника. Он вытянулся, засипел и тут же обмяк. Юра, с кончиков пальцев которого срывались мелкие голубые искорки, устало выдохнул и сел на ступень лестницы.

– Ну, и нафига? – спросил ученика Иван, подошел, и повернулся спиной, чтобы парень снял ремешок.

– Некогда, – простонал от резкой боли, прострелившей плечо Юра. – Некогда смотреть, как вы пиписьками меряетесь. Нужно уматывать. Черные мундиры не будут разбираться, с ними мы или нет.

– Да, они ребята резкие, долго не разбираются, – согласился мастер. – Но они нам не враги. Может…

– Вань, давай хоть раз сделаем, по–моему? Я решительно не понимаю, что за фигня тут происходит. А как учил меня нудным тоном один мастер, не будем показывать пальцем: если чего–то не можешь понять, то лучше держаться от этого подальше.

– Хорошо, – сдался наставник, потер отекшие кисти, поднял револьвер и стал обыскивать Стерха. – Как ты кстати? – спросил он ученика, выбрасывая бесполезный без патронов пистолет, и забирая заговоренный нож.

В поисках укрытия, в дверь неожиданно ввалился один из бойцов Стерха, но тут же был сбит с ног огненным шаром и, дымясь, вывалился обратно.

– Нормально, – с трудом улыбнулся Юра. – Кость цела вроде, но мясо как мне кажется, рвануло, будь здоров. Кровь хлещет, полный рукав налило.

– Давай наверх, поищем, чем тебя перевязать.