Потерянная связь

ПРОЛОГ

– Девушка, у меня есть для вас предложение, – услышала я за спиной мужской голос.

– Руки и сердца? – усмехнулась я, посмотрев на незнакомца, совсем недавно поселившегося в гостинице моей мачехи. Вел он себя довольно тихо, претензий не выдвигал, что вообще радовало.

– Нет, жениться мне еще рано, – пробормотал он так, словно я задела его за живое, правильно, он же типичный оборотень, просто так ни на ком жениться не будет.

– Так что за предложение? – переспросила, внимательно посмотрев на него и подумав, что не такой уж и типичный!

Несмотря на простой покрой одежды, мужчина был очень даже обеспеченным. Его выдавала ткань, уж в ней-то я разбиралась. Да и аура давала возможность распознать в нем достаточно властного оборотня, молчу уже про его тяжелый звериный взгляд, жесты и габариты. Одним словом, типичный представитель сильнейших мира сего.

– Отвлекся, простите. Руки и сердца я вам предложить не могу, а вот уборщицей…

– Что? – переспросила я, немного удивившись такому повороту. – То есть, вместо руки и сердца вы мне предлагаете ведро и тряпку? Думаете, это заманчивое предложение?

– Я хочу предложить вам более интересную работу, – зашел с другой стороны мужчина.

– Да куда уж интересней! Как вы должно быть заметили, мне и здесь скучать не приходится, не думаю, что ваше предложение будет более привлекательным, – намекнула я, собираясь уйти, «шило на мыло» менять не было смысла, здесь хотя бы я знала, чего можно ожидать от своих работодателей, а если быть точнее, от мачехи и сводных сестер.

– Может вы меня вначале дослушаете, а потом уже будете делать выводы! —начал терять терпение незнакомец. – Итак, я хочу предложить вам работу в доме моего младшего брата, расположенного немного в глуши, – я не удержалась и выразительно показала взглядом за спину, где стоял мой так называемый дом, поинтересовавшись:

– Таких же размеров?

– Чуть больше, – ох, дальше вообще не было смысла слушать, и он это понял по моему взгляду, быстро добавив:

– Но он живет там один! – вот, это уже был первый плюс! – Ваша задача только следить за порядком и готовить ему еду. За это вы будете получать десять золотых в месяц.

– И в чем подвох? – поинтересовалась я, чувствуя, что так хорошо быть не может.

Десять золотых – очень хорошая сумма. К слову, в доме мачехи я работала за кусок хлеба и крышу над головой, на большее и не рассчитывала, да и не надо было мне.

– От того, что он в последнее время все реже покидает пределы поместья, то стал немножечко грубым и несдержанным, – вздохнул он печально. – Еще ни одна управляющая не задержалась там больше месяца. Поэтому я и предлагаю вам только уборку и готовку. Я видел, как легко вы выходите из конфликтных ситуаций, видел уровень вашего терпения и умение промолчать, и поэтому я готов заплатить вам сто золотых дополнительно, если вы продержитесь у него хотя бы год.

– Ваш брат – маньяк? – решила уточнить, так, на всякий случай.

– НЕТ! – возмутился он, взглянув на меня с упреком. Нет, а что я такого сказала? – Он занимается расследованиями. Вам просто нужно следить за тем, чтобы он вовремя питался и жил в чистоте. Со своей стороны могу гарантировать, что вас никто не выгонит и не выбросит на улицу. Так как раньше прислугу нанимал он, то он и увольнял по собственному желанию. Я же сам заключу с вами договор, поэтому как бы он не кричал, выгнать вас не сможет. Так же мы пропишем все озвученные суммы, а еще у вас будет регламентируемый выходной … раз в две недели. Вы согласны?

– Мне надо подумать, – произнесла неопределенно, мысленно прикидывая, чем мне может грозить эта работа.

– Даю вам три дня. Если решитесь, приходите на рассвете к въездным воротам. Я так же пришлю вам магической почтой контракт на ознакомление, чтобы вы не думали, что будете ущемлены в правах, или же еще в чем-то.

ГЛАВА 1. ПОВОРОТ СУДЬБЫ

Стоя возле лестницы, рукавом вытерла мокрое лицо, стараясь не думать о стекающей по мне грязной воде. Посмотрела вверх на смеющихся сводных сестер, на опрокинутое деревянное ведро, валяющееся у них в ногах. Вот гадины. Вечно им неймется.

– Что же ты такая неосторожная, Аннушка? – похрюкивая от смеха, поинтересовалась Рита, глядя на меня. – Опять испачкалась. Платьев на тебя не напасешься.

– Ага, – поддакивала ей Сара, поправляя кудрявый черный локон, выбившийся из прически. – Так ты себе мужа никогда не найдешь. Кому такая растяпа нужна, – пнув ведро, прошипела она, с хохотом наблюдая, как оно, ударяясь о ступеньки, с треском скатилось вниз.

– На себя посмотрите, – ответила им, подбирая свое ведерко.

Хоть отец и взял перед смертью с меня магическую клятву, никогда не обижать своих сводных сестер, ответить я им все равно могла, пусть и не в грубой форме, но все же.

– Девочки! Что у вас происходит? – показалась в проходе мачеха, ахнув от вида стекающей со второго этажа воды.

– Маменька! – истерично воскликнула Рита. – Она чуть не убила Сару, оставив свое ведро прямо посреди прохода!

– Да! – вторила ей сестра. – Я могла споткнуться, упасть и разбиться!

Молчу, еле сдерживаясь, зная, что если скажу хоть слово в свое оправдание, то так просто скандал не закончится, хотя так и хочется возразить, ведь им с их природной грацией, ловкостью и реакцией просто нереально столь нелепо разбиться. Мачеха мгновенно изменилась в лице, одним взглядом дав понять, что уж лучше мне помолчать, тем более, что у нашего семейного скандала появились зрители в виде постояльцев гостиницы. Встретилась взглядом с одним из них, которой усмешкой дал понять, что его предложение даже в сравнение не идет с моей нынешней работой.

– Что ж ты какая растяпа, – лилейным голоском произнесла мачеха, хмуро посмотрев на меня. – Быстро убери здесь все, еще поскользнётся кто!

Сестры поняли, что в очередной раз выиграли, поэтому, победно оскалившись, отправились в очередной раз наводить марафет. Мне же предстояло снова идти за водой, но перед этим я все-таки ополоснулась и переоделась в чистое.

Я, наверное, не дождусь того момента, когда они выйдут замуж. Может хоть тогда уедут и оставят меня в покое. Хотя, есть еще мачеха – Марианна. И зачем только отец на ней женился? Впрочем, когда он был жив, в нашей усадьбе царил мир и покой, но после смерти все резко изменилось. К тому же Марианна оборотень, как и ее дочки. А вот я недоразумение, рожденная оборотнем, так и не смогла пройти полный оборот, то ли смерть мамы так на меня повлияла, то ли еще что, но полноценным оборотнем я так и не стала. И это вдвойне обидно. Меня старались не замечать, игнорировать, но ко всему можно привыкнуть. Замужество мне не светит, ибо о приданом я и не мечтаю, но и у сестер оно небольшое, так что остается только надеяться, что кто-то из них обретет истинную пару. Только такое случается редко, поэтому все чаще женятся по расчету. Но этих девиц без доплаты вряд ли кто рискнет взять, несмотря на их природную красоту, у них был просто отвратительный характер. И если Рита была невысокой, с карими глазами, русыми волосами и объемной грудью, то Сара обладала высоким ростом, слегка раскосыми глазами и темными волосами. Обе любили в детстве бегать по улочкам в волчьем облике, игриво виляя хвостиком, только никто на них так и не повелся, правда, сейчас для полного оборота они с важным видом уходили в лес, подальше от посторонних глаз, возможно пытаясь тем самым привлечь чье-то внимание.

– Анна, зайди ко мне, после того как все уберешь, – послышался недовольный голос мачехи, заставив меня скривиться.

Я старалась лишний раз не пересекаться с ней без должной необходимости. Обычно свои поручения она оставляла мне в виде записки на кухне, или же передавала через сестер.

– Пришла, – констатировала мачеха, окинув меня взглядом, не сулившим ничего хорошего. – Итак, я решила продать дом!

– ЧТО?! – вырвалось у меня. – Но вы не можете так поступить!

– Разве? – усмешка исказила её прекрасное лицо. – Позволь напомнить, что согласно завещанию все принадлежит мне. Тебе же разрешалось тут жить только из-за клятвы, которую я дала твоему отцу на смертном одре.

– Вы обещали ему не продавать этот дом!

– Нет, дорогая! Я обещала, что сделаю все возможное, чтобы этого не произошло, буду поддерживать этот дом до тех пор, пока мне не понадобятся деньги, или обстоятельства не будут требовать от меня переезда. По поводу тебя я дала клятву, что буду присматривать за тобой, пока ты не станешь совершеннолетней, без крова и хлеба не оставлю. Так вот! Я сдержала свои обещания, ты выросла, а мне сейчас нужны деньги! Поэтому я продаю этот дом! Моим девочкам нужно искать мужей, а сделать это здесь весьма проблематично, – при этих словах уже я не удержалась от усмешки. О вредном и наглом характере сестриц ходили такие слухи, что к ним подойти никто не решался. – Думаю, ты сможешь договориться с новым владельцем и остаться на правах служанки. В любом случае меня это уже особо не волнует. Можешь быть свободна!

И что я могла ответить на это? Да ничего!

Зло взглянув на мачеху, сцепила зубы и вышла. В отличие от нее я не думала о словах клятвы, что произносила по просьбе отца. И как я могла на эмоциях наобещать так много?! Уважать, не перечить, помогать во всем, что попросят, с сестрами не драться, не ругаться, не дразнить. И ведь искренне обещала, от всего сердца, выполнять все это, пока живу с ними. Ну почему отец взял слово с меня? Неужели настолько любил мачеху и сестер? А может, думал, что так заботится обо мне? Хорошо, не пообещала всю жизнь быть рядом с ними!

Кстати, Марианна была не совсем права, в доме были вещи, которые принадлежали только мне, и это наследство, доставшееся мне от мамы. На чердаке, в небольшом тайнике, среди забытого всеми хлама и пыли, в маленькой магической сумке было спрятано множество маминых тетрадей с записями и флакончиков с различными жидкостями. Особенность сумки была в том, что, несмотря на ее страшненький вид, сколько в неё не клади, все помещалось, не изменяя ее вес. Из своих воспоминаний я помнила, что мама жила алхимией, и это были очень важные для нее вещи, и хотя она погибла после очередного эксперимента, эти предметы, для многих казавшиеся мусором, для меня были бесценным сокровищем, хранящем тепло и память о ней. О них я всегда молчала, стараясь как можно реже ходить на чердак, опасаясь, что если о моем тайнике узнают сестры, то могут специально испортить или выбросить столь важные для меня вещички.

Сообщение о продаже гостиницы меня огорошило. Нет, я не собиралась оставаться тут вечно, но и уезжать так резко и неожиданно не планировала. А теперь, похоже, придется искать еще и другую работу. И тут в голове возник тот самый разговор с нашим таинственным постояльцем. Может, стоит согласиться на его предложение? Оно звучало весьма заманчиво и в какой-то степени даже интересно. К тому же, как он и обещал, контракт получен мной магической почтой, точнее, он просто появился в моей каморке на столе, когда рядом никого не было, только ознакомиться с ним я еще не успела, занятая делами. Но, похоже, настало время изучить его более детально.

Оказавшись у себя в комнате, взяла конверт, запечатанный магической печатью. Ее наличие порадовало меня, ведь никто, кроме меня, не смог бы открыть письмо. Магическая печать не просто давала такое преимущество, она еще сообщала своему создателю о том, когда я это сделала, а в случае попадания письма не в те руки самоуничтожалось, заново появляясь рядом с адресатом.

Похоже, мой будущий работодатель не только оборотень, но еще и хороший маг.

Внутри конверта обнаружилась внушительная стопка листов, расписывающая мои обязанности и привилегии. Хотя последних было не так уж и много. Зато, теперь я знала, что имя нанимателя – Владислав Тихомирович Славгородский. Согласно контракту, я должна была не только вести хозяйство, но и привести поместье в порядок, а это значит – сделать капитальный ремонт, щадя нервные клетки истинного хозяина дома.

Бедный его брат, мне его уже жалко! Ибо ремонт и нервы вещи не совместимые. Да и кому бы понравилось, если бы малознакомая личность начала наводить свои порядки на его территории. Одно радовало – денежные средства на ремонт, питание и остальные нужды будут выделяться самим нанимателем в необходимом для этого объеме.

Продолжила читать, удивляясь, что мне так же предстояло следить за тем, чтобы брат работодателя питался минимум два раза в день, а именно завтракал и ужинал. Последнее немного настораживало, надеюсь, его с ложечки, привязанного к стулу, кормить не придется, но думаю, проблем возникнуть не должно. Но самое главное, в контракте было прописано, что наниматель гарантирует мою безопасность и неприкосновенность на время действия договора, в ином случае контракт считается расторгнутым, и работодатель обязуется выполнить любое требование пострадавшей стороны! Ко всему прочему контракт оказался тоже магическим – стоит мне поставить подпись, как на втором экземпляре, находящемся у нанимателя, также она появится, подтверждая мое согласие.

Я долго взвешивала все за и против, а затем просто подписала. Терять мне было особо нечего. Неизвестно, кому Марианна продаст гостиницу и что станет в таком случае со мной. А тут хоть какие-то гарантии защиты на ближайший год. Да и компенсация с зарплатой позволят мне в будущем купить себе небольшой домик на окраине и жить спокойно, некоторое время не думая о деньгах. Приняв такое решение, я впервые за долгое время уснула спокойно.

Проснувшись с первыми петухами, улыбнулась новому дню, отгоняя от себя все печали и невзгоды. В хорошем расположении духа направилась на кухню, чтобы уже через час по всему дому распространился чарующий запах свежей сдобы и горячего хлеба. Закончив приготовления к завтраку, взяла плетеную корзинку, деньги и отправилась на рынок за свежим молоком, сметаной и творогом.

Сегодня на центральной площади царил какой-то небывалый ажиотаж, народ рьяно что-то обсуждал, столпившись возле помоста. Не удержалась, подошла поближе, узнать, в чем собственно дело. Как оказалось, в честь предстоящего праздника, последнего дня лета, к нам вчера прибыла из соседнего государства ярмарка. Завтра вечером на площади будут раскинуты разноцветные шатры с множеством различных изделий и заморских угощений. С ярмаркой прибыли артисты, акробаты, а значит, в скором времени прибудут еще и гости с соседних селений. Праздник сопровождался не просто обширными гуляниями, это еще и день, когда все незамужние девушки и мужчины надевали маски, стирались социальные границы, статусы, предрассудки. Для одних это шанс найти свою истинную любовь, для других улучшить свое финансовое положение. Все местные матроны светились вне себя от радости, ведь такой шанс нельзя было упускать.

Вздохнула, понимая, что мне даже издалека не удастся увидеть праздник, не то что на нем побывать, и пошла завершать покупки. Дом меня встретил непривычной суматохой, сестры визжали, как ненормальные, бегая взад-вперед по дому.

– Анна! – воскликнула Сара. – Мне срочно нужно новое платье!

– И мне! – вторила ей сестра.

– Девочки, не ссорьтесь! Анна к завтрашнему вечеру всем успеет сшить по-новому наряду! Да, Анна?

– Но, Марианна, – прошептала, попытавшись возмутиться.

– Даже слышать ничего не хочу! – оборвала она меня на полуслове. – Держи ключи от сундуков и можешь уже идти приступать. И не забудь про свои ежедневные обязанности!

Я сжала зубы и, развернувшись, направилась к себе. Не перечить, я пообещала отцу не перечить! Помогать, во всем поддерживать, но как же обидно и неприятно слышать эти слова. Раньше жила со смирением в сердце, гася в себе все обиды. Думая, что мачеха не такая уж и плохая, не прогнала же меня на улицу, да и гостиницу не продала, держа клятву, но как же наивна я была, Марианна всегда преследовала только свою выгоду, даже отцу дала обещание как ей удобно, благо, о моей клятве ей неизвестно. Мачеха даже не подозревает, почему я всегда молчу, когда она унижает меня перед другими, каждый раз напоминая о моей неполноценности. А ведь именно она пришла в мой дом, а не я в её. Жаль, что отец умер. Все могло бы быть по-другому.

Спустившись в подвал, подошла к стене, около которой стояли закрытые сундуки с тканями. В полной мере осознав наконец, что они не изменятся, не хотелось ничего делать для них. Какая же я была дура, пока надеялась об обратном, радовалась еще, когда мне в помощь наняли двух служанок, а ведь они почти ничего не делали, лишь выполняли легкие поручения, в то время как я трудилась от зари до зари.

Как я докатилась до такой жизни? Как стала послушной серой мышкой, позволяющей вытирать о себя грязные ноги? Я ведь не такая, я тоже люблю танцевать и смеяться, жить наконец, дыша полной грудью.

Ладно, нет смысла заниматься самобичеванием, надо выполнять приказ. Первым делом выбрала два отреза ткани для сестер: бирюзовый и бежевый. Мои сводные сестры обожали наряды, подчеркивающие их фигуры, и чтобы ткани были полупрозрачными. Я такого не понимала, но не мне осуждать. Для мачехи же я отложила черный лоскут ткани, не смотря на возраст, у нее идеальная фигура, которую она с радостью демонстрировала.

Набросав эскизы и подобрав фурнитуру, приступила к раскрою, тем более мерки у меня были, но к сожалению, шить я села только после того, как все постояльцы легли спать, и как бы я не пыталась освободиться пораньше, занятая делами гостиницы, просто не смогла этого сделать.

До самого утра мне было просто не разогнуться, я кроила, резала, шила, вкладывая всю свою душу. Я ведь понимала, что платья должны быть безупречными, сестры в них должны блистать, привлекать внимание, вызывать желание у оборотней, подчеркивать достоинства и скрывать недостатки. Конечно, можно было плюнуть на все, ведь по сути я уже практически ушла из дома. Но клятва не давала. Ничего, еще день, и все. Нужно просто потерпеть.

Где-то за час до завтрака пришли Сара и Рита для примерки почти готовых нарядов. Для Сары я сделала платье с глубоким вырезом на спине, длиной до пола и с разрезом на правой стороне до самого бедра. Бирюзовый атлас хорошо оттенял её кожу и волосы. Я добавила золотую цепь в виде пояса и сделала перехлёстный захват на шее, чтобы платье держалось. Второе платье было более смелым. Оно состояло практически из прозрачного материала, прикрывая стратегически важные места и оставляя совсем немного простора для воображения.

Естественно, сестры визжали от восторга, ровно до того момента, как вспомнили, что я по-прежнему нахожусь с ними в одной комнате.

– Не ах, но пойдет! – заключили они хором, чем вызвали у меня усмешку.

Направилась к сундуку, собираясь сложить туда остатки ткани, но девочки меня опередили, выхватив из моих рук лоскуточки, демонстративно бросили их внутрь и закрыли все сундуки на замок, видно побоявшись, что я и себе захочу сшить что-нибудь. Не могу сказать, что меня это сильно расстроило, это было предсказуемо. Хотя, погулять на празднике я бы не отказалась. К тому же там все должны быть в масках, чтобы никто никого не узнал. Небольшая таинственность вечера будоражила воображение, добавляя интриги в это грандиозное событие.

Ближе к обеду в нашем доме воцарился настоящий хаос. Сестры бегали как ужаленные, паникуя по пустякам, крича друг на друга, ну и на меня за компанию. Забавно, у них еще вагон времени, а они все боятся не успеть. Так день и пролетел в ненужной суматохе и приготовлениях.

Настало время отнести сшитое платье для мачехи к ней в комнату, где я случайно наткнулась на нее саму.

– Анна, нам надо поговорить, – раздался рядом голос мачехи, не позволив мне по—тихому положить платье на ее кровать и улизнуть. Я постаралась натянуть улыбку на лицо и повернулась к ней.

– О чем? – спросила ее, уж больно не нравятся мне в последнее время ее разговоры.

– Ты ведь понимаешь, что тебе не следует идти на праздник? – она застыла в дверном проеме, глядя на меня с превосходством. – Твои сестры полноценные оборотни, у них есть шанс найти себе пару или хотя бы удачно выйти замуж, а ты у нас неполноценная. Сомневаюсь, что хоть кто-то на тебя посмотрит, от тебя даже волком не пахнет. К тому же, мои девочки будут стесняться находиться рядом с тобой. Поэтому лучше останься дома и наслаждайся тишиной. Можешь сделать уборку на чердаке, там давно никто не наводил порядок.

– Хорошо, – согласилась, смиренно опустив голову, даже радуясь, что она выбрала именно чердак. Конечно, мне хотелось повеселиться, но мачеха в чем-то была права. Я не могла обернуться, поэтому среди оборотней считалась прокаженной, а их было большинство в нашем поселении, но там все будут в масках, когда стираются все грани и условности. Я не чувствовала свою волчицу, мне были не знакомы инстинкты, но я могла встретить талантливого мага или просто обычного человека, который хотя бы мог стать мне другом, но нет, она решила все иначе. Ну и ладно, мне действительно нужно попасть на чердак, а тут так удачно все само сложилось!

Ближе к десяти сестры и мачеха собрались, надели маски и направились в город на центральную площадь, впрочем, как и все постояльцы.

Дом резко опустел, погрузившись в тишину.

Подошла к окну и, посмотрев на звездное небо, вспомнила высокомерное лицо Марианны. Она надеялась, что одна из её дочерей сегодня подцепит очень выгодную партию, и они заживут припеваючи. Но не всем мечтам суждено сбыться! Жизнь вообще штука непредсказуемая, неизвестно, когда повернется к тебе попой.

Кстати, сама мачеха сегодня выглядела не хуже своих дочек. Её платье черного цвета, украшенное кристаллами, бисером и кружевом, превзошло все мои ожидания. Оно сидело на мачехе как влитое, идеально обтягивая изгибы, подчеркивая достоинства, а главное – привлекая внимание. Была учтена и еще одна немаловажная деталь – оголенная шея, дающая понять – она свободная женщина, ведь метка, поставленная не истиной паре, требовала постоянного обновления. А мачеха не была истинной парой моего отца.

Посмотрела на часы, висящие на стене в просторном холле гостиницы, и, подумав, что не стоит понапрасну тратить время, взяла толстую белую свечу и поспешила на чердак.

Решение о своей будущей жизни я уже приняла, обратного пути не было. То, что я сотворила с платьем мачехи и подсыпала сестричкам в еду, вряд ли они простят, хотя последние достаточно долгое время сами умоляли, чтобы я им помогла похудеть, и пофигу, что это было год назад. Я обещала папе помогать им и не перечить, вот и помогла, заодно возможно спасла невинную жертву от их загребущих лапок. Тем более, даже если бы была возможность все исправить, я бы ничего менять не стала. Пусть будет им уроком на всю оставшуюся жизнь.

Открыла скрипучую дверь чердака и вошла, зажженной свечой разгоняя полумрак, и невольно морщась от увиденного. Повсюду – на полу, рядом со старой мебелью стояли старые сундуки, коробки, покрытые толстым слоем пыли и паутины. Давно же я сюда не заходила.

С тяжелым вздохом, первым делом я направилась к тайнику, скрытому в стене, и аккуратно достала мамину сумку. Открыв ее, проверила содержимое, а именно – пузырьки с различными зельями. С ними надо быть очень аккуратной, ведь кроме духов, отбивающих запах, тут еще много интересных бутылочек.

Помню, когда мачеха впервые вошла в этот дом хозяйкой, то перевернула все вверх дном, в каждую щель заглянула, избавляясь от каждой маминой вещи. Папа не возражал, потому что не мог смотреть на них без боли, внушая мне, что надо жить дальше, и мне нужна мама. Увы, для меня Марианна так и не смогла ею стать. Эта сумка и сохранилась, наверное, только потому, что всегда лежала в этом тайном месте, о котором узнать Марианна не смогла, даже папа не ведал о нем. Это был наш с мамой маленький секретик, который и мне-то не удалось полностью исследовать, боясь быть пойманной.

Аккуратно обложив склянки тетрадями, чтобы уж наверняка не разбились, заглянула в тайник поглубже. Опасаясь оставить здесь хоть что-нибудь случайно, для верности еще и руками провела по шершавым деревянным стенкам, совершенно не ожидая обнаружить с тыльной стороны скрытую от глаз полочку.

Провела еще раз рукой и, нащупав средних размеров коробку, аккуратно вытащила ее оттуда.

Коробка обветшала, пожелтев от времени, лента, удерживающая крышку, местами рассыпаясь, выцвела, приобретя неопределенный цвет. Но! Это было все не важно! По сравнению с тем чувством восторга, что испытала я, найдя ее. Аккуратно потянула за ленточку, открывая ее и с трепетом рассматривая содержимое.

Первое, что я увидела, моя первая детская игрушка – небольшая деревянная погремушка в форме волка. Эта вещь хранила мои детские воспоминания о счастливой жизни, и я с трудом сдержала слезы. Погремушка лежала поверх упаковочной бумаги, поэтому, спрятав игрушку в свою зачарованную сумочку, аккуратно приподняла ее и ахнула.