Как Боги. Книга первая. Ключ

© Андрей Королев, 2018

ISBN 978-5-4493-0698-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I

4 июня 2781 года. Пояс астероидов вблизи голубого карлика R11.

Билл остановил двигатель и включил захват астероида. Компьютер синхронизировал момент вращения астероида с маневровыми двигателями корабля, и тот начал вращаться вместе с ним вокруг его оси. Билл просканировал ближайшие окрестности и убедился, что рядом нет никого постороннего. Ближайшая база горняков была в семи а. е.1, и радар корабля до нее не добивал, не говоря уже о примитивном радаре горняков. Откинув небольшую шторку на панели, он щелкнул переключателем, активировав функцию «тень». Fiery исчез со всех видов известных приборов обнаружения.

Отстегнув ремни, он полетел в шлюзовой отсек. Там он легко закинул тренированное тело в скафандр и нажал кнопку герметизации. Скафандр издал мягкий звук и с шипением закрыл задний отсек с баллоном кислорода. Внутренность шлема слегка окрасилась в голубой цвет, и на индикаторе слева загорелась цифра 100. Справа пробежали зеленые и синие столбики цифр, диагностика выдала добро на выход. Билл дернул рукоятку на стене, компьютер уравнял давление в шлюзе и открыл внешний люк.

Билл задержался на выходе из шлюза и посмотрел по сторонам. Как будто он смог бы заметить слежку за собой с помощью глаз или датчиков скафандра. За бортом было тихо и безлюдно, и только вращение астероида сменяло кромешную ночь на ослепительный день под лучами бело-голубого карлика R11.

До астероида было метров триста – четыреста, и Билл преодолел это расстояние по инерции, даже не включая ранец. Держа руку на рычаге управления ранца, он включил тягу лишь в нескольких метрах от астероида и плавно затормозил возле шахты на боку вращающегося куска железной руды. Остановившись на входе в шахту, он включил фонарь на шлеме и активировал ботинки. Пройдя около двадцати метров по дну шахты, Билл уперся в гладкую, безусловно искусственного происхождения, перегородку. Достав из кармана на ноге скафандра круглый блестящий диск, Билл начал водить им возле двери. Ничего не происходило. Билл переместил его на стены. Провел вокруг входа. Ничего.

«Черт! Он должен подойти!»

Голубоватое свечение в шлеме успокаивало. 99% дыхательной смеси. 90% батареи. 99% топлива ранца. 100% воды. Он глубоко выдохнул и постарался успокоиться.

– Так, нужно начать заново, не пропуская ни одного сантиметра поверхности.

Собственный голос придал ему уверенности. Билл вдруг понял, что считает полом ту поверхность, на которой он стоит. Хотя, возможно, это не так. Отключив башмаки, он оттолкнулся и, развернувшись, приземлился на «потолке», который после включения захватов башмаков скафандра сразу стал «полом». Проводя диском по полу возле правого башмака, Билл почувствовал, как диск завибрировал. Еще боясь поверить в удачу, он отступил на полшага и провел диском там, где раньше стояла его нога. Диск завибрировал сильней, центральная часть повернулась вокруг своей оси, и из нижней части выдвинулся стержень. Билл дотронулся стержнем до пола, и дверь беззвучно открылась вбок. Стержень втянулся обратно в диск, и ключ перестал подавать признаки жизни.

Убрав ключ в карман на рукаве скафандра, Билл осторожно вошел в открывшееся помещение. Оно было огромным. В ширину отсек (а именно так определил себе его назначение Билл) занимал, наверное, всю толщину астероида, а это минимум полкилометра, и примерно столько же в длину. Весь отсек был заставлен то ли шкафами, то ли коробками. Шкафы были разной высоты и ширины, некоторые возвышались над «полом» на двадцать – тридцать метров, другие напоминали плоские ящики для оружия. Так как коробки были и на «потолке», трудно было определить, что на самом деле где. Вся эта загадочная конструкция соединялась трубами и коробами.

Билл замер в восхищении. Это был джекпот. О том, что это корабль, он догадался в прошлый раз, когда нашел эту пещеру, но сейчас, когда его удалось открыть с помощью кенианского ключа… Билл даже не мог представить, сколько может стоить рабочий корабль кенианцев. Он был бесценен. Потому что до этого человечество лишь однажды во всей своей истории столкнулось с инопланетянами.

624 года до этого. 2157 год. Орбита Юпитера. Станция по добыче водорода.

Стэн сидел за пультом управления станцией и лениво жевал зубочистку. «Осталось двенадцать дней – и домой, наконец-то». – Стэн представил, как он выходит из шаттла на космодроме в Неваде, его встречает Донна…

На пульте зажглась красная лампа и раздался голос ЭЛа2:

– Внимание, опасность! К станции приближается неопознанный объект, возможно астероид. Размеры объекта – около трех метров, масса – около полутонны, скорость сближения – двести пятьдесят километров в секунду. Столкновение через 6, 5, 4, 3, 2…

Все это сообщение Стэн прослушал с открытым ртом и выпученными глазами. Он смотрел на мониторы, занимающие полстены в диспетчерской и транслировавшие изображения с камер, находившихся на корпусе базы. Камеры передавали приближение чего-то крутящегося и блестящего на солнце. В следующую секунду раздался сильнейший удар, и неопознанный объект, пробив внешнюю оболочку и застряв во внутренней, почти доехал до Стэна, пристегнутого в кресле диспетчера. И, если бы Стэн был еще жив, он бы хорошо рассмотрел надписи на неизвестном языке, нанесенные светящейся краской на боку спасательной капсулы.

2781 год. Пояс астероидов вблизи голубого карлика R11.

Насколько Билл помнил историю, в станцию добычи водорода врезалась спасательная капсула кенианцев. Кенианцами их, конечно, назвали позже, когда расшифровали некоторые данные из капсулы. По всей видимости, капсула летела домой, на родную планету кенианцев. Ученые определили координаты планеты, но там была массивная черная дыра. Что произошло с планетой и со всей цивилизацией кенианцев, узнать не удалось, в капсуле об этом сведений не было. Скорее всего, кенианец, который пытался спастись в этой капсуле, еще не знал, что его мира уже не существует. Сам кенианец умер давно, но, благодаря поддерживающей автоматике капсулы, отлично сохранился. Он напоминал осьминога. Большого двухметрового осьминога с четырнадцатью щупальцами. Причем только четыре из них можно считать «руками», так как они заканчивались тонкими «пальцами», остальные щупальца заканчивались «обычно», если это слово можно применить к инопланетянину. В общем, по строению тела ученые сделали вывод, что Кениана была преимущественно водной планетой, но кенианцы дышали атмосферой, правда с почти тридцатипроцентным присутствием кислорода. Также они могли дышать под водой с помощью развитых жабр, которые в атмосфере закрывались складками наподобие жалюзи. Бортовой компьютер вел капсулу домой уже сто восемьдесят лет. Начальную точку маршрута определить не удалось. Экономя топливо, капсула разгонялась, используя массивные тела в Галактике. Входя в зону гравитации тела под определенным углом, капсула за счет инерционного момента пролетала мимо планеты или звезды и выстреливала, как раскрученный камень из пращи. Это был известный и людям гравитационный маневр. И вот во время одного из таких маневров с помощью Юпитера капсула влетела в станцию по добыче водорода. Теоретическую вероятность столкновения, по всей видимости, единственной оставшейся кенианской капсулы с единственной во всей Вселенной станцией людей на орбите Юпитера точно просчитать невозможно, но она крайне, крайне мала. Человечеству просто повезло.

В капсуле помимо мертвого инопланетянина находился диск. Серебристый диск диаметром двенадцать сантиметров и сорок пять миллиметров с утолщением в середине и весом тридцать шесть грамм. Что это, исследователи долго не могли понять, пока однажды кто-то случайно не поднес его к выступу на внутренней стороне люка капсулы. Диск завибрировал, и из его середины выдвинулся стержень. При касании стержнем выступа на крышке капсулу можно было открыть изнутри. Так как, по логике, для открытия капсулы можно было просто сделать на крышке кнопку, пришли к выводу, что это универсальный ключ к технике кенианцев. Такая метка: свой – чужой. К сожалению, при отсутствии другой кенианской техники эту гипотезу проверить было невозможно.

В капсуле был обычный ионный двигатель. Но еще был контейнер с непонятной субстанцией голубого цвета, которую впоследствии назвали эфиром. Ученные разбирались с эфиром больше ста лет, но оно того стоило. В ходе многочисленных экспериментов было установлено, что эфир, при бомбардировке его субатомными частицами с огромной скоростью (все подробности эксперимента засекречены), переходил в особое состояние, в котором разрывал материю Вселенной и образовывал червоточину3. Так люди научились перемещаться по Вселенной практически мгновенно. Плохая новость – чем дальше точка выхода корабля, тем больше требовалось эфира. Примерно один микрограмм4 на десять световых лет. Новость еще хуже – ученым не удалось синтезировать эфир, и человечество обладало примерно сорока восьмью килограммами эфира, найденными в капсуле. На рынке один микрограмм стоил двадцать пять миллионов элкоинов. За эти деньги можно было купить шикарную яхту, которая, правда, далеко без эфира бы не улетела. Так что покупатели были, и их было достаточно.

И вот человечеству повезло второй раз. И на этот раз сказочно повезло. Хотя вероятность такого события просчитать не легче, чем столкновение капсулы со станцией. Во-первых, Билл совершенно случайно наткнулся на этот астероид. В поясе астероидов в этой системе, огромных летающих булыжников насчитывалось около двухсот шестидесяти миллионов, и это были астероиды с массой больше ста тонн. И приблизительно полтора триллиона объектов от одного килограмма до ста тонн.

Билл – старший офицер разведки исследовательской базы «Мангуст» – испытывал новейший патрульный корабль класса Shadow. По счастливой случайности, инженера, обязанного присутствовать на испытании, отправили на карантин. Пак подхватил какую-то заразу, похожую на ветрянку, и поэтому сидел сейчас в изоляторе под наблюдением заинтересованных медиков, ставящих ставки на исход болезни и степень заразности. Пак не разделял веселья медиков и грустно испытывал различные мази на многочисленных высыпаниях.

Билл испытывал автоматическую систему маневрирования, а где ее лучше всего испытывать, как не в поясе астероидов, набитым кучей хаотично летающих кусков железа и льда? Fiery справлялся прекрасно, и Билл уже планировал возвращаться на базу, как вдруг сканеры подали сигнал о присутствии еще одного корабля. На экране появился контур прогулочной яхты класса Eagle – движки заглушены, снаружи два человека. Билл нажал кнопку автозапроса. Яхта тут же ответила голосом:

– Говорит яхта «Элеонора». У нас небольшие неполадки в топливной системе, экипаж проводит ремонт снаружи корабля.

Билл подвел Fiery ближе. Он нажал на систему автоматической швартовки с условием автодистанции в тысячу метров. Боковая камера показывала, как два человека направляются к открытому шлюзу. «Видимо, починили», – подумал Билл. Он подождал несколько минут и включил голосовую связь.

– «Элеонора», на связи старший офицер базы «Мангуст» Билл Райт. Соедини меня со старшим членом экипажа.

В динамиках что-то пикнуло.

– Говорит капитан «Элеоноры» Фернандес. Мы устранили протечку в ректоре, все в норме, собираемся продолжить путь.

– Фернандес, сообщите ваш маршрут.

– Мы летим с Миранды на Кселиус. В пути восьмые сутки, на Кселиусе планируем быть через два дня.

Билл нажал кнопку сканирования: скан выдал присутствие эфира – четыре микрограмма! Билл присвистнул – хозяин яхты очень состоятельный человек. Но почему они летят на обычном двигателе, если могут переместиться с планеты на планету за несколько секунд? Впрочем, яхта частная, никаких запросов насчет нее не было, экипаж имеет право летать на чем угодно и куда угодно. Мало ли, может, он девочкам астероиды решил показать.

– Окей, «Элеонора», счастливого пути!

– Вам тоже, офицер.

Яхта на экране развернулась и начала медленно набирать скорость.

Билл посмотрел вслед удаляющейся яхте и потянулся к переключателю автопилота.

– Черт, что за ерунда?

На панели сканера эфира горела цифра «2 мкг».

«Он не может брать так далеко, километр – два, максимум». Сканер был побочным эффектом одного эксперимента, и специально его не придумывали, но после этого решили ставить на патрульные катера. Мало ли, ученые не теряли надежду синтезировать эфир, и тогда сканер бы очень пригодился. Но пока они даже не могли понять, как это все работает.

Билл выключил сканер. Включил – 2 мкг.

Он начал разворачивать корабль в сторону, противоположную удалившейся яхте.

5 мкг – 23 мкг – 185 мкг!

Через некоторое время цифры начали уменьшаться. Билл начал разворот обратно – 203 мкг! Максимум эфира показывало, когда нос корабля смотрел на лениво вращающийся в трехстах метрах астероид. Он был вытянутой формы, шириной метров пятьсот и длиной километра два.

Билл вспотел. «Так, что-то не так, этого не может быть, наверное, сканер барахлит». Сканер, как на заказ, выдал на экране один грамм и умер. Это была максимальная цифра в его шкале.

У Билла зашевелились волосы на голове. В тот момент, когда сканер выдал один грамм, перед кораблем проплыл вход в шахту на боку астероида.

21 мая 2781 года. База «Мангуст». Орбита планеты SH-244.

Билл лежал у себя в каюте и думал: «Как открыть эту чертову дверь? Может, пальнуть лазером? Но кто знает, что там за дверью. Может, двигатель, может, топливо. Может просто все взорваться – и все, нет корабля. Можно попробовать распилить резаком, но как пронести резак на корабль? Да и вместо Пака скоро ко мне кого-нибудь сунут – и все. Прошла уже неделя, а я ничего не придумал!»

То, что это инопланетное сооружение, в этом он был уверен. На двери был кенианский символ, означающий вход и выход. И видимо, за дверью было полно эфира. Черт! Он самый богатый человек во Вселенной! Правда, есть одно но. Он обязан доложить о находке начальнику базы. Ему, возможно, дадут премию, возьмут интервью. Даже, может, устроят экскурсию на Землю. Он ухмыльнулся. «Если я открою эту дверь, я куплю себе дом на Земле, да что там, я всю Землю могу купить, целиком!» Билл пытался сосредоточиться на проблеме двери, но перед его внутренним взором кружили голые красотки, шикарные яхты и дворцы на пляжах с белоснежным песком. Он видел такие в рекламе.

На руке ожил браслет:

– Билл, тебя шеф на мостик вызывает.

Билл встал с койки и вышел в коридор.

Исследовательская база «Мангуст» была запущена год назад. Огромный корабль «Сириус» доставил в прыжке с марсианского завода части базы, которую рабочие смонтировали уже на месте, на орбите планеты, потенциально пригодной для жизни. База предназначалась для развертывания в этом уголке Галактики полноценного форпоста человеческой цивилизации, организации добычи полезных ископаемых, терраформирования5 планеты, охраны от нападений пиратов, также на нее возлагались исследовательские функции. На базе находилось около тридцати тысяч человек. Ученые, медики, инженеры, рабочие, пилоты и корпус охраны, одним из старших офицеров которого был Билл Райт.

Пройдя по верхнему коридору, Билл начал спускаться на лифте к центру базы, сила тяжести заметно уменьшилась, так как гравитация на базе создавалась вращением ее вокруг своей оси.

Выйдя в служебном коридоре и поднеся браслет к двери, он попал в командный пункт базы, или мостик, как его все называли. Возле огромного экрана стоял командир базы, или шеф, высокий седой мужчина лет ста двадцати – ста сорока, крепкий, в самом расцвете сил. Смуглая кожа и своеобразные черты выдавали в нем потомков земных индийцев.

Билл подошел к Шраю.

– Вызывали, шеф?

Шрай о чем-то думал и смотрел на переплетение линий на огромном экране. Наконец он обратил внимание на подчиненного.

– Да, Билл, мне передали из управления, что через три дня к нам пришвартуется исследовательский корабль «Гюнтер». Они летят дальше, но у них какой-то сбой, выпали из варпа6 и летят к нам обычным ходом.

Шрай отвернулся от экрана и неспешно пошел вдоль панелей управления. Билл держался за левым плечом шефа в зоне его периферийного зрения.

– Так вот, Билл, на «Гюнтере» везут кенианский ключ.

Шрай остановился, сделал эффектную паузу и посмотрел на Билла. Билл тем временем потерял дар речи и только смог промычать внезапно пересохшим ртом что-то невразумительное. Шрай, видимо удовлетворенный произведенным эффектом, продолжил:

– Они летят на Корсику, недалеко от нее патруль нашел непонятную хрень, ученые хотят попробовать прислонить к ней ключ.

Билл по-прежнему молчал и пытался собрать разбегающиеся мысли в голове.

– Твоя задача – обеспечить охрану артефакта на время нахождения корабля в ремонте, всяческое содействие экспедиции. И чтобы ни одна… – Шрай поднял палец вверх и со значением посмотрел на помощника. – Ни одна душа не узнала, что везет «Гюнтер». Понятно?

– Так точно, шеф! – Билл наконец-то смог произнести нечто осмысленное.

24 мая 2781 года. База «Мангуст». Орбита планеты SH-244.

Билл стоял на мостике и наблюдал за приближающимся кораблем. Пока это была точка на экране, но она быстро увеличивалась на глазах и скоро превратилась в подобие серебристой сигары, утыканной в самых неожиданных местах разного вида антеннами, датчиками и еще бог знает чем.

Билл почти не спал эти три дня. Он не верил своему везению, ключ, который держали в руках пара сотен человек во Вселенной и который был ему жизненно необходим, летел к нему сам.

– «Гюнтер» пришвартован к шестнадцатому причалу, – сообщил из динамиков ЭЛ базы.

Шрай взглянул на помощника, и Билл направился к двери.

Он спустился на лифте почти в самый центр базы, на панели загорелся предупреждающий знак и ему пришлось включить ботинки. В зоне причалов шарахались пара сотен человек, грузили какой-то торговый корабль и разгружали горняка с железом. Вокруг сновали роботы на колесах, роботы на двух ногах, на четырех, автономные, с водителем внутри, просто люди. В условиях нулевой гравитации в зоне причалов с погрузкой справлялись в несколько раз быстрее, чем потребовалось бы на планете. Билл встал на ленту транспортера и доехал до тупика справа причального зала. Там располагался причал №16, а вернее закрытый шлюз, в котором можно спрятать от любопытных глаз крейсер класса Andromeda. Подойдя к двери шлюза, он прислонил браслет к пульту, и дверь отъехала в сторону. В отсеке его уже ждали три человека. Коренастый темнокожий мужчина средних лет и две женщины немного моложе, по виду типичные ботанки.

– Руководитель экспедиции Старкина. – Одна из ботанок, постарше, протянула руку навстречу. Билл улыбнулся, взял женщину за руку и потряс ее в своей руке. – Это профессор Элиоз. – Старкина указала на темнокожего мужчину. Тот церемониально поклонился и руки не подал. Билл вовремя остановил свою руку. – Моя помощница Дженифер.

Дженифер выглядела как механик из мастерской на спутнике астероида. Какой-то затасканный комбинезон, ботинки, мышиного цвета волосы, стянутые сзади в пучок. Завершали композицию тусклые глаза, смотрящие на переносицу. Вернее, на место, где у людей бывает переносица. Ей руки Билл не стал сам подавать, с удовольствием отметив дернувшуюся руку Дженифер.

– Пройдемте за мной. – Билл повернулся и приглашающим жестом указал на дверь лифта возле входа в шлюз.

Компания молча погрузилась в лифт. Он был небольшой, все стояли практически вплотную. Билл судорожно обдумывал план. Вернее, план у него был, но это был план Б – тупо взять ключ и прыгнуть на крейсере к астероиду. Но тогда у него не будет времени, а время ему нужно. В лифте, когда Билл рассматривал поросячьи глазки Дженифер, у него начал созревать в голове другой план.

Приехав на административный уровень, Билл с учеными прошел по коридору и открыл дверь в небольшой зал, предназначенный для совещаний и планерок. Там их уже ждал шеф базы Шрай и один из его замов, начальник контрразведки Краснов. Билл его не любил и немного опасался. Хотя до его находки бояться особо было нечего, но все равно, при встрече Краснов сверлил его своими глазами. Казалось, они досверливаются до самой души, высвечивая там самые потаенные уголки.

Все поприветствовали друг друга. Старкина представила свою команду, Шрай свою, Краснов, как обычно, молча откинулся в кресле и, ни с кем не поздоровавшись, начал сверлить своими глазами всех присутствующих по очереди. «Какой же он мудак», – подумал Билл.

– Итак, дамы и господа, – начал свою речь шеф, – все в этой комнате имеют допуск «А», поэтому не будем тянуть время – рассказывайте.

Старкина поерзала в кресле.

– В общем, про ключ вы уже знаете, мы его везем, чтобы испробовать на необычном артефакте, найденном патрулем в окрестностях Корсики. Точнее, на одном из спутников – Орисе. – Она повернула браслет на стену комнаты. – Вот что нам передал патруль.

На стене появилось видео, снятое, по всей видимости, с патрульного катера. Прожектор освещал кусок коричневой скалы, внизу была дверь. На вид просто обычная дверь. Камера приблизилась, стало понятно, что это, скорее, сдвижная дверь. Как в отсеке. Прожектор осветил дверь сбоку. Все увидели характерные иероглифы кенианцев.

– Что там написано? Уже расшифровали? – подал голос Краснов.

– Нет, это необычно, мы думали, что понимаем язык кенианцев, но, что здесь написано, мы пока понять не можем.

– Есть гипотеза, что это технические термины, поэтому мы их не можем перевести, – у Дженифер оказался неожиданно приятный голос. Все обернулись на нее, и она, засмущавшись от такого внимания, начала с преувеличенным вниманием что-то читать на браслете.

– А что с вашим двигателем? – Шрай встал и, по обыкновению, начал прогуливаться по комнате.

– Непонятно, сразу после старта, через две минуты двадцать секунд мы вывалились в двадцати пяти астрономических единицах от вашей базы, по сути, мы пролетели чуть больше полпути.

– Хорошо, наши техники, я думаю, разберутся. Билл проводит вас в ваши каюты, покажет где что, а мы займемся вашим кораблем. Охрану мы решили не выставлять, чтобы не привлекать лишнего внимания. Надеюсь, ключ на корабле в надежном месте?

– Да, конечно, сэр.

Все встали и задвигали креслами.

26 мая 2781 года. База «Мангуст». Орбита планеты SH-244.

– У вас свободно?

Билл поднял голову и уставился на Дженифер. Она стояла возле столика Билла, держа в руках разнос с завтраком. Билл сидел в кафетерии уже полчаса и пытался придумать причины подкатить к Дженифер.

– Да, конечно! – Билл зачем-то вскочил и отодвинул стул. Дженифер села и начала раскладывать тарелки по столу.

– А почему ваша планета называется SH-244?

«Она что, клеится ко мне?» – подумал Билл.

– Ну, дело в том, что в этом секторе несколько планет, подходящих для терраформирования. Поэтому мы не тратим время на придумывание названия для планеты. И даже для звезды. Возможно, эта система не подойдет нам для жизни и так и останется в буквенно-цифровом коде. И глядя на справочник или карту, любой поймет, что система необитаема. Во всяком случае, в ней нет обитаемых планет. По цифрам еще можно понять, есть ли тут исследовательские базы или военные или вообще никого нет, но это секрет! – Билл улыбнулся и подмигнул Дженифер.

– Да? Как интересно! Никогда об этом не задумывалась. – Дженифер намазывала джем на тост.

– А вы чем занимаетесь? Какое у вас направление?

– Я занимаюсь изучением и поиском внеземных цивилизаций, в частности кенианцев. Специализируюсь на кенианском языке. Я надеюсь, мы много интересного найдем за этой дверью.

– А если ключ не подойдет?

– Обязательно подойдет. Дело в том, что такие ключи были, видимо, широко распространены среди кенианского персонала. Спасательная капсула была же не в единственном экземпляре, скорее всего, их были сотни, а может, и тысячи на кенианском корабле. И все они были одинаковые. И в каждой капсуле с правой стороны был кармашек для этого ключа. Он сделан полукруглым и толщиной как раз под ключ.

– Интересно. А правду говорят, что мертвый кенианец был женщиной?

Дженифер рассмеялась.

– Возможно. Но так как у нас всего один экземпляр, мы не можем ничего утверждать. Найденная особь размножалась с помощью кладки яиц. Но необязательно, что это женщина. Возможно, у них вообще один пол, или три, или пять. Или яйца вынашивают мужчины. А может, это был ребенок, потому что при росте или длине кенианца в два метра двенадцать сантиметров камера была рассчитана на особь ростом до двух метров восьмидесяти сантиметров.