Гахиджи: Проклятие райского острова

– Акил! – грозно прогремел Рашиди. – Не нарывайся!

– Ладно, прости, брат.

– Крути, дорогая, – Рашиди ласково посмотрел на Милену. – Не обращай ни на кого внимания.

Милена крутанула указатель, и он остановился на Контаре.

– Ой, а я хотела спросить Лизу…

– Не получится, солнышко, – Рашиди в очередной раз спокойно объяснил Милене правила игры. – Задай Контару любой вопрос, какой тебе нравится.

– Ну, хорошо. Контар! Тогда, на балу, ты здорово кинул свою металлическую штуку…

– Это изис, – тихо подсказал Рашиди.

– Ну да, изис. А ты мог бы научить нас, девушек, также ловко кидать эту штуку?

– Нет, – ни капли не задумываясь и даже слишком жёстко, ответил Контар. – Это оружие воина, а не баловство. Ты довольна ответом? – опередил он Акила.

– Да, да, конечно, – поспешно ответила Милена, не понимая, чем её вопрос хуже других и почему он не вызвал такого же всеобщего ажиотажа. И тут же передала крутилку Рашиди.

– Давай, теперь ты.

– Спасибо, милая!

Вопрос Рашиди выпал на Риту.

– Рита, скажи, чего, по-твоему, не хватает на нашем острове для более полного доверия со стороны женщин?

Делена, Нина и Карина удивлённо посмотрели на Рашиди, произнесшего очень актуальный вопрос, причём так запросто, будто спросил у Риты её любимый цвет. Но Рита, казалось, не растерялась.

– Знаешь, Рашиди, я могу ответить только за себя. Но и тут уже достаточно претензий. Во-первых, эта тюрьма перед домом невест – просто жуть берёт, как вспомню это обречённое ожидание. Во-вторых, сплошная тайна относительно нашего пребывания. Я, конечно, понимаю, что вы хотели, чтобы мы созрели духовно для полученной информации, но тот стресс, что мы пережили, придумывая себе всякие ужасы и каждую минуту прощаясь с жизнью, не мог не оставить отпечатка. Так что, возможно, вам стоит подумать о более комфортабельном приёме и о более раннем рассказе о причине похищения.

– Мне очень жаль, что вам пришлось пройти сквозь такие испытания, – полный раскаяния голос Рашиди звучал очень искренне, и Рита смягчилась.

– Ладно, проехали. Но если ты всё-таки спросил не просто так, то ради спокойствия будущих дам подумайте над моими словами.

– Обязательно. Ты дала нам хорошую пищу для размышлений, так что я обязательно поговорю об этом со старейшинами.

– Видите? – вмешался в разговор Акил. – Не зря мы затеяли эту игру! Очень много полезного и нужного выясняется во время такой затеи. Ну что, продолжай, Лиза!

Стрелка остановилась на Озахаре.

– Озахар, что ты умеешь лучше всего? Или нет… что ты готов сделать для своей жены, чтобы она чувствовала себя счастливой? Чем ты хорош?

– Хм, – мужчина весело ухмыльнулся. – А вопрос не из простых! Но ладно, я попробую ответить. – Озахар сел поудобнее. – Ну, начнём с того, что я умею всё, что может пригодиться в жизни, начиная от строительства дома и заканчивая приготовлением пищи или шитьём. Я щедр и очень внимателен. Например, уже сейчас я могу с уверенностью сказать, что чувствует Карина в какой-то момент, просто глядя ей в лицо. – На этих словах Карина подняла голову, и они встретились взглядами. – Когда она злится, её глаза становятся темнее. Когда сомневается, – продолжал говорить Озахар, не отрывая взгляда от Карины, – или пытается найти какое-то решение, то хмурит брови. Когда ей смешно, она морщит свой маленький носик, а когда она расстроена, то начинает без конца теребить свои волосы. И, исходя из этих наблюдений, я всегда могу рассмешить её или успокоить. – Озахар уже не отвечал на вопрос. Он говорил только для Карины. – Я могу превратить твою жизнь в праздник и подарить столько любви и тепла, сколько ты в состоянии будешь принять. Я готов окружить тебя такой заботой и нежностью, что тебе никогда не будет одиноко! И я очень хочу иметь сына с зелёными глазами!

– Меня устраивает ответ! – вдруг вскрикнула Лиза и, не дождавшись вопроса Акила, передала прибор Паки. – Крути!

Карина медленно отвела глаза от Озахара и судорожно сглотнула, а Паки взялся за прибор.

– Даша! – стрелка оказалась как раз на ней. – Скажи, какой тебе представляется идеальная семья?

Даша начала отвечать, но Делена её не слушала, она переключила всё своё внимание на сестру и её спутника, переживая настоящую бурю эмоций: «Озахар, похоже, настроен серьёзно, раз уже намекнул на сына с зелёными глазами. И отделаться от него будет сложно. Что же делать? Да и Карина тоже хороша, как можно было допустить такое развитие отношений? Они уже будто пара». Делена посмотрела на мужчину и хмуро поджала губы.

Озахар сидел рядом с Кариной, возвышаясь над ней на целых две головы, и неотрывно наблюдал за ней. Он медленно и любовно рассматривал каждую чёрточку на её лице и теле, движения, мимику. Он умилялся, когда она начинала что-то говорить, и улыбался, если она начинала смеяться. Всё его поведение говорило, даже буквально кричало о любви, и с каждой минутой это становилось всё очевиднее. Он словно впитывал в себя всё её существо и получал при этом неземное удовольствие. Делену накрыло отчаяние. Она продолжала наблюдать, как Озахар осторожно убрал с головы Карины прилетевшую с ветром пушинку и с наслаждением вдохнул запах её волос. Карина даже ничего не почувствовала, или же просто не отреагировала на столь интимный жест. «Но почему? Буду надеяться, что всё же ничего не почувствовала».

Даша закончила отвечать, и очередь перешла к Хорусу, задавшему Нине какой-то банальный вопрос. Следом шла Ксения, но и её вопрос, адресованный Мхэю, не вызвал особого интереса. Очередь перешла к Суди.

– Марина! – мужчина хитро улыбнулся и продолжил. – Скажи, а чего ты боишься больше всего?

– Боюсь? – Марина грустно опустила голову. – Больше всего я боюсь, что всё то, что сейчас происходит, окажется не настоящим. Я боюсь, что всё это – иллюзия, скрывающая что-то плохое, и что, когда видимость рухнет, меня поглотит боль и страдания. Вот чего я боюсь больше всего.

Внезапно нависла тишина, и все гахиджи удивлённо уставились на Марину, даже Озахар перестал облюбовывать Карину и застыл, глядя на ответчицу.

– Боже мой! Моя ты хорошая! – Акил нежно приподнял Марину за подбородок и посмотрел ей в глаза. – Что заставляет тебя думать такие страшные вещи?

– Я не знаю… просто вы все такие добрые, отзывчивые и красивые, что мне просто не верится, что всё это происходит на самом деле. Так не бывает. В каждой бочке мёда всегда есть ложка дёгтя.

– Моё ты солнышко! – Акил ласково улыбнулся и погладил Марину по щеке. – Я в очередной раз убеждаюсь, что место, где вы жили, просто чудовищно. Оно даже не даёт вам просто насладиться чем-то хорошим, не ожидая удара в спину. Как же вы там жили? Но не волнуйся, теперь всё в прошлом. Я не дам тебя в обиду никому, и ты больше никогда не будешь страдать. У тебя впереди долгая и счастливая жизнь, ты веришь мне?

– Да, Акил. Кажется, верю.

– Кажется?

– Нет, точно верю. Ты просто не можешь быть плохим, – Марина улыбнулась. – Я очень, очень верю тебе.

– Я рад это слышать. Ну что, вернёмся к игре?

– Ага, – Марина согласно кивнула головой, и Мария крутанула стрелку.

– Рашиди! А чего ты боишься больше всего?

– Стоп! – воскликнул Акил. – Одинаковые вопросы задавать нельзя!

– Ну и ладно, – Мария равнодушно дёрнула плечом и задумалась. – Рашиди, а чего бы ты никогда не смог простить своей девушке?

– Хм… – Рашиди крепко задумался, и между его бровей пролегла глубокая складка. – Я даже и не знаю, что она такого должна сделать, за что её нельзя простить. Она может лгать, и мне будет очень обидно, но я постараюсь поговорить с ней и выяснить, почему она так поступает. Она может полюбить другого, но, если их чувства будут взаимными, я отпущу её. Она может быть ленивой, но даже тогда я постараюсь заинтересовать её или возьму все заботы на себя. Она может не захотеть родить мне сына, и я буду очень страдать, но всё равно буду стараться переубедить её и понять, что её пугает. Знаешь, я не знаю ничего, за что я смог бы возненавидеть или не простить свою девушку. Наверное, таких причин просто нет.

– Да ты просто само терпение и благодать!

– Ага, – хмыкнула Милена. – Он такой! – и ласково прижалась к его груди.

Следующим задавал вопрос Нахти, и, к его разочарованию, ответчиком явился Суди. Вновь рассмешив народ демонстрацией своих прелестей, они передали эстафету Татьяне и Гьяси.

– Гьяси, – пропела Татьяна. – А ты хотел бы побывать на… как вы выражаетесь… большой земле? Посмотреть на тамошних людей, на их образ жизни?

– О, да! – оживился мужчина. – Я вообще очень любопытен от природы, а всё неизвестное всегда притягивает внимание. Так что да, мой ответ – очень хотел бы.

– Хорошо, теперь твоя очередь! – и она протянула ему указатель.

Гьяси от души раскрутил стрелку, и она, долго крутясь, наконец, остановилась на Карине.

– Ха! – воскликнул гахиджи. – Вот ты и попалась! У меня такой вопрос, и надеюсь, он тебя не обидит. Были ли у тебя до приезда на наш остров близкие отношения с мужчиной? – Гьяси посмотрел Карине прямо в глаза и хитро улыбнулся. – Отвечай!

Делена в ужасе посмотрела на Карину, заметив при этом, как сестра зло сжала кулаки. Этот вопрос выходил уже за все рамки, но никто не осадил Гьяси и не вмешался в ход игры. Значит, придётся отвечать. Карина сначала смешалась, потом разозлилась, но уже через секунду взяла себя в руки и смело встретилась с Гьяси глазами. Делена видела, как напрягся Озахар, но, тем не менее, тоже не вмешался.

«Ну и поделом ему, пусть понервничает».

– Я отвечу, – Карина ехидно ухмыльнулась, продолжая пристально смотреть Гьяси в глаза. – Но вот только я не совсем понимаю твой вопрос. Не мог бы ты выразиться поконкретнее?

– Хорошо. Я хотел бы узнать, позволяла ли ты хоть одному мужчине, до приезда на остров, любить себя как муж и жена?

– Хм… – Карина сделала вид, что задумалась. – Понимаешь, Гьяси, отношения между супругами у нас и у вас могут значительно отличаться, поэтому я не могу ответить тебе точно. Будь добр, постарайся выразиться ещё более конкретно.

Мужчина тяжело вздохнул и нахмурился.

– Я хотел бы узнать… – Гьяси споткнулся на слове. – Хотел бы узнать… ну… дотрагивался ли до тебя мужчина… ну, ты понимаешь…

– Нет, Гьяси, извини, не понимаю! – Карина наивно пожала плечами, продолжая буравить взглядом собеседника.

– Ладно, попробую перефразировать ещё раз, – Гьяси забегал глазами, пытаясь подобрать слова. – Я хотел бы узнать… – он сильно покраснел, доставив Карине неслыханное удовольствие. – Видел ли тебя хоть один мужчина обнажённой?

– О, на этот вопрос я могу ответить, и мой ответ – да! – Карина с такой лёгкостью выпалила «да», что у других мужчин загорелись глаза, а у Озахара заходили желваки. – Правда, не могу назвать тебе точное количество! Ну, думаю, тысяча, или около того, а может, даже и больше! – У гахиджи отвалились челюсти, девушки округлили глаза, а Озахар превратился в стальную пружину, и только Делена, наконец, расслабилась, понимая, куда клонит Карина. – Понимаешь, город, в котором мы жили, находился совсем неподалёку от Охотского моря, и моя мама часто возила нас на побережье. Так вот, она не сразу стала считаться с нашим мнением и, наверное, целых года три от рождения купала нас в море прямо голышом. А ты даже не представляешь, сколько там было и мужчин, и мальчиков, и даже дедушек. И все они на это смотрели! Представляешь?

Компания весело расхохоталась, заставляя Гьяси покраснеть ещё сильнее.

– Карина, – позвал он, когда дружный хохот немного поутих. – Извини меня, пожалуйста. Ладно?

– Ладушки! Твои извинения приняты!

Делена видела, как Озахар накрыл глаза ладонью, потирая широкий лоб, и улыбнулась. Видимо, стресс получил он немаленький.

«Ну, ничего, в следующий раз не будут провоцировать Карину».

Делена даже испытала гордость за сестру.

Очередь задавать вопрос перешла к Юле, и она, не затягивая, обратилась к Татьяне:

– Скажи, Танюш, а что тебе понравилось на острове больше всего? Что-то, что прямо запомнилось и запало в душу. Есть такое?

– Думаю, да! – Татьяна немного смутилась, но всё же продолжила. – Мне очень нравится здешнее отношение к нам. В моём родном городе я была никем и никому не нужной, а здесь я впервые почувствовала себя желанной. Это очень приятное чувство, потерять которое было бы очень обидно. Я ответила на твой вопрос?

– Да, и спасибо тебе за откровенность.

– Знаешь, Татьяна, – в разговор вмешался Нахти. – Нам всем очень приятно это слышать, и я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ты всегда чувствовала себя желанной, это будет лучшей наградой в моей жизни. Спасибо тебе, что ты оценила наши старания.

Татьяна довольно заулыбалась.

Следующим на очереди оказался Озахар. Его выбор пал на Ксению.

– Ксения, – Озахар приветливо улыбнулся. – Скажи, а что обычно делают мужчины у вас на родине, чтобы покорить сердце девушки?

– О-о-о! – Ксения заразительно рассмеялась. – Ты будешь очень приятно удивлён, узнав, что они делают!

Все без исключения гахиджи тут же приклеили к девушке свои взоры.

– Ну, во-первых, – Ксения демонстративно загнула палец. – Наши парни курят, а многие даже употребляют наркотики. Во-вторых, они матерятся, то есть выражаются плохими словами и обзывают женщин. Им не интересны длительные отношения, и всех девушек они рассматривают только как объект для секса. Они плохо учатся и не любят работать, предпочитая клянчить деньги у своих родителей. Они обижают младших ребят и отбирают у них деньги, чувствуя себя после этого героями. А ещё они скучны, необразованны и жалки. Бывают, конечно, исключения, но, как правило, это один парень на сотню. И что же происходит? Каждая девушка кидается ему на шею в надежде заполучить его себе в мужья, что в итоге разлагает его морально и превращает в такого же, как и все. Вот.

– И что, вам это нравится? – Озахар выглядел растерянным, что развеселило Ксению ещё больше.

– Нет, Озахар, нам это чертовски не нравится! А иначе, познакомившись с вами, ни одна девушка не захотела бы остаться!

– Мне даже не верится, что мужчина может так себя вести.

– Ты прав, мужчина не может, а вот мужчинка – запросто.

– Да ладно тебе, – вмешалась Нина. – Не всё так уж плохо. Я знаю много достойных парней.

– Ну, кому как.

– Карина, – обратился Озахар к своей спутнице. – Теперь твоя очередь.

– Давай! – Карина раскрутила стрелку, и она указала на Паки. – Ну что, готов? – обратилась она к ответчику. – У меня вопрос сложный!

Паки, дурачась, схватил себя за горло и закатил глаза.

– Спасите меня! Я её боюсь!

– Да ладно тебе. У меня вопрос, вытекающий из того, о чём спросили меня саму. Так вот, насколько для мужчины-гахиджи важно, чтобы девушка оказалась девственницей? И почему?

– Это уже два вопроса! – вмешался Акил. – Переформулируй.

– Хорошо. Тогда мой вопрос – «Почему?». Думаю, он включает в себя более полный ответ.

К Паки вернулось сосредоточенное лицо, и он начал отвечать:

– Понимаешь, Карина, всё дело в чистоте ДНК. Мы все знаем, что в итоге происходит между мужчиной и женщиной, несмотря на то, как ловко ты обвела вокруг пальца Гьяси. Так вот, когда это происходит между мужчиной и женщиной, она впитывает частицу его ДНК и усваивает в своём организме. И чем больше мужчин побывает у женщины, тем больше засорен её организм чужими генами. А когда в теле женщины появляется ребёнок, то он, как известно, берёт ДНК не только отца, но и матери, засоренной чужими генами. И всё бы ничего, но существуют некоторые линии, которые должны оставаться чистыми. Например, Озахар, Акил и Бомани. Их род идёт от старейших, и когда-то кому-то из них тоже придётся занять их место, а позже – и их детям, но только в том случае, если женщина, выносившая их сыновей, будет чиста. Именно поэтому они должны выбрать женщину непорочную. Но, учитывая сложившиеся обстоятельства, когда нет возможности проверить и выбрать, они действуют совсем не из этих побуждений. Они действуют наобум, исходя лишь из сердца, что даёт шанс возвыситься другим гахиджи. Почему ты думаешь, Гьяси спросил тебя об этом? Да потому что, если у Озахара не выйдет чистого младенца, то место его сына займёт ребёнок Гьяси. Вот и вся правда. Ну как, ты довольна ответом?

– Да, – медленно процедила Карина. – Спасибо тебе за откровенность.

Из всей компании остались незатронутыми только Акил и Делена. И теперь они смотрели друг на друга, словно давние соперники.

– Ну что? – первым заговорил Акил. – Ты или я? Могу начать первым, чтобы подогреть в тебе страсть азарта.

– Хорошо, начинай, – одобрила Делена, и Акил закрутил указатель.

Стрелка остановилась на Делене.

– У меня особый вопрос! – Акил виновато, как бы извиняясь, поджал губы. – Но я надеюсь на лучшее. Ну, что я получу ответ и не останусь тебе врагом. Вы ведь всё-таки сёстры, – Акил махнул в сторону Карины, намекая всё на тот же инцидент. – Так вот, скажи, пожалуйста, Делена, чем тебе не подошёл Бомани?

И вновь вопрос привлёк всеобщее внимание.

– Бомани? – Делена закусила нижнюю губу. – «Легко сказать – сёстры. Мне и не снилась сообразительность Карины. Придётся отвечать правду, но интересно, что будет, если соврать?» – Делена посмотрела в пристально глядящие глаза Акила. – «Нет, боюсь, не пройдёт. Такое чувство, что они видят меня как рентген. Ладно, попробуем хотя бы полуправду». – Бомани… – Делена задумчиво поглядела вдаль. – Он слишком навязчивый, а я к такому не привыкла…

– Но он же красив как бог! – перебила Делену Милена. – К тому же из рода старейших!

Делена грустно улыбнулась Милене и снова обратилась к горизонту:

– Не всё меряется красотой и положением. Для меня намного важнее духовные качества, а Бомани, начиная с момента знакомства, вёл себя слишком уверенно и не понимал, почему я не захотела сразу остаться с ним тет-а-тет. Он не старался понять меня… хотя нет, старался, но всё получалось как-то не так. Все его речи и действия были окрашены единственной целью – соблазнить меня, а мне этого не надо, это было неприятно, как будто, кроме этого, я не представляю из себя ничего. Мне хотелось, чтобы он просто спросил меня: «Как тебе нравится сегодняшний вечер?», а он говорил: «Давай поужинаем в беседке вдвоём». Мне хотелось, чтобы он спросил: «А как ты жила до этого? Не скучаешь ли ты по родным?», а он говорил: «Я что, тебе совсем не нравлюсь? Давай познакомимся поближе!» Скорее всего, мы с ним просто слишком разные, и у нас вряд ли может что-то получиться. Особенно после сегодняшней сцены. Я честно не хотела никого обидеть, но и притворяться я тоже не могу…

– Хорошо, – перебил Делену Акил. – Ты достаточно высказала свои мысли. Не будем так подробно копаться в твоей душе. Спасибо тебе за честность. А теперь осталась ты одна, твоя очередь крутить указатель.

– А есть смысл? – Делена равнодушно посмотрела на Акила.

– Думаю, смысл есть всегда.

Делена слегка ударила по стрелке, и она, сделав пару оборотов, остановилась на Акиле.

– Что и следовало ожидать, – прокомментировала Делена. – Ну ладно. Вопрос, Акил? А тебе не кажется странным, что обычная деревянная стрелка идеально ровно обошла весь круг, при этом ни разу не остановившись на ком-то дважды и не пропустив ни одного участника?

Акил расплылся в широкой улыбке, обнажив ровный ряд белоснежных зубов.

– Милая Делена… я предупреждал: нужно чётче формулировать вопрос. Нет, мне не кажется это странным.

Неожиданно Акил резко вскочил на ноги, устремив свой взор к спуску. В его глазах светилась тревога. Вслед за ним настороженно стали вставать все гахиджи, а Озахар опять спрятал Карину за спину. На спуске показался Бомани. Напряжение стало нарастать с невиданной силой и, словно густое облако, повисло над их покрывалом. Происходило нечто безмолвное и странное. Все взгляды были устремлены к одинокой фигуре, стоящей возле крутой тропинки. Первым нарушил молчание Акил:

– Бомани не подойдёт, если вы против. Он только хочет поговорить.

– Пусть катится к чёрту! – разозлился Озахар. – Он уже поговорил.

– Но, Озахар, он наш друг!

– Друг, говоришь? Это когда же он был другом? Когда я умолял его взять себя в руки? Или когда он поставил меня на колени?

– Он хочет извиниться перед Кариной и поговорить с Деленой. Тогда он сразу уйдёт.

– Пусть уходит сейчас! Карина к нему не подойдёт.

– Это не тебе решать, Озахар, извини.

Акил пристально посмотрел на Карину, но она лишь подтвердила слова Озахара, отрицательно покачав головой и продолжая прятаться за широкой спиной гахиджи. Её спутник удовлетворённо хмыкнул.

– Делена? – Акил перевёл свой взгляд на сестру Карины.

– Я… я… не знаю… я боюсь его…

– Я пойду с тобой и буду рядом во время всего разговора. Не бойся, он уже не может никого приклонить.

– Акил? – голос Озахара вдруг стал испуганным. – Ты серьёзно?

– Серьёзней некуда, брат.

– Вот чёрт! – вырвалось у Озахара. – Нам нужно идти, – то ли спросил, то ли констатировал он. – Я провожу Карину, а ты будь добр, после разговора проводи Делену. Встретимся в главном доме.

С этими словами Озахар схватил Карину на руки и молниеносно забрался на обрыв, стараясь держать девушку подальше от недавнего друга. Акил повёл Делену к Бомани.

– А что-о… – Делена услышала гнусавый голос Милены. – Пикник закончен?

– Ну что ты, милая, – успокоил её Рашиди. – Уходят только они, а мы можем оставаться здесь сколько угодно.

Делена подошла к Бомани под строгим руководством Акила и остановилась на расстоянии пары шагов. Напряжение не спадало, а только чувствовалось острее, и впервые Делена была рада присутствию Акила. По спине прошёл озноб, но намного страшнее было смотреть на стоящего напротив мужчину. Красивое лицо выглядело грустным и подавленным, но Делене не было его жалко.

Она смотрела на идеально сложенные черты и видела в них жестокость, ярость и беспощадность. Его голос, голос обольстителя, напоминал ей паутину, опутывающую свою жертву. Его атлетическое тело с идеальным переплетением мышц уже не казалось прекрасным. Это было тело охотника, тело воина, способное на самые страшные поступки. Весь его вид внушал беспокойство и страх, заставляя судорожно сжиматься желудок. И Делена боялась. Она очень его боялась.

Бомани грустно посмотрел на Делену и немного замялся, смущаясь присутствия Акила, но всё же заговорил:

– Делена, я хотел сказать, что очень сожалею о случившемся… чёрт! – выругался Бомани и снова посмотрел на Делену. – Все слова кажутся какими-то банальными и ни капли не отражают всю глубину моего раскаяния. Я поступил очень плохо, и мне нет прощения, но всё же я прошу тебя проявить ко мне хоть каплю сострадания. Я понимаю, что между нами всё кончено… хотя, чего греха таить, ничего и не начиналось…, но всё же мы могли бы сохранить хотя бы немного дружеские отношения? Я не хочу, чтобы ты меня боялась. Я готов сделать для тебя всё, что угодно! Скажи, что я могу сделать и как мне постараться искупить свою вину?

– Извини, Бомани, – Делена уже хотела сказать, что никакой дружбы у них не получится, но тут же передумала, помня о том, к чему привело недавнее пренебрежение с её стороны. – Я не виню тебя, но и сделать вид, что ничего не произошло, тоже не могу. Не зря говорят: время лечит любые раны. Так что давай подождём. Я думаю, со временем всё забудется, и мы сможем опять подружиться. Просто сейчас я ещё не готова всё забыть. Ты дашь мне время? Пока это всё, что ты можешь сделать.

– Конечно, – Бомани грустно улыбнулся. – Спасибо, что дала мне шанс.

– Вот и ладненько! – вмешался Акил, прерывая неловкую паузу. – Ну что? – обратился он к Бомани. – Я провожу Делену с Мариной домой, а потом встретимся в главном доме.

– Я там уже был.

– Ничего! Ещё раз сходишь, – рыкнул Акил. – Озахар уже скоро будет там.