Гахиджи: Проклятие райского острова

Лера тоже ходила каждый день на прогулки, но каждый раз с разными мужчинами, чем очень их огорчала, но в этом была вся она. Глупо было надеяться на другое. Иаби стал приходить каждый день. Он подолгу копошился на кухне, нарочито медленно нося воду, пока в комнате не появлялась Делена, а потом они подолгу пили кофе и разговаривали обо всём на свете. Иногда Делена помогала ему собирать фрукты или взбивать свежее масло. Карина даже начала шутить по этому поводу, но Делена продолжала настаивать на том, что они просто друзья. Их отношения стали крепнуть и уже действительно напоминали настоящую дружбу, только всё ещё полную всяких загадок и недоговорённостей.

Периодически дом невест посещали и другие гахиджи, уговаривая Делену и Карину выйти на прогулку, но Карина всегда отказывала, ссылаясь на то, что будет ждать Озахара. У других мужчин это вызывало восхищение, чего нельзя было сказать о Делене. Отговорка вроде «я останусь поддержать сестру» совсем не восхищала, а наоборот, ставила в тупик красавцев мужчин. Но врать было больше нечего.

Нина с Кариной устроили среди недели давно запланированные показательные гадания, и, к их удивлению, откликнулись все, кроме злящейся Марины и равнодушной Леры. Каждая из девушек утверждала, что она подходит, и Нине не оставалось ничего, кроме как плести мудрёные рассказы. Конечно, к такому они были не готовы, и по окончании сеанса Нина пообещала убить Карину и больше никогда с ней не связываться. То, что большинство девушек явно лгали, не оставляло никаких сомнений, так что, по сути дела, план провалился, и мучения Нины оказались напрасными.

К началу второй недели девушки взялись за приготовление подарков. Снова в доме закипела работа, как когда-то перед первым выходом в свет. И это немного вызывало ностальгию. Все старались приготовить что-то особенное, что-то, что поразит и восхитит их избранника. И только Лера не готовила ничего, а только посмеивалась над чужими стараниями, но никто не обижался – все к ней уже привыкли. Делена и Карина, следуя подсказке Иаби, вышивали полотна, и к концу второй недели их также захватил всеобщий ажиотаж относительно предстоящего гулянья. Все разговоры сводились только к ярмарке и приготовленным товарам, что только усиливало предвкушение.

Со временем разговоры между сёстрами об инциденте с Озахаром потеряли актуальность, разрешившись на том, что Карина абсолютно равнодушна к мужчине. Она уверяла, что держит всё под контролем, и второй раз он уже не застанет её врасплох. Нина продолжала встречаться с Зубери, сохраняя дистанцию под маской сильной скромности. Она упорно искала новую информацию, но пока всё оставалось на прежнем уровне. Мужчины вели себя идеально, а она всё также ничего не чувствовала.

Вторая неделя подошла к концу…

***

– Делена! Завяжи мне такой же красивый бантик! У меня ничего не получается! – Карина заканчивала упаковывать своё расшитое полотно и теперь нетерпеливо притопывала на месте. – Делена! Мы так всё веселье пропустим! Где ты там застряла?

– Уже иду! – Сестра, наконец, показалась в гостиной и занялась Карининым свёртком.

– Ну скорее же!

– Чего ты шумишь? Успеем, – Делена быстро скрепила верёвки в виде пышного банта. – Праздник назначен на двенадцать, а сейчас ещё и половины нет.

– Ага, а все уже давно ушли.

– Как будто ты не знаешь, куда они пошли. Им только дай волю, и они сутками будут облюбовывать все парки и скверы.

Их препирания остановила вошедшая в гостиную Лера.

– Опаньки! – удивлённо воскликнула Карина. – А я думала, ты уже ушла. Что, решила отдохнуть от праздной жизни?

– Не дождётесь, – Валерия демонстративно прошлась мимо Карины и встала рядом с Деленой. – Просто хочу пойти с вами.

Карина сжала кулаки:

– А ничего, что наши желания не совпадают?

– Хватит ссориться, – вмешалась Делена и обратилась к Валерии: – А в самом деле, почему ты одна?

– Ну… просто все вокруг так носятся с этой ярмаркой и придают ей столько значения, что я решила не обижать никого из кавалеров и прийти туда одной.

– Ох, смотри, Лера, не переиграй! – Делена хмуро покачала головой.

– Переживаешь за меня? – удивилась Валерия.

– Да больно ты нужна ей! – ответила за Делену Карина. – Хочешь идти одна – иди!

– Что же ты злая такая? – скривилась Лера. – Неужели завидуешь?

– Ха! – громко воскликнула Карина. – Чему, интересно? Собрала всё, что осталось, и царствуешь!

Валерия зло сузила глаза:

– Зато у меня хотя бы есть выбор, а вы покидались на первых, кто подошёл!

– Так! Стоп! – Делена предупредительно подняла руки вверх. – Если вы не успокоитесь, то я вообще никуда не пойду. Я не хочу весь день слушать ваши ссоры.

– Она первая! – начала оправдываться Карина. – К тому же её никто не звал! Пришла тут, навязалась, и давай зубы показывать!

– Всё, я остаюсь дома!

– Ну прости, прости! – Карина схватила Делену за руку и потянула на улицу, бросив на Валерию злобный взгляд. – Я молчу и улыбаюсь! Видишь? – И она продемонстрировала Делене широкий оскал.

Дорога до ярмарки заняла совсем немного времени, и уже на подходе они услышали громко играющий оркестр. На деревянной площади уже вовсю толпился народ, и слышались громкие взрывы смеха вперемешку с выкриками зазывал. Девушки замедлили ход. Народу хоть и было много, но для всего населения явно недостаточно. Скорее всего, к началу подошли только малышня и менее родовитые слои общины, так как старейшин, молодых посвящённых и семейных пар вроде Нэйн и её мужа не было видно. Девушки неторопливо пошли вперёд.

Слева от них потянулись длинные торговые ряды, заваленные разноцветными кучами товара, где, судя по собравшейся толпе, шла бойкая торговля. На высокой сцене по правую сторону выплясывали национальную пляску два худощавых старика, соревнуясь в умении быстрее переставлять ноги. Их громкая чечётка складно сливалась с местной музыкой и заводила танцем остальных, стоящих у настила. Совсем рядом раздалось истерическое кудахтанье, и мимо Делены пролетел взъерошенный мальчишка, пытаясь поймать обезумевшую курицу, которую, видимо, собирался выменять на что-нибудь поинтереснее.

Шустрые маленькие гахиджи развозили в бочонках вино, выкрикивая всех желающих, разносили в лотках цветочные букеты и за конфету начищали гуталином сапоги. Чуть впереди девушки заметили высокий гладкий столб, наверху которого были подвешены новые кожаные сапоги, за которыми по очереди взбирались юные гахиджи под весёлые улюлюканья своих соплеменников.

– Вино, вино! Сладкое яблочное вино! – раздался совсем рядом звонкий детский голосок, и Валерия взмахом руки остановила парнишку.

– Нальёшь мне стаканчик? – весело спросила она шмыгающего носом мальчугана.

– А что взамен? – спросил он и смущённо потупил глаза.

– Хм, дай-ка подумать! – Она прищурила глаза и улыбнулась. – А взамен я не расскажу, что ты только что стащил вон у того дяди леденец!

Мальчишка сильно покраснел и протянул Валерии высокий глиняный стаканчик:

– Не говорите, ради отца нашего! – попросил он и тут же быстренько сбежал.

Лера со вкусом сделала большой глоток.

– Зачем ты так? – упрекнула её Делена. – Могла бы успокоить парнишку, а то сейчас будет прятаться весь праздник!

– Вообще-то он сам виноват. Хотел меня обмануть и получить что-нибудь задаром. К вашему сведению, вино здесь раздают бесплатно, – затем Валерия равнодушно хмыкнула и отвернулась.

В воздухе запахло жареным мясом, и впереди показался огромный вертел, на котором два гахиджи крутили большую, недавно освежёванную тушу. Они срезали огромными ножами большие куски уже прожарившегося мяса и складывали их в большую глиняную тарелку. Обильный сок, стекающий прямо в костёр, заставлял шипеть поленья и разносил сильный запах специй и дыма. Следом жарили на решётке рыбу и пекли картофель с кукурузой. Сильно загорелый подросток сидел рядом с примитивным барбекю и с завидной скоростью очищал и складывал в таз уже готовые к жарке тушки. Он работал быстро, не поднимая головы, а по его тёмно-коричневому лбу струился пот. Наконец, он оторвал взгляд от рыбы, добродушно улыбнулся девушкам и уже через секунду вернулся к своей работе. Чуть дальше жарились на костре свежепойманные крабы, а на широком железном листе – большие устрицы.

Справа раздались громкие вскрики вперемешку со смехом, и, обернувшись, сёстры увидели две группы гахиджи, соревнующиеся в перетягивании каната. Перевес был явно на стороне взрослых, но они не побеждали и, как будто специально, раззадоривали раскрасневшуюся от натуги ребятню. Мальчишки громко пыхтели, крепко обхватив двумя руками толстую верёвку и упираясь ногами в уже изрядно разрыхлённую землю. Немногочисленные болельщики громко свистели и топали ногами. Чуть дальше, за ними, два подростка соревновались в метании томагавка, пуская топоры в широкий деревянный щит, весь покрытый трещинами и зазубринами.

За площадью, вздымая клубы пыли, пронеслась четвёрка пегих мустангов, запряжённых в лёгкую повозку, всю обвешанную разноцветными ленточками и колокольчиками, переливающимися в такт движению. Делена с грустью проследила за повозкой. Это развлечение явно пришло на остров из России, вот только мустанги не шли ни в какое сравнение с русскими скакунами. Они выглядели даже нелепо. Делена вспомнила родную тройку орловских русаков и белоснежную, усыпанную по обочине сугробами дорогу, когда красные щёки щиплет мороз, а от лошадей валят клубы белоснежного пара. Вот это тройка! Вот это развлечение! А происходившее рядом – так, жалкая пародия! Ностальгия с силой сжала сердце, но Делена постаралась стряхнуть наваждение. Сейчас не время. У неё ещё будет возможность погрустить.

Впереди показалось небольшое строение наподобие летнего кафе. Деревянные столы окружали деревянные стулья, оббитые потёртой бархатной тканью. А над ними возвышался лёгкий, натянутый меж столбами тент. Девушки направились туда. В основном все столы занимали разновозрастные мужские компании, поедая бесплатные угощения и опустошая бочонки с дармовым вином, но всё же пара столов оставались свободными. Делена присела напротив Карины и обвела взглядом присутствующих.

Изрядно охмелевшие мужчины с лёгкой проседью в волосах и бороде тут же принялись махать руками и бить себя по ключице, изрекая благословения от отца, что привело девушек в лёгкое замешательство. Вроде кричать неприлично, а не ответить – невежливо. Делена замешкалась и вдруг увидела Кию, сидящую со своим мужем почти у самого края кафе. Она тут же встала и решительно направилась к ней поздороваться, спасаясь от столь пристального пьяного внимания.

– Да хранит вас всемогущий отец! – приветливо произнесла она и удивленно уставилась на женщину.

Живот у беременной Кии уже очень сильно подрос и теперь выпирал, словно спрятанный под юбку резиновый мячик. Сама она выглядела очень плохо. Темные круги окружали потухшие впалые глаза, а бледное лицо и выпирающие скулы, придавали ей очень болезненный вид. Она сильно похудела, и выглядела так, как будто только что перенесла что-то наподобие чумы. Её муж сидел рядом и заботливо гладил по руке, настороженно вглядываясь в бесцветные глаза. Делена испуганно перевела взгляд на мужа, а затем вновь на женщину.

– Кия? – ласково позвала она. – Как ты себя чувствуешь?

– Её мучает страшная тошнота! – ответил за женщину Кеб. – Но сейчас ей уже лучше. Она даже поела.

Кия ласково посмотрела на Делену и по-матерински коснулась её волос.

– Я ха-ра-шо! Па-си-ба! – Кия тут же обратилась к мужу и нежно провела ладонью по его лицу. Птичьи переливы раздались из её уст и муж, ответил ей на этом же наречии. В их обращенных друг к другу взглядах читались бесконечные забота и ласка, что выглядело вполне естественным особенно на фоне выпирающего живота и болезненной бледности у Кии. Но Делена не чувствовала обычного умиления при виде такой волны нежности между супругами, её одолевала тревога. Кеб вскоре встал и подхватив пустую тарелку жены скрылся из виду. Кия откинулась на спинку стула и ласково погладила себя по животу. На её лице застыло отрешенно-мечтательное выражение.

– Кия? – Делена продолжала хмуриться и с тревогой осматривать женщину. – С тобой правда все в порядке?

Лицо женщины приобрело сосредоточенное выражение, и Делена в который раз пожалела, что не выучила хотя бы международный английский язык.

– Тебе плохо? – продолжила она.

– Не-ет. Мо-и bebi очин активный. – Кия вновь сосредоточенно подумала, а затем продолжила. – Но я ха-ра-шо! Скоро он родися, и я поти-рь-плю. Чуть-чуть. Эта же не проста бэби, эта Гахиджи! – Кия вымученно улыбнулась, и Делена попыталась ей ответить тем же, хотя чувство тревоги не отпускало, а наоборот росло как снежный ком.

– Кия? А тебя смотрел врач? – Делена попыталась побольше разузнать перед тем, как сдаться, хотя и понимала, что это бесполезно. Женщина выглядела слишком уверенной в своих возможностях. А внешнее сходство с мумией, её похоже совсем не пугало.

Кия весело рассмеялась и беззаботно отмахнулась рукой.

– Ты… ты не па-ни-ма-ишь! Я нашу Гахитжи! Там! – и она указала на свой раздувшийся живот. – Там воин! И это не легко! Не бо-и-ся! – она вновь подумала и продолжила. – Ты поимёшь патом! – на этом Кия замолкла и начала с удвоенной нежностью наглаживать свое чадо. Приговаривая какие-то ласковые щебечущие слова. Делена наблюдала за всем этим со странным чувством неприязни, как будто перед ней сидела не беременная женщина, а слабая умом самоубийца.

– Кия? – не сдавалась Делена. – Так здесь есть врач?

Женщина устало оторвалась от своего младенца и раздраженно посмотрела на Делену.

– Всё ха-ра-шо… па-ни-маешь?

Делена грустно поджала губы и взяла Кию за руку, собираясь произнести извинения и какие-нибудь ободряющие слова, но огромная волна брезгливости накрыла её сознание, испугав своей неожиданностью. Делена дернулась и ошалело уставилась на Кию.

– Ш-то? – Кия очень удивилась её реакции и теперь пристально смотрела на девушку. – Ш-то? – повторила она.

Делена с большим трудом взяла себя в руки и попыталась улыбнуться женщине. – Все нормально, просто… просто мне показалось, что там сидела оса.

– А, – потянула женщина и боязно осмотрелась, не заметив, впрочем, никаких насекомых, кроме мелких муравьев, привлеченных на запах съестного.

Делена еще раз посмотрела на худые вялые кисти Кии и вдруг заметила кровь под ногтями.

– Кия что это?

Женщина медленно проследила за взглядом Делены и раздраженно отмахнулась.

– Я печь мясо, плохо мыть рука…

К столу вернулся Кеб и поставил перед женой тарелку среднепрожаренного мяса и свежие лепешки.

– Ну, я пойду! – Делена встала и ободряюще улыбнулась, с опаской поглядывая на обед Кии. – Приятного вам отдыха. Может, еще увидимся. Береги себя. – Обратилась она уже к женщине.

– Да, да, конечно! – Кеб подскочил и стукнул себя по ключице. – И вам приятного отдыха!

Кия к прощанию осталась равнодушной и Делена направилась за свой стол, обернувшись всего раз и увидев с какой жадностью, женщина принялась за еду: «Ну, у всех беременных свои причуды. Интересно сколько ей еще до родов».