- -
- 100%
- +
Но увы, я просто не могу закрывать глаза на факты, которые противоречат всему, что рассказал мне Сергей.
– То есть, – сужаю глаза. – Ты привел сюда очень важную женщину. Которую тебе в прямом смысле сказали ублажать, дождался, когда она разденется, а потом послал еë? Ты хоть сам понимаешь насколько это бредово звучит?
Сергей на мгновение замолкает, а после зажмуривается и медленно опускается на колени у моей постели.
– Варенька, ты права, котëнок. Я спал с ней. Спал, потому что не было выбора. И… я ненавижу себя за это. Для меня есть только ты, – он целует мою ладонь. – Ты и наш малыш. Я очень вас люблю. Именно поэтому, я всë это сделал. Ради вас и вашего будущего. Я по сути пожертвовал собой, чтоб вы ни в чем не нуждались. Прости, любимая, умоляю, прости, – он вскидывает на меня глаза и с такого ракурса они кажутся ещë более выразительными. – Ты не представляешь насколько эта баба была мне отвратительна. Я только о тебе и думал, иначе вообще бы ничего не получилось. Я сам себя ненавижу за это. – Сергей медленно качает головой. – Если хочешь, можешь влепить мне пощечину. Только прости.
Он замолкает и наступает тяжëлая тишина. Уже хотя бы потому что сказать мне особо нечего.
Я услышала наверное один из самых худших кошмаров любой замужней женщины.
Мой любимый мне изменил. Мне даже по большому счëту плевать насколько весь его рассказ правдив. Хотя, я очень сомневаюсь в том, что его прямо-таки заставили спать с Кирой. А ему бедному было ужасно неприятно. Ещë б про насилие что-нибудь завернул, честное слово.
Но в любом случае, главного факта – это не изменит.
Серëжа. Мой идеальный и обожаемый Серëжа спал с другой женщиной.
В груди всë сжимается, а в горле встает колючий и солëный ком слëз.
– Ну, – Сергей бережно берëт мою ладонь и прикладывает к своей щеке. – Мне ждать пощечины и прощения?
Я лишь медленно и молча качаю головой.
Само собой бить я его не собираюсь. Хотя , откровенно говоря и хочется влепить звонкую пощечину. Настолько сильно кипят во мне боль и обида. Но, конечно, до рукоприкладства я не опущусь.
Не хочу себя вести как какая-нибудь обезумевшая истеричка, не способная держать себя в руках.
Но, само собой, пока и о прощении даже речи не может быть.
– Варюш, – снова зовëт меня Сергей и я наконец, нахожу в себе силы ответить.
– Серëжа, уйди, пожалуйста. Мне надо подумать обо всëм. О том как вообще дальше быть.
– А как быть? – Сергей пожимает плечами. – Предлагаю просто сделать вид, что ничего не было. Тебе вообще нервничать нельзя, а ты начинаешь себя накручивать. Наоборот, нужно расслабиться, – он гладит меня по животу. – Да, маленький? Скажи маме, что нужно фокусироваться не на проблемах, а на чëм-то хорошем? О, у меня идея. – Оживляется Сергей. – Давай закажем роллов, пиццы, включим какой-нибудь сериальчик. А перед сном я тебе еще помассирую ножки. Ты ведь любишь.
– Прекрати, – я закусываю губу. – Не делай вид, что случилось что-то незначительное. Ты причинил мне боль, Серëжа. Ты правда это не понимаешь?
– Понимаю, конечно. Но до уровня катастрофы всë же не стоит раздувать, – недовольно хмыкает Сергей. – Тем более, я всë пытаюсь исправить. Да и признаю, что был не прав.
– Чем исправить? – Взмахиваю я руками. – Роллами и сериалом? Да мне сейчас даже в одной комнате с тобой тошно находиться. Какой массаж?
– Ну, я могу выйти. Подождать пока ты успокоишься, – Сережа поднимается. – Водички принести?
Я смотрю на своего мужа и мне становится страшно от осознания, что он действительно не считает то, что он спал с Кирой какой-то особой проблемой. Для Серëжи это будто досадная мелочь, вроде кофе пролитого на белую рубашку.
И наверное именно это подталкивает меня к следующим словам:
– Слушай, – я и сама не представляю как решаюсь это произнести. – Понимаю, что тебя произошедшее мало волнует. Но я не такая. Прости, но я очень сомневаюсь, что смогу простить тебе это. И поэтому, – сглатываю воздух, после чего продолжаю. – Я наверное подам на развод.
– Что? – У Сергея округляются глаза. – Всмысле развод? Варя, ты с ума сошла?
Глава 5 - Мастер своего дела
Я пытаюсь удержать лицо беспристрастным. Не показать насколько мне тяжело произносить эти слова и какую боль я испытываю в своëм сердце.
Даже инстинктивно кладу ладонь на живот, будто это способно защитить моего малыша от всей бури эмоций, которая сейчас бушует во мне.
– Нет, – к собственной гордости, мой голос звучит твëрдо и даже не дрожит. – С ума я не сошла. Напротив, оцениваю ситуацию очень трезво. Ты изменил мне, Серëжа. Это значит, – загибаю один палец. – Во-первых – я тебе надоела, чем-то не устраиваю или просто Кира лучше меня. Во-вторых, – загибаю ещë один палец. – Я не смогу тебе этого забыть, даже если очень захочу. Понимаешь какой отсюда вывод?
– Что ты всë же сильно горячишься, Варюш, – мягко и при этом грустно улыбается Сергей. – И всë слишком преувеличиваешь.
Я очень хочу выкрикнуть всë, что я думаю об этом "преувеличении", но сдерживаюсь. Я должна быть спокойна ради ребëнка. Он важнее всех наших разборок. Я и так нарушила, кажется, уже почти все предписания Елизаветы Александровны.
Именно поэтому, я лишь медленно качаю головой:
– Неверный вывод, Серëж. На самом деле, если мы останемся вдвоем, то просто будем мучать друг друга и делать несчастными. Я буду тебя всë больше раздражать и ограничивать, а ты уже никогда не получишь полного доверия и будешь любым даже незначительным проступком напоминать мне о том, что ты натворил. У нас нет будущего, Серëж. Ты убил его в тот момент, когда лëг в постель с другой женщиной.
После своих слов я ожидаю целый поток возмущений или возможно даже обвинений.
Но на удивление Сергей замолкает. Некоторое время смотрит на меня задумчиво, а после говорит очень просто, но при этом неожиданно твëрдо:
– И как ты планируешь жить, Варя?
Признаться честно, я такой деловитости и спокойствия от Сергея не ожидала.
Да, он конечно крупный руководитель отдела рекламы и связям с общественностью в своей компании.
Но зачастую его самыми главной обязанностью там является умение, что называется – договориться, уболтать и очаровать нужных клиентов. Вызвать у них доверие.
Поэтому и я, и все видят зачастую Сережу в образе этакого приятного и крайне дружелюбного парня. С которым хочется общаться на какие-нибудь интересные, отстраненные от дел темы. Но никак не обсуждать что-то серьëзное.
И этим вопросом Сергей застаëт меня врасплох.
– Ну, как… подам на развод. И…
– И? – Сергей изгибает бровь. – Что дальше? Куда? Мы с тобой оба хотели большую квартиру в центре. Ты продала свою двушку. У меня был крупный депозит. Вложились одинаково уже в браке. И вот, четыре комнаты и лучший район. Вот только, квартира общая. Ты конечно можешь рвануть к своим на Север, но самолеты тебе сейчас запрещены. А поезд в твоем состоянии тоже не гарантия, что по пути ничего не случится. Плюс у твоих в двушке еще сестра со своей семьей. Уверен, родители очень обрадуются твоему приезду. -Сергей иронично усмехается.
А у меня внутри всë холодеет. Ведь он прав. Всë именно так как он говорит.
В голове всплывают мамины уговоры. Как она просила не продавать квартиру, которую я купила до брака благодаря призовым.
Не послушалась. У меня ведь в голове был только Серëжа и наша "неземная" любовь.
А теперь жалею. Всë по классике – надо слушать маму.
Сейчас у меня не отдельного жилья, ни работы, ни даже нормального здоровья.
Потрясающие перспективы. Но я решаюсь идти до конца и склоняю голову к плечу:
– А почему уходить должна я? Да ещë и беременная. В конце концов, это ты и твоя измена стали причиной развода. А значит, тебе и уходить. Да и вообще, разве это не элементарное понятие чести и показатель настоящего мужчины? Тем более, твоя зарплата позволяет без проблем арендовать практически любую квартиру.
– Конечно позволяет. Мне это не в наклад, – кивает Сергей. – Я тебе скажу больше. Моя должность позволяет мне написать заявление о возмещении аренды жилья. И все расходы на себя возьмет компания. Потрясающе, да?
– Конечно, – я улыбаюсь. – Значит, ты съедешь?
Сергей улыбается в ответ, но говорит абсолютно не то, что я рассчитываю услышать:
– Ну, конечно, нет, Варюш.
– Что? – Я моргаю. – Но почему? Ты же сам сказал, что можешь.
– Могу. Но не хочу, – он разводит руками. – Как и впринципе, не хочу разводиться с тобой. Но на это я повлиять не могу. Это твоë право подать на развод. Да и малыша наверняка оставят тебе. – Сергей вздыхает. – Поэтому, я хочу реализовать и своë право. А именно – на проживание в квартире, половина которой принадлежит мне.
– Ты… я не понимаю… , – на миг зажмуриваюсь, а после снова открываю глаза. – Ты не уходишь просто из желания досадить мне?
– Нет, конечно. – Сергей снова улыбается своей привлекательной и при этом немного холодной улыбкой. – Я ведь уже говорил. Я делаю это потому что не хочу с тобой разводиться. А мои действия – наглядный способ показать, что даже после развода я из твоей жизни никуда не денусь. Мы так и будем проживать под одной крышей. И поэтому, я прошу тебя, – он берëт меня за руку. – Подумай ещë раз насчет твоего намерения. Развод ничего не решит.
– Замечательно, – я резко отворачиваюсь, главным образом, чтобы скрыть свои слëзы.
Потому что ситуация для меня просто тупиковая.
Но уже в следующую секунду моего подбородка касается тëплая ладонь Сергея и он мягко вынуждает меня снова смотреть на него.
– Варь, давай так. Ты выбрасываешь из головы глупость в виде развода. И озвучиваешь мне свои условия, которые нужны для того, чтобы ты дала мне второй шанс.
Глава 6 - Без условий
Первое же моë желание – просто послать Серëжу куда подальше со всеми его предложениями.
И оно почти сразу берëт вверх над хоть какой-то осторожностью.
– Условия? – Поднимаю я брови. – Ты серьëзно? О каких условиях вообще может идти речь?
Но Сережа невозмутимо пожимает плечами.
– Я как раз о них спрашиваю у тебя. Но, если ты теряешься с поиском ответа, то могу помочь.
– О, прямо очень интересно, – фыркаю я, а после вскидываю руки, всë же не в силах сдержать эмоции. – Знаешь, давай. Хочу услышать то, что ты предложишь.
Сергей усмехается.
– Хоть и понимаю, что ты иронизируешь, но все равно скажу. Тебе в твоем непростом состоянии и ребенку нужна забота, уход, спокойствие и полная обеспеченность. Я всë это дам вам обоим даже сверх меры. А ты мне не должна вообще ничего. Всë. Забудь даже про самые мелкие и ничтожные дела. Ты у нас королева и будешь получать всë, что захочешь. А все проблемы буду решать исключительно я.
– Ты правда считаешь, чтовсë это заставит меня забыть о твоей измене?
У меня даже вырывается смешок. Настолько это кажется нелепым.
– Конечно нет, – Сергей берет и мягко сжимает мои ладони, проникновенно глядя в глаза. – Просто, повторюсь – я очень люблю вас обоих, Варюш. И ненавижу себя за то, что сделал.
Правильные скулы на его лице напрягаются, отчего становятся еще более резкими, красиво выделяясь под кожей.
Честное слово, иногда мне кажется, что его бы и в Голливуде с руками оторвали с такой-то внешностью. Да и харизма у него просто сногсшибательная.
Вот только, ничего из этого не делает Серëжу хорошим мужем. Скорее, даже наоборот.
Я смотрю на точеные черты лица, яркие выразительные глаза, обрамленные густыми ресницами, правильный аккуратный нос, красиво очерченные губы, квадратный чуть широковатый подбородок и понимаю, что мой Сережа – это просто идеальная картинка. Шедевр анатомического искусства, так сказать.
На него приятно смотреть. Но большего он дать просто не в состоянии.
Да и наслаждаться этим совершенством всегда будут хотеть очень и очень многие.
Как там говорила моя мама? Красивый муж – чужой муж.
Она ведь предупреждала о подобном, а я отмахивалась всегда. Не верила, что Серëжа на такое способен.
– Дай мне второй шанс, родная моя, – он целует сначала мои пальцы, а после попеременно левую и правую ладонь. – Любимая.
Поднимается надо мной и захватывает губами тонкую кожу на шее.
Я на мгновение зажмуриваюсь и запрокидываю голову назад.
В первые секунды меня оглушают его нежные, но при этом аккуратные касания. Тело за время пребывания в больнице невероятно соскучилась по ласкам Сергея. И реагирует непривычно ярко. По коже пробегает целый табун мурашек.
И да, стыдно признать, но я на мгновение будто вообще выпадаю из ощущения реальности.
Есть только я и сводящие с ума объятия Сергея.
Уже сама тянусь за поцелуем. А после, прижимаюсь носом к его шее.
И весь морок разом рассеивается.
Моë слишком обостренное благодаря беременности обоняние сквозь привычный древесно-эвкалиптовый аромат парфюма Сергея, тут же вылавливает приторно сладкие нотки женских духов, которые въелись в его кожу.
Я резко отстраняюсь.
– Нет, Сергей. Я так не могу, – упираюсь двумя ладонями ему в грудь и вынуждаю выпрямиться. – От тебя даже воняет Кирой. Попытаешься поцеловать еще раз, честное слово, меня может стошнить прямо на тебя.
– Ну, я могу сходить в душ и мы продолжим, – усмехается Сергей и я не выдерживаю.
Размахиваюсь и все же даю ему пощечину.
– Ты понимаешь, что творишь? Сергей, ты будто издеваешься надо мной. Тебе правда не понятно, как больно ты мне сделал? К чему какие-то шутки? Тем более, максимально идиотские. Ты… ты…
Я начинаю всхлипывать.
Сергей вскользь дотрагивается до щеки, на которой красуется теперь алое пятно, но тут же обнимает меня.
– Не издеваюсь, Варюш. Это просто защитная реакция. Я понимаю насколько облажался и мой мозг просто отказывается нормально работать.
Он успокаивающе гладит меня по спине, а я начинаю от этого плакать только сильнее.
– Почему?! Сергей, почему ты так со мной поступил?! Как ты мог всë разрушить!
У меня начинается истерика и я перехожу на крик.
– Далась тебе та Кира! Ну, переспал с ней и что?! Лучше стало?! Доволен?!
– Нет, – тихо отвечает Сергей. – Я сам всë испортил. Я – идиот. Прости.
– Никогда не прощу! – Злобно рявкаю я. – Ненавижу тебя, понял?!
– Понял, – так же тихо отвечает он.
– И ничего кроме развода меня не устроит. Ты мне больше не муж.
– Понял, – повторяет Сергей. А после добавляет, – Варюш, давай водички принесу. Нельзя тебе так нервничать. Я – урод моральный, это правда. Но ребенок наш ведь ни в чем не виноват.
Я пытаюсь унять всхлипы. Отстраняюсь и киваю.
– Хорошо. Да, ты прав. Успокоиться и правда нужно.
– Может чайку травяного заварить? Какой ты перед сном пьëшь?
Сергей поднимается с кровати.
– Да, давай.
Слезы еще катятся по моим щекам, но на меня внезапно наваливается апатия и усталость. После всего произошедшего, чувствую себя как выжатый лимон.
Сергей уходит на кухню и я слышу как он включает электрический чайник.
Я тем временем выбираюсь из-под покрывала и переодеваюсь в домашнюю широкую футболку.
Предварительно понюхав еë. Вдруг, Кира и в ней успела походить.
Но к счастью, посторонних запахов нет.
Даже смешно. Будто собака, честное слово.
Одевшись, возвращаюсь в постель и спустя пару минут, входит Серëжа с подносом на котором стоит чашка с дымящимся чаем и небольшая конфетница с мармеладками.
– Прошу, – он ставит поднос около меня, а сам присаживается на край кровати и достает мобильный. – Что ж, тогда на какой день записываться для консультации?
– Куда записываться? Какой консультации? – Хмурюсь я.
– Что значит какой? – Ведет плечом Сергей. – О подаче заявления на развод, конечно. У нас есть ребенок. И общее жилье, так что придется через суд. По другому никак. Но это единственное, что я знаю. Поэтому, нужен юрист.
Глава 7 - Пустая подушка
Я даже теряюсь. Да, конечно, я рада, что Сергей вроде как помогает, но всë это очень странно.
– Есть еще проблема, – Сергей разводит руками. – Дело в том, что у нас ведь только один юрист. С которым мы работаем. Ему плачу я. У тебя есть свой?
– З… зачем мне свой? – Спрашиваю с запинкой, хотя по правде говоря, уже прекрасно понимаю к чему Серëжа задал этот вопрос.
– Ну, как же? Во время судебных разбирательств, тебе нужен будет юрист. Тем более, сама знаешь, наша Сюзанна настоящий Цербер. Порвет любого.
– Я не понимаю, – трясу головой. – Какие разбирательства? Зачем?
– Сказал же – ты носишь нашего ребенка, за опеку над которым я собираюсь судиться, плюс деление совместного имущества. Это все сложно, – Сергей говорит все спокойно, даже дружелюбно, но от его слов мне становится страшно.
– Ты же сам меня собираешься отвозить к юристу, для чего всë это?
– Я собираюсь отвозить, потому что ты этого хочешь. Плюс, тебе нельзя много напрягаться. Но, – Сергей поднимает палец. – Это не значит, что я согласен на развод. Я против и тебе придется подавать на развод в одностороннем порядке.
– Это бред, Серëжа, – я сжимаю пальцами виски. – И вдобавок – откровенная жестокость.
– В чем интересно? – Изгибает бровь Сергей. – Я не хочу этого развода, но всë равно буду помогать тебе.
– Это не помощь. Это – издевательство.
– Хочешь, чтоб я и этого не делал? – Сергей вздыхает. – Варюш, успокойся. Как минимум консультацию и список необходимых документов тебе точно предоставят. Уж, поверь. Другой бы на моем месте уже бы начал делить имущество и говорить, что ты ни копейки не получишь. Но я не такой, – он мягко улыбается. – Не хочу причинять боль. Ни тебе, ни нашему малышу.
– Тогда что же ты с Кирой в постель нырял? – Злобно фыркаю я.
– Говорил же – она сама. Да и по работе заставили, – Сергей разводит руками. – Моей вины здесь совсем немного. Если так подумать, мы вдвоем с тобой – жертвы обстоятельств.
– Да, особенно ты. – Я злюсь ещë больше, но Сергей это игнорирует.
– Ладно, давай, я сейчас позвоню! Сюзанне и договорюсь о встречи, а потом посмотрим какой-нибудь сериальчик.
– Звони и на этом всë. – Отворачиваюсь, чтобы не показывать вновь наворачивающиеся на глаза слëзы. – Я не хочу не видеть тебя, ни даже разговаривать с тобой. Про всякие сериальчики и речи быть не может.
– Что ж, жаль. Но дело твоë. – Разводит руками Сергей. – Тогда посплю на диванчике. Но, радость моя, если что-нибудь понадобится, зови. – Снова теплая и именно поэтому приносящая невероятную боль улыбка. – Я ведь люблю вас.
После чего, достаëт из шкафа постельное и выходит, оставляя меня наедине с собой и собственной болью.
Мне уже ничего не хочется, но я все же выпиваю чай с мятой и мелиссой, который принес Сергей, в глупой надежде хоть как-то успокоиться.
Отставляю поднос от себя на прикроватный столик, обратно падаю на подушку и закрываю глаза, давя в себе рыдания. Очень не хочу, чтоб их слышал Сергей.
Играю сильную женщину, хотя кому это нужно? Мне разве что. И собственной гордости.
Поворачиваюсь на бок и взгляд упирается в подушку на которой всегда спит Серëжа.
Такая простая вещь, но даже она причиняет боль.
Я так мечтала находясь в больнице, как вернусь домой и снова буду засыпать в объятиях искренне любимого мужчины. Но теперь, этому уже не случится. Вообще никогда.
Капли слез собираются в уголках глаз и медленно стекают по щекам, попадая на губы. Так, что я могу ощутить их вкус.
Солëные и горькие. Чем-то напоминающие кровь, только без металлического привкуса.
Пожалуй, именно такое на вкус и есть предательство.
Почему же это так больно?
Провожу ладонью по прохладной и мягкой поверхности сейчас пустующей подушки.
Голову пронзает очередное болезненное осознание, что еще пару часов назад на ней лежал Сергей, а рядом к нему прижималась Кира.
От этой мысли мне становится настолько мерзко, что я практически вскакиваю. Хоть резкие движения мне и запрещены.
А после, начинаю с остервенением стаскивать с кровати покрывало, простыни, скидывать подушки вместе с наволочками.
И когда я замерла над полностью оголенными матрасами в спальню входит Сергей.
– Варюш, я договорился. Можем прямо…
Увидев меня среди смятого постельного белья валяющегося на полу, он обрывает сам себя и встревоженно подходит.
– Тебе стало хуже? Кровь опять? Или стошнило? Давай, я сам поменяю и выстираю.
– Ты кувыркался здесь с Кирой, – поджимаю я губы. – Это лучше сразу сжечь. Выстирать подобную грязь невозможно.
– А вот в чем дело, – хмыкает Сергей. – Ясно. Но все равно, нужно было позвать меня. Тем более, для подушек. Варь, тебе даже ходить практически запрещено. А ты страдаешь не пойми чем. Будь ответственнее, ладно?
– Себе это надо было говорить, – я злобно буцаю простынь ногой. – Хочешь сам, давай. Только убери эту мерзость подальше от меня.
– А я смотрю, ты быстро привыкла командовать, – усмехается Сергей, собирая постельное бельë. А теперь, подумай о том, кто тебя будет терпеть. С такими-то замашками. К сожалению, – качает он головой. – Ты вряд ли кому-то будешь нужна кроме меня. Да и твои проблемы с вынашиванием плюсов не добавляют. Я не пытаюсь давить, -Сергей поднимает ладони. – Просто хочу сказать, что ты должна реально оценивать себя и свои перспективы на личную жизнь.
– Да пусть у меня ее вообще не будет. Чем с таким изменщиком! – Злюсь я еще больше. – И вообще, ты вроде что-то хотел сказать.
– Да, – Сергей кивает. – Юрист нас ожидает через полтора часа. Так что, скоро будем выезжать.
Глава 8 - Его юрист
Офис юридической компании, в которую привëз меня Сергей оказывается довольно внушительным. Напоминает скорее даже крупное отделение банка.
Я здесь ни разу раньше не была, поэтому и удивлена. Представляла себе что-то куда скромнее по масштабам. Например небольшую нотариальную конторку.
Мы поднимаемся на второй этаж, где за столом сидит приятной внешности парень.
– Мы к Сюзанне, я договаривался, – расслабленно сообщает Сергей, даже раньше, чем парень успевает поздороваться с нами.
– Добрый день, – всë же выдает дежурное вежливое приветствие парень и поднимается из-за стола. – Сейчас сообщу Сюзанне Игоревне. Одну секундочку.
Он направляется к тяжелой на вид, лакированной под старину деревянной двери.
– Видишь, всë зависит от того, кто босс, – склоняется к моему уху Сергей. – У мужчин – фигуристые блондинки с третьим размером груди. А Сюзи у нас любит молодых смазливых мальчиков.
– Тогда, в случае если ты вдруг решишь уволиться – можешь быть спокоен, – я не сдерживаюсь от колкости. – Тебя точно примут здесь на работу.
– Нет уж, спасибо, – ухмыляется Сергей вполголоса. – Секретутом я быть точно не согласен.
– Интересно почему это? – Продолжаю иронизировать я. – Судя по тому, что ты рассказал и чем ты занимаешься у себя на работе, то работать здесь даже лучше. Ублажать-то всего одну женщину – начальницу свою. Хотя, – веду плечом. – Наверное в этом и дело, да? Тебе ведь разнообразие подавай.
– С чего это ты внезапно стала такой язвой? – Прищуривается Сергей.
– Спроси об этом у себя. – Я отворачиваюсь.
В этот момент возвращается парень.
– Сюзанна Игоревна вас ждëт. Может что-нибудь принести вам? Чай, кофе, есть лимонад. – Он приятно улыбается и мне становится непосебе, что мы только что так некорректно обсуждали за спиной его и его работу.
Как будто он действительно занимается чем-то позорным. М-да, и откуда только берется это полностью неоправданное высокомерие по отношению к другим?
– Нет, благодарю, – качаю головой.
– Мне тоже ничего не нужно, – поддерживает меня Сергей и мы вдвоем входим в кабинет к той самой Сюзанне Игоревне.
Не знаю почему, но мне страшно так, что даже коленки подгибаются.
Наверное, будь сейчас мы с Сережей в прежних отношениях, я бы непременно взяла его под руку. Для поддержки.
Но теперь, нужно учиться обходиться без него.
Кабинет оказывается достаточно просторным, но обставлен в неожиданно темных тонах.
Везде царит официальность и давящее ощущение безукоризненного сухого прагматизма.
Несколько живых растений расположенных на небольшом столике и те, с длинными идеально ровными, будто под линейку листьями.
За черным столом с несколькими папками сидит подтянутая худощавая женщина.
Светлые волосы ровные обрамляют белокожее, едва тронутое легким макияжем строгое лицо.
От одного взгляда на эту женщину мне становится не по себе. Будто передо мной не человек сидит, а безжалостный киборг не способный испытывать никаких чувств.
Впрочем, когда она видит Серëжу, ее бледные губы растягиваются то ли в улыбке, то ли в оскале.