Мой чужой папа

© Артелина Грудина

© Коротаева Ольга

© ИДДК

Пролог

Борис

Я стоял во дворике дома и заглядывал в окно. Не мог отвести жадного взгляда от округлой груди Вали, которая покачивалась в одном ритме с крепкими бёдрами Леонида. Обнажённая женщина кошкой извивалась под ним, протяжно стонала и при этом не сводила с меня глаз.

Затуманенный страстью взгляд одновременно обещал награду, ярко накрашенные губы растягивались в улыбке, обнажая жемчужные зубки. Этим ротиком она могла доставить наслаждение, а могла и боль. Дикая игра с моей дикой кошкой.

Чёрт, как меня заводила эта сцена! Когда Леонид развернул жену спиной к себе и поставил на четвереньки, я еле сдержал стон. Картина, представшая передо мной, была восхитительно развратной. Леонид драл Валю с упоением. Так же, как буду я. Совсем скоро.

Моя рука уже легла поверх штанов. Напряжённый член томился и просился наружу. Ему было тесно и неудобно, но выпускать его из плена я не торопился.

Бёдра мужчины задвигались быстрее, финал их близости надвигался, а я предвкушал свой выход.

Водитель уже ждал Леонида, ему, как всегда, нужно было спешить в офис. А мне следует проявить осторожность. Я с трудом оторвал голодный взгляд от круглой попки Вали, нехотя отошёл от окна и активировал планшет.

Со стороны казалось, что я работаю, но на самом деле я рассматривал откровенные фото любовницы. Валя никогда не стеснялась своего тела, ей нравилось восхищение и желание в глазах мужчин. Ненасытная кошка, она обожала экстрим и эротические игры на грани.

Как она только связалась с этим консерватором Леонидом? Впрочем, это глупый вопрос. Конечно же, деньги, статус и сытая жизнь. К тому же он вечно в командировках или на работе. Этот лох даже не замечает, какие ветвистые у него рога.

Звук шагов отвлёк меня от откровенных снимков, и я поднял голову. Леонид уже спешил к авто, в одной руке портфель, в другой телефон. Мужчина махнул мне, приветствуя и даже не подозревая, что не успеет его машина выехать из двора, как я уже буду трахать его жену.

Валентина ждала меня в кровати. Она не удосужилась даже прикрыться. Голая на смятых простынях, вся пропитанная ароматом секса, со спермой мужа на своих бёдрах…

Я сам не заметил, как зарычал и набросился на добычу. Вытрахать её всю, залить своей спермой, пометить, стереть запах другого мужчины. Мне, в отличие от её мужа, спешить некуда. Я буду брать её долго, пока Валя не сорвёт голос от стонов.

– Боря, какой ты ненасытный! – Смеясь, она забросила ноги на мои бёдра, прижимая к себе.

О, ты даже не представляешь насколько!

– Такой же, как и ты, моя кошка.

Наш секс, как всегда, был сумасшествием. Никаких запретов, голое желание, не сдерживаемые инстинкты и неистовые эмоции.

Домой я ехал с довольной улыбкой. Жаль только, душ не успел принять. От меня, казалось, разило сексом, но Ася сейчас на работе, пашет на пару с Леонидом. Я усмехнулся. Забавная у нас жизнь. Я трахаю жену начальника собственной супруги. Смех, да и только.

Открыв дверь своим ключом, я замер на пороге. Моя скромная Ася стояла в кружевном белье, чулках и распахнутом шёлковом халатике. На её щеках горел румянец, а жена то и дело облизывала пересохшие губы.

– Привет, – прошептал я, оглушённый такой картиной.

Моя робкая нежная девочка. Никогда бы не подумал, что она решится на такое откровенное соблазнение.

– А я… вот…

Она погладила свои округлые бёдра и застыла.

– Ась!

Сбросив у дверей обувь, я подхватил жену и понёс в нашу кровать.

Глава 1

Ася

Больничный потолок белёсым туманом расплывался перед глазами. Фигура акушерки маячила цветным пятном. Казалось, у меня совсем не осталось сил даже дышать, не то что тужиться. Хотелось сдаться и заплакать.

– Я больше не могу…

Сильная тёплая ладонь мужа бережно обхватывала мои ледяные пальцы, нежно сжимая.

– Асенька, милая, ещё немножко. Ты сможешь.

– Нет. – Слёзы всё же потекли из глаз.

– Так, всё, девка, хватит дурить. Я вижу головку. Ещё пару схваток – и родишь богатыря.

Акушерка в годах не особо церемонилась, но её слова не обижали, а скорее придавали сил. Прояви она хоть капельку сочувствия, я бы разревелась в голос. Но женщина, будто суровый тренер, приказывала: «Вперёд. Ты можешь!» И у меня открывалось очередное второе дыхание.

– Может, врача позвать? – всполошился Боря. Он взволнованно смотрел то на акушерку, то на молоденькую медсестру.

– Ань, позови! – согласилась акушерка, и медсестра тут же выбежала из родильного бокса. – Ну а мы с тобой сейчас поработаем. Готова, милая?

– Нет!

– На схватку, – не обращая внимания на мои крики, рявкнула женщина. Будто флажком махнула: – Тужимся!

Я отчаянно помотала головой, но когда очередная схватка раздирающей болью затопила всё моё тело, стиснув зубы, исполнила всё, что говорили. Дышим. Тужимся. Отдыхаем. Ещё! В живот!

– И что у нас тут? – вошёл в родильный блок врач.

Ответил ему как раз в эту минуту родившийся сын. Малыш громко закричал и взмахнул крошечными ручками. Я выдохнула со всхлипом, вся боль и слабость тут же потеряли значение, едва мне положили ребёнка на живот. Мокрый, красный, голенький – самый прекрасный на всём белом свете. Мой самый родной человечек.

– Привет, – глотая слёзы счастья, прошептала я сыночку, когда медсестра промокнула его пелёнкой.

Девушка тут же выбросила одноразовую ткань и накрыла малыша другой.

– Пусть полежит чуть-чуть, – улыбнулась она. – Можете попробовать приложить к груди.

– Он такой крошечный. – Боря улыбнулся и бережно прикоснулся к микроскопическим, по сравнению с его, пальчикам сына.

– Николай Борисович, – прошептала я, наконец-то определившись с именем.

Последние несколько месяцев мы перебрали кучу вариантов, но то Боре не нравилось, то мне, а если мы вдвоём сходились во мнении, то с отчеством имя звучало странно. Но когда я увидела сына, то сразу поняла – это Николай! Ник, Коленька…

– А что! Звучит! – Муж поцеловал меня в висок и опять принялся рассматривать наше сокровище.

В эту секунду я была самой счастливой женщиной в мире. Боря и Коля – двое моих любимых мужчин были со мной рядом, здоровые и счастливые. Пусть нашу идиллию и нарушила медсестра, которая попросила подписать документы, и Борис вышел. Ничего, эта разлука ненадолго. Впереди столько радости!

Эйфория длилась недолго. Уже через два часа в палату влетел взбешённый муж.

– Как ты могла? Лоха нашла, да? Думала, я ничего не узнаю? Шлюха!

Лицо Бори перекосилось от гнева, губы кривились от презрения. Казалось, он сейчас либо ударит меня, либо плюнет в лицо… Сердце ёкнуло. Но за что?

Пролепетала испуганно:

– Боря, я не понимаю. Что происходит? Почему ты говоришь мне такое?

– Не понимаешь? – процедил он зло. – Хватит притворяться бедной овечкой! А ведь мать меня предупреждала! Говорила, не женись на Асе, она слишком красивая, изменять будет. А я не послушал, отмахнулся, а оно вот как вышло! С кем трахалась, говори?! – Боря хватанул меня за плечи и сильно тряхнул. – Кто он?

Я смотрела в лицо мужа и не узнавала его. Никогда не видела Бориса таким диким. Ярость пылала в его взгляде так, что во рту пересохло. Сглотнув подкативший к горлу ком, я сипло ответила:

– Боря, у меня никого, кроме тебя, не было. Ты мой первый и единст…

– Заткнись! – в бешенстве перебил муж. – Не хочу слышать эту ложь. Этот ублюдок не мой!

Он махнул рукой в сторону спящего малыша. Меня накрыло душной волной обиды.

– Что ты мелешь! – взорвалась я. – Как ты можешь так говорить о родном сыне?!

– Он не мой, – холодно возразил муж и хмыкнул: – Знаешь, какая у него группа крови? Третья! Скажи, как это возможно, если и у тебя, и у меня первая?

– Это какая-то ошибка, – опешила я и посмотрела на сына. – Точно недоразумение. Надо повторить анализ. Я тебе не изменяла!

– Всё, достаточно, – грубо бросил муж. – Я подаю на развод! Знать тебя больше не хочу. Не звони мне, поняла? И в мой дом не возвращайся!

Боря пулей вылетел из палаты и громко хлопнул дверью. Ник в кроватке закрутился, но не проснулся. Слава богу, потому что подойти к ребёнку сейчас сил у меня уже не было.

Усталость после родов, затуманенность сознания после капельниц и ссора с мужем – всё навалилось воедино. Не хотелось ни бежать за мужем, ни просить проверить результаты, ни чего-то ещё… Даже маме не стала звонить! Я прижала к груди маленькую подушку и молча уставилась на потолок палаты.

Это безумие какое-то. Так не может быть. Вот завтра выяснится, что медсестра перепутала пробирки, и Боре станет стыдно. Он придёт, будет умолять простить его. Я сжала губы – по щекам ползли и ползли щекочущие слёзы.

Глава 2

Ася

Сколько я так пролежала, не знаю. Очнулась, когда дверь в палату открылась.

Вошла акушерка, которая принимала роды. Ещё недавно строгая, сейчас она широко улыбалась.

– Ну как вы, мамочка?

Молоденькая медсестра прикрыла за ними дверь и положила на столик документы. Принялась что-то записывать.

– Какая группа крови у моего сына? – хрипло спросила я.

– Третья, – не оглянувшись, ответила девушка.

Я зажмурилась, не в силах поверить услышанному. Как это может быть?

– А вы не ошиблись? – прошептала я.

– Никакой ошибки, – подошла ко мне акушерка. Проверила мою грудь. – Молочко появилось? Прикладывали уже богатыря своего?

– Нет, – пытаясь осознать, как так получилось с группой крови, пролепетала я.

– Так, а чего ждём? Жалеем себя? А ребёнка кто кормить будет? Или голодным решила оставить?

Медсестра уже склонилась над сыном, чтобы взять его на руки и передать мне. Я же едва не задохнулась. Муж сказал, что в дом не пустит… Мамочка, а что мне делать-то? Куда я пойду? Чем буду кормить Николашу? Мои родные в другом городе, я здесь ничего своего не имею: жили мы в квартире Бори, с работы я давно ушла в декрет, подруг всех муж отвадил ещё на стадии свиданий. Всё время дулся, что я им времени уделяю больше, чем ему. И что теперь? Я одна с новорождённым на руках. Без помощи, поддержки, жилья и денег.

– Эй, это что ты тут удумала, девка? – нахмурилась акушерка. – А ну, сырость мне тут прекращай разводить. Или хочешь, чтобы молоко пропало?

Я помотала головой. Нет, не хочу. Иначе точно не прокормлю. Смеси сейчас стоят очень дорого. Мы с Борей одну баночку на всякий случай купили, так что сейчас сыну будет что дать, но грудь надо разрабатывать.

Сжав зубы, я массировала молочные железы, как учили, и пыталась сцеживаться. Выходило плохо и адски больно, но сдаваться было нельзя. Ради Николаши я должна быть сильной. Завтра же с утра пойду к врачу и потребую переделать анализ крови. Это точно ошибка! Боря ещё извиняться будет за жестокие слова в такой тяжёлый период, но я, конечно, прощу. Просто он сильно перенервничал, вот и наговорил лишнего.

Я посмотрела на сына, который жадно присосался к бутылочке со смесью.

– Давай-давай, не отлынивай, разрабатывай, – подгоняла меня генеральша в белом халате.

– Крепкий парень, и аппетит хороший, – улыбнулась мне медсестра. – Сразу видно – покорителем женских сердец будет. Я таких синих глаз ещё не видела, а в сочетании с белоснежными волосами и этой ямочкой на подбородке… вот, посмотрите! Вырастет Казановой!

– Эх, разве в красоте счастье? Глупая ты, Анька, молодая ещё! Не слушай её. Богатырь будет! Сильный, храбрый, защитник мамин. Да, карапуз?

Женщины ещё переговаривались между собой, спорили, а я сцеживалась и напряжённо думала. Как у двух брюнетов может родиться блондин? Да ещё и с ямочкой на подбородке? Ни у меня, ни у Бори её нет. Голубых глаз тоже, но они со временем могут изменить цвет. Стать такими, как у мужа – зелёными, или, как у меня, карими. Или не могут? Жаль, что у меня на телефоне закончились деньги и смартфон работает только на приём звонков, – посмотрела бы по интернету. Поговорить об этом с женщинами я не решилась.

Какой-то нелепый кошмар! Я не изменяла Боре. У меня никого, кроме него, никогда и не было. Выходила замуж, гордо надев белоснежное платье. Оно действительно являлось для меня символом чистоты. За два года нашего брака я даже ни разу не посмотрела в сторону других мужчин! Зачем, если я всем сердцем люблю мужа?

Выдохнула. Так, нужно успокоиться и не накручивать себя. Завтра доктор попросит переделать анализ, и я спокойно поговорю с Борей. Всему этому должно быть логическое объяснение! В конце концов, я заставлю сделать мужа тест на отцовство! Он точно убедит Борю, что Ник его ребёнок.

– Вот, молодец. Получилось-таки, – акушерка посмотрела на бутылочку, прикреплённую к молокоотсосу. – Двадцать пять граммов? Замечательно! Как проснётся богатырь, дашь ему своё, а не смесь, а после попробуешь и к груди приложить. Поняла?

– Да.

– Ну, вот и молодец. А сейчас отдыхай, спи подольше, набирайся сил, мамочка.

Они вышли, и в палате стало совсем тихо. Всё-таки их болтовня отвлекала от грустных мыслей. Акушерка заставляла меня переключить внимание на сына, но сейчас… Николаша спит, а я, кажется, снова плачу.

Притронулась кончиками пальцев к мокрым щекам. Точно, слёзы…

– Прекрасно! Если хочешь остаться без молока, продолжай в том же духе, – зло сказала я себе.

Истерика набирала обороты. Я всерьёз думала надавать себе пощёчин, но тут зазвонил телефон.

Боря! Это точно он. Наверняка звонит, чтобы извиниться, сказать, что погорячился. Я бросилась к мобильному, но на дисплее высветился совершенно другой контакт. Леонид Григорьевич? Интересно, что понадобилось боссу?

Глава 3

Лео

Машина остановилась, и я, покачнувшись, сонно встрепенулся.

– Леонид Григорьевич, приехали, – отчитался водитель.

– Спасибо, Петя, – зевнув, отозвался я, мечтая как можно быстрее добраться до кровати, прижать к себе Валю и… дальше по обстоятельствам. – На сегодня всё. Я позвоню, как будешь нужен.

– Всегда на связи, – услужливо улыбнулся Шолов, отрабатывая повышенную зарплату за ненормированный рабочий день. – Хорошего дня!

Я выбрался из машины и, глядя на светлый двухэтажный дом, с удовольствием потянулся. Утреннее солнышко щекотало кожу, но организм упрямо твердил, что сейчас время сна. Сказывалась разница во времени. Поэтому я, махнув на всё, решил взять отгул у самого себя и, отправившись с самолёта прямиком домой, радовался своему решению. Обычно поблажек я себе не давал.

Открыв дверь ключом, подумал, что жена, наверное, уехала по магазинам. Бросив звякнувшие ключи на столик в холле, скинул осточертевшие лоферы и, развязывая на ходу галстук, вошёл в зал. Оглядел новую мебель с тёмно-фиолетовой обивкой и на миг скривился. Ненавижу этот цвет. Валя снова всё тут переставила, сменила шторы. А мне прежние нравились, света в дом больше пропускали. Но это всё неважно, ведь я в основном на работе, а перед сном мне некогда рассматривать новые ковры. Добраться бы до кровати, чтобы утром вновь спешить на фирму.

Но сегодня у меня выходной! Я стянул пиджак и, бросив его на диван, направился к светлой лестнице, до которой пока не добралась ни фантазия моей супруги, ни загребущие лапки её любимого дизайнера. Пора уже этого Бориса в штат принимать. С ним я общаюсь чаще, чем с некоторыми из своих сотрудников. Утром он уже здесь, вечером ещё здесь. К счастью, сегодня его улыбающейся и вечно небритой физиономии я не вижу.

Поднялся на второй этаж и, расстегнув рубашку, направился через спальню в душ, но остановился при виде растёкшейся на кровати жены. На Вале из одежды были только туфельки на прозрачной платформе и белые чулочки.

– Привет! – улыбнулась она.

– Ты дома? – удивился я. – Думал, в магазине или в спа…

– Сюрприз! – опустила Валя густые ресницы и, откинув растрёпанные волосы, поманила меня пальчиком. – Чего же ты стоишь? Или японочки тебя любили так, что и жены не надо?

– Скажешь тоже, – фыркнул я и сбросил брюки. – Они на детей похожи. Мелкие, глазастые…

Как всегда при упоминании детей, жена поморщилась. Я сжал челюсти: вот же вырвалось.

– Хочешь, усыновим одну из них? – коряво пошутил я, стараясь отвлечь Валю от мыслей о моём бесплодии. Притянул её к себе. – Опять надушилась?

Запах мне не нравился, напоминал мужской, но Валя упрямо им пользовалась, хоть и клялась, что выбросила. Впрочем, через минуту мне стало плевать, чем пахнет.

Я неделю не трахался, хотел жену безмерно, и она постанывала подо мной так, словно тоже соскучилась. Скользнув пальцами в её влажное горячее лоно, я убедился в этом. Приподнявшись, оторвался от её губ и, перевернув Валю на живот, подтянул к краю кровати.

– Прости, первый раз будет быстро, – прорычал я, вторгаясь в неё и, медленно погружаясь в жаркую норку, опёрся руками о кровать по обе стороны от круглой попки жены.

Она у меня красивая! И жена, и её очаровательная попка! Ах, как Валя выгнулась в спине, когда я резко всадился в неё! И закричала громко, не сдерживаясь, что услышали не только слуги, но и соседи, хотя расстояние между домами приличное.

Мне нравилось, как жена содрогается в оргазме, когда мой член, поблёскивая от любовного сока, мелькает меж её ягодиц. Валя встряхнулась и всхлипнула от приближающегося оргазма. Я убыстрился, вдалбливаясь в лоно, и, ощущая, как бешено сокращаются стенки её влагалища, закрыл глаза и с рычанием достиг пика.

Валя, тяжело дыша, упала грудью на кровать, а я медленно вышел из неё и, поднявшись, довольный направился в душ. Мне понравился сюрприз жены. Приятно вернуться туда, где тебя ждут, раздвинув ноги.

После того как вымылся и переоделся, в спальне Валю не обнаружил и спустился на кухню. Пахло кофе и шоколадом. Я подошёл к длинному чёрному столу и, чмокнув жену, безошибочно выбрал одну из кружек. Мне кофе, Вале шоколад. Так повелось ещё с первого свидания и стало нашим ритуалом.

Ущипнул жену за ягодицу сквозь ткань халата и ощутил, что трусиков она так и не надела.

– Ты обещал второй раз, – хитро щурясь, напомнила Валя.

Я поставил кофе и, подхватив жену за талию, рывком поднял её и посадил на столешницу. Валя вскрикнула и, рассмеявшись, обхватила меня длинными стройными ногами.

Я нетерпеливо рванул полу халата и обхватил губами её острый тугой сосок. Грудь у Вали что надо! Упругая, высокая, нежная на ощупь…

– Ум-м-м, – не отрываясь от неё, протянул я. – Ирина где? Как бы не вошла не вовремя…

– Я отпустила прислугу сегодня, – задыхаясь от ласк, прошептала Валя. И добавила едва слышно: – Сюрприз же…

Я с рыком завалил её на столешницу и, сорвав халат, обхватил жену за ноги и дёрнул на себя, всаживаясь одним движением. Валя гортанно вскрикнула, нетерпеливо извиваясь подо мной, требуя яркой страсти и резких движений. Она любила, когда я брал её жёстко, долго, проникая так глубоко, как мог.

Есть свои плюсы в бесплодности. Я мог не думать о презервативах, имел жену когда и сколько хочу. Валя всегда была очень любвеобильной, готовая стянуть трусики даже посреди парка.

Я схватил её за волосы и легонько сжал – ей нравилось и это. Покорная, податливая и горячая. Совершенное, будто у модели, тело, красивое ухоженное лицо – Валя тратила часы и десятки тысяч в спа и салонах.

Тут я заметил в окне тень и замер.

– Это кто?

– А-а? – непонимающе протянула Валя и приподнялась на локтях. Глянув в окно, отмахнулась: – Так это же Боря.

– Боря? – Я вышел из жены и натянул шёлковые домашние шаровары. – А что он тут делает, если всех слуг ты отпустила? Или он тоже часть сюрприза?

– Скажешь тоже, – поняв, что продолжать я не намерен, запахнула халатик жена. – Он же во дворе, нам не помешает. Пусть работает…

– Угу, – уткнулся я в кружку с кофе. Настроение сбежало, даже спать расхотелось. Допил кофе и предупредил:

– Я на работу.

Валя пожала плечами и взяла свою кружку. Я же поднялся и, быстро переодевшись в свежую рубашку и серый костюм, выдвинул ящик с часами. Рука зависла над пустым отделением.

– Валя, – крикнул я, – где мои «Ланги»?

Так я называл часы, одни из самых любимых в моей коллекции, фирмы A. Lange & Sohne. Именно их и собирался надеть к этому костюму, а переодеваться уже не хотелось.

– А? – Валя взбежала по лестнице и появилась в дверях. Мазнула растерянным взглядом по пустой ячейке, бросила быстрый взгляд в окно и, расхохотавшись, хлопнула себя по бедру.

– Я же их почистить отвезла! – Подошла ко мне изящной походкой и, обняв, пояснила: – Скучала по тебе, рассматривала часы… Вижу, на «Лангах» пятнышко. Вот и отдала в чистку.

– Не стоило, – нахмурился я. – Сегодня же верни, я отвезу в салон. Там посмотрят, может, брак, и надо обменять.

– Хорошо, – положив подбородок мне на плечо, улыбнулась она. – Ты скоро вернёшься? Ужин когда готовить?

– Я сообщу Ирине, как буду выезжать, – поправляя галстук, кивнул я.

Вздохнув, взял «Патека». Он не очень подходил, и это испортило настроение ещё немного.

– Кухарке будешь звонить, а не жене? – надула губки Валя.

– Позвоню тебе, если приготовишь что-нибудь сама, – хмыкнул я.

– Давно желудком не страдал? – рассмеялась в ответ Валя и обняла меня. – У тебя жена красивая, верная и умная! За такие достоинства можно простить малюсенький минус. Тем более Ирина отлично готовит!

– Потому и позвоню ей, – чмокнул я жену в щёку. – До вечера.

И, спустившись по лестнице, направился к ведущей в гараж двери. Уже в машине зазвонил телефон.

– Леонид Григорьевич, – зазвенел в ухе радостный голос секретаря. – С возвращением!

– Сколько счастья от возвращения босса, Дина, – не сдержал я сарказма. – О-очень подозрительно. На нас наехала налоговая?

– Ася родила мальчика! – гордо, будто лично помогала чересчур быстро забеременевшей практикантке вынуть ребёнка, заявила Дина. – Три пятьсот и пятьдесят два!

– Код прокладок или порядковый номер ребёнка? – с лёгким раздражением уточнил я. – У меня нет детей, Дина. Что это?

– Вес и рост малыша, – с лёгкой обидой отозвалась она. – Мы с сотрудниками собираемся навестить её после работы и…

– Сегодня надо поработать сверхурочно, – перебил я и глянул на часы. – Я сам заеду и поздравлю, скинь адрес больницы.

На том конце воцарилась тишина, и я отключился. Опешила или закончила – всё равно. Мне нужно было кое-что уточнить у Аси по японскому проекту. В этом могла помочь только она.

Вообще девчонка мне понравилась – исполнительная, неглупая, принимающая нестандартные решения. Но стоило мне после практики взять её в штат, как она тут же забеременела. И ведь поставил новенькую на хорошую должность, дал достойную зарплату, а она сбежала в декрет! Жаль времени и сил.

Конечно, она могла отблагодарить компанию, когда вернётся. Но… Я поморщился. Женщины приходили из декрета другими людьми. Глупели, забывали о важных заданиях или тянули со сроками, а ещё эти бесконечные больничные! Мне это не подходит.

Я зарулил в цветочный магазин, а после заскочил в банкомат. Деньги и цветы – всё, что нужно женщинам. А мне нужно, чтобы Ася через неделю стояла рядом со мной, мило улыбалась японцам и переводила каждое слово. Справится, надеюсь. А потом и об увольнении по собственному желанию поговорим. С достойной компенсацией, разумеется.

Глава 4

Ася

Босс вошёл прямо в палату, заполняя всё пространство безумным ароматом хвои и сандала. На плечи наброшен халат, в руках цветы, на лице фальшивая улыбка.

– Поздравляю, Ася.

Как всегда коротко, лаконично и по делу. Мужчина протянул мне букет роз и положил на тумбочку конверт.

– Это на памперсы, – кивнул босс в сторону денег.

– Спасибо. – Я чувствовала себя неловко.

Леонид Григорьевич, как обычно, был одет с иголочки – белоснежная рубашка, дорогой костюм, брендовые часы. Он словно сошёл с обложки «Форбс». А я… Даже представить страшно, как я выгляжу сейчас. Ни грамма косметики на лице, волосы перетянуты простой резинкой в низкий хвост, а из одежды – простой халат. Стало стыдно и жутко неудобно. Как его вообще сюда пропустили? Борис еле прошёл.

Воспоминание о муже отозвалось болью в груди. Боря до сих пор так и не позвонил. Я прождала полдня хоть весточки от него, отправила десяток сообщений, рассказав о повторной сдаче анализа, заверив в своей верности, но в ответ лишь тишина.

– Ася, я хочу обсудить один вопрос.

– Слушаю вас, Леонид Григорьевич.

Я напряглась – начало беседы пугало. Слишком официальный тон.

– Помните, незадолго до ухода в декрет вы присутствовали на встрече с японскими коллегами?