Тайны Магсквера. Академия Магсквера

– Да.

Он старался говорить тихо, чтобы не разбудить звенящее эхо ночной Академии. То, что он услышал, потрясло его. Бледные щёки его побелели ещё больше, а чёрные глаза заблестели.

– Костромаги, – прошептал он. – Но кто их нанял?

Вопрос, разумеется, был не к собеседнику. Даниил вздохнул, его здоровая рука подхватила трость, и он оттолкнулся от подоконника. Стук трости множился эхом, Даниил подволакивал правую ногу, направляясь к выходу. Правая рука его, затянутая в чёрную перчатку, безвольно висела вдоль тела.

Он вспомнил телефонный разговор, и шея его вновь заледенела, а нос словно уловил запах сгоревшей плоти, о котором шла речь. Студент мёртв. И теперь придётся разобраться, кто ещё охотится за Гранью Хаоса.

***

Череда сверкающих сфер, проходящая сквозь тело, утомляла. Каждый новый сиреневый шар, соприкасаясь с кожей, издавал чавкающий звук. А после оставался лишь лёгкий запах гари. Никаких ощущений, только звук и запах. А ещё взгляд. Пристальный, немигающий и очень опасный.

Тоня вздрогнула и распахнула веки. Глаза не были её сном. Реальные, иронично-прищуренные, они смотрели на неё в щель между повязками, скрывающими лицо. Тоня снова вздрогнула и резко села.

– Ты кто? – деревянным голосом спросила она.

Фигура в тёмной одежде не шелохнулась, и только стремительный взгляд следил за каждым движением Тони.

– Где я? – тише, почти шёпотом, спросила Тоня, боясь отвести глаза от молчаливой фигуры.

Последнее, что она помнила, это как альба в лесу лишила её сознания. Руки задрожали, горло сжал спазм, и волосы зашевелились на голове. Какая же она идиотка! Просто доверчивая дура! Пошла за странным существом, позволила себя вырубить, не зная об альбах ничего! А вдруг красноглазая девушка продала её этому вот?

– Что вы со мной сделаете? – с трудом, лязгая зубами, проговорила Тоня.

Фигура не пошевелилась, и Тоне казалось, что светлые глаза даже не мигали, словно это и не человек вовсе. Может, и не человек. Тоня так мало знает о мире. Вдруг повязка скрывает огромные клыки или дыру вместо носа?

Вздрогнув, Тоня осторожно отвернулась от пристального взгляда и растерянно коснулась груды разноцветного тряпья, на которой сидела. Спина её похолодела при мысли, что это всё одежда жертв, которые были тут до неё.

Тоня глубоко вдохнула и постаралась успокоить скачущие мысли и колотящееся сердце. Паника уж точно не поможет. Она старалась не упускать из виду странную фигуру, но при этом понять, где же она находится.

Тоня провела пальцем по холодной монолитной стене, и кожа её стала влажной. Неужели это камень? Какой же огромный он должен быть до того, как его обтесали? Пол был неровный и тоже на ощупь напоминал камень. Может, это пещера? Но слишком ровными были линии стен и пола.

Свет, исходящий от квадратного ящика, освещал складки одежды её стража и выхватывал из темноты несколько метров пустоты за его спиной. Тоня прижалась спиной к своему углу. При мысли о том, что за фигурой находится бесконечный коридор, ей стало нехорошо.

Ног своих Тоня уже почти не ощущала. Она осторожно, опираясь рукой о стену, поднялась с пола. Икры её тут же пронзила острая боль, и Тоня терпеливо тёрла ноги до тех пор, пока не прошли болезненные мурашки. Она выпрямилась и посмотрела за стража. Темнота и пугала её, и манила возможностью спасения.

Дыхание у Тони перехватило, она решительно шагнула вдоль стены и тут же покосилась на фигуру. Та не пошевелилась, но живой взгляд неотступно следовал за ней. Сердце Тони забилось так сильно, что она почти не слышала собственных шагов, но упрямо продолжала идти. Вот ещё пара шагов, и она проскочит своего молчаливого стража. И что бы ни находилось в темноте, она, возможно, узнает, что происходит и как быть.

Невольно ускоряясь, Тоня почти побежала от стража, как неожиданный порыв ветра едва не сбил её с ног, а перед ней возникла молчаливая фигура. Тоня, не удержавшись, врезалась в неподвижную фигуру и взвыла от боли. Она тут же отступила, прижимая руки к ноющему носу, и посмотрела снизу вверх в пугающие холодностью глаза.

Фигура словно приросла к месту, страж стоял, не двигаясь.

– Нельзя, да? – прогнусавила Тоня, пытаясь придать своему голосу безразличные нотки. И, возможно, это бы ей удалось, если бы не предательский стук зубов. – Сразу бы сказал. Или сказала. Кто ты там?!

Злость вдруг овладела ей, и Тоня быстрым движением сдвинула вниз повязку, за которой оказалось вполне себе человеческое лицо. Молодой парень смотрел на неё, и тонкие губы его расплылись в белозубой улыбке так, что прямой нос забавно наморщился.

– Испугалась? – весело спросил он.

А Тоня рыкнула и изо всех сил дёрнула за повязку, освобождая высокий лоб и золотистые волосы. Юноша сложил руки на груди и прислонился к стене. Светло-серые глаза его иронично блестели.

– Ты вообще в своём уме? – взвилась Тоня. – Зачем так пугать? У меня едва сердце не остановилось! И… – Она осеклась и с подозрением осмотрела юношу с головы до ног. – Кто ты?

Тот вдруг поклонился в пояс и произнёс:

– Позвольте представиться, мастер, я – Тень!

Брови Тони поползли вверх, а рот приоткрылся. Парень весело расхохотался, и его ладонь мягко прикоснулась к подбородку Тони. Та закрыла рот и растерянно моргнула.

– Что? – иронично уточнил парень. – Без повязки уже не страшно? Ну да ладно. Зовут меня Лёхой. А по прозвищу я действительно Тень. Так уж получилось…

– А-а, – неопределённо протянула Тоня, не зная, как реагировать на неожиданную перемену в поведении своего стража. – А как получилось, что мы оказались в этом каменном мешке?

Лёха потянул Тоню за руку, и она неохотно потопала за ним обратно.

– Тебя Анька притащила, – ответил он, усаживая Тоню на ворох тряпья. – Говорила, что ты под мороком. Что-то пошло не так, и ты долго не приходила в себя. Анька вся уже извелась, побледнела аж!

Лёха захохотал, довольный своей шуткой, а потом плюхнулся рядом с Тоней. Рука его легла ей на плечи, а лицо приблизилось. Тоня хотела отстраниться, но не смогла оторвать взгляда от его лучащихся глаз.

– А ты ничего, – пробормотал он, и Тоня ощутила, как её щёки заливаются жаром. – Смелая какая! И симпотная. Даже немного жаль, что задавака…

– Кто? – переспросила Тоня, испытывая странную смесь облегчения и разочарования, когда Лёша отстранился от неё. – Задавака?

– Ну да, – отозвался Лёха, подтягивая ногой мешок, который остался на том месте, где он изображал из себя неподвижную статую. – Ты же из этих…

Он многозначительно кивнул на её платье, и губы его презрительно скривились. Тоня опустила глаза, и пальцы её нервно провели по выпуклой вышивке. Она вдохнула, собираясь сказать, что он ошибся, но поперхнулась. Лёха постучал ей по спине, чтобы она прокашлялась.

– Есть хочешь? – спросил он и склонился над мешком, рука его скрылась в складках ткани. – Есть немного хлеба и яблоко вроде… О! Будешь?

Он вытащил зелёный шар, действительно напоминающий яблоко. Глаза его сверкнули, а уголки губ подрагивали, словно Лёха с трудом сдерживал улыбку. Рот Тони наполнился слюной, а желудок заурчал.

– А почему яблоко «вроде»? – осторожно спросила она, настороженная хитрым прищуром его глаз.

Лёха безразлично пожал плечами и протянул ей фрукт, зелёный хвостик которого был странно толстым и шершавым.

– Это Анькина сумка, – ответил он. – Кто этих альб знает… что там у них за яблоки.

Тоня осторожно подставила ладони, принимая еду.

– Спасибо, – вежливо ответила она.

– Попробуй, – хитро сощурился Лёха. – Вдруг понравится…

Тоня несмело поднесла фрукт к носу. Пахло цветами и чем-то кислым. Тогда она немного откусила и повернула кусочек языком во рту. По нёбу мгновенно разлилась чудовищная горечь. Тоня замахала руками, фрукт отлетел в сторону, Лёха ойкнул и схватился за глаз. Тоня, пытаясь отплеваться, отпихнула парня и полезла в его мешок. Пальцы её наткнулись на шершавую корку хлеба.

Запихивая кусок за куском в рот, Тоня пыталась заесть противную горечь, а Лёха откровенно потешался над ней.

– Ох, не могу! – хохотал он, прижимая руки к животу. – Ну умора! Вас чему в Академке-то учат? Простейших вещей не знаешь!

Тоня жадно приникла к горлышку фляги и начала большими глотками пить воду. Горечь уходила, но очень медленно.

– Какая гадость, – с трудом пробормотала Тоня.

– Гадость? – переспросила невесть откуда появившаяся альба. Она склонилась над Тоней: – Ты о чём?

Тоня посмотрела в красно-чёрные глаза и лишь покачала головой, во рту её поселился вяжущий привкус, и говорить было неприятно. А Лёха весело потянул подругу за пояс, в другой руке он подбрасывал фрукт, словно мячик.

– Задаваке не понравился твой десерт, Ань! И в этом я согласен с ней, хоть академиев не кончал.

– Хорош придуриваться, Тень, – недовольно буркнула альба, отбирая у него «яблоко». – Что ты ей наговорил?

Лёха изобразил жуткий оскал, и голос его прозвучал угрожающе:

– Что мы съедим её на ужин!

Альба лишь отмахнулась от парня и присела рядом с Тоней. Та едва сдерживала слёзы, сплёвывая горечь в угол.

– Не слушай его, детка, – мягко проговорила она, легко обнимая Тоню за плечи. – Тень тот ещё балабол! Когда делом не занимается. А сейчас, к сожалению, дел у него нет. Вот я и попросила его присмотреть за тобой, пока… занимаюсь своими срочными делами. Ты как себя чувствуешь?

Тоня хмыкнула и вновь сплюнула горечь. Деловые все какие! А страдать ей. Альба понимающе кивнула, на ладони её возник тот самый фрукт.

– Это жило, – объяснила она. – Люди его не особо любят за чрезмерную горечь. Но для нас, альб, – это самое вкусное, что только есть на свете. Ты действительно никогда не видела его? Странно, я слышала, что в Академии жило входит в обязательное меню. Или это только для луномагов?

Тоня замялась, не зная, что ответить.

– Я не помню, – пролепетала она. Альба иронично скривилась, и Тоня добавила уже более уверенно: – Как проснулась после морока, так в голове каша какая-то! Что-то помню, а что-то словно в тумане…

Лоб альбы рассекли складки, а Тоня смущённо отвела взгляд и поспешила переменить тему.

– А где мы находимся? – с любопытством озираясь, спросила она. – Что это за странное место?

– О! – взвыл Лёха. – Это наше тайное убежище! И если мы ответим, то тебе придётся остаться здесь навсегда… – Он подмигнул Тоне: – Лично я не против!

Альба потянула парня за ухо.

– Не дразни её, Тень, – назидательно сказала она. – А то зафигачит тебе в глаз заклинанием…

– Она уже зафигачила мне твоим жило, – усмехнулся Лёха, высвобождая красное ухо из её цепких пальчиков. – На сегодня план по выбиванию глаз выполнен!

Альба дружески потрепала его светлую шевелюру и обернулась к Тоне.

– Ты странно отреагировала на мой морок, – произнесла она, и синеватые губы её болезненно скривились. – Я уже подумала, что не очнёшься. Пульс едва прощупывался. А в отключке ты была почти сутки. И с памятью теперь плохо. Детка, больше не позволяй с собой так поступать. И берегись морока других альб… не все такие вежливые, как я.

Тоня кивнула и серьёзно задумалась. Интересно, а в Академии есть альбы? Она не решилась уточнить это у Ани. Ведь её новые знакомые думают, что она мастер. Разубеждать их в этом не хотелось. С одной стороны, ребята относятся к ней вроде доброжелательно, но с другой… не выглядят они такими уж безобидными.

– Аня, – тихо проговорила она, отмечая уменьшение горечи во рту. – Тебя ведь Аней зовут? – Альба кивнула. Тоня посмотрела ей в красно-чёрные глаза и проникновенно сказала: – Спасибо, что выручила меня. Кстати, а почему ты вмешалась?

Лёха придвинулся к ним поближе, и глаза его хитро заблестели.

– Вот и мне интересно, – подражая интонациям Тони, произнёс он, – что же такое между вами, девчонки, произошло? Чем тебя задавака так довела, что ты на неё морок послала? А?

– Меня вообще-то Тоней зовут, – проворчала Тоня, отодвигаясь от ухмыляющегося Лёхи, а щёки её порозовели.

Альба посмотрела на неё, и от тяжёлого взгляда её красных глаз Тоне стало неуютно. Она поёжилась.

– Я не планировала тебя спасать, – ровно произнесла Аня. – Но как только учуяла костромага, не смогла себя сдержать.

Лёха заливисто рассмеялся:

– Ты украла у стихийников задаваку, за которой они охотились? Ох уж мне эта генетическая ненависть к костромагам! Анька, ты бы к магдоку обратилась. Может, таблетки бы какие прописал…

– А тебе всё хаханьки, – недовольно буркнула альба, сверкнув красными глазами. – Да, я их ненавижу! И скажи спасибо, что морок наслала, а не горло перерезала…

– Спасибо! – хмыкнул Лёха. – Хотя мне фиолетово, что ты с ними сделала. Но если после каждой встречи со стихийниками ты будешь приносить мне по симпатичной девчонке, я, пожалуй, поищу для тебя новых жертв…

– Уймись, Тень! – Альба отвесила Лёхе подзатыльник так, что светлые волосы его взметнулись. – А не то я решу, что ты влюбился.

Тоня поперхнулась и закашлялась, а Лёха покровительственно похлопал её по спине.

– То есть, – прохрипела Тоня, не давая возможности парню снова влезть в их разговор, – Ты настолько ненавидишь костромагов, что решила не дать им поймать меня? А если бы я оказалась преступницей?

Эти двое переглянулись и дружно расхохотались. Тоня содрогнулась, заметив, что язык и дёсны у альбы такого же кроваво-красного оттенка, как и зрачки. Лёха вытер глаза рукавом и простонал:

– Ох, задавака! Если бы ты оказалась преступницей, то сделала бы меня самым счастливым человеком в Магсквере!

Тоня растерянно моргнула и перевела непонимающий взгляд на альбу. Та насмешливо улыбалась.

– Если ты действительно такая испорченная, детка, – насмешливо проговорила она, – то сейчас ты среди своих.