Миссия дракона: вернуть любовь!

Если бы вы вернулись в свой мир, где вас считают мёртвой, куда бы вы пошли? К родным, чтобы обрадовать их сообщением о том, что живы, и заодно одарить мгновенным инфарктом от счастья? Или к друзьям, чтобы попросить о помощи? Или оставить всё как есть и начать новую жизнь на Багамах? Или воспользоваться репутацией мертвеца и ограбить банк?

Что же я выбрала? Конечно же радостно отправилась на кладбище! И сейчас, глядя на красивую мраморную плиту с золотой гравировкой «Ульяна Валентиновна Острова 2000-2019», на заботливо посаженные мои любимые ромашки, на витую ограду, окрашенную в оранжевый цвет, я улыбалась. Но по лицу всё катились и катились слёзы, будто организм, получив, наконец, разрешение пореветь, не мог выплакаться.

Это была светлая грусть: заботливо ухоженная могила – настоящее доказательство, что я любима, что по мне скучают. Спустя несколько минут я вдруг обнаружила, что ноги далеко земли. Я парила над своей могилой и продолжила рассматривать побледневшие от солнца венки и надписи на них.

То, что крылья, подаренные мне очистительным огнём Мадин1, всё ещё при мне, я узнала случайно. Когда брела под дождём и оплакивала оглушительную подлость дракона, который украл мою любовь, то едва не попала под колёса автомобиля. Водитель не разглядел меня из-за ливня, а я в слезах и расстроенных чувствах забыла, что в моём мире иные опасности, чем в Мадин…

Помню, как свет фар ослепил меня, резкий клаксон ударил по ушам, и до столкновения оставалось меньше мига, крылья фири2 вознесли меня над автомобилем. Я лишь успела заметить округлившиеся глаза водителя, да услышать визг тормозов. В тот момент я растерянно осмотрелась и, не ощутив под ногами землю, осознала, что именно произошло. И речь не об аварии. Теперь, вернувшись домой из Мадин, я осталась ни с чем.

Да, у меня нет опухоли мозга. Всё это подстроил властный дракон, которому по какой-то причине нужно было перетянуть в Мадин именно меня. Нагло, бесцеремонно ворваться в мою жизнь и обрубить её. Невзирая на мои чувства и желания, сделать так, как хочет он. Но при этом чтобы я думала, будто это мой выбор. Верх подлости!

Я цеплялась за ярость, потому что ненавидеть было проще, чем сожалеть. Я не позволяла себе жалеть о решении, которое приняла за один лишь миг. Повелитель драконов Кетч Арм-Фар уничтожил меня, разрушил мою жизнь, а то, что вместо неё подарил другую – ничего не значит. Можно было сделать это человечнее… Но он дракон!

Размышляя об этом, я смотрела на свою могилу и решала, как же мне вернуть свою жизнь.

– А-а-а-а-а!

Протяжный, на одной ноте, крик заставил меня обернуться. При виде бледного Артёма, который, открыв рот, смотрел на меня округлившимися глазами и, будто ему не нужно было вдыхать, выводил красивую октаву, я заслушалась. Вот зря наш штатный шкаф не выбрал вокальное отделение! Может, не поздно направить его на путь мюзикла?

Громила, всегда косячивший на поддержках в нашей танцевальной группе, держал в огромных лапищах скромный букетик ромашек, которые наверняка нарвал сам. Но рот не закрыл, продолжая свой беззвучный крик.

– Тёма, – осторожно позвала я.

Это оказалось последней каплей для здоровяка, он вытянулся во весь рост и красиво рухнул на землю, подняв при этом столб пыли. Раздался кашель: за ним, оказалось, пряталась Алиса. И теперь она смотрела на меня, но не расширившимися от ужаса глазами, как Тёма, а с прищуром. И, удерживая перед собой выставленную церковную свечку, будто кинжал, явно готовилась сражаться до последнего.

– Ты призрак? – звенящим голосом спросила моя смелая неподруга.

Я едва не хлопнула себя по лбу: ну конечно! Люди не летают… А что бы я подумала, увидев на кладбище парящую над могилами девушку в длинном светлом платье и с развевающимися волосами? Вряд ли мои умозаключения отличались бы от Лиськиных.

– Конечно, призрак! – иронично хмыкнула я. – И, между прочим, твой дядя в этом виноват!

– Дядя? – голос Лиськи дрогнул. – Почему?

– А кто ещё мог подстроить мою «смерть»? – зло спросила я. – Ведь у него были поддельные документы на мою несуществующую опухоль! Он точно в сговоре с драконами!

Лиська долго смотрела на меня, а потом выдала:

– Ну-ка спустись и дотронься до меня!

– Уверена? – усмехнулась я и кивнула на Артёма. – Рядом не приляжешь?

– Если и прилягу, – в голосе Лиськи стали появляться привычные стервозные нотки, – то только не с ним. Не мой типаж!

 Я улыбнулась – мою извечную соперницу ничем не проймёшь! – и плавно опустилась на землю. Протянула руку, и Лиська сама прикоснулась к ней кончиками пальцев.

– Не прозрачная, тело тёплое… – Глянула остро: – А почему тогда летаешь?

Алиса схватила меня за запястье и повернула к себе спиной, а я рассмеялась:

– Много будешь знать, станешь синим чулком!

Крылья мои и на Мадин были едва заметны и больше напоминали аксессуар волшебной феи, а в родном мире они и вовсе оказались невидимы. Так что до этого момента я и не знала, что они всё ещё со мной. Я сбежала с Мадин, но осталась загадочной фири.

Лиська фыркнула:

– Мне это не грозит! – Она вдруг прижала меня к себе, прошептала: – Вот же засранка! Заставила себя похоронить и оплакать. Я так переживала, что помогла тебе к этому принцу скоморошному пролезть. Ясно же, что драконам земные женщины не нужны-ы…

– Лиська, если ты заплачешь, то рядом с Тёмкой прилягу я! – испуганно пробормотала я, уловив в голосе соперницы истерические нотки. И тут же возмутилась: – Я заставила?! Да ты представить себе не можешь, каково мне было узнать, что меня тут похоронили!

– И ты думаешь, что дядя замешан? – сменила тон Лиська. Кажется, она полностью пришла в себя, в отличие от Артёма, который уже давно очнулся, но упорно зажмуривал глаза и притворялся брёвнышком. – Тогда, думаю, мне стоит проведать любимого родственничка! А ты разыграешь перед ним сценку с вознесением… И нимб тебе прикрутим для полноты картины!

– Ты уверена, что тебе уже надоел твой дядя? – ухмыльнулась я. – Пусть я умею летать, но воскрешать после сердечного приступа не в моих силах! Наверное…

– Вот и проверим! – сурово кивнула Лиська и буркнула: – Тёмыч, поднимайся, если не хочешь остаться на кладбище в одиночестве. Мы уходим.

Парень тут же вскочил и, избегая смотреть на меня, прогудел:

– Злая ты, Лиська.

– Зато красивая, – ухмыльнулась она и пихнула моего друга плечом: – Да погляди же на Ульку! Живая она. Живая!

– Можно я потом посмотрю? – опустил голову великан.

– А вы что… – я указала пальцем на Лиську и Тёму и многозначительно приподняла брови: – …вместе?!

– Нет! Да! – одновременно произнесли они.

– Понятно, – улыбнулась я и с сочувствием посмотрела на друга.

По пути к машине, которую Лиське родители подарили на восемнадцатилетие, моя сокурсница болтала без умолку обо всём на свете, и я была ей очень благодарна. Трудно переоценить «нормальное» общение после крылатого серпентария, куда меня заманили в ловушку, и где приходилось выживать и нравиться всем на свете. Наконец-то я могла быть самой собой! Вот только вернуть свою жизнь будет непросто.

Я тяжело вздохнула и смахнула слезу. Лиська остолбенела:

– Ты ж… – Она осеклась и замахала руками так, будто внезапно онемела.

Зато голос вернулся к Тёмке.

– Ты плачешь? – несказанно удивился он. – Думал, ты не умеешь.

Я вздохнула:

– Знаешь же, что любое умение достигается практикой, дружище. А экспресс-практику мне организовали помимо моего желания.

– Так тот гад летающий тебя обидел?!

Лицо Лиськи помрачнело так, что я воочию представила, как она пляшет на драконьих костях и порадовалась, что рядом нет Фара… При воспоминании о драконе грудь сжало от боли, а дыхание перехватило. Я сжала кулаки. Ничего. Научусь жить без него. Нет! Научусь жить заново. Ведь, как я уже сказала Тёме, умение достигается практикой.

– Садитесь, – кивнула Лиська, и мы забрались в машину. Когда взревел мотор, сокурсница глухо уточнила: – Он так и не дал тебе камень?

– Я не больна, Алиса, – перевела я тему.

Волшебные кристаллы Ар-кетч (целых двадцать штук!) вместе с короной сейчас были завёрнуты в оторванный от подола лоскут и привязаны к поясу. Я обнаружила, что прихватила с Мадин сувенир, лишь когда немного пришла в себя. То, что я сразу по возвращении из мира драконов едва не попала под колёса, отрезвило меня, вернуло в реальность. В тот день я первым делом поспешила снять заметное в ночи украшение. Я улыбнулась, вспоминая, как красиво светились камни в темноте. Если бы взлетая над могилами, я ещё и сияла, Тёма вообще бы сбежал!

– Не больна? – косо глянула на меня Лиська. – Выздоровела?

– И не болела, – глухо ответила я. – Твой дядя подделал результаты. У меня никогда не было опухоли мозга.

– Ты уже обвинила дядю, что он тебя похоронил, – с сомнением покачала головой Алиса. Не отрывая взгляда от дороги, она тихо предложила: – Давай дадим ему шанс всё объяснить? Может, он не такой злодей, как ты думаешь?

– А что происходит? – решился задать вопрос Тёма. Мы оглянулись на парня, и он нервно сжался: – Да я просто так спросил.

Лиська тут же начала рассказывать, как Фантомас разбушевался на последнем занятии так, что потом студенты вздрагивали при одном упоминании имени Семёна Семёновича. Мне было приятно вспомнить нашего лысого, сурового внешне, но очень доброго декана, но некогда привычная студенческая жизнь казалась сейчас такой далёкой… Ну да, я же умерла, и теперь смотрела на мир не как предводитель танцевальной команды «Забияк», а как иноземная фири. Смогу ли я снова стать своей в этом мире или останусь чужой для всех миров?

Когда мы подъехали к поликлинике, рабочий день уже заканчивался, и Алиса предложила дождаться её дядю в машине. Я решила, что это разумное решение: если главврач начнёт бегать по больнице с криками «Призрак!», то больница быстро останется без главврача, зато в соседней психушке станет одним пациентом больше.

Пришлось прождать дольше, чем думали. Когда дядя Алисы вышел из поликлиники, с заднего сидения уже доносился богатырский храп: что бы ни происходило в жизни, какие бы потрясения ни случались, а танцор всегда использовал свободную минуту для сна. Возможно, это и цинично, зато психика крепче и сил больше.

Лиська выскочила из машины и, взмахнув руками, закричала:

– Дядя Серёжа!

Доктор вздрогнул и втянул голову в плечи (а вот у него с психикой явно непорядок… или с совестью), но, поняв, что это Алиса, выпрямился и с улыбкой направился к машине:

– Алиса? Что-то случилось?

– Можно и так сказать, – неопределённо ответила она и кивнула: – Поговорим в машине?

Алиса открыла дверцу, и врач сел на переднее сидение. Увидев меня, он побелел лицом так, что я засомневалась, не стоит ли пойти в больницу. Там ему хоть первую помощь оказали бы… бабки из вечной очереди. Уверена, Цербер с Мухоморчиком3 даже ночуют в поликлинике!

– Острова?.. – синими губами прошептал дядя Алисы.

– Здравствуйте, – мило улыбнулась я, хотя очень хотелось вцепиться ему в горло. – Говорят, я умерла от опухоли в голове… Но мне кажется, опухоль у вас, доктор. Но не в голове, а в груди. Там, где у нормальных людей сердце! – Злость неожиданно закончилась, голос мой дрогнул: – Как вы могли? Сколько вам заплатил Фар, чтобы вы разбили мне жизнь?!

– Острова, ты жива? – спросил он так жалобно, что я на миг осеклась. Впрочем, почти сразу взяла себя в руки: актёром могут быть не только те, кто обучался у Гонората Ивановича. Резко ответила:

– Нет, это мой призрак вернулся в этот мир, чтобы призвать к ответу продажного врача! Так какая сейчас такса? Почём драконы скупают девственниц? – Я снова запнулась и, слегка смутившись, поправилась: – Девушек.

– О чём, ты, Острова? – пришёл в себя доктор.

Он дотронулся до моего локтя и улыбнулся так искренне, что я на миг засомневалась в своей правоте. Лишь на миг, потому что факты были налицо, и сейчас я выложила эти факты доктору, чтобы стереть с его лица эту раздражающую улыбку доброго Айболита. Уголки губ дяди Алисы действительно опустились, а между бровями залегла складка.

– Понимаю, что мои уверения тебе не нужны. Ульяна, предлагаю завтра пройти полное обследование. Мы сравним результаты и сделаем выводы. Хорошо? А что до вашего некролога, это… – Он вздохнул: – Мне стало известно, что ты последовала за драконами в их мир, чтобы спасти другого человека. Это так благородно… и так глупо.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Алиса.

– Она взяла на себя вину другого и понесла наказание, – ответил доктор и покосился на меня: – Мне так сказали люди из… специальной службы. Помогли оформить бумаги. Тела-то нет! И материально помогли родственникам с похоронами.

– Понятно, – невесело хмыкнула я. – Вам сообщили, что меня казнили, но попросили оформить всё так, словно я умерла от опухоли мозга. Тем более, что в больнице есть доказательства моей болезни. – не сдержавшись, все-таки сорвалась на крик: – Вот только не было никакой опухоли!

– Уля, не бей! – подскочил проснувшийся от моего крика Тёма. – Я больше тебя не уроню!

Лиська рассмеялась, даже я улыбнулась и проговорила:

– Теперь уронить меня весьма затруднительно, дружище.

– Точно, – смущённо улыбнулся Тёма и виновато (он же знал чужую тайну!) покосился на доктора.

А тот ровным голосом попрощался до утра и вышел. Алиса завела машину.

– Сначала завезём Тёмку, потом ко мне. Возражения не принимаются.

Я благодарно улыбнулась – на большее не было сил. Даже поднимаясь в квартиру подруги, я всё ещё злилась на доктора. Понимаю, что его тоже обманули, и ярость снова обрушивалась на моего дракона. Моего дракона?! Улька, очнись! Всё, что он говорил или делал, было обманом. Но зачем? Единственное, что пришло в голову – слова слуги Повелителя драконов Эйч-Ду о том, что именно фири может принести кетчу Арм-Фару здоровое потомство. Возможно, что именно это двигало Фаром… Тогда получается, на меня он смотрел, как на самку?

Уныло оглядывая комнату Алисы, горько скривилась: а чего я ждала? Что дракон из другого мира влюбится в меня? Фар ещё в первую встречу чётко, фразой «Вы на всех самцов так бросаетесь, или мне повезло?», дал понять, где моё место. Глупо было ожидать от бесчувственного тирана большего.

– Ну, конечно, не драконьи хоромы, – по-своему расценила мой расстроенный вид Лиська, – но есть где спать живому летающему трупику!

– Панночка довольна, – виновато улыбнулась я. – Запасайся мелом!4

– От тебя или дракона, который прилетит за сбежавшей невестой? – иронично уточнила Лиська.

– Не невестой, а женой, – машинально поправила я.

– Тогда и меловой круг не поможет, – хмыкнула Лиська. – А вот огнетушитель, думаю, пригодится! Так что я в магазин, а ты отдыхай! Подбери себе что-нибудь в шкафу, я скоро буду.

Смыв с меня запах чужого мира и облачившись в Лиськины шмотки, я ощутила себя человеком… Только прижатые к лопаткам невидимые крылья немного щекотали кожу. Я развернула кусок ткани и полюбовалась Ар-кетчем. Светящийся изнутри, словно мерцающая новогодняя игрушка, он так и притягивал взгляд, завораживал. На ощупь совсем как белоснежный дракон, которого я прозвала “Софт-тач” – приятный, бархатистый, не холодит пальцы, как обычные камешки. Я прикрыла веки и провела кристаллом по щеке. По шее побежали мурашки от удовольствия.

В тот момент, когда услышала жуткий разговор, я даже не вспомнила о кристаллах. Сейчас же скрипнула зубами от досады и положила камень на кусок ткани к другим. Надо было бросить корону под ноги лживому дракону! Но что толку сожалеть о том, что не сделала? Теперь нужно думать, как мне с ними поступить. В Мадин Ар-кетч – священная редкость, камни надо вернуть. Может, связаться через доктора с теми самыми «специальными службами» и передать Фару камни через них? Да, пожалуй, это лучший вариант!

Приняв решение, я привычным уже движением надела на безымянный палец кольцо с бриллиантом и, завернув кристаллы в тряпку, завязала узлом.

ГЛАВА 2: Фар

Эйч-Ду посмотрел взволнованно:

– Это всё моя вина, Повелитель! Я сказал лишнее и должен исправить свою ошибку. Возьмите меня с собой…

Фар посмотрел на слугу и кивнул:

– Да, ты виноват. И чтобы искупить свой проступок, остаёшься.

– Пожалуйста, кетч Арм-Фар, – взмолился Эйч-Ду. – Без сопровождения потомка фири вам будет сложно.

– Я и не жду, что будет просто, – спокойно ответил Фар. – Но всё равно будет по-моему.

– Вы же помните, что случилось, когда вы путешествовали в одиночестве?

Ду отступил на шаг, будто в страхе перед возможным гневом Повелителя. Конечно, Фар помнил. Он всегда будет помнить, с каким трудом пробрался в мир Бесконечной обители, в котором живут люди. Чуть позже, когда Повелитель возвращался туда снова, слабые беззащитные существа удивили и силой духа, и невероятной магией под названием «наука». Но самый первый свой визит забыть не удастся никогда.

Именно тогда, тёмной ночью, на бесконечной, как показалось дракону с летающих островов, земле, он столкнулся с магией людей. Сначала его ослепил яркий луч, будто солнце внезапно вернулось ночью, всего на миг, и незнакомый мир снова погрузился во тьму. Крик, скрежет – и нечто невероятно твёрдое странного вида, не похожее ни на что, виденное ранее, полетело в пропасть… А с этим ещё два человека.

Фар растерялся на мгновение: почему они падают? Почему и не трансформируются, и не воспаряют? Потом бросился следом. Поймать успел лишь того человека, который был легче второго. Именно тогда стало понятно, как хрупка человеческая жизнь.

Спасённой оказалась девушка. Очень красивая… и очень несчастная. Фар с трудом удерживал её на краю пропасти, когда она рыдала и рвалась за вторым человеком. В конце концов, она потеряла сознание от горя. Впервые дракон увидел, что такое любовь. В мире людей есть и такая магия. Оглушительная, душераздирающая, крушащая судьбы и возносящая до небес без крыльев. Фару стал интересен этот мир, и он, забросив тренировать малую частичку фири в своей крови, стал всё чаще наведываться сюда. С помощью Ду, в котором сила фири была намного сильнее. Но сегодня придётся вновь рискнуть.

– Там наверняка остались вещи, – решительно проговорил он. – Мой дракон уже просачивался в мир Бесконечной обители, получится и в этот раз.

– Но Повелитель… – простонал Ду.

– Ты мне нужен здесь, – резко оборвал его Фар. – Принимай раз в день форму меня или моей жены. Чтобы никто не догадался о нашем отсутствии. Девушку, которая прислуживала Ульяне, уже уволили?

– Да, Повелитель, – понуро ответил слуга. – Хозяева и их представительницы возвратились в свои обители.

– Я вернусь к совету Круга Семи, – твёрдо проговорил Фар и тише добавил: – Мы вернёмся.

Эйч-Ду промолчал, Фар предпочёл не заметить в его взгляде сомнения. У Повелителя их не было. Нужно возвратить Ульяну во что бы то ни стало.

Трансформировавшись, Фар легко поднялся в небо и, ощутив под крыльями поддержку ветра, полетел к храму Рейши. Жрец уже ждал – он должен был помочь Повелителю с перемещением.

– Повелитель, – склонился в поклоне главный служитель Рейши, – всё готово.

Фар принял облик человека и молча прошёл в центр алтаря. В последний раз он был здесь с ней, и глаза Ульяны светились от счастья. Девушка точно любит его! Фар видел этот взгляд много-много раз в мире Бесконечной обители. Смотрел в фильмах, следил за молодыми парами, замечал во взглядах тех женщин, с кем он общался в том мире. Но другие ему были не интересны. Фар желал, чтобы на него так смотрела лишь та, что могла броситься в пропасть следом за тем, кого отчаянно любила. И сейчас Повелитель готов перевернуть все миры, лишь бы жена снова стояла рядом.

Выпил яд, освобождающий суть мадинцев – магию фири, принял очистительный огонь Рейши. И мир поплыл перед глазами, сменился радужными полосами перехода, растворился в ярких красках чужого мира. Дракон раскрыл крылья и взмыл в небо: он не допустит дважды одной ошибки. Появляясь неожиданно в другом мире, можно столкнуться с машиной или мотоциклом, и дракон точно выйдет случайным победителем…

Но вот лобовой атаки с самолётом Фар не ожидал. Он едва уклонился от огромной гудящей машины и, взмахивая крыльями, покосился на прильнувших к забавным крохотным окошкам людей. Выбросив из памяти круглые от ужаса глаза пилота, нырнул в облака и полетел к земле: всё же в мире Бесконечной обители человеком быть проще.

Та самая долина, где он впервые встретил свою фири, изменилась. Лес вырубили, на закрытой территории люди, кажущиеся с высоты муравьями, копошились среди множества стройматериалов. Спрятанную некогда в лесу одежду можно уже не искать. Фар сделал круг над стройкой и, решив следовать плану, пусть даже он изменяется на лету, опустился к застывшим от ужаса и восхищения людям.

Приняв форму человека, Фар подошёл к одному из растерянных строителей и вежливо попросил:

– Дай телефон!

Лицо строителя стало практически багровым, когда тот пролепетал неожиданно высоким голосом:

– Э… Девятьсот двадцать, триста сорок…

– Нет, – оборвал Фар и протянул руку: – Отдай мне свой сотовый! Я всё компенсирую.

Строитель сунул пухлую руку в карман и протянул Фару старенький потёртый телефон. Набирая номер человека из специальной службы, созданной людьми для переговоров с драконами, Фар приказал:

– Снимай одежду.

Он и в Мадин не ходил нагим, а в чужом мире и подавно не собирался. Строитель издал странный звук, но принялся раздеваться, а другие, побросав работу, заинтересованно подошли ближе. Фар коротко назвал в трубку место встречи и посмотрел на строителя. Судя по нижнему белью, это оказалась женщина. И она вот-вот это бельё собиралась снять.

– Стой, – поспешно проговорил Фар и отвернулся: – Одевайся!

Проигнорировал разочарованный стон за спиной, обратился к другому:

– Ты мужчина?

– Самый что есть, – испуганно отшатнулся он. – Я не позволю надругаться над моим телом, пусть ты и дракон!

– Мне не нужно твоё тело, – чуть поморщился Фар. – Отдай мне свою одежду, и ты получишь вознаграждение.

– Сотня баксов! – облизав губы, прохрипел тот.

– Хорошо, – безразлично отозвался Фар.

Его не интересовало, как спецслужбы будут расплачиваться с мужиком.

– Это только за штаны, – поспешно добавил человек, в глазах его появился азартный блеск: – А футболка – триста!

– Васька, – попытались образумить его товарищи: – С огнём играешь!

– Если через тридцать секунд я не буду одет, – нетерпеливо проговорил Фар, – то вспомню, что голоден.

Торги были закрыты досрочно: строитель не только мигом выпрыгнул из штанов, но и сам натянул их на огнеопасного гостя.

Спустя недолгое время стройку заполонили мужчины в одинаковых чёрных костюмах, как вороны налетели. Отобрали у работяг телефоны, стерли все посты, удалили фотографии, которые некоторые успели выложить в сеть. Как же? Обнажённый дракон – фурор и куча лайков!

Фара всё это не заботило, он стоял на том месте, где впервые увидел Ульяну. Смотрел в пропасть и размышлял. Где он ошибся? Что сделал неправильно? Он спас девушку и, возвращаясь в мир людей раз за разом, наблюдал за ней. Ульяна всё больше занимала его мысли, в Мадин он продолжал думать об иномирянке. Казалось, она забыла о том парне, и Фара это устраивало. Дракон хотел, чтобы девушка смотрела лишь на него.

– Кетч Арм-Фар, – вежливо обратился к нему невысокий мужчина с великолепной выправкой и серьёзным взглядом. – Могу я спросить?

– Слушаю, Родион, – сухо кивнул Фар.

Он сам выбирал людей, с которыми приходилось иметь дело, когда прибывал сюда с Мадин. Те, кто был излишне назойлив и не соблюдал все триста пунктов договора, отстранялись по первому требованию дракона.

– Вы прибыли один и без своего слуги, – вкрадчиво начал Родион. – Обычно вы являетесь в пентхауз выбранной гостиницы, где вас ожидает всё, что требуется… – Он замялся, подыскивая слово: – После трансформации.

– Ты просишь объяснений? – холодно усмехнулся Фар.

– Нет-нет, – отступил на шаг Родион. – Я лишь хочу уточнить. Если вы выбрали это место для перемещения, нам стоит выкупить его. Будет целесообразней приготовить безопасное место для приёма важного гостя, чем снова ликвидировать… э… последствия…

– Я понял, – прервал его Фар и снова посмотрел вниз: – Не нужно. Появление здесь скорее исключение из правил. Скажи, Родион, если бы твой друг погиб давным-давно, и ты забыл об этом, а потом вспомнил… Что бы ты предпринял? Как человек.

– Что? – нахмурился Родион и быстро посмотрел в пропасть: – Погиб ваш друг? Здесь? Когда…

– Не придумывай, – прервал его Фар. – Я спрашиваю, как бы поступил человек, если бы вспомнил о трагедии, которая произошла давно.