- -
- 100%
- +
Вероника в отчаянии неслась по коридору, слыша лишь стук каблуков и биение собственного сердца. Надо успеть! Необходимо это предотвратить! Увидев закрывающийся лифт, она закричала в отчаянии:
– Нет! Не надо! Стой!
Но мама даже не посмотрела на неё. Казалось, быстрее бежать невозможно, но страх словно наделил крыльями, и Ника помчалась так, что узкая юбка-карандаш затрещала по швам. Вот-вот, сейчас успеть сунуть руку и остановить лифт! Неожиданно нога подвернулась, и Вероника поняла, что падает. Двери лифта захлопнулись. Всё… Это конец всему.
Ника зачем-то подобрала отломившийся каблук и, поднявшись, похромала ко второму лифту. Изумлённо покачала головой: сумасшедшая женщина! Нервно нажимая снова и снова на светящуюся кнопку вызова, Вероника судорожно размышляла. Как же быть? Может, сказать Всеволоду Платоновичу, что её мама не в себе? Да, пойдут слухи, но это лучше, чем правда.
Наконец приехал неторопливый лифт, мягко разошлись двери. Обречённо вздохнув, Ника забежала и нажала на кнопку. Босса в фирме боялись до колик, и Веронике часто сочувствовали, ведь до неё на должности первого помощника, несмотря на невероятно высокую зарплату, дольше трёх месяцев не держались даже мужчины. Вероника же установила своеобразный рекорд: она терпела Всеволода Платоновича целых полгода! И поэтому сейчас ей было очень жаль приложенных усилий и бессонных ночей. Её уволят сегодня же, а она честно отвоевала право оставаться на этой должности! То, что сделала мама, ни один мужчина не простил бы.
Вероника отвела взгляд от огромного зеркала, из которого на неё смотрела растрёпанная и раскрасневшаяся шатенка с потёкшим макияжем. Попытавшись стереть платочком разводы туши, она покачнулась из-за сломанного каблука и выругалась, чего не позволяла себе со школы!
Когда лифт пискнул, выпустив пассажирку на этаж её фирмы, Вероника, прихрамывая, побежала к офису босса. Люди столбенели, провожая недоумёнными взглядами всегда безукоризненно выглядящую и сдержанную женщину. Она, прижимая к боку дизайнерскую сумочку, вбежала в кабинет босса и, едва переводя дыхание, обвела взволнованным взглядом присутствующих, которые обернулись и одновременно посмотрели на неё. Мама виновато спряталась за угрюмого мужа Ники. Взгляд босса был каким-то изучающим.
– Миша! – не сдержалась Ника. – Зачем ты здесь?
– Да вот, – болезненно скривился муж. – Решил познакомиться с отцом своего будущего ребёнка.
Вероника в отчаянии на миг зажмурилась. Так, спокойно! Всё можно решить. Она справлялась и не с такими проблемами. Всего лишь нужно отстраниться и представить, что все они – клиенты. Вот только, чёрт побери, это не так!
Глава 1
А ещё утром, когда на светлой кухне, заполненной весёлыми лучами ласкового солнышка, Ника пила белковый коктейль, всё было почти прекрасно. Поглаживая плоский пока животик, она улыбалась радужным мыслям и планировала после работы пройтись по магазинам одежды для новорождённых.
Мурлыча под нос детскую песенку, которую раньше пела её мамочка, Ника готовилась к первому рабочему дню в качестве будущей мамы. В выходные они с Мишей посетили клинику, получили подтверждение, и с той минуты Вероника ощущала себя на седьмом небе от счастья. У неё будет ребёнок!
– Привет, – буркнул Миша.
Ника лучезарно улыбнулась вошедшему на кухню мужу, но встретила лишь мрачный взгляд. Миша такой со вчерашнего дня. Можно понять: не каждый мужчина спокойно воспримет новость, что любимая не может от него забеременеть. Он и не скрывал надежды, что проблема в жене, а не в недостаточной активности его «живчиков», как утверждали врачи.
Вероника протянула мужу приготовленный кофе и тихо спросила:
– Как спалось?
– Нормально, – бесцветным голосом ответил тот.
Эту ночь он провёл в гостиной на неудобном диванчике, хотя в их спальне имелась прекрасная кровать с ортопедическим матрасом. Ника ощутила укол вины и нахмурилась: а в чём она виновата? Они так и не смогли зачать ребёнка, несмотря на все пройденные процедуры. В минуту отчаяния Вероника предложила купить сперму. Муж тогда поменялся в лице, но согласился…
Сколько Ника ни спрашивала потом, точно ли Миша уверен в этом решении, он не отступал. Но женскую интуицию не обмануть: мужчина был недоволен. Упрямец! И, может, стоило бы отступить самой, но она очень хотела ребёнка! Так сильно, что замирала у игровой площадки и, наблюдая за копошащимися малышами, забывала о времени. Настолько, что не могла сдержать слёз за просмотром фильмов про беременность или маленьких детей.
Нике даже снилось, что она прижимает к груди милое крошечное создание с круглыми глазёнками, почему-то карими, хотя сама она голубоглазая. Да и муж яркий представитель скандинавского типа, высокий и мускулистый. Он подрабатывал моделью и снимался в рекламе, отчего Нике отчаянно завидовали все подруги.
Пока муж молча прихлёбывал кофе, Вероника изучала его. Так странно было спать одной, так холодно и… спокойно. Потому что, если признаться, Ника уже не одна. В её теле развивается маленький комочек радости и счастья. И с этого утра будущая мамочка решила заботиться о нём: питаться правильно, не нервничать. Если получится с её сумасшедшей работой.
Ника вздохнула и, глянув на часы, вздрогнула.
– Опаздываю!
Обняла неподвижного мужа и, чмокнув его в щёку, проворковала:
– До вечера, любимый!
– Угу, – так и не взглянув на неё, буркнул Миша.
Ника быстро собралась и, выскочив из дома, побежала к машине. Завибрировал браслет, и Ника глянула на него: по понедельникам обычно звонила мама. Вероника улыбнулась в предвкушении. Предстояло поздравить маму с тем, что та вскоре станет бабушкой.
– Мамуля, привет! – выруливая с обочины, проворковала Ника. Она включила громкую связь в машине, чтобы было удобно разговаривать. – У меня для тебя отличная новость!
– Что такое, девочка моя? – воодушевлённо спросил динамик.
– Я беременна! – счастливо улыбаясь, сообщила Ника. – У тебя скоро родится внук!
– Доченька! – Голос мамы дрогнул. – Я так рада. Значит, Миша всё же может иметь детей. Ох, как я переживала за вас!
– А, это… – Настроение Ники тут же испортилось. Она не знала, как воспримет мама новость о купленной сперме. Но отступать некуда. Собравшись с духом, Вероника выпалила: – Миша будет прекрасным отцом, хоть ребёнок не совсем его.
Воцарилось молчание. Ника занервничала и, остановив машину на светофоре, осторожно позвала:
– Мам?
– Дочь, ты изменила мужу? – дрожащим голосом уточнила она. И тут же затараторила: – Ничего, милая, жизнь такая непредсказуемая. Я тебя не виню! И всегда поддержу. Понимаю, что развод – вещь очень неприятная, но ты же не станешь обманывать Мишу? Рано или поздно это раскроется, и тогда…
– Мам, – перебила Ника, – ты не поняла. Мы сделали это вместе!
– Ч-что? – икнула она. – Это как? Ты согласилась на свинг? И без защиты?!
– Мамуля! – расхохоталась Ника. – Ты что придумала? Мне провели искусственное оплодотворение донорской спермой.
Снова молчание. Кажется, Ника лишила мать дара речи. Послышался всхлип, и Вероника опять заулыбалась.
– Ты рада?
– Это ужасно! – прорыдала она.
Вероника припарковала машину на стоянке возле работы и посмотрела в зеркало заднего вида, словно в поисках поддержки у самой себя. Спросила строго:
– Зачем ты так говоришь? Это твой внук.
– Я рада, что у тебя будет ребёночек! – плача, пояснила мама. – Но зачатие через пробирку!.. Это неестественно, милая.
– Это нормально, – сквозь зубы возразила Ника.
– Но дитя не будет знать своего отца! – спорила мама.
– У моего ребёнка есть отец, – решительно ответила Ника. – И это Михаил.
– Так нельзя, – всхлипывая, не сдавалась она.
– Ну всё! – разозлилась Ника. – Ещё слово, и бабушка внука никогда не увидит.
– Нет! – испуганно вскрикнула мама. – Никаких абортов! Это ещё хуже… Я… Да, всё решу! Пока, детка!
Раздались короткие гудки. Вероника отключила связь и снова посмотрела в зеркало. Встретившись с собой взглядом, прошипела:
– Какой ещё аборт? И не подумаю. Я не о том говорила. – Погладила животик. – Не волнуйся, зайка. Даже если весь мир будет против, я не откажусь от тебя.
Закрыла машину и, окинув тревожным взглядом высокое офисное здание, сверкающее серебром окон, направилась к дверям.
***
– Вы опоздали, – холодно заметил босс.
Вероника сжала челюсти и досчитала до пяти, чтобы не ответить резкостью. Это уже вошло в привычку, иначе бы не продержалась так долго в должности первого помощника. Всеволод Платонович, несмотря на относительную молодость и очень привлекательную внешность, обладал жутчайшим характером, за который его ненавидели все, начиная от директоров подразделений и заканчивая уборщицами. Ненавидели и слушались беспрекословно. Но мало кто знал, что Всеволод терпеть не может раболепия. Во всех отелях, которыми руководил «железный человек», как за глаза называли босса, не задерживался ни строптивец, ни бесхребетный планктон.
Первый бы ответил, что до начала рабочего дня ещё тридцать минут. Второй бы извинился за опоздание. И оба лишились бы работы. Потому и нужны эти пять секунд, позволяющие не давать воли эмоциям, а ответить так, чтобы босс убедился, что его первая помощница сохраняет нужную хватку. Проверки следовали одна за другой, расслабляться нельзя было ни на минуту, иначе вмиг вылетишь с работы. И Вероника справлялась с этой непростой задачей, отчего её за спиной называли «алмазная леди».
– Это вы сегодня пришли раньше, – спокойно ответила Ника и положила на стол приготовленные с вечера документы. – Возможно, для того, чтобы до начала рабочего дня разобраться, почему упали показатели северного подразделения. Я провела исследование и предлагаю несколько выводов, а также возможные шаги со стороны головного офиса, чтобы как можно быстрее исправить ситуацию.
– Это глупо. – Всеволод широким жестом перечеркнул первый лист. Быстро просмотрел остальные. – Это ещё хуже. Хм… – Он взглянул на Нику, словно хотел пронзить взглядом карих глаз. Их обманчиво-тёплый оттенок не ввёл помощницу в заблуждение, Ника в первую же секунду на собеседовании поняла, что перед ней бесчувственный монстр, и не растеклась в призывной улыбке, как другие девушки. – Вы идиотка? Как можно предложить такое?
Ника сжала зубы и досчитала до пяти, затем ровно ответила:
– При подобном положении дел три месяца назад такой шаг помог южному подразделению преодолеть кризис…
– Помог, – сухо кивнул босс и вновь вперил жёсткий взгляд в документы. – Жаль, вы забыли, сколько при этом пришлось влить средств.
Ника промолчала, так как считала, что без вложений они получат огромные убытки, но босс и так это понимал. Не стоило дёргать тигра за усы. А заметив, как Всеволод, перебирая пальцами по блестящей поверхности чёрного стеклянного стола, нахмурился, и вовсе застыла неподвижным изваянием. Когда босс размышлял, его могла вывести из себя даже пролетевшая мимо муха. И способность минутами удерживать неподвижность, которую Ника получила во время занятий любимой йогой, тоже помогала сохранить место работы.
– Это!.. – Босс решительно выудил лист. – Доработать и сократить расходы. Собрать директоров к десяти.
Ника медленно выдохнула, осторожно взяла документ и поспешно покинула кабинет. До десяти она не поднимет головы, но исполнит приказ. Теперь она отвечает не только за себя, но и за маленькое сокровище внутри.
Время пролетело незаметно. Пока Ника организовывала собрание директоров и подготавливала предложение о новых изменениях в северном подразделении, она совершенно забыла о маме и её странных словах. Стрелка часов неумолимо приближалась к числу десять, и Вероника, нервно посматривая на неё, строчила по клавиатуре с такой скоростью, что секретарша Люба недовольно поджала тщательно накрашенные губки и, нахмурив татуированные брови, принялась набирать свой текст быстрее. Всё равно явно проигрывая, мрачнела всё больше: за своеобразным соревнованием, попивая кофе, наблюдал новенький заместитель босса.
Ника же ни на кого не обращала внимания. Ну хочется Любочке покрасоваться перед смазливым мальчишкой младше лет на пять – её дело! А вот если к десяти на столе босса не будет лежать обновлённое предложение, пострадает весь отдел. Ника глянула на часы в очередной раз и, понимая, что всё равно не успевает, едва не застонала в голос. Ощутила себя Золушкой, которая никак не укладывается до возвращения мачехи ни розы полить, ни бобы разобрать. Улыбнулась сравнению и подумала, как будет рассказывать ребёнку на ночь свои любимые сказки. Замечтавшись о том, что, возможно, родится девочка, представила её мирно спящей в кроватке…
– Вероника!
Она вздрогнула, подняла глаза, и по спине прокатилась волна льда при виде возвышающегося над ней босса. Перевела взгляд на стену: часы показывали десять минут одиннадцатого. Вскочила и, забыв о спасительных пяти секундах, выпалила:
– Я почти доделала! Ещё пять минут, и…
– Не утруждайтесь, – рыкнул Всеволод и, резко развернувшись, широкими шагами удалился.
Ника в полной тишине кабинета под сочувственными (и в то же время удовлетворёнными: мол, не такая Вероника и непробиваемая) взглядами, медленно опустилась в офисное кресло. Посмотрела на монитор и при виде окошка чата гулко сглотнула. Неудивительно, что босс пришёл! На экране мерцали четыре уведомления. Вот же попала… Четыре! Обычно третье неотвеченное – уже сообщение об увольнении.
Холодея от ужаса, Вероника положила дрожащую ладонь на мышку и кликнула чат.
«Вы опоздали», – за десять минут до начала совещания.
«Вероника, немедленно в кабинет!» – ровно в десять ноль-ноль.
Ника замерла на миг, боясь читать следующее сообщение. Что делать, если она уволена? Кто примет на работу беременную женщину? Да стоит только упомянуть об этом – сразу от ворот поворот! Никто не хочет связываться с декретом. И накоплений, чтобы не спеша найти доброго работодателя, у Вероники нет. На услуги врачей ушло средств столько, что хватило бы на год беззаботной жизни. На разовые заработки Михаила Ника никогда особо не рассчитывала, потому что они даже не покрывали аренду спортзала и спецпитание модели.
Но лучше уж горькая правда, чем неизвестность. Ника справится! Точно справится, даже если уже уволена. Выдохнула и прочитала третье сообщение.
«Вы умерли?»
От неожиданности она не сдержалась и нервно рассмеялась: босс пошутил? Всеволод может шутить?! Да, юмор чёрный, но всё же…
Народ в общем кабинете встрепенулся, над каждой из разделяющих столы перегородок показались головы работников, Ника ощутила на себе перекрёстные недоумевающие взгляды. Особенно радовалась несдержанности помощницы застывшая у огромного ксерокса Любочка. Это было видно по жадно блестящим зелёным глазам и приоткрытому от удовольствия ротику. После того как Ника случайно застукала женщину под столом босса, где секретарша, расстегнув блузку и вывалив внушительный молокозавод, ждала «сладенького», не проходило ни дня, чтобы эта неудовлетворённая стерва не подстроила первой помощнице босса какую-нибудь мелкую пакость. То кофе опрокинет на стол, то «забудет» бумаги срочные передать.
Почему неудовлетворённая? Ника вздохнула: лишь предположение. С одной стороны, босс действительно привлекателен, и каждая вторая женщина откровенно пытается его соблазнить. Кто во что горазд нарушают дресс-код, поэтому не стоит удивляться таким вот сюрпризам. Но с другой стороны, если бы босс догадывался о поджидающем под столом «сладеньком», вряд ли послал за «забытой» Любочкой папкой с банковскими документами свою первую помощницу. Сам бы поднялся и… ненадолго задержался, пока Ника ожидала, сидя в «роллс-ройсе» у входа в здание.
Вероника тогда и словом не обмолвилась боссу. Это не её дело. А Любочка… Ника приподняла брови. Рядом с ней стоит вести себя так, словно зашла в клетку с обезьянами, и тогда кофе не попадёт на ноутбук, потому что удалось вовремя сдёрнуть технику со стола. А привычка проверять в чате меняющийся в течение дня график босса каждые полчаса избавляет от проблем с «оставленными» документами. Кстати о чате…
Сжав челюсти, она опустила взгляд на четвёртое сообщение.
«Если нет, то я сейчас это исправлю».
Покачала головой: кто подменил её отвратительного босса? Где привычное «вычту из зарплаты»? Где бесконечные «лишу ваш отдел премий»? Или Всеволод сегодня в особенном настроении, или кто-то разозлил босса сильнее, чем Вероника. В любом случае ей повезло!
Тут высветилось пятое сообщение:
«Машину ко входу. Немедленно».
Под ложечкой нехорошо засосало: вот точно не просто так Всеволод оставил без внимания проступок помощницы. Что-то случилось на собрании директоров? Вероника вскочила и, на ходу разговаривая с водителем, стремительно направилась в кабинет босса. Она кивала выходящим навстречу директорам, а сама внимательно присматривалась к выражению лиц и глаз. Мужчины тихо переговаривались, и, судя по обрывкам фраз, Всеволод прервал совещание на середине. Плохое предчувствие усилилось. Что может быть хуже, чем резкое падение показателей в северном подразделении?
В приёмной практически перед раскрытыми дверями в кабинет босса Вероника вдруг покачнулась и, испытав неожиданную дурноту, прижала ладонь ко лбу. Ощутила поддержку сильных рук и услышала мягкий баритон:
– Ника, что с вами?
Она обернулась и через силу улыбнулась неприлично молодому заместителю босса, который, как оказалось, следовал за ней в кабинет Всеволода.
– Всё в порядке, Константин Геннадиевич. Немного голова закружилась.
– Что за реверансы? – рыкнул на них появившийся в дверях босс и сухо кивнул, приглашая в кабинет. – Времени нет! Выключите мой компьютер, Ника, и уведомите сотрудников о коротком дне. Кто не покинет рабочего места до одиннадцати, может завтра не возвращаться.
Вероника тут же стёрла с лица улыбку и быстро прошла к столу босса. Выключая технику, окинула стеклянную поверхность столешницы пытливым взглядом, но ничто не намекнуло на возникшую проблему. Сердце женщины тревожно забилось: происходило нечто нетривиальное, и это очень нервировало. Что же случилось, раз босс распускает людей? Проверка налоговой? Рейдерский захват? Начальник выглядит собранным, движения уверенные, слова короткие.
Уведомив по общему чату в сотовом о срочном конце рабочего дня, Вероника повернулась к Всеволоду, который что-то тихо говорил у двери непривычно хмурому Константину. Заметив, что Ника смотрит в его сторону, босс коротко кивнул молодому заместителю, и тот, наградив первую помощницу странным взглядом, поспешно покинул кабинет. Ника занервничала ещё сильнее, но старалась не подать вида.
– Я всё сделала, – ровно отчиталась она. – Какие ваши дальнейшие распоряжения?
Она была готова к тому, что босс прикажет задержать полицию, а сам сбежит на Багамы. Не зря же он машину срочно потребовал? Или велит вывалить все документы на середину кабинета и поджечь. Или предложит крупную сумму, чтобы она отсидела за него десяток-другой лет… Да к чему угодно!
– Купите несколько пирожных, – потребовал босс.
– Ч-что? – заикнулась Вероника, не понимая произнесённых Всеволодом слов. – Купить… пирожных?
Она растерянно моргала и пыталась понять, что именно имел в виду мужчина под этим странным словосочетанием. Ника ощущала себя примерно так же, как если бы бомж на улице подарил ей кольцо с бриллиантом, или остановивший её на проезжей части полицейский вместо того, чтобы выписать штраф, исполнил стриптиз. Полный сюрреализм!
– На Второй Леваковой есть частная пекарня, – строго напутствовал босс таким тоном, будто не пирожных просил привезти, а посылал в банк открыть новый счёт. – Купите десяток безе с вишней и шоколадом. Берите мою машину, у вас максимум полчаса. Ничего не перепутайте, иначе весь ваш отдел лишится премии.
Вероника захлопнула рот (боже, она стояла перед боссом с отвисшей челюстью?!) и кивнула. Привычная угроза вернула реальность, но не понимание.
– Вы же ненавидите сладкое, – не сдержалась Ника.
– А вы тратите драгоценное время на ненужные споры, – рыкнул Всеволод и, вскинув руку, посмотрел на блестящие наручные часы. – Если пирожные не будут лежать на моём столе через двадцать три минуты, можете в офис не возвращаться.
Вероника вздрогнула и, кивнув, поспешно покинула кабинет. Пирожные так пирожные. Может, потом босс объяснит странное поведение, совершенно несвойственное ему? Ника быстро спустилась и уселась в служебный автомобиль, который, как оказалось, босс приказал вызвать для того, чтобы помощница выполнила странное поручение.
Кондитерскую она нашла, хоть и сомневалась в её существовании. Поручение больше походило на то, что её просто отослали, как и всех работников предприятия. А босс, как капитан корабля, остался на месте. Под ложечкой засосало: тонущего корабля? Пока улыбчивая продавщица неторопливо укладывала пирожные в отдельные коробочки, Вероника едва трижды не потеряла от волнения сознание.
– Ну пожалуйста! – молила она. – Быстрее!
И дело даже не в стремительно истекающих двадцати трёх минутах (хотя она собиралась уложиться в них), а в растущем смятении и ощущении надвигающейся беды. Босс отослал её, чтобы остаться с гипотетическими проблемами один на один? И Вероника, пока танцевала в нетерпении у прилавка, придумала десятки возможных катастроф. Поэтому, схватив хрустящий бумажный пакет, кинула купюру и, не дожидаясь сдачи, побежала к машине.
Когда уселась и велела водителю гнать что есть мочи, затрезвонил телефон. Ника прижала сотовый к уху и нервно бросила:
– Мамуль, я перезвоню!
– Ну уж нет! – заявила мама. – Выслушай, это срочно. Я долго думала над твоей проблемой…
– Какой ещё проблемой? – воскликнула Ника.
– Ну как же, – вздохнула мама и, словно маленькой девочке, пояснила: – Тебе необходимо знать, кто отец твоего ребёнка.
– Я знаю. – Ника теряла терпение. – Это Миша. Так что нет никакой проблемы.
– Уверена, Миша будет прекрасным приёмным отцом, детка, но он не биологический папа, – мягко возразила мама, а Нике хотелось закричать. Но следующие слова повергли в шок. – В одном ты права, проблемы больше нет. Я знаю, кто донор спермы!
– Ч-что? – промямлила Ника и уже более твёрдым голосом, насторожившись, уточнила: – Как?!
– Я ожидала вопроса «кто», – расстроилась мама.
– Да неважно кто! – не выдержала Ника. – Это мой ребёнок! Мой и Миши…
Она ударила кулаком по пакету с пирожными и испуганно замерла: вот попала! Поймала в зеркале заднего вида заинтересованный взгляд водителя и поспешно сказала:
– Я перезвоню через полчаса.
– Лучше через два часа, – весело ответила мама. – Я сейчас направляюсь на встречу с биологическим отцом моего внука!
Ника застыла изваянием, открывая и закрывая рот, а потом снова закричала:
– Мама, не смей! – Судорожно вдохнула и, взяв себя в руки, добавила спокойнее: – Мама, ты где сейчас? Скажи мне и жди! – Обратилась к водителю: – Юра, нужно заехать кое-куда.
– Я уже подъезжаю… – возразила мама и, замолчав на мгновение, ахнула: – Детка! Это же твоя работа!
– Моя… – Ника сглотнула ком, подкативший к горлу. – Мой офис?
– Видимо, это судьба! – выдохнула мама и затараторила: – Я когда систему банка спермы взломала, сумела выцарапать лишь фамилию и телефон. Позвонила, и мне ответил очень приятный мужской голос. Он пригласил на встречу и… Ой! Я уже опаздываю к господину Гордееву! Перезвоню…
Сотовый выпал из вмиг ослабевшей руки Вероники. Она медленно, словно во сне, опустила взгляд на свою сумочку, на ручке которой висел брелок с пропуском. Под названием фирмы чернела надпись: «Руководитель – Гордеев В.П.».
Глава 2
Ника умоляла водителя ехать быстрее, и Юра уже ворчал, что нарвался на пару штрафов. Да пёс с ними, со штрафами! Если мама заявит боссу, что он отец её внука, Ника потеряет работу. Но и сама тоже хороша! Зная свою мать, нельзя было оставлять всё как есть. Интуиция буквально визжала, предупреждая об опасности, но Вероника перевела эти тревоги на работу. А Всеволод? Он знал, кто к нему сейчас приедет, и удалил всех из офиса. И эти чёртовы пирожные – для её мамы?!
Ника сжала пакет из кондитерской так, что от сладостей наверняка осталось лишь месиво. Стоило машине затормозить, как она выскочила и, торопливо стуча каблучками, помчалась ко входу. Расталкивая людей, быстро осмотрелась в холле. Заметив яркое цветастое платье и приметный шёлковый тюрбан, который всегда носила её мама, бросилась вслед за удаляющейся женщиной. Однако остановить не успела и теперь, стоя посреди кабинета босса с сумочкой в одной руке и отломанным каблуком в другой, тяжело дышала.
– А вот и моя девочка! – обрадованно возвестила мама.