- -
- 100%
- +
Введение
Мы живем в обществе с развивающейся информационной культурой. Его называют по-разному. Например, постиндустриальным. Название говорит о том, что технологии прежнего, индустриального, приобретают принципиально новый характер. Они воспроизводятся в виртуальной форме, которая предполагает обширное использование информационных ресурсов для получения необходимых человеку результатов. Таким образом, название «информационное общество» прямо указывает на ресурсную основу технологий.
Поскольку информационное общество только начинает возникать, человечество не знает, какую системную форму оно примет. Однако уже выявилось серьезное обстоятельство, связанное со спецификой информационных коммуникативных систем: они, в частности Интернет и другие сети, имеют универсальный глобальный характер. Это означает, что информация и форма ее объединения в коммуникативном пространстве подчиняются новым законам. Как известно, в основе организации современного общества можно увидеть политическую иерархию, создающую и поддерживающую систему норм, которые предполагают подчинение большинства населения планеты меньшинству элиты.
В настоящее время законы информационного пространства и законы политической и иной организации общества находятся в состоянии серьезного антагонизма. Это выражается, в частности, в усилении контроля над населением и манипулировании его сознанием, которое осуществляется властью за счет использования информационных ресурсов. Эти особенности современных коммуникаций возникают как на санкционированной основе, так и нелегально. Контроль над соблюдением законности в пространстве коммуникаций затруднен, а установление характера последствий воспроизводства традиционной политической организации для будущей культуры вообще проблематично.
Все это позволяет сделать вывод, что современное общество нуждается в повышении уровня массовой коммуникативной культуры. Кроме того, члены общества просто обязаны сознательно и профессионально препятствовать тем действиям политиков, которые могут нанести вред планетарной культуре. Поскольку множество указанных процессов осуществляется в сфере политической системы коммуникаций, знание и инструментальное использование содержания риторики, и в частности политической риторики, соответствующей содержанию общества будущего, могут способствовать разрешению существующих противоречий.
Однако в настоящее время мировое политическое пространство находится в состоянии активной борьбы за индустриальные статусные приоритеты. На господство в мире претендуют США. Другие страны, включая и Россию, имеют другие взгляды на развитие событий. Их позиции не всегда соответствуют друг другу и целям общества будущего. В результате в современном политическом пространстве сложилась ситуация информационной войны. Общение в условиях информационной войны подчиняется законам полемики и достаточно освоено как теоретическим, так и практическим образом. К сожалению, результативность подобных риторических отношений отличается низкой продуктивностью для всех участников. У ряда исследователей возникло убеждение в превращении современной информационной войны в очередной виток холодной, а может быть, и настоящей войны. В этих условиях политическая риторика может ослабить антагонизм сторон, но может и усилить его.
В зависимости от подхода к речи ее понимание и смысл могут сильно отличаться. Речь можно понимать как обмен информацией. Можно понимать как способ организации и управления людьми, как способ обеспечения общества структурой и схемами поведения и жизни. Речь можно понимать как форму организации символической или виртуальной реальности, а также как универсальный процесс программирования и творения мира. Наконец, речь можно понимать как высшую, абсолютную форму мира (Логос). В любом случае мы не ошибемся, поскольку речь, язык относятся к тайне мироздания и обладают поистине безграничным содержанием и возможностями.
Глава 1
Концептуальные основы политической риторики
1.1. Содержательно-коммуникативная потребность в концепции публичного политического общения
Мы живем в привычном мире, где повседневная жизнь неразрывно связана с речью, которой мы пользуемся практически с рождения. Для обывателя речь является таким же естественным и простым делом, как в нашем представлении птичье чириканье или пение. Но многие люди напрягаются, волнуются и краснеют, когда приходится говорить «на публику», т. е. ощущая внимание других людей к своей речи. И тогда все резко меняется – естественное «говорение» превращается в трудное и обременительное дело. Человек попадает в ситуацию, которая по форме превращает обыденную, бесконтрольную речь в публичную, общественную.
Формально отличить обыденную речь от публичной очень трудно. Почему практически все люди при переходе к публичной форме общения испытывают затруднения, резкое увеличение напряжения? Ответ прост: мы чувствуем свою ответственность перед людьми, с которыми общаемся публично. Можно сказать, что мы сами себя напрягаем, добровольно попадая под влияние стереотипов, управляющих архетипами поведения. Но это ответ поверхностный.
Глубинный ответ много сложнее. Законы общения сложились еще в животной форме и регулируют иерархическую систему тех реакций группы людей, от которых зависит судьба корпорации. Речь на бессознательном уровне устроена так, чтобы не мешать лидеру реализовывать свои сверхспособности при организации группы, в том числе в ситуациях, когда необходимо мгновенное принятие решений.
При таком подходе к публичной речи возникающее у говорящего напряжение глубоко обоснованно. Его назначение – блокировать попытки членов группы снизить уровень управленческих ресурсов лидера, ограничить его статусность. Каждый человек, произносящий речь перед аудиторией, на время выступления оказывается в роли лидера.
Мы будем называть публичной речью такую форму речевой деятельности, которая связана с обсуждением содержания, актуального для сообщества любого уровня. Публичная речь осуществляется при разделении членов корпорации на говорящих и слушающих. Говорящие получают право на субъектность, выделенность или на внимание в пространстве общения. Слушающие обязаны действовать по определенным правилам, способствуя результативности общения. Говорящие отвечают перед слушающими за попытку влиять на судьбу корпорации. Слушающие вправе присоединяться к позициям говорящих или отвергать их. Конечным результатом публичного общения выступает решение, которое способствует укреплению корпорации или соответствует общему благу.
Если пытаться осмыслить глубинную функциональность публичной речи и помнить, что на протяжении многих лет человеческой истории принятие главных решений осуществлялось в политическом пространстве, то станет яснее и сущность политического общения. Мы будем понимать политическое общение как форму коммуникаций, осуществляемую в пространстве политической институционализации, содержание которой заключается в обсуждении проблем и принятии решений по поводу создания политической системы и воспроизводства ее в процессе управления обществом. Основная часть решений связана с созданием норм, регламентирующих общественную жизнь, а также с их реализацией и контролем над их исполнением.
Поэтому в пространстве современной риторики под публичным общением достаточно понимать коллективную форму обмена речевыми позициями, осуществляемую в соответствии с определенными правилами и ритуалом. При таком подходе можно выделять самые разные позиции, как общеязыковые, так и частные, включая позиции в пространстве политической институционализации.
Изучением различных форм коммуникативных процессов и способов их воспроизводства занимаются представители самых разных отраслей знания и наук. Одна из этих дисциплин – риторика.
Риторика (греч. teche rhetorike) – наука об ораторском искусстве, об отношении мысли к высказыванию и средствах риторического доказывания. Обычно под риторикой понимают филологическую дисциплину, которая изучает отношение мысли к слову. Как правило, в пространстве риторики происходит отвлечение (абстрагирование) от системы конкретного языка. Предметом исследования становится структура языковой личности отправителя речи (оратора или коммуникатора) и получателя (реципиента). Кроме того, в риторике исследуется речевая технология аргументации и способы конструирования целесообразного соразмерного высказывания.
В современном мире возрастает роль воздействия речи на человека. Средства массовой информации (СМИ или массмедиа) влияют на умы, заменяя в той или иной мере политическое насилие. Это пространство речи ориентировано на конкретный результат воздействия общения на сознание и поведение людей. Современная лингвопрагматика и неориторика изучают воздействие языковых знаков на человека. В универсальном смысле риторика – это учение об организации коммуникативной субсистемы целостной системы современной культуры.
Риторика как прикладная дисциплина содержит набор теоретических положений, которые создаются в разных сферах лингвистических наук, философии, логике, психологии, семантике. Кроме того, риторика содержит набор правил, технологий и предписаний, которые позволяют практически создавать и произносить речи, соответствующие культуре и влияющие на людей.
Теоретические аспекты риторики позволяют осознанно и творчески заниматься конструированием общения. Практические технологии помогают создавать тексты, которые соответствуют целям создателей речи. Эти две стороны риторики обогащают друг друга, и только их сочетание может позволить человеку стать эффективным речедеятелем.
Как и всякая форма мысли, риторика в обществе выполняет определенные функции. К ним обычно относят:
− создание норм публичного общения и риторической аргументации, которые позволяют организовать общение, достаточное для разрешения корпоративно-культурных проблем;
− влияние на формирование культурного коммуникативного пространства в различных сферах общества; обеспечение воспроизводства социума в целом и его субструктур;
− определение критериев оценки публичной деятельности различных акторов, которые позволяют рекрутировать наиболее достойных членов общества в культурно-организационную элиту.
Уже несколько столетий риторику делят на общую и частные формы. Общая риторика изучает, как общие коммуникативные пропорции организуют какой-либо естественный язык, например русский или английский. Частные риторики исследуют определенные коммуникативные области, например общение в политическом, правовом или научном пространствах. Законы общей риторики носят универсальный характер, частной – особенный, уточняющий особенности конкретных видов речи на общем языковом фоне. Поэтому мы будем уделять внимание как содержанию общей риторики, так и политической в частности.
Публичное общение универсального, т. е. конкретного и полного характера, выполняет функцию коллективного способа принятия решений по поводу проблем, актуальных для корпорации. Речевое общение также помогает выполнить принятые членами сообщества решения. Чтобы реализовать эти функции, необходимо создать соответствующее содержание речи и осуществить общение. В этом случае успех обеспечит следование законам публичного общения или реализация набора технологий, т. е. алгоритм коммуникативных взаимодействий. Алгоритм предполагает осуществление ряда шагов или операций, совокупность которых приведет нас к ожидаемому результату.
Стандартная форма риторического алгоритма может быть представлена в следующей форме:
− в процессе общения люди всегда обмениваются каким-либо содержанием. Чтобы это содержание соответствовало цели общения, его необходимо отобрать, расположить определенным образом. Для лучшего понимания его нужно выразить в концентрированной форме в виде тезиса. В риторике эта форма деятельности называется изобретением или концептуализацией;
− поскольку общение невозможно без воздействия на слушателей, подготовка выступления включает в себя моделирование аудитории. От возможностей и ожиданий слушателей зависит результат общения. Любой оратор создает основу восприятия речи, учитывая ресурсы слушателей в отношении эффективности общения.
− содержание речи и ресурсы слушателей позволяют оратору определить стратегию выступления. К стратегии обычно относят постановку определенной цели, формулирование проблемного пространства речи, конструирование доминантного тезиса и позиции оратора. Адекватное стратегическое планирование и конструирование общения резко повышают эффективность общения;
− стратегическая конфигурация позволяет определить тактическую структуру общения. Тактическая организация направлена на создание мотивации, обеспечивающей восприятие содержания слушателями. Кроме того, необходимо активизировать стремление слушателей принять содержание и позицию оратора;
− оратор может реализовать поставленную цель только при условии эффективного общения со слушателями в реальном времени. Для осуществления такого общения требуется организация системы соразмерных проекций оратора на слушателей, а слушателей на оратора. Эффективное комфортное общение – одна из высших ценностей культуры;
− для обеспечения эффективного общения оратор постоянно контролирует состояние пространства коммуникации. Организацию контроля и коррекции общения в реальном времени можно считать критерием профессиональности оратора;
− наконец, описанная выше ораторская деятельность превращается в эмпирический материал, позволяющий оратору совершенствовать свое мастерство. Анализ собственного опыта и опыта других ораторов позволяет каждому речедеятелю отбирать лучшие образцы форм коммуникаций и интегрировать их в собственную систему общения.
Политическое общение основано на алгоритме более жесткого характера, нежели общая риторика. Это связано с более высоким уровнем актуальности данного общения и его идеологическим характером. Политическое общение всегда представляет собой взаимодействие интересов участников общения.
В общем и целом победа в политической полемике означает приобретение дополнительных ресурсов, которых лишается побежденная сторона. Обоюдный выигрыш в результате общения возможен только в том случае, когда при обсуждении проблемы создаются ресурсы, удовлетворяющие потребности всех участников обсуждения. К сожалению, подобное решение, как правило, ограничивает третью сторону, которая не участвует в переговорах.
В целом предложенный алгоритм при реализации повышает эффективность любого общения. Эффективность позволяет реализовывать цели общения, удовлетворять потребности слушателей, доставлять удовлетворение оратору. Для того чтобы указанные принципы превратились в устойчивые схемы организаторской деятельности оратора, требуется большая познавательная и практическая работа.
В современном познании совсем недавно была осмыслена важная роль интерпретации любого предмета познания и обсуждения. Интерпретация наделяет высказывание, которое представляет, манифестирует предмет, определенным смыслом. Причем интерпретаций может быть бесчисленное множество, и каждая из них позволяет реализовать ту или иную цель.
Например, слушателей можно понимать (интерпретировать) как абстрактный набор слушателей, которых нужно подчинить воле оратора, и как членов корпорации, которых нужно в чем-то убедить. Слушателей можно интерпретировать как заказчиков и потребителей коммуникативных услуг, которых речедеятель должен «обслужить», или как членов корпорации, от которых зависит ее дальнейшая судьба. Перечень возможных интерпретаций открыт и неисчерпаем, и каждая интерпретация будет порождать специфические цели выступления, стратегию, тактику и другие параметры общения.
Совершенно очевидно, что интерпретировать можно не только слушателей, но и оратора, культурную и корпоративную среду, условия и цели общения, отношение к последствиям общения, способы достижения цели общения и т. д. При таком подходе к публичному общению оно становится сложной и многофакторной системой, имеющей бесконечное количество модификаций. Напрашивается афоризм: «Покажите, как вы общаетесь, и я скажу, кто вы». Что это содержание означает для риторики и для оратора?
Напомним читателям, что в настоящее время используется три основных рациональных стратегии организации рассуждений: монизм, дуализм и плюрализм. Монистическая модель основана на интерпретации целого как развертывания единого субстанционального начала: например, утверждение, что общение зависит от личности оратора. Дуализм характеризуется интерпретацией целого, исходящей из двойственного начала: например, утверждение, что общение зависит от личности оратора и состава слушателей. Плюрализм, в свою очередь, основан на многофакторном моделировании. Плюралистичная модель интерпретирует предмет как систему, состоящую из множества элементов. Свойства и связь элементов организуют целое, а целое, в свою очередь, определяет свойства и связь элементов, отличающихся от их «естественного» состояния. Например, эффективность общения можно связывать со способом организации речевого взаимодействия, который мы рассматривали чуть раньше (в него входило семь факторов общения).
Многофакторная модель общения может быть названа пространством общения или пространством коммуникативных связей. Пространство общения, по аналогии с физическим, складывается из различных коммуникативных элементов, связываемых в целое на основе мотивации и целеполагания оратора и ресурсов слушателей. Пространство общения – это такая интерпретация или модель коммуникативного процесса, которая фиксирует различные позиции участников и процесс их соединения, обмен позициями.
Пространство общения, понимаемое как система словесного и несловесного обмена мнениями при создании знания, совместных решений или мотивационных установок, внешним образом состоит из людей и слов. Мы уже отмечали, что одни в пространстве общения являются говорящими, другие – слушающими. Для того чтобы общение было плодотворным, необходимо выполнение определенных алгоритмов как говорящими, так и слушающими. В зависимости от цели общения и способов ее реализации участников общения можно понимать и интерпретировать по-разному.
Говорящий может называться оратором, субъектом общения, автором, речедеятелем, аргументатором, ритором, создателем речи, организатором коммуникативного пространства, речевым актором, диктором, глашатаем и т. д. В определенных ситуациях эти названия могут быть синонимами и замещать друг друга.
В случае различных интерпретаций роли и содержательных параметров говорящего эти синонимы превращаются в определения. Название начинает выражать специфическое содержание, характеризующее говорящего. Так, оратором можно называть любого организатора общения, который реализует свою ораторскую позицию в соответствии с пропорциями законченного полноценного общения.
Аргументатором можно называть оратора, подчеркивая его функцию создателя аргументации речи. Актор – это оратор, который проявляет достаточную активность при общении и осуществляет реализацию процессуальности, законченности общения. Почти то же самое означает «субъект общения». В этом случае подчеркивается активная функция участника общения. Мы будем использовать различные понятия, характеризующие организаторов общения, содержание понятий будет определяться специально в тексте либо будет понятно из контекста.
Нам сейчас важно уяснить, что участник общения, получив от корпорации право стать субъектом этого публичного процесса, обязан реализовать его по законам этой части культурного пространства. Субъект как организатор коммуникации выступает в роли оратора: он обязан довести до понимания слушателей свою позицию и реализовать цель общения, которую определил для себя. Причем форма и цель выступления должны соответствовать определенным нормам, характерным для корпорации и участников общения.
Слушающие также выполняют определенные функции и участвуют активным образом в процессе публичного общения. Бывают ситуации, влияющие на судьбу корпорации принципиальным образом, и тогда от слушателей требуется высочайшая степень активности и ответственности. В современной риторике слушателя называют еще потребителем речи, адресатом, реципиентом, получателем речи, корреспондентом, оппонентом и т. д. Поясним, что реципиентами называют слушателей, которым адресована аргументация; корреспондентами – слушателей, с которым устанавливается обратная связь; оппонентами – слушателей, которые оценивают и подвергают критике позицию оратора.
Особенно важна роль получателей речи в политическом общении. Эта роль связана с тем, что в политической практике сложился образ оратора, стремящегося реализовать свои партийные или личные цели любой ценой. Активная позиция слушателей, превращающая общение в диалог, вынуждает создателя речи учитывать позицию и интересы слушателей как партнерской стороны. Чем адекватнее реакция оппозиции, тем «объективнее» будет позиция оратора. Пассивность, некомпетентность или ангажированность оппозиции позволяет оратору занять позицию, противоречащую интересам противной стороны. Подобная ситуация нередко превращается в основание для принятия политических решений с самыми отрицательными последствиями для корпорации. Такая позиция слушателей совпадает с подданнической политической культурой. Основная задача слушателей – воспринять, осмыслить позицию оратора, а затем принять ее или отвергнуть.
Например, самая простая форма общения информационного характера основана на том, что создатель речи, оратор или речедеятель, излагает информацию в форме, доступной для слушателей. Слушатели, в свою очередь, эту информацию воспринимают, раскодируют и обрабатывают. Причем позиции слушателей создаются как оратором, так и самими слушателями. Информационное общение не предполагает, как правило, публичной напряженности и ответственности сторон за реализацию цели общения. В свою очередь, возможно общение, влияющее на судьбу корпорации, которое требует от ораторов и слушателей подготовленности, концентрации ресурсов и ответственности.
Культурой публичного общения можно считать подготовленность участников общения, а также их готовность и способность адекватно реагировать на корпоративные проблемы, продуктивно обмениваясь позициями при осуществлении коммуникативного процесса.
Подобная культурная система взаимодействия ораторов и слушателей возникла в античной Греции. Рассмотрим кратко, как складывалась система публичного общения в прошлом.
1.2. Историческое становление западной ораторской практики и концептологии
Около двух с половиной тысяч лет тому назад в античной Греции сложилась культура, не похожая на все остальные, существовавшие ранее. Ее основные отличия заключались в форме общественной организации и способе статуирования человека. Человек античной Греции имел свободу и обязательства, четко определявшиеся законами. Законы создавались определенными авторами (Ликург, Дракон, Солон) и принимались публично в результате обсуждения и голосования в народном собрании. Кроме того, существовала сложная и строгая система правоприменения с опорой на публичную судебную форму контроля над соблюдением прав.
В Греции сложилась система отношений, содержавшая элементы демократии в современном понимании этого слова. В политической жизни города-полиса участвовали почти все полноправные жители (их было не так много). Все они выполняли какие-либо политические функции, связанные с необходимостью публичного общения. Кроме того, каждый гражданин, особенно в Афинах, не один раз был участником судебного разбирательства, где сам был обязан выступать либо обвинителем, либо истцом (ответчиком).
Совершенно очевидно, что гражданский статус человека и его судьба зависели напрямую от его умения общаться публично. Правовая организация в Греции была очень жесткой и ответственной. Так, в Афинах оратор, предлагавший изменить правовые нормы, должен был выступать с веревочной петлей на шее, символизирующей абсолютную форму ответственности за предлагаемые изменения. Несомненно, в подобных условиях умение выступать публично было необходимо каждому гражданину.
В рамках греческой культуры, таким образом, возникло социально ответственное политическое общение, послужившее основой для возникновения европейской ораторской практики и риторики как формы ее осознания и развития.
В Греции было множество прекрасных ораторов. Слава о них дошла до наших дней. И в настоящее время мы зачастую, не подозревая о том, используем в своей речи принципы и технологии античных ораторов и создателей риторических законов и правил. Во II в. до н. э. появился канон десяти лучших аттических ораторов. Среди них: Андокид, Лисий, Исократ, Исей, Ликург, Демосфен, Гиперид и др. Базовой основой этого канона стала знаменитая «пятичленная» система организационной деятельности оратора.