Судьба ученого. Академик Олег Прокопьевич Щепин

© Раиса Коротких, 2023

ISBN 978-5-0059-4882-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Появление книги об одном из наиболее известных ученых нашего времени – явление одновременно и закономерное, и необычное. Необычное тем, что книги о жизни выдающихся людей науки пишутся крайне редко. Закономерность проявляется в том, что мало кто из ученых, занимающихся проблемами здоровья и здравоохранения, так много сделал в этой области, оказал такое огромное влияние на развитие науки о здоровье населения, как академик Олег Прокопьевич Щепин.

Книга начала готовиться к печати еще в период совместной работы автора с Олегом Прокопьевичем Щепиным в Национальном НИИ общественного здоровья РАМН Н. А. Семашко. Олег Прокопьевич все просматривал, вносил дополнения и изменения, что можно видеть по приведенным в книге страницам рукописи с его правкой. Приведены лишь отдельные страницы, но текст хранит память о том, как внимательно он относился к написанному. Однако по причинам, связанным в первую очередь с автором, книга была завершена только в 2022 году, к 90-летию со дня рождения Олега Прокопьевича.

Она посвящена творческому пути академика РАН, РАМН Олега Прокопьевича Щепина. Он внес большой вклад в развитие представлений о путях формирования и укрепления общественного здоровья и здравоохранения. На протяжении более 20 лет О. П. Щепин возглавлял Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья РАМН.

Благодаря его заслугам Институт выжил и развивался в тяжелейшие годы переходного периода в истории нашей страны. Творческий путь Олега Прокопьевича – это путь не только ученого, создателя крупной научной школы, но и большого политика, организатора, руководителя здравоохранения, педагога, ведущего специалиста в области отечественного и международного здравоохранения, крупного общественного деятеля.

Эта книга и о замечательном человеке, соприкосновение с которым обогащает духовно, творчески, делает жизнь интереснее, многограннее. Попытаться приоткрыть эту завесу подчас закрытого, недоступного другому человеку внутреннего мира, прожившего большую, творчески насыщенную жизнь, – задача почти нереальная, но столь притягательная. Не случайно наш соотечественник известный русский хирург Николай Иванович Пирогов писал в «Дневнике старого врача», что для мыслящего человека нет предмета более достойного, чем знакомство с внутренним миром другого человека.

Проводимая работа облегчалась тем, что автор работала в Институте все время руководства Институтом академиком О. П. Щепиным, то есть более 20 лет. А главное, автор широко опиралась на рассказы самого Олега Прокопьевича о разных временных периодах его жизни, которые удалось записать во время личных встреч и бесед с ним и от которых осталось чувство огромного человеческого обаяния.

Олег Прокопьевич предоставил автору возможность ознакомиться с его личным архивом, что позволило более глубоко понять разные вехи его жизни, видение ученым проблем в состоянии здоровья населения и здравоохранения. Изучались труды Олега Прокопьевича и его учеников, выступления на конференциях в нашей стране и за рубежом, отзывы на них.

С учетом различных возможностей доступа использованы архивные материалы Министерства здравоохранения СССР, Института имени Н. А. Семашко, некоторые архивные документы ЦК КПСС, частично открытые и опубликованные в открытой печати, публикации Хельсинской группы и другие документы.

Автор хорошо понимает, что поставленная задача – лишь начальный этап исследования творческого пути, обстоятельств жизни большого масштаба личности и рассматривает свой труд лишь «как перышко в Божьих руках», не пытаясь сделать ничего более данной милости. Слава Богу за все! Хочу сердечно поблагодарить профессоров Виктора Васильевича Растегаева, Татьяну Ивановну Расторгуеву за помощь в подготовке книги. Самая глубокая благодарность моим дорогим родным – мужу Владимиру Леонидовичу, дочке Дарье, внучке Наталии. Без их помощи, поддержки книга не была бы завершена.

С благодарностью приму замечания и пожелания от читателей.

Глава 1. Годы детства, юности

Говоря о биографических данных Олега Прокопьевича, надо назвать главную дату – 6 апреля 1932 года, связанную с его рождением. Место рождения – Костромская область, Шарьинский район, деревня Николаевцы (в настоящее время носит название Николаевское). Его отца звали Прокопий Степанович, маму – Евгения Самойловна.

Олег Прокопьевич рассказывал: «Мои родители были учителями. Они работали в небольшой начальной школе, где в качестве учеников присутствовали дети соседних деревень. Отец руководил школой, мать ему помогала.

Надо сказать, что жилой дом1 Щепиных, где одновременно проживали братья Прокопий, Николай и Фиагонт, находился неподалеку, а деревня была расположена в 21 км от Бучигинской начальной школы.

В 1939 году Прокопий Степанович начинал учебу в первом классе и определил, что младший сын Олег будет у него учиться. Учитель он был строгий. Только однажды я спросил, что задавали на дом. Но он отвечал, что можно было спросить об этом у сверстников. Больше вопросов я не задавал. К сожалению, в начале войны после ремонтных работ отец тяжело заболел и скончался в 1941 году. Всю ответственность за работу школы взяла на себя мать»2.

Рис. 1. Жилой дом Щепиных. (фото из личного архива академика О. П. Щепина).

Олег Прокопьевич вспоминал о годах своего детства: «Должен сказать, что поколение людей, к которому я принадлежу, испытало на себе и все тяготы, и все преимущества того, что было достигнуто нашим государством, поколение, которое в раннем детстве было опалено Великой Отечественной войной. Я хорошо помню события, которые были связаны с началом войны, с наиболее яркими моментами ее движения. Мне почему-то не запомнился период разгрома немцев под Москвой, но я хорошо запомнил, когда в зимние морозные дни появились сообщения о завершении Сталинградской битвы, и позднее, в кинохронике, – вереницы пленных, захваченных в ходе этой битвы».

Далее Олег Прокопьевич рассказывал: «Я особенно помню день окончания войны, когда в северных районах Костромской области, где я в то время еще жил, выпал обильный снег сантиметров десять – пятнадцать. Мы, мальчишки, еще не очень понимая тогда того, что произошло, какую огромную значимость имеет это событие, радовались ему.

Вместе со всеми радовались возвращению отцов, знакомых, друзей, родственников и просто незнакомых людей после завершения войны. Начали возвращаться бывшие солдаты. Вернулись, конечно, далеко не все. Многие искалеченными, израненными, изуродованными, но, как нам казалось, с боевым настроем, с уверенностью, что жизнь будет развиваться лучше. В это время я учился в техникуме, и мы испытывали на себе все трудности послевоенного периода…

Помню, что нередко приходилось продавать получаемые нами во время учебы 500 граммов хлеба для того, чтобы купить немного других продуктов. Большинство молодежи, горожан ходили плохо одетыми, обутыми, и галоши были тогда, пожалуй, показателем высокого достатка их обладателя. (Хочется обратить внимание читателей на слова о том, что «галоши были тогда, пожалуй, показателем высокого достатка их обладателя». Полагаем, что они хорошо отражают то время и условия жизни людей. – Прим. авт.)

Рис. 2. Фотокопия дополнения Олега Прокопьевича Щепина к его рассказу о родителях, использованного автором при дальнейшей работе над книгой.

Однако действительность постепенно вела к улучшению жизни, как рассказывал Олег Прокопьевич. Вскоре карточки были отменены. Потом каждый год происходило очередное снижение цен, которое мы связывали с именем Сталина. Появилась возможность приобретения дополнительных продуктов питания. Все это делало жизнь по-своему интересной, своеобразной, особенно когда ты молод, полон надежд, планов, и тяготы по существу очень тяжелой жизни воспринимались как обычное дело. Вот уже позади годы учебы в техникуме, по окончании которого я получил специальность фельдшера, но непреодолимое желание учиться дальше оставалось»3.

Глава 2. Учеба в Пермском медицинском институте

2.1. Из истории Пермского края

Подошел 1949 год. Этот год был по-своему знаковый для всей дальнейшей судьбы Олега Прокопьевича. Он поступил в Пермский медицинский институт. По его словам, «поступление в институт было тогда, может быть, не таким общественно привлекательным событием, как сегодня, но достаточно напряженным». Его товарищ не прошел по конкурсу в институт, и активно обсуждалась мысль о том, чтобы и ему не приступать к учебе в этом институте. «Но логика переборола эти размышления, и осенью 1949 года я начал учиться в институте», – как бы подытоживает он этот период сомнений и колебаний.

Высшее медицинское образование на Западном Урале берет свое начало в 1916 году, когда в Перми был открыт государственный университет с медицинским факультетом, а в 1931 году Пермский медицинский институт, ставший позже называться Государственной медицинской академией.

В Перми дважды бывал Антон Павлович Чехов. Первое его знакомство с Пермью состоялось во время его путешествия на Сахалин. Сохранились воспоминания И. Г. Остроумова, современника А.П.Чехова, который работал в Перми и в 1900 году встречался с ним лично. В беседе с И.Г.Остроумовым А. П. Чехов охотно вспоминал и передавал со свойственным ему юмором отдельные свои впечатления о пребывании в Перми. «Речная пристань, железнодорожная станция, Козий загон, загородный сад, ротонда, Мотовилихинский завод», – те места, которые он посетил. Существует мнение, что чеховские «Три сестры» жили в Перми.

Действительно, в письме М. Горькому читаем: «Написал пьесу. Ужасно трудно было писать „Трех сестер“. Действие происходит в провинциальном городе, вроде Перми»4

Повторно А. П. Чехов приехал в Пермь спустя двенадцать лет в 1902 году. Он направлялся в имение Саввы Морозова во Всеволодо-Вильве. Жене он писал: «Надо бы нам как-нибудь нанять для всего семейства пароходик и поехать, не спеша, в Пермь и потом обратно, и это была бы дачная жизнь самая настоящая, какая нам и не снилась» (А. П. Чехов О. Л. Книппер-Чеховой, 22 июня 1902 года). В этом поселке Антон Павлович открыл начальную школу.

В настоящее время школа носит имя А. П. Чехова, а рядом со школой стоит его бюст.

Позже, в 1916 году, в Перми у ученого-химика Б. Збарского был 26-летний Борис Пастернак. Потом он назовет полгода жизни в Перми одним из лучших времен своей жизни. Как утверждают исследователи творчества писателя, именно в Перми Борис Пастернак окончательно самоопределился как поэт.

Его повесть «Детство Люверс» начинается фразой: «Люверс родилась и выросла в Перми». Следы пермской памяти в «уральских» главах романа «Доктор Живаго» также видны в романе.

Когда решили сделать музей, дом восстановили по старому проекту – сохранился чертеж. Первый кирпич в обновленный дом заложил в 2006 году сын писателя Евгений.

2.2. Учеба в институте

В этом городе и началась учеба Олега Прокопьевича. Учеба в институте складывалась, как и у последующих поколений студентов, со своими поездками в колхоз или участием студентов в других трудовых процессах. Большинство студентов жили в общежитиях. Они были, как правило, барачного типа, и студенты размещались по восемь-девять человек в комнате, в которой каждый занимался по своему расписанию. «Занимались много, – вспоминал Олег Прокопьевич, – у всех был страх перед предстоящей сессией. Каждый заботился о том, чтобы получить хорошие оценки на экзаменах и сохранить стипендию. В большинстве случаев это удавалось. Отчислений за неуспеваемость на первых курсах было очень мало».

Про себя Олег Прокопьевич рассказывал, что он получил «четверки» только за первую зимнюю сессию, а все последующие сессии удавалось сдавать на «отлично». «Это, конечно, позволяло чувствовать себя действительно членом всего студенческого коллектива, что давало, может быть, не очень много льгот, но давало внутреннее убеждение, что ты можешь, что ты имеешь право и, следовательно, должен дальше учиться для того, чтобы быть членом будущего общества нашей страны», – говорил Олег Прокопьевич.

Учась в институте, он много занимался общественной работой, являясь секретарем комитета ВЛКСМ института. Одновременно увлекался и научной работой, что не прошло мимо внимания преподавателей института. Но его путь в науку начался необычно. По словам Олега Прокопьевича, «пресловутое «дело врачей» оказало влияние на всю его профессиональную жизнь5.

В результате сфабрикованного дела некоторая часть медицинской интеллигенции, в основном представители еврейской национальности, вынуждены были покинуть Москву и искать работу за ее пределами. К числу таких специалистов относится и профессор Семен Маркович Данюшевский, который в 1953 году стал заведовать кафедрой Пермского государственного медицинского института.

2.3. Начало научной и преподавательской работы

«Во время обучения на пятом курсе, а также во время прохождения циклов на шестом курсе мне поступило от Семена Марковича Данюшевского предложение остаться в ординатуре на кафедре организации здравоохранения. Несмотря на то что ординатура не практиковалась тогда на кафедрах организации здравоохранения, профессор Данюшевский С. М. обратился в министерство здравоохранения Российской Федерации и получил разрешение зам. министра здравоохранения Семена Яковлевича Чикина принять на кафедру в качестве ординатора Щепина О. П. (см. рис. 3). Так началась моя преподавательская работа, которая продолжалась все последующие пятьдесят лет на кафедре общественного здоровья и здравоохранения», – рассказывал О. П. Щепин»6.

Рис. 3. Фотокопия текста с дополнением Олега Прокопьевича Щепина к рассказу о поступлении его в ординатуру.

Сразу же после зачисления Олега Прокопьевича в ординатуру встал вопрос о диссертационном исследовании. Для диссертации была определена актуальная тема организации медико-санитарной помощи рабочим лесозаготовительной промышленности Пермской области. На Урале эта отрасль производства уже в те годы имела широкое распространение и вместе с тем огромное количество проблем. При этом проблем, не решенных в пятидесятые годы и с точки зрения быта, и организации доступной медицинской помощи рабочим, равно как и самого процесса производства лесозаготовительной промышленности.

В свободное от работы время и прежде всего в выходные дни Олег Прокопьевич стал ездить в близлежащие леспромхозы Пермской области – Кордонский и Бизарский, чтобы изучать состояние здоровья рабочих и самого процесса производства лесозаготовительной промышленности.

Позднее в стране был объявлен так называемый Ростовский почин, связанный с тем, что работники центральных медицинских учреждений уезжали для работы в периферийные районы страны.

Дождавшись окончания женой Тамарой Павловной медицинского института, Олег Прокопьевич уехал с ней из Перми.

Он начал заведовать небольшой участковой больницей в Бизярском леспромхозе, административный и производственный центр которого находился в поселке Кукуштан Свердловской железной дороги. Население поселка – чуть более пяти тысяч человек.

Кукуштан – поселок и железнодорожная станция на реке Куштанка, одном из притоков реки Чусовой – реки, которая до сих пор пользуется большой популярностью у водных туристов, очарованных ее берегами с громадными и опасными скалами-бойцами, на которых чудом держатся одинокие сосны, а в водной глади реки красуются белые лилии, особенно прекрасные в лучах заходящего солнца.

Поселение выросло при железнодорожной станции, возникшей в 1909 г. в период строительства железной дороги Пермь – Екатеринбург. Здравоохранение района было представлено участковой больницей, аптекой, детским оздоровительным лагерем.

«Годы и тогда, и сейчас летели быстро, – не без горечи замечал Олег Прокопьевич. – Отличие заключается в том, что в тот период не было страха за будущее, была твердая уверенность в правильности выбранного пути – и личного, и государственного. Не было озабоченности карьерным ростом, тяжелых размышлений об уровне зарплаты».

Все жили примерно одинаково. Несомненно, была романтика как личных, так и профессиональных мечтаний, желание сделать что-то большое и существенное для страны и для себя».

С такими помыслами жила молодежь в середине пятидесятых годов двадцатого века. С такими помыслами в 1955 году Олегом Прокопьевичем была закончена учеба в институте. Начиналась новая жизнь.

Глава 3. Заведование медико-санитарной частью леспромхоза в Пермской области

3.1. Из истории здравоохранения в Пермской губернии

Развитие здравоохранения в Пермской губернии относится к концу XVIII века. В истории губернии остались имена первых губернских докторов К. Крона, М. Гамалея, И. Кнута, Г. Лебедева, И. Граля и др. В 1798 году появилось извещение из пермского приказа общественного призрения о том, что больница для больных была открыта.

Но от Приказа общественного призрения Пермскому губернскому земству досталось незавидное наследство: Александровская больница на 300 коек, дом умалишенных на 60, богадельня на 100 мест и аптека. На службу был приглашен известный санитарный врач И. И. Моллесон. Им была создана санитарная комиссия, в которую вошли все городские доктора. В 1872 году по инициативе И. И. Моллесона был собран первый съезд земских врачей для обсуждения устройства санитарной части в губернии. На нем присутствовало 14 из 27 уездных врачей, а труды съезда были вскоре изданы7.

Для исправления тяжелейшего санитарного состояния губернии нужны были огромные материальные затраты. Несмотря на трудности, земская медицина в Перми развивалась. В 1871 году в Перми открылся бесплатный приемный покой для бедных и родильное отделение.

Самым известным доктором в Перми был П. Н. Серебренников, его почитали наравне с Ф. Х. Гралем, называя «вторым пермским Гаазом». В 1887 г. в Перми было 10 больниц и приемных покоев всех ведомств на 553 кровати, работали 20 врачей. Общее число обращавшихся за врачебной помощью насчитывало 28701 человек.

На всех этапах истории пермской медицины врачи стремились служить народу, не жалея ни сил, ни здоровья, ни жизни. Особый героизм проявляли они во время борьбы с эпидемией холеры в 1892—1895 гг. Всего эпидемией было охвачено 19 волостей, зарегистрировано 1560 больных, из которых 509 умерли. Всего заболели 1218 человек, из них 164 умерли8.

Героически работали врачи в годы гражданской войны и послевоенной разрухи, когда пришлось преодолевать небывалые трудности. Так же самоотверженно трудились они и в 30-е, и в годы Великой Отечественной войны. Только в Пермской области было развернуто 1130 госпиталей для раненых более чем на 40 тыс. коек. Как и в годы войны, в послевоенные годы работа в участковых больницах требовала большого напряжения сил.

С 1952 по 1956 г. кафедрой организации здравоохранения Пермского медицинского института руководил профессор Семен Маркович Данюшевский, видный специалист по организации военно-медицинского дела.

С. М. Данюшевский родился в 1900 году и прожил большую жизнь, работая почти до последних дней жизни в институте им. Н. А. Семашко. Он был удивительно скромным и работоспособным человеком. Его кандидатская диссертация посвящена проблеме ликвидации женской беспризорности в голодные годы (1935 г.), а докторская – проблеме лечебно-эвакуационного обеспечения войск в годы Великой Отечественной войны (1947 г.)

С 1956 г. в течение 20 лет кафедру возглавляла доцент А. Г. Вершинина. Научные интересы А. Г. Вершининой были связаны, главным образом, с изучением здоровья и медицинского обслуживания рабочих. С 1976 по 1998 год заведовала кафедрой В. Т. Селезнева. В 1984 году из состава кафедры выделилась самостоятельная кафедра общественного здоровья и здравоохранения факультета усовершенствования врачей, которую возглавила М. Я. Подлужная.

3.2. Начало самостоятельной работы

С 1956 года началась работа Олега Прокопьевича в участковой больнице леспромхоза. В близлежащих к центру леспромхоза поселках проживало около 10 тысяч человек населения, в том числе 900 работников леспромхоза и 2,5 тысячи детей в возрасте до 14 лет.

Медицинская помощь оказывалась в участковой больнице, созданной в 1950 году на 15 коек, расширенной в 1958 году до 25 коек, и несколькими фельдшерско-акушерскими пунктами, находящимися на территориях трех районов области. В 1958 году в больнице по штатному расписанию значились 3,5 врачебных должностей, 4,5 из которых занимал врач, остальные были укомплектованы средним медицинским персоналом.

Районная больница находилась на расстоянии 80 км. Своеобразие расположения леспромхоза на территории трех районов привело к различной подчиненности медицинских учреждений. Все это отрицательно сказывалось на организации медицинской помощи как рабочим, так и населению в целом.

На основе проведенного Олегом Прокопьевичем анализа состояния дел все медицинские пункты были подчинены участковой больнице, ее мощность увеличилась до 50 коек, а сама больница работала по типу медико-санитарной части. К концу 1959 года были построены дополнительные помещения, финансовые вопросы стали осуществляться через Кунгурский районный отдел здравоохранения, который был административным районом Пермского края.

Производственные участки были объединены в один цеховой участок, для работы на котором был выделен врач-терапевт и медицинская сестра. Укомплектование медсанчасти врачами позволило перейти к оказанию не только квалифицированной, но и специализированной помощи рабочим леспромхоза и населению по внутренним болезням, хирургии, акушерству и гинекологии, неврологии, педиатрии.

После тщательного обследования всех производственных участков и анализа заболеваемости Олегом Прокопьевичем был подготовлен конкретный план оздоровительных мероприятий, было предусмотрено улучшение технологического процесса, техники безопасности и организации труда, обучение рабочих безопасным методам работы, улучшение бытового обслуживания и качества медицинской помощи. Важное место занимали вопросы повышения квалификации медицинского персонала.

Проводимые мероприятия привели к значительному снижению заболеваемости рабочих и населения и улучшению оказания медицинской помощи. Медико-санитарная часть в лесозаготовительной промышленности получила права гражданства, выполняя функции центра для нескольких тысяч человек сельского населения.

Через некоторое время после начала работы в больнице в качестве заведующего Олег Прокопьевич был отозван руководством медицинского института для продолжения работы на кафедре, в комитете комсомола и приемной комиссии. Одновременно был зачислен заочным аспирантом института им. Н. А. Семашко в Москве.

В 1962 году он успешно защитил диссертацию по организации медико-санитарного обслуживания на предприятиях лесной промышленности9. Защита проходила в Центральном институте усовершенствования врачей под руководством С. М. Данюшевского, который еще в 1956 году вернулся в Москву.

Как бы подводя итог этому важному этапу своей жизни, Олег Прокопьевич отмечал, что работа была увлекательной, и руководство леспромхоза неоднократно предлагало ему выбрать место для постройки дома, с тем чтобы остаться здесь на постоянное жительство. Словно отвечая самому себе, а в последующем неоднократно возвращаясь к этой мысли на разных этапах своего жизненного пути, Олег Прокопьевич писал: «И многие годы, размышляя над жизнью моей и моей семьи, я задумывался о том, правильный ли выбор я сделал, что не принял этого предложения руководства объединения и не остался работать в этом районе»10.

Автор сознательно выделят эти слова. К ним, их смыслу Олег Прокопьевич возвращался очень часто. Видимо, переосмысливание разных этапов жизни, всей судьбы было для него, как и для каждого человека, необходимым, и возвращение к истокам своей работы брало верх в этих размышлениях.

Также не случайно приведено немного данных о В.Т.Селезневой, А. Г. Вершининой, М.Я.Подлужной. С ними Олега Прокопьевича связывала тесная дружба, родные места, общий институт, кафедра, ученики. Он радовался, когда удавалось побывать в Перми, очень тепло встречал у себя в институте всех сотрудников кафедры из Перми.