Пчелография. Крылатое приключение

1

Вот представь, ты вроде и не малыш, но все еще маленький: от роду – без одного денечка семь. Каким тебе видится счастье?

Ну, не стесняйся, подумай, пофантазируй. Ведь за мечтами никто не подглядывает…

Итак, какое оно, счастье?

Наверное, счастье – это цветочная поляна с разными там букашечками, бабочками и кузнечиками. А еще – чтобы на ней росло много-много большой красной землянички! И чтобы птички пели! И ветерок гулял по высокой траве! А еще так: ты лежишь, а над тобой висит особенно большая сочная ягода. И тебе так хорошо, что даже неохота откусывать эту вкуснятинку с тонкого стебля…

Такие мысли роились в голове девочки Ренаты, прижавшейся лбом к стеклу автомобиля. Автомобиль мчался по проселочной июльской дороге из веселого и понятного города в совсем непонятную деревенскую глушь.

Вдруг девочка услышала прямо над ухом жу-жу-жу-жжание… Пчела?!

Пчел она боялась…

Тоненькая полосатая, как в тельняшке, пчелка билась в стекло и громко возмущалась на своем пчелином языке. Видно, ее задуло попутным ветром из папиного открытого окна.

Папа с хмурым видом крутил руль, избегая встречаться с Ренатой взглядом.

Когда пчелка поняла, что девочка ее заметила, то сползла по стеклу вниз и уселась на кнопке, которая наглухо запирала дверь автомобиля. Рената замерла. Пчелка наблюдала за девочкой, а девочка – за пчелкой. Что же делать?

Может, замахать на пчелку руками?

Но тут Рената вспомнила, как однажды ее подружку Катю прямо в нос укусила пчела, несмотря на то, что Катя отмахивалась от нее, как включенный в розетку вентилятор.

Ой! Рената обеими руками прикрыла свой нос и посмотрела на маму.

Мама сидела рядом и была такая же хмурая, как папа, то есть на дочку совсем не смотрела.

Пчеле надоело сидеть на кнопке, и она снова взлетела и зажужжала, всем своим видом показывая, что вовсе не хочет ехать в машине «зайцем» и ей срочно нужно на волю.

От мысли, что пчелка катится «зайцем», то есть безбилетником, Рената повеселела.

– Ах, ты, несносная! – тихо сказала пчеле девочка. – Жужжишь и жужжишь, прямо как настоящая Жу-Жучка! Замолчи!

Пчела развернулась к Ренате, будто раздумывая, а не укусить ли девочку за дерзость?

– Мама! – испугалась Рената.

Но у мамы в ушах были наушники, и гремела музыка.

Родители вообще вели себя очень странно. Папа за весь день не произнес ни слова, если не считать утреннего: «Вставай, Рената, пора к деду на пасеку!». Мама…

Рената прижалась к маме, но все равно не ощутила себя в безопасности, как раньше.

Раньше, то есть еще неделю назад, когда мама часто смеялась над шутками папы, у Ренаты к миру не возникало вопросов. Разве что совсем-совсем детские: почему солнце желтое, небо синее, трава зеленая, или почему люди не умеют шевелить волосами? Вот было бы здорово – раз, и какую хочешь прическу сделала бы!

Раньше с миром все было в полном порядке. Мелкие неприятности не в счет, их тут же улаживали родители. А сейчас от папы и от мамы веяло таким холодком, что Рената ощущала легкий озноб, несмотря на летнюю жару.

С миром явно было что-то не так. Он стал вроде кукольного домика из фанеры. Был такой у Ренаты года три назад, пока сверху не упала книжная полка. Домик сложился гармошкой, и крепления стен сломались. Папа повозился, повозился, да и отнес домик на помойку. Обещал купить другой. Но другого Ренате было не надо. Она долго плакала потом, вспоминая свой сломанный домик.

Сейчас хотелось плакать точно так же. А пчела все жужжала и жужжала…

– Папа! – крикнула Рената.

Папа посмотрел в зеркало заднего вида, заметил пчелу и взглянул на маму так, что та вышла из оцепенения и быстро открыла окно до отказа. Пчелка тут же вылетела на свободу и умчалась по своим медовым делам.

Мама машинально осмотрела дочку и, убедившись, что с ней все в порядке, снова ушла в себя – Рената слышала это выражение раньше, но лишь сейчас поняла его значение. Казалось, что мамины глаза стали плотно зашторенными окнами.

Рената вздохнула. Было так грустно, что она даже забыла про свой телефон, а ведь раньше ни за что не выпустила бы его из рук в дороге.

Подумать только: завтра у нее день рождения! Ей исполнится семь лет! Она станет совсем взрослой…

Но из-за обиды на родителей Рената чувствовала себя сейчас какой-то малышкой-трехлеткой.

Родители сохраняли предательское молчание. Рената отлично слышала, как они ссорились вчера вечером за закрытой дверью кухни. И позавчера тоже ссорились. И поза-позавчера. А утром папа вдруг объявил, что Ренате, должно быть, скучно в городе, в деревне ей будет лучше, там свежий воздух, птички и землянично-цветочная поляна. «Земляника уже сошла!» – резко вставила мама. Но папа сказал, что еще бывает дикая клубника, и вот для нее-то как раз сезон.

Рената опомниться не успела, как папа завел машину, мама закинула в багажник чемодан с детскими вещами, и они всей семьей покатили в деревню. Нет, даже не в деревню, а в какую-то невероятную далекую глушь под названием «пасека».

2

Наконец машина свернула с трассы, проехала мимо поля с коровами на лугу, мимо поселка, где пришлось ползти медленно-медленно. Почему ползти? Потому что сначала колеса проваливались в колдобины. Потом сбежались местные собаки и принялись облаивать незваных гостей сзади, спереди и по бокам. А когда собаки нашли себе другое занятие, дорогу целый час переходили утки с выводком пушистых утят.

– Посмотри, какие они милые, – фальшиво-веселым голосом сказала Ренате мама.

Ренате на утят смотреть не хотелось. А хотелось, чтобы папа сказал какую-нибудь новую шутку, и чтобы мама рассмеялась и обняла Ренату крепко-крепко. Однако этого не случилось. Утята прошли к пруду и стали по одному плюхаться в воду.

– Тебе понравится на пасеке, – добавила мама.

– Что еще за пасека? – сердито спросила Рената.

– Пасека – это город пчел! – вдруг воодушевился папа. – Куда до него Москве! На пасеке пчел живет намного больше! Каждый домик вмещает столько пчелок, сколько людей живет в нашем квартале! – Папа покосился на Ренату. – Когда я был маленьким, на пасеке мне всегда казалось, что я попал в сказку!

Пчелы!!! Бррр… Кусачие, противные жужжалки!

Рената еще сильнее поджала губы. Она очень-очень боялась пчел, даже больше, чем пауков! Пауки что: высунулись, поморгали страшными глазами и убежали, стоит на них топнуть ногой или махнуть рукой. А пчелы – они так просто не улетят. И чем больше топаешь или машешь, тем тебе же будет хуже, раз – и ужалят! А если их еще и много, как людей в Москве…

Ой, мамочки…

Рената поежилась.

А ее кто-нибудь спросил, хочет ли она уезжать из города? Дома остались две подружки, с ними можно было гулять во дворе, обсуждать мультики и мальчишек, гладить котят, которых родила серая дворовая кошка по имени Мышка, или гадать, что же ей подарят на день рождения. Да и вообще – мало ли дел у ребенка, которого осенью насильно отправят в первый класс?!

– Дедушка многому тебя научит, – сказал папа. – Ты же не забыла, что осенью пойдешь в школу?

Как же, забудешь такое!

Рената тяжело вздохнула: дома уже ждет своего часа огромный ранец, в который поместятся и учебники, и сама Рената. И кто только придумал эту школу…

– Кстати, у дедушки есть волшебный глобус, – добавил папа. – Наиважнейшая в учебе вещь!

Вот еще и глобус! Рената видела такие мячи на ножках в магазине. Но глобус в ранец точно не положишь. Придется в руках носить!

Рената надулась, как крупа на мышь – как-то так говорила подружка Катя… или наоборот – как мышь на крупу?…

Ранец еще туда—сюда, но на глобус Рената точно не согласится! Да и зачем он нужен, этот глобус?! Папа говорил, что на нем нарисованы все страны и все моря. Только запомнить их может разве что какой-нибудь профессор в шапочке с кисточкой или сам папа – он-то мог говорить про географию, дальние страны, моря и океаны, пока не надоест.

Машина осторожно пробиралась по ухабистой колее, в окна бились высоченные травы, а под железным брюхом что-то громыхало, и Ренате стало казаться, что папин автомобиль – это корабль, который вот-вот сядет на подводные острые камни, папа их, кажется, рифами называл…

…Когда добрались до пасеки, Ренату сморил сон. Во сне ей чудилось, что она – букашка, парящая над травой, и эту букашку кто-то целует в лобик…

Много ли, мало ли времени прошло, а проснулась она в большой кровати с железными спинками. Внизу на деревянном полу растянулись цветные самотканые коврики. Рената скинула на пол подушку и сползла вниз – мягко…

В комнате она была одна. Судя по тишине, похоже, и во всем доме одна. Ее детский чемодан лежал в углу. Рената подошла к нему, вынула свой телефончик в розовом чехле, чтобы отправить первое деревенское селфи подружке Дине, а потом еще подружке Кате – но, как назло, связи не было!

Рената попыталась позвонить – все номера молчали, ни гудка!

– Странно! – сказала Рената и положила телефон обратно в чемодан.

Чем бы заняться?

Комната была скучная: ни телевизора, ни удобных кресел, не то, что дома! В открытое на обе створки окно с улицы тянуло сладким травяным ветерком. На подоконнике стоял маленький, выцветший от времени глобус на тонкой ножке-подставке. В углу комнаты – старомодный шкафчик с затертыми корешками толстых книг.

Рената отлично умела читать, правда, пока только по слогам. Она подошла к шкафчику и стала вытаскивать одну книжку за другой.

– Ска-зки Ан-дер-се-на… Бу-ра-ти-но… Три по-ро-се-нка… Ай-бо-лит… – прочла Рената названия и сразу устала – в школе еще начитается!

Девочка вытянула одну толстую книжку, но внутри почти не было картинок. В другой книжке их тоже было мало.

– И даже не цветные! – фыркнула Рената.

Вот дома у нее – куча книг, и все сплошь из ярких картинок! Даже читать не надо – листаешь, и все понятно.

– Скукота! – заявила девочка пустой комнате.

Будь здесь хотя бы компьютер, не говоря уж про игровую приставку – и жизнь в деревне могла бы показаться более-менее сносной. А так…

– Хочу домой! – сама себе сказала Рената, подтащила к окну табурет и забралась на подоконник рядом с глобусом.

За окном был обычный деревенский двор. По двору ходили куры. Потом прошелся кот и с опаской зыркнул на незнакомую девочку на подоконнике. Потом… потом совсем рядом с Ренатой пролетела пчелка: жу-жу-жу! Рената сразу узнала ее! Пчелка была та же самая, что досаждала ей в папиной машине. И Рената так этому удивилась, что нечаянно толкнула глобус ногой.

Глобус упал с подоконника на улицу.

– Какая же ты противная Жу-Жучка! Видишь, что ты наделала? – сердито сказала Рената пчеле и посмотрела вниз.

Жу-Жу беспокойно закружилась над глобусом: ножка его осталась на подоконнике, и он катился по двору, распугивая кур. Кот громко мяукнул и лапой остановил шарик с нарисованными морями и странами.

Рената спустила ноги с подоконника на улицу и оценила расстояние до земли. Не так уж и высоко, чуть выше, чем кровать. Можно и спрыгнуть. Тем более, что внизу – клумба с цветами и мягкой землей.

Но, когда Рената шмякнулась на землю, с подмятых цветов взлетел шмель и завис прямо перед девочкой!

Шмель был огромный-преогромный, ну прямо чудовище! Только ведь и Рената была смелой девочкой! Поэтому она решила, что лучше напугать чудовище, чем показать ему, что боишься.

– И ты противный! – крикнула девочка шмелю. – Ты знаешь кто? Ты… Бармалей! Нет, ты – Бармашмель, вот кто!

Но, похоже, шмель ничуточки не испугался, а наоборот загудел еще громче – как паровоз! Он и не думал никуда улетать.

– Тогда я сама от тебя убегу!

Девочка вскочила на ноги и помчалась так быстро, как будто играла в догонялки. Она бежала изо всех сил, но шмель все равно не отставал.

– Мама! – закричала Рената в полный голос.

Мама не откликалась. И папа не откликался. А откликнулся кто-то очень-очень страшный, похожий на космонавта…

3

Рената попятилась. К ней спешило огромное существо. На существе были желтый комбинезон и шлем с черной сеткой. Кто это?! Робот? Инопланетянин?

– Ой! – сказала Рената.

Вот сейчас она действительно сильно-пресильно испугалась! И было отчего: с одной стороны – шмель, с другой – «желтый» в шлеме.

А «желтый» – раз, и поймал шмеля своей ручищей!

– Поделом тебе! – сказал «желтый» человеческим голосом, вынул из кармана спичечный коробок, высыпал в карман спички, а в коробок упрятал шмеля.

Потом «желтый» стянул с головы шлем, и… Рената увидела бородатого дедушку. Девочка немножко взвизгнула – на всякий случай. Как говорила в таких ситуациях подружка Катя, контрольный визг не помешает.

– Чего ж ты кричишь? – нахмурился дед. – Пасека тишину любит! Это я, твой дед. Не узнала?

Рената помотала головой.

Вот странный! Как бы она могла его узнать?! Ведь она здесь впервые, если не считать, что ее привозили к деду, когда Рената только-только училась ходить.

Дед поднял с земли глобус, глянул на примятую клумбу.

– Так! Ты здесь всего ничего, а уже порядок нарушила. А на пасеке порядок – главное. Глобус придется починить, по нему еще твой папа учился, когда был школьником. И клумбу тоже поправить надо – ее твоя мама развела, когда ты еще в коляске сидела. – Тут дед встревожился. – Ты пчелку, надеюсь, не покалечила? На эту клумбу пчелка прилетает особенная, глазки такие… карие…

Рената вспомнила про пчелу и фыркнула: подумаешь! Вон сколько их вокруг летает! Да и как дед мог разглядеть пчелиные глазки? Они же малюсенькие-премалюсенькие!

– Где мои мама с папой? – сурово спросила Рената и тут сама же поняла: раз машины во дворе нет, раз голосов не слышно – уехали мама с папой в город, бросили ее тут одну!

От этой мысли к глазам вдруг подкатил целый Ниагарский водопад слез (по телевизору такой водопад показывали), и вода рухнула через ресницы вниз!

Дед растерялся. Куры растерялись. И даже кот растерялся. Рената ревела в голос. Кот терся о ее ноги. Куры кудахтали. Дед чесал затылок.

– Ну, это уж никуда не годится, – сказал дед, когда слезы перестали лить водопадом и потекли по щекам тонкими ручейками. – Попала в сказку – и недовольна.

Рената так возмутилась, что ручейки на щеках сразу пересохли.

Тоже мне, сказка – ни телевизора, ни компьютера! Телефон – и тот не работает!

– Сказку еще какую-то придумали, – пробурчала девочка и шмыгнула носом.

– Ты вот чего не знаешь – о том помалкивай, – сказал дед.

Потом он почему-то огляделся по сторонам и тихо-тихо добавил:

– Послушай-ка. Ну? Что-нибудь странное слышишь?

Рената тоже огляделась. О чем это он?

– Слышишь? – переспросил дед.

И Рената услышала! Она услышала странную… тишину!

Хотя стоило ли удивляться? Дом и пасека были далеко от поселка. С одной стороны – лес, с другой – речка, с третьей – луг, а с четвертой – земляная дорога.

– Тихо! – сказала Рената. – Ну и что?

– Что-что! Теперь приглядись! – Кажется, пасечника сердила ее непонятливость.

Рената пригляделась. Прищурилась на присмиревших кур, обвела взглядом выметенный двор, поленницу и ворота, сараи и баню, огород с картофельной ботвой, сад с кустами смородины и вишни. Посмотрела на ровненькие маленькие желто-зеленые домики-ульи пасеки вдалеке. Ничего особенного. А папа говорил: пчелиный город… в нем пчел больше, чем жителей в Москве…

Тут дед глянул на небо. И кот сразу же внимательно глянул на небо, и куры. Рената тоже уставилась вверх…

Небо стало заволакивать тучками.

– Ох, беда, беда! Большой Злодей ратью пошел! – пробормотал дед.

– Чем пошел?

– Ратью! Войском, то есть! – объяснил дед.

И тут Рената изумилась. Потому что посеревшие тучи вдруг стали синими, потом – темно-лиловыми, а потом… поднялся ужасный ветер!

– Прячься в доме скорей! Да окна закрой!

Дед сунул Ренате глобус и побежал обратно к пасеке, наверное, чтобы закрыть от грозы желто-зеленые домики.

Кот жалобно мяукнул, куры помчались в сарайчик. А Рената подумала: что за злодей такой, насколько он большой и откуда у него войско?!

Но особо раздумывать было некогда: ветер будто сорвался с цепи, так захлопал дверьми и ставнями, что Рената помчалась в дом без оглядки. Грозы она боялась еще больше, чем пчел.

4

Первым делом Рената крепко-накрепко заперла оконные створки. Вторым делом поставила глобус на подставку на подоконнике. А третьим – стала выглядывать в окно, поджидая медового деда в желтом комбинезоне.

За окном грохотал далекий гром, сверкали молнии в синих тучах, ветер трепал деревья, верхушки их гнулись и качались. А дед все не шел и не шел. Рената вдруг вообразила, что сейчас ее вместе с домом закрутит настоящее торнадо и унесет далеко-далеко, в страну, где живут злобные ведьмы. Мама недавно читала ей такую историю про девочку и собачку, «Волшебник Изумрудного города» называется.

Сейчас рядом вместо собачки сидел безымянный кот, а в остальном все было в точности, как в той сказке.

– Только бы не к злым ведьмам! Только бы не к злым ведьмам! – шептала Рената, глядя на потемневший еловый лес за пасекой. – А еще – только бы не к Бабе-яге!

Рената была современной девочкой и знала, что сказки случаются исключительно в книжках и в телевизоре. Но сейчас немножко засомневалась: а что, если иногда, вот, к примеру, в такие моменты, как сейчас, сказки врываются в нормальную жизнь? Ведь Элли из сказки была обычной девочкой, и если бы не ураган – нипочем бы ей в Изумрудный город не попасть…

Подумав об этом, Рената еще больше рассердилась на родителей и на деда. А вы бы не рассердились? Ведь в городе таких гроз точно не бывает!

За окном совсем потемнело. Ветер нашел в доме щели и жутко завыл. Небо загрохотало так, будто над крышей завис оркестр из тысяч миллионов барабанщиков! А когда комнату освещали зигзаги молний, казалось, что углы оживают.

Вот черное небо за окном прошила особенно ослепительная молния, Рената схватила глобус и крепко прижала к себе.

– Я назову тебя Шариком, только давай ты будешь живой! – шепнула она глобусу, чувствуя, что в нем еще осталось что-то от папы, который так любит путешествия.

Тут хлопнула входная дверь, по дому протопали чьи-то шаги. А потом в комнату, где сидела Рената, вплыл огонек – это вошел дед с горящей свечкой.

– Внучка, ты здесь? – спросил дед. – Электричество вырубило, будем без света куковать.

– А ты точно человек? – спросила девочка из темноты, на всякий случай, так Катя всегда делала.

– А кто же я? Конечно.

– И чем докажешь?

Дед осветил Ренату свечкой, приблизился и присел рядом на табурет.

– Я твой дед, и на пасеке у нас случилась беда.

Он открыл перед внучкой свою широкую ладонь. На ладони лежала неподвижная знакомая пчелка. Та самая, Рената могла бы в этом поклясться! Только сейчас пчелка была совсем беззащитной. Рената даже решилась погладить ее пальчиком.

– Жу-Жучка! Она спит?

Дед вздохнул и положил пчелку на подоконник.

– Нет, внучка. Она погибла. Как многие пчелы на пасеке.

– Почему? – расстроилась Рената.

– Вместе с ветром налетела настоящая банда восковой моли. Если б я не подоспел и не поймал их атаманшу, было бы совсем худо!

Дед вынул из кармана спичечный коробок, потряс его возле своего уха. Внутри что-то скреблось и царапалось, злобно гудело и трещало крылышками.

– Угадай, кто там?

– Знаю! – воскликнула Рената. – Наверное, там сидит Бармашмель. Это я ему такое имя дала.

– Хм. Разве ты не слышишь? Там два пленника.

– Еще один шмель?

– Тсс! – сказал дед. – Говори тише, а то Большой Злодей услышит и вернется спасать свою злобную Моль.

– Значит, там моль-малявка?!

– Восковая моль! – серьезно сказал дед. – Очень вредное и коварное существо.

Рената попыталась вообразить себе восковую моль. Это было трудновато. Она знала про моль лишь то, что это очень вредный серый мотылек, который мечтает съесть мамину шубу. Правда, непонятно, как целая шуба может влезть в насекомое размером с таракашку.

А вот представить восковую моль было вообще невозможно! Восковой бывает свечка. Когда свечка горит, воск тает, и его можно мять пальцами, как пластилин. Может, восковая моль такая же – пластилиновая?

Ренату разобрало любопытство, и она протянула руку, чтобы открыть коробок. Но дед строго помахал пальцем.

– Нельзя!

– Я только одним глазочком!

– Нет! – повторил дед. – Это же не простая моль. Глазом не успеешь моргнуть – улетит.

И точно – пленники внутри яростно заскреблись, видно, очень хотели выбраться.

Дед положил спичечный коробок на подоконник возле пчелки, встал. Глянул в окно. На дворе все утихло, но день уже кончился.

– Ну, внучка, вот и вечер, хватит тут сидеть, пошли пить чай.

– Как же мы будем его пить? Ведь света нет? – вновь удивилась Рената.

Может, она все еще и читала по слогам, но точно знала, что любой чайник включается в розетку или, в крайнем случае, ставится на электроплиту.

– Как-нибудь обойдемся. Я ведь тебя предупреждал: у нас тут как в сказке, – улыбнулся дед.

И они пошли на кухню.

5

Электричества все еще не было, дед сказал: Большой Злодей провода оборвал. Но с растопленной печкой и с самоваром получилось даже интереснее.

Рената сидела за столом, уминала за обе щеки блины с вареньем и медом и все думала про моль, заточенную в спичечном коробке.

– Дедушка, а чего хочет Атаманша-Моль?

– У нее одно на уме: чтобы ее армия уничтожила всех пчел. Только если не будет пчел – не будет и людей, да и моли придет конец.

– Почему?

– Потому что все в этом мире связано, внучка: букашка – с цветком, цветок – с плодом, плод – с человеком. А человек – с букашкой. Поняла?

– Не-а.

Дед налил ей еще чайку.

– Вкусный чай? Это потому что с травками. А лепешки вкусные? Потому что мука из пшеницы. А варенье? Потому что из ягод. Хочешь, расскажу тебе маленький пчелиный секрет?

Рената кивнула: а вы бы разве отказались от секрета, пусть даже маленького?

– Представь, что ты сунула нос в полевой цветок. Был у тебя нос чистый, а стал – желтый. Знаешь, почему? Потому что на него прилипла цветочная пыльца.

Рената вспомнила: а ведь точно, если хорошенько понюхать бутон, всегда чихать хочется.

– Ты ведь знаешь, что, когда цветок отцветает, на его месте появляется плод с семенами?

Рената кивнула: это знает каждый ребенок!

– Только вот как цветок становится плодом?

Девочка задумалась. Действительно, как? Не по волшебству же? Например, у черемухи такие маленькие пахучие белые цветочки, и из них потом возникают терпкие черные ягодки с косточками. А у тыквы – такие большие желтые цветы, и потом из этих цветов вырастают здоровенные тыквищи, которые, как уверяет мама, очень полезны, если из них сварить кашу. Бррр…

– Ты когда-нибудь приглядывалась к тому, как устроен цветок? – выпытывал дед. – Ну? Что там внутри?

Рената почесала затылок. Внутри цветов много чего…

– В центре – пестик, вокруг – тычинки, – тоном учителя произнес дед. – На тычинках созревает пыльца. Но, чтобы цветок стал плодом, пыльца обязательно должна попасть на пестик. Только вот растения сами с этим справиться не могут.

– А как же…? – удивилась Рената.

– А так – тут цветам помогают пчелы. Сядет пчела на цветок, чтобы нектар собрать – сразу с тычинок к ней пыльца и прилипнет. А потом пчела летит на другой цветок и пыльцу на своих лапках переносит на его пестики. Все поле облетела – все цветы опылила! Вот такие пчелки умницы!

Девочка представила, как на огромном цветочном поле пчелы ныряют то в один цветок, то в другой, а вместе с ними от цветка к цветку путешествует сладкая желтая пыльца. Ух, это они здорово придумали!