Конец проекта «Украина»
- -
- 100%
- +
Та модель, которую предлагают США, в принципе противоестественна для славянских народов, для украинцев, для белорусов, для всех братских народов бывшего СССР и вообще для евразийских народов: она исторически ничем не оправдана, традиционно ничем не обоснована. Ющенко и западники в целом сталкивались с тотальным отторжением своей деятельности со стороны масс, при этом чувствуя за собой огромную геополитическую субъектность США. Это и создало тот накал напряженности, который существует: с одной стороны – «оранжевые» с Соединёнными Штатами за плечами; с другой стороны – население Украины.
Другой вопрос – почему раз от раза антизападные силы на Украине проигрывали, хотя имели поддержку большинства населения? А потому, что за ними не стояло никакой геополитической субъектности. Они – Партия регионов, ПСПУ Витренко, «Донецкая республика», ЕСМ и все оппозиционные западникам силы – этой геополитической субъектности, очевидной поддержки со стороны России не чувствовали. Россия постоянно пыталась лавировать и как-то явно не обозначать свою позицию. Политика России на Украине была такова: вы там сами разберитесь, а мы посмотрим, кто будет побеждать, на того и поставим. Вот эти манёвры и показали всю сущность российской стратегии на Украине. Это стратегия лавирования и неосмысленной игры. В итоге чёткой поддержки та же Партия регионов со стороны России никогда не имела, не говоря уже о более мелких структурах, за которыми нет российской геополитической субъектности. Янукович за собой этой опоры никогда не чувствовал, не мог в сложных ситуациях сослаться на то, что за ним Россия и, что бы ни случилось, она поможет.
Именно из-за этого он при любых ситуациях оставлял для себя пути отступления, возможность обратиться к Западу. Он никогда не шёл до конца, так как не чувствовал однозначной поддержки. Вот в том-то и была сила «оранжевых» – у них такая безусловная поддержка со стороны США всегда есть. Слабость же их в том, что любое западничество всегда отторгалось большинством. И если США приходят и уходят, то народ остаётся, и при этой мысли у западников должны трястись коленки – ведь им придётся отвечать перед народом.
Россия имела все возможности влиять на внутриукраинскую политическую ситуацию, и, как ни странно, даже несмотря на два десятилетия принудительной украинизации, всё ещё имеет. Русские и русскоязычные пока ещё составляют абсолютное большинство, несмотря на доминацию украинских этно-националистов, а это значит, что в случае необходимости именно на неприемлемости и отторжении западничества большинством населения Украины Россия и должна выстраивать свою политику – как российская власть, так и те пророссийские общественные организации, которые функционируют на Украине. Можно, конечно, сколько угодно гнобить население пропагандой «украинства», но эффект от такого идеологического террора исчезает сразу за сменой официального дискурса власти после смены курса, а при доминировании пророссийских сил позиция большинства очень быстро поменяется на полностью противоположную. На чём и следует играть пророссийским силам внутри Украины, активно конвертируя любое недовольство в борьбу за геополитические интересы, используя энергию масс для реализации великого проекта воссоединения Большой России.
Одна империя вместо другой
К середине прошлого столетия Сталин создал континентальный евразийский блок, куда входили сотни народов. Это был геополитический континентальный субъект, контролировавший половину мира. Сегодня происходит обратный процесс – Евразия распадается, взамен США строят свою империю, и мы знаем, что это именно империя. Американский политолог Майкл Хардт и европейский философ Тони Негри описали её в своей книге «Империя», и её цель – влиять на весь мир, управлять всеми народами. При империи Сталина доминировала евразийская линия, она была сильна на уровне международной политики; сегодня доминирует атлантистская. И в этих условиях никакое суверенное государство самостоятельно сохраниться не может.
В современном мире американской глобальной доминации не может существовать суверенных государств, любые разговоры о суверенитете – это чистая фикция. Суверенитетов не существует. Все видят, что происходит с суверенитетами тогда, когда они вступают в противоречие с интересами США, – прилетают американские бомбардировщики и «гасят» всякое недовольство, а следом приходят американские войска, после чего устанавливается оккупационная демократия во главе с марионеточным режимом. Вот что такое суверенитет в современном мире. По большому счёту в «американской» системе безопасности суверенитета просто не существует. Поэтому тешить себя иллюзией, что какое-то образование, тем более небольшое, сможет выжить самостоятельно и суверенно существовать, просто наивно, это значит – не представлять законов геополитики, не представлять того, что происходит сегодня в мире.
Несмотря на то что на наших глазах возник номинально альтернативный однополярной американской доминации полюс – в виде Европейского союза (ЕС), реальной альтернативой он не является. Ведь роль США там так же колоссальна, а влияние огромно. К тому же не так уж ждали в ЕС страны Восточной Европы, экономически слабо развитые. И уж тем более не ждут там Украину, пытаясь максимально отложить её интеграцию (даже ассоциацию) с Европейским союзом. А вот Соединённым Штатам все эти «нелеквидные» страны в составе ЕС как раз нужны, причём в качестве полосы нестабильности, предотвращающей любые попытки России интегрироваться с Европейским союзом, в том числе и экономически, и ресурсно. Иными словами, если газопровод из России в Европу на Украине будет контролироваться США, то, соответственно, США и будут осуществлять в отношении Европы уже не только экономический, но ещё и геополитический диктат.
Но и распад Украины не гарантирует независимости её осколкам. Такие новые государственные образования, как Галиция, да и Западенщина в целом, даже если обретут государственность, никогда не смогут рассчитывать на какую-то самостоятельность и подлинную суверенность и всё равно попадут под американский контроль, став пешкой в руках атлантистов. Либо, если речь идёт о государствах юго-востока, – под российский контроль, став составляющей евразийской империи, которая сопротивляется американской однополярной глобализации. К тому же подобные образования, одним из примеров которых является Косово, экономически нежизнеспособны.
Распад в пользу ЕС или евразийская интеграция?
В любом случае что ориентация на США, что стремление в ЕС, полностью подконтрольный Америке, – это пути к распаду и поглощению американской империей. Но и американская империя имеет свой предел, особенно когда против неё выстраивается не парад суверенитетов, а полноценная имперская альтернатива. Ключевым фактором российской внешней политики является евразийская интеграция. Геополитический враг номер один для России – это США, которые наступают буквально со всех сторон. Мы видим, как всё большее количество территорий отторгаются от России в пользу глобального Запада. Единственное спасение – интеграционные проекты в Евразии. В ответ на однополярную стратегию нам необходимо реализовывать стратегию формирования многополюсного мира. Только так можно создать альтернативу однополярной глобализации под эгидой США. То внимание, которое Россия уделяет развитию евразийских интеграционных структур, демонстрирует желание российских властей создать альтернативный американскому полюс силы, вместо того чтобы идти в фарватере экспансионистской и колониальной внешней политики США. Среди основных евразийских структур такие интеграционные объединения, как ЕЭП, ЕврАзЭС и ОДКБ.
Таким образом, если линия ориентации Украины на Запад возобладает и будет доминировать, то ситуация неизбежно придёт к развалу Украины, которая с геополитической точки зрения, и исторически мы это наблюдаем, – довольно противоестественное образование, в разные исторические периоды разные её части принадлежали различным государствам. В том виде, в котором она существовала до последнего времени, это искусственное государственное образование могло сохраниться только в составе Советской империи. Нынешний склад Украины довольно противоестественный, из-за чего долго он удержаться в одном административном образовании не сможет, вне зависимости от того, какой политический режим будет у власти. На многочисленных украинских выборах, президентских и парламентских, всякий раз можно было убедиться в том, что речь идёт о цивилизационном выборе – приоритеты развития воспринимаются различными частями общества диаметрально противоположенным образом, вследствие чего все последние годы Украина переживает явно выраженный социальный раскол. Если западники будут и дальше доминировать в Киеве, то им неизбежно придётся проводить проатлантистскую, проамериканскую линию, которая входит в жёсткое противоречие с интересами большинства населения, а это один из факторов, неизбежно приближающих распад Украины.
Если осуществить чистое геополитическое умозаключение, то Украина уже де-факто раскололась, так как часть её ориентирована в атлантистском, а часть – в евразийском ключе, но она пока не раскололась де-юре. Произойдёт ли юридически оформление этого раскола или нет, зависит от того, насколько будет сильно влияние атлантистов во власти на Украине. Если количество западников во власти будет увеличиваться, неизбежен распад государства Украина – а это довольно болезненный сценарий. Продолжение атлантистского курса под жёстким контролем США ничего хорошего Украине не сулит, в силу того что США не интересует внутренняя ситуация на Украине, их не интересует экономическое состояние, благосостояние граждан Украины, их интересует Украина только как элемент санитарного кордона вокруг России, отрезающего Россию от Европы, а также как плацдарм для стремительного военного продвижения вглубь России, так как пространство от Днепра до Москвы представляет собой не защищённую никакими естественными препятствиями равнину.
Украина нужна Америке только для того, чтобы не дать реализоваться стратегическому партнерству России и Европы, не позволить состояться каким-либо интеграционным проектам внутри евразийского пространства. А все экономические проблемы Украины американцы в конечном итоге будут пытаться скинуть на Евросоюз, поэтому дальнейшая проатлантистская ориентация Украины губительна не только для неё и её граждан, но и для Европы. Собственно сохранение Украины в общих административных границах возможно лишь в том случае, если она осуществит реформу административного устройства, отвечающего внутреннему цивилизационному, культурному и этническому многообразию, то есть станет федерацией. Тогда внутренние противоречия и раскол на запад, восток и юг будут восприниматься не так болезненно, по сути, растворившись в этой федерализации. Фактические культурные границы будут зафиксированы; конфликты, связанные с недопониманиями, вызванными их отсутствием размыты. Только в этом случае Украина более-менее приобретёт стратегическую целостность, что откроет ей в дальнейшем возможность для геополитической ориентации на Россию – вхождение в стратегический союз, Евразийский союз с Россией, наравне с Белоруссией, Казахстаном и нашими союзниками по ЕврАзЭС, но уже не частями, а целиком. Те же фрагменты, которые сегодня ориентированы на Запад, получат внутри новой украинской федерации значительную автономию, где смогут в полной мере реализовать свои культурные и этнические особенности, без угрозы некоей культурной нивелировки со стороны пророссийского большинства. Таким образом, федерализация Украины и евразийский вектор – это единственно возможный путь для сохранения стратегической целостности Украины как таковой.
Альтернативные американскому влиянию центры силы
Стратегия России должна быть полностью направлена на то, чтобы формировать, поддерживать и развивать отношения с альтернативными американцам центрами. На данный момент это Китай, который набирает силу и является без пяти минут экономикой номер один. Это Индия, которая также демонстрирует стремительный рост, особенно в сфере высоких технологий. Это Евросоюз, который давно является альтернативным центром влияния в мире и во многих вопросах фрондирует Соединённым Штатам Америки, пытаясь выйти из-под их безусловного контроля и влияния, чему Россия должна содействовать. Развитию отношений с этими альтернативными геополитическими субъектами со стороны России должен отдаваться приоритет, ибо без поддержки России, без континентальной евразийской субъектности, а Россия – это Хартленд, сердцевина Евразии, – все эти проекты остаются лишь потенциальными.
Полноценный многополярный мир не может быть сформирован без геополитической комплементарности со стороны России, без осей Москва – Пекин, Москва – Дели, Москва – Тегеран, а также без оси Париж – Берлин – Москва, являющейся наиболее опасной для американского безраздельного правления в Европе. Плюс ещё ось Москва – Токио, но уже в более отдалённой перспективе. Эти стратегические оси являются основополагающими и создают реальную перспективу построения многополярного мира. Но без Москвы, которая является центральным узлом в этой сети осей, ничего не сложится. Без России всё это будет оставаться неполноценным, незаконченным, недовершённым, в том числе и Евросоюз, который никогда без России не сможет обрести полноценной геополитической субъектности, как минимум до тех пор, пока не будет выстроена ось Париж – Берлин – Москва. И здесь перед Украиной стоит исторический выбор. Закончить свой век на подхвате у Вашингтона, жертвуя собственной государственностью, территорией и населением ради реализации американских замыслов в Европе, – тогда гражданская война, кровь и перманентный хаос. Или же войти в блок государств, стоящих у истоков нового многополярного и справедливого мира.
По «линии Сталина»
[Раздел Украины выгоден всем]
Федерализация Украины, о которой говорилось выше, действительно представляет собой возможность наименее болезненного сохранения Украины в её постсоветских границах без учёта Крыма. Однако, как уже было отмечено, состояние федерации в большей степени выгодно именно России, так как в этом случае Украина получает возможность вхождения в наднациональные евразийские интеграционные структуры, оставляя за этническими анклавами на западе Украины возможность сохранения культурной и этнической автономии. Однако Европа и в первую очередь некоторые страны Восточной Европы также заинтересованы в установлении стратегического контроля если не над всей Украиной, то хотя бы над некоторыми её западными областями. И здесь даже федерация Украины Европу не устроит, в отличие от России. Но вот что не устраивает никого, включая жителей этого неоднородного пространства, так это единое унитарное государство, ведь что бы ни происходило в этом случае на Украине, будь то выборы или революции, всё это не только не снимает противоречий в обществе, но, напротив, обостряет их до предела, что неминуемо ведёт к гражданской войне. Единственный способ снять противоречия, но не в пользу какой-либо из геополитических сторон, а сбалансированно, это провести размежевание Украины мирно, разделить Украину, заключив договор о разделе, не дожидаясь, пока дело дойдет до ещё большей крови. Выход заключается в том, чтобы разделить Украину как минимум на два самостоятельных государства в границах до 1939 года, которые совпадают с реальной цивилизационной границей, по так называемой «линии Сталина», проходящей по реке Збруч. Сторонников такого мирного размежевания всегда обвиняли в покушении на территориальную целостность Украины. Но обвиняла только та прозападная власть, которая в итоге оказалась на большей части Украины нелегитимной и довела ситуацию до состояния гражданской войны с многотысячными жертвами.
Продукт распада
Украина в её нынешнем виде является продуктом распада единого геополитического пространства – СССР, шире – Восточного блока, поэтому нынешние её границы, проведённые в своё время Сталиным, являются границами сугубо административными, а значит, проведены с цивилизационной точки зрения абсолютно случайным образом. То есть они не отражают ни этнического, ни культурного, ни даже конфессионального состава территорий, входивших в состав Советской Украины. Для граждан единого СССР было всё равно, где проходят границы внутри этого имперского образования. Границы советской Восточной Европы были также весьма условны. Всё население представляло собой новую советскую общность и по умолчанию считалось социально гомогенным.
С распадом СССР случайные советские границы, отражавшие лишь условное территориально-административное деление большого пространства, тут же стали границами суверенных государств-наций, вследствие чего в независимом государстве Украина вдруг оказались западные территории – Львов, Ивано-Франковск, Галиция, населённые грекокатоликами, этнически и культурно гораздо более близкие восточным окраинам Польши, Венгрии и Румынии. Таким же нелепым образом в Украине оказались и крайне восточные области, преимущественно населённые представителями русского народа, основная часть которого находится в России.
При Кучме, игравшем на противоречиях между Россией и Западом, подобный противоречивый состав Украины ещё более-менее сохранял свою целостность. Западу Кучма обещал движение в Европу и НАТО, Востоку – сближение с Россией, поочерёдно демонстрируя то одно, то другое. Однако после «оранжевой революции», во время которой поляризация Украины приобрела электоральное выражение, вопрос о дальнейшем векторе развития Украины встал ребром. Ющенко неприкрыто начал тащить Украину в ЕС, где её совсем не ждали, и в НАТО, где на Украину смотрели с брезгливостью, но вынуждены были мириться. Янукович поначалу потянул к России, где тоже до конца не определились в отношении Украины, но, поняв, что это грозит неминуемым распадом, остановился, попытавшись очень неуклюже «дать кучмы». Оба этих вектора находили своих сторонников среди населения, оба имели территориальную привязку. Украина трещала по швам.
Четыре фрагмента: каждому своё
Ну действительно, предлагать крайним восточным областям Украины вступить в НАТО – это всё равно, что тащить в НАТО Ростовскую или Белгородскую области. Так же нелепо для львовчан и галичан звучит предложение чуть ли не войти в состав России, с которой их действительно мало что связывает. Пока баланс сил более-менее уравновешен, ситуация остаётся достаточно спокойной, но как только одна из позиций начнёт брать верх, тут же агрессивно обострится реакция противоположной стороны. Историческим итогом таких ситуаций обычно становится гражданская война. Сегодня, когда политическая ситуация обострилась до предела, Украина фактически брошена в топку гражданской войны.[6] Подобное противостояние – отнюдь не сиюминутное проявление, а системная геополитическая предопределённость. Это означает, что противоречие в данных границах не может быть изжито.
Единственным возможным вариантом разрешения неудавшейся постсоветской украинской государственности является размежевание Украины. По сути, сегодня мы уже имеем четыре Украины. Наиболее склонный к собственной, отдельной от остальной Украины государственности фрагмент – крайние восточные области, населённые православными русскими. Эти области, называемые ещё Новороссией, хоть сейчас совершенно безболезненно могут войти в состав России, но могут создать и собственную государственность, отдельную и от России. Её мировоззренческий антипод – крайние западные области – Львовская, Ивано-Франковская, Галиция – населены грекокатоликами, которые спят и видят себя в Европе и НАТО и спокойно могут туда отправиться. Собственно, эти территории исторически, до окончания Второй мировой, и относились к Европе. В ноябре 1918 года на территории бывшей австрийской Западной Украины была провозглашена Западноукраинская Народная Республика (ЗУНР). Чуть позже, в 1921 году, она была отделена от остальной Украины той самой «линией Сталина». То, что находится между «линией Сталина» и Днепром, и является, собственно, настоящей, этнически и культурно выдержанной Украиной, или Малороссией. Крым, с его особым историческим путём, населённый татарами и русскими, вполне мог стать автономией в составе либо России, либо подлинной Украины, пролегающей от «линии Сталина» до Новороссии, в зависимости от воли населения Крыма. Подобная схема размежевания была выгодна всем. Россия получила бы крайние восточные области. Западенцы получили бы полную независимость от России и интеграцию в Европу. Крым получает автономию и самоопределение. Ну а оставшаяся Украина – от «линии Сталина» до Днепра – наконец-то получила бы возможность построить нормальную, гармоничную украинскую государственность, не раздираемую противоречиями между Западом и Востоком.
Вернуть России Украину, а Украине Россию
[Неоценимая помощь Збигнева Бжезинского]
Практически с первых дней прихода к власти на Украине «оранжевой» коалиции в декабре 2004 года в адрес руководства Евразийского движения, а чуть позже, с начала 2005-го, и ЕСМ звучали упрёки в том, что эти организации, дескать, своими акциями и заявлениями посягают на целостность украинского государства. Что политическая активность ЕСМ, выступления евразийцев против «оранжевых», а также теоретическое обоснование необходимости раздела Украины со стороны экспертов Евразийского движения ставят под сомнение суверенитет Украины, её государственный статус как таковой. Позже подобные обвинения зазвучали и в адрес руководства России.
За прошедшие годы и евразийцам и лидерам России не раз приходилось отвечать на подобные выпады и обвинения, и всякий раз неоценимую помощь в этом оказывал Збигнев Бжезинский, представитель американской элиты, которой так вожделенно глядят в рот многие украинские политики, считающие Америку чуть ли не источником абсолютной истины. Что же пишет Бжезинский об Украине и её соотношении с Россией? «Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, которое является геополитическим центром, потому что само её существование как независимого государства помогает трансформировать Россию»[7], – заявляет со всей американской откровенностью известный геостратег. С учётом того, что американцев интересует только то, что выгодно им, следует понимать, что ключевым моментом здесь является всё-таки трансформация России, к чему Америка стремилась чуть ли не всё XX столетие. И Украина здесь является важнейшим инструментом для этой «трансформации», не более того. «Без Украины Россия перестает быть евразийской империей»[8] – вот она, ключевая фраза, объясняющая повышенный интерес Америки к Украине, а также усилия и финансовые затраты, вложенные американцами в украинскую политику за последние годы. Россия – как евразийская империя – кошмарный сон США, и огромные усилия на протяжении всего предыдущего столетия были направлены именно на это – развалить большое пространство Евразии, не дать России возродиться, вновь стать империей. Ради достижения этой цели американцы пустят в расход всё, что угодно. В своей книге «Великая шахматная доска», написанной ещё в середине 1990-х, Бжезинский предостерегает американские элиты: «Если Москва вернёт себе контроль над Украиной с её 52-миллионным населением и крупными ресурсами, а также выходом к Чёрному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и в Азии».
Это что же получается? Боролись, боролись за мировую гегемонию, и что, опять – Россия мощное имперское евразийское государство? И всё благодаря какой-то Украине, название которой без ошибок не произнесёт 99 % американцев, не говоря уже об указании местонахождения. Ради того, чтобы окончательно оторвать Украину от России, а Россию от Украины, американские агенты, шпионы, дипломаты и их украинские пособники костьми лягут. Ради этого они пустят в расход народы, населяющие Украину, многовековую историю совместного сосуществования великороссов и малороссов, общность корней, языка, веры, государства, всего того, что является преградой на пути к американскому мировому господству. Так что, как говорится, ничего личного, одна сплошная геополитика.
Сначала только евразийцы как геополитически ориентированное движение, а теперь и нынешняя власть во всех своих действиях, как и их американские коллеги, чётко исходят из законов геополитики, только с обратным по отношению к американцам знаком. И главным предупреждением, год от года повторяемым евразийцами, а сегодня ставшим общим для всего политического эстеблишмента, является тезис о том, что на Украине осуществляется американская геополитическая экспансия. Это наступление на Россию, в котором Украина является лишь плацдармом, расходным материалом, разменной монетой. То, что Америка хоть на секунду задумывается о судьбе украинского государства, а тем более людей, проживающих на этом пространстве, это иллюзия, самообман части населения и умышленный сознательный обман со стороны элит. Америке никогда нет дела до тех, кто болтается у неё под ногами. Все эти военные учения, с которыми США так навязчиво лезли на Украину все 1990-е и в начале 2000-х, – лишь предлог для того, чтобы американским войскам де-факто закрепиться на этом плацдарме. А появление американских военных на территории любого государства – это всегда прямая экспансия, после которой заикаться о каком-то суверенитете уже не приходится. Они никогда не уходят… по собственной воле.